- -
- 100%
- +
Глава 1. В которой нас ждет сплошное разочарование
– Мама, ну как же так! – я сидела на кухне, не в силах поверить в услышанное. Только вчера прозвенел последний звонок, и мы окончили начальную школу. Потом был чудесный день, когда мы поехали всем классом на выпускной в Нижний парк Петергофа. С погодой нам повезло, хотя в Питере это редкость, но в тот день ярко светило солнце, и было очень тепло. Мы вдоволь налюбовались искрящимися в брызгах воды золотыми скульптурами Большого каскада, набегались у фонтанов-шутих, пытаясь отыскать тот заветный камень, от которого работает фонтан. А потом мокрые и довольные вернулись в город.
Вечером меня ждал мой любимый торт из кафе “Вкусные штучки”… И мамино известие, что ей перенесли отпуск, поэтому мы не сможем купить горящий тур и полететь в Турцию, как планировалось. А ведь я уже всем девчонкам растрезвонила. И даже противной Настьке, с которой мы вечно соревновались в количестве подписчиков в соцсетях. Мой главный недруг – отличница, спортсменка и подпевала отправлялась в спортивный лагерь на Черное море, а я мечтала, как переплюну ее обзорами отдыха в крутом отеле Турции, и вот…
– Мама, ты же обещала! – я даже отодвинула тарелку с тортом, который разом перестал быть вкусным.
Микки, мой миниатюрный шпиц, их еще называют померанскими, звонко залаял, разделяя мое возмущение. Собаку мне подарили прошлым летом за то, что я окончила год с одними пятерками. Я погладила его, и он лизнул мне ладонь.
Вообще-то, я мечтала о добермане или овчарке, но папа сказал, что с крупной собакой в городе очень много проблем, а потом принес мне тявкающий комочек шерсти, который умещался на ладони. Мама только закатила глаза, но возражать не стала. А я… я всем сердцем полюбила милого щенка.
Микки быстро вырос, но все равно напоминал пушистое облачко или, вернее, тучку. Маленькую черную тучку с желтыми лапками и таким же пятнышком на нижней челюсти. Я наклонилась и погладила пса, он сразу же ткнулся влажным носом в ладонь, показывая, что он на моей стороне. Жаль, что только он. Папа явно поддерживал маму, а мама…
– Кариночка, ну ты пойми, у меня просто нет выбора, – тем временем продолжала она, сначала виновато посмотрев на меня, а потом переведя взгляд на папу. – Виталик, ну хоть ты скажи!
– А что говорить? – папа отвлекся от планшета, в котором обычно читал книжки. – Карина уже взрослая и все прекрасно понимает, правда, дочь?
– Нет! – я в отчаянии вскочила. Так резко, что на столе звякнула посуда. – Я не понимаю, почему мы не можем поехать в Турцию! Вы же мне обещали! Я год на одни пятерки закончила!
– Тяв! – снова поддержал меня Микки, на всякий случай переступая с лапки на лапку. Верный друг готов был защищать меня до последнего, пусть только ему укажут врагов и дадут поесть.
– У тебя четверка по физкультуре, – поправил меня папа.
– Так это потому, что физручка придирается! – возмутилась я.
– Карина, – мама с укором покачала головой. – Я же просила! К учителям надо относиться с уважением!
– А за что ее уважать? Она только Настьке пять поставила, и то потому что у той разряд!
– Какой разряд, электрический? – неловко пошутил папа.
– Спортивный. По плаванию, – буркнула я. – Она завтра в Сочи улетает. На спортивные сборы.
– Учительница? – уточнил папа.
– Настька. Да у нас вообще все разъедутся… Одна я останусь…
Как я не старалась держаться, в голосе послышались слезы, я обреченно шмыгнула носом. Мама вздохнула и подошла ко мне, обняла за плечи:
– Карина, ну ты пойми, я не могу отказаться от этого проекта, там и карьера, и премии… Это всего месяц, а потом мне выплатят премию, мы купим горящий тур и полетим в Турцию, как я тебе и обещала…
Я пожала плечами, понимая, что все уже давно решено, и моего мнения никто не спрашивает. Хотя, что тут спрашивать, мне всего одиннадцать лет.
– Вот и славно, – обрадовалась мама. – Все-таки у меня замечательная понимающая дочь.
Я бросила на нее мрачный взгляд и ушла в свою комнату. Надев наушники я включила музыку, не желая больше ничего слышать. Микки вбежал следом, подскочил к кровати и стал на задние лапки, просясь ко мне. Я подхватила его и, невзирая на запрет мамы, положила на постель. А что, должен же был кто-то утешать меня, пока я страдаю от разбитых иллюзий и испорченного лета. В том, что мое лето испорчено, я не сомневалась. Как и в том, что мне придется все каникулы торчать в городе, пока другие загорают и купаются. Даже противный Колька поедет в деревню, где есть речка и лес, а я?
– Карина, – мама заглянула ко мне в комнату. При виде нее Микки, лежащий у меня в ногах, уронил голову и прикрыл глаза, притворяясь спящим. Мама недовольно нахмурилась:
– Ну я же просила…
– Я тоже просила, – буркнула я. – И весь год старалась.
– Так, – мама вошла в комнату и села на кровать.
Микки приоткрыл один глаз и вильнул хвостом.
– Я все вижу, – с нажимом произнесла мама. Шпиц снова сделал вид, что спит.
– Микки! – мама взяла его на руки, но опускать на пол не спешила, пес так и остался сидеть у нее на коленях.
– Карина, пожалуйста, давай не будем все усложнять, – мама смотрела мне прямо в глаза. – Ты же знаешь, что если я откажусь, меня могут уволить.
От этого взгляда мне стало очень неуютно и еще стыдно. Ну действительно, что я как маленькая? В конце концов, и в городе можно найти массу развлечений. Вон, туристы со всего мира в наш Петербург едут, и как раз летом – белые ночи же! Музеев полно, парков. Кино работает…
Задумавшись, я пропустила то, что говорила мне мама. Опомнилась, только когда та спросила:
– Как тебе идея? Согласна?
– Э-э-э… Прости, что? – промямлила я.
– Поехать к тете Вике в деревню. Там есть лес, речка… Что тебе в городе сидеть?
– Не знаю, – протянула я.
– Там будет здорово, – воодушевленно убеждала мама. – Свежий воздух. Грибы, ягоды… Да и тётя Вика всегда рядом.
Я скептически посмотрела на маму. тётя Вика была папиной двоюродной сестрой, которая очень давно уехала из города в деревню. Веселая, она иногда приезжала в Петербург и обязательно заходила к нам, всегда принося мне в подарок очередную книжку. У меня уже целая полка была из этих книг, читать я их не успевала: то уроки надо было делать, то на дополнительный английский, а еще были танцы и рисование. В общем, времени читать у меня не оставалось. тётю Вику это расстраивало, но она не теряла надежды привить мне любовь к литературе. Я также не теряла надежды, что это желание пройдет. И вообще, кому нужны книги, когда есть интернет, и все можно посмотреть там?
– Ну так что, Каринка, что думаешь? – продолжала мама.
Было видно, что она очень хочет, чтобы я приняла ее предложение.
– Ну ладно, – я кивнула, – Я согласна. Только Микки я возьму с собой.
– Конечно, – уверила меня мама. Она так обрадовалась, что даже положила шпица обратно на белый пододеяльник, и вышла. Мы с Микки переглянулись.
– Похоже, лето у нас все-таки будет, – подбодрила я верного друга. Он повилял хвостом и радостно тявкнул.
Глава 2. В которой есть три чемодана, шапочка из фольги и долгое путешествие
Собирались мы долго, целых три дня. Мама пыталась предусмотреть все, что возможно: смену погоды, природные катаклизмы, атаку насекомых, падение метеорита. Последнее, правда, предложил папа, протягивая маме только что скрученную шапочку из фольги. Мама машинально взяла ее, несколько секунд озадаченно смотрела, пока папа, наконец, не рассмеялся. Шапка полетела в него, он увернулся, а я подхватила папино рукоделие и еще полдня надевала шапочку на себя, то на Микки. Я даже риллс сделала на свой канал в соцсеть и получила целых пятьдесят лайков от подписчиков, чем и похвасталась в классном чате.
“Подумаешь, – ответила мне Настька. – У меня на сторис из аэропорта семьдесят два лайка и три репоста.”
Я сразу же полезла на ее канал, где было выложено фото: Настя стоит с билетом на фоне стоек регистрации. Подпись гласила: “Первый раз на первоклассные сборы”. Лайков было уже восемьдесят.
– Пловчиха, – проворчала я. – Вот будут плечи широкие, как у парня…
Но меня никто не услышал. Мама все суетилась, папа смеялся и предрекал, что один из чемоданов мы все-таки забудем, потому что он не влезет в машину.
Даже Микки и тот заразился энтузиазмом предстоящей поездки. Песик постоянно бегал то за мной, то за мамой, а вечером запрыгивал к папе на колени и старательно тявкал, рассказывая, как у нас дела.
Мне казалось, что пройдет вечность, но день отъезда наступил очень быстро. Я проснулась с каким-то странным ощущением. С одной стороны, приключения звали меня, и я с восторгом представляла, как отправлюсь далеко отсюда, с другой – это было мое первое путешествие без родителей, и я очень волновалась. Мама, судя по всему, тоже. Поэтому яичница получилась пережаренной, сосиски – недоваренные, а кофе убежал из турки.
– Карин, что тебе еще положить? – все суетилась мама, поглядывая на часы. Стрелки неумолимо приближались к десяти, именно в это время тётя Вика должна была заехать за мной.
– Да мам, ничего, спасибо.
После очень обильного завтрака захотелось спать.
– Я тебе в дорогу положила: яблочки, мандаринки…– она протянула пакет и вздохнула. От этого у меня в носу защипало.
– Мамочка, – глотая слезы, я кинулась ей на шею.
– Доченька, ты если вдруг что-то случится – сразу звони, я тебя заберу, – мама обняла меня крепко-крепко. Я судорожно вздохнула.
– Это еще что такое? – папа зашел на кухню. – Что за потоп? Лодку достать?
– Да ну тебя, – отмахнулась мама. – Карина, как приедешь – позвони!
– Ты лучше на ее канал подпишись, – посоветовал папа. – Заодно и все про поездку знать будешь.
Заливистая трель звонка прервала нас. Микки сразу же затявкал, демонстрируя, что он – настоящий пес, который недаром ест корм суперпремиум класса, и всегда готов охранять нас.
– О, вот и Вика приехала, – папа отправился открывать. Мы с мамой тоже вышли в коридор.
– Всем привет! – тётя Вика переступила порог. Худая, высокая, с темными волосами, забранными в хвост, она мне казалась гораздо моложе моих родителей. – Ну что, готовы?
Ее взгляд упал на чемоданы, выстроившиеся рядком у дверей:
– Вы что, все втроем едете?
– С чего ты взяла? – удивилась мама.
– Ну как же? Ребенок один, а чемодана три.
– А это… это на всякий случай… – мама смутилась. тётя Вика перевела взгляд на папу, он пожал плечами:
– Не спрашивай.
– Ясно, – тётя Вика склонилась и погладила шпица, который, как и положено благовоспитанному псу, крутился рядом с гостьей, радостно виляя хвостом. – Собаку тоже берем?
– Конечно, – я подхватила шпица на руки. – Без Микки я не поеду!
– Без проблем, – кивнула тётя Вика. – Надеюсь, ты знаешь, что собаку может укачать в машине и его не кормила утром?
Я только моргнула, а родители переглянулись.
Упс…
Глава 3. В которой появляется дорога, а также прочие неприятности
Погрузились мы быстро. Благо у тети Вики был огромный внедорожник. Он стоял около парадной и поблескивал своими боками. Тётя Вика нажала на брелок, багажник медленно открылся, демонстрируя недра, наполненные сумками и пакетами.
– А как же? – мама заглянула в багажник. – Разве они влезут?
– А я предупреждала! – хмыкнула тётя Вика. – Вот зачем столько вещей?
– И что же теперь, все перепаковывать? – охнула мама, растерянно смотря на папу. Он скривился и покачал головой:
– Обратно я эти баулы не потащу!
– Тогда пробуйте все упаковать. Только пакеты не придавите, – тётя Вика обошла машину. села за руль и включила зажигание. Папа вздохнул и принялся доставать вещи. Он очень старался, и все чемоданы влезли. Я даже взяла с собой шапочку из фольги, правда, она сразу смялась. но все равно, она была прикольная!
Мама с папой еще раз обняли меня на прощание, я села в машину.
– Пристегнись, – напомнила мне тётя Вика. Я скептически посмотрела на неё, то есть в зеркало заднего вида, котором отражались огромные солнцезащитные очки водителя:
– Я же не маленькая! И с родителями часто езжу!
– Тогда ты все знаешь, – она сняла очки и выразительно посмотрела на меня в зеркало.
Возразить было нечего, да я и не хотела, ведь ремень безопасности в автомобиле придуман не просто так, поэтому я защелкнула пряжку. Тётя Вика еще раз посмотрела на меня, чтобы убедиться, что все хорошо, и плавно вырулила, вливаясь в поток машин. Пока мы ехали по городу, я наблюдала за тем, что твориться вокруг, но потом мы съехали на платную дорогу и сразу стало скучно. Конечно, наш ЗСД, Западный Скоростной Диаметр, напоминал скелет огромного динозавра, но об этом знали все и все делали фото и сторис, когда ехали над Финским заливом. Но я все равно достала телефон и засняла пейзаж, после чего отправила на свой канал.
“Путешествие началось,” – написала я. Меня полайкали и даже начали спрашивать о путешествии в классном чате.
“Карина, а ты куда едешь? В аэропорт?” – поинтересовалась Оля, с которой мы сидели вместе на английском. Я сокрушенно вздохнула, прекрасно понимая, что все ждут подтверждения.
– Что не так? – поинтересовалась тётя Вика.
– Ну… – протянула я. – Ничего…
– Карина, – хоть ее глаза и были закрыты очками, но я все равно знала, что тётя на меня смотрит. – Давай договоримся, что поскольку нам месяц сосуществовать друг с другом, то у нас не должно быть секретов друг от друга?
– Это как?
– Все просто, если я задаю вопрос, то ты на него отвечаешь. И наоборот. Идет?\
– Ага, – кивнул я и сразу же спросила. – А зачем вы согласились меня взять?
– Просто, – снова сосредоточившись на дороге, тётя Вика пожала плечами. – Твой папа обрисовал ситуацию, и я подумала, что тебе в городе сидеть?
– Так просто? – я потрясенно уставилась в зеркало.
– А что сложного? – усмехнулось отражение. – Теперь твоя очередь. Что тебя расстроило?
– Да так, – вздохнула я, крутя в руках смартфон. – Я же всем говорила, что полечу в Турцию, буду отдыхать в крутом отеле. и вот…
– Ну… – тётя Вика включила поворотник, обгоняя грузовик. – Ты пока можешь не говорить.
– Как же? А мой канал? А наш чат?
– Действительно, чего это я? – показалась, что тётя Вика смеётся, я даже подалась вперед и заглянула ей в лицо, но нет, она была абсолютно серьёзна.
– Знаешь, я бы держала интригу, – наконец сказала она.
– Чего?
– Интригу. Ну можно сделать репортаж о таинственном путешествии… пусть все гадают, куда ты собралась вместо Турции и почему там лучше. Заодно и комментариев больше будет.
– Точно! – просияла я и остучала в чат:
“ Да так, пока секрет.”
“Вы што, в Турцию на машыне?” – вмешался Данила. Он всегда писал с ошибками, чем неимоверно злил русичку. Ой, училку… то есть учительницу русского языка и литературы
Только Настька молчала, поскольку в спортивном лагере было очень строго с дисциплиной, и телефоны на день отбирали. Остальные, обсудив мой пост, продолжили чатиться. Одноклассники радостно обменивались сообщениями, то и дело посылая мемы.
“Скажите, какова была скорость столкновения страуса с деревом?” – написал Миша и приложил фото доски, на которой древесные волокна и следы от сучков образовывали голову страуса.
В ответ ему полетели лайки и смайлики.
Я тоже поставила смайлик и хотела написать, но не успела, потому что услышала странный звук. Повернувшись. Я увидела, что Микки тошнит. Прямо на сидение рядом со мной.
– Фу, – я поморщилась и брезгливо отодвинулась подальше.
– Что случилось? – поинтересовалась тётя Вика, бросая быстрый взгляд в зеркало заднего вида. Микки там видно не было, но характерный запах свидетельствовал сам за себя.
– Микки… – я поморщилась. понимая, что все и так стало слишком явным. – Он это… ему плохо стало.
Тётя Вика покачала головой:
– Я же говорила, что собаку перед дорогой нельзя кормить!
– Мама волновалась и забыла… – я беспомощно моргнула, не зная, что еще сказать в свое и Миккино оправдание
– Ладно, – Не отрывая взгляд от дороги, она протянула мне влажные салфетки, которые достала из бардачка. – Держи. В кармане кресла, кажется, есть пакет
– А… зачем? – я покрутила упаковку с салфетками. Там был нарисован белый пони с радужной гривой и таким же хвостом. Симпатично.
– Убери за собакой.
Грива пони словно потускнела. А сам он теперь, казалось, глумливо улыбался, ехидно поглядывая на меня.
– А… почему я? – глупый вопрос вырвался сам. Тётя Вика в ответ пожала плечами:
– А кто еще? Она же твоя.
– Это мальчик.
– Сути проблемы это не меняет, верно?
– Да… – меня охватила паника. Я никогда не убирала за Микки. У шпица был свой лоток, как у кота, но его чистила всегда мама. Да и остальное…А что, если и меня стошнит? Но выбора не было. Тётя Вика и не думала остановиться и помочь. А ехать так несколько часов не хотелось.
– Ладно, – стараясь задержать дыхание и не смотреть лишний раз на содеянное Микки, я кинула несколько салфеток, потом смяла их, стараясь дотрагиваться только до чистого кусочка, запихала в пакетик, а потом новой салфеткой протерла сиденье. Осталось огромное пятно. Пришлось протереть еще раз. Все это время шпиц стоял рядом и тяжело дышал, а потом его опять стошнило. И еще.
– Микки! – я. не знала, злится мне или сочувствовать псу.
– Бедный пес, – посочувствовала тётя Вика. Она съехала на обочину и остановилась. – Давай, выходи!
– Вы что, его высадите? – охнула я. – Он же не виноват, что мама волновалась и забыла! Тогда и меня с ним!
На меня посмотрели, как на сумасшедшую.
– Просто пройдись с ним и потом дай попить.
– А… – я вдруг вспомнила, что миски Микки остались дома, как и его лежаночка и игрушки. Даже любимый мячик! И пищащего фламинго.
– Так, сама собралась, а про собаку забыла? – понимающе протянула тётя Вика.
– Мне всего одиннадцать лет! – возразила я.
– Тебе уже одиннадцать. И пора начинать брать ответственность за других. Вот ты забыла про Микки, а пес теперь мучается, да ему даже глоток воды не сделать!
Мне стало невыносимо стыдно, я опустила голову. Вместо того, чтобы продолжать меня отчитывать, тётя Вика вздохнула:
– Ладно, иди пока прогуляйся, только далеко не отходи.
Я понуро побрела по высокой траве к лесу. Микки послушно семенил рядом, иногда оглядываясь, будто опасался, что машина уедет без нас. Дойдя до деревьев, пес задрал лапку, после чего мы вернулись.
– Карина, подставь ладошку, – тётя Вика достала бутылку с водой. – Пусть Микки попьет.
Я послушно сложила ладони и поднесла к собачьей морде. Шпиц жадно залакал, а потом завилял хвостом.
– И запомни, ты всегда сначала должна думать о тех, за кого отвечаешь, а потом уже о себе, – назидательно произнесла тётя Вика, протягивая воду мне. Мы тоже отпили по глотку и поехали дальше.
Чат вскоре заглох, интернет то и дело пропадал, и я, вставив наушники, включила один из фильмов, которые мне закачал папа. Про девочку и черную лошадь.
Лошади мне всегда нравились. Они были очень красивые, особенно когда стояли в парке, нарядные и катали прохожих. Там даже был пони с радужными крыльями и рогом во лбу, как единорог! Я несколько раз просила родителей прокатиться, но мне отказывали. “Лошадям в городе не место, и мы не станем поощрять тех, кто этого не понимает!” – пояснял мне папа.
Я только вздыхала. И вот теперь с интересом смотрела на приключение девочки, почти сразу приручившую строптивую лошадь, просто протянув ему яблоко. Недоверчивый конь узнал в героине родную душу, после чего они удачно выступили на соревнованиях, завоевав первое место. Я с завистью вздохнула, вот бы и мне так же! Закрыв глаза, я помечтала о том, как в деревне обязательно встречу красивого коня, залезу на него и помчусь по полю, бесстрашно прыгая высокий забор, как в фильме.
Я почти доскакала на лошади куда-то, когда меня потрясли за плечо:
– Карина, просыпайся, мы приехали.
– А? Что? – я с трудом разлепила глаза.
Машина уже стояла во дворе, впереди виднелся небольшой дом, выкрашенный серо-голубой краской, а сбоку приютился совсем маленький домик.
– Это кухня, – пояснила тётя Вика, перехватив мой удивленный взгляд.
– А почему она отдельно?
– Так безопаснее. Все-таки дом старый, деревянный, – не дожидаясь, пока я выберусь из машины, тётя Вика начал выгружать вещи из багажника.
Я осторожно достала Микки и поставила на землю. Шпиц был очень маленький, и ему нельзя было спрыгивать с сидения, иначе он мог сломать лапку. Микки радостно запрыгал вокруг меня, я погладила его и направилась к дому.
– Карина, кроме нас никого нет, так что захвати что-нибудь из вещей, – остановила меня тётя Вика. Пришлось взять один из чемоданов. Конечно, у чемодана были колесики, но они сразу же увязли в высокой траве, поэтому я понадеялась, что мама не заметит зеленые пятна от травы на пластике, и потащила его к высокому крыльцу.
Внутри дом оказался очень светлым и каким-то легким: стены, обитые вагонкой, кружевные занавески на окнах, мебель из настоящего дерева, я даже поискала портрет страуса из сучков. Подвявший букет полевых цветов стоял в огромной стеклянной кружке на столе, а в воздухе витал запах печенья. Микки радостно завилял хвостом, показывая свое одобрение.
– Подожди, вдруг это обман, – проворчала я, но шпиц мне не поверил. – И все окажется, как в сказке, где злая ведьма хотела зажарить брата и сестру в печке. Брата у меня нет, но есть ты… хотя ты слишком мелкий и мохнатый.
Микки радостно рявкнул, поддерживая разговор.
– Карина, твоя комната на втором этаже. Давай помогу, – тётя Вика подхватила чемодан и начала подниматься по лестнице. – Ох, какой тяжелый!
– Мама старалась, а папа даже шапочку из фольги сделал!
Я тоже пошла наверх, а Микки радостно поскакал по ступенькам следом за нами.
– Ну вот, – выдохнула тётя Вика. Она переступила порог и поставила чемодан. – Надеюсь, спальня тебе понравится.
Мне понравилось честно-честно. Широкая кровать, застеленная лоскутным покрывалом, на ней можно было лежать поперек, комод из светлого дерева, и небольшой столик, около которого стоял сиреневый плюшевый стул. Я подошла к окну и только тогда осознала, что см дом стоит на холме. поэтому из окна второго этажа видны окрестности: зеленые луга и блестящая полоска воды за ними. А еще…
– Ой, а это что, лошади? – охнула я, всмотревшись в темные силуэты на зеленой траве. Их было не больше десяти. Коричневые, рыжие и одна белая. Они мирно стояли в поле, опустив голову.
– Да, лошади, – тётя Вика тоже выглянула из окна.
– А откуда они взялись?
– Здесь есть конюшня, – она махнула рукой в сторону одноэтажного здания с серой крышей. – Тебе разве родители не сказали?
– Не-а, – я мотнула головой, сразу же схватила телефон и сделала фото, чтобы выложить на канал.
“Смотрите, лошади!” – подписала я. И сразу же получила несколько сердечек и один язвительный комментарий от Настьки: “Подумаешь, у меня тут дельфины!”
– Да ты вообще думать не умеешь, – фыркнула я в телефон, словно он мог просто так передать мои слова главной врагине.
– Это ты мне? – тётя Вика приподняла брови.
– А… ой, конечно, нет! – я виновато потупилась.
– Тогда хорошо, а то я уже испугалась, что придется тебя воспитывать.
– Как будто вам не надо это делать, – рискнула сказать я. К моему удивлению тётя Вика пожала плечами:
– А зачем? Для этого у тебя есть родители.
– А… но… – опешила я.
Тётя Вика улыбнулась и отправилась за вторым чемоданом, а я снова выглянула в окно и замерла: по полю мчался всадник на черном коне. Почти таком, какой был в фильме! Он двигался вдоль невысокой изгороди, которую я сперва не заметила, слишком потрясенная тем, что почти под окнами разгуливали лошади.
Всадник тем временем подскакал к ярким палкам, стоящим крест-накрест на белых столбиках, и конь взмыл в воздух, пронесся над ними и снова поскакал по траве.
– Тётя Вика, а это кто? – я обернулась.
Поставив второй чемодан, она подошла ко мне.
– Наверное, кто-то из Полининых учеников. У нее летом много детей занимается. Полина – хозяйка конюшни. Если хочешь, можешь завтра сходить к ней, спросить про занятия. Думаю, твои родители возражать не станут.
– Ага, конечно, – фыркнула я, вспомнив все попытки покататься на лошадях. – Они не слишком любят животных.
– Поэтому и завели собаку?
– так это я попросила.
– Но ведь твоя мама ухаживает за Микки, а папа выгуливает вечером, верно?
– Только зимой, когда темно! – возразила я. – Летом всегда я!