Контракт. Брак не предлагать
- -
- 100%
- +
Стены серебристой капсулы, прилетевшей за ней, изнутри были прозрачными, но Донна не стала смотреть по сторонам, прекрасно зная, что увидит все ту же заснеженную пустыню и золотистое солнце, ярко сиявшее в розово-сером небе. К тому же ей необходимо было продумать достойный ответ главе клана, чьих приказов она почти не могла ослушаться. На это «почти» и была вся ее надежда.
Флаер шустро пролетел над планетой и замер у небольшого двухэтажного здания. Шлюз, ведущий в полусферу, открылся, и капсула приземлилась на стоянку, где находились точно такие же капсулы, а позади них высился знакомый звездолет, на борту которого был изображен странный цветок: на колючей ветке нечто, напоминавшее зелено-сиреневую кисточку.
Говорили, что такое растение росло раньше на планете Земля и называлось не то сполох, не то чертов всполох. Впрочем, Донну никогда не интересовала ботаника. Ей вообще казалось глупым делать символами клана цветы или животных.
Уже прекрасно понимая, кого она сейчас увидит, прошла внутрь. Высокий широкоплечий мужчина с рыжими кудрями, напоминавшими проволоку, и серыми холодными глазами нетерпеливо прохаживался по ослепительно-белому холлу меж полупрозрачных колонн.
Джон О’Доннал. Глава службы безопасности клана, дальний родственник Расмуса О’Доннала и потенциальный жених самой Донны, не принимавший никаких отказов. Несколько раз он пытался назначить ей свидание, а однажды даже умудрился поцеловать на праздник Излома зимы, поскольку Донна встала под какой-то зеленью, подвешенной к потолку в конференц-зале фирмы О’Донналов. С торжествующим криком Джон сгреб Донну в охапку и прижался к ее губам своими. Она влепила ему пощечину, но он лишь рассмеялся, говоря, что любит девиц погорячее. Только за одно это его можно было возненавидеть.
Сейчас Джон укоризненно посмотрел на Донну, после чего перевел взгляд на атомные часы, висевшие на стене. Всем своим видом он выражал недовольство, что ему пришлось ждать.
Как и большинство мужчин, он был слишком самоуверен и не сомневался, что Донна специально задержалась, чтобы привлечь его внимание к себе. Девушка не стала его разубеждать, не желая тратить время понапрасну.
– Донна, я жду уже четверть часа! – с укором пробасил Джон.
– Кто в этом виноват? – парировала она, решив обойтись без приветствия.
– Прости?
– Если бы ты, Джон, так не торопился примчаться сюда, то тебе не пришлось бы ждать, – услужливо пояснила Донна. – В следующий раз имей это в виду и приезжай позже.
Джон зло сузил глаза.
– У меня приказ главы клана.
– Не сомневаюсь, что ты никогда не прибыл бы сюда по собственной воле. – Донна ослепительно улыбнулась, прекрасно зная, что, как и большинство жителей планеты Эрин, Джон не любил снег, предпочитая ему зеленые луга и темные горы родной планеты.
Он насупился, но промолчал. Значит, дело было еще хуже, чем она думала. Джон был доверенным лицом Расмуса, и наверняка тот побеседовал со своим подчиненным, приказав не злить строптивую племянницу. Надежда на скорое возвращение в отель таяла просто на глазах.
– Где твои вещи? – Джон покрутил головой, ища огромные чемоданы известных межгалактических брендов, которыми так славилась Донна О’Доннал. Они были красивые и жутко неудобные, но ее это не смущало, поскольку всегда находился тот, кто готов был их нести. В крайнем случае она нанимала носильщика с антигравитационной тележкой.
Даже не удостаивая Джона ответом, Донна подошла к стойке, где сидел администратор. Сейчас это был молодой парень с желтой кожей, на которую, согласно законам его планеты, была нанесена красная вязь татуировок, говорившая, что он достиг совершеннолетия. Жители этой планеты, недавно вступившей в Федерацию, вообще отличались архаичностью нравов и пока не собирались ничего менять, все время вспоминая о правах и свободах. Сама Донна считала, что иногда неплохо бы помнить и об обязанностях, которые возникают с получением прав и свобод.
– Льюис, – прочитала она на табличке, прикрепленной на груди форменной рубашки, и с интересом посмотрела на администратора. – Это действительно ваше имя?
– Нет, мэм, вообще-то, меня зовут Зурбери, но руководство посчитало, что Льюис проще, – улыбнулся тот, стараясь не проявлять вполне очевидный интерес молодого мужчины при виде рыжеволосой красавицы.
– Тогда как же мне вас называть?
– Как вам будет угодно, мэм.
– Хорошо, Зурбери. – Она заметила, как его оранжевые с черной радужкой глаза довольно блеснули. – Как вы уже поняли, мне необходимо покинуть ваш прекрасный отель. Дело срочное, и я не успела собраться. Вы не могли бы оказать мне услугу – попросить горничных собрать все и прислать мне мои вещи по этому адресу?
Донна протянула пластиковую визитную карточку, под которой была свернутая купюра. Парень почтительно взял подношение.
– Конечно, мэм. Не волнуйтесь, я лично прослежу за всем.
– И включите, пожалуйста, почтовые расходы в мой счет.
– О, не беспокойтесь, – перебил ее администратор. – Мы отправим ваш багаж за счет отеля!
– Благодарю. – Еще одна улыбка, в меру дружелюбная и душевная, и Донна повернулась к Джону. – Идем.
– Тебе не стоит любезничать с этим… цветным! – Последнее слово Джон будто выплюнул. Краем глаза Донна заметила, что татуировки администратора засверкали, парень явно услышал эти слова и разозлился.
– Джон, как профессиональный адвокат я рекомендую тебе, экономя мое время, сразу же соглашаться на сделку и лично выплатить компенсацию за оскорбление, не доводя дело до суда, – заметила Донна, спокойно выходя на парковку.
– Не думаю, что этот желтокожий подаст в суд! – ухмыльнулся глава безопасности. – Его родители наверняка и грамоты не знают, а сам он только вчера слез с ораншадовой пальмы, когда еще один такой же, как и он сам, взял в руки дубину.
– Джон, мне напомнить основные постулаты межгалактической конвенции? – холодно отозвалась Донна. Она ненавидела эту самодовольную манеру Джона говорить об остальных, как о людях даже не второго, нет, третьего сорта.
– Можешь напоминать мне что угодно, а я напомню тебе, что ты – племянница Расмуса О’Доннала, поэтому кокетничать с…
– Ты забываешься! – холодно оборвала его Донна.
– Ты так защищаешь этих цветных, словно одна из них! – отозвался Джон, подходя к звездолету и прикладывая ладонь к сканеру, чтобы открыть шлюз.
Донна не ответила. «Нет, но могла быть», – пронеслось у нее в голове. Сразу вспомнилось и светло-серое тело, почти невидимое в темноте ночи, серебристо-белые волосы, переливающиеся при свете луны, крепкие руки, прижимающие ее к груди, страстный шепот: «А ты действительно рыжая…»
Донна моргнула, прогоняя наваждение, и зло посмотрела Джону в спину. Он упрекал ее не первый раз, а значит, наверняка знал что-то о том периоде ее жизни. Знал, но не пошел к Расмусу. Это было очень странно.
Джон обернулся и протянул руку, намереваясь помочь войти в звездолет, натолкнулся на ледяной взгляд изумрудно-зеленых глаз и невольно отступил. Все еще злясь на воспоминания, заставившие ее вновь почувствовать горькую обиду, она прошла внутрь и направилась прямиком в рубку поздороваться с экипажем.
За сенсорной панелью находились двое мужчин. И если штурман Донне не был знаком, то пилота она узнала сразу – Флетчер Уайт, много лет пилотировавший звездолет. Расмус недолюбливал его из-за цвета кожи, но ничего не мог поделать, Флетчер был одним из самых опытных пилотов Космической Федерации.
– А мы-то думали, кого отсюда надо забирать с такой спешкой! – пробасил он, широко улыбаясь. – Добро пожаловать на борт, мисс Донна! Если хотите, в баре есть джин-тоник! Как раз успеете до того, как мы запросим разрешение на взлет.
Штурман, еще достаточно молодой парень, смущенно промолчал, и Донна решила не настаивать на беседе, чтобы не смущать юношу еще больше.
– Спасибо, Флетчер, – поблагодарила она, направляясь к бару и игнорируя вошедшего Джона.
– Донна, тебе лучше занять пассажирское кресло, у нас не увеселительная поездка, мы торопимся, – мрачно проинформировал начальник службы безопасности, старательно игнорируя присутствие пилота.
– Подождут, – намеренно легкомысленно отмахнулась Донна и отсалютовала Джону стаканом. – Твое здоровье.
Судя по его взгляду, если бы не приказ главы клана, он просто выдернул бы стакан с напитком из рук Донны. Это еще раз убедило ее, что положение дел очень серьезное. Намеренно медленно выпив коктейль, она, не говоря ни слова, ушла в пассажирский салон, заняла одно из кресел и включила защитное поле, отделившее ее от остального мира раньше, чем Джон успел последовать за ней.
Перед глазами возникла виртуальная панель выбора развлечений во время полета: музыка, фильмы, массаж, эротические фантазии. Донна задумалась, потом просто отключила ее и закрыла глаза. Сфера не пропускала звуков снаружи, и ей хотелось насладиться последними минутами одиночества.
Глава 3
Ровно через пять часов после старта звездолет клана О’Донналов повис на орбите планеты Эрин и начал готовиться к посадке. Донна поняла это по характерной вибрации, не дожидаясь оповещения системы о приземлении, она выключила защиту и встала. Игнорируя сигнал о нарушении безопасности полета, с наслаждением потянулась и прошла в рубку. Пилот оглянулся.
– Мы скоро пойдем на снижение, – предупредил он.
– Я знаю. – Она села на место второго штурмана и включила защитное поле. – Но я же не помещаю вам здесь?
– Если не будете ничего трогать, – отозвался пилот, вместе со штурманом вводя в систему управления курс вхождения в слои атмосферы. Донна знала, что это самый ответственный момент, потому молча отвернулась к панели, на которую камеры проецировали изображения с поверхности звездолета.
– Донна, тебе не следует заходить сюда! – Огромная фигура Джона заслонила шлюз, система опять заорала о нарушениях. – Посадка еще не произведена.
– Да, я заметила, тебе лучше вернуться на свое место, Джон! – Она насмешливо посмотрела на него. Тот скрежетнул зубами, но подчинился, прекрасно зная, что система звездолета не позволит начать приземление, если нарушены правила.
Едва заметно улыбнувшись, Донна вновь отвернулась к панели. Ее всегда завораживал момент, когда космический корабль начинал посадку, и вокруг обшивки бушевало пламя. В этом была особая магия: ощущать прохладу воздуха, когда желто-оранжевое марево закрывало все вокруг. Когда оно стихло, звездолет уже летел над горами, за которыми виднелись небоскребы Даута, города, полностью подчинявшегося, да что там, полностью принадлежавшего клану О’Донналов.
Количество небоскребов, устремлявшихся к облакам, говорило о могуществе клана, и Даут считался одним из самых больших на планете. Поспорить с ним мог только Каллех, мегаполис на юге, которым заправляли Салливаны.
Звездолет взял курс прямо на самое высокое здание, огромным конусом возвышавшееся в центре города, там была расположена штаб-квартира главы клана.
Откинувшись на спинку сиденья, к слову сказать, не такого удобного, как в салоне для пассажиров, Донна задумчиво смотрела на панели. Пилот вел звездолет так ровно, что казалось, будто само здание приближается им навстречу. Вот оно стало совсем близко, можно было увидеть крепежи на металлических конструкциях, а потом изображение пропало, корабль пристыковался к специальному рукаву-шлюзу.
Поблагодарив пилота и штурмана, Донна встала и прошла в пассажирский салон.
– Думаю, будет лучше, Джон, если ты пойдешь первым.
– Разумеется. – Он улыбнулся, полагая, что все недоразумения забыты. Донна лишь тихо хмыкнула и направилась к выходу.
Охранники, стоявшие у входа, крепкие парни в сине-зеленой, цвета клана униформе с цветком чертова всполоха на груди беспрепятственно пропустили их внутрь, попутно проинформировав, что Донну ждут в дубовом кабинете. Значит, дело становилось семейным.
Ее всегда забавляло, что Расмус, пытаясь разделить работу и личные дела, даже распорядился сделать два кабинета.
Один – с поверхностями из светлого дерева, металла и огромной стеклянной стеной, выходящей на город, был рабочим, другой – темный из-за деревянных панелей, закрывавших стены, с узкими стрельчатыми окнами, в которые были вставлены витражи, и тяжелой старинной мебелью, привезенной еще с планеты – праматери всех людей, – для семейных дел.
Донна шла в темный кабинет. На пороге она замерла и обернулась к своему сопровождающему:
– Извини, Джон, но, похоже, это – семейное дело.
Ей доставило удовольствие закрыть дверь перед его носом.
Дядя стоял у окна, сцепив руки за спиной. Он даже не шелохнулся, хотя, Донна это знала, прекрасно все слышал.
Это ее не обескуражило. Она спокойно прошла, но не к столу, а к креслам, стоявшим в углу перед журнальным столиком со столешницей, на которой из-под потемневшего лака еще виднелись узоры. Не дожидаясь приглашения хозяина кабинета, Донна села в одно из них и закинула ногу на ногу, спокойно ожидая, пока Расмус обернется.
Тот не торопился, испытывая строптивую племянницу на прочность. Впрочем, к этому она тоже привыкла.
Со своего места Донне прекрасно было видно лицо ненавистного родственника: высокий лоб, слегка курносый нос и россыпь веснушек по белоснежной, как и у нее самой, коже. Глубоко посаженные серые глаза всегда проницательно смотрели на собеседника, или так казалось из-за морщин в уголках. Волосы, когда-то рыжие, а теперь желтовато-белые, были зачесаны назад, скрывая небольшую лысину. Сколько Донна его помнила, дядя всегда слегка сутулился, словно пытаясь скрыть свой высокий рост.
Наконец он повернулся и внимательно посмотрел на племянницу, слегка скривился, заметив, что на ее одежде нет знака принадлежности к клану, но промолчал, явно не желая ссориться понапрасну.
– Донна? – Тон был официальным.
– Сэр?
– Как прошел полет?
– Хорошо. – Обычный обмен любезностями, прелюдия к главному, но Расмус не торопился. Он никогда не торопился, пытаясь сбить собеседника с толку. На этот раз преимущество было на стороне Донны. Она подчеркнуто спокойно сидела в кресле, смотря на дядю.
– Ты знаешь, зачем ты здесь, – утвердительно сказал он.
– Могу только догадываться.
– Теа сказала, что ездила к тебе.
Донна лишь слегка наклонила голову, подтверждая сказанное.
– Думаю, она тебе все рассказала. – Расмус явно нервничал.
– Как она прогуливала лекции? – уточнила Донна. – Да, рассказала, но мы обошлись без подробностей.
– Она не прогуливала, просто объем информации таков, что она не в состоянии его запомнить! А из-за тебя требования к ней выше, чем к остальным!
– И вы в это верите? – Донна выразительно изогнула бровь.
– Не важно, во что я верю, важно, чтобы она получила диплом!
– Тогда пусть тренирует память. – Она пожала плечами.
Расмус в упор посмотрел на племянницу.
– Донна, ты прекрасно знаешь, что Теа не сможет сдать экзамен.
– Сочувствую Теа и вам тоже. Кстати, как получилось, что она до сих пор не вылетела из Куинси?
Расмус прошелся по комнате, задержал взгляд на столе, выровнял бумаги, лежавшие там, и вновь посмотрел на племянницу.
– Она училась.
Донна покачала головой.
– Мне ведь не составит труда, выйдя из этого кабинета, посмотреть кадровые перестановки последнего года в Юридической школе Куинси.
О’Доннал вздохнул и признался:
– Ева Шиин. Она ушла.
– Вот как? – Донна слегка оживилась. – И кого назначили вместо доктора Зло?
– Джейсона Роу.
– А он не берет взяток, – с довольным видом констатировала она, вспомнив чудаковатого старшекурсника, всегда с тоской смотревшего на нее.
– Я всего лишь спонсировал Юридическую школу! – возмутился Расмус. – Дотировал постройки, оснащение кабинетов! Это не взятка.
– Неужели? – Донна усмехнулась. – Интересно, а Джейсон Роу тоже так считает? И, кстати, как ко всему этому отнесся ректор Мак-Кинтош?
– Он позвонил мне и предупредил, если Теа не сдаст все задолженности, она будет отчислена.
– И вы не предложили университету спонсорскую помощь? – Донна явно издевалась.
– Я предложил построить новый корпус. Но этот… – Он осекся и посмотрел на племянницу. – Он отказал мне! Мне! Главе клана О’Донналов!
– Наверное, ректор судит о могуществе клана по его представителям в университете, – предположила Донна. Дядя кинул на нее грозный взгляд, но Донна сидела, с ангельским видом, хлопая ресницами; на секунду Расмусу показалось, что перед ним его дочь Теа. Но он тут же заметил насмешливые огоньки в изумрудно-зеленых глазах и понял, что она просто издевается. По привычке Расмус скрипнул зубами, зная, что это все равно бесполезно. Удивительно, как Донна умела вывести из себя одним взглядом, или, может быть, дело было в том, что рыжеволосая красавица была слишком похожа на свою мать Шейлу О’Доннал. Теперь на нее была похожа и его собственная дочь Теодора.
– Хорошо, Донна, чего ты хочешь? – устало сказал он, понимая, что придется поторговаться. Она пожала плечами.
– Выпить. Джин-тоник, если не затруднит.
– Только не говори, что ты не воспользовалась баром на звездолете!
– Я задремала. Знаете, так бывает, когда человек в отпуске…
– Я отзываю тебя из отпуска.
– Даже так? – Она слегка приподняла брови точь-в-точь, как Шейла когда-то. Это окончательно вывело Расмуса из себя.
– Да. – Он почти выплюнул это слово.
– Основание? – Голос Донны стал чуть жестче, таким тоном она обычно вела переговоры.
– Твой контракт. Дело идет о благополучии всего клана. И мне, а значит, и всем О’Донналам необходима твоя помощь.
– В чем?
– Ты должна сдать экзамены за Теа!
Донна с удивлением посмотрела на дядю. Он действительно произнес это.
– Вам так хочется получить Патрика Салливана?
– Салливаны – сильный клан. Свадьба двух наследников объединит людей.
– А развод их вновь сделает врагами! – фыркнула Донна.
– Какой развод?
– Который непременно последует, когда Патрик Салливан узнает, что его жена не окончила Куинси.
– Он не узнает, если ты не скажешь… – Расмус хищно посмотрел на племянницу, словно жаждал свернуть ей шею. – Но ты не сделаешь этого, ты же подписывала соглашение о неразглашении!
– К сожалению, я растерялась, поскольку подписывала слишком много бумаг, но после окончания Куинси я их изучила, и очень внимательно. Соглашение касается лишь коммерческой информации.
– Рассказав Салливану правду о Теа, ты разрушишь планы о слиянии, и мы недополучим выгоду.
– Ну, упущенную выгоду еще надо доказать… – Донна вновь улыбнулась. – Так что, Расмус, боюсь, мой потревоженный покой обойдется вам слишком дорого.
Тот одарил ее тяжелым взглядом.
– Я тебя внимательно слушаю.
– Простите? – не удержалась она.
– Донна, если ты до сих пор не встала и не ушла, значит, ты что-то хочешь. – Глава клана криво усмехнулся. – Осталось услышать, что именно.
Досадуя на себя, она прикрыла глаза. Расмус тоже умел играть в эти игры и делал это гораздо дольше, чем она. Донна вздохнула, можно еще полчаса ходить вокруг да около, а можно… она подняла голову, решив идти ва-банк.
– Мне нужна свобода, Расмус! – Странно, только сейчас Донна поняла, что никогда не называла его дядей.
– Что? – подскочил он.
– Диплом Теа полностью погасит долги моего отца перед кланом О’Донналов.
– Нет.
– Тогда разговор окончен. – Она сделала вид, что намеревается встать.
– Донна, ты просишь очень много… – многозначительно произнес глава клана О’Донналов.
Девушка пожала плечами:
– Я много теряю. Если меня поймают, то могут, по меньшей мере, аннулировать диплом. В худшем случае мне светит тюремный срок за мошенничество.
– Тебя не поймают, вы с Теа похожи как две капли воды, даже генетически.
– Не мне вам рассказывать про методы идентификации личности: отпечатки пальцев никто не отменял.
– Кому взбредет в голову проверять отпечатки?
– Расмус, я была лучшей выпускницей своего года, мой портрет красуется на доске почета. Меня помнят многие, кто преподает в Куинси. И мы с Теодорой абсолютно разные. Я не умею и не хочу изображать идиотку. Если хоть один из преподавателей заподозрит неладное…
– Мы можем переписать контракт, скажем, на десять лет, это – половина долга. Пять из них ты уже отработала.
– Нет. – Донна все-таки встала. – Все или ничего. Решать вам.
Она вышла из кабинета, не дожидаясь позволения главы клана. Дошла до лифта, спустилась на первый этаж и покинула здание. Никто не остановил ее.
Донна даже не знала, хорошо это или плохо. После таких разговоров с Расмусом она чувствовала себя крайне мерзко, всегда начинала болеть голова. Пройдя немного, девушка свернула на ближайшую авеню и зашла в первый попавшийся бар.
Он был почти пустым, лишь трое завсегдатаев сидели за стойкой и обсуждали последние космические гонки.
Донна забилась в самый темный угол и заказала себе виски. Оказалось, что в стаканах подавали лишь самый дешевый, напоминавший, скорее, разведенный спиртом чай, пришлось брать бутылку.
Когда официант, мальчишка в пиджаке сомнительной белизны, нес заказ, один из пьянчужек поднял голову, взглядом следя за подносом, на котором стояла бутылка. Он даже приподнялся, чтобы подсесть к Донне, но был остановлен жестким взглядом зеленых глаз, после чего поежился и предпочел вернуться к приятелям.
Донна выпила два бокала, когда ее смартфон мелодично тренькнул. На экране возникло: «Принимается. Завтра будь готова вылететь на Куинси». Донна выдохнула и, отстучав: «Буду готова, как только подпишем все бумаги», плеснула себе еще виски и выпила залпом.
Глава 4
На следующее утро, несмотря на то, что большую часть ночи она провела за изучением досье Теа, Донна проснулась очень рано. Шторы в спальне еще были задернуты, они раздвигались системой ровно в семь утра. Донна лениво бросила взгляд на часы. Четверть седьмого. Засыпать вновь уже не было смысла.
Девушка встала и направилась в ванную, затем, завернувшись в пушистое полотенце, прошла на небольшую кухню. Бросила взгляд на каппимашину, решительно достала пережиток прошлого – джезву, напиток в которой надо было варить на настоящем огне. Это было прямым нарушением договора аренды, но сейчас Донна позволила себе это. Она знала, что не вернется в свою квартиру, она вообще не вернется на планету, получив шанс начать все сначала.
Перед глазами пронеслось его лицо – такое, каким она видела его в последний раз по галасвязи: жесткие складки у губ, такие губы называют чувственными, прямой нос, аметистовые глаза, горящие злым огнем. В ушах все еще раздавался его голос, напряженный, с нотками обреченности:
– Это твое окончательное решение?
«Нет! – хотелось кричать ей. – Нет, помоги мне, спаси меня от Расмуса!»
– Да. – Не стоило впутывать кого-либо в свои проблемы.
– Тогда, думаю, нам нет смысла продолжать…
Шипение спиртовки было сигналом, что каппи все-таки убежал. Донна, ругнувшись, подхватила джезву и буквально перекинула напиток в чашку. Вытерла лужу, вновь открыла лэптоп. Надо было еще раз проверить все документы.
Одевалась Донна с особой тщательностью. Ничего, что бы указывало на принадлежность к клану. Персиковое платье-футляр с асимметричным белым воротником, белый пиджак, обувь на высоком каблуке. Волосы девушка закалывать не стала, лишь тщательно уложила, очень внимательно посмотрела в зеркало, капнула на запястье модными в этом сезоне духами и, удовлетворенная увиденным, направилась к Расмусу О’Донналу.
Донна специально сняла квартиру как можно дальше от здания, где располагалась штаб-квартира Расмуса, словно это расстояние могло помочь избежать контроля со стороны службы безопасности клана. Впрочем, пункт о запрете наблюдения за ней тоже был включен в новое соглашение.
На этот раз встреча проходила в офисной части пентхауса. Стеклянная стена, открывавшая вид на город, была настолько прозрачной, что казалось, ее не существует. Донна приветливо махнула рукой, вернее, огромной сумкой, в которой лежали документы, секретарям. Две девицы, одна чуть выше и более пухленькая, а вторая с россыпью веснушек на лице, удивленно воззрились на нее.
– Вы же в отпуске, – неуверенно произнесла полненькая.
Донна улыбнулась:
– Так бывает. Издержки популярности у Расмуса.
– О да! – Та, которая более высокая, понимающе кивнула. – Я помню, как он выдернул Джона как раз…
Она вдруг осеклась и округлила глаза, понимая, что сболтнула лишнее. Донна улыбнулась и заговорщицки прошептала:
– Если ты о Джоне О’Доннале, то он – весь твой! Постарайся окольцевать его!
Девушки переглянулись и хихикнули, а Донна подмигнула им.
– Мне пора. Провожать не надо, сама дойду!
Бросив взгляд на часы и убедившись, что будет точно в назначенное время, она прошла по коридору. В приемной уже сидел Джон.