Игра за мечту

Это вымышленное произведение. Любое сходство с реальными людьми, живыми или умершими, является случайным.

«Игра за Мечту» – история о подростке из Лутона. Его зовут Алекс. Он получает шанс попасть в футбольную академию Брайтона. Вместо громких побед – боль, выбор и одиночество. Вместо славы – пустые залы, травмы и тишина. Но именно в эти моменты он обретает самое главное: себя. Книга идеально подходит для подростков 14–17 лет и их родителей.

ВВЕДЕНИЕ

Когда я был ребёнком, я любил мечтать. Моя мечта была огромной. Я представлял, как однажды выйду на поле, где тысячи глаз будут следить за каждым моим шагом, где один решающий удар может изменить всё.

Но мечты – странная штука. Они манят нас своей красотой, но редко показывают, что стоит за ними. Какой путь предстоит пройти, сколько дверей нужно открыть, а от каких – отвести взгляд.

Эта история не о футболе, хотя поле здесь играет важную роль. И не о выборе, хотя он будет стоять перед главным героем. Это история о том, как сложно найти место, где сердце обретает покой.

Я написал эту книгу, потому что сам однажды стоял на вокзале с билетом в руках и не знал, куда двигаться дальше. Я не знал, что мой путь приведёт меня сюда – к этим страницам, к вам, дорогие читатели.

Эта история – для всех, кто боится сделать шаг, кто мечтает и сомневается. Возможно, она не даст ответов, но я надеюсь, она заставит задуматься.

Часть первая. ПЕРВЫЙ ТАЙМ

Глава 1. Добро пожаловать домой

– Алекс, пас, пас, я открыт!

… некоторое время спустя

– Вот вечно ты так, все сам решаешь, а как же партнеры по команде, мы же тоже забивать хотим.

– Ну извини, Стив, просто лучше я сам решу эпизод, если могу, я уверен в своих силах

– Да ну тебя

Болтали мальчишки возвращаясь уютным, хоть и весьма холодным зимним вечером домой, после воскресной игры в школьной лиге, в которой Алекс как обычно блистал. Дубль и маленькая золотистая статуэтка на память, как лучшему игроку матча, согревали его.

– Был бы ты так уверен, не мямлил бы как девчонка когда Оливия позвала тебя на танцы – продолжил Стив.

– Ну эээ, я это, сог сог согласен пойти с с с тобой – неуклюже передразнивал один друг другого.

– Я не так говорил – возразил Алекс

– Конечно, ты вообще ничего не говорил – подитожил Стив

Парни начали в шутку бороться, но у гололедицы были другие планы и уже через 5 секунд они оба лежали в снегу.

Они посмотрели друг на друга, оба в пуховиках, шапках и перчатках и лица было почти не видно, все было в снегу.

Парни сильно засмеялись. Алекс еле как поднялся, отряхнулся и протянул руку другу

– Вставай, пора домой

– Тебе надо, ты и иди, а я тут еще немного полежу – ответил Стив

– Ну и лежи сколько влезет – недовольно добавил Алекс и направился в сторону дома. Правда через минуту на всякий случай обернулся посмотреть как там друг. Все в порядке. Стив уже довольный топал в сторону своего дома.

Дом, в котором жил Алекс, стоял в тихом районе на краю Лутона – низенький, двухэтажный, с облупившейся краской на дверной раме и клумбой, которую мама каждый год пыталась оживить. Внутри было скромно, но уютно. На кухне всегда пахло жареными тостами и чем-то сладким – мама пекла по выходным, как ритуал. Стены были усыпаны фотографиями: вот Алекс в садике с лицом, испачканным шоколадом, вот – в школьной форме, а вот – в футболке с номером 10, замахивается на удар в игре, запечатлённый в полёте мяч.

Пол в коридоре скрипел на третьей доске от лестницы – Алекс знал это место наизусть и всегда старался перешагнуть его, когда возвращался поздно, чтобы не разбудить родителей.

Утро начиналось всегда одинаково. Сначала – звук старого будильника на телефоне. Потом – полминуты борьбы с собой, кулак под щекой, взгляд в потолок. Алекс любил эти мгновения. Ещё не день, но уже не ночь. Всё впереди, и пока ничто не испорчено.

Он спрыгнул с кровати и, как всегда, первым делом подошёл к окну. За стеклом был серый, промозглый Лутон. Те же дома, те же крыши, на одной из которых всегда сидели голуби. Прямо напротив окна через дорогу красовался билборд газировки "Bubbluton". Снизу, с улицы, доносились звуки открывающихся магазинов и собачьего лая. Спокойствие маленького города.

На двери висел его рюкзак и аккуратно сложенная форма – привычка, которую он сам себе выработал. «Сначала готов к футболу – потом ко всему остальному», – повторял он.

На кухне его уже ждали запахи.

– Ты опять проснулся до будильника? – Мама, высокая и немного сутулая от вечной спешки, повернулась от плиты. Волосы собраны в пучок, на фартуке – пятна от муки.

– Ну да, как обычно, – пожал плечами Алекс, натягивая толстовку. – Не могу спать, когда день матча.

– День матча? Вы же вчера играли – с недоумением в голосе спросила она, ставя перед ним тарелку с поджаренными тостами и вареньем.

– Сегодня игра с параллельным классом. Надо быть в форме.

С кухни вышел отец – высокий, с натруженными руками, в костюме свойственному бухгалтеру. На его лице всегда было выражение усталой строгости, но в глазах – мягкость.

– Ты опять на поле весь день будешь? – спросил он, наливая себе кофе.

– После школы – да, тренировка, потом матч.

– Ладно. Только не забывай, что в жизни есть и другие ворота, не только футбольные. – Он посмотрел на сына поверх кружки. – Ты у нас мечтатель, Алекс, а мечты – дело тонкое.

– А если я мечтаю правильно?

– Тогда жизнь тебе задаст задачку посложнее, – улыбнулся отец. Только помни, мечта любит тех, кто бьётся до конца.

Мама мягко хлопнула его по плечу:

– Перестань. Пусть мечтает. Это лучше, чем просто сидеть на диване.

Алекс молча доел тост и пошёл собираться. Эти разговоры повторялись часто, но он к ним привык. Они волновались. Любили. Просто не могли понять до конца, как это – мечтать настолько сильно, что всё остальное кажется второстепенным.

Алекс вышел из дома, перекинув рюкзак на одно плечо. Вокруг всё было до боли знакомо: серая кирпичная кладка соседнего дома, облупленная лавочка, на которой летом старики играли в домино, и узкая тропинка, петлявшая между клумбами и мусорными баками. Улица ещё не проснулась окончательно – только редкие машины проезжали по мокрому асфальту, оставляя за собой лёгкий след пара.

Он вдохнул прохладный утренний воздух. В нём смешивались запах свежевыпеченного хлеба с пекарни на углу и чего-то влажного – будто за ночь прошёл незаметный дождь.

– Алекс! – донеслось с противоположной стороны улицы.

Он обернулся. Это была миссис Харрис – его старая соседка, низенькая женщина с седыми, будто поседевшими раньше времени, волосами. В руках у неё была плетёная корзинка.

– Опять с мячом под мышкой? – она прищурилась. – А ты не устаёшь, а?

– Устаю, но ведь играть то хочется, – ответил Алекс с улыбкой.

– Вот это правильно, – кивнула она, довольная, – только не забывай и про учёбу. А то будешь как мой Рон – весь в футболе, а теперь сидит на складе и считает коробки.

Он кивнул, попрощался и пошёл дальше, мимо лавки, где продавец фруктов уже расставлял ящики с яблоками и апельсинами.

Лутон был таким, каким он его знал всегда: маленьким, уютным, чуть потертым. Каждое утро он проходил мимо одинаковых кирпичных домов, мимо школы, где окна всегда были запотевшими, и через парк, где ещё лежали нерастаявшие клочки инея. Вроде бы всё как обычно, но внутри у него всё чаще появлялось странное ощущение… будто этот город – временный. Как будто он – ступенька. Как будто за его пределами есть что-то большее.

Алекс вышел из парка, перешёл дорогу на перекрёстке с чёрной телефонной будкой, которая уже давно не работала, и заметил знакомые силуэты у автобусной остановки.

– Эй, чемпион! – окликнул его кто-то с насмешкой.

Это был Стив— высокий, слегка сутулый парень с вечно взъерошенными волосами и широкой ухмылкой. Он держал в руках спортивную бутылку и пинал пластиковую крышку по асфальту, будто она – футбольный мяч.

– Снова опоздал? – усмехнулся Джей, другой их друг – худой, с серьёзным лицом и рюкзаком, набитым учебниками, так что тот выглядел будто ему лет двадцать.

– Да ладно вам, я всего на пару минут, – пожал плечами Алекс.

– Всё равно в школу вместе идём, – пожал плечами Стив, подхватив темп рядом.

– Ты вчера матч смотрел?

– Конечно, – кивнул Алекс. – Арсенал опять еле-еле вытянули.

– Потому что у них нет такого нападающего, как я, – сказал Стив, поигрывая бутылкой. – Вот бы нас туда взяли…

– Сначала бы хоть в юниорскую сборную попасть, – буркнул Джей.

Они шли втроём по узкой улочке, где стояли запаркованные вплотную машины и в окнах домов мелькали шторы – кто-то уже варил кофе, кто-то только просыпался.

По дороге к школе они всегда проходили мимо стены, разрисованной граффити

– кто-то когда-то нарисовал там огромного льва в футбольной форме с мячом под лапой. Алекс всегда невольно задерживал взгляд.

– Эй, ты опять смотришь на него, – заметил Стив. – Думаешь, это ты, да?

– Ну а что, – усмехнулся Алекс. – Надо же с чего-то начинать.

– Лучше уж с домашки по алгебре начни, – вставил Джей. – У нас контрольная.

– В жизни есть вещи поважнее алгебры, – философски протянул Стив. – Например, футбол. И… ну, футбол.

– Поэтому сегодня после школы – тренировка. Никаких отмазок. Даже если будет ливень.

– Даже если снег пойдёт, – улыбнулся Алекс. Глядя по сторонам и осматривая заснеженные улицы Лутона. – А если ураган?

– Тогда возьмём мяч покрупнее.

И они засмеялись, подходя к старому школьному зданию, которое в лучшем случае нуждалось в ремонте, а в худшем – в сносе.

Школа в Лутоне пахла мелом, пылью и старой древесиной. Алекс с друзьями вошёл в здание сквозь скрипучую дверь, и привычный запах учебных будней мгновенно накрыл их. В коридоре кто-то вешал куртку на крюк, у кого-то уже вырвали тетрадь с криком: «Верни, изверг!». Всё как всегда.

Алекс прошёл мимо доски объявлений, где висели пожелтевшие листовки с датами контрольных и плакат «День Карьеры – не пропусти!». Он, как обычно, поднялся на второй этаж – в класс истории, который пах особенно прочно – тут пол давно не мыли как следует.

– Доброе утро, господа, – протянул учитель истории, мистер Томлинсон. Лет сорока пяти, с круглой лысиной и старомодным жилетом. Он редко повышал голос, но почему-то все слушались. Может, потому что говорил всегда по делу.

– Доброе утро, сэр, – ответили ученики хором, кто лениво, кто с издёвкой.

Алекс занял своё место у окна. Стив сел позади, тут же начав что-то царапать на парте. Джей – у двери, как всегда по диагонали от учителя, чтобы легче было прятать книжку под партой и читать своё.

Мистер Томлинсон тем временем начал рассказывать про Индустриальную революцию. Голос у него был спокойный, но цепкий. И когда он говорил:

«Променять тяжёлый труд на паровую машину – вот что значит рискнуть всем ради прогресса», кто-то в классе всё равно начал зевать.

Алекс слушал – не потому что его это волновало, а потому что просто привык ловить суть. Иногда фразы цепляли, и он откладывал их где-то в голове. Бывали моменты, когда он думал, что Томлинсон мог бы быть хорошим ведущим на радио – под его голос так и хочется заснуть.

На перемене Алекс с Джейем подошли к автомату с закусками. Аппарат, как обычно, зажевал монетку.

– Эта фигня снова жрёт деньги, – пробурчал Джей, пнув автомат носком кроссовка.

– Попробуй ударить сбоку, – посоветовал Алекс.

– Это не телевизор девяностых, – фыркнул Джей, но всё равно толкнул корпус. Аппарат затрещал, мигнул и выдал какую-то обёртку, подозрительно лёгкую. Джей вытащил её и скривился.

– Крекеры? Кто вообще ест крекеры?

– Моя бабушка, – усмехнулся Алекс. – Она ими чай размешивает. Джей расхохотался.

– Ладно, бери, ты заслужил.

– Спасибо, только вот… – Алекс понюхал упаковку. – По-моему, они из прошлого века.

– Подойдут под урок истории.

Стив подошёл к ним, глядя на всё это с выражением полного презрения.

– Вы серьёзно? Крекеры? Вот ради чего вы живёте?

– Ага, – кивнул Алекс. – Крекеры и контрольная по алгебре – наша реальность.

– Грустно с вами, – вздохнул Стив. – Пошли лучше, я слышал, что Мартин опять списал у Бренды, а та теперь грозится его придушить.

– Драма дня, – сказал Джей. – Мне это по душе.

Они втроём направились по коридору обратно к классу, болтая и смеясь. Мимо прошла мисс Эллиот с чашкой кофе и таким взглядом, будто была готова задержать их за преступление века. Все трое дружно притихли, а потом синхронно рассмеялись, едва завернули за угол.

Алекс на секунду отстал, задержавшись у школьной витрины, где стояли пыльные кубки. Один был за победу в городском турнире восьмилетней давности. Он коснулся стекла пальцами, будто проверяя – всё ли ещё здесь.

– Эй, ты идёшь? – окликнул Стив.

Алекс отвёл руку, кивнул и догнал друзей. Кубки остались за его спиной. Сегодня, как впрочем и всегда, самым продуктивным уроком у Алекса был "Обед". По-другому быть не может, когда ты любимчик местного повара со стажем работы 20 лет. Миссис Свонсон снова угощала пирожками, на этот раз с капустой. Урок английского шёл последним после истории, географии и алгебры и тянулся вечностью. Мисс Эллиот, строгая, в очках и с манерой говорить как на сцене театра, читала отрывок из «Ромео и Джульетты». Кто-то пытался слушать, кто-то зевал в кулак.

– «Что в имени? Роза пахла бы розой, хоть назови её хоть как…» – произнесла она, глядя поверх очков. – Итак, как вы думаете, что хотел сказать автор?

– Что у него проблемы с ботаникой? – тихо пробормотал Стив, и Джей едва сдержал смешок.

Мисс Эллиот метнула в их сторону взгляд.

– Мистер Харпер?

– Я… – Стив приосанился. – Думаю, он хотел сказать, что имя не меняет сути. Типа, если человек хороший, то неважно, как его зовут.

– Превосходно, – кивнула учительница, но голос у неё был такой, будто она сомневалась, понял ли Стив хоть что-то. – А вы, Алекс?

– Наверное, он хотел, чтобы люди не судили по внешнему. Или по фамилии. Или по клубу, за который играешь… – Алекс замялся. – Ну, типа так.

– Интересная параллель, – сказала мисс Эллиот, на этот раз чуть мягче. – Запишите это как мысль для эссе.

Стив протянул Алексу листок с рисунком: на нём был карандашный портрет самой мисс Эллиот в футбольной форме, с мячом и свистком в зубах. Алекс чуть не рассмеялся вслух, но в последний момент зажал рот рукой.

Когда прозвенел звонок, вся группа выдохнула с облегчением. Кто-то тут же вскочил, кто-то неторопливо стал собирать тетради.

– Тренировка через сколько? – спросил Стив, закидывая рюкзак на плечо.

– Через тридцать минут, – ответил Джей. – Успеем дойти. Если ты не будешь тормозить.

– Я – это скорость, – сказал Стив. – Меня в начальной школе «Гепардом» звали. Правда, не из-за бега, а потому что вечно футболку рвал.

– Это многое объясняет, – бросил Алекс с ухмылкой.

Они вышли из класса, прошли мимо всё тех же школьных витрин с кубками и пожелтевшими фотографиями прошлых выпусков. Алекс на секунду снова задержал взгляд на одном из снимков – парни с медалями, все как на подбор, гордые, юные.

– Эй, ты опять? – буркнул Стив, но уже без насмешки. Просто знал, что Алекс всегда на секунду отстаёт у этих стендов.

– Погнали, – сказал Алекс. – Опоздаем – тренер убьёт.

– Тогда лучше бежать, – подхватил Джей.

И втроём они вышли из школы, пересекли двор и направились к полю, где начиналась совсем другая часть дня.

Они шли через пустырь, заросший высокой травой и мусором, где когда-то хотели построить торговый центр, но так и не начали. Джей перепрыгнул через покосившийся забор, Стив – пролез под ним, Алекс привычно обошёл. Ветер гнал по земле пакеты, волосы разлетались в стороны. За пустырём начиналась улица с парой закрытых магазинов и старой булочной, от которой всё ещё тянуло корицей, даже если внутрь давно уже никто не заходил.

– Слушай, а если бы у нас был нормальный стадион, ты бы всё равно так же выкладывался? – спросил Джей, перекидывая мяч с ноги на ногу.

– Ага, только теперь с подогревом поля, – фыркнул Стив.

– Был бы нормальный стадион, нас бы туда не пустили, – сказал Алекс.

Они свернули за угол, и перед ними открылось тренировочное поле – не совсем ровное, с неровной травой, местами лысое, с ржавыми воротами и сеткой, которая держалась на честном слове. И всё же – это было их место.

На краю поля уже стоял тренер – мистер Кларк, высокий, в выцветшей спортивной куртке и с жёстким взглядом. Он не кричал зря. Если говорил – значит, стоило слушать.

– Опаздываете, как обычно, – бросил он, когда ребята приблизились. – Я уже подумал, что вы выбрали науку вместо футбола. Хотя… сомнительный выбор, зная вас троих.

– Извините, сэр, – буркнул Джей.

– Разминка три круга. И бегом, не как в выходной. Движение – жизнь.

Парни кивнули и побежали. Холодный воздух щипал щёки, дыхание сбивалось уже ко второму кругу. Алекс старался держать темп, не отставать. Он знал: даже если никто не считает очки, каждый раз – как проверка. Он всегда немного проверял себя.

Тренировка пошла по знакомому кругу: упражнения на точность, пас в движении, финты. Алекс чувствовал себя уверенно до первой ошибки – неловкий приём мяча, и он срезал пас в ноги противника.

– Стоп! – голос тренера, не громкий, но чёткий. – Что это было? Алекс молча опустил голову.

– Ты либо на поле настоящий, либо просто играешь роль, – сказал мистер Кларк.

– А настоящие не боятся ошибаться, но и не прячутся за ошибкой. Повтори. Алекс кивнул. Он вернулся в исходную точку и сделал тот же приём снова. Потом ещё раз. И снова. Пока всё не стало чисто. Никаких слов – только движение, только мяч, только поле.

Когда солнце стало садиться, и воздух стал резким от вечернего холода, тренировка подошла к концу.

– Хорошо поработали. Не идеально, но честно. А это важнее, – сказал тренер, проходя мимо них.

Алекс вытер лоб рукавом и оглянулся на поле. Здесь он чувствовал, что живой. Даже если ошибался, даже если проигрывал. Здесь – всё было по-настоящему.

Когда обычная тренировка закончилась, никто не спешил расходиться. На поле уже собирались ребята из параллельного класса – те самые, с кем у них сегодня была товарищеская игра. Назвать это событие дружеским матчем мог бы разве что учитель физкультуры. Для всех остальных – это была почти война. Старая, как сама школа, и важная, как финал Лиги чемпионов.

– Только не снова эти клоуны, – проворчал Стив, переобуваясь в бутсы поновее.

– Они говорили, что мы в прошлый раз выиграли только из-за везения, – сказал Джей, крутя мяч в руках.

– Ну, посмотрим, что они скажут сегодня, – бросил Алекс и вышел на поле. Парни из параллельного класса уже разминались, переговаривались, делали вид, что не замечают соперников, но стоило кому-то с их стороны пошутить – раздался громкий смех. Один из них, Роско, высокий и самоуверенный, махнул Алексу рукой.

– Эй, капитан! Сегодня без пенальти, а? По-честному!

Алекс не ответил. Просто посмотрел и отвернулся. Он знал, как важно сейчас не поддаться. Это не финал, но они играют за что-то большее, чем счёт – за уважение, за репутацию, за то самое ощущение, что ты не зря выходишь на это поле каждый день.

Судил игру мистер Харди, учитель физкультуры – в трениках и с громким свистком, который он, кажется, берег с восьмидесятых. Он подозревал, чем обычно заканчиваются такие матчи, и сразу сказал:

– Ребята, не забываем – это товарищеская. Если увижу грязную игру, снимаю с поля. Без разговоров.

Матч начался.

С первых минут стало понятно – лёгкой прогулки не будет. Роско лез в каждое столкновение, а их вратарь тащил всё, что летело в створ. Алекс, играя в центре поля, постоянно оглядывался – кому отдать, где открыться. Он держал игру в голове, даже когда сам не был у мяча.

На десятой минуте он отдал пас Стиву, тот принял, развернулся – и пробил. Гол. 1:0.

– Вот так-то! – крикнул Джей, подбегая обняться. Алекс только хлопнул Стива по спине и вернулся на свою позицию.

Во втором тайме они пропустили. Позиционно, по глупости. Один из защитников не добежал, и Роско спокойно пробил в угол. 1:1.

Становилось жарко. Кто-то начал играть жёстче, пошли толчки, столкновения, мистер Харди орал с бровки:

– Без подкатов сзади! Я всё вижу, не забывайте!

Алексу попали по ногам. Он упал, быстро поднялся, стиснул зубы. Было больно, но он не хотел показывать. Он смотрел, как мяч катится в сторону – его команда уже перехватила. Он сделал шаг. Потом ещё один. И снова включился в игру.

Оставалась минута. Всё шло к ничьей.

И тогда мяч оказался у Алекса. Он пошёл вперёд. Один из соперников выскочил навстречу – Алекс финтом убрал его вправо. Второй – слева. Быстрый пас Джейу – и тут же открывание. Джей вернул. Алекс оказался лицом к лицу с вратарём.

Секунда.

Он не думал.

Удар.

Но мяч срезался с ноги – слишком поспешно. Он полетел мимо штанги, прямо в сетку с внешней стороны.

– Ай!.. – вырвалось у Стива.

Гарри, вратарь параллельного класса, он же друг Роско, сразу крикнул:

– Слабо, капитан! – и рассмеялся, хлопнув перчатками.

Алекс развернулся и побежал назад, злясь на себя. Всё равно нельзя было сдаваться – оставались ещё секунды.

Но тут – перехват, быстрый навес, и… удар в касание. Роско. Снова он. Мяч влетел в ворота мимо их вратаря. 1:2.

Свисток. Конец.

Они проиграли.

На поле повисло неловкое молчание. Параллельный класс прыгал и обнимался, как будто выиграл кубок. Стив швырнул бутсу в траву.

– Блин, мы же держали их, – сказал он, тяжело дыша.

– Почти, – пробормотал Джей, вытирая лоб рукавом.

Алекс стоял посреди поля. Он ничего не говорил. Просто смотрел, как мяч, покатившись от центра, остановился у линии штрафной.

Он знал, что ошибся. Знал, что мог забить. И всё равно – это была игра. Настоящая. Живая. Та, после которой хочется попробовать снова.

– Ладно, – наконец сказал он. – В следующий раз будет наш матч.

Они шли с поля, не спеша. Ветер раздувал им куртки, бутсы глухо стучали по асфальту. Стив нёс мяч под мышкой, будто трофей, хотя проиграли.

– Знаешь, – начал он, – я думаю, это заговор. Параллельный класс специально отравил нас на большой перемене теми булочками из столовки. Я ж до сих пор вкус пластмассы чувствую.

– Ага, и Роско – агент вратаря «Арсенала», заслан в Лутон, чтобы мешать нам строить карьеру, – усмехнулся Джей.

Алекс молчал, потом вдруг сказал:

– А ведь почти получилось. Вот правда. Мы держали их, пока я не лоханулся.

– Ты не лоханулся, ты рискнул, – пожал плечами Стив. – Это же не шахматы. Тут или забиваешь, или промахиваешься. Главное – бьёшь.

– И получаешь по ногам, – добавил Джей, глядя на синяк на щиколотке.

– Зато живёшь, – сказал Стив. – А не трусишь. Они замолчали на секунду.

Потом Алекс кивнул, будто самому себе.

– На следующей тренировке хочу остаться после всех. Потренирую удары.

– Тогда мы тоже, – сказал Джей.

– Конечно, – подхватил Стив. – Что ты без нас, капитан?

Алекс усмехнулся, посмотрел в сторону, где за крышами домов небо уже начинало темнеть, и просто сказал:

– Только бы дождя не было.

– Даже если будет, всё равно придём, – отозвался Стив. – Мы же не параллельный класс, чтоб бояться.

И втроём они исчезли за поворотом улицы, оставив поле позади.

По возвращении домой, Алекса ждал ужин. Родители уже отдыхали в своей комнате под тихо работающий телевизор и только Мистер Мур встречал его всегда. Независимо от времени его возвращения. Был такой обычай у их кота, встречать только Алекса. Отец даже шутил как-то на эту тему: "Я всегда знал что вы вдвоём заодно".

Ужин, ванна и долгожданная кровать.

Комната Алекса была тёмной. В доме все уже спали – телевизор внизу умолк, в ванной больше не шумела вода, и даже Мур, судя по звукам, устроился где-то под батареей.

Алекс лежал на спине, глядя в потолок. Постель скрипела при каждом движении, но он не ворочался. Просто лежал и слушал, как стучит сердце. После матча внутри будто осталась тень – обида на себя, разочарование, но не злость. Скорее вопрос.

Что если я правда смогу?

Он не говорил это вслух. Только подумал. Впервые за день по-настоящему подумал.

Что если это не просто детская фантазия? А если можно стать кем-то? Не великим, не суперзвездой. Просто… кем-то настоящим на поле.

Он перевернулся на бок, дотянулся до ящика тумбочки. Там, под старой зарядкой, пыльной ручкой и связкой ключей, лежала потрёпанная тетрадка – дневник, но без заголовков «дорогой дневник». Просто листы с датами, заметками, тактиками, цитатами тренеров, вырезками из журналов.