Когнитивно-поведенческая терапия – всё по полочкам. Эффективные методы и практики для изменения мышления и преодоления невроза. Большое руководство для специалистов и вдумчивых читателей

Глава 16. Глубинные убеждения

Глубинные убеждения – это фундаментальные, глобальные, абсолютистские, категоричные, чрезмерно обобщённые, глубоко укоренившиеся и крайне устойчивые представления и идеи человека о самом себе, других людях и мире в целом, лежащие в центре системы убеждений человека и представляющие собой, по выражению Д. В. Ковпака, «матрицу личностных смыслов человека». Глубинные убеждения человека о себе, других людях и мире формируются и развиваются в детстве, юности и подростковом возрасте в процессе познания себя, других и мира и возникают в результате осмысления опыта взаимодействия со значимыми Другими[32]. Формирующиеся, как правило, в ранний период жизни человека, глубинные убеждения обусловливают текущие способы восприятия человеком себя, других людей и мира и влияют на его процессы мышления, внимания и памяти, а также выбор стратегий поведения в настоящем моменте времени. Иными словами, выработанные в прошлом глубинные убеждения продолжают оказывать влияние на текущее восприятие человеком тех или иных ситуаций, поскольку являются неосознаваемым фундаментом возникающих в конкретных ситуациях автоматических мыслей и сопутствующих эмоциональных, телесных и поведенческих реакций.

В силу того что глубинные убеждения формируются в нежном сенситивном возрасте, когда ребёнок не может критически отнестись к явным или имплицитным посланиям значимых Других, он может принимать любые их высказывания или действия за чистую монету, независимо от того, являются ли они правильными и корректными («Трава зелёная», «Я тебя люблю») или же неверными и некорректными («Ты плохой», «Все люди злые»). Как пишет А. Фримен, если человек ещё в детском возрасте от значимых лиц «узнал» о том, что «ему не хватает ума („Ты глуп“), социальных навыков („Разве ты не знаешь, как здороваться с людьми?“), то может впитать в себя эти правила как часть более общих правил или, проще говоря, негативных самоутверждений». Глубинные убеждения как центр мировоззренческой системы человека позволяют ему с самого детства ориентироваться в сложном и многообразном мире, а поэтому даже в более зрелом возрасте он может не сомневаться в их истинности и полезности, тем более что некоторые из них могли отчасти верно отражать действительность и помогать ему в детстве. В частности, как отмечает Ли Дэвид, «эти убеждения могут помочь ребёнку справиться с ситуацией, вместо того чтобы подвергаться дальнейшему насилию или отвержению со стороны родителей», в связи с чем, например, «вера в то, что взрослые „хорошие“, даже если это влечёт за собой восприятие себя как „плохого“, может повысить чувство безопасности у детей».

Тем не менее глубинные убеждения – всего лишь идеи, которые не являются истиной: даже если в детстве человек в ряде ситуаций сделал вывод о своей слабости или плохости, сегодня его представления о себе (других и мире) могут быть тем более неактуальными. Однако глубинные убеждения настолько фундаментальны, что даже взрослый человек может относиться к ним как к истине, не видеть разницы между этими представлениями и реальностью и продолжать думать и вести себя так, будто эти убеждения действительно правдивы при любых условиях и во всех ситуациях (например, человек может продолжать верить в то, что он беспомощный, несмотря на большой опыт принятия самостоятельных решений). С точки зрения Р. Лихи, устойчивость и фундаментальность глубинных убеждений может объясняться тем, что их возникновение «может быть связано с эмоционально важными событиями, произошедшими в раннем возрасте, до начала использования языковых и когнитивных навыков, позволяющих обрабатывать информацию на более высоком уровне».

Дисфункциональные глубинные убеждения довольно часто образуются вследствие травматических событий (и их интерпретаций), пережитых в детском, юношеском, подростковом или даже более зрелом возрасте. А. Арнтц выделяет три основных способа формирования глубинных убеждений в раннем периоде жизни – непосредственный опыт (например, постоянные наказания родителями ребёнка за проявление эмоций), моделирование (подражание ребёнка наблюдаемому поведению значимых лиц), а также вербальная информация (скажем, послания значимых лиц, касающиеся «никчёмности» или «непривлекательности» ребёнка, или определённые «поучительные» нарративы, «разумные» предупреждения и «полезные» инструкции). Об этом очень ёмко высказался Р. Лихи: «Когда родители жестоко обращаются с ребёнком, он не перестаёт их любить, он перестаёт любить себя». Нередко случается так, что дисфункциональные глубинные убеждения, сформированные в результате осмысления раннего травматического опыта, подкрепляются происходящими в более зрелом возрасте стрессовыми событиями, которые, как кажется человеку, лишь подтверждают «правдивость» его глубинных представлений о себе, других и мире. Так или иначе, сохраняющиеся дисфункциональные глубинные убеждения, являющиеся фундаментом промежуточных убеждений и автоматических мыслей, обусловливают предуготовленность человека неадаптивно реагировать на определённые события и по этой причине создают эмоциональные проблемы и оказывают негативное влияние на самочувствие и поведение человека в настоящем моменте времени.

Итак, глубинные убеждения представляют собой фундаментальные и крайне устойчивые представления и идеи, которые имеются у человека в отношении самого себя, других людей и мира в целом. Примеры автоматических мыслей, отражающих три этих вектора дисфункциональных глубинных убеждений, представлены на нижеприведённой схеме (рис. 19).

Рис. 19. Три вектора дисфункциональных глубинных убеждений

Необходимо понимать, что глубинные убеждения не всегда дисфункциональны. Так, положительный жизненный опыт (и его интерпретация) может приводить к формированию функциональных (позитивных, конструктивных и рациональных) глубинных представлений человека о себе, других и мире. Большинство людей в течение большей части жизни придерживаются функциональных глубинных убеждений, которые могут выражаться в форме адаптивных и реалистичных автоматических мыслей: «Я обычный человек со своими достоинствами и недостатками», «В целом я хорошо справляюсь с трудностями», «Большинство людей меня принимают», «Я привлекательный», «Мир по большей части безопасен» и т. д. Итак, каждый человек обладает целым набором функциональных и дисфункциональных глубинных убеждений. В нормальном состоянии первых из них человек придерживается в большинстве сфер жизни, в то время как вторые находятся в «спящем режиме». Дремлющие дисфункциональные глубинные убеждения обычно активируются в периоды эмоционального стресса – при возникновении ситуаций, угрожающих этим убеждениям, однако в некоторых случаях эти негативные убеждения активны практически всегда (рис. 20).

Рис. 20. Уровни мышления: функциональный и дисфункциональный срезы

Выделяются три категории глубинных убеждений. Глубинные убеждения, относящиеся к категории беспомощности, отражают глобальные представления человека о собственных способностях самостоятельно совладать с теми или иными жизненными трудностями и влиять на самого себя, других людей и события. Глубинные убеждения, относящиеся к категории непринятия, делятся на подкатегории – никчёмности (непринятия себя) и непривлекательности (непринятия другими) (рис. 21). Стоит отметить, что у некоторых людей могут присутствовать глубинные убеждения, относящиеся сразу к двум или трём категориям.

Рис. 21. Категории дисфункциональных глубинных убеждений

Чтобы определить, какая сторона в глубинном убеждении непринятия является ведущей – никчёмность (неприятие себя) или непривлекательность (непринятие другими), – терапевт может поинтересоваться у клиента, считает ли он себя таковым больше для других людей или же для себя самого: в первом случае ведущей будет категория непривлекательности, а во втором – никчёмности. Однако в любом случае никчёмность и непривлекательность являются двумя сторонами одной категории непринятия (сформулированной Д. В. Ковпаком), которые зачастую довольно сложно отделить друг от друга, однако, как подчёркивает Дж. Бек, глубинные убеждения категории никчёмности зачастую имеют морализаторский оттенок. При этом, как замечает Д. В. Ковпак, одна и та же дисфункциональная автоматическая мысль может указывать на разные категории глубинных убеждений и даже на все три – никчёмности («Я плохой для себя»), непривлекательности («Я плохой для других») и беспомощности («Я плохой как имеющий плохие навыки выживания»). Для эффективной психотерапии важно корректно категоризировать глубинные убеждения, поскольку, например, для человека с убеждением непривлекательности терапевтические интервенции могут быть направлены на формирование контактов с другими, а в случае с никчёмностью – на выполнение действий, ведущих к «чувству» собственной успешности.

Итак, дисфункциональные глубинные убеждения, как правило, активируются в периоды эмоционального стресса – при возникновении триггерных ситуаций, угрожающих этим ядерным представлениям человека о себе, других людях и мире в целом. В такие стрессовые периоды функциональные глубинные убеждения отходят на второй план, уступая место дисфункциональным (деструктивным, негативным, иррациональным) глубинным идеям, в которые человек не так сильно верил, когда не находился в стрессе. Активизировавшиеся дисфункциональные глубинные убеждения определённым образом искажают и отфильтровывают информацию о себе, других и мире и напоминают линзы, из-за которых человек тенденциозно обрабатывает информацию, но при этом даже не догадывается, что его восприятие искажено влиянием глубинных убеждений. Дисфункциональные глубинные убеждения заставляют человека чаще фокусироваться на негативной информации, подтверждающей его убеждения, а также игнорировать или обесценивать позитивную информацию, противоречащую этим убеждениям. Нейтральная и позитивная информация также может преобразовываться в негативную, чтобы соответствовать дисфункциональным глубинным убеждениям и укреплять их (рис. 22).

Рис. 22. Механизм влияния дисфункциональных глубинных убеждений

Таким образом, деструктивные глубинные убеждения способствует избирательности и предвзятости мышления, внимания и памяти: человек обращает внимание, запоминает и воспроизводит в памяти, прежде всего, информацию, подтверждающую его глубинные убеждения, и практически не замечает, не запоминает и хуже вспоминает информацию, не вписывающуюся в его ядерные представления о себе, других и мире (или даже неосознанно придумывает воспоминания, согласующиеся с активированным в данный момент времени дисфункциональным глубинным убеждением). Говоря иначе, любая информация о прошлом, настоящем и будущем отфильтровывается так, чтобы соответствовать дисфункциональным глубинным убеждениям, что ведёт к их постоянному самоподкреплению и обусловливает их ригидность и стойкость.

Как подчёркивает Р. Лихи, глубинные убеждения «похожи на закрытые системы, поддерживающие своё существование и исключающие из сознания способствующую изменениям информацию». Человек буквально «чувствует», что его убеждения правдивы и адекватны, несмотря на их ошибочность и наличие противоречащих фактов и опыта, и продолжает истолковывать любую информацию и весь свой прошлый, текущий и даже будущий опыт с позиции «Да, но…». Например, человек с глубинным убеждением, выраженным в автоматической мысли «Я непривлекательный», будет, прежде всего, фокусироваться на отвержении и непринятии со стороны окружающих, приписывать негативное значение нейтральным действиям и высказываниям других людей (чтобы подтвердить собственное глубинное убеждение) и игнорировать или обесценивать любые проявления внимания, уважения и принятия, исходящие от других («Это не про меня», «Это ко мне не относится», «Это случайность»). Итак, активировавшиеся глубинные убеждения ухудшают способность человека оценивать адекватность порождаемых ими искажённых автоматических интерпретаций событий, в силу чего человек рассматривает эти субъективные выводы и автоматические трактовки как факты реальности, не сверяясь с объективными противоречащими данными.

Более того, поскольку человек неосознанно выстраивает вокруг глубинных убеждений «защитный пояс» в виде промежуточных убеждений (правил, условных предположений и отношений) и компенсаторных стратегий (гиперкомпенсации, избегания, капитуляции), его глубинные убеждения так и остаются «настройками по умолчанию», поскольку не подвергаются оспариванию, которое к тому же, как замечает Р. Лихи, часто бывает «затруднено, поскольку контрдоказательства считаются аберрацией». Помимо этого, как уже отмечалось, промежуточные убеждения и компенсаторные стратегии способствуют укреплению негативных глубинных убеждений, равно как и усилению ложной веры в необходимость постоянного использования этого «защитного пояса» с целью «защиты» от деструктивных глубинных убеждений. Таким образом, промежуточные убеждения и копинг-стратегии, с одной стороны, являются своего рода «защитой» от глубинных убеждений, а с другой, способствуют их подкреплению (рис. 23). Посему изменение дисфункциональных глубинных убеждений осуществляется в том числе за счёт модификации промежуточных убеждений (условных предположений) и вытекающих из них компенсаторных стратегий, без преобразования последних, как отмечает А. Арнтц, «не будет доступна или обработана информация, опровергающая существующие [промежуточные] и глубинные убеждения».

Рис. 23. Парадокс «защитного» пояса

Итак, мышление человека определяется его доминирующими и самоподкрепляющимися дисфункциональными глубинными убеждениями, наличествующими за пределами его сознания и нередко играющими роль негативного самосбывающегося пророчества. Определённое дисфункциональное глубинное убеждение может влиять на принимаемые человеком решения и осуществляемые им выборы, вследствие которых он может вновь и вновь оказываться в схожих негативных (стрессовых и проблемных) ситуациях, которые будут (ложно) восприниматься им как доказательство правдивости его глубинных убеждений. Так, женщина может постоянно выбирать токсичных мужчин, поскольку верит в то, что она ущербна и недостойна большего, а негативное поведение её партнёров (скажем, побои и измены) будет восприниматься как вполне логичное и закономерное, поскольку вписывается в её негативную я-концепцию и подкрепляет её. После очередной порции побоев и измен очередного токсичного партнёра такая женщина может сделать очередной искажённый вывод о «достоверности» её негативных глубинных убеждений о себе: «Видимо, я на самом деле заслуживаю такого отношения со стороны мужчин, ведь я ущербная. А раз меня бьёт и мне изменяет даже такой мужчина, то на большее мне рассчитывать не стоит: я смогу построить отношения только с ещё более токсичным партнёром».

Неактивные, дремлющие дисфункциональные глубинные убеждения, которые могли бы активироваться при возникновении стрессовых для человека ситуаций, угрожающих его глубинным убеждениям, до поры до времени компенсируются за счёт промежуточных убеждений и компенсаторных стратегий. Однако, когда промежуточные убеждения и вытекающие из них компенсаторные стратегии перестают срабатывать, дисфункциональные глубинные убеждения, что называется, поднимают голову и начинают создавать негативные автоматические мысли, которые приводят к избыточным эмоциональным реакциям, а также дискомфортным физиологическим и проблемным поведенческим последствиям. Действительно, большинство эмоциональных расстройств формируется в силу активации глубинных убеждений на фоне угрожающих им триггерных событий, что приводит к тому, что дисфункциональные автоматические мысли начинают чаще возникать в конкретных ситуациях, создавая избыточные эмоции и их телесные проявления, а также побуждая человека выбирать неадаптивные модели поведения (рис. 24; рис. 25).

Рис. 24. Механизм декомпенсации

Рис. 25. Пример механизма декомпенсации

Важно понимать, что работа по изменению дисфункциональных автоматических мыслей также ведёт (пусть и к более медленному) изменению промежуточных и глубинных убеждений, и некоторым людям на определённом этапе будет достаточно работы только с автоматическими мыслями. Однако модификация как автоматических мыслей, так и промежуточных убеждений (правил, условных предположений и отношений) будет вести к более серьёзным положительным изменениям глубинных убеждений, которые при активной и последовательной работе на двух верхних уровнях мышления могут со временем поменяться даже сами по себе. В тех случаях, когда изменение автоматических мыслей и промежуточных убеждений не приводит к желаемым результатам, важно осуществлять работу по изменению дисфункциональных и укреплению функциональных глубинных убеждений.

Когнитивно-поведенческая терапия осуществляется по законам дидактики (от простого – к сложному), поэтому психотерапевтическая работа ведётся сначала на более поверхностном и податливом для изменений уровне автоматических мыслей, и только потом затрагивает лежащие в основе этих автоматических мыслей промежуточные убеждения (правила, условные предположения и отношения) и глубинные убеждения (о себе, других и мире). Однако некоторые специалисты предпринимают попытки сразу изменить дисфункциональные глубинные убеждения в надежде на то, что изменение фундаментальных представлений человека о себе, других и мире позволит «обрушить» уровни дисфункциональных автоматических мыслей и промежуточных убеждений[33]. Как замечает Д. В. Ковпак, такие изменения возможны только с теми редкими людьми, которые до обращения к психотерапевту самостоятельно проделали колоссальную работу над своим мышлением и поведением. Итак, в силу ригидности и фундаментальности дисфункциональных глубинных убеждений их изменение на ранних этапах терапии будет неэффективным, в связи с чем Дж. Бек пишет о том, что приступать к изменению глубинных убеждений лучше всего в середине терапии, когда клиент разовьёт способность критически относиться к автоматическим мыслям и промежуточным убеждениям, когда он уже достигнет улучшения своего состояния и снижения симптоматики и когда терапевтические отношения станут более крепкими и доверительными.

Ниже представлен список техник и приёмов, с помощью которых терапевт на сессии может помочь клиенту выявить его глубинные убеждения (о себе, других людях и мире в целом).

• Отслеживать глубинные убеждения, выраженные в форме автоматических мыслей;

• отслеживать часто повторяющиеся или схожие автоматические мысли и темы в различных ситуациях;

• отслеживать схожие триггерные ситуации, в которых активируются глубинные убеждения;

• найти объединяющие элементы в автоматических мыслях и триггерных ситуациях;

• попросить клиента закончить предложения: «Я – …», «Другие люди – …», «Мир – …»;

• применить технику вертикального спуска («падающей стрелы») для прояснения значения автоматической мысли;