Блуждающий дух. Ветра прерий
- -
- 100%
- +
Ещё несколько мучительных секунд – и Джейн поняла, что отец не послушается. До алтаря ему оставался всего один шаг.
– Нет!
Потеряв надежду образумить его, она бросилась наперерез. Пальцы Джозефа почти коснулись золотого змея, но Джейн успела отвести ладонь отца. Он гневно рыкнул:
– Не мешай!
И, пресекая попытки помешать ему, грубо оттолкнул дочь.
Джейн взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие, и случайно задела статуэтку…
Сразу следом золотая вспышка ошеломляющей яркости озарила зал. Взрывная волна неимоверной силы отбросила Джейн назад, как тряпичную куклу.
В глазах потемнело. От удара всё тело пронзила резкая боль, и встать на ноги не вышло. Тогда она, инстинктивно пытаясь защититься от неведомой угрозы, отползла за валун и вжалась в стену.
Когда зрение постепенно начало возвращаться к Джейн, первым, кого она разглядела, был он – человек в чёрном. Его силуэт возвышался точно по центру зала. Бесформенный балахон ниспадал до самого пола, капюшон скрывал лицо, но не иссиня-чёрные волосы, струившиеся по плечам. Фигура незнакомца была объята золотым свечением.
Мужчина и пугал, и завораживал одновременно. От него исходила сила – вязкая, обволакивающая, необъяснимо манящая.
Тёмная.
Он казался слишком высоким для обычного смертного, а его появление – абсолютно необъяснимым. Это могло бы навести на пугающую мысль, что перед Джейн вовсе не человек, вот только думать она сейчас была не в состоянии. Привычку размышлять обо всём увиденном вытеснили обострившиеся инстинкты. Единственное, чего хотелось, – провалиться сквозь землю, лишь бы очутиться подальше от этой зловещей фигуры. Всё в ней ощущалось неестественным и неправильным.
В воздухе повисла почти осязаемая опасность.
Вдруг капюшон чуть шелохнулся, открывая вид на губы незнакомца. Они растянулись в хищной ухмылке, словно мужчина почувствовал чужой взгляд. У Джейн пересохло в горле. До этого момента она ещё смела надеяться, что чудом останется незамеченной, а теперь стало очевидно, насколько наивной была эта надежда. Ведомая животным страхом, Джейн отвела глаза и натолкнулась на картину ещё более страшную.
На каменном полу распростёрлись братья и отец.
Не покидая укрытия, Джейн попробовала рассмотреть, ранены ли они, но ей не удалось это понять.
– Наконец-то, – веско проговорил человек в чёрном. Джейн уже слышала этот голос. Именно он подчинил себе отца и попытался подчинить её. Именно он дурманил разум. Именно он заставил усомниться в собственном рассудке. Правда, сейчас незнакомец обращался не к ней. Его речь лилась свободно, сама по себе, будто присутствие или отсутствие свидетелей не имело ни малейшего значения. – Я не сомневался, что, пока этот мир ещё вертится, не переведутся алчные люди, снедаемые жаждой озолотиться. А значит, это был лишь вопрос времени…
Голос звучал потусторонне, одновременно и снаружи, и внутри головы. Джейн в ужасе сжала виски.
Воспитанная требовательным отцом, она привыкла считать трусость слабостью, но сейчас взять себя в руки никак не получалось. Пульс сорвался на бешеный бег, на лбу выступила испарина.
«Может, он уйдёт отсюда… Надо потерпеть и не высовываться. Если он меня не заметит, я смогу потом осторожно вытащить отца и братьев…»
Словно в насмешку над её нелепым планом, человек в чёрном склонился над Джозефом и, медленно проведя в воздухе рукой, рассмеялся.
– Страх… Жадность… Жестокость… Ничего не меняется. Это становится скучным. Мне нужно что-то новое…
Её безумно пугали и тембр голоса незнакомца, и его странная манера говорить вслух. В этот момент раздался стон: это Берт попытался подняться. Джейн едва не поддалась порыву броситься к брату, и только насмешливые, исполненные презрения слова незнакомца вынудили остаться на месте.
– Ещё один… И третий… Ни на что не годны.
Разве что – слегка размяться.
За мгновение до того, как он взмахнул ладонью, сердце девушки резко замерло. Джейн ещё не знала, что произойдёт, а вот оно уже знало. Новая вспышка обжигающе-золотого, возникшая по мановению руки, – и камни с потолка, откалываясь один за другим, с жутким грохотом обрушились прямо на Джозефа, Берта и Дика, хороня их под собой.
Произошедшее настолько глубоко потрясло Джейн, что она не издала ни звука. Лишь это спасло её да ещё валун, ставший не только укрытием, но и щитом. А убийца её семьи даже не взглянул на тела, размозжённые камнями.
– Пришла пора найти место поинтереснее!
Пребывая в прострации, Джейн смотрела, как незнакомец тянется к артефакту, всё ещё стоявшему на неповреждённом алтаре. Её восприятие мира исказилось – чужие движения замедлились, растягиваясь до бесконечности. Тонкие бледные пальцы скользили по воздуху навстречу золотому изваянию так медленно, будто всё происходило в безумном сне, нарушающем все законы времени и пространства. И вдруг эта вечность превратилась в один мимолётный миг: наконец дотронувшись до змея, человек в чёрном бесследно исчез.
Опустевший полуразрушенный зал погрузился в тишину. Джейн не шевелилась и едва дышала.
Лёгкие будто отторгали воздух, наполнившийся запахом крови и пыли. Губы беззвучно повторяли:
– Папа… Папа…
Неизвестно, сколько прошло минут или часов, прежде чем она наконец встала и сделала несколько шагов на негнущихся ногах.
– Берт… Дик…
Джейн слишком часто видела убитых индейцами переселенцев, чтобы заблуждаться. Чтобы надеяться.
Сомнений не осталось ни малейших: все трое погибли. Отца и вовсе завалило так, что видна была лишь неестественно изогнутая нога. Из-под камней расползалось тёмное кровавое пятно. Не в силах выносить чудовищное зрелище, Джейн запрокинула голову и снова закрыла глаза.
Ни слезинки. Она не проронила ни слезинки.
Пальцы сомкнулись в кулаки, ногти впились в кожу. Вместо отчаяния сердце наполнялось яростью, которая вскоре уже полыхала безудержным огнём. Ведь этот день должен был стать воплощением детской мечты, а обернулся крахом. Человек в чёрном лишил Джейн самого дорогого – семьи. Боль от осознания грозила разорвать душу пополам, поэтому осознания не произошло. Вместо того чтобы оплакивать родных, Джейн падала в пучину ненависти.
– Я отомщу! – крикнула она в пустоту.
Ей стало всё равно, кем являлся убийца. Хоть простой смертный, хоть злой дух, хоть сам дьявол, Джейн, не раздумывая, отправилась бы за ним даже в преисподнюю. Да, она столкнулась с необъяснимой силой и вряд ли сумела бы ей что-то противопоставить, но сердце горело местью, поэтому промедление и благоразумие Джейн сейчас считала непростительными.
«Иначе я упущу убийцу… – Распрямив плечи, она шагнула к алтарю. Статуэтка теперь сияла, будто только что вышла из плавильной печи. Джейн замерла, глубоко вдохнув. – Он исчез, дотронувшись до фигурки…»
Интуиция подтолкнула её повторить действия незнакомца. Крепко обхватив статуэтку, Джейн почувствовала рывок и провалилась в темноту.
Глава 2. Чужое время
«Во тьме неизвестности, где время замирает, единственный способ выжить – это сбежать в будущее».
«Ловушка времени»США, Колорадо-Спрингс, май, 1876 год
Покачнувшись, Джейн едва не рухнула на землю.
Ей лишь чудом удалось восстановить равновесие. Перед глазами плясали золотистые точки, застилавшие взор. Голова шла кругом, в висках отдавалась тупая ноющая боль, сердце неистово колотилось, грозясь пробить грудную клетку. Произошло что-то, пока не поддававшееся осознанию. Полностью потерявшись в пространстве, Джейн зажмурилась, чтобы всё-таки не упасть. Позволила себе сделать глубокий вдох, надеясь хоть немного успокоиться.
Ничего не вышло, потому что вместе с воздухом, поступившим в лёгкие, она ощутила незнакомый запах.
«Пыль? Дым? Что-то ещё?»
Джейн не знала ответа, зато понимала: так не пахло ни в пещере, ни в лесу, её окружавшем. Тревога усиливалась с каждым следующим ударом сердца.
Тогда Джейн снова открыла глаза.
Фигурка змея, которую она крепко сжимала в руке, пульсировала и жгла кожу. Девушка машинально убрала артефакт в дорожную сумку, перекинутую через плечо, и обвела незнакомую местность взглядом, обретшим чёткость. Воздух застрял в горле. Джейн остолбенела, не веря открывшейся ей картине. Только что она стояла у древнего алтаря, среди каменных обломков, а теперь очутилась на окраине неизвестного ей поселения. Убийцу её семьи нигде не было видно, а всё остальное выглядело… слишком странно. Джейн ещё не пришла в себя после потери родных, как на неё тут же обрушилось новое потрясение.
Силясь отыскать хоть что-то привычное, Джейн крутилась на месте, с отчаянием осматриваясь, но ничего знакомого в поле зрения так и не попало.
Природа здесь оказалась совсем другой, чем в маленькой колонии переселенцев. Вместо густых лесов – равнина с иссушенной травой. Воздух – не влажный, наполненный сладким цветочным ароматом, а горячий и сухой, вызывающий нестерпимое желание откашляться. Что до невысоких зданий… Джейн не могла определить, что именно в этих домах не так, но уже понимала, что их построили совсем не те люди, которые вместе с ней ступили на берег Нового Света. Хижины колонистов выглядели иначе, деревни туземцев – тем более.
Паника разрасталась с каждым мгновением, забирая последние крохи самообладания. В ушах зазвенело, перед глазами снова всё поплыло. Джейн разрывало между желанием встретить хотя бы кого-то из здешних жителей, чтобы расспросить его, и желанием забиться в тёмный угол и скрываться там, пока не выяснится, что всё происходящее ей приснилось.
Она не знала, стоит ли показываться людям на глаза. Она не знала, чего ожидать. Она не знала, как объяснить себе случившееся. Ещё никогда в жизни Джейн не испытывала такого всепоглощающего, лишающего воли ужаса.
«Что, если я схожу с ума?!»
Вдруг позади раздался стук копыт. В сторону города на полной скорости мчались двое всадников. Джейн, едва успев отскочить в сторону, из-за резкого движения всё-таки не удержалась на ногах и завалилась набок. Кто-то из всадников громко выругался, проносясь мимо.
– Полоумная! Встала посреди дороги! Жить надоело?!
Джейн вжала голову в плечи, однако угроза уже миновала. Копыта не задели девушку, да и незнакомцы явно не собирались останавливаться – лишь ограничились сердитым окриком. Кожа на ладонях содралась при падении и тут же начала саднить. «Значит, точно не сон…» – промелькнуло в голове. Джейн села, пытаясь хоть немного отдышаться, правда, лошади подняли клубы пыли, и в горле теперь першило.
Оба наездника уже скрылись из вида, а вот страх никуда не исчез. Он мешал размышлять, превращая мысли в лихорадочные сумбурные обрывки.
«Пойти по следам этих всадников?.. Нет, мне нельзя в город! Мне даже нечем защитить себя в случае опасности… Остаться здесь? Нет, так я ничего не выясню…»
Предприняв последнюю попытку, Джейн закрыла лицо ладонями. Подождала немного и отняла их.
Картина осталась прежней.
Не сон – явь, какой бы невозможной она ни казалась.
* * *Первый день, проведённый в незнакомом городе, Джейн не запомнила: слишком сильное потрясение выпало на её долю, и она, не в силах справиться с происходящим, утратила всякую связь с реальностью. Единственное, что Джейн поняла, – это другое время. Не тот век, в котором она родилась и выросла. Никак иначе нельзя было объяснить все те различия, которые она заметила ещё в первые мгновения после перемещения. Это значило, что она здесь чужачка и ей необходимо найти убежище – место, где никто не обнаружит. Постучаться в чужой дом девушка не рискнула, поэтому бродила за окраиной, шарахаясь от каждого звука. За чертой города раскинулось небольшое поле, и Джейн выбрала для ночлега стог сена. Свернувшись калачиком и не обращая внимания на жёсткую солому, колющую лицо, шею и руки, она провалилась в забытьё.
Несколько раз девушка приходила в себя, а потом её снова утягивало в полубредовое состояние. Ей виделись трупы отца и братьев, проломленные черепа, раздробленные кости. И человек в чёрном. Его глаза горели красным. Он звал её.
«Встань, Джейн Хантер. Ты ведь пришла сюда за мной, верно? Так хватит бездарно терять время!»
В голосе слышалось нетерпение. И в такие моменты чистая, раздирающая душу ненависть заполняла Джейн, заставляя сжимать кулаки и до боли закусывать щёку изнутри, подстёгивая встать, собрать себя по кусочкам, начать поиски убийцы. Только девушка была слишком слаба: ни еды, ни питья, ни крова над головой. Порой ей чудилось, что она так и умрёт здесь, среди пыли и сена. «Может, и хорошо. Поскорее увижусь с папой, Бертом и Диком…»
Сколько суток прошло – двое, трое, больше? Джейн потеряла им счёт. Возможно, её жизнь и правда оборвалась бы здесь, бесславно и позорно, в неизвестном краю, и никто не оплакал бы сгинувшую душу, если бы не разговор, долетевший до её слуха в один из дней.
– Десять тысяч долларов?! Да это же целое состояние!
– Свихнулся? Это же Уолтер Норрингтон! За его голову и ста тысяч мало…
Уолтер Норрингтон. Это имя Джейн слышала впервые, но её словно обдало ледяной волной при его упоминании. Через силу разомкнув веки, она приподнялась и вытянула шею, пытаясь прислушаться.
Несколько мужчин шло мимо поля в сторону города, бурно обсуждая некого Норрингтона, но, о чём именно шла речь, разобрать не удалось. Джейн почувствовала, что должна это выяснить немедленно, не откладывая, не ища себе оправданий. У неё будто открылось второе дыхание. Хотя истощённое тело плохо слушалось, она всё же заставила себя встать и медленно двинулась по следам мужчин, не выпуская их из вида, но и не сокращая расстояние так, чтобы они могли её заметить.
– Эй, леди!
Звонкий детский голос заставил её вздрогнуть.
– Пару монеток не подкинете?
Джейн обернулась. Перед ней стоял чумазый худенький мальчишка с выжидающей, чуть нахальной улыбкой, которая сразу же сползла, стоило ему рассмотреть лицо девушки.
– Вам самой деньжата не помешают, уяснил…
То ли он говорил слишком быстро, то ли не все слова были Джейн знакомы – она с трудом разобрала сказанное. К счастью, мальчишка не собирался вести долгую беседу: не успела Джейн ответить, как он уже вприпрыжку бежал прочь. «Я выгляжу как нищая? Видимо, да… – Она отряхнула подол платья и попыталась пригладить волосы. – Неудивительно, я совсем одичала». От жажды и голода сводило живот, а из заведения, куда зашли мужчины, обсуждавшие Норрингтона, как раз доносился запах чего-то съестного. И Джейн решилась.
Прежде чем она распахнула двустворчатые деревянные двери под вывеской «Салун», взгляд упал на плакат, украшавший их.
«Уолтер Норрингтон. Разыскивается живым или мёртвым. Вознаграждение – 10 000$».
С потрёпанного листа на Джейн смотрел незнакомый мужчина. Острые черты лица, наглый оскал, хищный взгляд, проникающий прямо в душу.
Мерцающий… алым? Джейн тряхнула головой.
Кажется, она уже начала видеть то, чего не существовало на самом деле: изображение было чёрно-белым, никаких красных цветов. И тем не менее этот Норрингтон продолжал смотреть на неё, словно живой, будто только и ждал, когда же она догадается…
«Это он!»
Осознание едва не сбило с ног. Джейн не сумела бы объяснить, почему так решила, ведь лицо убийцы братьев и отца она толком не запомнила, а только глаза, излучающие красное свечение, потусторонние, безжалостные, испепеляющие. Эти же глаза смотрели на неё с плаката – сомнений быть не могло.
Позабыв о страхах и усталости, Джейн, содрав плакат, ворвалась в салун. Шум и гам оглушили её с порога. Посетители громко переговаривались, звенели стаканы, из угла доносились пьяные песнопения.
Перегаром разило так, что к горлу подступила тошнота. В воздухе стоял дым, медленными завитками ползя вверх. Проследив взглядом за густыми сизыми клубами, девушка наткнулась на следы от пуль на стенах и потолке. Затем, бегло осмотревшись по сторонам, Джейн заметила, что женщин за столами совсем мало. Засилье мужчин её не страшило: среди переселенцев, приплывших из Англии на корабле Ральфа Лейна, тоже преобладали джентльмены, а не дамы. Вопрос заключался в том, можно ли назвать джентльменами тех, кто собрался здесь. Её уже обсуждали, даже не стараясь понизить голос. Посыпались едкие комментарии и сальные шуточки. Подавив малодушное желание убраться прочь, Джейн, наоборот, шагнула вперёд. У неё была цель, и девушка не позволила себе отступить.
Правда, заговорить первой она не успела.
Развернувшись к ней, незнакомый мужчина приподнял шляпу и заявил:
– Мистер Джереми Бейкер к вашим услугам. Какими ветрами занесло в это захолустье?
Джейн недоверчиво пригляделась к нему. Высокий, крупный, широкоплечий – из тех, кому явно не стоило переходить дорогу. Вопреки довольно грозному облику, в светло-серых глазах плескалось лукавство, а губы сложились в кривоватую ухмылку, придав мужчине несерьёзный плутовской вид. Джейн опять заметила разницу в речи: этот Бейкер, вне всяких сомнений, говорил на английском, но звучал язык не совсем так, как она привыкла. «Когда заговорю я, местные наверняка заподозрят неладное…» – с тревогой подумала Джейн.
Только выбирать ей не приходилось, и, собравшись с духом, она выставила перед собой плакат:
– Кто-то знает, где найти этого негодяя?
Повисла гробовая тишина. Следом все разом загомонили, заулюлюкали.
– Ну дела! Видали, на кого дамочка позарилась!
– Норрингтона ей подавай!
Джейн стоило немалых усилий сохранить непроницаемое лицо. Повысив голос, чтобы перекричать всех, она отчеканила:
– Это объявление висело на стене вашего заведения.
Глаза Джереми широко распахнулись в несколько наигранном удивлении.
– И что с того? Эта рожа нынче везде красуется, куда ни плюнь! А как хоть вас величать?
Не видя смысла скрывать своё имя, она назвалась:
– Джейн Хантер.
– Поздравьте меня, господа! Я только что познакомился с самой очаровательной самоубийцей во всём Колорадо.
Зал наполнился хохотом:
– Куда там, Бейкер! Во всей Америке!
Стиснув зубы, Джейн переводила взгляд с одного посетителя на другого – и везде видела только изрядно потрёпанные, раскрасневшиеся от выпивки лица.
Внутри закипало раздражение. Это не укрылось от её нового знакомого: мужчина подошёл ближе и, улыбнувшись уже без всякой иронии, протянул ладонь.
– Бросьте сердиться, мисс Хантер. Не каждый день встретишь юную леди, которой нужен распоследний мерзавец, только и всего. Может, в этом нелёгком деле я вам ещё пригожусь…
Он залихватски подмигнул, будто всю жизнь только и занимался тем, что выручал малознакомых девушек из беды. Джейн с подозрением присмотрелась к Бейкеру, силясь разгадать, правда ли он вознамерился помочь первой встречной или же просто болтает по пьяни. Его ладонь по-прежнему висела в воздухе, дружелюбно раскрытая ей. Покосившись на внушительную пятерню, Джейн наконец ответила на предложенное рукопожатие. «Среди всей честной компании, пожалуй, этот Джереми – самый сносный… Нахальный, конечно, но хотя бы крепко стоит на своих двоих. А другие развалились за столами, не выпуская из рук стаканы».
Её пальцы утонули в массивной ладони Джереми. На его лице появилась самодовольная усмешка. Джейн попыталась отнять руку, но Бейкер сжал пальцы чуть крепче. Несмотря на недюжинную силу, он умело рассчитал движение так, чтобы не причинить девушке ни капли боли, лишь не дал ей разорвать касание.
– Не сомневаюсь, мы станем отличной командой.
Не питая никакой уверенности в этом, Джейн буркнула:
– Кхм… Посмотрим, мистер Бейкер.
Он наклонился ближе, сверкнув глазами из-под полей шляпы. Джейн невольно удивилась тому, что его взгляд оказался пронзительным и цепким, а вовсе не мутным от алкоголя.
– Вы намерены отпустить мою руку, мистер Бейкер?
– А вам разве этого хочется?
Замешкавшись, Джейн неуверенно повела плечом. Ухмыльнувшись ещё шире, Джереми всё-таки разжал пальцы. Остальные посетители опять загоготали:
– Бейкер-то хвост распушил! Что, отправишься с дамочкой охотиться за Уолтером? Делаем ставки, как скоро он вас пристрелит!
Неожиданно их осадил пожилой седобородый мужчина в красной рубахе, державшийся в стороне.
– Да кто ж, будучи в своём уме, гоняется за Норрингтоном?! Молиться надо, чтобы он сам тебя не нагнал…
Но утихомирить разошедшихся мужланов было не так-то просто.
– Это просто противника не подвернулось достойного! – горланили они. – А теперь есть эта… Мисс Хантер! Уделает Уолтера, как щенка!
Всеобщее пьяное веселье злило девушку. Люди, для которых убийца, разгуливающий на свободе, являлся поводом посмеяться, вызывали раздражение. Но было в словах мужчин и то, что насторожило её. Местные жители рассуждали так, словно Уолтер уже давно бесчинствовал в этих краях, и как это вышло, Джейн понять пока не могла. Существовал только один способ узнать ответ – найти Норрингтона.
Она вышла в центр зала и обвела всех собравшихся тяжёлым взглядом. Галдёж стих.
– Я разыскиваю Норрингтона, чтобы отомстить ему. Он убил мою семью.
Вопреки её ожиданиям, эти слова не произвели должного эффекта. Бейкер мрачно хмыкнул.
– Ха! Знаете, сколько вас таких? И сколько семей, убитых Уолтером? Трупами можно устелить всю Сонору[2] от края до края.
Поёжившись, Джейн задумалась о том, что ещё сказать, чтобы убедить мужчин в серьёзности её намерения отомстить: «Непохоже, что они прониклись моей утратой… Такое чувство, будто здесь людей и правда убивают десятками, если не сотнями». Пауза затягивалась. Вместо ухмылок девушка теперь ловила на себе недобрые, тяжёлые взгляды. Кто-то спросил с явной угрозой в голосе:
– А сама-то откуда такая лихая взялась?
Всеобщее настроение изменилось неуловимо, притом весьма ощутимо. Если поначалу новую посетительницу рассматривали, как диковинку, то теперь уже оценивали с подозрением. Джейн проронила, понимая, что никто никогда не поверит, если она расскажет правду:
– Это не имеет значения.
– Что-то дамочка темнит… Вырядилась странно, говор диковинный…
Джейн уже пожалела, что зашла в салун, и всё же попросту сбежать, пока ещё имелся такой шанс, считала ниже своего достоинства.
– Я не стану посвящать чужих людей в свои дела. Если у вас нет сведений о Норрингтоне, пришла пора откланяться.
Пожилой мужчина, который прежде пытался унять остальных, с беспокойством спросил:
– Неужто вздумала сама искать душегуба? Одно тебе не справиться, послушай старого Бенджамина Финчли. Я, хозяин этого салуна, чего только не повидал…
Норрингтона лучшие шерифы поймать не могут, а тут какая-то девчонка!
Как бы ни хотелось возразить Бенджамину, девушка понимала, что в его словах есть правда. В одиночку совершить подобное – видимо, действительно сродни самоубийству. Что поделать, Джейн привыкла полагаться только на себя, ведь отец всегда повторял ей это, требуя не прятаться за его спиной и спинами братьев. Теперь, даже если бы она захотела, защитить её больше никто не взялся бы.
Совершенно вразрез с её мрачными мыслями Джереми бодро заявил:
– Не нагнетай, Бен, старина! У мисс Хантер теперь есть я. Лучше плесни-ка нам обоим виски, пока мы обсудим план. И… что-нибудь перекусить, уж больно у вас вид болезненный, мисс Хантер, простите за прямоту.
Джейн недоверчиво нахмурилась. Пусть ей ужасно хотелось есть, верилось в чужую доброту с трудом. Никто из посетителей салуна не воспринял её всерьёз, и только Бейкер повёл себя так, будто и правда собрался в погоню за Уолтером вместе со случайной знакомой. Бенджамину слова Джереми тоже не пришлись по нраву. Хозяин салуна недовольно крякнул, но не стал спорить.
– Виски так виски, Бейкер.
Тот напустил на себя джентльменский вид.
– Даме – за мой счёт.
Проследовав за ним к стойке, Джейн упорно игнорировала липкие взгляды и смешки, доносившиеся ей вслед. Если кто-то слишком явно выражал интерес, тех резко осаживал Джереми.
«А может, и правда есть смысл взять этого верзилу в компаньоны? – раздумывала она. – Какая-никакая польза всё-таки будет, он сможет заступиться за меня».
Словно подслушав её рассуждения, Бенджамин, протягивая стакан с виски, перегнулся через стойку и шепнул:
– Ты держись подальше от мистера Бейкера, милочка. Он просто ловелас, горазд трепать языком. Да и не в ладах с законом он, видишь ли. Тот ещё пройдоха… Сдаётся мне, за ним может быть хвост.
Джейн вопросительно приподняла брови.
– Хвост? Какой ещё у мистера Бейкера хвост?
Поскольку она произнесла это громче, чем стоило бы, сидящие неподалёку посетители дружно захохотали. А Джереми тут же вспылил:
– Финчли, что ты там несёшь?!
Сузив глаза, он уже без тени улыбки уставился на Бенджамина. В толпе кто-то выкрикнул:
– О, шоу всё-таки состоится! Давайте перестрелку, ребята! Глядишь и эта, отчаянная, тоже поучаствует.