Необыкновенные приключения обыкновенных героев

© Сергей Калабухин, 2017

ISBN 978-5-4485-9854-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Гибель Анархии

– Сожалею, капитан, но ничем не могу вам помочь! – Жирное лицо Кубышки, главного интенданта Анархии, сморщилось в сочувственной гримасе.

– Я заплачу столько, сколько вы скажете, – отбросил дипломатию Крафт.

– Конечно, заплатите, капитан, – снисходительно усмехнулся Кубышка. – Через пять стандартных дней состоится аукцион…

– Я не хочу, чтобы мою жену выставляли на торги! – резко прервал главного интенданта Крафт. – Она и так много пережила. Назовите сумму.

– Вы знаете, капитан, почему наша станция называется «Анархия»? – вкрадчиво спросил Кубышка.

– Мне это безразлично! – Нервно взмахнул рукой Крафт. – Не уходите от ответа: ваша цена?

– Я и пытаюсь вам ответить, капитан. – Укоризненно развёл пухлые руки Кубышка. – Наша космическая станция, как вам известно, находится в нейтральной зоне между Солнечной Федерацией и Веганской Империей. На Анархии нет правительства, но есть законы, за нарушение которых полагается только одно наказание – смерть на арене в гладиаторских боях. Мне нравится моя работа, капитан. Смертельные схватки я предпочитаю наблюдать из личной ложи, участвовать в них у меня нет ни малейшего желания.

– Сколько? – угрюмо спросил Крафт.

– Вы не слышите меня, капитан. – Скорчил печальную мину Кубышка. – По закону любой товар, попавший на Анархию, должен быть продан на аукционе. Речь, разумеется, не о товарах первой необходимости – те напрямую поступают в магазины, рестораны и прочие заведения. А вот контрабанда и добыча пиратов выставляются на торги. У нас нет правительства, а, значит, нет налогов. Но есть расходы: хранение товара, его реклама, охрана и множество иных. Все мы, граждане Анархии, заинтересованы в том, чтобы продать поступивший товар как можно дороже, так как каждый из нас получает свой процент.

– Сколько вы, лично вы, планируете получить с… продажи моей жены? – с трудом сдерживая ярость, прорычал Крафт. – Я удвою вашу долю. Половину сейчас, остальное – когда вы доставите Марию на мой корабль.

– У нас нет коррупции, капитан, – вздохнул главный интендант. – Я мог бы взять ваши деньги и ничего не делать взамен. Вам всё равно некому жаловаться. Конечно, мне пришлось бы разделить взятку с остальными гражданами Анархии. Таков закон: любые денежные поступления идут в общий котёл. Нарушителя, как я уже сказал, ждёт арена.

– Вы такой честный, или вам нужно что-то ещё, кроме денег? – язвительно процедил Крафт. – Почему вы тратите на меня своё время, если не можете помочь?

– Меня вполне устраивает моё нынешнее положение, капитан, – холодно ответил главный интендант. – Я навёл о вас справки. Вы впервые у нас и, к тому же, состоите на службе в вооружённых силах Солнечной Федерации. А на вашу жену уже подало заявку одно очень влиятельное лицо из Веганской Империи. Мне бы не хотелось, чтобы вы каким-нибудь необдуманным поступком нарушили сложившееся равновесие и втянули Анархию в разборки между федеральными и имперскими силами. Нейтралитет – основа нашего существования. Поэтому я и пытаюсь вежливо объяснить вам местные законы и порядки. Будь вы обычным покупателем или пиратом, доставляющим товар на Анархию, этой беседы вообще бы не было.

– Прошу прощения, главный интендант, если мои слова обидели вас, – заставил себя извиниться Крафт. – Я просто ищу способ поскорее вернуть жену.

– Я понимаю, капитан. – Удовлетворённо расслабился в своём вместительном кресле Кубышка. – Но, как уже сказал, ничем не могу вам помочь. Дождитесь аукциона и предложите самую большую цену. Это единственный способ.

– А, может, если вы назовёте мне имя продавца, я смогу договориться о выкупе напрямую с ним? – не сдавался Крафт.

– Увы! – С притворным сочувствием покачал головой Кубышка. – Закон это запрещает. Как только товар поступает в моё ведение, Анархия автоматически становится его совладельцем. На равных паях с поставщиком. Аукцион и гласность упрощают расчёты и исключают махинации, одновременно гарантируя максимальную прибыль. Обман и мошенничество практически исключены. Надеюсь, теперь я ответил на все ваши вопросы, капитан? У меня, как вы понимаете, много дел. В таком случае, до встречи на аукционе!

Линда закрыла глаза, чуть повернула голову направо и плотнее притянула Рыжего Пайка к себе, чтобы избежать его слюнявых поцелуев. Хриплое зловонное дыхание потного верзилы обжигало ей шею и левое плечо. Линда с мстительным удовольствием вонзила ногти в заросшую жёсткой рыжей щетиной спину пирата, имитируя нарастающую страсть. Рыжий Пайк зарычал и ускорил темп. Его едкий горячий пот стал заливать грудь и живот Линды. Простыня под ней вскоре стала влажной.

«Почему я продолжаю жить? – с тоской подумала Линда, автоматически издавая страстные стоны в такт движениям клиента. – На что надеюсь?»

Вдруг Рыжий Пайк замер и, обмякнув, тяжёлой грудой навалился на неё. Линда в последний раз вскрикнула, имитируя оргазм, и тоже расслабилась.

«А этот боров сегодня быстро управился», – удивилась она. Вонючая туша продолжала давить, выжимая остатки воздуха из груди. Пират и не думал вставать. «Что-то не так!» – вдруг дошло до Линды и, отбросив притворство, та начала отчаянно выбираться из-под внезапно потерявшего сознание клиента. Но её руки беспомощно скользили по щедро смазанному потом телу Рыжего Пайка, и рабыня с ужасом поняла, что ещё немного, и она сама начнёт задыхаться. Неожиданно тяжесть исчезла, и Линда жадно втянула в себя воздух. Смерть опять прошла мимо.

– Извините, что помешал, но нам надо срочно обсудить кое-что, – услышала Линда незнакомый мужской голос.

Она села и повернула голову на звук. Рядом на смятых простынях навзничь лежал Рыжий Пайк. Глаза его были широко открыты и бессмысленно пялились в низкий потолок комнаты. Незнакомая коротко стриженная белобрысая девица в военной униформе без знаков различия что-то вводила одноразовым шприцом в набухшую вену руки пирата. Рядом с девицей стоял невзрачный седой мужичок в такой же униформе без погон и с участием смотрел на шумно дышащую Линду.

– У нас мало времени, – сказал седой. – Ваш клиент будет без сознания минут десять, потом он просто уснёт, а когда проснётся, ничего не будет помнить.

– Кто вы, и что вам надо? – прохрипела Линда.

– Я тот, кто может освободить вас из этого пиратского вертепа и доставить домой. Это единственное, что вам надо знать. Ваша история мне известна, потому я и обратился к вам. Год назад вы были стюардессой на туристическом лайнере. Пираты взяли ваш корабль на абордаж, так вы попали на Анархию, пытались покончить с собой, вас вылечили и оставили работать в местной тюрьме. Правильно?

– Да, – кивнула Линда. – Что вам надо от меня?

– Сейчас я хочу получить чёткий ответ на простой вопрос: вы хотите вернуться домой или предпочитаете остаться здесь?

– Но… – Линда в нерешительности замолчала.

– Не бойтесь! – Понял её колебания седой. – Нас никто не видит и не слышит: аппаратура слежения в это комнате сейчас не работает. Моя помощница отключила её прежде, чем мы вошли сюда. Поэтому я и сказал, что у нас мало времени – охрана борделя скоро будет здесь. Итак, ваш ответ?

«Что я теряю? – подумала Линда. – Даже если это провокация, хуже, чем сейчас, уже не будет».

– Да, – решительно сказала она. – Я хочу домой!

– Прекрасно, – с явным облегчением выдохнул седой. – В ближайшее время я или моя помощница свяжемся с вами, чтобы обсудить условия и детали.

Рыжий Пайк внезапно дёрнулся и громко захрапел. Глаза его плотно закрылись, по подбородку потекла струйка слюны.

– Крепкий парень, – усмехнулся седой. – Быстро очухался, и пяти минут не прошло.

– Уходите, а то столкнётесь с охраной, – встревожилась Линда.

– Не волнуйтесь об этом, – спокойно ответил седой. – Главное – вы твёрдо запомните, что нас тут не было, и что случилось с видеокамерами, вы не знаете. Анна, нам пора!

Белобрысая девица положила использованный шприц в карман куртки и подошла к напарнику. На глазах у изумлённой Линды они обнялись и исчезли. Только воздух с шумом занял освободившийся объём, словно лопнул воздушный шарик. За дверью, в коридоре, раздался топот приближающихся охранников, и Линда быстро легла на ритмично вздымающуюся грудь Рыжего Пайка, притворившись, что тоже спит…

– Опять ты! – Скривилась Белая Крыса. – Что на этот раз: жалоба клиента или очередная попытка самоубийства?

Линда, молча, пожала плечами.

– Что-то случилось в номере, где она работала, – доложил Главной надсмотрщице охранник борделя. – Почему-то сгорела вся электроника и, соответственно, личный датчик вашей рабыни. Вот и пришлось мне сопровождать её сюда, чтобы она могла без помех миновать все пункты охраны.

– Ладно, ты можешь возвращаться в бордель. – Махнула ему мускулистой, совсем не женской рукой Белая Крыса.

– А нельзя ли в награду за услугу побаловаться часок с одной из ваших девочек? – просительно осклабился охранник. – Всё ж моя смена давно закончилась, и я потратил своё личное время…

– У тебя полчаса! – Презрительно сверкнула на него своими жуткими красными глазками огромная альбиноска и приказала маленькой тощей помощнице. – Гиена, проводи этого в тюремную комнату свиданий и дай ему какую-нибудь шлюху.

Поигрывая плетью, главная надсмотрщица вновь повернулась к Линде. Её грубое мясистое лицо налилось злобой, от приземистой мужеподобной фигуры веяло опасностью.

– А теперь займёмся тобой, – прошипела Белая Крыса. – Как ты это сделала?

– Мне было так хорошо с клиентом, – усмехнулась ей в лицо Линда. – Внутри меня будто атомная бомба взорвалась, вот вся электроника и сгорела!

– Шутишь, значит, – зловеще процедила Белая Крыса. – По плётке моей соскучилась?

– Что вы, мадам, – испугалась Линда. Сейчас, когда столь неожиданно забрезжила надежда на освобождение, попасть в лазарет было бы опрометчиво. – Простите меня, я просто хотела поднять вам настроение безобидной шуткой.

– Да? – удивилась главная надсмотрщица. – Это на тебя не похоже, – задумчиво протянула она и, приподняв кончиком плети лицо Линды за подбородок, испытующе посмотрела той прямо в глаза. – Рассказывай! Что там случилось?

– Я была с клиентом, мадам, – с неподдельным страхом глядя в хищные красные глаза главной надсмотрщицы, дрожащим голосом ответила Линда. – С Рыжим Пайком. И вдруг в комнату ворвались охранники. Они всё обыскали, мадам, даже Рыжего Пайка и его вещи, но ничего не нашли. Это всё, что я знаю, мадам! Спросите охранника, что меня сюда привёл, он вам подтвердит, что я говорю правду.

– Ладно, – отпустила её Белая Крыса. – Иди в медпункт, пусть тебе заменят личный датчик.

Когда Линда поспешно убежала, главная надсмотрщица повернулась к вернувшейся Гиене и приказала:

– Найди в гостевом отсеке пирата по имени Рыжий Пайк и узнай у него все подробности…

– Вот, сволочь! – выругался Крафт, покинув кабинет главного интенданта. – Ты всё слышал, Майк?

– Да, Пит! – Лейтенант Смит убрал наушник в нагрудный карман мундира и поспешил вслед за капитаном, в ярости устремившимся прочь.

– Этот жирный ублюдок строит из себя законопослушного гражданина, а сам – обычный скупщик краденого и, вдобавок, работорговец! – рычал на ходу Крафт.

– Тише, Пит, – попытался вразумить разошедшегося капитана Смит. – Мы здесь с частным визитом, на чужой территории. Кругом наверняка «глаза» и «уши» Кубышки.

Они, молча, преодолели остаток пути до гостиницы, но как только за ними закрылась дверь их номера, Крафт вновь взорвался:

– Этот пиратский притон давно нужно было уничтожить! Ты просмотрел архив прошлых торгов? Какие были цены на женщин?

– Посмотрел…

– Ну, и…?

– Видишь ли, Пит, – глядя в сторону, решился, наконец, сказать правду Смит. – Нам вряд ли удастся спасти Машу.

– Почему? – Хмуро посмотрел на него Крафт. – Ну, не мямли, лейтенант, говори чётко и точно!

– Потому что главный интендант не соврал: на Машу уже подал заявку Халид-бей.

– Ну и что? – Откинулся на спинку кресла Крафт. – Кто это такой?

– Главный евнух гарема султана Баязета Великолепного, – уныло ответил Смит.

– Повелителя Альтаира?

– Да. – Виновато посмотрел на капитана Смит. – Я просмотрел архивы, как ты просил. За всю историю торгов не было случая, чтобы Халид-бей кому-нибудь уступил. Анархия, действительно, не скупится на рекламу. Видеоролики, демонстрирующие в голом виде женщин, выставленных на продажу, уже неделю крутят по галактическому каналу.

– И Машу тоже? – В ярости стиснул кулаки Крафт. – Обнажённой?

Смит, молча, кивнул.

– Раз Халид-бей сделал заявку на неё, значит Маша понравилась султану. Главный евнух лишится головы, если проиграет аукцион. У нас нет ни единого шанса…

– Шанс всегда есть! – Стукнул кулаком по подлокотнику кресла Крафт. – Надо только найти его.

– Где? – безнадёжно вздохнул Смит. – У нас нет столько денег, чтобы тягаться в торгах с Халид-беем. Султан, говорят, богаче самого Императора!

– А мы и не будем, – взмахнул рукой Крафт. – Как говорили мои предки: с волками жить – по волчьи выть!

– Что ты имеешь в виду? – не понял Смит.

– Подкараулим его корабль на обратном пути и возьмём на абордаж, – успокаиваясь, ответил Крафт. – Раз уж мы в пиратской зоне…

– Ты с ума сошёл! – воскликнул Смит.

Неожиданно дверь распахнулась, и в номер вошли двое: тщедушный седой мужчина лет пятидесяти, одетый в потёртые джинсы земного производства и толстый коричневый свитер ручной вязки из натуральной шерсти, и молодая девушка в стандартном военном комбинезоне имперского флота без знаков различия.

– Какого чёрта? – Смит мгновенно подскочил к ним, преграждая путь. – Что вам надо?

– Могу я поговорить с капитаном Крафтом? – неожиданно низким голосом спросил седой.

Смит вопросительно обернулся. Крафт кивнул.

– Проходите. – Посторонился лейтенант и закрыл за вошедшими дверь.

– Я сильно сомневаюсь, капитан Крафт, что ваша авантюра удастся, – усаживаясь в предложенное кресло, сказал седой. – Корабль Халид-бея хорошо охраняют, это целый караван на самом-то деле, – но даже если каким-то чудом вам повезёт, вы освободите свою жену и скроетесь от погони, вас всё равно выдадут султану свои же. Президент не захочет нарушать с таким трудом заключённое с Империей перемирие из-за пиратского нападения. Не забывайте, господа: вы здесь неофициально, за вами никого нет! Вы для всех будете не офицерами федерального флота, а уголовными преступниками.

– Вы нас подслушивали? – хладнокровно произнёс Крафт. – Работаете на Кубышку?

– Секундочку, господа, сейчас я вам всё объясню, – прогудел седой и, повернувшись к девушке, спросил: – Как дела, Анна?

– Четыре микрофона и три видеокамеры, – бесстрастно ответила та. – Глушилку я включила ещё на пороге.

– Вот теперь мы можем поговорить откровенно. – Повернулся к Крафту седой. – Средства слежки, установленные в этом номере, нейтрализованы.

– Вы уверены? – спросил Смит. – Я не видел, чтобы ваша спутница включала какой-нибудь прибор.

– Анна – андроид, – усмехнулся седой. – Все необходимые мне приборы и устройства встроены в её тело.

– Удобно, – кивнул Крафт. – Так кто вы такой, зачем нас подслушивали, и что привело вас ко мне?

– Профессор Иванов Иван Иванович, – представился, наконец, гость. – Прибыл на Анархию, как и вы, три дня назад, но не из Солнечной Федерации, а из Веганской Империи. На подходе к вашему номеру Анна перехватила сигналы следящей аппаратуры. Так мы узнали ваш безумный план. Ну, и Кубышке, а, может, и не только ему он, как вы понимаете, теперь тоже известен.

– Крафт Пётр Андреевич. – Привстал в кресле капитан. – А это – мой друг, Майкл Смит. Но вы, очевидно, и так уже знаете, кто мы, раз пришли сюда?

– Да, – кивнул профессор. – Я навёл о вас справки.

– Иванов Иван Иванович? – недоверчиво усмехнулся лейтенант.

– Это имя ничуть не хуже любого другого, – невозмутимо ответил странный гость.

– Так что привело вас к нам, господин профессор? – резко спросил Крафт. – На кого вы работаете?

– На себя! – Развёл руками Иванов. – У нас общая беда, капитан. Моя младшая дочь летела на один из курортов Империи, пираты захватили её яхту и теперь Елену тоже выставили на торги.

– Сочувствую. – Сжал кулаки Крафт. – Я так понимаю, у вас, господин профессор, есть какой-то более реальный план освобождения дочери, чем нападение на караван Халид-бея?

– Есть, капитан. – Нервно потёр ладонь о ладонь Иванов. – Но одному мне не справится. Нужны, как минимум, ещё один корабль и пара помощников. Я уже думал, что за дни, оставшиеся до аукциона, мне их не найти, как вдруг мы засекла вашу недавнюю беседу с главным интендантом. Видите ли, господа, в первый же день нашего прибытия на станцию я приказал Анне подключиться на всякий случай к записывающей аппаратуре, установленной в рабочих кабинетах и личных апартаментах Кубышки и других правителей Анархии.

– Других правителей? – удивился Смит. – Разве у анархистов есть правительство?

– Не будьте столь наивны, господин лейтенант, – рассмеялся профессор. – Главный интендант, конечно, лукавил, утверждая, что в этой пиратской республике нет правительства. Официально – нет. Анархизм – всего лишь мечта об идеальном обществе. Но на самом деле все важные решения совместно принимают пятеро самых богатых и влиятельных граждан Анархии. Кубышка – один из них. Все они – бывшие пираты, но имеют тайное гражданство как в Солнечной Федерации, так и в Веганской Империи. И, конечно, неусыпно следят друг за другом, что и позволило мне с помощью Анны узнать эти подробности.

– Но как нам всё это поможет? – нетерпеливо спросил Крафт. – Что конкретно вы предлагаете? Шантаж?

– У меня была такая мысль, – признался профессор. – Но эта пятёрка никого и ничего не боится. Они просто уничтожат нас, а президент и император в лучшем случае выразят сожаление гибелью неразумных граждан, опрометчиво сунувшихся в пиратские владения. Видите ли, господа, Анархия тайно финансировала прошлую избирательную кампанию вашего президента и императору не раз ссужала средства на войну с Солнечной Федерацией. А почему, вы думаете, Федерация и Империя терпят у себя под боком пиратский притон?

– Как-то не очень верится в то, что вы говорите, профессор, – раздражённо отмахнулся Крафт. – Султан Альтаира, говорят, несметно богат, и вполне мог бы предоставить своему брату-императору нужные тому средства. Насколько мне известно, Федерации и Империи необходимо безопасное место в нейтральной зоне для тайных встреч и переговоров представителей их правительств. По слухам здесь, на Анархии, были согласованы условия перемирия, которое потом было с помпой в прямом эфире галактического телеканала подписано президентом и императором. И я точно знаю, что именно здесь, в этом пиратском притоне, мы иногда обменивались пленными.

– Султан и император не очень-то ладят между собой, капитан, – вздохнул профессор Иванов. – Трон один, а братьев двое. Баязет родился раньше, но его мать была простой рабыней из гарема…

– Оставим политику политикам, господин профессор, – прервал гостя Крафт. – Давайте вернёмся к нашей проблеме.

– Что ж, не будем терять время на споры, – согласился Иванов. – Анна, покажи нам план станции.

Глаза андроида вспыхнули, из них ударили лучи, и посреди комнаты появилась голограмма вращающегося колеса.

– Внешний «обод» – это космопорты, склады товаров, гостиницы, рестораны, бордели и прочие заведения, обслуживающие гостей, – голос Анны был мелодичен, но лишён каких-либо интонаций и чувств. – В «спицах» расположены казармы охраны, военные склады, боевые лазеры, оранжереи и прочие службы обеспечения жизнедеятельности станции. В центральном шаре находятся жилые помещения граждан Анархии, атомная электростанция, центр космической связи и телевидения, банк, больница, кабинеты управленцев и специалистов, а также конференц-зал для всеобщих собраний и обсуждений возникающих проблем и принятия решений.

– Чёрт! – воскликнул Смит. – Эта станция – настоящая крепость.

– Живой товар и прочих рабов держат вот в этой «спице», – показала Анна, и выделенная часть макета резко увеличилась, демонстрируя подробности. Остальные части станции исчезли. – У соединения «спицы» с «ободом» находятся защитный шлюз и бункер с десятком вооружённых до зубов солдат. Сразу за пунктом охраны находится аукционный зал с подиумом для демонстрации живого товара. Посторонних пропускают сюда только на время торгов. Из зала короткий коридор ведёт ко входу в тюрьму, в камерах которой раздельно держат мужчин, женщин и детей, предназначенных на продажу. Здесь же находятся жилые комнаты рабов, обслуживающих живой товар. Вот это кухня и прачечная, в которых рабы готовят пищу и стирают. Помещение рядом с общей дверью в тюрьму – ещё один контрольно-пропускной пункт охраны. Здесь постоянно находятся два десятка человек, следящие за мониторами, на которые выведены видеокамеры, установленные в аукционном зале, коридоре и внутри тюремных камер. Другие помещения этой «спицы» для нас не представляют интереса.

– Похоже, штурмовать тюрьму нашими скудными силами – самоубийство, – мрачно сказал Крафт.

– Кубышка жаден, – невозмутимо ответил профессор. – Он заставляет своих рабынь, живущих в тюрьме, в свободное от работы на кухне или в прачечной время ублажать клиентов в борделях развлекательных отсеков станции. Там я вчера и подкупил одну из рабынь, обслуживающих женскую камеру, Она нам поможет.

– Каким образом? – хмыкнул Смит.

– Она найдёт среди сотен пленниц мою дочь и вашу жену, капитан Крафт, и в определённый момент приведёт их в помещение женского туалета, к двери в самую дальнюю кабинку, и тогда Анне не придётся искать их по всей тюрьме. Чтобы ваша жена, поверила этой рабыне и пошла с ней, вы, капитан, должны сообщить нам сейчас «маячок» – слово или выражение, по которому Мария поймёт, что незнакомая ей девушка работает именно на вас. Понимаете меня?

– Да, – кивнул Крафт. – Но каким образом Анна проникнет в тюрьму и, тем более, благополучно выберется оттуда, да ещё не одна?

– Телепортация, – улыбнулся Иванов.

– Что? – не поверил Крафт. – Вы – сумасшедший? Телепортация – сказка для легковерных идиотов.

– Не сомневайтесь, капитан. – Успокаивающе поднял руку профессор. – Сейчас вы должны поверить в то, что Анна заберёт в назначенное время пленниц и помогающую нам рабыню из тюрьмы и доставит на мой корабль.

– А чем мой не подходит?

– Тем, что Кубышка первым делом обыщет именно его. Надеюсь, не надо объяснять, почему? Кроме того, вашему другу, лейтенанту Смиту, придётся навестить в борделе подкупленную мною рабыню, незаметно показать ей фотографии наших пленниц и столь же незаметно, на ушко, во время ласк объяснить ей, что надо делать. Я обещал девушке, что сделаю это сам, но нам лучше не рисковать – вторичное посещение мною или Анной борделя и конкретно этой рабыни может привлечь преждевременное внимание главного интенданта ко мне и моему кораблю. Учтите, господин лейтенант, комната нашпигована телекамерами и микронами. Рекомендую совместный душ – шум воды заглушит ваши слова. Надеюсь, это задание вам по плечу?

Смит скривился.

– Эта шлюха, хоть, не очень страшна?

– На вкус и цвет… – усмехнулся Иванов. – А так как рабыня исчезнет из тюрьмы одновременно с вашей женой, капитан Крафт, и практически на следующий день после визита к ней лейтенанта Смита, это будет ещё одной из причин для обыска в первую очередь именно вашего корабля. Я здесь, как вы правильно заметили, под чужим именем, и, к тому же, интересуюсь контрабандой, а не живым товаром. Никто не знает, что Елена – моя дочь. Поэтому после исчезновения трёх пленниц из тюрьмы мой корабль обыщут не скоро, и когда до него дойдёт очередь, Анна перебросит беглянок на ваш, очищенный к тому времени от подозрений. Для этого вы и нужны мне, иначе бы я уже давно освободил свою дочь. Но вряд ли смог бы беспрепятственно покинуть Анархию…

– А как же тюремные видеокамеры? – встрепенулся Крафт. – Вашу Анну засекут и первым делом кинутся проверять именно ваш корабль, профессор!

– Анна проверила – в помещении тюремного туалета нет аппаратуры наблюдения. Ведь оно общее и для пленниц, и для обслуживающего персонала, среди которого есть не только рабыни вроде Линды, о которой я вам рассказал, но и свободные гражданки Анархии: надсмотрщицы, кухарки и охранницы, например. Поэтому, было бы желательно в назначенное время свести к минимуму вероятность появления случайных свидетелей похищения, отвлечь их внимание на что-нибудь иное. Анна, конечно, справится с любой ситуацией, но хотелось бы избежать лишних жертв. Вы согласны?