Кречет. Кровь не вода

Глава 1

Незнакомка

– Эй! Иди сюда! Да иди же ты! – требовательно прошептала девушка.

Впрочем, словами она не ограничилась и, схватив меня за руку, притянула к себе. Мало того, ещё и подалась назад, упёршись спиной в стену из гладкого композита. Девушка, конечно, не рохля какая, а вполне себе спортивная, среднего роста, под стать мне. Только я куда сильнее физически и крепкого сложения. Однако она застала меня врасплох. Опять же, будь это парень, тогда я уже отправил бы его в короткий ознакомительный полёт с полом торгового центра. Но батя всегда втолковывал мне, что девочек обижать нехорошо.

Пока я гадал, как мне поступить, и телком на привязи выполнял её требования, она схватила меня за затылок и притянула к себе. Со стороны могло показаться, что мы целуемся, на деле же её губы оказались возле моего уха, обдав его горячим дыханием. В нос ударил терпкий девичий аромат. Её рельефная грудь оказалась прижата ко мне, бюстгальтер и лёгкая белая блузка не смогли скрыть тепло её разгорячённого тела.

Волнительно? Да я весь вздыбился! И что самое поганое, никак не мог решить, что мне следует делать. Сейчас-то вроде как это она на меня набросилась, но стоит только мне её обнять… У нас тут, конечно, не Британское королевствои уж тем более не Конгломерат, поэтому вот так, на дурака, в сексуальных домогательствах не обвинить. Но получить затрещину очень даже. А там и защитник девичьей чести может найтись. Нарываться же на поединок ни за понюх табаку как-то не хочется.

– Да стой ты! Будто мы целуемся, – с жаром прошептала мне в ухо незнакомка.

Ну всё. Сейчас мне сорвёт крышу. Я толком рассмотреть её не успел, нейросети у меня пока ещё нет, а потому память самая обычная и вернуть перед внутренним взором скрин не смогу. Но и то, что я приметил мельком, мне определённо понравилось. Девственности я лишился ещё в шестнадцать, так что со вкусом женщины знаком не понаслышке. А это ведь дело такое, что чем больше есть, тем больше хочется.

– Так может ну их, эти условности. – Я всё же решил приобнять её и подался губами к белоснежной шейке.

– Даже не думай, – коброй прошипела она.

И я тут же ощутил болезненный тычок коленом в пах, отчего чуть подался назад. Вот только вместо злости отчего-то припомнил её точёные ножки и мини-юбку, облегающую приятные округлости бёдер.

– Извращенец! – вновь прошипела она мне в ухо.

Ну что сказать, при столь плотном контакте трудно не обнаружить реакцию моего младшего братца, у которого, как известно, голова своя. Вот только думать ею он совершенно не умеет.

– Да пошла ты, – попытался было отстраниться я.

– Нет! Пожалуйста! – Моё ухо вновь обдало горячим дыханием, а сама незнакомка сильнее прижалась ко мне.

– Ты больная? – возмутился я, чувствуя, как вновь меня охватывает возбуждение.

Сам не знаю отчего, но я всё же не оттолкнул её и произнёс это шёпотом. Как-то на автомате подыграл ей, хотя и не уверен, правильно ли поступаю. А может, дело в самой девушке. Реальная красавица, а ещё горячее упругое тело.

– Простите. И спасибо, – наконец произнесла она, отстраняя меня.

Я не стал противиться и отошёл на пару шагов, теперь уже получая возможность осмотреть её более детально. Ну что сказать, примерно моего возраста и роста, точёная спортивная фигура, тёмные волосы забраны в хвост, открывая приятное лицо с правильными чертами. Красивая девочка. Очень.

– Может, всё же объяснишь? – поинтересовался я.

– А мы уже на «ты»? – вздёрнула она бровь.

Причём сделала это так, что ни капли сомнений, передо мной аристократка. Порода сквозит во всём облике, пусть и одета она в одежду среднего ценового сегмента, и косметика вполне под стать той, которой пользовались мои одноклассницы.

– Да мы практически парочка, – хмыкнул я, намекая на недавние события.

– Не чересчур ли самонадеянное заявление? – игриво улыбнулась она.

– Да брось. Видно же, что ты не имеешь ничего общего с этими благородными чопорными курицами. Ну, если я ошибся, тогда прошу прощения, и прощайте.

– Погоди, – окликнула она меня, бросила взгляд по сторонам и решительно подхватила под руку. – Пошли отсюда. Заодно и проводишь. На случай, если они опять появятся.

– Кто они-то? – поинтересовался я, вновь подчиняясь ей и направляясь в сторону эскалатора.

– Моя охрана.

– Ого. А ты не из худородных, – скосил я на неё взгляд.

Батя всегда говорил, что человек стоит ровно столько, сколько он стоит, и не больше. Везение родиться в дворянском семействе даёт благоприятные условия для старта, но не гарантирует успеха. И я был склонен придерживаться именно этой точки зрения.

– Я дворянка в четырнадцатом поколении.

– О как. Получается, твои предки были в самом начале исхода.

– Первая экспедиция.

– Погоди. Это же… – Я даже остановился от удивления.

– На нас начинают обращать внимание. – Она легонько тряхнула мою руку.

– И какой род? – становясь на ступеньку эскалатора, не удержался я от вопроса.

– Анастасия Кречетова, – вздохнула она.

– Нормально так. Княжна Анастасия. И как я мог вас не узнать.

– Уже на «вы»? – игриво хмыкнула она.

– Всему есть предел, Анастасия Семёновна.

– А можно вернуть того нахального парня? Ну, пожалуйста, – спустившись на ступеньку ниже и состроив умилительную рожицу, попросила она.

– Я постараюсь, – искренне пообещал я, уже не уверенный в том, что у меня это получится.

Одно дело не попускать дворянам, и совсем другое – беседовать с дочерью одного из пяти самых влиятельных лиц Российской империи, предок которого принимал деятельное участие в её основании.

– То, что ты меня не узнал, это нормально. А как бы я бегала от моей охраны, если бы не изменила внешность. Но тут ничего сложного. Всего-то экспресс-краска для волос, вытягивающий утюжок, чтобы избавиться от локонов, и волосы прибрать в несвойственный мне хвост. Далее избавиться от броского макияжа, используя что-то поскромнее, и, наконец, переодеться. Всё необходимое умещается в эту вот сумочку, – тряхнула она ею.

Среднего ценового сегмента, не такая уж большая, но и маленькой её не назвать. А так-то про женские сумочки самые настоящие легенды ходят, где подчас не отличить вымысел от правды.

– Хочешь сказать, там находится другая твоя одежда? – всё же не удержался я от вопроса.

– Издеваешься? Как бы я её туда поместила, а главное – обувь на каблуке. Я оставила всё в дамской комнате. Юбку и кофту поддела под платье, в сумочку только балетки и утюжок сунула, – указала она на свои туфельки на плоской подошве.

– И зачем тебе это?

– Надоело всё время быть под присмотром. Ты не представляешь, насколько папенька помешан на моей безопасности. Ему всюду мерещатся террористы, непременно желающие добраться до меня, – состроив рожицу, наигранно трагичным голосом произнесла она.

– Может, он всё же не так уж и далёк от истины? – возразил я.

– Возможно. Но сегодняшний день и особенно вечер принадлежат мне. Я очень долго готовила этот побег.

– А охранников тебе не жалко? Ведь им нагорит из-за твоей выходки.

– Нагорит, – вздохнула она и тут же встрепенулась, – но это уже не впервые, и каждый раз у меня получалось их защитить. Я им даже потерю в жалованье возмещала.

– Очень надеюсь, что это действительно так. Обидно будет за парней, если они пострадают из-за взбалмошной подопечной.

– Не нужно представлять меня в столь негативном свете. Кстати, а как тебя зовут?

– Клим.

– Обменяемся номерами?

– Думаешь, оно того стоит?

– Ты мне помог, и я у тебя в долгу. Не то чтобы в неоплатном, но всё же.

– Давай. – Я извлёк свой школьный коммуникатор.

Согласно законодательству Российской империи, пользование нейросетью является конституционным правом каждого гражданина империи. Государство гарантирует её установку за казённый счёт. Вот только при этом ты получаешь изделие первого класса, что не подразумевает карьерного роста, рабочий низшего звена, максимум мастер.

Инженеру необходим как минимум второй класс. Но это уже за свой счёт, под что выделяются кредиты, правда, если ты поступил в университет. Можно её получить ещё и за счёт государства при условии поступления на бюджет. В этом случае ты мало того, что учишься бесплатно, ещё и стипендию получаешь. Однако после выпуска лишён права выбора и в течение десяти лет после учёбы тебе предстоит работать по распределению, причём нередко в какой-нибудь заднице мира.

Третий класс стоит в разы дороже, и кредит на него можно получить либо при наличии поручителей, либо имея высокие баллы успеваемости к окончанию первого года обучения. Но тут уж нужно и впрямь иметь масло в голове, так как придётся конкурировать с теми, кто устанавливает её ещё в начале учёбы. Ну и, опять же, бюджетники могут сыграть с государством в рулетку, попытавшись получить улучшенную версию за казённый счёт.

Четвёртый класс стоит ещё дороже и ставится на тех же условиях, что и третий. Зато перед тобой открываются весьма заманчивые перспективы карьерного роста. Но, как правило, это либо представители состоятельных слоёв, либо по факту законтрактованный раб, ну или крепостной, так как условия расторжения договора зачастую нереальные. Впрочем, хватает тех, кто полагает, что подобная плата за комфорт и благосостояние вполне приемлема.

Ну и наконец пятый класс, наивысший из существующих. Он доступен только элите, да и то не всей. Те же отпрыски княжеских родов могут рассчитывать лишь на четвёртый. Понятия не имею, что там за функционал при таких-то допусках.

Разумеется, право не обязанность, и от установки нейросети можно отказаться. Вот только это прямой путь к прозябанию на задворках общества. К слову, есть и такие сектанты. Они в основном проживают на фермах, возделывают землю, используя допотопную технику, и едва сводят концы с концами. Но их это полностью устраивает.

Однако, несмотря на научно-технический прогресс, как бы ты ни жаждал заполучить нейросеть до восемнадцати лет, тебе нечего об этом и мечтать. Дети пользуются коммуникаторами, имеющими стандартный набор функций и ограниченный выход в сеть. Прежде чем браться за костыли, не мешало бы научиться использовать голову.

Ясное дело, имелись и дорогие модели с несколько расширенным функционалом, но как по мне, предоставляемые ими преимущества не стоили переплаты. Законодательство жёстко ограничивало доступ подрастающего поколения к цифровым технологиям. Тут и взрослые весьма успешно разжижают себе мозги, что уж говорить о детях…

Вслед за мной достала свой коммуникатор и Анастасия. К моему удивлению, у неё оказалась едва ли не самая дешёвая модификация. Понятно, что функционал у них схожий, но дорогая модель всё же подчёркивает статус. А куда же благородным без понтов.

– Что? – вздёрнула она брови.

– Н-ничего, – пожал я плечами.

– Я его купила только для звонков и переписки, чтобы избежать контроля. Мой оставила в дамской комнате вместе с платьем, чтобы не смогли отследить, – поняв моё удивление, отчего-то сочла нужным пояснить она.

А я о чём? Имидж наше всё. Вон даже слегка покраснела от неловкости.

– Да нет, я удивился тому, что ты в принципе достала коммуникатор. Думал, что уже имеешь нейросеть.

– Хочешь сказать, что я выгляжу старой?! – вскинулась она.

– Хочу сказать, что ты выглядишь взрослой, – возразил я, и ей это явно понравилось.

– Принимается. Ладно, давай свой контакт, – активировав коммуникатор для обмена, произнесла она.

Я поступил так же и поднёс прибор к её. Экран мигнул, высветив новый номер в списке контактов.

– Готово. А что за причина такая, по которой ты вдруг решила сбежать? – не зная, о чём ещё говорить, поинтересовался я.

– У меня сегодня выпускной в гимназии. Уже завтра обзаведусь нейросетью. Не переживай, я скопирую из коммуникаторов все контакты, так что твой номер не потеряется.

– Да я и не переживаю.

Я и вправду не переживал. Контактами обменялся, только чтобы не отказывать девушке. Её словам относительно долга не придал значения. С чего бы мне совершать такую глупость. Кто она и кто я. Пообщались да разошлись, как корабли в безграничном космосе. Батя меня воспитывал жёстко. Так что на мир я смотрел трезвым взглядом, реально оценивая свои возможности.

– Получается, ты сбежала, чтобы отметить с друзьями выпускной?

– Ну да. А ты, судя по одежде, тоже выпускник?

Вообще-то, по одежде это не видно. Самая обычная школьная форма с тонким галстуком на застёжке. Ленточку выпускника я уже снял, чтобы лишний раз не отсвечивать. Признаться, надоели доброжелательные взгляды, полные ностальгии. Но сегодня последний звонок по всей империи, и на десятиклассника я как-то уже не тяну. Так что догадка Анастасии не на ровном месте.

– Есть такое дело, – подтвердил я.

– А пойдём со мной? – остановившись и схватив меня за руку, вдруг предложила она.

– Типа выпускной бал только у тебя.

– А мы решили не идти на бал. Там всё будет официально и напыщенно до тошноты. Мне с друзьями это уже вот где, – она поднесла кончики пальцев под изящный подбородок.

– Понимаю. Но мы этим как-то не пресыщены, – хмыкнул я и добавил: – И потом ты идёшь со своими одноклассниками, но и у меня они ведь тоже есть.

Вообще-то, я не совсем откровенен, но это уже детали. Тем паче, что на бал я всё же пойду.

– Ты прав. Тогда я тебе позвоню, – нашлась она. – До поступления в университет ещё целый месяц, и мы непременно встретимся.

– Договорились, – легко согласился я, зная, что этого не случится.

– Пока!

Анастасия взмахнула рукой в прощальном жесте и побежала через просторный холл торгового центра на улицу. Там она вскочила в стоящее на стоянке такси, практически сразу тронувшееся с места, унося мою новую знакомую. Впрочем, чего это я. Скорее уж всё же незнакомку. У нас разные не то что звёздные системы, а даже галактики.

Хмыкнув, я тряхнул головой и двинулся в сторону станции метро. Подземный транспорт существует уже на протяжении не одной сотни лет. Причём его строят на всех обитаемых планетах вне зависимости от наличия атмосферы. Потому что он выполняет не только логистическую функцию, но ещё является и убежищем даже от орбитальных бомбардировок. Поэтому здесь имеются различные склады, способные обеспечить на какое-то время огромную массу людей.

– Батя, я дома, – громко произнёс я, переступая порог.

– Явился, выпускник. Какие планы на вечер? – выглянув в прихожую, поинтересовался отец.

– Пойду на выпускной бал.

– До утра? Или как?

– Или как.

– А чего не с ребятами? – вздёрнул бровь отец.

– Малахов позвал всех к себе домой, его родители раскошелились на вечеринку, – махнул я рукой.

– Не помирились?

– С чего бы мне с ним мириться.

– Сын.

– Да ладно, батя, он вечно нарывается и за языком не следит. Б-бесит.

– Гибче нужно быть, сынок. Вычеркнуть человека из жизни просто. Но она ведь может и так обернуться, что сегодня ты готов его прибить, а завтра уже за него любого порвёшь в клочья.

– А ещё ты говорил, что если есть возможность избежать обострения без урона для себя, то лучше лишний раз не нагнетать.

– Так уверен, что набьёшь ему морду?

– На все сто.

– Ладно. Тогда разогревай обед, а я пойду гляну, как там дела у Глафиры, и сразу назад.

– Ага. Сделаю.

Глафира помогает бате управляться в нашей небольшой гостинице. Они тут и администраторы, и горничные, и вообще на все руки от скуки. Но для того, чтобы обслужить двенадцать номеров среднего ценового сегмента, их и дроидов уборщиков вполне хватает. Мы, конечно, не перебиваемся с хлеба на воду, но большой штат работников нам никак не потянуть.

Я как раз закончил накрывать на стол, когда отец вернулся и сел напротив меня. Ели, как всегда, молча и быстро. У бати привычка ещё со службы в космодесанте, а меня уже он приучил. Не то чтобы подгонял, просто личным примером. Я во многом старался походить на него.

– Ну и как, планы на дальнейшее не изменились?

После обеда, отец, по обыкновению, устроился в кресле и закурил древнюю как мир трубку. Трофей одной из боевых операций, хотя при каких именно обстоятельствах она попала ему в руки, он не рассказывал. Как, впрочем, и о винтовке, что висит на стене напротив. Полагаю, что это связано с мамой. О ней я знаю совсем немного, отец особо не распространяется. Три её фото стоят на полочке. И ни одной, где бы они были вместе.

– Всё в силе, батя. Послезавтра иду на вербовочный пункт и записываюсь в космодесант. Раньше начну, раньше закончу. Нейросеть третьего класса за казённый счёт, а если повезёт, то и четвёртого. Как по мне, то оно того стоит.

– Но ты ведь не связываешь свою жизнь с флотом? Так, может, и ну его?

– За всё нужно платить, батя. Мне проще отслужить, а не становиться чьим-то должником. Ты же сам служил.

– Потому что хотел этого. И служил с удовольствием, пока меня не попросили на пенсию. Тебе же флот нужен только как ступенька.

– Как по мне, то нормальный ход. Пять лет, и я получу желаемое.

– Целых пять лет, Клим. Словом, я тут подумал… Нет тебе нужды идти на службу.

– Мы внезапно разбогатели? – улыбнулся я на подобное заявление.

– Я нет. А вот ты… Выслушай, – сжав пальцы так, что побелели костяшки и хрустнул чубук трубки, как-то уж совсем угрюмо произнёс отец.

Признаться, я даже вздрогнул от неожиданности. Он всегда бережно относился к своей трубке. И тут вдруг такое.

Глава 2

Скелет из шкафа

Я молча сидел и смотрел на батю, замершего со сломанной трубкой в руке. Понятия не имею, о чём он собирается мне рассказать, но всё за то, что этот вопрос насколько тяжёлый для него, настолько же и важный. Впрочем, нет. Касается это нас обоих.

– Восемнадцать лет назад я жил в Любавино на Китеже… – наконец начал он.

– Я знаю, – кивнув, непроизвольно перебил его я.

– Не встревай. В тот год там случился бунт, ну или как его называет «прогрессивное человечество», восстание за свободу и независимость звёздной системы Глизе. Не суть важно. К тому моменту я уже пять лет как был на пенсии и успел спиться до потери человеческого облика. По всему выходило, что оставалось мне не больше года, а там сдох бы в какой-нибудь канаве бомжик по имени Виталик, и через день о нём все благополучно позабыли бы.

– Ты?! – искренне удивился я.

На моей памяти батя даже глоток пива не сделал, и спиртным от него никогда не разило! Вот я… Ну-у, не то чтобы увлекался, но с парнями баловались, бывало. Стремление к взрослой жизни, все дела. Из меня отец потом этот хмель усиленными тренировками выгонял. И так в течение пары недель. Да мне после такого в сторону горячительного и смотреть не хотелось. Лучше бы уж отругал, выпорол и далее по списку. Но нет, ни слова в укор, только шутки-прибаутки и нарочито заботливо эдак – не тяжко ли тебе, сыночек, может, передохнуть хочется. Ага. Ищи дурака. Я на такое только в первый раз повёлся.

– Я, Клим. Я. Как со службы ушёл, так и приложить себя оказалось некуда, ну и покатилось-понеслось, сам не заметил, как стакан мне всё на свете заменил. Только и того, что с гордо поднятой головой заявлял, что я, мол, может, и пью, зато не ширяюсь. Когда заваруха случилась, так у меня прям крылья выросли. Потому как шанс появился не в канаве сдохнуть, а в бою погибнуть. Оставалось только оружие раздобыть. Да разве же это проблема для космодесантника, пусть и с напрочь пропитыми мозгами. Руки все помнят. Правда, убивать для этого никого не пришлось. Приметил труп какого-то мужика, он с древней охотничьей болтовкой на улицу за каким-то выперся, где его и упокоили.

Батя указал сломанным чубуком на стену, где висело древнее оружие. Мне из него доводилось стрелять. Подумать только, ему почти четыре сотни лет, а оно и сегодня бьёт вполне на уровне современных образцов.

Батя попытался закурить и с удивлением обнаружил, что трубка сломана. Я думал, огорчится, а он только досадливо крякнул. Я быстро сориентировался и, поднявшись, подошёл к книжному шкафу, открыл дверцу и достал коробку, в которой была новая, только один раз раскуренная трубка. Это я ему в прошлом году подарил, но он предпочёл свою старушку.

– Ага. Ну, значит, время пришло. Спасибо, Клим, – растерянно улыбнулся он.

Я опасливо посмотрел на батю. Больно уж мне не нравилось, как тот выглядит. Он всегда меня сыном и сынком называл, а тут всё по имени и по имени. Странный он какой-то сегодня.

– Подобрал я винтовку да сотню патронов при ней и начал отстреливать этих мразей, – пыхнув табачным дымом, продолжил он. – Борцы за независимость, м-мать, а среди них ни одного местного. И как только доставили такую прорву народу. Удачно охотился, рисково, нагло, чуть не в открытую. И стреляли в меня, и ствол у меня не автоматический, да только я кладу их, а костлявая всё мимо меня ходит, словно я заговорённый. На следующий день наши десант высадили и начали чистить город. А там и пехота подтянулась. Иду я мимо одного домишки, а из окна детский плач едва слышится. Да и не плач, а будто котёнок мамку зовёт. Вошёл в дом, а в прихожей бармалей мёртвый валяется и молодая женщина. Считай, сутки как холодные, а ты знай попискиваешь, совсем уж ослабел.

– Я?

Моему удивлению не было предела. Вот уж никогда не подумал бы, что батя мне не родной. Мы ведь с ним даже внешне похожи, и это не моё мнение, а окружающих. Или они, как и я, просто желали найти схожие черты, вот подсознание и подсовывало их или даже дорисовывало. Я в каком-то детективе такое читал. Так. Стоп. Что я вообще несу? Какого тут вообще происходит?

– Ты, Клим. Я как увидел младенца, так и стал носиться по дому чисто наседка. Хорошо хоть, ты уж на искусственном питании был, и само оно нашлось в доме. Худо-бедно, но я тебя всё же накормил и подмыл. А после вдруг понял, что не могу тебя отдать. Ну вот хоть на части режь, а не могу. Как только я в бой встрял, так сразу смысл жизни обрёл, потому как солдат. Но схватка осталась позади, и мне опять пора возвращаться в свою канаву. И так мне стало тоскливо. А тут ты. Как маяк. Как рука, что вытянет меня из этого дерьма. Ну и вцепился я в тебя мёртвой хваткой. В доме нашёлся электронный паспорт твоей матери. Сунул в него свой нос, зафиксировал информацию, а там тебя в охапку и ходу.

– Даже не похоронил её? – В голову словно вату набили, я в этот момент мало что соображал.

– Если бы сам похоронил, то сочли бы её без вести пропавшей. Вызвал бы легавых, тебя отобрали бы. А так город чистили, её обнаружили и тело передали мужу. Я узнавал. Сам же обратился к одному деловому, тот мне обязан был, а потому выправил документы, по которым мы и улетели сюда, на Перун. Я как пенсионер сумел взять кредит, поставил вот эту небольшую гостиницу, так мы и стали с тобой жить.

– Мама и впрямь была Берёзкиной, или ты это придумал? – отстранённо поинтересовался я.

– Елена Николаевна, в девичестве Берёзкина. Знаю, что была лейтенантом космофлота, когда в дом ворвались бандиты, одного из них застрелила, а после и сама погибла. Вот и всё. Врать тебе не хотел, потому ничего и никогда не рассказывал.

– А я думал, что ты её сильно любил, и вспоминать о ней тебе трудно, – отчего-то произнёс я.

– Так и есть, Клим, трудно. Только ноша моя иного характера, – кивнул батя и сделал очередную затяжку, пустив дым из ноздрей.

– А кто мой отец, ты знаешь?

– Князь Кречетов Семён Аркадьевич, в то время он был наследным княжичем.

– Но у него трое детей, они старше меня, и их мать жива-здорова, – отчего-то ясно и чётко вспомнил я.

Князь личность медийная, известный политик и глава одного из крупнейших холдингов империи, всегда на слуху как сам, так и члены его семьи. А ещё герой войны в системе 58 Эридана, когда Конгломерат попытался выдавить Российскую империю из этой узловой точки. Тогда серьёзно отличился вице-адмиралКречетов, командовавший отдельным отрядом лёгких сил. По тем событиям было снято несколько фильмов и написана ни одна книга, есть даже популярная виртуальная игра.

– Не в курсе его семейных перипетий, – пожал плечами отец, – но если судить по обнаруженному мною электронному паспорту, он был женат на твоей матери. И ты был записан на его имя.

– Ты столько лет молчал. Почему вдруг?.. Боишься отправлять меня на военную службу?

– Есть немного. Но не настолько, чтобы костьми лечь и не допустить. В принципе, я уже давно готовился к этому разговору и пару раз за прошедший месяц едва не заговорил. Но в последний момент останавливался.

– Опасаешься княжеского гнева?

Ситуация полный сюр. Но самое невероятное это то, что я веду этот разговор. О чём-то там спрашиваю, выслушиваю ответы, но в реальность происходящего попросту не верится. Словно случилось всё это не со мной.