Кречет. Кровь не вода

Глава 4

Сослуживцы

– Эй, парень, поди-ка сюда. Ну, подойди, чё, не мужик чё ли.

Эта парочка привлекла моё внимание, едва я переступил порог казармы. Ведут себя нагло, развязно. Устроились на койках, где разбросали новенькое обмундирование только что из репликатора. Он находится справа от входа, и там сейчас образовалась небольшая очередь. Но что-то мне подсказывает, что эти приблатнённые в ней не стояли.

Космофлот не только для желторотиков из-за школьной парты. Идут сюда люди разного возраста, пола и социального статуса. Не закрыта дорога и бывшим уголовникам, разве только не вместо полученного срока, а лишь по отбытии его. Но отбор они проходят на общих основаниях и если не соответствуют, то получат от ворот поворот. Ну и такой момент, что при наличии нейросети первого класса о погонах можно и не мечтать. Потому что в вооружённых силах нижний порог второй класс, а новику оплачивать операцию по замене никто не станет.

Едва услышав развязный окрик, я скосил взгляд на приблатнённых, но, как оказалось, звали они не меня, а невзрачного паренька довольно тщедушного сложения. Государство на законодательном уровне поощряет агрессию в определённых рамках. Но это не значит, что все подданные империи ходят с зудящими кулаками и постоянным желанием кому-нибудь втащить.

Паренёк глянул по сторонам и, не встретив поддержки от окружающих, с обречённым видом подошёл к наглой парочке.

– Чего вам? – поинтересовался он.

– Т-тя как звать, братан? – спросил первый из них.

– Николай.

– О, Назар, вишь, это Колян, он теперь наш кореш и ничего для нас не пожалеет. Пайка в столовке была так себе. Как считаешь, Колян? Вот и я говорю, на зоне сытнее кормят. Ты же можешь помочь парочке бродяг поправить это дело? Ведь правда? А чипок с этим управится на раз, и кормят там не в пример лучше столовки. Ну как, согласен угостить своих новых друзей?

Чипок это чайная, кафе или лавка, расположенные на территории военной части, где торгуют всякой всячиной. Все знают, что это, и никто понятия не имеет, откуда пошло название древнее, как сама армия и флот. Это едва ли не самое популярное место в солдатской и матросской среде. Есть они и на кораблях классом от крейсера и выше.

– Мы не друзья, и угощать я вас не собираюсь, – покраснев, с обречённой решимостью ответил парень.

– Да ты чего, Колян? Как не друзья-то? А-а-а, ты пайку зажал, чё ли? Не по-пацански это, Колян. Ты прям как не русский.

– Извините, я пойду, – попытался дистанцироваться парень.

– Да погоди ты, Колян, – ухватил его за руку первый.

– Николай, я тебя потерял, а ты тут лясы точишь, – подошёл я к пареньку и, приобняв за плечи, повёл в сторону.

– Эй, мальчонка, ты не видишь, мы разговариваем, – возмутился первый.

Легонько подтолкнув между лопатками незадачливого Колю, я обернулся к поднявшейся с коек парочке и склонил голову набок.

– Какие-то проблемы?

– Вали своей дорогой и оставь нашего кореша в покое, – произнёс тот, которого назвали Назаром.

Этот не так многословен, но сложён крепче и движения у него не дёрганные, как на шарнирах, чем выделяется первый, а плавные, уверенные. Если его дружок заводила, разводила и, скорее всего, мозг, то этот однозначно силовая поддержка.

– Это мой товарищ, а вот вас я вижу впервые. Так что отвалите, – глядя в глаза Назару, спокойно произнёс я.

– Ну, ты просил, – пожал плечами первый.

– О! Клим! Кого-то гасим? Вы кем будете, убогие? – рядом со мной нарисовался Малахов с таким счастливым видом, словно сбылась его давняя мечта.

– Ты глянь, Назар, этих смертников теперь двое. Ну что, мальчики, разомнёмся в круге два на два? – с прищуром поинтересовался первый.

– Да легко. Слушай, а ты в каком сериале такой взгляд подсмотрел? Пробирает аж до костей, – восторженно поинтересовался Малахов.

Ну что сказать, и поставить себя он может, и парой слов достать до печёнки ему как два пальца об асфальт. Собственно, из-за этого мы с ним и цеплялись.

– Я тебе чуть позже расскажу, – пообещал первый.

– Договорились. Ну что, до ужина мы полностью свободны, а вы, я гляжу, вещовку свою уже получили. Так, может, прямо сейчас и перетрём? Или очко прижало? – с самой добродушной улыбкой поинтересовался он.

– Ну пошли, мальчонка, перетрём, – со спокойной уверенностью произнёс Назар.

Лишние разговоры они лишние и есть, поэтому мы двинулись первыми, а эти чуть поотстав. Нападения сзади мы не опасались. Это ведь не подворотня. Тут за подобное можно и под военным судом оказаться. Иное дело в кругу поединка, где это только поощряется. Хотя вот убей, не понимаю, отчего такое происходит на флоте. Оно ведь дисциплина, боевое братство и чувство товарищеского локтя, а подобные разборки никак не способствуют сплочению подразделения.

Как выяснилось, мы оказались ничуть не оригинальны в своём стремлении выяснить кто есть кто. Пришлось обождать, пока завершатся две схватки перед нами. Благо реальное выяснение отношений не имеет ничего общего с киношным. Даже если в короткое время не успеешь вырубить противника, вскоре вы оба банально выдохнетесь. Просто поразительно, как стремительно тают силы, когда дело доходит до реальной драки.

Конечно, можно и кружить, подгадывая момент для коротких наскоков, чтобы прощупать противника. Но здесь имеется распорядитель с погонами ефрейтора, и время схватки ограничено тремя минутами. Так что, затянув поединок, есть шанс просто выйти из круга ни с чем. Оно можно и повторить, но это считается уже глупым. Есть что сказать, у тебя была такая возможность. Не сказал, значит, и сказать нечего. Как, впрочем, и твоему противнику. А раз так, то чего вообще было начинать.

– Итак, сынки, правила вы знаете. За умышленное увечье противника придётся отвечать по всей строгости, – предупредил нас ефрейтор.

Мы молча кивнули, поняли, мол, не вопрос. И решительно ступили в круг, обозначенный на композитном полу обычной краской. Никакого тебе татами, всё жёстко, как и предстоящая схватка.

Противники постарше нас года на три, и бог весть с каким багажом за плечами. Наверняка попали на зону ещё по малолетке, ну или сразу после выпускного. Как-то сомнительно, чтобы у них была нейросеть хотя бы второго класса, о третьем и говорить нечего. Во всяком случае, мне хотелось, чтобы это было именно так. Нейросеть даже первого класса даёт определённые преимущества в скорости, реакции и отточенности движений. И чем выше класс, тем лучше навыки. А если ещё и наниты имеются, так и вовсе весело получается.

– Против Назара продержишься? – спросил я Андрея.

– Боишься? – хмыкнул тот.

– Не хочешь, как хочешь. Тогда он мой.

– С чего бы? Займись другим, а с этим крепышом я уж как-нибудь разберусь, – хмыкнул он и указал пальцем на Назара. – Слышь, бычок, подходи, манерам учить буду.

– Хана тебе, щ-щенок, – тут же навёлся на него крепыш.

Мне оставалось только удовлетворённо кивнуть. Вот что-что, а вывести из себя у Малахова получается лучше всего. Я ещё толком не решил, как нам половчее разобрать противников, а он разом расставил фигуры по местам.

Я по обыкновению повёл плечами, после чего двинулся навстречу первому. Даже не поинтересовался, как его зовут. Ладно, после узнаю. Если оно вообще мне понадобится. Приблатнённый чуть выше меня ростом, но сложением пожиже будет. А ещё он явно медленнее. Собственно, поэтому я его и выбрал.

Три года разницы сыграли с моим противником злую шутку. Он отчего-то уверился в собственном превосходстве, но серьёзно просчитался. Без понятия, что за технику рукопашного боя он использовал. Скорее всего уличная сборная солянка, которой не стоит пренебрегать, потому что такой боец может удивить.

Я расслабляться не собирался и вовремя распознал отвлекающий выпад ногой понизу. Затем резкое сближение с переходом в атаку локтем в челюсть. Проделано всё было на хорошем уровне, но я всё же сумел среагировать, блокируя ногу и принимая атаку рукой в приподнятое плечо. В удар он вложился от души, и меня повело вправо, чему я не стал противиться. Крутанулся вокруг оси и, выбросив руку, приложился основанием ладони ему по затылку. Мой противник с глухим стуком упал на пол как подрубленный и замер без движения.

Не теряя времени, я сместился в сторону Назара, который давил Андрея, вынужденного уйти в глухую оборону и отпрыгнувшего назад, разрывая дистанцию. Приблатнённый не собирался давать ему время на перегруппировку и рванул следом. Правильное решение, если бы это был поединок один на один. Но у нас групповая схватка, а он совершенно не следил за мной. То ли доверился своему товарищу, то ли просто не способен контролировать сразу нескольких противников.

Я нанёс удар ему под колено, а когда его нога подломилась, нанёс удар в основание черепа под правым ухом. Этого срубило так же быстро, как и первого, он завалился на бок и остался лежать без движения.

Едва закончилась схватка, как на площадке появился медик со своим чемоданчиком оказания первой помощи. Мы отошли к ефрейтору в ожидании его приговора, получит ли наша разборка дальнейшее продолжение или на этом всё и завершится.

– Ну и какого? Думаешь, я не управился бы с ним? – буркнул Андрей.

– И в твоём, и в моём случае результат неясен. Назар хороший боец, и это видно сразу. А ты не выстоишь против меня, это доказанный факт. Значит, чтобы положить их, сначала нужно вывести из дела слабое звено, а после вдвоём задавить сильное. Что в итоге и получилось.

– С чего ты взял, что я слабее тебя? И что ты там говорил про доказанный факт? – хмыкнул Малахов.

– Андрей, давай только не сегодня, а? Два поединка за день оно как-то некрасиво, не находишь?

– Согласен. Мы ещё вернёмся к этому вопросу, – после секундной заминки кивнул он.

– Ладно, парни, медик даёт отмашку. Валите отсюда, – пресёк наш диалог ефрейтор.

Наши противники и впрямь уже поднимались, выискивая нас взглядами. Наконец Назар сфокусировался на мне и провёл большим пальцем себе по горлу. Я лишь ухмыльнулся и неодобрительно покачал головой. Конечно, не факт, что я с ним управлюсь, но это не повод его бояться.

С другой стороны, он вполне может вызвать меня на дуэль, и если комитет сочтёт причину достаточно веской, то мне придётся с ним драться. Таковы законы империи. Мало того, военный уклониться от поединка не имеет права. Иди и пали в воздух или изображай непротивление, если так хочется. Противник твой имеет полное право тупо застрелить тебя, заколоть или сломать шею в зависимости от выбора оружия.

– Ребята, спасибо, – подошёл к нам давешний Николай.

– Не за что. Не из-за тебя дрались, – отмахнулся я, направляясь на выход.

– Кстати, а почему ты влез? – идя рядом со мной, спросил Малахов.

– Таким спускать нельзя. Это же как на улице, не задавишь сразу, завтра дело дойдёт до тебя. И раз уж драки не избежать, бить нужно первым, – пожал я плечами.

– Не факт, что они попадут с тобой в одну учебную роту, и уж точно найдётся ещё достаточно тех, кого нагибать куда проще, чем тебя, – не согласился Андрей.

– Я сказал, а верить или не верить дело твоё. А ты-то чего влез?

– Как это чего? Нам завтра, может, вместе с Николаем придётся сражаться плечом к плечу, как я могу допустить, чтобы над ним издевались. Против двоих у него никаких шансов. Как, впрочем, и у тебя. Поэтому я счёл своим долгом вмешаться.

Я даже остановился посреди коридора, в удивлении воззрившись на одноклассника. Вот выдал, так выдал. Ладно ещё про то, что одному против двоих не сладить, как бы слегка приподнял самооценку хлюпика. Даже молодец, чего уж там. Но всё остальное…

– Малахов, ты на Альсе случайно не перегрелся? Что это за муть?

– Отчего же муть? Это моя жизненная позиция, – возразил он.

– С каких пор? – не унимался я.

– Да всегда так было.

– Мне-то не гони.

– Знаешь, Клим, имеющиеся между нами разногласия вовсе не повод для подобных высказываний.

– Понятно, что ничего не понятно. Давай хоть познакомимся, что ли, – обернулся я к Николаю.

– ЛяпишевНиколай, – с готовностью представился он.

– Малахов Андрей, а это Рязанцев Клим. Ты вот что, Коля, держись к нам поближе, а то эта парочка опять может подвалить. И кстати, мысль насчёт чипка мне ни разу не показалась непродуктивной. Разумеется, не за твой счёт, Коля. Угощаю.

– Я и сам могу себе купить, – буркнул я.

– Сам, так сам, мне проще. Пошли, что ли…

Когда мы вернулись в расположение, репликатор уже освободился, а новики активно примеряли необмятую форму и распределяли небогатое имущество. Мы переглянулись, и Андрей любезно уступил место. Я тоже проявил воспитанность и предложил Коле пройти вперёд. Тот было заартачился, но тут уж мы с Малаховым дружно подтолкнули его в нужном направлении.

Парочка наших противников была уже в казарме и взирала на нас так, словно ничего не произошло. Но новую жертву они себе всё же подыскивать не стали. Возможно, решили для начала обзавестись союзниками или же окончательно понять, куда их в принципе определят. А так-то какой смысл бодаться, если впоследствии нас раскидают по разным ротам, а то и батальонам. На флоте вроде бы принято перетасовывать личный состав так, чтобы в одном взводе оказались выходцы из разных городов и планет.

С одноклассником мы бодаться не стали, он сделал приглашающий жест, я лишь пожал плечами и подошёл к репликатору. Поднёс свой браслет к окошку, после чего аппарат загудел, а через минуту в окне выдачи появилась аккуратная стопка ещё тёплой формы, ботинки на высокой шнуровке и вещевой баул. Все мои антропометрические данные уже в системе, куда попали во время изготовления спортивной формы.

Забрав свои вещи, я направился к отведённой мне койке, где пока ещё не был. Ну что сказать, самая обычная армейская кровать из композита, застеленная казённым бельём. И что примечательно, не смятая. Похоже, наш конфликт с парочкой не прошёл незамеченным. Рядом тумбочка, в которой обнаружились туалетные принадлежности. Вот, пожалуй, и всё моё имущество.

Я сбросил с себя одежду, оставив только коммуникатор, и прямо в трусах прошёлся до утилизатора. А чего стесняться, тут только парни. Девушки располагаются отдельно. С этим на флоте и в армии строго, никаких общих казарм и удобств, даже если они изъявили желание служить в десанте.

Вернулся к койке и переоделся в форму. Разумеется, часть имущества осталась, но, взглянув на эту скромную кучку и огромный баул, я понял, что его вместимость сейчас чрезмерная. Вещовку-то мы получили далеко не всю. Глянул на молнию, змеящуюся вокруг огромной сумки, и, воспользовавшись ею, превратил объёмный мешок в компактную сумку. Впрочем, размер всё одно великоват, но, полагаю, это ненадолго. Мариновать нас на сборном пункте не станут, а в части мы уже обрастём имуществом по полной.

До ужина оставалось всего-то полчаса, все находились в казарме, как и требовала того инструкция в наших браслетах. Разве только разбрелись по помещению, разбившись на группы по интересам. И всё это с эдакой ленцой.

– Господа новики! Всем встать возле своих коек! Смирно! – пророкотал вошедший в казарму сержант.

Из-за его спины вышли с десяток младших сержантов и ефрейторов с телескопическими дубинками. Они тут же пустили их в ход, без всякой жалости вколачивая в нас повиновение приказам. Жёстко. Как по мне, так и чересчур, потому что случилось это внезапно, мы ещё толком и понять-то ничего не успели, как эти ухари были уже среди нас.

Резкий болезненный удар ожог мне правое плечо, но я предпочёл не выказывать недовольство, а поспешно вытянулся по стойке смирно. Похоже, это время выбрано намеренно, и сделано всё так, чтобы мы никак не успели отреагировать на приказ, получив свою порцию наказания. Иными словами, с ходу дать понять всем, что теперь у нас началась новая жизнь и мы больше не принадлежим самим себе.

Кстати, приблатнённые тоже не выказали никакого недовольства, хотя и им перепало. Вместо этого вытянулись в струнку, стараясь не смотреть на командиров, но во взгляде Назара я приметил нехороший огонёк. Как пить дать затаил злобу на прошедшегося по нему ефрейтора. Ну и дурак. Ему же хуже.

– Итак, господа новики, гражданка осталась там, за стенами вербовочного пункта. Большинство из вас пришло во флот, чтобы получить нейросеть третьего класса, с радужными надеждами на большие перспективы. Самая крупная ошибка в вашей жизни. Потому что с этой минуты вы никто, имущество, принадлежащее флоту и вашим командирам, которым они вольны распоряжаться по своему усмотрению. Но для начала давайте упорядочим эту толпу, которую вы из себя представляете, в нечто более организованное. Сейчас сержанты будут зачитывать ваши фамилии. Услышавший её подходит к своему будущему командиру и занимает место в строю рядом с ним.

На центральный проход вышел первый сержант и чуть расфокусировал взгляд, что говорило о том, что он вызвал интерфейс нейросети. Секунда и он выкрикнул первую фамилию. Названный отозвался и поспешил встать слева от командира. Так и пошло. Сержант выкликал очередного новика, тот спешил в строй.

Судя по всему, нас сейчас разбивали на команды по будущим специальностям. В десант записалось не меньше половины. Но тут же были изъявившие желание осваивать флотские специальности, каковых не так чтобы и мало. К этим парням требования по физической подготовке не такие строгие. Зато нужно уметь пользоваться мозгами.

Меня назвали где-то в середине списка, и я оказался в первых рядах третьего взвода. Вскоре вызвали Малахова, который не преминул по этому поводу скорчить недовольную мину. Затем Ляпишева, откровенно обрадовавшегося данному обстоятельству. Далее Груздева. Каковым оказался Назар, вот уж подфартило, так подфартило. Мало мне было Андрея. А вот и Степанов по имени Прохор, тот самый первый приблатнённый. Полный комплект.

– А теперь, мальчики, дружно взяли свои койки и расставили их по местам, чтобы ночевать уже как подобие нормальной роты.

Я мысленно возмутился подобному идиотизму. В какой век живём?! Можно же было сразу всё распределить, и нам занять койки уже по спискам, а не нянчить их сейчас, спешно перенося с одного места на другое. Всё, как всегда. Как говорил батя, круглое таскаем, квадратное катаем. Даже не возьмусь предположить, когда именно появилась эта поговорка, но она, похоже, безошибочно передаёт всю суть вооружённых сил империи.

Глава 5

Курс молодого бойца

– Назар, Прохор, помогите Малому, – на выдохе приказал я.

Те обречённо кивнули и, приотстав, подхватили Николая с боков за ремень, беря его на буксир. Тащить товарища на себе или забирать оружие и амуницию строго запрещалось. На случай внезапного боя космодесантник непременно должен быть готов встретить врага во всеоружии, даже если оно будет гулять в его руках, как у пьяного паралитика, а иглы лететь куда угодно, только не в цель.

Я удовлетворённо кивнул и глянул на Андрея, тот только ухмыльнулся, мол, не дождёшься, и мы продолжили бег, выдерживая общий темп взвода. Не скажу, что мне было легко, но выгляжу я получше парней. За прошедшие почти три месяца они также поднабрали форму, но всё же пока уступали мне, что в общем-то и неудивительно. Я всерьёз занимался спортом, поначалу потому, что гонял батя, как и учил драться. А последние пару лет уже точно знал, как и чего я стану добиваться.

Хуже всего дела обстояли у Николая, который и на службу поступил не в лучшей форме, пройдя тестирование по нижней планке. Он, разумеется, также прибавил, и сегодня те испытания прошёл бы на отлично, но требования к нам неизменно возрастали, как увеличивались и нагрузки. Он достаточно уверенно держится по нижней отметке, но имеет все шансы выпасть из обоймы.

От первоначального набора нас осталась едва ли четверть. Но причина тут далеко не только в нагрузках, но и в мозгах. Мы ведь не тупое мясо, от которого требуется лишь крушить всё и вся, снося любые препятствия. Каждый космодесантник ККД это многопрофильный боец. Не спецназ, но достаточно близко к ним.

Так что нам нужно уметь пользоваться головой. И вот с этим у Николая был полный порядок. Тем более на фоне того, что мы всё ещё не получили нейросети и вынуждены рассчитывать только на свои способности.

– Шагом! – выдохнул взводный кадет-сержант.

Мы перешли на шаг, и я вновь взглянул на Малого. У нас теперь у всех позывные, и выбирали мы их не сами. Не стал исключением и Ляпишев. За тщедушное телосложение и невысокий рост его с первого дня все называли Малым. Так и прилипло.

За мной закрепился позывной Колун. Причин тому две. Первая – я не скрывал, что собираюсь после службы заняться грузоперевозками, а именно так среди дальнобойщиков назывался один из самых распространённых грузовых кораблей. Без понятия, с чего бы, ведь на реальный колун он своим видом не походит. Вторая – выяснилось, что свалить меня в роте ни у кого не получалось. Мало того, наш старшина даже стал нагружать меня проведением занятий по рукопашному бою вместо сержанта-инструктора. Как оказалось, батя хорошо поставил мне базовую систему космодесанта. Кстати, осознавший это Малахов решил придержать коней с разборками, пока не подтянет свои навыки в руконогодрыжестве.

Сам он теперь был Дроном, позывной прилип благодаря бывшему сослуживцу, который не прошёл отбор в ККД и был переведён в учебную роту КДВ. Но дело его живёт, и данное им Андрею прозвище так и прижилось. Впрочем, ему оно очень даже нравится. Возможно, из-за созвучности с именем.

Прохор и Назар ничего менять не стали. У них и на зоне погонял не было, вполне подошли имена. Не распространённые, а потому в достаточной мере выделяющиеся. И сослуживцы произносят их с особым смаком. Отдаёт эдакой седой стариной.

По прибытии в учебный полк весь личный состав ожидаемо перетасовали. Да так, что в нашей роте выходцев из столицы осталось не больше десятка человек, а после отсева только мы пятеро. И что примечательно, как были в одном отделении с самого начала, так до сих пор и оставались. Уж не знаю, чем руководствовалось командование, распределяя личный состав именно так.

– Бегом! – опять подал команду кадет-сержант.

Оно, может, и дал бы нам и себе любимому чуть больше роздыху, что ни говори, а если верить браслетам, кое-какой запас по времени у нас есть. Но, глянув на нашего сержанта-инструктора, командир, похоже, решил перестраховаться. Тот держался чуть в сторонке, будучи налегке. Только и того, что на поясном ремне пистолет, нож и телескопическая дубинка.