Шаман. Ключи от дома

Глава 1

Что такое не везет…

Город раскинулся довольно широко. По прикидкам Игоря, никак не меньше ста тысяч человек. А может, и больше. Но это когда-то. Лет сто пятьдесят назад. Сейчас это совершенно обезлюдевшая пустошь. Обширная. Куда больше той, что рядом с Невьянском.

То тут, то там торчат заводские трубы. Одни полуобвалившиеся, другие целехонькие, во всяком случае, при взгляде на них в оптику. Это значит, что тут располагался промышленный центр. Для своего времени конечно же.

С другой стороны, город являлся и торговым центром в этом регионе. Иначе и быть не могло, на это указывает его расположение на берегу крупной реки и относительная близость моря. Опять же, по словам Насти, это самая крупная пустошь, которую удалось обнаружить команде Смычка. А они уж поколесили по округе. К примеру, вот сюда никто, кроме них, еще не забирался.

Руины изрядно заросли, но неравномерно. Где-то высились деревья, поглотив под собой остатки строений. В другом месте практически рассыпавшиеся стены древних зданий торчат над пожелтевшей травой, как гнилые зубы. А в иных местах так и вовсе ничего не осталось, голые пустыри. Очень может быть, что эти проплешины – с прежних времен. Нужно изучать более детально. Что в планы Бородина не входило совершенно. Они здесь с конкретной целью.

Игорь повел биноклем вправо, туда, куда указывала девушка. Ага. Точно. Древний каменный мост через широкую реку. Вот только назвать его просто мостом не поворачивался язык. Это было величественное сооружение. Он поражал и впечатлял своими размерами и грандиозностью.

Огромная дуга, построенная на манер виадуков, с множеством колонн и арок. И все это сложено из каменных блоков. Признаться, Игорь не представлял, как данное сооружение удерживает само себя. Высота центрального пролета такова, что под ним свободно могли пройти даже большие парусные корабли. Что подтверждало мысли об активной торговле. А иначе к чему возводить такое сооружение.

– Нам через мост и дальше сквозь весь город. Дорога вполне проезжая, даже для вашего грузовичка, – пояснила Настя, так же рассматривавшая пустошь через оптику.

Бинокль у нее местный, как и у Игоря. Похож на театральный, разве что более крупных габаритов и, как следствие, большей кратности. Правда, с земными образцами им все же не сравниться. Но таковые изымаются из оборота властями в добровольно-принудительном порядке. В смысле ты лишен выбора, но получаешь денежную компенсацию.

– Настя, я ведь правильно понимаю, эта пустошь – настоящий Клондайк для сталкеров и мародеров? – спросил Игорь.

– Еще бы, – хмыкнула девушка. – Если уж близлежащие пустоши приносят достаточный доход для более чем двухсот бродяг, то об этой и говорить нечего. Она, между прочим, будет побольше той, что на реке Большой. Каламбур какой-то. Назвали бы уже как-нибудь по аналогии с земными. А то река Большая, пустошь Большая… Фантазии ноль, – фыркнула девушка.

– Я так думаю, что поначалу не заморачивались, а теперь не хотят ничего менять, – пожал плечами Игорь.

– Это да. А ведь уже точно известно, как назывались города и реки. Местные атласы у нас есть, язык знаем.

– И как вы назвали эту?

– Как она и называлась раньше – Растар.

– Понятно. Слушай, а ведь если есть атласы, то отчего же тогда… – Игорь сделал характерный жест в сторону руин.

– Забыл, как мы сюда добирались? – покачав головой, начала пояснять она. – По прямой тут километров двести пятьдесят. Но со всеми петлями и объездами выходит больше четырехсот. Да еще и команчей тут как собак нерезаных. Так что да, кус многообещающий, но народ предпочитает кататься поблизости от Невьянска. Вот когда основательно вычистят, тогда и начнут заглядываться вдаль.

– А вам, значит, на месте не сиделось?

– Смычок был романтик. Просто выживать ему претило. Он хотел большего. Жаждал приключений, чего-то неизведанного и обязательно быть первым. Классный был парень. И команда у него собралась под стать. Будешь смеяться, все сплошь ботаны. Но этот мир их полностью переродил, – вздохнув, закончила девушка.

Этот мир. Он изменил всех. У попавших сюда землян попросту рухнули барьеры и отлетела шелуха цивилизованного общества. Здесь, практически в диких землях, они оказались предоставленными сами себе и выживали как могли. И все по воле каких-то таинственных кукловодов, остававшихся в тени, но постоянно влиявших на землян, заброшенных сюда по их воле.

Игоря занесло в это место четыре месяца назад. Не сказать, что по местным меркам он был старожилом. Но и уж точно не новичком. За этот относительно короткий срок он уже неоднократно подвергался опасности, рисковал собственной жизнью и забирал чужие. Причем как аборигенов, так и землян.

Для него все началось теплым июньским утром, когда по дороге на стрельбище он повстречал двух блондинок, пытавшихся реанимировать свою машину. Остановился помочь. Но те прыснули ему в лицо какой-то гадостью, после чего Бородин пришел в себя уже в этом мире. По всему выходит, параллельном.

Как выяснилось, землян здесь много. Более пятнадцати тысяч. Они создали собственное княжество. Сказывалось то простое обстоятельство, что попаданцы или засланцы – это уж кому как – старались устраиваться компактно. Им так было проще и привычнее.

В настоящее время Невьянское княжество насчитывает более тридцати тысяч человек. Около половины составляют земляне, другую – жены из аборигенок и дети. Детей тут много. Как любят шутить сами попаданцы, во всем виновато отсутствие телевидения и контрацептивов.

Откуда столько народу? Так началось это еще пятнадцать лет назад. И с тех пор, несмотря на безвозвратные потери, число попаданцев неуклонно растет. Ну или его ловко регулируют кукловоды. К примеру, в последнее время приток новичков значительно упал. Так, только тоненький ручеек. Но тем не менее не иссякает. И по данным службы безопасности княжества, обладающей более или менее полной информацией, это пополнение в какой-то мере компенсирует потери землян.

Все происходящее очень походит на какое-то реалити-шоу. Земляне время от времени находят у себя микрокамеры и ретрансляторы. Кто-то снимает аудио- и видеоинформацию, которую куда-то переправляет. И вообще, если подобное происходит, значит, оно кому-то нужно. Мало ли в мире извращенцев?

Мир, куда забрасывали землян, не был безлюдным. Лет сто пятьдесят назад здешняя цивилизация достигла уровня развития примерно середины – последней четверти девятнадцатого столетия на Земле. Но случилась мировая война. Не обошлось без оружия массового поражения. Стороны конфликта начали активно использовать вирусное и бактериологическое оружие. Как результат человечество заглянуло в бездну полного уничтожения.

Но все же за край люди так и не ступили. Остались жалкие крохи былого, однако жизнь постепенно возрождалась. Время от времени зараза, столь щедро проливавшаяся враждующими сторонами, вырывалась наружу даже через столько лет. Поэтому местные избегали пустошей, сторонясь их, как черт ладана.

А вот земляне находили здесь ресурсы для собственного развития. Пусть и с большим риском. Ну и с неизменными потерями. Куда же без них-то. Но зато, обладая кое-какими знаниями и благодаря притоку ресурсов, они успешно развивали собственную промышленность и уже кое в чем составляли конкуренцию двум островным государствам, сумевшим сохранить очаги прежней цивилизации, правда, практически замершей в одной точке.

– И где находится твой клад? – скосив взгляд на девушку, поинтересовался Игорь.

– Отсюда не видно. Усадьба там, за городом. Километров десять, не меньше.

– То есть перед вами нетронутая пустошь с ее богатствами и тайнами, а вы поперлись к черту на кулички? – удивился Бородин.

– Говорю же, в команде были одни романтики. Захотелось глянуть, что там дальше, – сказала Настя.

– И ты тоже?

– А я вообще женщина. Патологически любопытное существо, – теперь уже с усмешкой проговорила она. – Но если хочешь, можем пошарить по пустоши.

– Ты это серьезно? – так, словно усомнился в здравости ее рассудка, спросил Игорь.

– Нет, конечно. Куда тут соваться без специального снаряжения? Только на свой страх и риск. Но я придерживаюсь мнения, что удача любит подготовленных.

– И это радует. Учти, любопытная ты наша, двигаемся прямиком к намеченной цели. Попрешься куда-то в сторону, шлепну к нехорошей маме. Причем подальше от нас. Так, на всякий случай. Чтобы никакую заразу к нам не притащила. Я ясно выражаюсь?

– Не быкуй, Шаман. Я не дура. Ну хорошо, хорошо, я поняла, – встретившись с его угрюмым взглядом, ответила девушка.

– Шаман, «Антилопа» готова, – вытирая тряпицей руки, доложил водитель.

В принципе в газогенераторе еще не закончился газ. Но Игорь предпочел заправить его новой порцией дров, благо запас березовых чурок в избытке. К дальнему походу по степи они подготовились основательно. Впрочем, топливом можно разжиться и по дороге. Благо вдоль рек и ручьев встречались либо пойменные леса, либо рощи.

Но это дело случая, которому Игорь не собирался доверяться ни при каких обстоятельствах. Мало ли что ехать им осталось недолго. Не хватало, чтобы генератор отработал свое в самый неподходящий момент. А ведь по закону подлости зачастую именно так и происходит. Хм. Да и с ним лично бывало, чего уж там.

– Грузимся, парни.

Отдав команду, Игорь остался на месте, контролируя ее выполнение. Ворот так и не спускался на землю, продолжая дежурить у «гатлинга». Остальные дружно рассаживались по своим местам. Руль, закончив возиться с машиной, устроился за баранкой. Волк, контролировавший сектор со стороны степи, единым махом влетел в кузов. Настя, не желавшая и слышать ни о каких позывных, расположилась в салоне. Рядом с ней сел Штык, присматривавший за правым флангом.

Парень появился в их команде стараниями Насти. Излишней доверчивостью она не страдала, да и внешность новичка могла быть обманчивой. Но Калачева она хорошо знала по прошлой жизни и ручалась за него. Конечно, этот мир оголял человеческую натуру, вытаскивая наружу порой довольно сомнительные качества. Но не сказать, что люди часто менялись самым радикальным образом. Девушка же подумывала о сборе собственной команды. И этот, похоже, был первым кандидатом.

Сам Игорь уже привычно разместился рядом с водителем. Кивком подал знак к началу движения. Руль без лишних разговоров снял «Антилопу» с ручного тормоза и нажал на акселератор. Грузовичок пыхнул паром, плавно тронулся с места и покатил по траве, направляясь к мосту.

По девственной целине доехали до самого моста. Нетронутый желтый ковер высохшей травы подходил прямо к каменным плитам, где резко обрывался. Трава, проросшая в щелях между камней, не в счет. Вот так вот. Паническая боязнь аборигенов перед пустошью во всей красе.

В самом узком месте, то есть там, где и устроен мост, русло реки имело ширину минимум две сотни метров. Вправо и влево от него поток становился значительно шире. Весьма серьезная преграда на пути кочевников, в значительной мере усложняющая им жизнь. Но мостом никто не пользуется. Вообще никто.

Если только не считать животных. Вон помет коров и козьи следы видны. А это собачки отметились. Правда, никаких звериных троп не наблюдается. А значит, и у животных переправа не столь популярна.

Ну а чему удивляться – с него открывается такой вид, просто дух захватывает. Высота метров сорок, не меньше. А на вершине центральной арки так еще и побольше. Переправа, как говорится, для горных козлов. И ты катишь по мостовой, выложенной каменными блоками. Осознание того, что тут нет никакого железобетона, а все держится за счет особой кладки, оптимизма не добавляет. Как и то, что переправу соорудили полтора века назад. Последнее так, пожалуй, еще и настораживает.

Впрочем, все эти страхи оказались напрасными. Переправились без проблем и хлопот. После чего покатили по городу. Дорога когда-то была вымощена камнем. Мостовая и сейчас сохранилась, просто значительные участки занесло землей и пылью, где потом пробились трава и кустарники. Местами камень вздыбился, поднятый мощными корнями вековых деревьев. А кое-где пребывал в первозданном виде, лишенный растительности.

Если бы не развалины, протянувшиеся по обочинам одной из главных улиц города, то они потеряли бы эту путеводную нить. А так лишь следили, чтобы не выскочила какая злобная зверюга или под колеса не попал особо крупный корень.

Когда выехали за город, Руль слегка прибавил ходу. Все же степь куда менее коварна, чем городские руины. Впрочем, уже через километр скорость вновь упала до черепашьей. Здесь все еще пригород, а потому нарваться на препятствие искусственного происхождения проще пареной репы. На эту мысль их навели остатки каменного колодца, неразличимого в высокой траве. Артем заметил его в последний момент и едва успел отвернуть.

Настя начала направлять движение, высматривая памятные ей ориентиры. Игорь же, сколько ни вглядывался, никак не мог определить, проезжал тут транспорт раньше или нет. Ничего удивительного. Трава давным-давно успела распрямиться за автомобилем сталкеров.

– Стой.

Руль послушно нажал на тормоз. Без фанатизма. Видно же, что Шаман останавливает больше из любопытства. Нормально в общем-то. Им тоже интересно…

– Хм. Это что за чудо такое, Настя?

– Не видишь, боевая платформа. Ну или бронепоезд без рельсов. Как хочешь, так и называй. Мародеры и сталкеры иногда такие находят. Тут же по большей части открытые степные просторы.

– А я подумал, торговый поезд. Только уж больно древний, – произнес Руль.

Это да. Древности здесь более чем достаточно. От дерева ничего не осталось. Только куски длинных болтов на ржавых стойках указывали на то, что тут некогда имелась обшивка. Впрочем, не зная, что тут должны быть доски, и не догадаешься. Стальные и проржавевшие колеса с широкими ободьями ушли в землю по самые оси.

Похоже, поезд состоял из задней платформы со стальным орудием. Судя по всему, трехдюймовка, не меньше. Средний вагон с четырьмя «гатлингами», по два с бортов. Тендер, над которым также торчал «гатлинг» с круговым сектором обстрела. Ну и трактор со стальной кабиной и защищенным котлом. Все проржавело настолько, что даже на металлолом тащить стыдно.

– Грозная по тем временам сила, – покачал головой Игорь.

– Да и по сегодняшним ничего так, – заметила Настя. – Выкатится такая дура на какое поселение кочевников, и кирдык команчам.

– Однозначно, – хмыкнул сверху Волк.

– Ладно, поехали дальше.

Руль послушно тронулся с места. Но только теперь уже не лихачил, внимательно вглядываясь в полегшую желтую траву. Бабье лето. Если упадет искра, такое начнется, что дай только бог выжить в том аду. Вот интересно, что сделают кочевники с тем, кто подпалит степь? В банальное вынесение мозгов пулей не верилось категорически.

– Стой.

Впереди был урез, ограничивавший видимость. По словам Насти, за ним начинался затяжной спуск, на котором километрах в двух высился холм с бывшей усадьбой. Вот там-то и нашла свой конец команда сталкеров Смычка. Выходит, что кочевники сюда как минимум приближаются. А значит, не стоит вот так, на дурачка, выставляться на всеобщее обозрение.

– Волк, прихвати куртку от лохматки. Прогуляемся.

– Понял.

Вскоре напарники уже двигались к урезу. Вот пригнулись и пошли на полусогнутых, а вот и вовсе легли, быстро подползли и замерли. Смешно? Ну что ж, лучше пусть кто-то посмеется, чем самому истекать кровью. Поэтому, приметив на губах Штыка ухмылку, Настя толкнула его кулачком в плечо.

– Ты не лыбься, Сережа, а запоминай. И повернись в свой сектор наблюдения, – одернула парня Настя. Убедилась, что тот при деле, и продолжила: – Тут меньше двух километров до того места, где нас раскатали команчи. И очень может быть, что из-за раздолбайства Воробья. Он тогда в карауле стоял. А может, его обыграли. Теперь уж не узнаешь. Но в любом случае шутки оставь для Невьянска. Понял?

– Да понял я, Настя.

– Вот и ладно. Эх, мало было времени, чтобы дурь из тебя повыбить. Ничего, вернемся, проставлюсь перед Шаманом, пусть из тебя человека сделает.

В этот момент Бородин обернулся в сторону грузовика и позвал Настю. Та недолго думая побежала к нему, а учитывая, что Волк поднялся во весь рост и направился к грузовику, так и пригибаться не стала. Шаман остался лежать. Но это скорее оттого, что не хотел стоять на коленях.

– Ну что тут у тебя? – устраиваясь рядом с ним, спросила девушка.

– Я так понимаю, вон та усадьба и есть наша цель. А вон то, сбоку, – остатки вашего автомобиля.

Чуть правее их позиции пролегала седловина, переходящая в небольшой холм, образовавшийся на пологом скате протяженной балки. На этой возвышенности стояли развалины некогда просторного двухэтажного дома. И, судя по обломкам колонн, парадное крыльцо было обращено на запад, в то время как путники подошли с севера. Задний фасад усадьбы с восточной стороны выходил на небольшую рощу. Похоже на одичавший сад.

– Ты правильно понимаешь, – подтвердила Настя, сжав челюсти так, что явственно проступили желваки.

Переживала случившееся несколько месяцев назад. Игорь решил дать ей минуту, чтобы взять себя в руки. Девушка она сильная, так что не станет размазывать сопли.

– И какого вас сюда понесло? – наконец спросил он. – Только не говори, что из простого любопытства. Большая пустошь, да еще, по всему видать, промышленный центр как минимум средней руки, а вы поперлись в неизвестные дали. Ладно бы тут дороги сохранились. Но ведь нет их.

– Что ты знаешь о работе сталкеров и мародеров?

– То, что вы лазите везде, где взбредет в голову, и тащите то, что плохо лежит.

– Не совсем так. К примеру, никогда не задумывался, отчего мы стаскиваем в наш институт все газеты и письма, какие только попадаются в руки?

– Я об этом и не слышал. Но предполагаю, что для наших умников, которые изучают талосский.

– Не только. Помимо изучения, они еще и систематизируют сведения. Бригады не выдвигаются в рейд наобум. Каждый выезд тщательно планируется. Бригадиры посещают институт, где собирают необходимые сведения, советуются с нашими доморощенными профессорами. И если рейд выходит удачным, умникам выплачивается премия в размере одного процента от общей прибыли. Таким способом удается с некоторой долей вероятности установить место сражения, получить сведения о производстве или складах в каком-нибудь городе. Суть улавливаешь?

– Ну, улавливаю.

– Так вот. Смычку стало известно, что неподалеку от Растара сошлись две армии. Одна намеревалась захватить или разрушить город. Другая стремилась всеми силами прикрыть этот индустриальный и торговый центр региона.

Ага. Значит, насчет значимости города Бородин все же угадал. Впрочем, трудно сделать другие выводы. А еще получается, что до позиционной войны тут дело так и не дошло. Она все еще оставалась маневренной.

– И что вы собирались найти на поле боя?

– Для начала хотя бы установить, ушли армии или так и приняли свой конец на том самом месте. К тому же имелись косвенные сведения относительно того, что там применялась артиллерия нового образца.

– Пироксилин? – догадался Игорь.

– Ну, шансы довольно неплохие. К тому же в блиндажах могут оказаться не только снаряды, но и патроны. А если бы удалось обнаружить полевой артиллерийский парк, так это вообще джек-пот.

– И как вы собирались искать блиндажи через полтораста лет? Тут время так постаралось, что мама не горюй.

– Пушки в любом случае останутся над землей. Батареи имеют вид и планировку строго регламентированные уставами. Имея ориентир в виде орудий, можно просчитать относительно точное местоположение блиндажей и пороховых погребов. Опять же кое-какие неровности все одно останутся. Обнаруженные остатки бронепоезда наводят на мысль, что армии остались там, где сошлись в бою. И, кстати, то, что команчи сплошь были хорошо вооруженными, также говорит в эту пользу.

– А вот этому обстоятельству я бы особо не радовался, – возразил Игорь.

– Да я и не радуюсь. Просто говорю о том, что княжество тут может хорошенько поживиться. А если сюда придет экспедиционный корпус, да при боевой технике, команчам останется только радоваться, что мы тут не навсегда.

– Понял. Ладно, на отвлеченные темы побеседовали. Теперь к нашим делам. А они не так чтобы и хороши.

– Что ты хочешь этим сказать?

Удивление девушки было самым что ни на есть искренним. Будь какая опасность, Игорь не разводил бы с ней тут разговоры. Даже если бы он приметил одного-единственного команча, то повел бы себя по-другому. А тут они мило так побеседовали.

– Погляди на усадьбу в бинокль.

– Ч-черт!

– Я с ними еще не сталкивался. Это может быть проблемой?

– Все зависит от того, насколько большая стая. Случается и полсотни голов. Пока же я вижу только пятерых. Правда, это не показатель. В собачьих стаях никогда не бывает меньше двух десятков, – продолжая рассматривать огромных псов, ответила девушка.

Собачки разлеглись на травке, принимая солнечные ванны. А что, солнышко и впрямь ласково пригревает. Часа полтора-два – и пойдет на закат, а там и похолодает. Небо-то ясное, ни облачка. Поэтому перепады температуры очень даже серьезные.

– Ну так подстрелим пару штук, остальные ретируются, – предположил Игорь.

– Угу. Как бы не так. Посмотри, как все вытоптано вокруг развалин. Они уже тропы набили.

– Хочешь сказать, что собачки решили устроить здесь зимние квартиры? – ухмыльнулся Бородин.

– Не смешно, – не поддержала шутливый тон Настя.

– То есть я угадал?

– Именно. Но причина даже не в этом. В сентябре самки щенятся. У них там сейчас месячные щенки, не способные к длительным переходам. Так что еще минимум два месяца они прикованы к этому месту. Если там и впрямь помет и псины посчитают нас угрозой, то будут пытаться достать даже в автомобиле.

– Я считал, что животные приносят потомство не осенью, а весной, – проигнорировав сведения об агрессивности собак, с сомнением произнес Игорь.

– Собаки щенятся по два раза в год. Эти – не исключение. Разумеется, численность поголовья регулируется. Они ведь плодятся не хуже кошек. А ты поди прокорми огромную стаю. Возможно, число особей в стае приблизилось к низкой отметке и альфа-самка решила увеличить популяцию. Лишних всегда можно изгнать. Иначе им нет смысла устраивать себе логово. Еда на одном месте не стоит.

– А как же насчет стай в полсотни голов?

– Да откуда мне-то знать? Я не зоолог и в степи не изучением животных занималась. Возможно, происходит объединение двух стай. А может, они как саранча. В любом случае нам нужно туда, и, исходя даже из минимума, перспективы не очень.

– Хм. Теперь понимаю Квакина. Даже если на каждую собачку по пуле, это двадцать рублей. Минимум.

– Ну, тут уж ничего не поделаешь, – пожала плечами девушка.

– Н-да. Нужно было прикупить парочку арбалетов.

– Вот уж о чем не следует жалеть. Арбалет требует куда большего умения, чем винтовка. Да и с дальностью, как и с точностью, у него определенные проблемы.

– Убедила. Но с другой стороны, кто запретит пользовать обычные патроны? Собачки – не команчи, демаскирующий дым не так важен. Правда, БК[1] изгваздается так, что мама не горюй. Но это меньшее из зол, устраняющееся за двадцать минут вдумчивой чистки.

– Хм. Кажется, Семен все же прогадал с БК. А? – с задорной улыбкой предположила девушка.

– Ну это как сказать. Мужик он дюже бережливый, а потому даже пятикопеечный патрон его жабе – что серп по причинному месту. Так что «Атаман» по-своему куда выгоднее.

Вернувшись к машине, Игорь тут же поспешил избавиться от лохматки. Необходимости в ней никакой, а вот мешать будет однозначно.

– Так, парни, достаем парусину и начинаем крепить с боков салона. Сомнительно, чтобы псины могли запрыгнуть в кузов, но салон без дверей им точно будет доступен.

Объяснять насчет собак Шаман ничего не стал. Волк уже успел поведать. Вот Игорь и решил двигаться дальше, обозначая конкретную задачу.

– Порвут парусину, – проявил бережливость Руль.

– Это точно, – поддержал его Волк.

– Вот уж кому не стоит заглядывать в рот своей жабе, так это вам. Потому как рвать будут либо парусину, либо вас. Волк, перемещаешься на мое место. Всем приготовить холодное оружие. Случись собачки пойдут на штурм, отбиваться только им. Отстрел веду один я. За огнестрел хвататься, только если совсем уж не обойтись. Все. За работу.

Пока парни мудрили с парусиной, Игорь быстренько разрядил трубчатые магазины от БК, заменил патроны с бездымным порохом на дымарь. Двадцатикратная разница в цене о чем-то да говорит.

Вскоре «Антилопа» вновь покатила вперед, уверенно взяв подъем. Оказавшись наверху, Руль повернул к седловине, после которой вновь начал взбираться в горку. В хорошем месте поставил усадьбу помещик, нечего сказать. Пусть с севера и шла возвышенность, ограничивающая обзор, но вместе с тем она прикрывала от ветров. Зато во всех остальных направлениях открывался великолепный вид. Хотя те земли могли и не принадлежать прежнему владельцу.