Майя. Игрушка Шейха

Глава 8

Спустя сутки,

Киренаика

-Господин, рады приветствовать Вас дома, – к нам подходит статная женщина средних лет с черным тюрбаном на голове. Целует руки шейху и с интересом косится на меня.

–Здравствуй, Зулайха, – отвечает Тамер,– рад, что ты в добром здравии. Знакомься, это Майя. Моя… -задумывается, – гостья из России. Она говорит по-арабски, так что будь осторожнее, когда начнешь сплетничать про нее с другими обитательницами дворца.

Они приветливо друг другу улыбаются. Я бы даже сказала, в их поведении считывается привязанность друг к другу, именно сыновье-материнская. Шейх сейчас другой. Более юный и непосредственный что ли. И этот антураж вокруг, конечно. Он его.

–Добро пожаловать, госпожа, – кротко и вежливо кланяется мне женщина, но ее хитрые глаза горят сейчас женским любопытством. Эта дружелюбность и мягкость только для виду, я это прекрасно понимаю.

Делаю усилие над собой, чтобы не оглядываться по сторонам, чтобы не показать ему, как дико я поражена, как мне интересно… Но даже то, что успеваю ухватить краем глаза, произвело на меня во истину сказочное впечатление. Это место трудно было назвать просто дворцом, скорее дворцовым комплексом, утопающем в оазисе зелени и изобилии водоемов.

Красивые терракотовые мягкие изгибы роскошных строений, цветы, вальяжно расхаживающие по территории павлины и песчаного цвета кошки… Я думала, такая красота существует только на картинках желаний.

–Господа устали с дороги. Насладитесь охлажденным каркаде в сени бугенвилии (прим. арабская раскидистое дерево с изобилием ярких мелких соцветий) перед тем, как удалиться отдыхать?

– Кто сможет отказаться от твоего гостеприимства, тета Зулайха, тем более, что нам нужно поговорить. Пойдем, Майя, – взял меня за талию Тамер, – позже Зулайха покажет тебе твои покои и расскажет о быте во дворце. Потом ты останешься отдыхать, а я удалюсь заниматься делами до самого вечера. А сейчас пойдем в сад, ты будешь поражена…

По аркам из благоухающих роз мы проходим к красиво журчащему переливами бассейну-инфинити. Вокруг нет бьющей через край безвкусной роскоши золота и помпезности, в коем часто упрекают арабов. Мягка терракота строений успокаивает глаза. Жаль, что она не может успокоить сердце…

Садимся за плетеный комплект мебели, который оказывается очень удобным.

–Сними с головы абайю, баннута (араб. – девочка), на территории дворца нет нужды прятать лицо и тело в разумных пределах, разумеется.

Я молча и беспристрастно делаю то, что он говорит. Я совершенно растерянна здесь, в чужой стране, в оазисе, вокруг которого за сотни километров только смертоносные пески… И мне пока совершенно непонятно, как следует себя вести, поэтому мой внутренний протест тонет в океане полнейшей сумятицы…

Нам приносят насыщенный бордовый напиток в прозрачных пузатых стаканчиках и свертки из холодных мокрых маленьких полотенец. И реально, после утомительной дороги это то, что нужно. В каркаде, как его назвала женщина, имя которой я пока не запомнила, я узнаю гибискус.

–Розелла. Суданская роза, – объясняет он мне. За этими цветами испокон веков шла настоящая охота. Купцы снаряжали целые караваны по пустыне, чтобы вернуться к морю с дарами почвы Нубии, древнего названия современного Судана. А белый каркаде ценился особенно. Он повышал мужскую потенцию, поэтому за ним охотились все правители Европы и Азии.

–На себе проверял? – не могла не огрызнуться я.

Лицо Тамера на миг заострилось, а взгляд стал хищным. Но он как-то взял себя в руки и улыбнулся своей безукоризненной улыбкой, проигнорировав мою очевидно пустую подколку.

Я беру мокрую холодную ткань и накрываю ею горящее лицо. В этот момент слышу, как на стол передо мной что-то ложится.

–Это телефон, который ты не хотела от меня принимать, Майя. Бери его. Ты можешь позвонить с него матери и сказать ей, что все в порядке. А заодно поздравить с выигрышем в лотерею.

Я недоуменно перевожу на него глаза, ожидая пояснения.

–Твоя мать сегодня утром узнала, что выиграла в случайную лотерею миллион долларов. А еще ей из твоего института позвонил сам декан и сообщил, что ты улетела в составе группы лучших по результатам практики в Киренаику на месячную языковую стажировку. Спонтанный приз-поощрение для лучших студентов- волонтеров от богатой арабской страны. Подтверди ей лично по видеосвязи, что ты долетела и все хорошо.

–Эта практика- правда? -робко спрашиваю я, ведь такую вещь проверить очень просто…

–Для других- да. Я и правда организовал поездку для студентов. Для тебя…– Тамер замирает и усмехается, поправляя мой локон за ухо- видимо, уже его полюбившийся жест, – для тебя запланирована другая «языковая практика», по индивидуальной программе. Костяшки пальцев ласкают кожу щеки, подбираясь к шее, – гарантирую тебе, тебе она понравится и запомнится.

Я отстраняюсь, раздраженно отворачиваясь. На душе гадко. Хочется разрыдаться от злости и отчаяния. Почему я? Почему не Машка или Олеся? Почему он выбрал меня? Эти проклятые туфли сделали меня в его глазах доступной профурсеткой? В итоге мои сокурсники реально стажируются, а я…

Он берет меня за подбородок и разворачивает мое лицо к себе.

–Разве я не заслуживаю даже легкой благодарности? Я вытащил твою семью из нищеты… Твоей матери больше не нужно упахиваться на работе…

–Про месяц- это тоже не для меня? – сейчас его аргументы о великих благодеяниях летят в пустоту. В голове вибрирует надежда, что это скоро закончится, – Вы сказали, что матери озвучили практику в месяц. Значит, спустя это время я смогу вернуться?

Тамер усмехается, оставляя мой вопрос без ответа.

–Отдыхай, Майя. Наслаждайся покоем и набирайся сил. Они тебе пригодятся. Впереди много практики…

Он встает и вальяжно идет в сторону.

–Не продешевили? – не выдерживаю и выплевываю вопрос, вставший комом в моем горле, отсылающий нас в вечер накануне.

Он оглядывается, вопросительно поднимая бровь.

–Думаете, я стою не больше миллиона долларов? Может быть, слишком дешево для той, кого похищают и увозят в другую страну… Ради которой организуют практику для целого курса… Кстати, как Вы заткнули рты студентам? Они не удивлены, что меня среди них нет?

Тамер хмыкает. Мрачно и знающе. Я не могу понять смысла этой его реакции.

– Я им тоже заплатил. За молчание. Они с удовольствием согласились. И не только им, Майя. Не хочу тебя расстраивать, но никто не хватится о твоей пропаже на родине. Думаешь, декан зря лично позвонил матери? А пересечение границы? Тебя ведь ввозили на территорию аэропорта.

Когда он это говорит, мои руки холодеют, а голова начинает кружиться от нового приступа отчаяния.

– Еще один мой урок тебе, баннута. В развитие темы денег, которую мы уже затрагивали накануне. В этом мире, Майя, есть одна самая дорогая и самая дешевая вещь. Знаешь, что это? Женщина…Парадоксально то, что самой дешевой и самой дорогой вещью может быть одна и та же женщина… Просто в разные этапы своей жизни… Обычно все идет по классической схеме. Вещи обесцениваются. Утрачивают срок своей годности и обесцениваются…

Теперь усмехаюсь я. Мне, похоже, уже нечего терять. Вот так ненавязчиво и велеречиво он транслировал мне прямую угрозу… Но я почему-то не боялась. Кипящая внутри лава вот-вот была готова вырваться наружу. Я была кошкой, загнанной в угол. И готовой нападать и царапать. Болезненно, хоть и бессмысленно.

–Вещь… Для тебя женщина вещь… Вот что здесь парадоксально. И это ты мне говорил что-то про стереотипы о жизни на Востоке…, да ты сам один ходячий стереотип!

Тамер, явно раззадоренный нашим спором, снова возвращается ко мне, нависая.

–Мы с тобой, кажется, не переходили на «ты», Майя. Для тебя я шейх Тамер или ваше высочество, – его глаза горят диким огнем, – тебе надо еще заслужить право называть меня по имени… Возможно, я позволю тебе это делать… В постели… Когда ты будешь извиваться в экстазе и умолять меня не останавливаться или кончать, принимая глубоко в себя.

Глава 9

Я нервно сглатываю, выдерживая его дикий зрительный напор. Мне сейчас даже кажется, что его запах стали сильнее и резче. Терпкий, древесный, парализующий яд…

–Ты сам представился просто Тамером. Тогда, в лифте. И ты сам называешь меня на «ты».

–Тогда я еще не сделал тебя своей. Мы даже не играли. Ты просто была забавной дурочкой, попавшей в неловкое положение.

Мой взгляд с вызовом становится еще более колючим.

–Я не твоя и сейчас, ты что-то перепутал. И мы и сейчас не играем… Вот правда.

Тамер усмехается.

–Все еще питаешь иллюзии, девочка? В этом дворце мастерски умеют их развенчивать. Лучше прими реальность сразу, Майя. Ты ведь смышленная, раз так неплохо выучила арабский язык. Я твой господин, а ты моя игрушка. Вот твоя единственная правда, – усмехается похотливо.

Я сейчас так отчаянно хочу плюнуть ему в лицо, но сдерживаюсь лишь потому, что это станет для него лишь предлогом сделать со мной что-то из того, что рисует его грязное воображение. Он же, видимо, оценивает то, что я промолчала, как мое отступление…

– Здесь ты станешь мудрее, Майя. Мудрость очень подойдет твоему образу.

Не знаю даже, где нахожу силы, но выдавливаю из себя холодную улыбку. Пусть знает, гад, что я так просто не сдаюсь…

– Не все продается и покупается, шейх Тамер. – я выплевываю из себя это «шейх Тамер» с таким презрением, чтобы он почувствовал, – Не все можно изменить под себя, скроить так, как этого хочется Вам. Не каждую женщину можно купить шубой, пачкой купюр, телефоном или даже гипнотическими речами. Есть нечто бесценное, представляете? Вы станете мудрее, Ваше превосходительство. Мудрость очень пойдет Вашему образу…– пытаюсь издеваться я.

Он усмехается в ответ.

–И что же это? Что ты считаешь бесценным, Майя?

–Вам не понять. Например, закат солнца, шум дождя о крышу, хруст поленьев в костре. Любовь… Мне жаль Вас, шейх Тамер. На свете есть только одна вещь в равной степени самая богатая и самая бедная. И эта вещь- Вы, Ваше высочество. Такой богатый материально и такой бедный духовно.

Хищный оскал еще более заостряется на мой прямой вызов.

Он теперь слишком близко, хватает за волосы на затылке и слегка оттягивает их назад, заставляя встать.

– Я смотрю на тебя и на ходу придумываю твоему длинному острому языку все более разнообразные практики, Майя. Например, передо мной на коленях. Дальше додумай сама. Бесценное воспоминание будет, как считаешь?

Жар приливает к лицу вместе со страхом и очередной порцией унижения. Отвратительно то, что я верю, что он это может сделать. В его концепции мира он уже меня завоевал. И мое сопротивление- лишь досадное препятствие, которое он легко сломает, не боясь сломать и меня.

Слава Богу, угрозы пока остаются угрозами. Он, наконец, отпускает мои волосы. Разворачивается и уходит. А я от греха подальше прикусываю свой «острый язык», чтобы и правда не найти на него приключений.

Остаюсь одна. В ушах звенит. Как же мне выжить здесь? Как спастись? Как выбраться, не сгорев дотла под палящим солнцем чужого мира?

***

Разговор с матерью не придал сил. Услышала родной голос, наполненный восторгом и радостью- и сердце, защемило. От того, как относительно все было в этом мире, от того, как он жесток и несправедлив. Я никто. Она никто. Мы просто игрушки в руках у человека, судьба к которому была благосклонней с рождения.

Он кинул нам, подачку- а по сути купил, как рабов. И пусть я еще пытаюсь нелепо брыкаться в ведре с водой, как пойманная рыба, моя судьба им предрешена. Он это понимает, просто продлевает мою агонию, развлекаясь.

Звонок декана государственного университета- слишком веский довод, чтобы не верить во внезапно возникшую практику дочери. Молчание однокурсников- предсказуемая реакция людей, которые не будут ради меня отказываться от дорогих подарков. Такова твоя цена, Майя. Шейх прав. Я тоже имела цену. И небольшую. Молчаливая, замкнутая, закрытая в себе и учебе- у меня даже парня не было, кто бы мог заступиться за меня. Хотя какой парень мог бы тягаться с мощью шейха. Он границы безнаказанно пересекает с похищенной на борту, а я про заступника какого-то говорю…

Подумала в этот момент о Катьке и внутри загорелась робкая надежда. Неужели она тоже поверит в эту ересь с практикой? Ее отец проректор… Может это меня спасет или наоборот? Посмотрела на экран телефона. Я не помнила ее номера наизусть, но могла попробовать попытаться выйти с него в интернет, зайти в свои соцсети и написать там, рассказать о ситуации и попросить о помощи.

Я уже было нажимала на браузер, как услышала позади тактичное женское покашливание.

–Еще раз салам алейкум, аниса (араб. – обращение к незамужней девушке) Майя, Вы готовы пройти со мной?

Зулайха сдержанно мне улыбнулась. Я без энтузиазма кивнула, делая очередной шаг к своей новой жизни.

-Добро пожаловать во дворец многоуважаемого и достопочтенного шейха Муаммара бен Рашида аль-Миррафи, правителя Киренаики, отца наследного принца, его высочества шейха Тамера, – грациозно и величественно вещала женщина, обволакивая меня своим мнимым гостеприимством и учтивостью.

То, с каким пиететом и восторгом она озвучила многосложные титулы правителя этих мест, могло бы вызвать мою улыбку, если бы я не столкнулась с не менее раздутым, чем количество составляющих в имени, эго как минимум одного из его обитателей.

– Территория дворцового комплекса разбита на несколько зон, аниса Майя. Сейчас Вы находитесь на половине наследного принца. После главного дворца правителя Муаммара она самая большая. На территории также расположен дворец двух других сыновей правителя- среднего Мухаммада и младшего Ахмада. Последний, однако, здесь почти не появляется.

–Не разделяет упоение властью родственников? – не могла удержаться от колкости я.

В ответ Зулайха остро посмотрела на меня, но вовремя взяла себя в руки.

–Шейх Тамер говорил мне, что Вы знаете арабский. Интересно…– словно бы проигнорировала мой риторический вопрос она, но тут же добавила, – шейх Ахмад выбрал военное дело. В настоящий момент он участвует в контртеррористической операции на юге страны. Впрочем, Майя, Вам следует сконцентрировать свое внимание на одном единственном шейхе. Как у нас говорят, женщина способна быть луной для мужчины- неё может увлекать его узостью своей талии, как полумесяц, налитой покатостью своих бедер, как растущая луна, радовать его взор вынашиванием его плода, как полнолуние, но мужчина для женщины всегда будет лишь одним- солнцем. Солнце на небе лишь одно…, и оно всегда светит одинаково… И может обжечь до смерти…

На этих словах она посмотрела на меня с нескрываемым уколом. Изучала меня, дегустировала. Хитрая тетка, способная ужалить, как кобра, если понадобится.

– В моей стране солнце нежное. И его очень часто прячут тучи, – попыталась я возразить столь же высокопарно, хотя, признаюсь, ее эпитеты мне понравились. Не будь я в такой заднице, даже бы записала их…

–Вы не в своей стране… Примите это. Нет смысла ершиться и сопротивляться своей судьбе. Господин Вас выбрал. Извлеките из ситуации максимум пользы.

–И в чем же эта польза?

–Вы можете уехать отсюда очень богатой женщиной, Майя.

Наши взгляды с ней пересеклись.

–И как скоро это может произойти?

Замерла. Именно в ее ответе, возможно, и заключалось мое спасение.

–Я не могу дать Вам четкого ответа на этот вопрос. Женщины во дворце приходят и уходят, как потоки воды. Кто-то остается на дольше, кто-то на гораздо более маленький срок. Только я знаю одно. Шейх Тамер может быть очень переменчив. Почти всегда он теряет интерес к женщине после того, как познает ее.

–Познает? Вы про секс?

Арабка снова хитро посмотрела на меня.

–Думайте сами, что это означает.

После того, как мы преодолели благоухающий сад с экзотическими цветами, зашли в удивительные красоты двери, которые открылись перед нами вымощенным белым мрамором, приведя во внутренний двор, утопающий в зелени и журчащий фонтаном по центру.

Я видела такие на картинках. Они назывались рияд- место отдыха и созерцания в традиционных арабских домах. И действительно, красивая низкая мебель с изобилием подушек и удобными столами, сделанными из инкрустированного черного дерева и медных подносов, располагала к тому, чтобы безмятежно проводить здесь время за чтением и разговорами, только сейчас мои разговоры были отнюдь не безмятежными…

–Господин был к Вам так щедр, что выделил собственную часть дворца, куда изолирован вход другим.

–Другим? -переспросила я, не в силах оторваться от красоты антуража, – а кто такие другие?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.