К северу от первой парты

Первым на повестке дня был поставлен вопрос финансирования проекта. Все четверо были из интеллигентных, небогатых семей. Каких-то существенных заначек ни у кого не обнаружилось. А рынок интимных услуг, между тем, благотворительными акциями не славился. Поприкинув так и сяк, мальчики пришли к выводу, что им хватит на один из двух вариантов.

А. – Проститутка каждому, но в публичном доме.

Б. – Проститутка, одна штука, но зато на целую ночь, с доставкой.

Ребята были настоящими гуманитариями. За их спиной имелось немало зачитанных до дыр томов классической литературы. Помимо них имелся еще мешок фобий, по штуке на каждого. И весь этот багаж сулил им серьезные неприятности, если решатся они на поход в бордель. Воображение рисовало припортовые трущобы, где помимо проституток водятся исключительно Джеки Потрошители, телевизионные бандиты, обычные бандиты, необычные бандиты, а также все известные человечеству бактерии. Мальчики пригорюнились, но потом вспомнили, что у одного из них родители уезжают на дачу. Перст судьбы – не иначе!

Не успели «покорители» свыкнуться с мыслью, что скоро они станут «братьями» по проститутке, как впереди замаячила новая проблема. И была она не в пример сложнее первой.

Надо сказать, что это было то поросшее легендами время, когда сходив по ссылке «горячие девочки в душе», можно было получить лишь кучу вирусов, причем исключительно компьютерных. И мальчики уже пережили немало неловких минут, что следуют за подобным опытом у тех, кто еще не смог приобрести себе персональный компьютер. А где и как ищут проституток в реальном мире «покорители» даже представить себе не могли. Проклятые проститутки, нет, чтобы в газете «Метро» объявление дать!

Выход коллективными усилиями искали почти весь предвыпускной месяц. Но не зря говорится, «кто ищет – тот всегда найдет»! Решение проблемы обнаружилось в циничной роже старшего брата одного из юных девственников. Брат не смеялся, – он долго-долго ржал! А еще вдохновенно издевался. Впрочем, помочь совей кровиночке, все-таки помог. И в один прекрасный вечер «покорители» получили искомое – мятую бумажку с номером телефона настоящей проститутки. Проверенной, и заблаговременно предупрежденной о грядущем образовательном мероприятии. Проблемы были героически покорены, почти все…

На следующий после выпускного вечера, нарядные девственники собрались в большой профессорской квартире заранее. Немного выпили для храбрости. Посидели… Атмосфера была напряженной, шутки – натянутыми, а застегнутые на все пуговицы воротнички жали беспощадно. Когда дверной звонок, наконец, издал долгожданное кашлянье, нервы «покорителей» были уже на совершенном своем пределе.

Прилетевшая к ним ночная бабочка более всего походила на фею-крестную из какой-то старой сказки. Была она полновата, улыбчива, покрыта пышными одеяниями и блестками. И лучше бы она явилась, конечно, Золушке. Но, увы, в наш стремительный век, в плотном расписании фей совершенно не остается времени на крестниц.

«Покорители» поприветствовали гостью со всей всевозможной вежливостью. Галантно провели ей экскурсию по квартире. Потом показали дедушкины монографии и пригласили испить чаю с печеньем. И на этом все их домашние заготовки закончились! «Фея» любезно приняла угощение, присмотрелась к клиентам, и внезапно решила предоставить инициативу сильной половине человечества. То ли уставшая была, то ли случился у нее приступ врожденного женского коварства.

А между тем, что делать с проституткой «покорители» знали очень приблизительно. Частично из романов 19 века, частично из голливудских боевиков 90-х годов. И судя по этим источникам, им следовало вздохнуть томительно и страстно, а потом срочно уехать на крутом мотоцикле в закат. Сильная половина человечества потела и пыхтела, отчаянно драпируя повисшее молчание хрустом печенья.

Уровень неловкости вырос до невыносимых значений, и «покорителям» стало ясно, что отступать некуда – надо действовать! Когда человек оказывается в неловкой ситуации, то он стремится превратить ее в ловкую. То есть в ту ситуацию, в которой человек ощущает себя максимально уверенно.

Это мальчики и сделали. Один из них, совершил невероятно тонкий словесный кульбит и завел разговор на тему научных достижений. Дипломную работу парни защитили совсем недавно, и говорить о ней могли бесконечно. На ночь плотного общения с проституткой хватило легко. Так что девственности в тот вечер свежеиспеченные выпускники истфака СПбГУ не лишились, но время провели отлично!

ЗЫ 1. Сложно сказать, надо ли порадоваться за проститутку или посочувствовать ей.

ЗЫ 2. Трое из дипломных принцев в тот же год стали учителями истории. Развратители из них вышли ужасные. Но, все же, немалыми стараниями Золушек из старших классов, – таки вышли.

Вырвавшись с занятия по истории три исчезающе-худые пятиклассницы обсуждают насущное.

5–1 (пятиклассница № 1) – У меня бедра толстые и ляжки толстые.

5–2 – А у меня тоже бедра толстые

5–1 (закатывая глаза) – Где там у тебя бедра!?

5–3 (робко) – У меня ляжки толстые.

5–2 – Помолчи! Даже у меня более толстые ляжки!

5–3 – Да нет, правда, толстые!

5–1 – Я тебя убью, если еще раз скажешь про свои ляжки.

5–2 (задумчиво-сокрушенно) – Такие толстые бедра…

Дверь в кабинет еще только открывалась, ан уже вжих – свистнула бронебойная стрела Купидона. Снайпер, чтоб его!

Можно ли было не влюбиться? Судите сами! Новый историк был похож на абстрактного доброго мишку из советской мультипликации. Был он чуть полноватым и очаровательно застенчивым. А еще этот его голос…! Глубокий, низкий, удивительно уютный, он отзывался в душе десятиклассниц томительно и сладко. Стоило только Михаилу Сергеевичу открыть рот, как одна половина класса мгновенно засыпала, а вторая начинала томно сопеть на первых партах.

Плюшевый историк был заранее обречен, хотя сам того еще не подозревал. Любочка нарезала вокруг него круги как акула рядом с беспечным купальщиком. То с одной стороны заплывет, то с другой. Глазками стрельнет, плавником невзначай заденет, бочком потрется.

Для начала Люба страстно заинтересовалась историей. Она задерживалась после урока, чтобы задать неожиданно толковый вопрос или попросить совет, какую ей книгу почитать. Потом на вечере гитарной песни, она выгрызла у конкурентов гитару и принесла ему.

– Сыграйте, Михаил Сергеевич, – у вас такой голос красивый. Сыграйте еще… -

Или вот в коридоре историк несколько раз совершенно случайно на нее натыкался. И была она столь трогательна и ранима. Сидит, коленки обхватила, глазки влажные, плечики от слез содрогаются. Душевный Михаил Сергеевич пройти мимо человеческого несчастья не мог. Подойдет, спросит, что за беда. Постарается добрым словом избыть бесконечное девичье горе.

А тут еще совпадение, – им с Любой оказалось к метро в одну сторону идти. Вот и пересеклись случайно раз-другой. И что уж тут, почему бы не пройтись вместе, историю обсуждаючи?

В отличие от всего остального, сердце у историка было не плюшевое. И в какой-то момент, оно предательски забилось в груди. Тук, тук, тук, и вот уже два сердца отбивают единый ритм.

Встречались они пару месяцев. Любовь цвела. Люба тоже. И кто знает, в какой ЗАГС завела бы их судьба, но зло не дремало.

В каждой истории всегда есть злобный антагонист. И тут их случалось сразу два: косность и ревность. С косностью все понятно, ее хлебом не корми – дай кого-нибудь в чем-нибудь осудить. Но здесь она играла лишь вторую скрипку, – испортила все, конечно ревность. Именно она, прикинувшись одноклассницами Любочки потребовала доказательств. А ну как все это выдумки, и Михаил Сергеевич все еще свободен?!

Люба своего нежного друга в хитросплетенья девичьей дружбы решила не посвящать. Разобралась с проблемой сама. Подгадала момент, и сделала несколько чудесных селфи из серии «Люба, выборочно заголенная в квартире учителя». И фотографии эти, немым укором сомневающимся, она разместила на своей страничке в социальных сетях. С комментариями…

В школе от таких новостей произошел удивительный физиологический феномен – коллективный сердечный приступ Администрации. Администрация судорожно вздохнула, опрокинула пузырек корвалола, крякнула и бросилась грудью разнимать влюбленных. А заодно молить родителей Любочки не губить.

Особенно злилась Администрация на непрофессионализм историка. Ну как же он так, учитель ведь?! А закрывать страничку в социальных сетях не научил! И вообще, мог бы годик потянуть. Жалкий несерьезный годик, и все – Любочка – выпускница, и к школе никаких вопросов уже и быть не может. А так, выходит, пригрела Администрация на груди своей пышной, педофила…

И никто Михаила не поддержал. Даже коллеги, англичанин, информатик и биолог, женатые на своих бывших ученицах, и те лишь прятали глаза кто в пол, кто в учебник.

Растерянный и как-то внезапно похудевший Михаил попытался было поговорить с родителями Любочки. Но и тут ничего не вышло – момент был упущен.

Грудь Администрации вопрос в итоге разрулила. До полиции дело не дошло. Педофил уволился по собственному желанию. Любочку перевели в другую школу.

Купидон же сплюнул с досадой и достал новую стрелу – в школе как раз появился молодой учитель музыки, высокий, вихрастый и трогательно застенчивый…

Мораль сей басни такова. Социальные сети – зло! Вот в наши времена такого не было…

Однажды на последний звонок в школу «А» пришел депутат. Почти настоящий – муниципальный. Его чиновничья принадлежность считывалась безошибочно. Он был единственным, кто явился на праздник в душном официальном костюме. А еще он выделялся одутловатым красным лицом и выражением глаз, по которому было издали видно, что этот человек присутствует здесь лишь материально. В то время как дух его свободный парит где-то в горних высях.

А еще все косвенные признаки свидетельствовали о том, что слуга народа много пил. Может в личной жизни какие неприятности приключились, а может карьера у него не сложилась. Во всяком случае, успешного депутата на последний звонок вряд ли бы отправили. Ибо официальная часть последнего звонка есть то преддверие ада, где страдание грешникам причиняет неизбывная скука.

И вот, как и предписано во всех методичках – было уныло! Администрация произносила обязательные благодарности. Затем избранные отличники произносили обязательные благодарности. Затем избранные родители произносили обязательные благодарности. Потом администрация произносила обязательные напутствия. И так далее.

Депутату было мучительно скучно. Тем не менее, лицо он держал профессионально. Все речи он высидел воистину стоически, ни разу даже ни шелохнувшись. И лишь открытые его глаза, вкупе с резиново тянувшимися в нужные моменты уголками губ говорили о том, что это живой человек, а не восковая кукла иди депрессивный зомби. Что сказать – профи!

Но вот, наконец, последний звонок подошел к своему эндшпилю, и слуга народа отправился исполнять финальную часть своей роли. Он шествовал мимо шеренги выпускников, механически пожимал им руки и желал успехов в жизни. Шествовал, пока не наткнулся на Леру…

Лера в учебе никогда не выделялась. И в социальной жизни не особо. Да и вообще, нигде ничем не выделялась. И видимо, сама судьба подарила ей шанс выделиться на последнем звонке. Это был ее звездный час.

Последний звонок это не выпускной. Но нарядится на него – святое дело. И пока парадные платья еще ждут своего часа в дорогих магазинах и стратегических семейных кладовых, на свет выходят их менее помпезные коллеги.

Лерин наряд на последний звонок представлял собой эээ… А фиг знает, что он из себя представлял. Никто не запомнил. Потому что на Лере была юбка! Время было давнее, и интернет еще не раскрыл большинству россиян свои сокровенные тайны. И подавляющее большинство присутствовавших такого фасона юбки еще не видели. Даже в самых своих потаенных сексуальных фантазиях. Зато большинство увидело иное. Ведь юбкой назвать этот шедевр дизайна язык не поворачивался. Скорее поясом.

До встречи с Лерой, депутат головы почти и не поднимал. Взгляд его был профессионально стеклянен и опущен долу. Но внезапно, в этом самом долу он узрел…

Взгляд депутата приобрел осмысленность. Он поднял глаза, и посмотрел в ясные Лерины очи. На мгновение, чтобы спустя несколько секунд вернуться к Лериному долу. А затем свободный дух воссоединился с телом, и в депутате проснулась человечность. Воздетая было для формального пожатия рука опустилась, и он с удивительной нежностью и теплотой обнял Леру. Наплевав на условности и приличия, слуга народа обнимал Леру с пару минут.

И в этих объятиях почти даже не было дешевой телесности. Эти объятия были полны искренней благодарности. За то, что в этот душный день, в душном помещении школьной столовой совмещенной с актовым залом, и все еще хранящей аромат вчерашнего бигуса, красота и жизнь явили себя!

То что, уважаемый «Х» был, оказывается, педофил, вьюноша услышал в свой первый же рабочий день. Школа бурлила слухами. Всем хотелось поделиться.

«Х» был заслуженным учителем, с огромным стажем работы, высокой квалификацией и занесенными в личное дело благодарностями.

Легенда гласила, что подвела его усталость. (Немудрено, человеку уже под 50, а трудится как молодой) Был он так измотан трудовым днем, что забыл главное правило, – собираешься прямо в кабинете обучить отсталую ученицу премудростям, кхм, истории, – запри дверь.

Волею небес, в самый пикантный момент обучения, в кабинет занесло кого-то из коллег. И заслуженный «Х», так легкомысленно отнесшийся к дверной проблеме, был застукан, что называется, in flagranti.

Случился небольшой скандал, плавно превратившийся в скандал большой. Несколько родителей неожиданно осознали, что их дочери тоже не раз задерживалась в кабинете «Х» после занятий. И, поговорив по душам с дочерями, явились в школу в очень плохом настроении.

Что самое удивительное в этой истории – дело было замято. Как удалось остановить разъяренных родителей – большая загадка. Однако факт, в СМИ так ничего не просочилось. «Х», конечно, был уволен. Правде не по статье, а по собственному желанию. И по слухам, буквально через неделю он нашел себе новую школу, где продолжил нелегкий труд наставления молодежи на путь истинный.

Что сказать, – преданность делу и заслуги перед педагогикой не пропадают втуне!

Семь лет! Семь лет учителя и ученики проводят вместе. Видясь по пять-шесть дней в неделю. Постоянно общаясь, преодолевая трудности, разделяя счастливые моменты, оказывая поддержку, ревнуя, плача, злясь… Сотни тысяч семей по всей стране не могут похвастаться таким тесным и долгим общением. Могут тут не возникнуть отношения…? Да нет, не могут.

Эти отношения могут быть разные. Дружеские? Да. Романтические? Да. Любовные? Бывает. Семейные? И так бывает. И чаще чем может показаться.

Учитель может быть возлюбленным, отцом, мамой, старшим братом, злым отчимом, строгой мачехой, забавным дядей, изредка приезжающим из Тридесятого царства. И этих ролей бесконечно много.

Впрочем, все это многообразие не очень волнует общество. Его волнует только одна грань отношений учителей и учеников – «незаконная».

За годы работы молодой историк услышал много историй о запретной школьной любви. Учителя охотно ими делились. Кто своими личными, кто седыми легендами о том, «чего не было в Советском союзе». Истории были разные: грустные и веселые, с разводами и счастливыми браками. С триумфальными победами всепобеждающей силы любви и трагическими расставаниями. С плачущими учителями и, наконец, беременными учительницами. Со школьниками, из которых вышли образцовые мужья и с зареванными школьницами. Очень разные истории. Увы, среди всего этого изобилия, историку не попалось только одного сюжета. Истории о настоящем учителе-педофиле, которого бы настигло наказание.