Якудза из другого мира 5

Глава 1

У Киоси всё-таки получилось нормально натянуть маску на лицо. Теперь он стал похож на веселого Пикачу, только в траурной одежде. Глядя на него, Масаши задумчиво почесал голову, отчего стал ещё больше походить на Царя Обезьян, чьей маской горделиво маячил в темноте. Я же остановился на банальной маске Хання – морде зеленокожего демона, которую приобрел на днях в магазине приколов. Купил из-за красоты – клыки и рога демона заставят обосраться любого гопника, который в подворотне попросит закурить.

– Киоси, ну ты и копуша, – покачал я головой. – Если бы ты ещё чуть дольше собирался, то якудза Хаганеноцуме умерли бы от старости.

– Я не виноват, что запутался, – проныл тот в ответ. – Тут очень длинные завязки. И вообще – зачем нам эти маски?

– Это чтобы твоё лицо не попало в объектив камер, – пришлось разъяснять такую простую истину. – Вот Масаши-кун не задает таких глупых вопросов, он понимает, что если при нашем нападении на офис что-то пойдет не так, то нас быстро вычислят и тогда придется ходить и оглядываться.

– Но, босс, что может пойти не так?

– Например, у Масаши не получится вынуть посох из уха, – хмыкнул я, глядя на маску друга.

– Или жена Изаму изменит ему ещё несколько раз и тогда выросшие рога не позволят пройти в дверь, – парировал мою подколку наследник рода Окамото.

– «Клюв» на позиции, – раздался голос из рации.

– Ждать сигнала, – ответил Масаши.

– «Хвост» на позиции, – через пару секунд послышался другой голос.

– Ждать сигнала, – и в этот раз Масаши не стал оригинальничать.

Мы сидели в тени навеса на крыше пятиэтажного здания. Через четыре дома от нас находится офис Хаганеноцуме. Как и предполагалось – на крыше офиса зависли охранники. Четыре человека. Они неторопливо прохаживались по отведенной территории, посматривая вниз. Сходились, расходились, замирали в разных концах крыши и снова сходились. Скучали… Ничего, скоро мы избавим их от скуки. Как и от жизни.

Сам офис представлял собой обыкновенное здание, каких немало в Японии. Вот только Окна офиса светились мягким светом. Что же, неплохая подсветка для крови на ковре. А что там будет кровь – в этом уж будьте уверены. Если всё пройдет гладко, то останутся брызги только членов Хаганеноцуме, а если не совсем гладко… Нет, об этом думать не стоило. Ведь тот военачальник, который предполагает поражение – уже наполовину проиграл.

Да, у нас сегодня военачальником выступает Масаши, всё-таки его люди находятся на внизу и ждут своего часа. Но мы-то с вами знаем, кто на самом деле будет проводить операцию.

Ёсимаса Сакурай и Иоши Сакамото наконец-то соединились в одном месте. Разведка рода Окамото донесла, что они вдвоём собрались для общего ужина. А это означало, что их ужин будет

У дверей офиса застыли статуями ещё два охранника. С черного входа был один. Что же, мы всё это предусмотрели и отрепетировали. Пора было начинать.

В оптику мы рассмотрели движения охранников на крыше. Они от скуки настолько одурели, что начали двигаться синхронно по периметру своих зон. То один, то другой попадал в слепую зону остальных. В таком случае на охранника никто не смотрел и его без шума можно снять. Этим грех не воспользоваться.

Мы уже мысленно разграничили квадрат крыши на четыре зоны обхода, назвали их А, Б, В, Г. На этот раз сэнсэя с нами не было – они с мастером Нагаи находились через пару домов левее. Я не видел их квадрокоптеров, но знал, что они наблюдают за всем с неба. Кстати, надо проверить их готовность.

– «Небо», это «Крыло», доложите обстановку! – произнес я в рацию.

– «Крыло», обстановка прежняя. Изменений не обнаружено, – ответила коробочка.

Что же, можно приступать. Я повернул маску к Масаши, тот кивнул в ответ. Мы расположились на жесткой поверхности крыши. Приклад прижался к плечу. В оптическом прицеле появилась голова охранника из сектора А. Можно было произвести выстрелы и сидя, благо вес «Выхлопа» позволял, но для большей точности стрельбы решили использовать жесткий упор и положение лежа.

– Окамото-сан, разрешаю вам взять охранника из сектора Г.

– Благодарю за доверие, Такаги-сан. Кто получит милость от вас?

– Охранник сектора А, а потом переключаюсь на В.

– Значит, мне оставляете Б. Хорошо, господин Такаги.

– Вы убивать собираетесь или ждете, когда они от старости помрут? – не удержался от мести маленький тануки.

Ну да, какого размера тануки – такого размера и месть. Я только хмыкнул в ответ.

Специально взял себе охранников, которые были дальше от нас – всё-таки у меня есть опыт в снайперской стрельбе, а у Масаши… У него только общие понятия и несколько уроков мастера Нагаи.

Этому прилизанному охраннику, чью голову я видел в прицеле, жить оставалось меньше минуты. Я постарался вызвать в себе хотя бы какое-то сочувствие. Хотя бы отголосок тех эмоций, какие возникают у обычных людей, когда они целятся в другого человека. Чтобы возникли вопросы: а кто этот человек? А вдруг у него семья? А вдруг его сын сегодня из школы принес плохую оценку, а жена пересолила мисо? Вдруг он не просто так пошел в якудзы, а из-за работы правительства, которое оставило его без средств к существованию? Или из-за желания аристократов владеть участком земли, на котором построен его дом, когда самого охранника вышвырнули на улицу с нищенской компенсацией? Или он пытался отстоять свои права на работе, а его раз за разом выгоняли с занесением в черную книгу работодателей? Кто он?

Я прислушался к себе и внутренний голос ответил так же бесцветно, как и раньше: «По хуй!»

Ну, если внутренний голос так относится к происходящему, то и мне париться не стоит. Сейчас охранники должны подойти к заданным точкам, где окажутся в слепой зоне и тогда начнем. Хм, чем-то это напоминало компьютерную игру, где сидишь в засаде, ждешь определенного момента, потом валишь врага и получаешь бонус. В нашем случае бонусом было сохранение тишины.

Палец лег на спусковой крючок. Я слился с винтовкой в одно целое. Теперь она стала продолжением меня. Этакий новый член. Здоровенный и с оптикой. Вот только если настоящий несет жизнь своими выстрелами, то этот новый член должен принести смерть свинцовым сперматозоидом.

Рядом Киоси затаил дыхание. Он ждал, когда можно будет принять зелье сэнсэя Норобу, чтобы взмыть в воздух и перелететь на свободную от охраны крышу.

Масаши тоже терпеливо сопел, выцеливая свою жертву. И вот… два шага, один.

Я нажал на спусковой крючок, и винтовка выплюнула смерть. Приклад толкнул в плечо, как бы извещая: «Чувак, обратного пути нет! Я начала свою работу! Не подведи!» Раздался щелчок, как будто ударил прутом по листу железа. Несильно ударил, потому и звук был слабым. В оптику видно, что я не промазал. Голова охранника разлетелась спелым арбузом, усеивая осколками черепа и содержимым несколько метров пространства вокруг.

Теперь этот охранник не будет переживать из-за плохих оценок сына. Да и скучать ему больше не придется. Я передернул затвор, выбрасывая гильзу. Она упала рядом. Киоси тут же подскочил, подобрал возможную улику, засунул в специальное отделение на поясе. Когда полиция нагрянет, то пусть поломает голову над местом, откуда произвели выстрелы.

Следующая цель повторила участь первой. Охранник тоже повалился сломанным манекеном на черный битум, обильно раскрашивая его красными тонами. Я взглянул в оптику на остальных. Масаши не подвел. Он выдохнул, как будто только что сдал экзамен. Два его «зачета» лежали на крыше также некрасиво, как и мои. Трупы вообще ни хрена не понимают в красоте.

– «Крыло», это «Небо». Сработано чисто, – прошипела рация.

– «Крыло» принял! – ответил Масаши.

Я с удовлетворением услышал, что его голос не дрожал. Правильно, бояться и дрожать можно будет после операции, а сейчас надо собраться и сосредоточиться на главном. Винтовки легли за спину и оказались притянуты ремнями. Теперь можно вставать. Масаши сделал тоже самое.

– Отлично сработал, – одобрил я его.

– Благодарю. Взаимно, – ответил Масаши.

– Принимаем зелья и вперед?

– Да.

Когда Масаши откупорил склянку, то я отметил, что руки друга не дрожали. Про Киоси я умолчу – это безбашенное создание подпрыгивало на месте, стараясь так убыстрить течение времени. Даже пританцовывал от нетерпения. Я в его возрасте тоже торопил время. Хотя… Сейчас снаружи ненамного его старше, но вот в душе…

Ладно, философские отступления прочь – нужно сосредоточиться на деле.

Снова в горло льется зелье невесомости, а тело наполняется той самой легкостью, какую я испытал и в прошлый раз. Для меня это было не в новинку, а вот для Киоси и Масаши это впервые. Пусть сэнсэй и провел для них краткий инструктаж по барахтанью в воздухе, но одно дело слушать и кивать гривой, а другое ощутить всё на своей шкуре.

– Будьте аккуратнее. В экзокостюмах вы сможете перемахнуть через офис, поэтому не активируйте раньше времени. Делайте взмахи аккуратнее, не торопитесь, – напутствовал я, стараясь говорить больше для Киоси, чем для Масаши.

Младший Окамото в маске Царя Обезьян только кивнул и сделал гребок руками. Неторопливо поднялся в воздух и тут же схватил за ногу барахтающегося рядом Киоси. Тот было дернулся прочь, но когда выхватил от меня затрещину, то превратился в грустного Пикачу и только кивнул. Вроде бы всё понял.

Вроде бы…

Я тоже взмахнул плавно руками и поплыл по воздуху. На всякий случай прошипел, глядя на бултыхающегося в воздухе Киоси:

– Если тебя заметят, то смерти отца и матери останутся неотмщенными. Киоси, будь хотя бы сейчас серьезен.

Да, надавил на гнилое, но это заставило Киоси притихнуть и сосредоточиться. Так что психологический окрик дал результат, а это сейчас важнее отношений. Отношения можно поправить и в будущем, сейчас же нужно это будущее обеспечить безопасностью.

Ветер подарил воздушную плюху, когда я поднялся на высоту пятнадцатого этажа. Он явно не ожидал гостей в своём доме и поэтому попытался изгнать нас из среды обитания. Ага, вот только ветру я ещё не поддавался. Мощными гребками, невидимые среди ночного мглистого смога, мы плыли в сторону заданной цели.

Можно было бы и перемахнуть с крыши на крышу с помощью экзокостюмов, но таких кузнечиков могли и заприметить, а вот скользящие среди ночного неба темные фигуры вряд ли привлекут внимание. Так и случилось. Мы мягко опускаемся на крышу офиса якудзы и замираем.

Тишина…

Три минуты ничего не происходит. "Царь Обезьян" вопросительно кивает. Я киваю утвердительно. Киоси опять приплясывает на месте. Автоматы "Тавор" с глушителями чуть покачиваются в такт шагов. Мы подходим к двери, ведущей внутрь здания. Масаши поднимает вверх руку с тремя оттопыренными пальцами.

Три! Два! Один!

Активация экзоскелетов проходит на отлично. Перед глазами чуть вспыхивает разделенное на квадратики поле обозрения. Костюмы готовы к действию.

– "Клюв", "Хвост", это «Крыло». В атаку! – коротко бросает Масаши в рацию.

Киоси дергает металлическую дверь, и я тут же беру область лестницы под прицел. Никого. Мы уже выяснили, что первым иду я, так как Киоси слишком горяч, а Масаши лучше всех сможет прикрыть в случае чего. Может скоординировать действия, может оттащить раненного Киоси… На самом деле мы-то с вами понимаем, что жизнь аристо значимее жизни хинина, поэтому можно привести миллион доводов, почему Масаши остался позади, но суть от этого не изменится.

С улицы доносится выкрик. Мда, тихо зайти не получилось…

Я скатываюсь по лестничному пролету и снова осматриваю периметр. Ловлю за шиворот Киоси, отбрасываю за спину и добавляю затрещину, чтобы не лез поперед батьки в петлю.

А внизу тем временем раздается звон стекла, резкий выкрик и хлопок световой гранаты. Следом идут хлопки выстрелов "Таворов", словно кто-то быстро-быстро нажимает на пупырчатую пленку – офисную радость…

Впереди дверь. Я слетаю к ней и в этот момент она распахивается. На пороге возникает пожилой японец с пистолетом в руках. Его глаза удивленно распахиваются, когда взгляд упирается в мою фигуру. Я реагирую раньше и удивленно распахнутые глаза закатываются, а сам неудачливо выскочивший мужчина кулем оседает на пол.

Сетка на глазах услужливо дает понять, что этот абонент навсегда стал недоступен для звонков. Силуэт мужчины высвечивается сначала красным, а потом за долю секунды меняет цвет на синий. Мда… Не рассчитал я чего-то силу удара. Хотя, плевать, якудза сам выбрал такую судьбу.

Живи быстро, умри молодым, оставь красивый труп!

Этот скользнувший на пол труп никак нельзя назвать красивым, но мы-то с вами помним, что трупам плевать на красоту. А я ставлю себе зарубку не бить в лицо при помощи экзоскелета.

– Ой-ёй, – раздается позади приглушенный шепот Киоси.

На это «ой-ёй» нет времени реагировать – тело устремляется вперед. Работа экзоскелета рассчитана на десять минут, после этого я снова стану прежним милым Изаму, тело которого беззащитно перед пулями. Поэтому нужно успеть захерачить всех врагов, чтобы потом вынести свою задницу без единой царапины.

Внизу раздаются хлопки лопающихся пузырей и стоны умирающих. Даже тараканам в здании становится понятно, что надо уносить ноги, пока не отстрелили усики. В комнате, куда я врываюсь, на меня сразу же смотрят четыре глаза и два ствола. Под стволами я понимаю пистолеты, а не фигуральное обозначение членов.

Кувырок через голову проходит почти идеально. Почти – потому что в правую икру попадает-таки пуля из пистолета. Костюм принимает на себя всю силу удара, но кожу щиплет, как от удара током.

В ответ посылаю веер пуль, выглядывая из-за кожаного кресла. Мог бы остаться стоять на месте и поразить обоих мужчин в строгих костюмах из стойки «Терминатор», но запас стойкости экзоскелета тоже не вечен, поэтому приходится поберечься. Да и рефлексы сработали быстрее, чем мог подумать о следующей секунде.

Одна пуля обрывает нить жизни правого якудзы. Вторая ранит в плечо левого. Остальные находят себе цели в виде картины какого-то авангардиста, горшка с большим бонсаем и аквариума с рыбками. Рыбок было особенно жаль.

– Вы кто такие? – кричит второй, отброшенный пулей на черный кожаный диван.

– Это Пикачу, это Царь Обезьян, а я демон, которому не повезло с женой, – пожимаю я плечами в ответ.

– Пика-пика, – чуть кланяется тануки, а после нажимает на спусковой крючок своего «Тавора».

Жизнь ещё одного якудзы выплескивается на стену и добавляет красных клякс на картину авангардиста. Масаши хмыкает:

– Не, всё равно говно какое-то получилось. Как будто художника обеденными сукияки стошнило на полотно.

– Ни хрена ты не понимаешь в искусстве, – делаю я замечание. – После операции эта картина раз в десять взлетит в цене.

– «Крыло», «Хвост» зачистил задний фасад. Окна под контролем, – шипит рация на поясе.

– Принял, работаем дальше, – отвечает Масаши.

– Босс, как я в деле? – спрашивает тануки.

– Безжалостный ты, малыш, – качаю я головой. – Даже голос не дрожит.

– Они убили моих родителей, – бурчит тот в ответ. – А вот рыбок жалко – зря ты их так, босс. Рыбки-то тебе ничего не сделали. Можно я слопаю вон ту зелененькую?

Я поджимаю губы, потом вспоминаю, что за маской тануки один хрен ничего не увидит, и решаю оставить воспитание на потом.

– «Крыло», «Клюв» зачистил передний фасад. Окна под контролем, – рапортует рация.

– Принял. Берем их в клещи, – командует Масаши.

Я киваю тануки, тот подскакивает к двери и дергает ручку. Дальше новое помещение, новая дорогая мебель, дорогие костюмы, дорогие часы. Новые картины, которые с каждым выстрелом дорожают.

Мы зачищаем комнату меньше, чем за минуту. Квадратики экзоскелета подсвечивают нужные места для выстрелов, а костюм в области рук корректирует направление выстрела. И вот надо было мне кувыркаться в первый раз? Костюм все сделал бы быстрее и надежнее.

В программу костюма внесена функция распознавания лиц. Семь человек из клана Хаганеноцуме ложатся на длинный ворс ковра потому, что ни один из них не похож на Ёсимаса Сакурай и Иоши Сакамото.

Следующая комната, следующие враги. Ещё одна комната, ещё. В нас тоже попадают – пули рвут черную ткань костюма так же безжалостно, как рука солдата срывает край долгожданного письма из дома. Удары выстрелов поглощаются костюмом, но вот Киоси вскрикивает от неожиданности, когда две пули одновременно попадают в молодецкую грудь. Несмертельно, но неприятно.

Зачистили почти всё здание, «Хвост» и «Клюв» движутся нам на встречу. Этим ребятам приходится хуже – у них нет экзоскелетов, поэтому приходится ограничиваться бронежилетами и щитками.

Движемся всё тем же составом: я впереди, Киоси по центру, прикрывает Масаши. И на этот раз нам везет!

В новой комнате нас встречают аж десять человек!

Какое это везение? А вот такое – среди них те самые двое, ради которых мы и затеяли всю эту бойню.

За несколько секунд численность врагов сокращается на три человека. Экзоскелеты работают на славу. Остальные якудза падают под прикрытие столов и кресел.

– Пика-пика! – радостно вопит Киоси, выпрыгивая из-за моей спины.

– Назад! – ору я, видя, как в нижнем правом углу появляется надпись о скорой разрядке костюма.

– Да кто вы такие? – слышится в ответ со стороны притаившихся за креслами, столами и диванами.

– Мы – смерть! – пафосно откликается Масаши и стреляет на звук голоса.

За диваном звучит немузыкальный стон. В ответ раздаются выстрелы.

– Падайте! – кричу я своим развоевавшимся друзьям, которые вовсе не обращают внимания на предупреждение костюмов.

Видя, что их мой крик не пронимает, приходится сбивать подсечками.

– Ты чего? – перекрикивая грохот выстрелов орет Масаши.

– Зарядка костюма кончается! Дальше работаем аккуратно.

Аккуратно работать приходится недолго – мы прячемся и отстреливаемся в двадцатиметровой комнате меньше пяти минут. В конце концов костюмам без дополнительных энергозатрат на прием ударов от пуль удается скорректировать наши прицелы, и мы оставляем в живых только тех, за кем пришли.

Всего двое опытных человек из якудзы против троих мальчишек. Расклад неизвестен – у нас какой-никакой, а ещё остается заряд костюмов. А у них заканчиваются патроны.

Зато не заканчивается оммёдо!

– Копьё Бога Неба! – кричит Ёсимаса Сакурай.

В его руках возникает молния в форме трезубца. Наверное, таким Зевс шарашил с Олимпа неверных слуг своих. Был в моём детдоме мальчишка с кликухой Зевс, но он ничего общего с греческими богами не имел – просто пипирку как-то брючной молнией прищемил…

А у Ёсимасы сверкает самое настоящее смертельное оружие главы Олимпа. И сейчас это оружие должно шарахнуть по нам, а этого не хочется ни мне, ни моим друзьям.

– Земляной Щит! – выкрикиваю я и сооружаю преграду для летящего предмета.

Понятно, что эту преграду Копьё расшибает вдребезги, но зато она выгадывает нам секунду, а за эту секунду тануки преодолевает половину расстояния и изо всех сил отталкивается от пола. Он взвивается в воздух и начинает трансформироваться ещё на подлете. На Ёсимасу падает уже не тануки, а блестящая металлическая сеть, которая сворачивает вражеское тело в плотный кокон.

Сакурай даже пальцем не может пошевелить, так тесно притянуты члены.

– Огненный листопад!

В нашу сторону летит вихрь горящих листьев. Словно злой дворник задолбался жечь костер и пнул что есть мочи в разгорающуюся кучу осенней листвы.

– Огненная стена! – выкрикивает Масаши, бросив «Тавор» на ковер.

Его пальцы быстро плетут нужные мудры и выставляют перед нами стену из огня. Одним краем стена цепляет голову лежащего якудзы, отчего в воздухе раздается противный запах жженого волоса. Все листья влетают в стену и растворяются в ней.

– Ещё рррраз!!! – рявкаю я как можно громче и веером пуль вспарываю верхушку дивана, из-за которой вылетает оммёдо. – Ещё рррраз и я швырну гранату! Как понял, выблядок?

С Иоши всё обходится ещё легче, чем с Сакураем – со стороны дивана поднимается рука с расправленным носовым платком. Он сдается…

– Я не знаю вас! Кто вы? – раздается голос Иоши.

– Встать! Ноги в стороны! Руки в гору! – рявкаю я. – Шаг влево, шаг вправо – побег! Прыжок на месте – провокация! Только дернись, хуйня разрисованная – добавлю красок в твою наколку!

Мои слова подкрепляют ворвавшиеся и запыхавшиеся бойцы из отделения «Клюв» и «Хвост». Они наставляют на Иоши и Сакурая ещё дымящиеся стволы «Таворов». Весьма убедительно наставляют.

Один из еле живых якудз поднимает голову, но командир отделения «Хвост» заставляет его положить голову обратно. Безо всяких оммёдо. Простым нажатием на спусковой крючок. Затем бойцы быстро собирают разбросанные по комнате пистолеты и ножи. Иоши надевают магические наручники, также поступают и с шипящим Сакурем. Сеть с него сползает и перед нами снова возникает черная мальчишеская фигура в маске Пикачу.

– Глава «Крыла», я предоставляю вам возможность поговорить с глазу на глаз с этим человеком, – коротко кланяюсь я другу и показывая на Иоши, давая понять бойцам Масаши, что их босс здесь рулит. И в то же время указываю на своё место, ведь я всего лишь советник. – Позволю себе напомнить, что до приезда полиции у нас не больше трех минут.

– Благодарю, – отвечает Царь Обезьян и кивает командиру «Хвоста». – Проводите господина Иоши за мной.

Командир дергает Иоши за локоть и ведет за уходящим Масаши. Наследник рода Макото идет с прямой спиной. Выступает, прямо как недовольный император перед уборной – вроде и срать хочется, а запор не дает. Хоть «Тавор» подобрал и то ладно.

– Третье лицо «Крыла», я предоставляю вам возможность поговорить с глазу на глаз с этим человеком, – кланяюсь я уже в сторону Киоси, показывая на Сакурая. – Нужно поспешить.

– Благодарю, – важно кивает Киоси и застывает.

Он не может приказать бойцам «Хвоста» и «Клюва», так как они ему не подчиняются.

– Куда его проводить? – помогаю я мальчишке.

Надо всё-таки выручать друга, пусть он и редкий раздолбай, но всё-таки он свой раздолбай.

– Проводите его за мной, – с благодарностью в голосе отвечает Киоси.

Я дергаю Сакурая, тот со злостью шипит в ответ. Приходится отвесить по почкам, чтобы стал более сговорчив. После удара вакагасира клана Хаганеноцуме становится если не добрее, то понятливее.

Мы вместе с ним идем в свободное помещение в противоположную сторону от той, куда ушел Масаши. Месть – это такое блюдо, которое должно подаваться холодным. У Масаши и Киоси эти блюда настолько остыли, что даже покрылись ледовой корочкой. Мне оставалось надеяться только на то, что Киоси не будет слишком кровожаден при мести за свою родню.

Швырнув Сакурая на диван в свободной комнате, я поворачиваюсь к Киоси:

– Третье лицо «Крыла», предоставляю вам…

– Да понял я, понял… Вали уже, – нетерпеливо переступает с ноги на ногу тануки, потом понимает, что перегнул палку и поправляется. – Извини, босс, просто нервы… Выйди, пожалуйста.

Я киваю и выхожу, плотно затворив за собой дверь.

Киоси так долго пытался убить обидчиков выходя один против толпы, что сейчас впервые оказался со своим врагом один на один. Лицом к лицу.

Вот если бы мне выпал шанс встретиться с Цыганом, который отправил меня в этот мир… Уж я тогда бы знал, что с ним делать. Но сейчас я знаю, что у нас в запасе всего несколько минут, поэтому надо торопиться.

Прошел по забрызганным кровью комнатам в точку сбора. Масаши уже вернулся. На нем была всё та же маска Царя Обезьян, только теперь к цветным полосам добавились алые разводы.

– Ты так быстро, – покачал я головой.

– Так это же не постель, тут сдерживаться не стоит, – парировал он в ответ.

Бойцы заржали, оценивая черный юморок. Я кивнул – нормальный ответ. Минутная стрела два раза обежала круг, когда из отдаленной комнаты раздался выкрик, потом звон разбитого стекла. Я рванул туда, но мне навстречу уже выбежал Киоси. Выбежал без маски.

Он только взглянул на меня, тут же занес руку и сам себе отвесил крепкую затрещину. На улице застрекотали хлопки глушителей, снова выкрик и потом треск ломаемого дерева.

– Что случилось? – сурово спросил я, уже зная ответ.

– Сакурай… Он вырвался и сбежал, – чуть ли не проныл Киоси.

Вдалеке раздалось заунывное завывание полицейских сирен.

Глава 2

На другое утро меня разбудило ворчание сэнсэя. Он всё никак не мог успокоиться после той новости, которую получил от нас. Полночи Норобу бушевал, ругался матом и грозился сделать из Киоси набивное пугало. Ругался и при этом крошил овощи для лапши. Очень мелко крошил. Сдается мне, что вместо пикулей он представлял пальчики нашего незадачливого помощника.