Без штанов – но в шляпе

Глава 1

Как известно, все бывает хорошо в свое время. К примеру, свадебные гулянья и белое платье хороши для молодых новобрачных. Тем же, кому сильно перевалило за полувековой юбилей, вступать в брак в белых нарядах, с фатой и флердоранжем просто нелепо. Умилительно видеть молодую мать с первенцем на руках, которая души не чает в своем ребенке. И грустно наблюдать за женщиной, которая впервые обзавелась отпрыском в том возрасте, когда все поголовно принимают ее за бабушку малыша.

Но речь сейчас пойдет не об этих людях, впрочем, тоже существующих где-то в реальности. Речь пойдет о молодой паре, которая реализовала свои желания, но с заметным опозданием.

Итак, в маленьком домике на опушке леса жила пара счастливых новобрачных. То есть это все вокруг считали, что они счастливы, дескать, потому что недавно поженились. На самом деле все у них было, как у других. В меру любви, в меру себялюбия и выше всякой меры бытовых ссор и взаимных мелких упреков.

Жена всегда находила грязный носок, которым можно было ткнуть мужа. А муж не уставал повторять, что такой скверной стряпухи, наверное, нигде больше на свете не сыщешь. И тем не менее они жили и даже считали, что живут неплохо.

Новобрачными они стали лишь несколько месяцев назад, а вместе с тем прожили бок о бок уже много лет. Поэтому и кризис седьмого года семейной жизни застиг их буквально на пороге медового месяца. О том, что поездка в Египет превратилась в одну сплошную ссору, прерывающуюся лишь на подходы к шведскому столу, говорить даже не стоит. Молодые вернулись из свадебного путешествия со стойким ощущением того, что второго такого путешествия их брак уже точно не переживет.

Повседневные привычные дела и хлопоты помогли несколько приглушить отзвуки грандиозной египетской ссоры. К тому же, согласитесь, глупо разводиться, всего лишь несколько недель назад вступив в брак. Может, у кого-то и встречаются такие казусы, но только не у Ларисы с Богданом. Они были людьми разумными, служили в банке, занимали пусть и небольшие, но все-таки руководящие должности. И поэтому должны были подумать еще и о том, как отреагируют их подчиненные на известие о быстром разводе.

– Прошла бы хоть пара месяцев или лучше лет, – в тот момент откровенно признавался Богдан своим приятелям за кружкой светлого чешского в пятницу вечером и тут же обреченно добавлял: – А так…

– Говорил я тебе, не женись! – горячо заступался Серега – старый приятель Богдана и такой же старый холостяк, как еще совсем недавно Богдан. – Женишься – баба мигом тебе на шею сядет и командовать примется.

Богдан в ответ только вздыхал. Сереге хорошо говорить. Он вольный художник, чем хочет, тем и занимается. Баб у него – длинные шеренги. И все раскованные, все молодые и красивые. Длинноногие и поджарые. Серега меняет подружек одну за другой. Богдан уже со счета сбился, считая официальных любовниц. А уж таких, которые бабочки-однодневки, у Сереги и вовсе не счесть.

Но Богдану такой вариант не годится. Ведь у них в банке все строго: строгий дресс-код и еще более строгий контроль за моральным обликом сотрудников. Они с Ларой и в ЗАГС-то понеслись лишь потому, что Богдану намекнули, что если бы он состоял в законном браке, то освободившееся место руководителя отдела могло бы стать его.

– А теперь не факт, что я заполучу это кресло, – кисло гундосил он. – А с Ларкой в последнее время жить стало решительно невозможно. Она и раньше-то сладкой конфеткой никогда не была, а теперь и вовсе… Превратилась в какую-то мегеру!

– А ты ее приструни! – вступил в разговор третий их приятель – Рудольф, которого все звали просто Рудиком. – Бабу уму-разуму учить надо. Оплеух ей навешай, небось мигом притихнет.

И Рудольф стукнул кружкой по столу, от чего два его приятеля даже подпрыгнули на своих стульях.

– Я со своей только так и разговариваю, – заявил Рудольф. – Зато она у меня слово поперек пикнуть боится. Знает, мое слово в доме – закон!

Богдан с завистью покосился на приятеля и тяжело вздохнул. Нет, методика Рудольфа ему тоже категорически не подходила. Во-первых, бить жену или изменять ей – это было самому Богдану не по нутру. А во-вторых… если Лариса появится на работе с фингалом под глазом, то с мечтой о кресле руководителя отдела можно попрощаться.

Да и, положа руку на сердце, не хотелось колотить жену. К тому же Лариса посещала занятия по самообороне, а Богдан ленился. И в случае схватки еще было неизвестно, кто кому наваляет.

Рудольфу хорошо говорить, у него титул чемпиона по вольным единоборствам. И его тихая Гуля, затюканная еще строгими родителями, никогда не давала волю языку. Откровенно говоря, Богдан вообще от нее больше двух слов за раз не слышал. Обычно это была фраза: «Да, спасибо». Или «Обед на столе». За что можно навешать оплеух такой амебе?

Представив, что живет в доме с женщиной, скользящей вдоль стен бессловесной тенью, Богдан поежился. Нет, не по нему это. Если Рудольфу нравится, что все интересы его Гули сосредоточены вокруг детей и хозяйства, его воля. Но Богдану с такой женщиной было бы идти по жизни просто скучно.

– Нет, Ларка, она ничего… бывает даже ласковая. И я сам – тоже не подарок, если честно.

Друзья немедленно кинулись переубеждать Богдана. И еще полчаса он отнекивался, красный и счастливый от того, что есть на свете все-таки люди, которые ценят и любят его просто так, независимо ни от чего. Последний тост был выпит за дружбу. И Богдан не вполне уверенно, но все же двинулся к выходу из бара.

Усевшись в такси, он взглянул на часы. Тяжкий вздох вырвался из его груди. Время в теплой дружеской обстановке пронеслось незаметно. Между тем было уже начало двенадцатого, пока он доберется до дома, начнется новый день… А Лариса очень неприязненно относилась к таким вот задержкам супруга. Представив, что ждет его дома, Богдан поежился.

Но он знал, как действовать. И чтобы дать Ларисе возможность немного выпустить пар до его прибытия, заранее набрал ее номер. Богдан ожидал, что жена немедленно схватит трубку, чтобы услышать его оправдания, но до его слуха донеслись лишь короткие гудки.

– Занято. Странно.

Богдан перезванивал жене всю дорогу, но Лариса по-прежнему была занята разговором с кем-то другим. Неприятное чувство царапнуло Богданову душу. Он вспомнил, что за весь вечер Лариса ни разу не позвонила ему, хотя обычно она звонила ему почти каждый час, проверяя кондицию муженька. И когда считала, что Богдан уже дошел до подходящей к каким-то ее собственным эталонам кондиции, командовала:

– Милый, возвращайся! Я тебя жду.

Но сегодня она словно бы забыла про мужа! Тревога и страх заползли в душу загулявшего супруга.

– С кем же она треплется?

Со своими подругами Лариса никогда так долго не беседовала. С мамой тоже. Служебные проблемы предпочитала решать на службе. Лариса вообще была человеком рачительным. Стоимость сгорающих при разговоре по мобильному минут не позволяла ей расслабиться ни на мгновение.

Так с кем же Лариса беседовала вот уже почти час? И пока Богдан добирался на такси до своего дома, у него было достаточно времени, чтобы осмыслить все возможности. А если у его Ларисы кто-то появился? Любовник? Да нет, Лариса не из таких! Она не станет изменять мужу.

Богдан примерно представлял, как поступила бы жена в случае чего. Сначала она тактично предупредит его, что их браку пришел окончательный… Ну, понятно кто. И еще она сказала бы, что уходит к другому мужчине, а Богдан может считать себя свободным. И уж потом только, завершив один роман, отдалась бы страсти с другим мужчиной.

Но когда Лариса открыла ему дверь, Богдан облегченно вздохнул. Жена держала в руках телефонную трубку, ему она лишь рассеянно кивнула и еще более рассеянно чмокнула в щеку. Она даже не принюхалась к запаху алкоголя, который явственно исходил от мужа. И не прервала телефонного разговора, который оказался далеко не любовным:

– А еще они мне сказали, что наш дом подлежит сносу! Что все бумаги уже согласованы! Земля перешла во владение нового хозяина. И предложенная нам компенсация – это чистая любезность от застройщика. Как ты думаешь, это законно?

В последней фразе жены слышалось такое неприкрытое волнение, что Богдан невольно насторожился. Да и произнесенные ею слова заставили его вздрогнуть.

– Нас все-таки сносят?

Лариса в ответ махнула рукой, показывая, что ей сейчас решительно не до Богдана. Телефонный разговор с юристом слишком важен, чтобы отвлекаться на мелочи. Богдан все понял и смирился. Когда Лариса занималась каким-то делом, ни о чем другом она и думать не могла. Поэтому Богдан разулся, аккуратно повесил вещи в шкаф и потопал в ванную.

Когда он вышел оттуда с почищенными зубами, умытый и посвежевший, Лариса тоже была уже готова к общению.

– Ты понял, что случилось? – тревожно спросила она у мужа. – Эти гады все-таки выполнили задуманное!

И Лариса метнула в сторону окна взгляд, полный ненависти и неприкрытой злобы. Богдан знал, о чем говорит жена. Вот уже который месяц за лесом, на опушке которого они выстроили свой домик, велось активное строительство. Гремели удары молота о землю, грохотали грузовики, ревели электроинструменты. Результатом этого строительства должен был стать новый поселок, состоящий из десятка высоток и полутора сотен таунхаусов. Безусловно, проект был нужным и перспективным делом для всего региона.

– Но как же быть нам?

Этот вопрос супруги задали в администрации района после того, как в лесу, отделяющем их дом от ведущегося строительства будущего поселка, упали первые срубленные деревья. В администрации района, где они приобрели участок земли для индивидуального жилищного строительства и на котором выстроили свой прелестный домик, были уже в курсе проблемы.

Богдан, не дожидаясь ответа администрации, пошел в атаку первым.

– Дом у нас совсем новый, и расставаться с ним было бы невероятно жаль.

– У нас все документы в полном порядке, – добавила к его эмоциям сухого конструктивизма Лариса. – Земля приватизирована, все строения оформлены в собственность. Налоги мы исправно платим без пени и задержек. Какие могут быть проблемы?

Казалось бы, что никаких. Но у нас в стране проблемы растут куда охотнее, чем грибы. В иной год и пары подосиновиков не соберешь, зато проблем огребешь целую кучу!

Все тот же глава администрации, лучезарно улыбаясь супругам, объяснил им, что волноваться совершенно не стоит. Но с каждым днем полоса леса, отделяющая домик супругов от нового поселка, становилась все уже. И в конце концов Лариса с Богданом не выдержали и вновь обратились в администрацию.

– Мы покупали землю в уединенном месте, возле леса! Мы совсем не ожидали, что вместо леса рядом с нами возникнет крупный поселок!

– Ну, что вы так волнуетесь? Соседи – это же хорошо. Люди испокон века тянулись друг к другу. И потом, вам ведь вернут деньги за землю и дом.

– Как?! – задохнулись супруги. – Как «вернут»? Мы не собираемся никуда переезжать! Только обжились, корни пустили – и уезжать?

– Так вам и не придется! – засуетился глава администрации – толстый дядька, один взгляд на которого убеждал в том, что он еще тот жучара. – Это я в самом крайнем случае предложил, если вы сами захотите переехать! Подальше, в тихое уединенное местечко. Вот у меня и участочек есть на продажу. Там, правда, свалка неподалеку. Но в следующем году ее планируют снести.

Но на это супруги не повелись. Знают они, как у нас осуществляются планы! Если что-то хорошее запланировано, то ждать нужно годами. Новую станцию метро, например, можно и десятки лет прождать. Или уничтожение свалки. Но вот если новый жилой коттедж снести – это можно уже завтра!

Супруги вернулись к себе, попытались смириться с мыслью, что вместо леса у них теперь будут несколько деревьев, которые еще сохранились на их участке, и что вокруг них возникнут бетонные новостройки.

– Черт, как плохо! Не собирать мне грибов, как я мечтал.

– В конце концов, мы знали, на что идем, – вздохнула Лариса. – Если хотели тишины и уединения, надо было покупать землю километров за пятьдесят от города.

– А лучше за сто.

Но так далеко супруги не могли уезжать из Питера. Они оба были привязаны к работе, к своему банку, где должны были появляться ежедневно с понедельника по пятницу с девяти до шести часов вечера. При таком графике нечего было и думать о том, чтобы приобрести жилье в отдалении от города. Двадцать километров – это был тот максимум, который обозначили себе супруги. И им казалось, что они нашли идеальное решение вопроса.

– Лес, речка, чуть дальше озеро!

– Карьер.

– Карьер – все равно что озеро. Рыба в нем уже водится. И берега давно ивами поросли. Самое настоящее озеро! Прекрасное место, покупаем!

И вот теперь выяснилось, что не они одни прельстились этим местечком. Нашлись люди и пошустрее, и побогаче, и с крепкой деловой хваткой. Они начали строительство крупного поселка. И конечно, Лариса с Богданом не могли им противопоставить ровным счетом ничего. Им оставалось надеяться на лучшее, что они и делали.

Но сегодня вечером ситуация изменилась. Вернувшись домой, Лариса обнаружила у них на пороге дома письмо. Оно было снабжено печатью строительной компании «Эрнст» и таким количеством марок и штемпелей, что сердце у Ларисы екнуло в предчувствии беды. Она поспешно вскрыла конверт и ознакомилась с содержанием письма. А закончив читать, Лариса кинулась звонить всем своим знакомым юристам, чтобы понять, правомочны ли действия застройщика или же есть шанс побороться за свой дом.

– Они пишут, что в результате приватизации земельного участка, на котором стоит наш дом, вкралась досадная ошибка. Она была решена с учетом наших интересов. И теперь участок и дом будут выкуплены у нас строительной компанией за сумму… Нет, я не могу этого озвучить, взгляни сам!

И Лариса сунула мужу письмо.

– Это же меньше половины того, что мы заплатили! – едва глянув на сумму, немедленно возмутился Богдан.

– Но они утверждают, что оценочная стоимость нашего дома и земли именно такова! У них и документы есть. Вот взгляни, они прислали ксерокопию.

– Где они делали оценку? Небось у таких же жуликов, как они сами!

– Название оценочной компании на печати размыто. Не могу разобрать ни буквы.

– Завтра первым делом едем к этим строителям! Я их там всех порву!

Обычно Лариса осуждала порывы супруга, но сейчас и она согласилась:

– Вот-вот! Я как раз сделала несколько звонков, чтобы узнать, что это за компания такая и откуда она взялась на нашу голову.

Споры и пересуды о будущей судьбе домика на опушке леса длились еще несколько часов. Телефон у Ларисы буквально раскалился. Однако ничего так и не было решено. Все знакомые Ларисы сходились на мнении, что морально действия строительной компании «Эрнст» неправомочны. Но если взглянуть на бумаги, то все чисто. Компания в своем праве.

Но уже отправляясь на боковую, Богдан подумал об еще одной вещи. Почему Лариса не позвонила ему первому? Ведь вопрос был крайне важен и касался их обоих. Так почему она предпочла звонить своим знакомым, в том числе и очень дальним, но не своему родному мужу? И почему-то именно этот вопрос казался сейчас Богдану наиболее весомым. Куда весомей, чем потеря крыши над головой.

Рано утром, так толком и не выспавшись, супруги двинулись на разборки. К жуликоватому главе администрации они даже не стали соваться.

– И так ясно, что без его участия ничего бы и не произошло. Он самый главный аферист и мошенник!

– Не скажи, эти из «Эрнста» тоже хороши.

Но Богдан держался того мнения, что Родион Сергеевич полная скотина, жулик и гад!

– Он дал нам гарантии, в глаза нам с тобой смотрел, улыбался, руки жал! И что в результате? Как только появился более выгодный покупатель, он мигом забыл о нашей с ним договоренности и продал нашу землю по второму разу!

Из вчерашних телефонных разговоров супруги Лисицыны – Богдан и Лариса – знали, что компания, с которой им предстоит схватка за их землю, как говорится, из молодых, да ранних.

– На рынке они всего три года. Но уже судебных исков против них возбуждено не меньше трех десятков.

– Вот и нам с тобой предстоит пополнить список. А потом они закроют одну фирму, создадут новое юридическое лицо, и все! Концов больше не найдешь! Небось генеральным там числится какой-нибудь зиц-председатель, без собственности или вообще без штанов!

Впрочем, штаны на генеральном директоре все же имелись, и весьма неплохие. Лариса наметанным взглядом ощупала его невзрачную фигурку и поняла, что дела их плохи. На потасканном тельце с личиком заядлого выпивохи сидел костюмчик от Армани с галстуком и рубашкой той же фирмы.

Звали его Эрнст Антонович. И имея внешность и ужимки круглого дурака, он вполне успешно использовал этот имидж в разговоре с трудными посетителями.

– Не понимаю, почему вы недовольны? – разводил он руками. – Ваша сделка с приватизацией земли признана незаконной. В ходе ее оформления был совершен ряд нарушений. Земли у вас нет, строения возведены незаконно. Мы предлагаем вам прекрасную сумму, чтобы начать с чистого листа на другом месте.

– А мы не хотим на другом! Мы хотим на этом!

– Не понимаю! – пожал плечиками глава компании. – Эта земля принадлежит нашей компании.

– Мы пойдем в суд!

– Зачем же в суд? – сделал вид, что испугался, Эрнст. – Только не в суд! Я не хочу обратно в тюрьму!

И пока ошеломленные супруги пытались перевести дыхание, Эрнст громко расхохотался над собственной шуткой.

– Принеси-ка нам коньячку! – велел он заглянувшей на шум секретарше. – И ликера для дамы.

Нет, несмотря на свою показушную шутейность, Эрнст был далеко не дурак. В наблюдательности ему было нельзя отказать. Вот и тут он мигом просек, что главную роль в паре играет Лариса. К ней он и пытался подмазаться. И коробку шоколадных конфет велел притащить, когда Лариса от ликера отказалась, и фрукты, и вообще все, что пожелает прекрасная визитерша.

– А мы не могли с вами где-нибудь встречаться? – сладко пел он ей в ухо. – На юбилее «Газпрома»? Или у нашего губернатора на междусобойчике по случаю его вступления в должность? Нет? Странно, странно. У вас такая запоминающаяся яркая внешность. Такая роскошная женщина просто не должна хоронить себя в каком-то захолустье. Что скажете, если я приглашу вас с мужем к себе в загородный коттедж на эти выходные?

– К вам?

– О, уверяю вас, никаких первых лиц государства! – закатил глаза Эрнст. – От этих зануд и их министров меня уже самого тошнит! Только пара актеров, несколько спортсменов. Киркорова позовем, пусть отчебучит чего-нибудь этакое! Или вы предпочитаете Баскова? Все, я решил! Зову обоих! Пусть споют, а при удаче еще и подерутся между собой! Вот будет потеха, вам понравится.

И он погладил Ларису по руке. При виде этого Богдану стало совсем нехорошо. Что это хмырь себе позволяет? Да он его сейчас размажет по стенке!

Богдан вскочил на ноги.

– Знаете… вы… вы!..

Слов у него решительно не хватало. И уж совсем он онемел, когда услышал тихий и рассудительный голос своей Ларисы.

– Отчего бы и не принять ваше приглашение? – произнесла жена, не обращая внимания на мужа. – Конечно, мы приедем. К какому часу? Диктуйте адрес!

Эрнст явно не ожидал, что его предложение будет принято. Он что-то промычал, но отступать было некуда. Лариса буравила его взглядом, который был хорошо знаком Богдану. И он знал, что теперь жена с живого собеседника не слезет.

– Нет, никаких дополнительных созвонов не понадобится, – заявила она в ответ на неуверенное предложение Эрнста еще созвониться ближе к выходным. – Сегодня уже четверг. Мы с вами деловые люди, так что выходные у нас начинаются в пятницу. Так куда подъехать? Я что-то не расслышала адреса. И время. Думаю, что часикам к семи будет удобно и нам, и вам.

– Минуточку, – пробормотал вконец смущенный Эрнст. – Одну минуточку… мне нужно…

И с этими словами он выскочил из кабинета.

– Советоваться с хозяевами побежал, – убежденно и с ноткой торжества в голосе произнесла Лариса. – Уверена, они прикажут ему соглашаться. Худой мир лучше доброй ссоры. Нынче не девяностые, криминал никому не нужен.

– Думаешь, они могут пойти на криминал? – ужаснулся Богдан.

– Шутишь? Из-за денег? Конечно, могут!

Эрнст появился спустя всего пару минут. Выглядел он куда более уверенно. Как и предсказывала Лариса, он повторил свое приглашение и назвал адрес, по которому надлежало завтра прибыть Лисицыным.

– Часикам к семи подъезжайте.

– Только не забудьте, вы мне обещали драку между Басковым и Киркоровым, – тоном законченной стервы произнесла напоследок Лариса.

Казалось, она считала дело решенным. Но когда супруги вышли из здания гостиничного комплекса, где компания арендовала целый этаж под свои офисы, Богдан набросился на жену с упреками:

– Зачем ты приняла приглашение этого прохвоста?

– Ты разве не понял? Оказавшись у него дома, мы получим отличную возможность разнюхать все про этого проходимца. Честно говоря, я не ожидала такой удачи.

– Но он хочет, чтобы мы прямо там же подписали ему документы!

– А вот никаких документов мы с тобой подписывать не станем.

– Неудобно получится.

– Неудобно на потолке… сам знаешь, что делать.

– Ты не думаешь, что нас могут элементарно не отпустить, пока мы не подпишем нужных им бумаг?

– Соврем что-нибудь. Сам в банке работаешь, знаешь, с бумагами вечно какие-то накладки случаются.

И взяв Богдана под руку, Лариса успокаивающе произнесла:

– Вот увидишь, все пройдет отлично. В крайнем случае соврем, что забыли паспорта дома.

– Ага, так они нам и поверят.

– Да нам-то что за дело, поверят или нет? Нам надо проникнуть на вражескую территорию!

И строго взглянув на мужа, она спросила:

– Говори, ты со мной или нет? Согласен на мой план или нет?

Конечно, Богдан выразил свое полное и безоговорочное согласие. А что еще ему оставалось? И так вчера вечером жена начала звонить с проблемой не ему, а своим знакомым. Если он и в этот раз ее подведет, над узами их супружества запросто может нависнуть очередной дамоклов меч.

Глава 2

В пятницу, в начале восьмого вечера, Лисицыны, принарядившиеся в свои лучшие и самые дорогие выходные наряды, стояли у ворот огромного коттеджа. О размерах скрытого на территории строения говорил сам забор. Он тянулся в обе стороны чуть ли не на сотню метров. Дома, находившиеся по соседству, были ему под стать. Во всяком случае, те верхние этажи и мансарды, которые удавалось разглядеть через забор супругам, откровенно впечатлили их.

– А поселок-то в природоохранной зоне выстроен, – ревниво заметил Богдан. – Нева в двух шагах. Небось весь берег перегородили своим забором. Как думаешь, может, жалобу на них накатать?

– Зачем?

– В суд на них подадим. Так сказать, в порядке обороны.

– Вечно тебе в голову всякие дурацкие проекты лезут, – поморщилась Лариса. – Пока наша жалоба до судьи дойдет, мы с тобой уже десять раз на улице окажемся. Ты лучше скажи мне, все запомнил, о чем мы с тобой договаривались?

– Все.

– Таблетки не забыл?

– Надежно спрятаны, они только и ждут своего часа.

– Ну, тогда у нас все получится. Вместе мы выстоим.

– Лариса…

Богдан хотел сказать жене, что ни за что не оставит ее в беде. Что она может рассчитывать на него целиком и полностью. И что она самая умная, нежная и любимая. Но в этот момент замок щелкнул и калитка открылась. Лисицыны зашли внутрь с неприятным чувством, что все это время их пристально изучали в глазок видеокамеры скрытые от них люди.

Но от дверей дома, оказавшегося и впрямь огромным, к ним уже торопился Эрнст. Он шагал, раскрыв гостям свои объятия. На его лице сияла радостная улыбка. Но у супругов мороз пробежал по коже. Операция из фазы подготовки вошла в решающую стадию.

– А вы без машины? Моя охрана даже не хотела вас впускать!

– Мы приехали в гости, зачем нам машина?

Супруги действительно прибыли без машины. Верней, оставили ее вне пределов видимости, отъехав от основной трассы в сторону местечка для пикников. Если им придется уносить ноги, совсем некстати оставлять машину врагу.

За эту меру безопасности особенно ратовал Богдан.

– Дом и землю, считай, они у нас уже украли. Не собираюсь оставлять этому жулью еще и машину! Продадут на запчасти и глазом не моргнут.

Таким образом, к дому супруги приковыляли на своих двоих. И если Богдану в пусть и изящных, но все же ботинках было лишь слегка некомфортно, то Лариса на шпильках чувствовала себя хуже некуда. Справедливости ради надо сказать, что ругала она в первую очередь саму себя.