- -
- 100%
- +
ГЛАВА 1
В бешенстве Инна металась по квартире. Слов, чтобы описать свое состояние, у нее решительно не хватало. Поэтому вместо слов из глубин Инниного существа рвался какой-то хриплый рык. А причиной тяжелого состояния Инны был, как всегда, ее родной муженек – Бритый. Только он один мог довести Инну до такого накала страстей, что ей хотелось покончить со всем живым на земле, но, разумеется, при том условии, что и Бритого постигнет общая участь.
– Какая же ты скотина! – в десятый раз прорычала Инна, обращаясь к стене.
На стену она рычала потому, что мужа в комнате не было, он прятался от жены где-то в другой части квартиры. Где именно, Инна не знала, да и не желала знать. Честно говоря, одной «скотины» было маловато. Но что делать, если все другие оскорбительные слова у Инны от злости из головы вылетели. И самое обидное для Инны было именно в том, что она, растеряв свой богатый словарный запас, даже не могла толком отчитать мужа за его проступок. От собственного бессилия Инна застонала. Бритый, услышав этот стон, но не разобравшись в его причине, примчался из соседней комнаты на помощь.
– Золотко, что с тобой? – с тревогой спросил он у жены. – Ты не заболела? Нельзя же так волноваться в самом деле.
В ответ Инна метнула в мужа тяжелую вазу – подарок к свадьбе. Вообще-то эта ваза была единственным бьющимся предметом, который сохранился с того памятного момента. Все остальные бьющиеся подарки супруги давно переколотили, так как ссорились они часто и с размахом. Бритый от вазы уклонился, и она, ударившись о стену, разлетелась фонтаном разноцветных осколков.
Супруги молча посмотрели на остатки вазы. И неожиданно Инна почувствовала, как ярость на мужа оставляет ее. Вместе с яростью Инну покинули и силы. Она опустилась на тахту и, не отводя глаз от осколков прекрасной вазы, произнесла:
– Это была последняя капля. Так и знай.
– Деточка, это была ваза, а не капля, – деликатно заметил ей Бритый.
– Не притворяйся, что ты не понял, – тихо ответила Инна. – Я от тебя ухожу!
– В самом деле? – не расстроился Бритый.
Не расстроился он потому, что Инна уходила от него в среднем раз в месяц. А так как жили супруги уже больше двух лет, то Бритый устал пугаться, когда Инна уходила.
– На этот раз навсегда, – так же тихо сказала Инна.
– Солнышко, не уходи, – попросил у нее Бритый чисто для проформы, так как знал, что супруга все равно уйдет. – Ты же потом влипнешь в какую-нибудь историю, а мне придется мчаться черт знает куда и выручать тебя.
– Не придется, – холодно ответила Инна. – Ни в какую историю я влипать не собираюсь. А вот от тебя ухожу. На этот раз без шуток!
– Какие уж шутки, – проворчал Бритый. – Виданное ли это дело – чуть что, она из дома бежит. Цирк!
– Уходи, – спокойно сказала Инна. – Мне нужно побыть одной.
Бритый послушно исчез со сцены, а Инна принялась обдумывать, как ей быть дальше. Будущее без Бритого вырисовывалось смутно. За два года Инна успела привыкнуть к тому, что муж всегда рядом и всегда готов взять на себя решение всех проблем. И эта мысль снова разозлила Инну, потому что напомнила ей о причине сегодняшней ссоры.
Началось все с того, что Бритому не понравился супчик, который сварганила Инна. Ничего странного в этом не было, Инна и сама не стала бы его есть, даже под страхом смертной казни. Но ведь Бритый буквально настоял на том, чтобы Инна приготовила этот супчик. Он целую неделю уверял Инну, что получил рецепт от своего друга, а жена этого друга готовит этот супчик просто божественно.
И весь сегодняшний день Инна с утра металась по городу, выискивая редкие ингредиенты для данного кулинарного шедевра. А жара была такая, что у нее, едва она покидала салон с кондиционером своего «БМВ», сразу же начинала кружиться голова. Но Инна все же купила все необходимое, а потом три часа своей прекрасной и такой драгоценной молодости убила на то, чтобы приготовить эту проклятую бурду.
Кулинарное творение в результате оказалось в канализации, а Бритый заявил жене, что ей нельзя поручить абсолютно ничего. Без риска, что она все испортит. Инна в долгу не осталась и сообщила Бритому все, что она думает о нем самом и его умственных способностях. В ответ Бритый и произнес ту самую роковую фразу, которая положила начало конца.
– Ты же нигде не работаешь! – проорал он Инне прямо в лицо. – Домохозяйка еще та! Сидишь целыми днями дома, ни хрена не делаешь. Убираться к тебе уборщица ходит. Так ты хоть бы готовить научилась!
Инна справедливо сочла упреки мужа несостоятельными. И тут же решила, что Бритый к ней просто придирается. А раз придирается, значит, Инна перестала его устраивать. Значит, он ее больше не любит, а любит другую. И скорей всего эта другая и готовит проклятый супчик. А никакого друга-то с его рецептом вовсе и не было. Бритый его приплел просто так. Сделав такой вывод, Инна выложила его Бритому и стала ждать ответной реакции.
Бритый в ответ молчал. Молчание мужа потрясло Инну до глубины души. Когда душа вернулась на место, Инна закатила мужу скандал, потом разбила вазу и теперь вот сидела одна в комнате на тахте и думала, как так получилось, что из свободной женщины она превратилась в рабыню этого деспота, который ей еще к тому же и изменяет, судя по всему.
– Золотко, ты еще сердишься? – послышался голос Бритого из коридора. – Я ухожу. Не волнуйся.
Инна открыла рот, чтобы спросить, куда это на ночь глядя намылился ее дорогой муженек, но вовремя спохватилась. Ясное дело, он шел к той стерве, которая готовит супчики как полагается. Инна вцепилась обеими руками в обивку тахты, чтобы не помчаться следом за мужем. Гордость пересилила, и Инна усидела на тахте. Наконец хлопнула входная дверь, и Инна осталась в квартире одна.
Тишина буквально навалилась на Инну, угрожая задушить ее. Посидев минуты полторы, она подскочила на месте, вылетела из комнаты и принялась метаться по квартире в поисках своей сумочки с ключами от двери. Сумочка нашлась минуты через четыре, которые показались Инне длиннее чем иные четыре года. Схватив сумочку, Инна вылетела из дома, захлопнув за собой дверь.
– Сейчас мы посмотрим, – бормотала Инна себе под нос. – Посмотрим и все выясним.
Спустившись вниз на лифте, Инна выскочила во двор и принялась озираться. Через полминуты до нее дошло, что Бритого во дворе нет. Это означало, что он уже успел смыться. Инна выбежала со двора, но и на улице Бритого словно след простыл.
– Уже удрал! – бессильно простонала Инна, взмахнув руками. – Ну надо же!
Возле нее тут же затормозила темно-синяя «десятка» с гостеприимно распахнутой дверью.
– Садись, подруга, подвезу, – раздался из машины мужской голос.
Но Инна была не в том состоянии, чтобы раскатывать на чужих машинах с чужими мужчинами, когда ее собственный куда-то подевался непредсказуемым образом.
– Проваливай! – сердито ответила Инна мужику, пытавшемуся ее закадрить. – Не до тебя. У меня муж пропал!
– Так это не беда! – заржал водитель. – Я его заменю.
Инна с презрением посмотрела на мужчину, у которого на лбу ярко алел огромный прыщ, и быстро пошла прочь.
– Куда же Бритый подевался? – бормотала Инна, входя обратно во двор своего дома. – Машина его тут. А где он сам?
На всякий случай Инна обошла джип Бритого и даже заглянула в окошко на тот случай, если Бритый спрятался от нее в своей машине. Но увы, мужа там не было. Инна почувствовала, как ее снова начинает трясти то ли от злости, то ли от отчаяния.
– Да что же это такое? – пробормотала она. – Так жить больше нельзя! Соберу вещи и уйду.
Приняв такое решение, Инна вошла обратно в дом. Поднявшись к себе на этаж, она остановилась, роясь в сумочке в поисках ключей. Поиски затянулись, так как руки у Инны тряслись, а ключи никак не находились. Неожиданно, пока Инна копалась в сумочке, в коридоре раздался голос Бритого. Инна вскинула голову, но тут же поняла, что Бритый разговаривает не с ней.
– Да, как только она уйдет, я сразу же к тебе, – произнес Бритый.
Сорвавшись с места, Инна на цыпочках подкралась к углу и выглянула. Увиденное поразило ее словно удар молнии. Бритый стоял напротив двери квартиры, где, как отлично было известно Инне, жила смазливая девица лет двадцати двух. Девица была на содержании какого-то упитанного дядечки весьма среднего возраста. Но с недавнего времени, как заметила Инна, дядечка куда-то исчез.
Сначала девица была грустна, но потом оживилась и даже начала поглядывать на Инну как-то со значением и вроде бы даже свысока. И вот теперь Инну мгновенно осенила догадка. Девица нашла себе покровителя побогаче и уж, во всяком случае, помоложе и постройней, чем ее упитанный дядечка. А иными словами – девица вцепилась в Бритого. В ее Бритого! Или уже не ее!
– Вот оно что! – простонала Инна. – Кобель поганый!
Гордость не позволила Инне выскочить из укрытия и вцепиться сопернице в волосы. Инна решила уйти гордо и по-английски. Не прощаясь. Она тихо начала отступать к лифту. К счастью, кабина все еще стояла на их этаже. Инна быстро впрыгнула в нее и поехала вниз. Гнев на изменника мужа терзал ее с такой силой, что, заведя машину, Инна даже не сразу сумела понять, куда она едет. Но постепенно в голове у нее прояснилось, и Инна поняла, что ехать ей, в общем-то, теперь безразлично куда.
– Только к себе домой не поеду, – решила Инна.
Дело в том, что теперь, когда она знала, что мужа ей не видать, что ее место в его сердце заняла какая-то глупая девица, она его знать не желала. И видеть тоже. А к ней домой Бритый мог примчаться сразу же, потому что в своей девической квартирке Инна всегда и пережидала их ссоры. Правда, сейчас Инна сомневалась, что муж захочет ее видеть. Но тем не менее домой Инна не стремилась. Сейчас ей хотелось побыть среди незнакомых людей, и к тому же не мешало бы привести нервы в порядок.
Это мысль пришла Инне в голову, когда она во второй раз выехала на полосу встречного движения. И не потому, что задумалась, – просто ее била нервная дрожь.
– Не погибать же теперь из-за этого кретина! – сказала самой себе Инна. – Если он такой дурак, что предпочел меня этой размалеванной кукле, так пусть ему же будет и хуже.
Это помогло Инне успокоиться, но, честно говоря, очень немного. В данной ситуации требовалось средство посильней. И, как Инна чувствовала, медицинская помощь, чтобы привести расшатанные извергом мужем нервы, ей бы тоже не помешала. И тут в памяти Инны встало очаровательное местечко, где ей довелось побывать. Местечко находилось на берегу Финского залива, там была отличная гостиница со всеми удобствами, которые только придумала цивилизация.
И вокруг кирпичной гостиницы были разбросаны маленькие домики, впрочем, тоже снабженные всем необходимым, начиная от телевизора и кончая кондиционером и камином. Но самая главная прелесть гостиничного комплекса «Санни» заключалась в том, что там Инну никто не знал. Последний раз она была там несколько лет назад. И никто не стал бы приставать к ней с глупыми вопросами, почему она на этот раз снова поссорилась со своим мужем.
– Решено! – воскликнула Инна. – Еду отдыхать в «Санни».
Эта мысль заставила ее вернуться к практической стороне своей идеи. Остановив машину у тротуара и обдумав все хорошенько, Инна поняла, что нужно забрать из дома Бритого хотя бы свою одежду, не говоря уж о такой важной вещи, как деньги. Денег, как Инна убедилась, заглянув к себе в сумочку, у нее было совсем немного. Этот момент следовало немедленно исправить.
Чтобы не столкнуться нос к носу с Бритым, Инна на всякий случай позвонила домой по сотовому телефону. Дома трубку никто не снял.
– Значит, он уже у нее, – прошептала Инна.
Поднявшись к себе на этаж, Инна открыла своими ключами квартиру и прислушалась. Бритого дома не было. Инна прошла дальше, вытянула из шкафа самую вместительную сумку и начала торопливо собирать в нее свои вещи. Смотреть, что именно она кидает в сумку, Инна не стала, потому что то и дело прислушивалась, не идет ли Бритый. Но муж задерживался.
Инна успела туго набить свою сумку, достать из столика деньги, выделенные ей Бритым на хозяйство на месяц вперед. Инна справедливо рассудила, что хозяйство ей в ближайший месяц вести точно не придется, а значит, деньги можно потратить на что-либо более стоящее. Хотя этих денег, конечно, было недостаточно для Инны, которая не привыкла себя в чем-либо ограничивать.
Но у нее была еще одна заначка, которую Инна хранила на всякий случай. Заначка была устроена за батареей центрального отопления. Инна просунула руку и извлекла на белый свет пачку долларов. Сколько именно там денег, Инна и сама толком не помнила. И сейчас, пересчитав их, она с удовлетворением убедилась, что их гораздо больше, чем она думала. Почти три тысячи долларов.
– Неплохо, – пробормотала Инна. – Интересно, когда это я успела столько накопить?
Сунув деньги в боковой карман своей сумки, Инна быстро вышла из квартиры. У нее не было никакой охоты встречаться с ним. Да и вообще Инна в данный момент была твердо уверена, что встретится с ним теперь лишь на бракоразводном процессе.
Сев в машину, Инна прямым ходом отправилась в Зеленогорск. Комплекс «Санни» находился в пятнадцати километрах от этого курортного городка. И Инна добралась до него без малейших проблем, хотя от пережитого нервного возбуждения трясти ее еще не перестало. На место Инна прибыла, когда часы показывали уже десять вечера. Но этот факт Инну ни капли не расстроил. Она по личному опыту знала, в какие незаметные щелочки могут проскальзывать денежные купюры.
Войдя в здание дирекции, Инна посредством тех самых денежных купюр без труда нашла взаимопонимание с дежурной администраторшей. И та без разговоров согласилась поселить Инну, хоть в основном здании с номерами-люкс, хоть в отдельном домике. На личный выбор девушки. Инна прикинула, что сейчас ей, пожалуй, будет веселей находиться среди людей, пусть и за стенкой, и согласилась на номер-люкс.
– Вот и чудненько! – пропела администраторша.
Жизнь на свежем воздухе благотворно сказалась на этой даме. Лет ей было за тридцать. Вся она была словно сдобная булочка. Румяные щеки, пышные волосы, пышная грудь и не менее пышный зад.
– Я вам дам номер с видом на залив, – сказала администраторша. – Хотите? Или есть с видом на лес.
Насчет природы Инне было все равно. Поэтому она согласилась на номер с видом на лес. После этого она направилась к своей машине, куда администраторша прислала шустрого мальчика-носильщика. Инна с радостью передала ему заботу о своем багаже и налегке отправилась обследовать свой номер. Он ее не разочаровал. В нем было две комнаты – гостиная и спальня. В спальне стояла огромная двуспальная кровать, при виде которой Инна едва не застонала, представив на этой кровати ее и Бритого. Но тут же прогнала прочь мысль о муже.
– Отныне я буду с каждым днем думать о нем все меньше и меньше, – твердо сказала самой себе Инна.
Получив свой багаж и избавившись от носильщика, Инна плюхнулась на диван, стоящий в гостиной, зарылась лицом в подушки и горько зарыдала. Прорыдав около часа, Инна поняла, что пора успокоиться. В сущности, с ней ничего ужасного не случилось. Вся она была на месте. Исчез только Бритый.
– Свято место пусто не бывает, – напомнила самой себе Инна.
И, отправившись в ванную комнату, отделанную роскошным испанским кафелем, Инна сполоснула лицо холодной водой, потом сделала себе успокаивающую кожу косметическую маску, посмотрела на свое отражение в зеркале и поняла, что жизнь продолжается. Из зеркала на Инну смотрела красивая девушка с большими голубыми глазами, прямым аккуратным носиком и стильной стрижкой на светлых волосах.
Инна быстро припудрила все еще слегка красную от слез кожу возле носа, веки, потом нанесла поверх пудры румяна и тени, накрасила ресницы так, что они стали длинней и гуще, а потом нанесла кисточкой влажную помаду на свой хорошенький ротик. И, очень довольная, кивнула своему повеселевшему отражению в зеркале.
– Ничего еще не потеряно, – сообщила ему Инна. – Все мое осталось при мне. Плевать на Бритого. Если он такая скотина, что не ценит меня, то в этом мире найдется тьма-тьмущая других мужчин, которые сумеют меня оценить по достоинству.
И перед мысленным Инниным взором промелькнула череда влюбленных поклонников, с которыми она могла отныне делать, что ей вздумается. И никто не будет звонить ей на сотовый, настойчиво интересуясь, где она, черт подери, пропадает. И чем он, Бритый, ее не устраивает, что она изменяет ему с любовником. Звонить в то время, как Инна сидит в кафе с подругой и даже спиртного в рот не берет, потому что за рулем.
В общем, Инна постаралась вспомнить, чем же ее не устраивала ее холостяцкая жизнь, но не смогла. Тогда она попыталась вспомнить, почему же она все-таки вышла замуж за Бритого. И тоже не смогла. Никакой веской причины, кроме сильной любви и жгучего желания всегда и всюду быть рядом с Бритым, у нее тогда не было.
– Очень странно, – пробормотала Инна. – Где была моя голова, когда я позволила этому типу охмурить меня? Но теперь с этим покончено. Любить его после сегодняшнего предательства я больше не могу. А быть с ним просто не хочу. Отсюда вывод – нужно как-то утешиться.
И Инна отправилась вниз в ресторан, чтобы утешиться. Инна натянула на себя свое самое любимое платье. Красное шелковое с открытой спиной и без рукавов. К тому же платье все было отделано мелкими пестрыми перышками какой-то птички. Выходя из своего номера, Инна остановилась, натягивая длинные красные перчатки, которые полагались к платью. И неожиданно услышала из соседнего номера странные звуки.
Определенно там кто-то плакал. Инна потрясла головой, но рыдания не исчезли. Инна еще немного послушала и поняла, что плачет женщина. Минуту спустя плач прекратился. Инна облегченно вздохнула, но в тот же миг за стеной зазвучал мужской голос. И Инна снова насторожилась, потому что мужчина очень грубо орал на кого-то. Скорей всего на ту женщину, которая плакала до этого.
– Ох, кобели проклятые! – вздохнула Инна. – Все зло от вас!
Слов, которые орал мужчина за стеной, ей было не разобрать. Поэтому относительно причины его дурного настроения она ничего предположить не могла. Но почему-то была целиком на стороне плачущей женщины, а вовсе не орущего на эту бедняжку мужлана. Инна нахмурилась, быстро сбегала в ванную за чистым стаканом и приложила его к стенке.
Теперь слышно стало немного лучше. И Инне даже удалось разобрать несколько слов, которые произнес мужчина. На самом деле это было одно слово. Остальных Инне было не разобрать, ругался мужчина азартно, но очень уж неразборчиво при этом.
– Трибунал! Трибунал!
Это было единственное слово, которое разобрала и запомнила Инна. И то только благодаря тому, что мужчина повторял его чаще других, выделяя его особым надрывом в голосе.
– Военный, что ли? – пробормотала про себя Инна. – Но чего он на бабу-то орет?
Кроме того, вскоре в номере что-то упало, а затем снова раздался женский плач, перемежающийся ругательствами мужчины и звуками падающей мебели и звоном бьющегося стекла. Женщина уже не просто рыдала, а визжала от страха.
– Не знаю, – прошептала Инна, – что он имеет в виду и что они там вытворяют, но мне эти скандалы за стенкой не нужны. У меня нервы и так ни к черту. А все из-за мужиков!
И Инна решительно вышла из своего номера, направившись к соседской двери с твердым намерением выместить на соседе все те претензии, которые у нее накопились по отношению к худшей половине человечества. Подойдя к двери, Инна постучала несколько раз. Голоса неожиданно утихли, женского плача тоже больше слышно не было, но дверь Инне никто не открыл. Инна пожала плечами, напомнила себе, что не очень-то с ее стороны вежливо совать нос не в свое дело, и пошла прочь по коридору.
Спустившись вниз, она остановилась возле портье и спросила, кто поселился в сто пятнадцатом номере. Самой Инне достался сто четырнадцатый номер, а сто пятнадцатый был занят плачущей женщиной и орущим мужчиной. Узнав о причине Инниного любопытства, портье как-то подозрительно смутился и покраснел.
– Что такое? – удивилась Инна.
– Тот номер никем не занят, – пробормотал портье.
– Как не занят? – еще больше удивилась Инна. – Я же не глухая. Я слышала в соседнем номере голоса и плач.
– Плач? – насторожился портье.
– Да, женский плач, – кивнула Инна. – И еще звук падающей мебели, насколько могу судить, стула. И звон бьющегося стекла. Наверное, фужеры или стаканы.
Портье еще больше помрачнел, но стоял на своем, что в сто пятнадцатом номере никого быть не может.
– Он не заселен, – твердил он.
Когда портье повторил эту фразу то ли в седьмой, то ли в десятый раз, терпение у Инны лопнуло.
– Позовите вашего начальника! – воинственно заявила она. – Я хочу поговорить лично с ним насчет того, что творится в сто пятнадцатом номере. Если этот тип ее убьет, я не хочу всю жизнь ходить с ощущением вины, что могла спасти ту бедняжку, но не спасла.
Услышав про начальника, портье мигом натянул на лицо маску любезности. И сладким голосом предложил Инне сходить вместе с ним в сто пятнадцатый номер, чтобы лично убедиться, что номер пуст.
– Отлично, – отозвалась Инна. – Вы сами убедитесь, что там творится неладное.
Портье предупредил свою напарницу, что отлучится, взял ключи со стенда и отправился вместе с Инной в сто пятнадцатый номер. Лифт почему-то не работал, поэтому подниматься пришлось по лестнице. Добравшись наконец до сто пятнадцатого, Инна почувствовала, что зря она, пожалуй, надела туфли на тринадцатисантиметровых каблуках.
– Вот сейчас открою дверь, и вы убедитесь, что в номере никого нет, – сказал портье.
– Вы не болтайте, а открывайте дверь, – сердито сказала Инна.
Портье наконец повернул ключ в замке, и они вдвоем вошли в номер. С первого же взгляда стало ясно, что номер был пуст. И не просто покинут на время своими обитателями, а к тому же еще и не заселен. Очень удивленная, Инна прошлась по комнате, пытаясь определить, куда подевались те люди, чьи голоса она слышала. Но так и не смогла.
В номере явно никто не жил. И все предметы в нем были на месте. Ни одной разбитой рюмочки не удалось обнаружить Инне. Да и вообще за тот короткий промежуток времени, который Инна потратила на то, чтобы спуститься вниз, переговорить с портье и подняться обратно, никак не получилось бы привести номер в тот идеальный порядок, который царил в нем.
– Да, странно, – вынуждена была признать Инна. – Никого нет. Никаких следов драки.
У портье было такое выражение лица, словно для него в этом не было ничего удивительного. И именно этого он и ожидал. А Инна все придумала с одной целью, чтобы поиздеваться над ним.
– Вы что же, мне не верите, что я слышала голоса из этого номера? – сердито спросила Инна.
– Может быть, вы слышали голоса из какого-нибудь другого номера? – предположил портье.
Инна собралась было сказать ему про стакан, с помощью которого она пыталась подслушать разговор за стенкой, но вовремя прикусила язык. Такой поступок был явно не в стиле порядочной девушки. Поэтому Инна только и смогла сказать:
– Вероятно, вы правы.
– Но сейчас вам ничего не слышится? – поинтересовался портье. – Никакие голоса или рыдания?
– Сейчас нет, – вынуждена была признаться Инна. – Все тихо.
– Очень хорошо, – сказал портье. – Вернемся вниз? Или вы хотите еще немного побыть в этом номере? Или, может быть, вы хотите в него переехать?
Инна отрицательно помотала головой и направилась к дверям. Портье последовал за ней.
– Скажите, а у вас в гостинице привидения не водятся? – спросила у портье Инна, когда они начали спускаться вниз.
Портье быстро оглянулся на нее через плечо и буркнул:
– Нет!
Затем он опасливо огляделся по сторонам и стремглав помчался вниз, бросив Инну одну на пустой лестнице.
– Странное дело, – пробормотала Инна себе под нос. – Но я же определенно слышала голоса. Не могло же мне это почудиться? Или у меня слуховые галлюцинации на почве нервного расстройства из-за подлостей мужской натуры?
Но увы, никто не смог ей как-то прояснить ситуацию. Свидетелей у Инны не было, и ей самой стало казаться, что все услышанное было плодом ее разгоряченного сознания. И Инна решила, что раз никаких следов крови и трупа в соседнем номере не оказалось, то можно и забыть про странные голоса и шум. Пора заняться в конце концов своими делами.
С этой достойной мыслью Инна и отправилась в ресторан, надеясь приятно провести остаток вечера. Но напрасно она на это надеялась. Погано начавшийся вечер и не подумал исправляться, а становился с каждым мгновением только хуже и хуже. Никаких симпатичных молодых людей, которые могли бы хоть отчасти заменить ей Бритого, Инна так и не увидела.