Монстр в розовых очках

– Эк ты чего вспомнил! – воскликнул дядя Витя. – Костику же тогда двенадцать лет было!

– Люди с возрастом не меняются, – возразил Слава. – Костик вырос, соответственно вырос и уровень его забав. Вы как хотите, а я считаю, что такая выходка вполне в его духе.

– Вообще-то ты прав! – хмыкнул дядя Витя. – Он нас недавно с Милочкой так разыграл, что, наверное, до конца дней помнить будем.

– И как? – против воли заинтересовались Инна со Славиком.

– В тот день, когда это случилось, я вернулся с пробежки раньше обычного, – принялся рассказывать дядя Витя. – В дверь позвонил, но почему-то мне не открыли. Тогда самому пришлось в замках ковыряться. Вхожу тихонько в комнату, смотрю, Милочка крепко спит. У нее такое случается, заснет и пушкой ее не разбудишь. Ну, я осторожно хотел пройти, прокрался в другую комнату, чтобы ее не потревожить. И вдруг слышу какие-то странные крики со двора. Вроде бы меня зовут. Подошел к окну, а там Костик! Представляете, проказник какой. Ползет к нам с соседского балкона по гладильной доске, которая у нас там всегда стоит.

И дядя Витя радостно рассмеялся и продолжил:

– Да и ползет как-то странно. Задом. Представляете, договорился с нашим соседом, чтобы тот его к себе пустил. Хотел тихо на наш балкон пробраться и нас с Милочкой напугать, когда я вернусь. А соседу Александру наплел с три короба, что дверь у нас входная захлопнулась, поэтому через балкон в квартиру войти нужно. А сам Костик уже и маскарадный костюм на балконе приготовил. Оборотня изображать хотел. Ну не дурак ли? Какой может быть оборотень в городе на шестом этаже?

Из всего рассказа Инна уяснила себе, что с этим Костиком определенно не все ладно, да еще услышала фразу про маскарадный костюм.

– Ну да, – повторил Виктор Константинович. – А что тут такого? У Костика мама в театральном ателье работает. Она ему с детства для утренников любой костюмчик подобрать могла. И не нужно было самим пальцы колоть и что-то там из папиросной бумаги и старой бабушкиной одежды выдумывать.

– А когда эта история с вашим Костиком случилась?

– Еще весной, – пожал плечами Виктор Константинович. – Но с тех пор Милочка решительно запретила мне приглашать Костю к нам домой. Так что я с ним не виделся.

– Ты знаешь, где найти этого Костика? – шепотом спросила у Славы Инна.

Тот молча кивнул.

– А какому соседу вы машину продали? – спросил он у генерала.

– Так вот Александру и продал, – сказал генерал как нечто само собой разумеющееся. – К которому Костик обратился, когда нас с Милочкой разыграть хотел. Мы с Александром, можно сказать, по-соседски в приятельских отношениях находимся.

– А можно как-то с ним связаться? – тихо спросила Инна у отставного генерала. – Прямо сейчас? Не дожидаясь вечера?

Эта сладкая парочка: сосед Александр и родственник Костик, – наводили ее на определенные размышления. К тому же один их них, по всей видимости, ездил на сером «Опеле», а второй имел свободный доступ к разным театральным костюмам, что в совокупности показалось Инне весьма и весьма подозрительным. Увы, генерал рабочего телефона своего соседа Александра не знал. И вообще, несмотря на то что они были в приятельских отношениях, о его делах был почти не осведомлен, да и жил один, хотя и довольно часто водил к себе девушек. В разговоре с отставным генералом сосед всегда был вежлив и приветлив. И даже несколько раз пил чай в гостях у Виктора Константиновича.

Попрощавшись с генералом и Милочкой, Слава и Инна с тоской посмотрели на дверь соседа Александра и двинули к Костику. Тот был дома, потому что уже два месяца как не работал. Да и вообще, как поняла Инна со слов Славы, Костик никогда особо работой себя не утруждал, предпочитая перебиваться на те деньги, которые давала ему любящая мама и обожающие Костика девушки. Каким-то образом хитрому парню удавалось отыскивать в толпе многочисленных соискательниц именно такую подругу, на лице которой отчетливо читалось желание положить себя и, разумеется, все свои доходы на алтарь их любви с Костиком. И потому все девушки Костика были вполне счастливы, отдавая своему любимому себя самих, а также свой кошелек полностью и без остатка.

Лично Инна этот период влюбленности, когда хочется отдать всю себя избраннику, уже счастливо пережила в очень далекой ранней юности, когда ничем, кроме денег на школьный завтрак и решенного домашнего задания по алгебре, не располагала. И если алгебры ей было нисколько не жалко, то, поголодав недельку, она все же поняла, что ощущает от своей любви определенный дискомфорт. И отношения у нее с предметом страсти как-то разладились. Но Костику повезло больше, чем Инниной школьной любви. Его девушки так быстро не сдавались.

– К тому же Костику время от времени все же удавалось находить какие-то небольшие халтурки, которые никогда не длятся дольше трех месяцев, – продолжал рассказывать Слава. – Во всяком случае, сейчас я не могу припомнить ни одного случая, чтобы Костик работал дольше.

– То есть, другими словами, этот парень постоянно нуждается в деньгах? – поинтересовалась Инна.

Эта фраза навела ее на еще одну мысль.

– Слава, а не позвонить ли тебе домой? – предложила она.

– Зачем? – вздрогнул мужик. – Там же мама. Она будет расспрашивать. А я пока ничего не могу ей сказать, куда же все-таки подевалась Инесса.

– Если она захочет тебя расспросить, то все равно дозвонится тебе на трубку! – возмутилась Инна его недальновидностью.

Но Слава оказался еще большим чудаком, чем она себе представляла.

– А вот и нет! – с торжеством воскликнул он. – Я телефон отключил! Маме до меня сейчас никак не дозвониться!

Инна некоторое время с укором смотрела на Славу, пытаясь понять, как природа создает таких тупиц.

– Да ты что! Совсем ничего не соображаешь?! – наконец взорвалась она. – Как же похитители Инессы дозвонятся до тебя с требованием выкупа, если ты трубку отключил? И твоя мать тебе позвонить не может. А между тем, может быть, похитители уже звонили тебе домой!

– Так ты думаешь, что Инессу все же похитили ради выкупа? – проблеял Слава.

– Господи! – взорвалась Инна. – А зачем же еще?

– Ну, – задумался Слава. – Я все же склонен считать, что все это шутка.

– Какая шутка? – схватилась за голову Инна. – Почему шутка? Господи, за что ты плодишь таких дураков?

– Ну какой с меня выкуп? – произнес Слава, просто не услышав последней фразы Инны. – Сама рассуди, особых денег у нас нет. Квартиру мы продать так быстро не сможем, еще кредит за нее до конца не выплатили. Дача у нас весьма средненькая, от папы досталась. Машина… Да, машина неплохая. Но все равно больше десяти тысяч за нее не выручишь.

– Только не говори мне, что у тебя в кубышке не припрятано кое-что! – воскликнула Инна. – И не надо при мне прибедняться. Ты что, забыл, я ведь долгое время общалась с твоей женой? Так что мне все ваши покупки известны до копеечки. Не такие уж вы бедненькие. Отдыхать прошлым летом вы ездили не в Турцию или Египет, а в Испанию. И жили там целых двадцать дней в пятизвездочном отеле. Вместе с ребенком! Думаю, что тебе этот отдых встал как минимум тысячи в три. И потом Инесса никогда себе ни в чем особо не отказывала. Ни разу я не видела, чтобы она металась по рынку в поисках купальника или футболки подешевле. На что глаз упадет, то и покупала. Так действительно стесненные в средствах люди не поступают. Уж я-то знаю!

Инка ляпнула и тут же прикусила язык. Совершенно незачем ее новым соседям знать, что она вообще в курсе того, что такое бедность. Сейчас-то у нее, благодаря бизнесу Бритого, все в шоколаде. Но в детстве, когда она сначала осталась без отца, а потом в юности фактически и без матери, потому что та снова вышла замуж и дочь от первого брака с четырнадцати лет предоставила практически самой себе, у Инны случались порой весьма длительные периоды полного безденежья. Так что ее стройная фигура в то время была просто следствием регулярного недоедания.

Но Слава, поглощенный тревожными мыслями о своей пропавшей жене, не обратил внимания на промах Инны. Вместо этого пробурчал, что вообще-то кое-какие сбережения у него, ясное дело, имеются, а потом все же вытащил из кармана трубку и включил ее. Затем позвонил Светлане Евгеньевне и, как и предсказывал, выслушал от нее массу нелицеприятного о себе, о своей жене, которая мотается бог знает где и даже трубку оставила дома, безголовая, и о ее подругах, которые нахально подбрасывают своих детей чужим бабушкам.

– Нет, никто насчет Инессы не звонил, – облегченно вздохнув, сказал Слава. – Мама пока что не в курсе. Так что остается надеяться, что Инесса сейчас у Костика и мы с ним вместе посмеемся над этой дурацкой шуткой.

Инна недоуменно покосилась на мужчину. Если бы она устроила такой розыгрыш, а Бритый бы ее все же раскусил, то вероятно, он наорал бы на Инну, набил морду этому Костику, наплевав, что он его родственник, и потом несколько дней дулся бы на весь белый свет. Может быть, даже временно в качестве наказания ушел бы из семьи к своему приятелю Крученому, у которого обычно и переживал все семейные разногласия. А потом бы все же попытался выяснить, какого черта Инне не хватает в жизни, если она согласилась участвовать в такой глупой шутке. Но вот смеяться бы он не стал. Это уж точно.

– Бедный дядя Витя, – тем временем произнес Слава.

Кажется, мысль о том, что Инессу и в самом деле похитили, как-то упорно не желала внедряться в его сознание. Инна видела, что он до сих пор действительно воспринимает все случившееся как шутку. Может быть, неудачную, но не более того. И если и тревожится, то лишь самую малость. Вот и сейчас, расстраивается, болван этакий, из-за генерала, а не из-за пропавшей жены.

– Не знаю, мне генерал показался настоящим живчиком, – возразила Инна. – Почему ты говоришь, бедный?

– Господи, ты что, еще не поняла, что у него проблемы с головой? – удивился Слава. – Последствия инсульта.

– Какие последствия? – удивилась Инна. – Ты же видел, как он на турнике крутился?

– Физически-то он оправился, – кивнул Слава. – Но вот голова у него так и не просветлела.

– Мне он показался вполне разумным, – пожала плечами Инна.

– Просто ты не знала его раньше, – вздохнул Слава. – Поверь мне, он очень изменился после болезни. Стал легко внушаем. Все эти соки! Раньше дядя Витя и слышать про них не хотел. Единственный не содержащий спирта напиток, который он приветствовал у себя дома, это был «Боржоми», который он хлебал литрами по утрам с перепою. И физкультура! Ты видела, с какой страстью он занимается ею? Уже одно это явно ненормально.

Про себя Инна, никогда в жизни добровольно не ходившая в тренажерный зал или спортивную секцию, вынуждена была согласиться с доводами Славы. Но ведь все люди разные. Некоторым искренне нравится такое времяпрепровождение.

– Но только не дяде Вите! – воскликнул Слава. – И потом, появление у него в доме этой девушки! Ну разве можно приглашать к себе в дом какую-то бродяжку? Мало ли что она хорошенькая и бедненькая? У дяди Вити дома хранятся ценные вещи. Кое-какие драгоценности. Безделушки из Германии. Но это мелочи. А из серьезных вещей у него, например, есть несколько орденов. В том числе и весьма ценных. И коллекция марок, доставшаяся ему еще от его дедушки. Может и украсть, прохиндейка!

– Марки? – переспросила Инна, чтобы хоть что-то спросить.

– Да, дедушка дяди Вити получил коллекцию в наследство от своего батюшки, а тот, в свою очередь, от своего отца. Ты представляешь, сколько могут стоить марки, пережившие революцию, Гражданскую войну и Великую Отечественную?

Инна представляла себе это весьма слабо. Но похоже, Славу этот вопрос здорово интересовал, потому что он начал объяснять Инне, насколько ценна дядина коллекция, с большим энтузиазмом. С энтузиазмом, которого, как не преминула отметить про себя Инна, Славе явно недоставало, когда он вспоминал о том, что его жена, возможно, похищена.

– Да еще пять лет назад дяде Вите предлагали продать и даже не всю его коллекцию разом, а только один кляссер! И угадай, за сколько?

– И за сколько? – спросила Инна, чтобы проявить интерес.

– За пятнадцать тысяч долларов! – воскликнул Слава.

– А сколько там всего у него этих кляссеров? – невольно заинтересовалась Инна.

– Никак не меньше десяти штук! – с большим воодушевлением заверил ее Слава.

Инна даже присвистнула.

– И это при том, что сам дядя Витя марками не увлекается и они у него просто пылятся в письменном столе, – добавил Слава. – Я уверен, он и не знает толком, какие марки у него есть.

– Но почему же он тогда их не продал? – удивилась Инна.

– Тогда ему деньги особо нужны не были, еще жива была его жена, – пожал плечами Слава.