- -
- 100%
- +
Возле стола суетилась старая женщина. Сколько ей лет, вряд ли смог бы сказать кто-либо, кроме нее самой. Лицо в глубоких морщинах, но в зорких черных глазах полыхал молодой и страстный огонь, которому могла бы позавидовать и самая юная девушка. Но спина была по-старушечьи скрючена, и двигалась она, припадая на левую ногу.
На столе были разложены различные травы. Некоторые совсем сухие, другие – сочные и зеленые. Среди них пестрели лепестки цветов, почки каких-то растений, корни. Стол был уставлен баночками и сосудами разной формы и размеров с разноцветными жидкостями.
Готовила старуха явно не суп, не жаркое с приправами и даже не салат. Варево в маленьком котелке, стоявшем на обычной плите, куда старуха время от времени подкидывала то одну, то другую добавку со стола, скорее всего являло собой целебный отвар. С тем лишь отличием, что запах от него шел просто потрясающий, а под конец, когда он загустел и забулькал, так и вовсе дурманящий. Так что стряпухе пришлось даже завязать себе рот и нос черным платком, при этом она бормотала над ним какие-то слова, похоже, заклятия.
Через некоторое время старуха, сняв котелок с плиты, прикрыла его крышкой и тут же включила вытяжку над плитой. И лишь после этого с облегчением сняла с лица черный платок. Окно в кухне было открыто, и через него доносился гул голосов – во дворе скопилось уже много народу. Несмотря на это, старуха занялась другими травами, которые лежали у нее на столе.
Часть из них она растолкла в мелкий порошок, смешала с медом и оставила в таком виде. Другие тоже растолкла, добавила какую-то жидкость и смешала с обыкновенной глиной, которая лежала у нее в блюде с водой, прикрытая влажной тряпицей.
Сделав все это, старуха выглянула в окно, и ее немедленно приветствовал хор голосов на греческом. Старуха покивала в ответ и вернулась к своим делам. К тому времени, как отвар в котелке настоялся и остыл, старуха уже разобралась со всеми травами, которые лежали у нее на столе, и выглядела изрядно уставшей. Но, выпив глоток отвара из керамической кружки, стоявшей на полочке, она словно бы помолодела и стряхнула с себя груз усталости и прожитых лет.
Плотно закрыв за собой дверь кухни, старуха прошла в комнату и открыла входную дверь, через которую немедленно просочился первый посетитель. Это был рослый мужчина, который вел за собой такую же крупную жену. Пара заняла почти все пространство в маленьком доме старухи.
– Мы женаты уже три года, но жена до сих пор никак не беременеет, – краснея, сказал по-гречески мужчина. – Харита, мы слышали, что ты можешь нам помочь.
Старуха посмотрела долгим взором куда-то за спины супругов и сказала, обращаясь к мужчине:
– Сначала устрани несправедливость, которую ты допустил к своему ребенку. Твоя жена здорова и может иметь детей. И они у вас будут. Но вина на тебе. Не упрекай свою жену.
Мужчина, который и в самом деле несколько лет назад отказался жениться на беременной от него, но бедной девушке, а польстился на богатую невесту, покраснел еще больше и начал бормотать что-то об отварах, которыми старуха поднимала с постели даже смертельно больных.
– Не тело твое больно, – сказала ведунья. – Болен твой дух. Исцели свою совесть. Возьми на себя заботы о своем старшем сыне, и вам с женой бог даст еще много детей. Больше мне сказать тебе нечего. Иди! А ты останься, – велела она женщине.
Та покорно осталась, и старуха протянула ей баночку с бурым полупрозрачным отваром.
– Будешь давать своему мужу по одной капле. И он больше никогда не станет заглядываться на других женщин. А вот этот камешек привяжешь к ножке кровати с той стороны, где спит твой муж.
И она дала женщине с виду обычный камешек, подвешенный на красной нитке. Женщина, заплакав, поблагодарила старуху, оставила на столе несколько денежных купюр и ушла. Не успела она выйти, как в дверь вошла следующая пара посетителей. И старуха обратила свой взор прорицательницы на них. Это были два мужчины.
– Харита, наш отец очень болен, – сказал младший из них. – Он совсем не встает с постели и не желает даже видеть никаких докторов. Может быть, ты согласишься навестить его? Мы заплатим тебе любые деньги.
– Вечером, – сказала ведунья. – Ждите меня до вечера. А потом поедем к вашему отцу. Но непременно дождитесь, завтра будет уже поздно.
Мужчины вышли, а после них вошла девочка лет одиннадцати. При виде девочки лицо старой женщины расплылось в улыбке, и она кинулась обнимать и целовать девочку.
– Мы с мамой приехали тебя навестить, – сказала старухе девочка по-гречески. – Мы беспокоились за тебя. Почему ты давно не приезжала?
– Очень много работы, – ответила старуха. – Я приеду к вам в следующие выходные.
– Я видела очередь у тебя во дворе, – сказала девочка. – Нас даже не хотели пускать. Маму так и не пустили, а я проскользнула.
– Ты у меня ловкая, – улыбнувшись, похвалила ее старуха. – А сейчас передай матери вот этот мешочек.
И она дала девочке холщовый мешочек.
– Пусть она рассыплет его содержимое вокруг вашего дома, и человеку, который вам досаждает, будет трудно пробраться к вам, – сказала она.
Девочка взяла мешочек.
– А это для тебя лично, – сказала старуха, протягивая девочке горшочек с медом, смешанным с травами. – Ешь по чайной ложке, и твоя кожа всегда останется чистой. Без прыщей и всех прочих радостей подростковой жизни. Тебе уже пора. Прощай, милая. В следующие выходные я обязательно выберусь к вам в гости.
Она проводила девочку до двери и впустила следующего посетителя.
Глава первая
День начался для Мариши самым безоблачным образом. Во-первых, погода за окном была отличная, и настроение у нее было соответствующее. А во-вторых, на спинке дивана, кресел, стульях и даже на зеркале были развешаны разнообразные обновки, купленные вчера Маришей в магазинах города, но еще толком не примеренные.
Их еще предстояло примерить, и эта необходимость тоже повышала настроение хозяйки. Примерять обновки Мариша обожала. Хотя бы просто для того, чтобы лишний раз убедиться, что действительно хороша собой, а вовсе ей это не просто кажется. И обычно, чем дольше она перед зеркалом примеряла на себя новые шмотки, тем в больший восторг от самой себя приходила.
Ну и самым приятным было то, что Мариша сегодня отправлялась в круиз по Средиземному морю. Да еще к тому же не одна, а в компании своей подруги Инны. Той настоятельно требовался отдых. Она и сама так чувствовала, и мужу своему сумела внушить. Так что тот безропотно оплатил супруге стоимость круиза и велел ни в чем себе не отказывать.
– Даже удивительно, что Бритый так легко тебя одну отпустил, – еще вчера выразила свое удивление Мариша. – Тебе не кажется это странным?
– Легко? – вытаращила на нее глаза Инна. – Ну ты скажешь тоже, легко! Да я его почти год уговаривала, намекала, настраивала и подготавливала. И выбрала такое время, когда он никак, ну совершенно никак не может покинуть Питер. Дела навалились на него все разом. А путевки-то уже куплены, так не пропадать же им? Вот мы с тобой и поедем.
– И он отпустит тебя одну? – продолжала недоумевать Мариша. – В путешествие, где на каждом шагу холостые мужчины?
– Почему же одну? – снова удивилась Инна. – Мы поедем с тобой вдвоем. А тебе он доверяет.
– Хм, – пробормотала Мариша себе под нос. – С чего бы это, интересно знать? Никогда за твоим Бритым особой симпатии к себе не замечала. Напротив, он меня всегда обвинял, что я сбиваю тебя с пути праведного.
Бритый был Иннин муж. На самом деле он уже давно не был бритым, а напротив, носил роскошную шевелюру, подстриженную в лучшем салоне города, но волосы отрастают, стригутся и иногда даже с возрастом выпадают частично или целыми толпами, а вот прозвище остается.
– И сама не знаю, что это на него накатило, – оживленно блестя глазами, сообщила подруге Инна в ответ на ее сомнения. – Но только Бритый сам вчера сказал, что с тобой, Мариша, он меня с легким сердцем хоть на край света отпустит. Что ты такая здоровущая, что ни один мужик меня в твоем обществе обидеть не посмеет.
– Вот хам, – пробормотала Мариша, искренне считающая себя эталоном изящества. – Умеет же твой муж человеку настроение испортить.
– И я о том же! – воскликнула Инна. – Теперь понимаешь, почему мне необходимо отдохнуть от семейной жизни?
– Понимаю, – ответила Мариша.
– А я так рада, что мы едем с тобой! – ликовала тем временем Инна. – Подумай, целых две недели мы будем плыть в открытом море на отличном лайнере со всеми удобствами. Будем причаливать к берегу и осматривать достопримечательности. Лазурное небо, теплое море, масса новых впечатлений! А в свободное от экскурсий время сможем повеселиться – и на берегу, и на борту корабля.
– И что на борту? – спросила Мариша. – Много предстоит развлечений?
– Да уж поверь, – кивнула Инна. – Круиз кучу денег стоит. Бритый всегда старается ухватить самое престижное. Так что запасайся модными тряпками, приводи себя в порядок, уверена, что из плавания ты вернешься уже замужней дамой или в крайнем случае невестой.
– Я хочу тебе напомнить, что я вообще-то уже замужем, – сообщила Инне Мариша.
– Ну какой это муж, который уже почти полгода сидит в Америке? – возмутилась Инна. – Одно недоразумение, а не муж. Если хочешь знать, у него, на мой взгляд, есть лишь одно неоценимое достоинство – он постоянно шлет тебе деньги и не интересуется потом, на что ты их потратила.
– Да, – согласилась Мариша. – Этого у Карла не отнять. Деньги он шлет.
И вот на те самые деньги, которые прислал ей за последние месяцы щедрый Карл, Мариша и отправилась по магазинам, совершенно опустошив прилавки. Зато теперь она могла чувствовать себя совершенно уверенной среди всех этих холостых нефтяных магнатов, владельцев рудников и заводов, которыми, опять же по словам Инны, должен был быть буквально нашпигован лайнер, на котором подруги отправлялись в путь. Вылет к этой волшебной сказке был назначен на сегодня на три часа дня.
До этого времени Марише нужно было еще много чего успеть. В первую очередь отправить свою кошку Дину, ворона и обезьянку Маню в добрые руки своей матери. А Мариша еще не вполне была уверена, что мама согласится взять животных. По крайней мере – всех.
– Опять ты их мне притащила! – таким возгласом встретила Тамара Ильинична свою дочь, которая держала в охапке три переносные клетки. – Куда снова намылилась?
– В круиз, – пропыхтела Мариша. – Я же тебе еще вчера говорила.
– Ничего ты мне про круиз не говорила, – отрицательно покачала головой Тамара Ильинична. – Иначе я бы на несколько дней из дома слиняла и пристраивала бы ты своих животных в другие места.
– Ну, мамочка! – заканючила Мариша. – Кому же я их отдам? И где им будет так же хорошо, как у тебя? Они тебя знают, любят и чувствуют себя ничуть не хуже, чем дома.
– Даже лучше, – подтвердила Тамара Ильинична. – Вконец избаловались. Собаки жрут исключительно котлеты из говяжьей вырезки.
– Вот видишь, как ты о них заботишься! – обрадовалась Мариша. – Так ты их берешь, да, мама?
– А что мне остается делать? – вздохнула Тамара Ильинична. – Но учти, это в последний раз. Сил у меня уже не хватает с такой оравой справляться.
И словно в подтверждение ее слов на Маришу на бреющем полете спустился попугай, а под ноги кинулись две собаки дворовой породы: Белка и Стрелка. Обе были уже не первой молодости и больше всего напоминали толстые сардельки, покрытые мохнатой шкуркой, на нелепо тонких лапках. Наспех приласкав весь зверинец, Мариша поспешно попрощалась с мамой.
– Смотри, не влипни в очередную историю, – со вздохом произнесла Тамара Ильинична, провожая дочь до порога. – Не вздумай изменить там Карлу. Он единственный порядочный человек среди всех твоих бывших ухажеров.
– Ну что ты, мама! – возмутилась Мариша. – Когда это я влипала в истории?
Тамара Ильинична ничего не ответила, потому что слишком хорошо знала бесполезность таких предупреждений. Мариша обладала прямо-таки удивительной способностью привлекать к себе разного рода проходимцев, в которых на первых порах души не чаяла, а потом не знала, как от них побыстрей и с наименьшими потерями избавиться. И, несмотря на поучительный пример их предшественников, уже переместившихся после общения с Маришей на уютное место жительства за решетки камер разных стран, ряды потенциальных проходимцев не редели.
– Как у тебя это получается, ума не приложу? – вздохнула Тамара Ильинична. – Стоит тебе куда-нибудь пойти, и там обязательно что-то случается. А если не с тобой, так с твоими подружками.
– Да что ты, мама! – отбивалась Мариша, рвясь на свободу. – Уже сколько времени прошло с тех пор, как я последний раз что-то такое устраивала. С тех пор…
– Прошло ровно три месяца! – закончила Тамара Ильинична.
– И с тех пор я здорово поумнела, – заверила ее дочь. – И к тому же мы с моими девчонками поклялись друг другу, что больше не будем влезать ни во что подозрительное. За километр обойдем.
– Хотелось бы верить, дорогая. Меня и Анину маму до сих пор бьет дрожь после этой вашей кладбищенской истории, когда вы поперлись закапывать всякую гадость в чью-то могилу.
– Во-первых, не гадость, а пасхальное яйцо! – уточнила Мариша. – А во-вторых, кто же знал, что к этой могиле возникнет такой повышенный интерес у стольких людей. Ну, мама! Чего старое-то вспоминать?
– Ладно, ладно, – махнула рукой Тамара Ильинична.
– И к тому же в этот раз я еду не с Аней и даже не с Юлей, – успокаивающе заметила матери Мариша.
– Юля твоя! – воскликнула Тамара Ильинична. – Тоже мне успокоила! А кто потащился бог знает в какую даль из-за каких-то алмазов? Едва потом назад вернулась. Нет, милая моя. Вся ваша компания внушает мне очень мало доверия. Одна вот Инна, пожалуй… Она хоть замужем.
И Тамара Ильинична покачала головой, показывая, что хоть Инна и замужем, но все же…
– Так я же с Инной и еду! – с торжеством воскликнула Мариша. – Теперь ты довольна? И я тоже замужем!
И прежде чем Тамара Ильинична нашлась, что сказать в ответ, Мариша испарилась, запечатлев на щеке матери сердечный поцелуй и пообещав привезти ей из теплых стран какой-нибудь подарок.
– Только еще одну животину не тащи в дом! – крикнула уже вслед дочери Тамара Ильинична. – Я этого не перенесу! Честное слово!
Но Мариша была уже далеко и маминых слов не слышала. Она спешила домой. Ей еще необходимо было сложить свои вчерашние покупки в чемодан, а также выбрать наиболее любимые вещицы из тех, которые были куплены давно. Однако не успела Мариша приступить к сборам, как планы пришлось спешно корректировать.
В дверь раздался звонок, Мариша помчалась открывать и увидела на пороге свою подругу Инну.
– Ты чего приперлась? Кто за тебя вещи складывать будет? Бритый? – спросила у нее Мариша. – Или мы что, вообще не едем?
– Ты шутишь? – возмущенно воскликнула Инна. – Едем! Конечно, едем! Я за тобой приехала.
И тут в голову Инны вдруг закралась страшная догадка.
– Ты что, еще не собралась?! – завопила она на подругу.
– Нет, – пожала плечами Мариша.
– Ты с ума сошла?! Наш самолет улетает буквально через три часа! А нам нужно еще успеть заехать в кучу мест и сделать кучу дел! Где ты вообще целый день шлялась? Я тебе звоню, звоню, домой звоню, на мобильник трезвоню, а твой мобильник как заколдованный – ни звука. Он что, испортился?
Мариша поспешно глянула на свою «Нокию» и облегченно вздохнула:
– Нет, все в порядке. Просто я на ночь отключаю звонок, чтобы поклонники не доставали. А утром забыла включить. Все твои звонки на месте. Сейчас посмотрим. Ты мне что, пятнадцать раз звонила?!
– А ты как думаешь? – сердито пробурчала Инна. – Должна же я была знать, где ты и что с тобой. И вообще, как там наши планы поживают. Я не понимаю, ты собираешься ехать или так и будем стоять тут и болтать?
– Инна, я не знала, что у нас так мало времени. Ты мне поможешь собраться? – просительно протянула Мариша. – Просто не представляю, что брать с собой.
– Бери все! – быстро решила проблему Инна. – Там разберешься. Например, я так и сделала. Взяла все, что подвернулось под руку.
Послушавшись совета подруги, Мариша начала поспешно пихать в чемодан вещи. В результате у нее набралось даже два чемодана, одна большая сумка на колесиках и еще одна маленькая, которую полагалось нести на плече. Кроме того, у Мариши имелась еще кокетливая дамская сумочка, которую она повесила на другое плечо.
– Рук не хватает, – растерянно призналась Мариша, пересчитав багаж. – Может, что-то оставить дома?
– Чепуха! – возразила ей Инна. – На мой взгляд, ты взяла только самое необходимое. И не забывай, что на лайнере будет полно миллионеров. И ты не должна упасть в грязь лицом. И учти, если ты не привезешь себе из круиза нового мужа, я буду считать, что деньги Карла выкинуты на ветер.
Мариша не стала разбираться в странной логике Инниных умозаключений, а молча схватила оба чемодана, оставив Инне тащить вниз сумки. Закрыв квартиру, Мариша вспомнила, что забыла самую важную вещь – зубную щетку.
– Нет, назад возвращаться не будем! – решительно отказалась Инна. – Купим по дороге, если тебе уж так приспичило тащиться в тысячный круиз с собственной зубной щеткой. Все равно зубные щетки нужно менять почаще.
Внизу подруг уже поджидал «БМВ» Инны, который ей подарил Бритый на какую-то годовщину, причем он регулярно отбирал у супруги ключи от машины, но в результате она вновь оказывалась у Инны.
– А Бритый, что, не поедет нас провожать? – удивилась Мариша.
– Нет, – немного помрачнела Инна. – У него какие-то дела спешно образовались. Я же тебе говорила, что он в последнее время очень занят. Иначе он бы ни за что не отпустил меня в путешествие без сопровождения.
– Угу, – кивнула Мариша. – Не очень обнадеживающий признак, если честно.
– Ты это о чем? – удивилась Инна. – Думаешь, Бритый потерял ко мне интерес и потому отпускает одну? Ну, спасибо, подруга! Нашла время, когда ляпнуть! Вот как я теперь поведу машину, если меня уже всю трясет от твоих слов?
Пока Инна приходила в себя, Мариша с трудом втиснула в переполненный багажник свои сумки и один чемодан. Второй чемодан пришлось поставить в салон на заднее сиденье. К тому времени, когда Мариша закончила воевать с багажом, Инна уже привела нервы в порядок и села за руль.
– Чего ты ждешь? – окликнула она подругу. – Садись, поехали!
В аэропорт они успели вовремя. Зарегистрировались как положено, заплатили за добавочный вес багажа и под недоумевающие взгляды остальных пассажиров сбыли его наконец с рук.
– Извините, вы что, на Северный полюс собрались? – с улыбкой поинтересовался у подруг какой-то нахал.
Те смерили его презрительным взглядом, но наглец не унимался. Выглядел он даже очень неплохо. Вьющиеся светлые волосы, аккуратно зачесанные на пробор. Чисто выбритое лицо, запах дорогого парфюма и купленный явно не на вещевом рынке летний костюм. Опять же ботинки из очень тонкой кожи и часы «Тиссот» внушали невольное уважение к благосостоянию этого человека. Но в данный момент подруг очень мало интересовало, насколько богат или беден их случайный знакомый. Единственное, чего бы они хотели, так это чтобы он унялся и переключил свое бьющее через край внимание на кого-нибудь другого.
Но увы, он плотно прилип к подругам и никак не желал с ними расставаться. За какие-нибудь пять минут он сообщил им о себе кучу подробностей. Выяснилось, что зовут его Михаил. Что летит он в гости к своей невесте, которая хоть и русская, но живет в Греции. И что он просто без ума от нее, хотя ни разу в жизни ее не видел.
– Постойте-ка, – удивилась Инна. – А как же вы с ней познакомились?
– По переписке! – радостно сообщил жених. – У меня есть ее фото. Хотите посмотреть?
И прежде чем подруги успели возразить, он развернул перед подругами целый веер фотографий, на которых была изображена одна и та же черноволосая и черноглазая женщина с длинными волосами и приятным ухоженным лицом.
– Красавица, – сказала Инна, возвращая фотографии счастливому жениху.
– Вы так и в самом деле считаете?! – воскликнул Михаил. – Я вообще-то тоже! Но мне и положено. Ведь я жених. А вообще, мне удивительно повезло.
Подруги сделали еще пару попыток избавиться от своего нового знакомого, но это у них плохо получилось.
– Так куда вы летите? – продолжал вертеться он возле спутниц.
– Как и вы, в Москву, – ехидно ответила ему Инна. – Самолет-то один. Вряд ли он может лететь в разные стороны.
Молодой человек оценил ее юмор и начал так жизнерадостно хохотать, что подругам даже стало неловко.
– А потом куда? – спросил он, промокнув слезы, которые выступили у него на глазах.
– Потом в Стамбул, – буркнула Инна, которая не видела другого выхода, как избавиться от неожиданно свалившегося на голову поклонника, кроме как вступить в диалог.
Неизвестно, по какой причине, но ее ответ привел Михаила в неописуемый восторг. Он даже ногой от восторга забил и замычал, явно не находя слов, чтобы выразить обуревающие его чувства. Мариша с Инной с опаской переглянулись.
– Не дай бог, припадочный! – шепнула Инна. – Хлопот потом с ним не оберешься. Представляешь, вдруг у него в самолете припадок случится?
Но Михаил наконец перестал пыжиться от распирающих его чувств и дал им волю.
– Я тоже! – завопил он на все здание аэропорта. – Я тоже лечу в Стамбул! Выходит, мы с вами попутчики не только до Москвы.
– Мне казалось, что ваша невеста живет где-то в Греции, – подозрительно заметила Инна. – Почему же вы летите в Турцию?
– Оттуда отходит корабль, на котором я собираюсь заехать за моей любимой и совершить с ней путешествие по Средиземному морю, – пояснил ей Михаил. – Очень романтично, вы не находите?
– А как называется ваш корабль? – с опаской спросила у него Инна.
– «Аристотель», – ответил Михаил, и подруги дружно побледнели.
Отведя продолжавшую оглядываться Инну в сторонку, Мариша обратилась к ней:
– Мне так кажется или наш лайнер тоже называется «Аристотель»?
– Тебе не кажется, – хмуро заверила ее Инна. – Именно так он и называется.
– И что, выходит, мы поплывем с этим типом на одном борту? – простонала Мариша. – Мало того, что он будет терзать нас своими рассказами до самого Стамбула, так нам еще и на борту обеспечена его теплая компания?
– О чем разговор? – неожиданно, словно чертик из коробочки, появился за их спиной Михаил.
– Да вот обсуждаем с подругой, как нам повезло, – ответила Мариша. – Мы ведь с ней тоже плывем на «Аристотеле».
Что тут сделалось с Михаилом! Он едва не задохнулся от обуревавшего его чувства восторга. И тут же куда-то умчался.
– Странный тип, – сказала Мариша. – Псих, не иначе.
– Да ладно тебе, – отмахнулась Инна. – Может, он просто возбужден от предстоящего свидания с любимой. И вообще, мне он кажется на редкость непосредственным и добрым человеком.
– Скорее он просто накурился травы, – буркнула Мариша. – Вот из него общительность и лезет.
Инна в ответ ничего не сказала, но снова оглянулась по сторонам.
– А чего ты все время оглядываешься? – спросила у нее Мариша. – Бритого ждешь?
– От тебя ничего не утаишь, – усмехнулась Инна. – Да, жду. Но его нет. Должно быть, он и в самом деле занят.
– Ах, как я рад, что у нас подобралась такая душевная компания! – раздалось над ухом у подруг.
И возле них возник Михаил, который держал в руках три порции мороженого.
– Угощайтесь! – жизнерадостно предложил он подругам. – Я так счастлив сегодня, и мне хочется, чтобы и весь мир был счастлив.
Подруги взяли у него мороженое и принялись задумчиво лизать эскимо, выслушивая одновременно историю несчастной личной жизни Михаила.
– Я был женат два раза, – делился с девушками Михаил подробностями своей биографии. – Первый мой брак был ошибкой с самого начала. Глупый студент, а Света была очень хорошенькой. Просто мечта. Ну, и пошло, поехало. Гормоны, весна, студенческое общежитие… Ну, вы понимаете, я влюбился, и мы поженились. Но очень скоро выяснилось, что у нас с супругой нет ничего общего. Стоило нам вылезти из кровати, как мы становились совершенно чужими людьми и искренне недоумевали, что мы делаем вместе под одной крышей.
– И долго вы с ней протянули? – спросила Мариша.
– Молодость, – задумчиво отозвался Михаил. – Теперь бы я вряд ли выдержал такие отношения больше трех месяцев. А тогда мы прожили три года.
– А потом?
– Потом появилась Алла, – сказал Михаил. – Алла была… Да почему была? Она и есть – совершенно другой тип женщины. У нее были, есть и всегда будут цели в жизни помимо домашнего хозяйства. И эти цели удивительным образом совпадали с моими. Мы говорили с ней на одном языке. К тому же она была очаровательна. Носила платья без рукавов и специально для меня не надевала под них никакого нижнего белья, кроме чулок на подвязках. Ну, вы понимаете, против такого сочетания я устоять не смог. И мы поженились. Свадьба была роскошной. Мы позвали всю нашу фирму, наших друзей, родных. Всего набралось человек сто. Но после свадьбы выяснилось: Алла считала, что верховная роль в семье должна принадлежать женщине. О, нет! Вслух она ничего такого не говорила! Она была достаточно умной женщиной, чтобы понимать, как это больно отзовется на мне. Но понимаете, я каждую минуту чувствовал себя второй скрипкой. Прямо скажу, что Алла была более умной, деловой и хваткой в бизнесе. Пока я за ней ухаживал, это меня только еще больше возбуждало. Но в браке… В браке все оказалось совсем не так. Вскоре меня стало коробить, что она принимает решения, даже не советуясь со мной.