- -
- 100%
- +
После утомительной суеты среди каменных стен душного города Бог послал Лиде приключение в Венском лесу: пригласили друзья, бывшие однокурсники, переехавшие жить и работать в Австрию.
На даче, в тридцати километрах от Вены, гостью принимали по, истинно, русской традиции. Главное блюдо для нашего человека, отдыхающего на природе, это шашлык, приготовленный на углях.
Сосны и ели окружали домик, свежесть и аромат хвои превращали каждый вдох в наслаждение, звенели на разные голоса птицы, голос кукушки, разносившейся эхом по лесу, обещал собравшимся на открытой террасе прожить ещё лет сто, дятел на сосне, как на барабане, аккомпанировал птичьему концерту, короче, «Сказки Венского леса» не в филармонии, а в австрийской глуши.
Хозяин, со студенческих лет, слывший любителем изысканной кухни, в громадных жаростойких перчатках «колдовал» около уличной печи барбекю и забавлял гостью рассказами, как мариновал кусочки баранины в вине и бальзамическом уксусе, добавив паприку, мускатный орех, кориандр, черный перец, чабрец, розмарин, шафран, имбирь, душицу, кумин и тархун.
К основному блюду прилагались овощи: огурцы, помидоры, сладкий перец и травы: веточки укропа, петрушки, базилика, зелёный лук и солёная черемша, которую попросили доставить из России. Как тщательно не упаковывала Лида этот продукт, чемодан пришлось оставить открытым в надежде на то, что дней через десять остатки «благоухания» дикого чеснока, всё-таки, улетучатся.
Пикник начался днём и закончился к ужину. Вечером друзья улетали в Англию. Их гостье предстояло четыре дня прожить одной в лесном раю.
Последние торопливые консультации перед отъездом в аэропорт свелись к объяснению, чем кормить и как общаться с гордостью коттеджа, шикарным котярой рыжего цвета, с кисточками на кончиках ушей, державшимся солидно и высокомерно, как аристократ голубых кровей, коим он и был, на самом деле, среди прочих котов.
Акцентировали внимание гостьи на нескольких мусорных баках, отличавшихся, один от другого, назначением и цветом.
– Только не оставляй ничего съестного на улице, – сказал на прощание приятель, – клади в контейнер для биологических отходов.
Оперативно собрав со стола тарелки и бокалы и поместив их в посудомоечную машину, Лида помедлила, глядя на шашлык из баранины:
«У нас не выбрасывают такую ценную вещь».
Франц, так звали рыжего представителя дорогой породы, не догадывался, что съедобной может быть иная пища, кроме той, которую он получал из пакетиков от популярной фирмы, производящей корма для животных.
«Возможно, другие коты в этой деревне, не имеют знатного происхождения и не откажутся от угощения», – подумала Лида, убрала в холодильник часть шашлыка для себя, остальное сложила в большую керамическую кошачью миску и выставила в садик перед кухней.
Насчёт остатков овощей и трав тоже возникли сомнения:
«Зачем, живя в лесу, выбрасывать траву в специальную ёмкость?».
Приятель показывал ей яму, которую выкопал в саду для посадки деревца абрикоса.
Лида вспомнила уроки ботаники или биологии в школе и отправила растительную пищу в углубление в земле, решив, что из неё образуется полезный перегной.
Стемнело. Женщина легла в спальне на втором этаже, предварительно поставив фумигатор и открыв балконную дверь, дабы во сне вдыхать свежий воздух.
«Всё удобно, как в городе, но качество жизни совсем иное», – это была последняя мысль перед тем, как заснуть.
Пробуждение оказалось ранним.
Как только начало светать, лес Штрауса включился на полную громкость. Нежные голоса птичек перекрывал громкий, возмущённый голос вороны, летающей над домиком.
Птица ругалась и кричала надсадно, неприлично для тихого раннего утра.
Лида спустилась на первый этаж выпить воды, посмотрела в окно кухни.
Шашлык, всё ещё, лежал в тарелке, но не остался незамеченным. Небольшой изящный зверёк, которого впоследствии Лида опознала в интернете, как куницу, исполнял вокруг миски танец или странный ритуал.
Посредством пластических упражнений он, видимо, решал вопрос, является ли то, что привлекло его внимание, едой.
С одной стороны, чутьё подсказывало, что перед ним мясо, однако, обилие посторонних ароматов сбивало с толку. Он подкрадывался, почти ложился на землю, но приблизившись, казалось, получал сильнейший удар резким запахом в нос, взмывал вверх и приземлялся в метре от тарелки, при этом тельце его и хвост извивались, потом снова начинал приближаться к цели, и, вдруг, делал несколько грациозных прыжков назад, взмахивая хвостом и превращаясь в плавную ленту, похожую на ту, с которой спортсменка выполняет гимнастические упражнения, только лента, в этом случае, была меховой.
Шашлык, или поведение куницы, или что-то другое возмутило ворону. Она летала низко и бранилась мерзким голосом.
Лида решила подождать, чем закончатся экзерсисы зверька и негодование птицы.
Ветвь громадной ели, свешивающаяся над садиком, закачалась, хотя ветра не было.
Присмотревшись, Лида заметила на ней бельчонка, он тоже наблюдал за происходящим, перепрыгивая с ветки на ветку, скрываясь, иногда, в зелени дерева так, что о движении его можно было догадаться только по шевелению еловых лап.
Появился кот, серый, пушистый, с хвостом непривычной окраски. Он прошёл по садику и уселся в кустах. Разглядев мордочку, Лида поняла, что это не кот, а другое животное, похожее на енота. «Полоскун» – так называют его из-за манеры окунать еду в воду перед тем, как её съесть. Ниже этого садика протекал ручей. Возможно, аккуратный любитель чистой пищи задумался, в состоянии ли он отмыть мясо «с душком», а, может быть, ему любопытно было, попробует ли его куница.
Понаблюдав за неожиданными гостями, собравшимися в раннее утро на территории дачи, так и не дождавшись момента, когда шашлык будет съеден, Лида, зевнув, отправилась в спальню. Пять часов утра – не самое удобное время для зрелищ.
В начале девятого под балконом её спальни сказали: «Мяу». Это было не просьбой, а приказом или предупреждением. Женщина сообразила, что рыжий подопечный вернулся домой.
Быстро накинув халат, спустилась в кухню, открыла дверь. На коврике в позе копилки, распушив прекрасный хвост, сидел «владелец поместья», рядом с ним лежал труп птички со свёрнутой шеей и тело мышки без головы.
«Охота – любимое занятие аристократов», – вспомнила Лида классику, и, в соответствии с указаниями хозяев, громко произнесла хвалебную речь Францу, хотя, если быть честной, пернатую жертву ей было очень жаль.
Котяра милостиво, как само собой разумеющееся, принял её восторг и соизволил войти в дом.
Мышка и птичка – неплохой завтрак для рядового представителя кошачьих, но «его светлость» ожидали другой трапезы.
Удовлетворив из дорогих пакетиков запросы Франца, Лида обратила внимание на то, что тарелка, где лежал шашлык, пуста.
Куница ли, енот ли, лиса или другой зверь «разъяснили» диковинное угощение, так и осталось тайной уходящего утра.
Женщина вышла прогуляться по траве и неожиданно обнаружила в яме, куда отправила растительные отходы, два колючих существа: взрослую ежиху и детёныша. Малыш спокойно закусывал свежим огурцом и травой, пропитанными ароматом дыма и маринованной баранины, а мамаша бегала вокруг, не вполне понимая, как случилось такое несчастье, что, привлечённые странным «благовонием», они угодили в яму, и не знала, каким способом из неё выбраться. Когда несчастная мать увидела, что за ней наблюдают сверху, скорость её бега по кругу увеличилась.
Как гостеприимный человек, Лида вернулась в дом, наполнила блюдечко молоком и, наклонившись, поставила его перед ёжиками. Расстроенная мамаша не притронулась к угощению, а, не испытывающий беспокойства сын, принялся за молоко.
Подождав, пока он насытится, Лида пошла в гриль-домик, надела громадные толстые перчатки, при помощи которых хозяин поворачивал шампуры на огне, достала из ямы два колючих шарика, в которые тут же превратились её гости, и отправила их в лес.
Пахучие отходы пришлось переместить в ёмкость для био отходов, чтобы другие зверьки не попались в ловушку.
Ближе к вечеру женщина отправилась на ферму, располагавшуюся на холме, минут тридцать ходу вверх, друзья рекомендовали купить там свежие продукты.
Других пешеходов не было, изредка проезжали машины. Вдоль дороги тянулся малинник, Лида вошла в него и вздрогнула, в метре от неё стояла лань, которая, наверное, тоже любила ягоды. Трудно сказать, кто из них удивился больше, но животное резко повернулось и взлетело над землёй так, как будто сила притяжения на него не действовала.
Следующий сюрприз ждал Лиду на ферме, им оказались яйца, полученные от гуляющих на воле курочек всевозможных пород. В отличии от тех, что продают в магазинах, продукты были разных размеров и оттенков, походили на отшлифованные камешки: коричневые, светло-бежевые, белые и серо-голубые.
Стоила инсталляция – четыре евро за десяток. Лида приобрела упаковку, как художественное произведение.
Потом ей довелось познакомиться с крупными величественными коровами рыжеватого окраса, умными и невозмутимыми, дисциплинированно, не торопясь, жующими траву в стойлах, гарантирующими высокое качество молока, которое Лида и получила в соседнем сарае, опустив в автомат «еврик» за литр и нажав чёрную кнопку.
За животными ухаживала женщина, выглядевшая и одетая в соответствии с её работой, у неё было наивное лицо человека, интересы которого не выходили за границы холма, на котором располагалось хозяйство.
Крестьянка подняла глаза на даму в модном полосатом костюме из хлопчатобумажной ткани, кокетливой шляпке, больших, дымчатого цвета, очках и сказала что-то приветливо.
Лида легко объяснялась на английском, но знание немецкого сводились к нескольким фразам, поэтому ответила:
– Guten Abend, – возможно, невпопад.
Работница фермы от удивления наклонила голову на бок, не понимая, как оказалась иностранка без машины высоко на холме, куда покупатели добираются обычно на авто.
Лида же принялась соображать, чем угостить уважаемых коров, но внимание её переключилось на свинью за забором, напротив сарая, не розовую, как в наших хозяйствах, а серую, похожую на кабана, спокойно гуляющую по небольшому разрытому картофельному полю. Отвисшие соски говорили о наличии у неё потомства.
Подумав, что пища в виде картофеля – однообразна, женщина посочувствовала хрюшке и решила в следующий приход «пожертвовать» ей остатки собственного шашлыка.
Лида имела кандидатскую степень, вела в университете курс «Вопросы макроэкономики», считала себя неглупой и успешной, была уверенна в каждом своём поступке.
Скромной фермерше из австрийской провинции не приходилось напрягаться над сложными науками, но за микроэкономику своего хозяйства она испугалась, когда случилось непредвиденное: достойная мать поросят принялась крутиться от удивления, подобно ежу или кунице, после того, как взрослый приличный человек предложил ей попробовать круто проперчённое, ароматизированное пропитанное вином и уксусом, сдобренное многочисленными специями, черемшой и другими травами, русско-кавказское яство, приготовленное для пикника.