Города под парусами. Ветры Забвения
- -
- 100%
- +
Змея скользнула выше, намереваясь обернуть еще одно кольцо вокруг груди Джапа. Но вовремя подоспевший Энгель-Рок схватил змею возле головы и дернул так, что Джап крутанулся на пятках, как веретено. Энгель-Рок перехватил тело змеи второй рукой, вскинул ее над головой и отшвырнул подальше в кусты.
– Ух! – только и смог сказать обалдевший от всего случившегося Джап.
– Собрались, парни! – сказал, обращаясь ко всем сразу, Энгель-Рок. – Это вам не Зей-Зона! Станете ловить ртами мух, вас тут сожрут за милую душу! Так что и вякнуть не успеете!
– Это точно, – подтвердил Джап. – Вякнуть можно не успеть.
Прихватив оружие, воду и снаряжение, что могло пригодиться в пути, ветроходы двинулись было в направлении центра острова.
Однако сделать это оказалось труднее, чем сказать.
Раздвинув ветви дерева, под сенью которого они высадились на берег, ветроходы узрели пред собой первозданные заросли.
– Готов поспорить, это то самое место, про которое говорят: «Здесь никогда не ступала нога человека», – мрачно изрек Финн МакЛир. – Здесь ей просто негде ступить.
Деревья, конкурирующие друг с другом за свет, старались расти как можно быстрее, поэтому стволы их были тонкими и голыми. Они сплетались между собой, подобно гигантским змеям, пытающимся задушить друг друга в смертельных объятьях. Там, где меж стволами оставалось хоть небольшое свободное пространство, торчали уродливые кусты, похожие на кучи мусора. Листья на них были совсем маленькие, размером с полногтя, желтые, темно-красные и фиолетовые. Зато шипы размером с мизинец. Сверху свешивались тяжелые петли лиан, на которые будто зеленые мочалки были накиданы.
– Доставайте тесаки, парни, – скомандовал Энгель-Рок.
– Э-э-э… – озадаченно протянул Гай Хольц.
– Что? – обернувшись, посмотрел на него Энгель-Рок.
Хольц стянул с головы оранжевую кепку с длинным козырьком, которой он обзавелся в городке на корме, и озадаченно поскреб ногтями затылок.
На тулье кепки был изображен герб Корнстона – кот с короной на голове и с часами на цепочке, которую он держал в правой лапе. И надпись: «Не теряй время!» – Это был девиз города. А кота звали Мао.
– Я, конечно, извиняюсь, господин офицер Энгель-Рок, – начал Хольц.
– Просто Энгель-Рок, – перебил его здоровяк. – Так проще и короче.
– Разумеется, господин офицер…
– Я что, похож на офицера? – рявкнул Энгель-Рок.
Гай Хольц уперся в него непонимающим взглядом.
– Ладно, – махнул рукой Энгель-Рок. – Говори, что хотел сказать. Обращение пропусти.
– Ага, – быстро кивнул Хольц. – Так вот, мне кажется, что мы здесь только зря время потратим. Чтобы прорубить проход через этот лес, нужна бригада профессиональных лесорубов, с топорами и пилами. Да и тем работы будет на декаду.
Энгель-Рок усмехнулся, выхватил из-за пояса тесак и с одного взмаха перерубил ствол дерева. Ударив по стволу еще раз, повыше, он кинул обрубок Хольцу.
Твердым у дерева был только внешний слой коры, толщиной не больше пяти миллиметров. То же, что находилось внутри, имело пористую, губчатую структуру. Когда Хольц надавил на нее пальцем, образовалась вмятина, тут же заполнившаяся водой.
– Эти деревья растут по краям острова, – сказал Энгель-Рок. – Толщина грунта здесь небольшая, глубокие водоносные слои отсутствуют. Поэтому, когда остров попадает в грозовой фронт, деревья запасают воду впрок.
– Откуда ты все это знаешь? – спросил Джап.
– Книжки читаю, – ответил Энгель-Рок.
Взявшись за тесаки, ветроходы начали прорубать проход.
Пара, работающая тесаками, шла впереди. Остальные двигались следом, внимательно глядя по сторонам. Через некоторое время шедшие сзади сменяли тех, кто впереди.
Дело продвигалось быстро. И местная живность ветроходов почти не донимала.
Однажды Пармезан увидел большого зверя, с ног до головы утыканного длинными черно-белыми иголками. Зверь что-то сосредоточенно выкапывал из-под корней дерева и был настолько занят делом, что даже не смотрел в сторону людей.
В другой раз Финн увидел быстро бегущее меж деревьев нечто, напоминающее по форме гриб. Только у этого гриба были ноги, которыми он очень быстро перебирал, и руки, которыми он отталкивался от стволов деревьев, чтобы не налететь на них. Поскольку его люди тоже не интересовали, Финн решил не обращать внимание остальных на странное существо.
Осторожность следовало проявлять, берясь рукой за ветку или ствол дерева. Об этом Энгель-Рок заранее предупредил спутников. На ветке могла отдыхать маленькая, но смертельно опасная зеленая змейка. Если схватить ее, она поступит как всякое напуганное существо – укусит. На стволах, в складках коры, прятались насекомые, последствия тесного контакта с которыми также могли оказаться крайне неприятными. Так, например, укус гигантской сколопендры хотя и не смертелен, зато крайне болезнен. А укус красного скорпиона парализует руку на несколько часов. Также Энгель-Рок посоветовал не касаться свисающих с лиан зеленых мочал – это растение имело стрекательные клетки.
Примерно через час деревья с губчатыми стволами закончились и начался самый обыкновенный лес. С деревьями, раскинувшими ветви во все стороны, с палой листвой, шуршащей под ногами. И с притаившимися на ветвях душителями.
Да уж, с этими тварями ухо приходилось держать востро. В отношениях с ними расклад был предельно прост – либо ты первым заметишь душителя и снесешь ему голову мечом, либо он схватит тебя за шею и вздернет, как висельника. Пытаться обойти душителя стороной было пустой затеей – на соседних деревьях сидели такие же кровожадные твари.
– Справа, Джап! – крикнул Финн.
Боец стремительно развернулся, держа меч перед собой.
Собираясь схватить его за шею, душитель выбросил вниз две длинные, черные руки. И тут же поплатился одной из них.
Финн поднял отрубленную кисть душителя, внимательно осмотрел и хлопнул ею по груди Метаброда. Ладонь прилипла к синей ветровке и осталась висеть, словно приклеенная.
– Ты чего творишь? – Сай дернул мертвую кисть, но ему не удалось отодрать ее от ветровки.
– Здорово, да? – улыбнулся Финн.
– Сними ее, гола-хола, – обиженно выпятил нижнюю губу Сай.
Финн взялся за кисть душителя, сначала повел ее немного вверх, а затем резко дернул на себя.
Кисть отлепилась от ветровки Сая. При этом раздался треск, как будто ткань порвалась. Однако ветровка осталась цела.
– Что это за фигня? – насупился Сай.
Финн протянул Метаброду отрубленную кисть. Тыльная сторону ладони была сплошь покрыта мелкими крючочками.
– Да, с таким лучше за руку не здороваться, – сказал, глянув Саю через плечо, Гай Хольц.
– Гадость! – Сай кинул кисть душителя подальше в кусты.
– На фиг выкинул? – спросил недовольно Хольц.
– А зачем она нужна?
– С собой хотел взять, ребятам показать.
– Ну, попроси Джапа, он тебе еще настрижет.
Джап рубил мечом направо и налево. Быть может, техника у него была и не самая виртуозная, зато удар поставлен отменно. Глядя на его работу, Энгель-Рок мысленно сам себя хвалил за то, что взял Джапа в группу.
– Слушай, Финн, – обратился к МакЛиру Пармезан. – Ты ведь не против, что я называю тебя просто Финном?
– Я и есть просто Финн, – усмехнулся МакЛир.
– Ну, ты теперь офицер МакЛир, второй помощник капитана…
– Только потому, что в команде не хватает офицеров.
– То есть ты думаешь, что после того, как мы вернемся из рейса?..
– Сначала нужно вернуться.
– Ты думаешь, капитан Ван-Снарк не оставит тебя и Энгель-Рока на офицерских должностях?
– У капитана и без того могут быть серьезные проблемы из-за того, что он самовольно произвел ветроходов в офицеры.
– Финн прав, – отрубив голову очередному душителю, Энгель-Рок резко взмахнул тесаком, чтобы стряхнуть с него кровь. – В офицерской школе преподают очень влиятельные люди.
– А при чем тут офицерская школа? – не понял Метаброд.
– Офицерская школа готовит новых офицеров для всех городов под парусами. Если каждый капитан станет назначать ветроходов на офицерские должности, выпускникам офицерской школы трудно будет найти работу. А если выпускники будут оставаться без работы, то мало кто захочет поступать в офицерскую школу.
Энгель-Рок сделал паузу, чтобы раскроить череп оскалившемуся на него душителю.
– И что с того? – спросил Метаброд.
– Сам прикинь. Меньше учеников – меньше доходов. Вот и вся арифметика. Именно поэтому офицерская школа считает истинными офицерами только тех, кто ее закончил.
– Ну и пусть себе считает. Нам-то что за дело?
– Нам – никакого. А капитана Ван-Снарка могут лишить офицерского звания и отправить под трибунал. Чтобы другим был урок. Поэтому, когда вернемся, мы с Финном снова станем ветроходами. И лучше бы, чтобы никто вообще не знал о том, что мы были офицерами.
– Слухи все равно поползут, – заметил Джап.
– Разумеется, – согласился Энгель-Рок. – Да только слухи они и есть слухи. Мало ли о чем болтают в кабаках подпившие ветроходы.
– Жизнь – сплошная несправедливость, – философски изрек Пармезан.
И занес ногу, чтобы на ходу ударить большущий, размером с хороший арбуз, только абсолютно белый гриб-дождевик.
– Стоять! – обернувшись, рявкнул на него Энгель-Рок.
Да еще и тесак в его сторону выставил.
Анатоль так и замер с занесенной ногой.
– Ты чего?.. А?.. – спросил он испуганно.
– Чего?
Энгель-Рок схватил только что срубленную Джапом голову душителя – тела этих тварей даже мертвые так и оставались сидеть на ветках, вцепившись в опору сильными задними лапами, – и кинул ее на гриб.
Едва голова коснулась гриба, как тот превратился в бесформенную, грязно-коричневую, будто пузырящуюся изнутри массу. Из недр ее выскользнули три щупальца с зубастыми челюстями на концах, которые, скалясь друг на друга, принялись обкусывать кожу и мясо с головы.
– Чак вар! – с отвращением выругался Метаброд.
– Еще раз предупреждаю, парни, будьте внимательны, – сказал Энгель-Рок. – Мы тут не на прогулке.
– Понял, Энгель-Рок! – вскинул руки Пармезан. – Теперь точно понял!
Он посмотрел на мимика, челюсти которого уже крошили кости черепа душителя, явно намереваясь добраться до мозга. И просто представил, что на месте головы могла оказаться его нога. Впечатление было чрезвычайно яркое и освежающее.
– Что мы вообще тут ищем? – спросил Джап, когда они двинулись дальше.
– Ищем предмет, который укажет нам путь к сокровищам, – ответил Энгель-Рок.
Джап положил меч на плечо.
– Как он выглядит?
– Не знаю.
– И как же ты собираешься его искать?
– У меня на сей счет имеются четкие указания.
Джап косо посмотрел на Энгель-Рока и усмехнулся.
– Не хочешь рассказывать, – сказал он. – Понимаю.
Энгель-Рок удивленно вскинул брови.
– Чего мне таить? Сам все увидишь, когда придем.
– И долго нам еще идти?
– Вот этого я точно не знаю.
Джап махнул мечом, намереваясь отсечь потянувшуюся было к нему сверху руку. Но не успел – рука скрылась в листве. Как будто притаившийся на дереве душитель почувствовал опасность.
– Странно, – Джап почесал пальцем шрам на щеке. – Прежде они никогда не прятались.
– Может, учатся? – предположил Финн.
– Глядя на то, как мы отрубаем головы их сородичам? – усмехнулся Джап.
– А почему бы и нет? – пожал плечами Финн.
Джап внимательно посмотрел на рыжего Финна, которого теперь следовало называть «господин офицер МакЛир». Ему все время казалось, что в том, что говорит рыжий Финн, есть какой-то второй слой. Как масло на куске хлеба, поверх которого намазан джем или положен ломтик сыра. Ты не видишь масла, но чувствуешь его вкус. Вот так же и с речами Финна – Джап чувствовал, что слова, которые он произносит, означают что-то большее, чем кажется на первый взгляд. Вот только что именно – этого Джап понять не мог. Не мог, как ни силился. А напрямую потребовать от Финна ответа было как-то глупо. Ну, в самом деле, что Джап мог от него потребовать? Чтобы он объяснил смысл своих слов? Получалось, что Джап сам настолько туп, что не в состоянии понять простые, всем понятные слова?..
Нет, Джап не собирался выставлять себя дураком.
Глава 2
Серьезно ли думал Финн, что душители способны учиться на чужих ошибках, или же просто пошутил? Как бы там ни было, факт оставался фактом – мерзкие твари все реже нападали на людей. Отдельные попытки схватить кого-нибудь за шею скорее были похожи на разведку. Душитель как-то робко и нерешительно вытягивал лапы с растопыренными пальцами в направлении человека, но, как только тот совершал какое-нибудь резкое движение, тут же отдергивал их, сжимался в комок и превращался в черный, с виду безжизненный нарост на ветке дерева. Большинство же душителей так и оставались прилипшими к веткам, никак не реагируя на появление людей. Как будто надеялись, что люди не заметят их и пройдут мимо.
Несмотря на это, под пологом леса расползалось все более явственно ощутимое напряжение. Все его обитатели будто ждали чего-то, что непременно должно было случиться. Причем в самое ближайшее время. Птичьи крики в листве умолкли. Лишь время от времени раздавался отрывистый, хриплый клекот, похожий на предупреждение об опасности. Такие звуки издавали большие, размером в полтора локтя птицы с черно-желтым оперением и массивным, загнутым вниз оранжевым клювом, равным примерно половине длины туловища птицы. Удивительным казалось, что птице с таким клювом удается не то что летать, а даже просто сидеть на ветке. Казалось, клюв непременно должен был перевесить и воткнуться в землю, когда, увлекаемая его тяжестью, птица сверзится с ветки.
На пятом часу похода людям наконец-то встретился настоящий противник. Настолько большой и сильный, что он даже и не думал прятаться или прикидываться кем-то другим. Он стоял, грозно расставив мощные, когтистые лапы, по-королевски высоко вскинув голову на короткой шее. Зверь был похож на самую обыкновенную, невзрачно-коричневую ящерицу, выросшую до чудовищных размеров. Даже не выпрямляя согнутые лапы и не отрывая брюха от земли, он мог прямо смотреть человеку в глаза. Хотя для того, чтобы заглянуть в глаза Энгель-Року, зверю все же пришлось бы встать на цыпочки. Если, конечно, ящерицы умеют вставать на цыпочки. Тело гигантской ящерицы было покрыто плотной, ровной, аккуратно уложенной чешуей. Длинный, толстый хвост извивался, разбрасывая в стороны палую листву. Изо рта то и дело выскальзывал розовый, по-змеиному раздвоенный на конце язык. От ящерицы исходил пряный, мускусный запах.
– Никогда не думал, что ящерицы пахнут мускусом, – шепотом произнес Метаброд.
– Он недавно съел мускусного оленя, – так же тихо ответил Энгель-Рок. – Поэтому он еще не набросился на нас.
– Ты уверен, что это не ящерица, а ящер? – спросил Финн.
– Это – варан, – ответил Энгель-Рок.
– Я видел варанов, – возразил Гай Хольц. – Они не больше метра в длину. Вместе с хвостом. А в этом – метров семь.
– Больше, – не согласился с явно заниженной оценкой Пармезан.
– Это – гигантский варан, – уточнил Энгель-Рок.
– А в чем разница? – спросил Пармезан. – Между ящерицей и вараном?
– Вообще-то, никакой, – сказал Энгель-Рок. – Ящерица – она и есть ящерица.
– Только эта может запросто сожрать любого из нас, – заметил Джап. – А, может, и не одного.
– Ну, и что будем делать?
– Я слышал, что ящерицы видят только движущиеся предметы.
– Это лягушки.
– А ящерицы?
– Ящерицы видят все, что им нужно.
– Если он зверски голоден, может быть, попробуем обойти его стороной?
– Даже будь он сыт по горло, я бы все равно предпочел обойти его стороной.
Неожиданно варан припал к земле, вытянул шею вперед и разинул пасть – которая, как и ожидалось, оказалась изрядно зубастой, – сделавшись похожим на дракона, который вознамерился извергнуть из своей глотки огненное облако. А может, только завтрак, который оказался несвежим. Но вместо этого из пасти варана вырвался очень необычный звук, в котором слились воедино кашель простуженной кошки, волчий вой и орлиный клекот. Все вместе это было похоже…
– Так орал боцман Индуль-Керке, когда напивался в стельку, – сказал Пармезан. – Я служил вместе с ним в Бло-Эверли.
Остальные согласно закивали.
Никто из них не был знаком с боцманом Индуль-Керке из Бло-Эверли. И, уж точно, никто не слышал, как он орет, напившись в стельку. И тем не менее сравнение Пармезана всем показалось исключительно точным.
Варан потряс головой, стрельнул три раза раздвоенным языком и уставился на людей немигающим взглядом.
– Так все же, что будем делать?
– Давайте попробуем медленно отойти назад, – предложил Финн.
Предложение всем понравилось.
Люди осторожно сделали три шага назад.
Варан на столько же продвинулся вперед.
И снова, вытянув шею, закричал голосом пьяного боцмана Индуль-Керке.
– По-моему, он хочет пообщаться, – сказал Гай Хольц.
– Да? – Джап пошевелил пальцами, держащими рукоятку меча, что лежал у него на плече. – А что, если я его мечом пощекочу?
– Не валяй дурака, – осадил забияку Энгель-Рок.
– Снизу всажу меч в челюсть, – продолжал гнуть начатую линию Джап. – Пробью череп и прямо в мозг острие.
– А если не попадешь?
– Куда?
– В мозг.
Джап самодовольно усмехнулся – этот прием был хорошо ему знаком и опробован не один раз.
– У этой ящерицы мозг размером с орех, – объяснил Энгель-Рок.
– Ты шутишь? – недоверчиво прищурился Метаброд.
– Если не веришь, можешь сам проверить, – сделал приглашающий жест рукой Энгель-Рок.
Ящер одобрительно рыкнул.
Ситуация казалась патовой.
Варан вроде бы не собирался есть людей. Во всяком случае, он не собирался делать это прямо сейчас. Но при этом и не желал их отпускать. На каждое их движение он отвечал точно таким же ответным ходом.
Продолжаться это могло до бесконечности.
Или же до тех пор, пока варан не проголода- ется.
Как вдруг со стороны – а именно, из-за дерева, растущего чуть в стороне от места событий, – раздался прерывистый, но частый барабанный бой. Кто-то очень усердно и так же неумело молотил палочками по детскому жестяному барабану.
– Что за черт? – растерянно произнес Пар- мезан.
Остальные промолчали потому, что могли сказать только то же самое. Притом что смысла в повторении не было никакого. Всем и без того было ясно, что происходит нечто странное, что можно было охарактеризовать лишь словами «Что за черт?». Что, собственно, уже и сделал Пармезан.
Впрочем, если бы времени было достаточно, кто-нибудь непременно повторил вслед за Анатолем: «Что за черт?» Однако прежде чем кто-нибудь решился на это, из-за дерева появилось странное существо.
Хотя сказать «странное» в данной ситуации все равно что ничего не сказать. Все равно что про варана сказать, что он здоровый, или про душителя – что он мерзкий. Все дело в том, что существо, появившееся из-за дерева, действительно было странным. Но странным оно было настолько, что его нельзя было назвать просто странным. Если уж пытаться как-то его охарактеризовать, то можно сказать, что оно было до невозможности странным.
Судите сами.
Это было маленькое, человекоподобное существо, ростом не больше метра. На нем были синие шорты, красная курточка с белым отложным воротником и колпак в красно-белую полоску с кисточкой на конце. У него были черные глаза-пуговки, похожий на прорезь рот, растянутый в дурацкую улыбку до ушей, и невообразимо длинный, острый нос. На шее у человечка висел барабан, раскрашенный все в те же красно-белые цвета, по которому он со всей дури молотил зажатыми в кулаках палочками. Человечек шел нелепо раскачиваясь, заваливаясь то в одну, то в другую сторону, как это случается с марионеткой, оказавшейся в руках не слишком умелого кукловода. При этом он уверенно и дерзко шагал вперед, явно намереваясь пройти под самым носом у варана.
– Люто, – произнес Джап, пытаясь хоть таким образом скрыть растерянность.
– Он же его съест, – сказал Метаброд, не уточняя, кто кого станет есть, поскольку и без того все было ясно.
– Не думаю, – с улыбкой возразил ему Финн.
И оказался прав.
Варан, разумеется, также не оставил без внимания появление до невозможности странного существа. Он пялился на человечка, постепенно поднимая голову все выше. Что, скорее всего, должно было выражать крайнюю степень недоумения. Ну, или какие там чувства вроде недоумения способен испытывать варан?
Когда же, продолжая отчаянно колотить в барабан, человечек прошел рядом с правой когтистой лапой варана и оказался прямо у него под носом, ящер резко кинул голову вниз, одновременно разинув пасть так широко, насколько ему позволяла анатомия, с откровенным намерением разом заглотить существо, насколько бы оно ни было странным.
Но не тут-то было!
Пригнув голову, человечек кинулся варану под брюхо и выскочил возле левой его лапы.
Крутанув головой из стороны в сторону, варан нашел человечка взглядом и, вывернув шею, вновь попытался ухватить его зубами. Но человечек вновь увернулся. Да так ловко, что варан чуть было не вцепился зубами в свой собственный бок. Вне себя от ярости, варан взревел голосом пьяного боцмана Индуль-Керке и попытался ударить человечка хвостом. Хвост у варана был столь массивный, что им, наверное, можно было убить даже мускусного оленя, не то что смешного кукольного человечка с барабаном. Но человечек снова не сплоховал. Он упал на грудь, позволил хвосту просвистеть у себя над головой, после чего вскочил на четвереньки и с удивительной быстротой и проворством скрылся в кустах.
Варан не смог снести такого унижения и кинулся за ним следом.
– Уходим. Быстро. – Не повышая голоса, скомандовал Энгель-Рок.
Все разом попятились назад.
А как только занятый поисками маленького барабанщика варан скрылся из виду – что есть духу припустились бежать.
Первым остановился Энгель-Рок.
Глянув по сторонам, он коротко махнул рукой, давая понять, что все, опасность миновала.
Пармезан стянул с головы синюю косынку и вытер мокрое от пота лицо.
– Расскажешь такое кому, так ведь не поверят.
– Хуже – засмеют! – подмигнул ему Финн.
– Гола-хола, что это было? – крайне недовольно осведомился Джап, у которого складывалось мнение, что это была какая-та шутка, которую не понял только он один.
– Мимик, – ответил Энгель-Рок.
– Мимик? – недоверчиво переспросил Джап.
– Ну, да. Вроде того гриба-дождевика, который чуть было не оттяпал Сыру ногу.
– Но это же был…
Джап умолк, не закончив фразу.
– Давай-давай, Джап! – приободрил его Финн. – Ты ведь узнал его!
– Мабарах! – Джап ударом меча срубил с дерева ветку толщиной в руку. – Это был Дюдюка! – Джап опустил меч и растерянно посмотрел на остальных. – Я сошел с ума?
– Нет! – уверенно опроверг нелепое предположение Энгель-Рок. – Мы все видели Дюдюку!
– Откуда он здесь взялся?!
– Это был мимик, прикинувшийся Дюдюкой.
Джап наклонил голову к плечу.
Призадумался.
Мимик, притворившийся Дюдюкой.
Что ж, это многое объясняет.
Но не все.
– Откуда мимик узнал про Дюдюку? Не думаю, что в детстве прабабушка рассказывала ему те же сказки, что и мне моя.
– О Дюдюке подумал я, – признался Финн.
– С чего бы вдруг?
– Я подумал, что он сможет отвлечь варана. А неподалеку как раз лежала деревянная колода, которая оказалась притаившимся мимиком.
– Для своих игр мимик может использовать образы, которые он вытаскивает из памяти своей потенциальной жертвы, – объяснил Энгель-Рок.
– Он что, такой умный?
– Ум здесь совершенно ни при чем. Это механизм, закрепленный эволюцией. Безусловный рефлекс. Жертву должен привлекать объект, похожий на образ, запечатленный у нее в памяти.
– А я очень старательно думал о Дюдюке, – добавил Финн.
– А как ты догадался, что деревянная колода – это мимик?
– Мимики, если можно так выразиться, страдают избыточностью в деталях. Они очень четко прорисовывают мельчайшие элементы образа, который принимают. Если это деревянная коряга, на ее засохшей коре видны все трещинки и складки, если трухлявый пень, то четко прорисована каждая ниточка мха, каждое пятнышко лишайника, если гриб – на нем можно разглядеть каждую пластинку под шляпкой, каждую морщинку на ножке. И цвета у них очень насыщенные и яркие, почти без полутонов.
– Выходит, можно вот так запросто заставить мимика принять любой образ?
– Мне это не показалось сложным.
– Скорее всего, здешние мимики не так часто имеют дело с разумными существами, – сказал Энгель-Рок. – Они не знают, что люди способны осознанно воскрешать в памяти те или иные образы. Поэтому обмануть их не составляет труда.
– Нужно только сосредоточиться мысленно на чем-то одном, – добавил Финн. – Живо представить себе то, что нужно показать мимику.