Переговорщик

© Калугин А., 2015

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2015

Вы мне не поверите и просто не поймете…

Глава 1

С высоты орлиного полета штайн Кан-Да-Кан похож на причудливую абстрактную фигуру, вырезанную из цельного куска бледно-розового коралла. Что-то в духе раннего Эль-Савченко.

Мысль понравилась Алексею, и он тут же занес ее в персональный биюл. Так, на всякий случай. Поделиться наблюдением все равно было не с кем. На Фортане‑12 не был ни орлов, ни кораллов. Так что первая часть красивой метафоры, пришедшей Бузину в голову при взгляде на развлекательный центр с высоты полета турбоскутера, оказалась бы непонятой местными жителями. А вот работы Эль-Савченко демонстрировались в одном из выставочных павильонов Кан-Да-Кана пару месяцев назад. И это была не виртуальная выставка. Все представленные на ней работы прославленного землянина с Уопора были подлинные, а не распечатанные на принтере копии.

Профессионально оцифрованные с оригиналов копии ничем не отличались от подлинников. При правильном подборе софта и материалов, используемых для воссоздания объектов, копию от оригинала смог бы отличить только опытный специалист по части выявления контрафактов, да и то лишь после серии лабораторных анализов. Однако фортаны больше всего на свете ценили подлинность. И не только в произведениях искусств. Подлинность чувств значила для них ничуть не меньше, чем аутентичность какого-нибудь древнего манускрипта. Именно поэтому любой из фортанов, услышав про орла и коралл, не стал бы, улыбаясь, делать вид, что понял, что хотел сказать автор этих слов.

Автопилот сообщил о наличии трех свободных посадочных мест на посадочном пандусе восьмого уровня. Алексей тут же забронировал одно из них и дал команду садиться.

Штайн Кан-Да-Кан слыл одним из популярнейших мест отдыха на Фортане‑12. Даже в будни здесь было не протолкнуться, а уж в выходные на всех шестнадцати уровнях развлекательного центра творилось поистине вавилонское столпотворение. Только фортаны с присущей им деликатностью и чувством искреннего уважения как друг к другу, так и к представителям иных рас, помноженными на граничащую с фанатизмом педантичность, могли организовать все так, чтобы свести к минимуму возможность любых эксцессов в подобных условиях.

Чем можно было заняться в штайне Кан-Да-Кан?

Да всем, чем угодно!

Вообразите любое развлечение. Абсолютно любое. Все, что только придет вам в голову. Единственное условие: следует все же оставаться в рамках закона.

Придумали?

Отлично!

Немедля отправляйтесь в Кан-Да-Кан, и, будьте уверены, вы найдете там все, что нарисовала ваша фантазия!

Если по каким-то причинам вам сложно добраться до Фортана‑12 или же катастрофически не хватает времени на то, чтобы совершить это не такое уж долгое путешествие, что ж, в таком случае просто загляните в персональный биюл штайна Кан-Да-Кан в открытом биоме Фортана‑12. Вы не только найдете там то, что хотели, но еще и такое, о чем даже помыслить не могли. И, никаких споров, вы тут же откроете биюл ближайшего космопорта и забронируете место на пассажирском лайнере до Фортана‑12.

Да, именно так!

Туристов в штайне Кан-Да-Кан несравнимо больше, чем местных жителей. Здесь можно услышать речи на самых разных языках и увидеть обитателей самых отдаленных систем Галактики. Все они прилетели на Фортан‑12 ради того, чтобы развлечься и получить удовольствие.

Почему за этим следует лететь именно на Фортан‑12?

Надо бы быть повнимательнее – об этом уже было сказано выше. Фортаны ценят все подлинное. А значит, и развлечения у них самые что ни на есть настоящие. Подлинная радость, настоящее веселье, неподдельное удовольствие, истинный восторг – для этого и создан штайн Кан-Да-Кан.

И если вы еще ни разу не бывали здесь…

Ну, в общем, вы знаете, что делать.

Турбоскутер аккуратно опустился на забронированное место стоянки, виртуозно вписавшись между пузатым семейным «Линдом» и вычурным золотистым «Сенкомом», на котором могла прилететь ну разве что только победительница очередного конкурса на самую глупую улыбку.

Нет, разумеется, на Фортане‑12 подобные конкурсы не проводятся. Но Галактика настолько велика и многообразна, что где-нибудь, в какой-то из систем, наверняка проводится и конкурс на самую глупую улыбку. Победительница которого получает новенький золотистый «Сенком».

В этом нет ничего вызывающего. Никакой пощечины общественному вкусу. Это абсолютно нормально. Хотя, возможно, кому-то трудно это понять и признать. Таковым следует сделать глубокий вдох, ненадолго задержать дыхание и мысленно повторить: Галактика велика и многообразна и в ней для всего найдется место.

Так ведь?

Так почему же должно быть сделано исключение для конкурса глупых улыбок?

Бузин не считал себя туристом. Хотя и местным, в полном смысле этого слова, он тоже не был. Два с половиной года тому назад Алексей подписал контракт, в соответствии с которым должен был отработать три года на Фортане‑12. По мере того как срок контракта близился к завершению, Алексей все чаще задумывался над тем, не продлить ли его еще на три года. Работал он по своей основной специальности, условия были отличными, самой работы – не так уж и много, оплата – достойная. Так чего же искать добра от добра?

Фортаны были придирчивыми работодателями. От инопланетян, с которыми они заключали контракты, фортаны требовали четкого, безупречного и неукоснительного выполнения всех возложенных на них обязанностей. Те же самые требования предъявлялись и к местным работникам. Но то, что для самих фортанов было само собой разумеющимся, отдельными представителями иных рас воспринималось… ну, скажем так, неоднозначно. Таких фортаны просто не допускали до работы – в их системе ценностей это было едва ли не самое суровое наказание. Зарплата нерадивым работникам начислялась исправно, но по истечении срока контракта рассчитывать на его продление они не могли. Бузин же по случаю двухлетия своей работы на Фортане‑12 получил персональную биом-открытку с поздравлением от старшего куратора Медицинского центра «Тиум-Та-Дар». Как объяснили коллеги-фортаны, такое послание автоматически приравнивалось к предложению подумать о продлении контракта. Говорить об этом с работником напрямую, тем более с инопланетянином, не станет ни одно ответственное лицо, поскольку это может быть расценено как определенное давление. Поэтому, дабы все же донести свою мысль до того, кому она была адресована, фортаны прибегали к отработанной системе тонких намеков. Бузину подобный подход к делу казался несколько усложненным. Но что поделать, у фортанов так принято.

Алексей активировал видеоприложение биом-сервиса. Информация с контактной линзы пошла на зрительный нерв. Алексей мысленно открыл страницу дневника, чтобы еще раз свериться с составленной на сегодня программой.

Раз в две недели, а если удавалось, то чаще Алексей прилетал в штайн Кан-Да-Кан. Ему нравилась царящая здесь жизнерадостная суета. Нравилось находиться в разношерстной толпе инопланетян, среди которых он мог запросто ощутить себя фортаном. То есть не гостем, а местным. Инопланетяне обращались к нему как к фортану. В то время как сами фортаны на раз идентифицировали его как потомка землян. Так же, как и сам Бузин никогда бы не спутал фортана с землянином. Здесь имели значение нюансы, на которые прочие инопланетяне, пусть даже гуманоиды, но имеющие ярко выраженные внешние отличия от землян и фортанов, просто не обращали внимания.

Ну, а помимо стремления раствориться в толпе Алексей, что уж тут скрывать, получал ни с чем не сравнимое, по-детски искреннее удовольствие от тех чудес, что предлагал своим посетителям штайн Кан-Да-Кан.

Когда Алексей только прилетел на Фортан‑12, земляне, уже проработавшие здесь какое-то время, хором советовали ему непременно побывать в штайне Кан-Да-Кан. Но при этом с саркастической усмешкой замечали, что это развлечение на один раз. Мол, только дети снова и снова просят свозить их в квартал развлечений. Взрослому же достаточно разок только глянуть на всю эту яркую круговерть, похожую на приторно-сладкий сиюльский мусс, который интересно попробовать, но есть каждый день невозможно. Помня об этих ухмылках, Алексей не говорил свои знакомым-землянам, что всякий раз, покидая Кан-Да-Кан, он с радостным нетерпение ждет следующий день, когда снова сюда вернется. А фортаны…

Фортаны всегда были приветливы, вежливы и предусмотрительны. С ними было приятно или, может быть, лучше сказать, удобно работать, потому что каждый из них был истинным профессионалом своего дела и ни один никогда не допускал даже малейших неточностей, что уж говорить об ошибках. Но в личном плане общаться с ними было… Не сложно даже, скорее – непривычно. Жизнь фортанов была четко подчинена традиционным, идущим из глубин истории правилам. В личных отношениях они не допускали спонтанности или неопределенности. Причем сами они этого не замечали – для них это было привычно, а потому – естественно.

Сами по себе фортаны были замечательными людьми. К землянам они относились с большим уважением, признавая их превосходство в ряде областей. Особенно в том, что касалось отладки, настройки и ремонта сложных инженерных систем. Иначе чего ради они стали бы приглашать на работу землян? Но при этом между фортанами и землянами сохранялась некая очень тонкая, на глаз почти не заметная, но при этом явственно ощутимая грань холодной отчужденности. Об этом вам скажет любой землянин, которому довелось пробыть на любой из фортанских планет больше трех дней.

Алексей подозревал, что истинная причина непонятной, кажущейся не просто необъяснимой, но даже противоестественной, подсознательной, почти не осознаваемой отчужденности между фортанами и землянами кроется именно в их удивительном внешнем сходстве. Хотя генетически они принадлежали к разным расам. И корни их генеалогических древ никогда даже не касались друг друга. Это все равно что, идя по узкому, полутемному коридору, неожиданно лоб в лоб столкнуться с человеком, как две капли похожим на тебя. При том, что ты точно знаешь, что братьев у тебя никогда не было, да и быть не могло.

Но свое мнение Алексей держал при себе. Поскольку он все же был не специалист в данной области экзопсихологии. Да и что это за область такая – межрасовые взаимоотношения в свете эффекта «зловещей долины»?

Алексею казалось, будто он понимает или даже скорее чувствует, что требуется самая малость для того, чтобы расколоть тоненькую, почти незаметную корочку отчуждения между так похожими друг на друга расами инопланетян. Но о чем именно могла идти речь?.. Временами, когда Алексей задумывался об этом, ему казалось, что он знает ответ. Вот только ему никак не удавалось облечь его в словесную форму. Все это были лишь предчувствия, ощущения и догадки – вещи весьма эфемерные.

– Простите, – навис над Алексеем двухметровый варан с алым гребнем, тянущимся от затылка вдоль шеи к плечам. – Вы не подскажете, где мы можем найти «Аквашутер»?

Из одежды на варане были только малиновые шорты на широком, расшитом стразами ремне с большой квадратной бляхой. Варан держал за руки двух маленьких варанчиков, возбужденно зыркающих озорными глазками по сторонам. Судя по их реакции, они впервые попали в Кан-Да-Кан. И все, абсолютно все было им тут жутко интересно. Им было все равно, в какую сторону бежать, потому что повсюду их ждали чудеса. Но строгий папаша, а может быть, мама, крепко державшая малышей за руки, не собиралась пускать все на самотек. У нее или у него имелся свой план, которому он собирался неукоснительно следовать. И, поскольку варан пока еще был уверен, что ему это удастся, Алексей не стал его в этом разубеждать. Каждый должен сам открыть для себя Кан-Да-Кан.

– Вам нужно пройти на эскалатор, – Алексей показал, где находилась движущаяся лестница. – Спуститесь на два уровня вниз. Далее держитесь левой стороны. «Аквашутер» находится рядом с «Грозовым перевалом» – его вы сразу услышите.

– Благодарю вас!

Варан высунул розовый, раздвоенный на конце язык и облизал им ноздри. Возможно, на вараньем языке жестов это означало признательность. Алексей улыбнулся в ответ и помахал рукой маленьким варанчикам. Он не сомневался, что впечатлений от сегодняшнего дня им хватит на месяц. Ну, а потом они снова станут требовать от родителей, чтобы те отвезли их в Кан-Да-Кан.

Порой Алексей спрашивал самого себя, а не является ли близость Кан-Да-Кана той самой причиной, по которой он задумывается о том, чтобы остаться на Фортане‑12 еще на три года? Потому что других существенных причин вроде как не было. Или ему только хотелось так думать?

Штайн Кан-Да-Кан был тем самым удивительным местом, где, погрузившись в толпу инопланетян, можно было почувствовать, что вокруг тебя кипит настоящая, подлинная жизнь. А не та, что ты сам постоянно для себя придумываешь. Вот в этом Алексей ну никак не желал признаваться даже самому себе.

Наверняка у вас ведь тоже возникало порой такое чувство…

– Эй!

Алексея за штанину дернул маленький, чуть выше его колена человечек, с большими, как у кролика, ушами и зеленоватой шерсткой, покрывающей все его тельце. Ножки у человечка были непропорционально короткими, с вывернутыми в стороны большими ступнями. Из одежды на нем были только короткие штанишки с широкими, украшенными вышитыми узорами помочами. На шее висел такой же вышитый ксивник.

Человечек заговорщицки подмигнул Алексею и осторожно махнул рукой.

– Наклонись, – произнес он свистящим полушепотом. – Дело есть.

Алексей присел на корточки и ободряюще улыбнулся человечку:

– Ты что же, потерялся?

– Я?.. – инопланетянин растерянно хлопнул большими глазами с узкими вертикальными зрачками. – Вообще-то…

– Не беспокойся, – потрепал его по зеленым волосенкам на затылке Алексей. – Сейчас мы отыщем твоих родителей.

Он уже сталкивался с подобной проблемой. Дело в том, что на некоторых планетах было запрещено вживлять детям персональные биом-проводники до достижения ими совершеннолетия. А расы грианов и ти-варов вообще категорически отказывались пользоваться биомом по религиозным, как они утверждали, причинам. В общем, достаточно было зайти в открытый для всех пользователей раздел биюла Кан-Да-Кана и сообщить о потерявшемся ребенке, чтобы через две минуты взволнованные родители уже радостно целовали свое вновь обретенное чадо или же отчитывали его по полной программе – все зависело от традиций и темперамента. Но в любом случае и дети, и их родители были счастливы.

– Вообще-то я взрослая особь, – недружелюбно глянул на Алексея человечек.

– О! – удивленно вытаращился на него Бузин, пытаясь представить, как же выглядят дети этой расы. – Я не хотел вас обидеть…

– Проехали, – махнул рукой человечек. – Не до того сейчас.

– Разумеется, – согласился Алексей.

Хотя понятия не имел, о чем ведет речь зеленый малыш.

Человечек поманил Алексея пальцем.

Бузин еще ниже склонил голову.

– Туалет, – тихо произнес малыш.

Причем таким голосом, как будто они с Бузиным уже давно договорились взорвать этот самый туалет, и вот, наконец, пришла пора привести сей план в исполнение.

– Понимаю, – многозначительно прошептал в ответ Алексей.

– Что ты понимаешь? – недоверчиво прищурился инопланетянин.

– Ты ищешь туалет.

– Да! – радостно хлопнул в ладоши малыш и даже подпрыгнул на месте.

– Он там, – указал на висящую прямо в воздухе голографическую вывеску Алексей.

– Там я уже был. – Лицо зеленого инопланетянина помрачнело. – Но это не решило проблему. Все, что я там видел, не соответствует моей анатомии. Врубаешься?

– Все очень просто, – улыбнулся Алексей. – Рядом с входом в туалетную кабинку имеется табло, на котором нужно выбрать свою расу. И – все. Кабинка сам трансформируется и примет нужный вид.

– Вот только не надо держать меня за дурака! – недовольно скривился инопланетянин.

Алексей непонимающе развел руками.

– На этой табличке у входа не указана моя раса!

Алексей недоверчиво приподнял бровь:

– Вы хотите сказать, что являетесь первым представителем своей расы, посетившим Фортан‑12?

– Не знаю, – безразлично дернул плечом человечек. – Я не интересовался… Хотя где-то тут, – четырьмя растопыренными пальцами он указал на бурлящую вокруг них толпу, – две мои полужены ходят. Они первыми сошли с трапа.

– Две полужены? – растерянно повторил Алексей.

– Ну да, – кивнул инопланетянин. – Две полужены вместе – получается одна жена.

Воображение тут же нарисовало Бузину две половинки жены, прыгающие каждая на одной ноге в разные стороны. Поэтому он решил не развивать эту тему. В конце концов, как уже говорилось, Галактика велика, многообразна… Ну, в общем, понятно.

– У вас есть персональный биюл? – спросил Алексей.

– Не-а, – мотнул головой инопланетянин. – Папаша не позволяет пользоваться.

– Вы вроде бы сказали, что являетесь взрослой особью.

– Ну да. У меня уже две полужены есть. А скоро три третьжены будут.

– А как же отец?

– При чем тут отец?

– Вы сказали, что отец не велит вам пользоваться…

– Эй! Эй! – замахал на Алексея четырехпалыми ручками инопланетянин. – Ты что несешь-то? Я разве говорил что-то про отца?

– Ну да.

– Ну нет! Я не говорил ни «отец», ни даже «батя». И уж точно я не произносил слова «родитель». Я сказал – Папаша!

Инопланетянин широко развел руки в стороны и сделал вид, что старается, но не может свести их вместе. Он как будто пытался обхватить поперек тела и приподнять такого же маленького, как и он, но невероятно пузатого человечка.

Впрочем, это не помогло Алексею понять, что он имеет в виду. Ясно было лишь то, что биюла у инопланетянина нет, а значит, и войти в биом он не мог.

– Хорошо, – принял решение Алексей. – Я сейчас вызову смотрителей штайна. Они со всем разберутся.

– Ты что! – подпрыгнув, малыш повис у Алексея на локте. – Так нельзя!

– Почему?

– Это позор! О таких вещах не говорят с незнакомыми! Я обратился к тебе. Понимаешь? К тебе персонально… Как к человеку, который вызвал у меня доверие!.. Понимаешь?..

Алексей озадаченно прикусил губу.

У каждой расы инопланетян имелись свои традиции, к которым следовало относиться с уважением. Даже если традиции эти со стороны больше похожи на заморочки. Это-то Алексей как раз понимал. И он был готов уважать даже самые странные традиции. В душе он даже был горд тем, что этот маленький, поросший зеленоватым пушком инопланетянин выбрал его своим доверенным лицом. Вот только он никак не мог придумать, чем ему помочь. Случай, что и говорить, был нестандартный. Во всяком случае, прежде с Алексеем ничего подобного не случалось. Даже в Кан-Да-Кане.

На маленьком личике инопланетянина появилось мучительное выражение. Похоже, он уже находился на грани.

Пытаясь с ходу что-нибудь изобрести, Алексей посмотрел налево. Не увидев ничего достойного внимания, он повернул голову направо.

И увидел торгующий напитками автомат.

– Секунду! – показал он палец инопланетянину.

– Не бросай меня! – взмолился тот.

– Я сейчас вернусь, – пообещал Алексей.

Он подбежал к автомату и купил бутылочку фруктового «свона». На ходу свернув пробку, он вылил содержимое в кольцо утилизатора и протянул пустую бутылку низкорослому инопланетянину:

– Сможешь сделать в нее свое дело?

Инопланетянин заглянул в бутылку. Сунул в горлышко палец.

– Чисто теоретически – да.

– Ну, так зайди в туалет в любую кабинку и сделай это!

Инопланетянин посмотрел на бутылку так, будто у руках у него был предмет древнего культа.

– А потом?

Алексей указал на кольцо утилизатора, обращающее все, что в него угодило, в молекулярную пыль.

Инопланетянин с серьезным видом нахмурился, как будто проводил в уме какие-то чрезвычайно сложные вычисления. Затем лицо его просияло.

– Ты – гений! – сообщил он Бузину.

– Да ладно, – смущенно потупил взгляд Алексей. – Ничего особенного…

– Прости, но я вынужден бежать, – многозначительно двинул мохнатыми бровями человечек.

– Разумеется, – не стал задерживать его Алексей.

– Да прибудет с тобой Папаша!

Инопланетянин взмахнул зажатой в руке бутылкой из-под «свона» и растворился в толпе.

«Вот оно как, – подумал Алексей. – Выходит, Папаша – это у них какой-то святой покровитель… Может, даже бог!.. А я ведь так и не спросил, откуда он?»

Так вот, возвращаясь к тому, на чем остановились. Наверняка у вас ведь тоже возникало порой такое чувство, будто жизнь проходит мимо. Все вроде как нормально, а все же чего-то недостает. Причем так здорово недостает, что порой выть хочется, как если б зуб заболел. И самое мучительное в этой ситуации то, что совершенно невозможно понять, чего же именно тебе не хватает? Что тебе нужно для того, чтобы жизнь не казалась пустой тратой времени?

Впрочем, рассуждения на подобные темы никому еще пользы не приносили. Прежде чем пытаться решать психологические проблемы, нужно определиться с тем, что они собой представляют. То есть для начала следует дать им название.

Это Бузин не сам придумал. Он слышал это от знакомого психолога – достойного человека и уважаемого специалиста. Как утверждал специалист, название проблемы должно быть как можно более коротким. Идеально – в одно слово. Допустимо – в два. В самом крайнем случае – три. Если слов больше – то это уже не название проблемы, а все то же рассуждение на тему. От которого, как уже было сказано, только хуже становится.

Чем больше думаешь о проблемах, которым даже названия дать не в состоянии, тем глубже вязнешь в зыбучих песках непонимания.

Алексей не считал, что в решении личных проблем ему требуется помощь специалиста. Не настолько уж это были серьезные проблемы. Скорее даже так себе проблемки. Заморочки жизненные. Которые тем не менее способны вывести из себя, как крошечный осколок щебенки, попавший в ботинок.

Вот только станет ли решением этой проблемки новый трехгодичный контракт на Фортане‑12?

Здесь ли его место?

Зачем он постоянно прилетает в Кан-Да-Кан?

Что он надеется отыскать среди пестрого многообразия нарядов, в которые были облачены представители самых разных, зачастую весьма причудливых форм разумной жизни?

Кого он ищет в этой толпе?

Или от кого прячется?

Задумавшись, Алексей налетел на рыжебородого гиганта с Иркиля. Да так, что ткнулся лбом ему в грудь.

– Простите, – извиняющеся улыбнулся Алексей.

Иркилианин что-то недовольно забурчал.

Алексей мысленно открыл «Энциклопедию цивилизации Млечного Пути». В статье об Иркиле говорилось, что иркилиане отличаются вспыльчивостью и буйным нравом. Борода же служит предметом особой гордости для представителей мужского рода. Иркилианин считается тем представительнее, чем больше завитков на кончиках его бороды. У того же, что стоял перед Бузиным, борода была похоже на благородное руно.

– У вас чудесная борода, – заметил Алексей. – Вы сами завиваете кончики?

Иркилианин гордо выпятил грудь и провел широкой ладонью по бороде.

– Дочери помогают, – пробасил гигант.

– О! – восторженно вскинул брови Алексей. – Они у вас мастерицы! Надеюсь, вы привезли их с собой в Кан-Да-Кан?

– Они сейчас в «Видеораме», – кивнул иркилианин.

– А вы, разумеется, предпочитаете спорт?

– Азартные игры.

– Ну, это тоже своего рода спорт. Удачи вам!

– Спасибо, фортан! – иркилианин уже совсем по-дружески хлопал Бузину по плечу.

– Я не фортан, – качнул головой Алексей. – Я – землянин.

– Да ну? – Иркилианин даже наклонился, чтобы как следует рассмотреть собеседника. – Я полагал, что все земляне вымерли!

– Нет, мы не вымерли, – смущенно улыбнулся Алексей. – Мы – рассеялись, – он сделал широкий жест рукой. – По всей Галактике. Многие теперь именуют себя по названиям тех звездных систем, где осели их предки. Чтобы сразу стало понятно, откуда они родом. Но все равно Земля – наша общая прародина. Поэтому все мы – земляне.

– Ну, тогда я рад за тебя, землянин. – Иркилианин вновь провел ладонью по своей роскошной бороде. – Еще увидимся!

Гигант хлопнул Бузина по другому плечу и потопал своей дорогой, грудью раздвигая толпу, как корабль морские волны.

Алексей не хотел себе в этом признаваться, но именно из-за таких вот встреч он и прилетал в Кан-Да-Кан. Он сам не знал, как это у него получается, но он мог легко, буквально с ходу установить доверительные отношения с представителем любой, даже самой экзотической галактической расы. И они тоже почему-то испытывали к нему доверие. Не зря же маленький зеленый человечек именно с ним решил поделиться своей проблемой. Нет, он был уверен в том, что именно этот человек поможет ему справиться с ней. Хотя, скорее всего, и сам не отдавал себе в этом отчета. Как и полагается в таких случаях, он действовал неосознанно. Но выбор его оказался правильным.