- -
- 100%
- +
Каждый, как правило сам выбирает
В жизни дорогу свою.
Только, когда всё погано бывает,
Валим мы всё на судьбу.
Если преследуют в жизни напасти,
Сядь и во всём разберись.
Может быть сам ты подвержен был страсти,
Честно во всём повинись.
Вспомни, как ты обращался с другими,
Часто ли им помогал?
Был ли ты добр со своими родными,
Что в этой жизни им дал?
Много в дремучем лесу бурелома,
Нужно убрать, чтоб пройти.
Так же хирург удаляет саркому,
Чтоб пациента спасти…
Как можно к счастью расчистить тропинку,
Это не день и не два.
Душу отмыть, отскребая соринки,
Прошлое сжечь, как дрова.
Нужно запомнить , прямая дорога -
Выстлана Дьяволом в Ад!
Можно добраться по ней до порога,
К двери, где черти сидят.
Нас искушают чужими дарами,
Только лишь раз оступись.
Подлость и ложь налетят, как цунами,
Зависть отравит всю жизнь…
Только когда распахнутся ворота,
Заднюю поздно включать.
Сам пролетел в жизни все повороты,
Что ж теперь волосы рвать?
Может быть надо нам выбрать минуту,
В храм с покаяньем зайти?
Взгляд ощущая небесный повсюду
Здесь свой покой обрести!?
Мысли греховные смоют водою,
Пламя очистит свечи.
В жизни всегда оставайся собою,
Будь терпелив, не кричи.
Жизнь преподносит нам часто уроки,
Знаки свои подаёт…
Но, мы не видим знамения строки,
Двигаясь только вперёд!
Каждый тропинку свою выбирает,
Часто забыв про судьбу.
Счастье найти очень сложно бывает,
Как и дорогу свою…
Не смешно…
На свете жил один мужчина,
Бабулю часто вспоминал.
– Когда придёт тоска, кручина,
Ты Божий храм не забывай.
Тебе там сразу станет легче,
Молитва, как бальзам души.
Исчезнет груз, что лёг на плечи,
Тихонько стой и не спеши.
За годом год тянул он бремя,
Старался из последних сил.
Но день за днём летело время,
А он лишь только хуже жил…
Но, как-то утром он решился,
Перекрестившись в храм вошёл.
Усердно у икон молился,
Страх понемножечку прошёл.
Стоял любуясь образами,
Убранством, просто неземным.
То заливался вдруг слезами,
Казался храм таким родным…
Но кто-то, вдруг его одёрнул,
Ты, мол не правильно стоишь.
Топтаться будешь так в уборной,
Молитв не знаешь и мычишь.
Другая злобная старушка,
Возникла, как из под земли.
Вся в чёрном, будто бы зверушка,
Сказала : « Ноги все в пыли,
Иди, купи себе брошюру,
Усердно дома изучай.
А то приходят сюда сдуру,
Словно в кафе зашли на чай.»
Мужчина вышел за ворота
И слёзы хлынули ручьём.
Как дичь убили – прямо с лёта,
Его невидимым ружьём.
Присев на лавку долго плакал,
Смотрел в слезах на купола.
В надежде ждал он свыше знака,
Запели вдруг колокола…
Ему привиделось, что рядом,
К нему Христос на лавку сел.
Своим лучистым, добрым взглядом,
Обиды боль убрать сумел.
В сердцах мужчина возмутился,
Что не пускают в храм его.
За столько лет, он вдруг решился,
А в результате – ничего!
Для них теперь закон не писан,
Зачем теряют прихожан?
Устав когда и кем подписан,
Что гонят в шею горожан.
Обнял Христос его за плечи,
Вздохнув, тихонечко сказал:
-Не стоит слушать злые речи,
Я всё давно об этом знал.
Меня, как прежде почитают,
Но, как изгоя всё равно.
В храм, как и прежде не пускают
И это вовсе не смешно…
Большинство людей намного сильнее, чем они думают,
они просто забывают иногда в это верить…
Крутой поворот…
Не щадит жизнь людей и бросает за борт,
И не каждый здесь вынырнуть в силах.
Разбивает судьбу вдруг крутой поворот,
Нет креста на заросшей могиле…
Они спят по подвалам, где сумрачный свет,
Из коробок построив жилище.
Пьют «палёный шмурдяк»,убегая от бед,
Будет день, будет завтра и пища.
А когда-то была и постель, и семья,
И с женой дочь встречали из школы.
Накрывали столы, приходили друзья,
Сам с иголочки, юный, весёлый.
Дочь любил он свою, часто ей рисовал,
Говорил : Нет дороже на свете!
И принцессой своею её называл,
В школу за руку вёл на рассвете.
Всё разрушилось вмиг, разлетелась семья,
Нет жены и родным он не нужен.
В подворотне с утра поджидали друзья,
Коллектив был проверен и дружен.
Бесполезные в жизни летели года,
Сам в себе вызывал отвращенье.
Зарекался, что бросит, что, мол, никогда,
И просил бесконечно прощенье.
Словно камнем на дно, всё летит под откос,
Больше нет ни подруг , ни друзей.
Из под шапки торчит клок немытых волос,
Всё закончилось в «стае» бомжей.
Ночью смерть обняла и забрала с собой,
На лице лишь усталость и мука.
Как собака, свернувшись, ушёл на покой,
Перед тем не издав даже звука.
Тридцать лет пролетело, могилка нашлась,
Без оградки, заросший лишь холмик.
Закатав рукава, дочь за дело взялась,
Крест вкопала, где раньше был столбик.
Перед Пасхой цветы, в день рожденья букет,
Это всё могло быть и при жизни…
Променял на «друзей» в жизни свой кабинет,
Не увидел, как быстро стал лишним.
Рушит жизни частенько крутой поворот,
Удержать руль бывает не в силах.
Зацепиться не смог, улетаешь за борт,
Без креста на заросшей могиле…
Исключительные единицы могут подойти к бездомному и поинтересоваться, как он себя чувствует, нужна ли ему помощь, вызвать скорую. Такой поступок сегодня сродни героизму. Человек мог скатиться до такого образа жизни из-за слабости собственного характера, или жестокого поворота судьбы…
Однажды у храма…
Однажды летом, в жаркий день я старца повстречал.
У храма тихо он сидел и что-то бормотал.
Приличный вид, ботинок блеск, платочек с синевой,
Как леший, он не стрижен был, и полностью седой.
Остановившись, я спросил: Вам плохо, чем помочь?
Да вот, хотел я поболтать, но все уходят прочь…
Он улыбнулся и вздохнул, я рядышком присел,
Такой ответ меня смутил и сердце вдруг задел.
В его глазах – тепло и свет, сверкал в них солнца луч,
Приятный баритон скользил, был мягок и певуч.
Благодарю, что ты спросил. Мне помощь не нужна!
В замен свою я предложу, ТЕБЕ нужней она.
Подумай, что тебе важней, что хочешь получить.
Исполню я твою мечту, счастливым будешь жить.
Как тараканы в темноте, помчались мысли вскачь,
Сказать, что нужен оберег от бед и неудач?!
Машину, денег попросить, а может, особняк ?
Хотелось всё, а вот одно не выбрать мне ни как…
Здоровья можно попросить и жить без докторов,
Удачу, чтоб во всём везло, чтоб не было врагов.
А может быть, любви просить сейчас и прямо здесь?
Но я люблю и я любим, и счастье тоже есть.
Мозг начал тихо «закипать», искать один ответ,
Но выбрать что-нибудь одно он не способен, нет!
Вздохнув, сказал я старику, что это жизнь моя,
Доволен я своей судьбой и век прожил не зря.
Уж если правда, счастья вы хотите для меня?!
Пусть будет мир на всей земле, без дыма и огня.
Старик, тихонечко вздохнув, погладил по плечу.
Сказал: Всё будет хорошо, я тоже так хочу!
Пускай хранит Господь всегда тебя и всю семью,
То, что не выбрал для себя, нисколько не виню.
Обняв дедульку, я пошёл дорогою своей.
Кто он такой, что нужно здесь ему среди людей?
Вернулся к храму – никого! На лавке лишь платок.
Он синью неба бликовал, от слёз совсем промок.
И я стоял с платком в руке, куда пропал старик?
Пробил меня холодный пот, я вспомнил этот ЛИК!
Не будьте люди так черствы, откройте свет в себе.
Возможно, СТАРЕЦ приходил когда-то и к тебе!
Ангелы помогают разными способами. Одни слышат голос внутри себя, другие получают подсказки во сне. Иногда ангелы принимают человеческий облик.
Путь, длинною в жизнь…
Слишком поздно мы счастье находим,
Обретая тепло и уют.
Как слепые всё с тросточкой ходим,
Нас ругают, пинают и бьют.
А прозрев, видим путь бесконечный,
Тот, который так быстро прошли,
Понимаем, что жизнь быстротечна,
Шаг осталось пройти до черты…
Обманувших и подло сбежавших,
Я к себе не пущу на порог.
Всех "Иуд", меня в жизни предавших,
На свой суд этапирует Бог!
Я устал с мракобесием биться,
Правду трудно свою доказать.
Новый год, словно птица промчится,
Седины добавляя лишь прядь.
Говорят, век у ворона длинный,
Триста лет, может дольше живёт.
А у нас, год за годом рутинный,
День за днём, словно речка течёт.
Об одном в этой жизни жалею,
Что так мало пожил на земле.
За предавших, душою болею
Кто спиной повернулся ко мне…
Утомился мой ангел хранитель,
Стал всё чаще покоя просить.
Из добра, он мне создал обитель,
Узелками связав мою нить.
Век себе я не сам отмеряю,
Что дано – значит, так тому быть.
Всех простим мы когда-то, я знаю,
Но до этого надо дожить....
Честная старушка…
Огни ночного города мерцали,
Я ждал последний в этот день трамвай.
Меня в компанию весёлую позвали,
Сказав:"Мол, счастье там не прозевай!"
Моргали мне заманчиво витрины,
Стоял у входа брошенный лоток.
Внутри сыры, колбасы, апельсины,
Непроизвольно сделал я глоток.
Его забыл, какой-то тут разиня,
А может плохо стало продавцу?!
Я в удивленьи, просто "рот разинул",
Мысль подводя к логичному концу…
Подарок в руки мне с "небес" свалился,
Чего ж не взять закусочки к столу?
Но мой соблазн, увы не долго длился,
Лишь пол минуты был в его плену…
Отвлёк от мыслей звон пустых бутылок,
Бабулька в урнах рылась не спеша.
В плаще до пят, худая, как обмылок,
Смотрел за ней я молча, чуть дыша.
Чтоб не пугать ночного "санитара",
Я кашлянул и к бабке подошёл.
Сказала мне:" Спасает стеклотара,
Хожу в чём зря, дырявый уж подол…
Даёт гроши нам наше государство,
Хоть всем "почёт" обещан по труду.
Себе купила давеча лекарства,
Теперь нет денег даже на еду"…
Я ей сказал:"Лоток набит харчами,
Нет ни души, он просто здесь забыт.
Чего в помойках шариться ночами.
Бери, что надо, да домой иди".
Давай сложу всё в сумку, пока пусто,
Ни кто не видел, что ты здесь была.
"Грех брать чужое", – улыбнувшись грустно
Сказала мне и дальше побрела…
В ночи качались тополей макушки,
Ушёл трамвай, что делать мне, не знал.
Рыдал я в голос от величия старушки,
И от того, что сам так низко пал…
Духовный человек обладает высокими моральными качествами. Он добр, беспристрастен, честен. Он говорит и делает только то, во что на самом деле верит.
По вере каждому дано…
Два мужика жили рядом в деревне,
Прожили долгую жизнь.
В храм первый бегал с утра и к вечерней,
В холод, жару и дожди.
Божии все соблюдал он законы,
Щёку подставит всегда.
Сутками "бил" он иконам поклоны,
Зелье не пил никогда.
Бранного слова во век не дождёшься,
Праздники знал наизусть.
Ежели плюнут, он просто утрётся,
Усугубив свою грусть.
Ну, а другой, только солнышко встанет,
В поле, в грязи и пыли.
Вечером дома стаканчик достанет,
Выпьет за щедрость земли.
В праздники "грешник" весь день в огороде,
Рубит, копает, метёт.
Молится Богу он лишь о погоде,
Бранные песни поёт.
Время пришло, оба умерли разом,
Встретились на небесах.
Первый направлен на кухню "указом",
"Грешник" – уж в райских садах.
"Праведник" как-то увидел соседа,
Рядом обедал Господь.
Шла между ними простая беседа,
Злость он не смог превозмочь…
К Господу он обратился с поклоном:
-Где справедливость, скажи?
Я на земле исполнял все законы,
Здесь мою вилки, ножи!
Место по праву мне рядом с тобою,
"Грешнику" драить сортир.
Жизнь я молился, мечтал о покое,
Только лишь этим и жил…
Бог посмотрел на просящего сверху,
Тихо, без злобы сказал:
-Хватит тут строить невинную жертву,
Что ты просил, тебе дал!
Целыми днями читал ты молитвы,
Там же рабом себя звал.
Слёзы твои не напрасно пролиты,
Рабство ты сам возжелал.
Он же молился и истинно верил,
Что он пусть грешный, но сын.
Вот я, как сыну, открыл ему двери,
Рядом за стол усадил.
Каждый решает, кто он в этой жизни,
Нету подвоха и лжи.
Все так проходят с рожденья до тризны,
Коли не прав, то скажи?!
Притча о доброте…
Кругом проблемы: дома, на работе,
И мы, как заведённые, бежим.
Любой из нас нуждается в заботе,
Но жизнью мы своей НЕ дорожим!
Мелькают лица, как в водовороте,
Идём и не предчувствуем беды.
Возможно, смерть на первом повороте,
А мы психуем из-за ерунды…
В толпе тихонько женщина упала,
В грязи все руки, светлое пальто.
Народ гудел, что стыд мол потеряла,
Но близко к ней не подошёл никто.
Клюкой пинала в бок её старушка,
Бузил, ещё не протрезвевший дед:
«Вон напилась, неси скорей подушку,
Чтоб не мотаться, захватите плед!»
Достав «мобилы», все кругом снимали,
Крича при этом, что клиент готов.
Глумились, выли, ракурс выбирали,
Тянули камеры поверх чужих голов.
А продавец из магазина позвонила:
"Алло! полиция? Клиент созрел давно.
Она тут в лужу мордой угодила.
Кругом снимают про неё «кино»…
У перекрёстка встала иномарка,
На светофоре красный свет горел.
Видать, что у водителя «запарка»,
Он нервничал, по сторонам смотрел.
Увидев всё, тот час преобразился,
Машину бросив, кинулся в толпу.
Всех растолкав тихонько извинился,
От напряжения испарина на лбу…
Взяв телефон, набрал знакомый номер,
Сказал, что срочно «скорая» нужна.
Поторопитесь, человек не умер,
Минута для спасения важна …
Платком своим протёр ей руки, губы.
Пиджак под голову тихонько положил.
Над нею суетился, стиснув зубы,
Словно с такой проблемой раньше жил…
Сквозь пелену, она вдруг услыхала:
Держитесь женщина, не смейте умирать.
Она ответила : Я, кажется, упала?!
Мне очень стыдно, нечего сказать.
Присев на корточки, он «скорую» дождался,
И с ней в «карете» свой продолжил путь.
Оставить джип совсем не побоялся,
Сказав при этом: « Нужно отдохнуть!»
Через неделю он вдруг появился,
С букетом роз и фруктами в руках.
Врачи шептались : Кажется влюбился,
Хоть седины – сугробы на висках.
Он ей сказал, что был в командировке,
В тот день опаздывал, спешил в аэропорт.
Был, соответственно, не в той экипировке,
Когда добрался, улетел уж борт.
Ей через месяц сделал предложенье,
Сыграли свадьбу, счастливы вполне.
Теперь вот ждут в семействе пополненье,
В душе лишь шрам остался в глубине.
Пусть кто-то скажет :– «Повезло, как в сказке,
Такое в жизни раз – на миллион.»
Скажу вам просто – люди сняли маски,
Кто мимо не прошёл – земной поклон!
Не все, кто в иномарках, очерствели,
Кто в дорогих костюмах, при часах.
Они, хоть, в этой жизни преуспели,
Об «АЛЫХ» не забыли парусах…
Не стоит вешать ярлыки на уши,
Что сердца нет у «дорогих» вообще.
Что лишь у бедных существуют души,
Они лишь ценят ценности вещей.
Пусть Бог простит людей за их бездушье,
Мы потихоньку превращаемся в «зверей»!
Одолевает злость и равнодушье,
Всё меньше мы походим на людей…
В церквях грехи смывайте и молитесь,
Чтоб заслужить себе дорогу в Рай.
Чтоб обвинять, сначала присмотритесь,
А лучше – обогрей и хлеба дай!
P.S.
Жалей других, но только не себя,
На доброту настраивай все мысли.
Чтоб в трудный час не бросили ТЕБЯ!
Произойти всё может в этой жизни…
Притча о Кузнеце и Смерти…
День обычный, солнышко в зените,
В кузне слышен мелодичный звон.
Надпись:– Не звоните, заходите,
Низкий вам за это всем поклон!
Вы – кузнец? Раздалось мелодично,
Мне тут нужно выправить косу.
Полумрак, всё вроде, как обычно,
Свет из окон чертит полосу…
Повернувшись тихо от горнила,
Мастер на минуту в ступор впал.
В чёрном одеяньи Смерть просила,
Взяв косу, ни слова не сказал…
Ты отбей её на сколько можно,
Наточи, как бритву, инструмент.
Делай всё предельно осторожно,
У меня другой в запасе нет!
Что? Конец? Спросил кузнец у гостьи,
Ветошь бросив под ноги себе.
От досады вдруг заныли кости,
Тараканы мыслей в голове…
Нет, не всё, но хуже с каждым годом,
У печи изводишь сам себя.
Дни бегут, за днями хороводом,
Улетая быстро от тебя!
Всё логично, гостья продолжала,
Если честно, жалко мне тебя.
Всё понятно, жизнь подорожала,
В своей кузне ты загнал себя.
Глянув на косу, кузнец заметил,
То, что лезвие уже пошло волной.
Было от камней полно отметин,
Блеск какой-то вовсе не земной…
Шаркая, поплёлся к наковальне,
В руки взял свой старый молоток.
Звон поплыл певучий и печальный,
От такой работы даже взмок.
Наточив косу, сказал с ухмылкой:
Не могу поверить, что держу
Я оружие убийства жизни пылкой,
Психом прослыву, коль расскажу.
Смерь вскочила с места, что пружина,
Капюшон, как лист, вдруг задрожал.
Думаешь, что я, как гильотина,
Убиваю всех, коль срок настал?!
Никого я в жизни не убила,
Никого! Ты слышишь, никогда!
Я встречала души, всех любила,
Не считала никогда года.
Сами убиваете друг друга,
Ради денег, ненависти, лжи.
Это ваша целиком заслуга,
Что молчишь? Я не права, скажи!
Губите порой для развлеченья,
Разве мало страшной вам войны.
Смотрите с улыбкой на мученья,
Не признав в содеяном вины.
А ведь я была другою раньше,
Я была красивой, молодой.
Улыбалась душам всем без фальши,
Плащ на мне был ярко голубой.
Посмотри в кого я превратилась!
Может ты мне скажешь – почему?
Как до этой жизни докатилась,
Кто виновник этому всему?
Провожала души я до места,
Там, где суждено им вечно жить.
Помогала бескорыстно, честно
Страхи все земные позабыть.
Я одела чёрные одежды,
На них кровь людская не видна.
Мной пугают старые невежды,
А мне так по нраву белизна…
Мне коса нужна не для убийства,
В Рай дорогу скоро съест полынь.
Автобан в Аду, какое свинство.
А у нас, один бурьян – прикинь!
Взяв косу, Смерть двинулась из кузни,
Опустив пониже капюшон.
Золотые, мастер, твои руки,
Вот держи на память медальон!
От безбожья до Бога – мгновенье одно! От нуля до итога – мгновенье одно. Береги драгоценное это мгновенье: Жизнь – ни мало, ни много – мгновенье одно!
• Омар Хайям
Детские слёзы…
Страшная штука детская память,
Годы проходят, а ей сносу нет.
Не изменить её нам, не исправить,
Вот уж по истине жизни секрет.
Кажется вырос, забыты обиды,
В полном порядке и счастлив вполне.
Есть перспективы, какие то виды,
Кто то напомнит, что прожил в дерьме.
Сказку расскажут про славное детство,
Вспомнив конечно, где был ты не прав.
Что то хорошее – это наследство,
Всё, что плохое – безудержный нрав.
Можешь кружиться, всё делать, как надо,
Из кожи лезть, чтобы сделать добро.
Штамп уж поставлен, другого не надо,
Рядом с добром всегда следует зло…
Это клише невозможно исправить,
Чуть, что не так, сразу мордою в грязь.
Проще унизить, на место поставить,
Чтоб не забыл, где холоп, а где князь.
Только взрослея мы вдруг понимаем,
Нет никого на земле без греха.
Очень боятся, что скоро узнаем,
Вывалив прошлого все "потроха".
Всех поучают "искатели правды",
Словно прожили всю жизнь на "коне".
Старый душок обработав лавандой,
Видят соринку забыв – о бревне!!!
Чтобы кого то корить за проступки,
Вспомни, что было, в себе разберись!
Если Господь тебе шёл на уступки -
Не допекай ЕГО, просто молись!
Некоторые обиды не уходят, не забываются. Ждешь, что они со временем отойдут на второй план, отчасти так и проиcходит. Но боль появляется снова и снова, потому что кто то обязательно напомнит тебе про неё. Обижаются дети – взрослые делают выводы.
Юноша и кольцо…
Явился как-то парень к мудрецу,
Пожаловался, что никто его не ценит.
А он работает, что видно и слепцу,
В его любовь вокруг никто не верит.
Смеются все, как будто он изгой,
Обходят девушки совсем другой дорогой.
За что наказан он такой судьбой,
Высокий, статный, вовсе не убогий?
Мудрец сказал, что слишком много дел,
Помочь готов, коль тот ему поможет.
Кольцо на рынке он продать хотел,
Но приболел и встать уже не может.