Союз восхождения

Глава первая, «Вовремя упади и выгляди уверенной»

Я проснулась на берегу под сенью какого-то разлапистого дерева — для полноты картины это могла быть пальма, тогда ситуация сразу приобрела бы какой-то лёгкий и расслабленный тропический флёр. Но растущее на сером и пустынном берегу дерево если и плодоносило, то какими-нибудь колючими каштанами, а моя история явно не располагала к развесёлым мотивчикам.

Первым делом я проверила, что вещи остались при мне: укладываясь спать, я прижимала к себе рюкзак и трость, но не могла быть уверенной, что удержу их всю ночь и никто не позарится на лёгкую добычу. Затем я не без труда поднялась на ноги и попыталась размяться и прийти в чувство.

Ощущала я себя… ну, словно ночевала на земле под деревом, да. Выглядела наверняка примерно так же.

Несмотря на явную тщетность усилий, я попыталась привести себя в порядок. Как минимум отряхнула одежду и вытащила мусор из волос, а затем пригладила их. В монастыре мои волосы сбривали, и с тех пор они отрастали неровно и как-то неохотно, словно из вредности мстили мне за такое отношение. Собрать их в один пучок ещё не удавалось, но просто висящими они раздражали, так что я сделала что-то вроде крохотного куцего хвоста на затылке, а остальное зачесала на бок. И изо всех сил понадеялась, что выгляжу хоть немного приемлемо. Мне надо было произвести достойное впечатление.

На завтрак у меня нашлось последнее яблоко и одна сухая галета. Собираясь сюда, я не брала с собой много еды, благоразумно рассудив, что каждый лишний грамм усложнит мне движение. Денег тоже осталось не то чтобы много после того, как я заплатила за переправу на этот остров, и я планировала не тратить их до последнего. Но если я сегодня не смогу начать реализацию своего плана, то придётся задуматься о том, как быть дальше.

В моих фантазиях затея выглядела куда как проще.

Жалея о том, что некуда посмотреться и оценить свой внешний вид, я закинула рюкзак на плечи, сунула трость подмышку и двинулась в сторону города. Шагать без трости и по пересечённой местности было тяжело, но последняя пара дней научила меня, что с тростью ничуть неудобнее, а шансов подвернуть больную ногу с тростью только больше. Сначала доковылять до такого важного изобретения цивилизации как дорога, а лишь затем искать третью точку опоры. Чем я могу похвастаться — я действительно быстро усваиваю уроки.

Природа здесь отличалась от той, что я привыкла. Деревья меняли окрас, то выцветая на солнце до невыразительной серости, то, напротив, словно окунаясь в вечную осень с её буйством красок. Я устроила себе ночёвку на самом унылом и бледном берегу, надеясь, что там меньше шансов кого-то встретить, но буквально в пяти минутах оттуда начиналась восхитительная рощица, полыхающая всеми оттенками золота и меди. Кто-то шуршал в кустах; мне пока не довелось встретить местную фауну. Несколько раз я видела птиц, но не смогла опознать их вид — справедливости ради, я и на родине своей в птицах не больно-то разбиралась. Иногда мне казалось, что я вижу какие-то не совсем птичьи силуэты, мелькающие на фоне неба, но рассмотреть их ни разу не удалось. Всё, что я прикинула заранее, отправляясь сюда, — на маленьких островах мне не встретить крупных хищников, а значит, можно безопасно ночевать прямо на земле под открытым небом. Но всё же какой-то пытливой части моей натуры было крайне интересно: кто населяет эти рощицы и пляжи, кого держат местные в качестве питомцев, на чьём молоке пекут блинчики на завтрак?

Может быть, однажды я получу ответы на эти вопросы.

Хоть твёрдую землю у корней дерева нельзя было назвать самым комфортным местом для ночёвки, проспала я сегодня довольно долго — видимо, сказывалась усталость последних дней. В городе уже вовсю кипела жизнь, кто-то зазывал за покупками, где-то грохотали молотки, кто-то предлагал неслыханные наслаждения, и это с самого утра. Какая-то женщина надрывно предлагала пирожки, и я с тоской повернула голову в сторону аппетитного аромата свежей выпечки. Я старалась не отвлекаться на всё происходящее вокруг и не уходить далеко от береговой линии — мой путь лежал в порт. Однако узкие извилистые улочки так и норовили увести меня прочь, и пришлось несколько раз разворачиваться и топать обратно до ближайшего перекрёстка. Может, стоило изучить город и попытаться запомнить этот лабиринт, но я не планировала задерживаться здесь надолго. Я более или менее припоминала самые приметные места: квадратную площадку на месте бывшего дома, растащенного на стройматериалы, шаткую башню, явно надстраивающуюся по велению сердца, без какого-либо проекта, невообразимо помпезный и безвкусный особняк — однозначный новострой… Я продвигалась в нужном направлении.

Наконец впереди замаячили мачты, паруса, крылья и прочие элементы кораблей, которым я не знала названия; я ускорила шаг. Пусть сегодня мне повезёт, решила я. Я не молилась и даже не сильно надеялась, я просто настроилась на эту мысль и крутила её в голове так и эдак. Пусть мне повезёт. Должны же мои старания достойно вознаградиться.

Чем ближе к порту, тем гуще уплотнялась толпа. Мне становилось сложнее лавировать среди людей, особенно при условии, что приходилось опираться на трость, но я старалась ковылять достаточно бодро. Я внимательно всматривалась в лица всех, кто идёт навстречу, забыв о приличиях, разглядывала людей, выискивая свою цель. Так занятая этим процессом, я не заметила, как оказалась у причалов.

Там, где у высоких свай должна была плескаться вода, окатывая случайных прохожих мелкими брызгами, клубились облака. За несколько дней в Небесье я так и не привыкла к этому виду, и на несколько мгновений застыла, завороженная зрелищем. Если бы не плотные завихрения аэрофлуида, я могла бы рассмотреть далеко внизу землю…

Я усилием воли стряхнула с себя наваждение, отвлеклась от притягательного зрелища и принялась рассматривать корабли. Появились ли новые с вечера? Прибыл ли кто-то по темноте или с самого утра? Нет ли среди снующих вокруг знакомых лиц?

Вместе с надеждой внутри неприятно грызло сомнение: что я вообще затеяла? На что я надеялась, составляя свой безумный план? И за мгновение до того, как я позволила себе задуматься, не бросить ли всё, я наконец увидела.

Этот человек шагал сквозь толпу так, словно не замечал её. Люди как будто сами уходили с его пути, подгоняемые какой-то исходящего от него твёрдой уверенностью, что должно быть именно так, а не иначе. Дело было не в том, что он был высок и статен, а за плечом у него маячил ещё более крупный верзила, кто-то вроде телохранителя — хотя наверняка это добавляло эффекта. Дело было не в дорогом пальто, немного неуместном на тёплом острове, но сразу намекающем на род занятий своего владельца и его благосостояние. Просто этот человек производил впечатление, что все должны перед ним расступиться — и все расступались.

Мне это понравилось.

Я торопливо заковыляла следом за этими двумя, на ходу вытаскивая из кармана позавчерашнюю газету. Многие лица я запомнила, ещё находясь на поверхности, но это мне точно попадалось совсем недавно. И действительно, я нашла размытую фотографию, сделанную издалека и наверняка в движении, но черты лица угадывались вполне достаточно, чтобы утвердить меня в принятом решении.

Ещё в статье было имя — Кильор Нажим.

Я убрала газету в карман и припустила быстрее. Щиколотка тут же заныла — мне давно нужен был отдых в нормальных условиях, а не твёрдая земля между корней и тревожный полусон. Если я всё сделаю правильно, то уже сегодня этот отдых себе обеспечу. Почти на пределе своей скорости я смогла обогнать Кильора Нажима и его спутника, развернуться на ближайшем перекрёстке и зашагать им навстречу. Когда между нами оставалась пара шагов, моя нога подвернулась, трость не удержала резкое изменение тела в пространстве, и я едва не рухнула на землю. Пришлось ухватиться свободной рукой за первое, что попалось — запястье Кильора Нажима.

— Ох, прошу прощения, — промямлила я.

Кильор Нажим даже не взглянул в мою сторону, словно и не заметил, что произошло. Его телохранитель скосил на меня взгляд, но не шевельнулся в направлении меня, и это было очень кстати. Кильор Нажим даже не стал стряхивать мою руку, я спешно отцепилась сама. Всего одна секунда контакта — и я получила именно то, что мне требовалось.

Пропустив мою цель немного вперёд, я снова зашагала вслед за ними. Поднявшись повыше от порта, они свернули к дверям ресторана — весьма недешёвого, как мне показалось по зданию и вывеске. Что ж, отлично, теперь мне известно, где они проведут ближайший час. Я остановилась, давая ноге отдых. Падение было своевременным, но не таким уж наигранным.

Я коротко оглядела своё отражение в ближайшей витрине. Н-да, не больно-то вдохновляет, придётся производить впечатление своей сногсшибательной харизмой. Если бы она у меня ещё была.

Вывеска гласила «Ветер и ваниль», в ресторане царил сдержанный полумрак. И даже не пахло едой — верный признак заведения, не мнящего себя лишь местом для банального приёма пищи. Нет, сюда ходили не набить живот, а насладиться атмосферой, приятной беседой, напитком, который стоит больше, чем обычная семья Империи зарабатывает за год. Может быть, заключить выгодную сделку, на фоне которой цена напитка растворится незамеченной. Мне никогда не доводилось бывать в подобных местах, я лишь заглядывала с улицы сквозь высокие украшенные двери и даже не мечтала зайти внутрь — к чему мечтать о несбыточном? Я не подходила и не могла подойти такому месту.

Метрдотель встретил меня в дверях, окинул внимательным взглядом и явно пришёл к аналогичному нелестному выводу.

— У вас заказан столик? — поинтересовался он. — Или вас ждут?

У Кильора Нажима поди не спрашивал. Ещё, наверное, поклонился ему сразу на входе.

— Вроде того, — я постаралась не показывать своё презрение с некоторой долей обиды. — Я хочу поговорить с господином Нажимом. Он вошёл сюда две минуты назад.

— Сожалею, но господин Нажим не сказал, что кого-то ждёт, — улыбка метрдотеля была тусклой и негостеприимной. — А мы не можем позволить посторонним людям досаждать нашим гостям.

— Понимаю, — я улыбнулась шире, но понадеялась, что презрения отсыпала ему взаимной мерой. — Давайте поступим так. Я напишу записку, а вы передадите её господину Нажиму. Я уверена, что он захочет после этого поговорить со мной. Если же нет — так тому и быть, я немедленно покину ваше восхитительное заведение.

Мой голос звучал уверенно, но внутри в это же время всё просто покрывалось ледяной коркой от ужаса. Я не привыкла к такому. С чего я вообще решила, что у меня получится?!

Метрдотель смотрел на меня с явным сомнением, очевидно прикидывая, стоит ли поддаться на уговоры сомнительной девушки, выглядящей как побродяжка, или сразу попытаться выставить меня на улицу. Я как раз начала судорожно размышлять, что будет лучше: намекнуть, что Кильор Нажим расстроится, если моя просьба не будет исполнена, или пригрозить устроить дебош, если он не передаст записку, как метрдотель неожиданно кивнул мне.

— Хорошо, — согласился он. — Давайте записку.

— А у вас не будет ручки и карандаша? — попросила я. Лёд ужаса внутри сменился пожаром стыда.

Но очевидно, в ресторане прежде случалось и не такое, потому что метрдотель без лишних слов выудил откуда-то из-под своей конторки блокнот и карандаш. Прислонив блокнот к стене, я быстро написала пару коротких фраз и сложила записку сложным конвертом — этому способу когда-то давно научил меня отец. Выглядит эффектно и никому не позволяет подглядеть через край.

Если бы метрдотель видел, что за бред я написала, он бы точно не отдал записку Кильору Нажиму и сразу прогнал меня прочь.

Я вручила ему своё послание и сделала шаг назад, заложив руки за спину, всем видом показывая, что не претендую на большее. Трость придавала такой позе эффектности, но если бы не рюкзак на спине, вышло бы ещё лучше.

Бросив на меня последний исполненный сомнением взгляд, метрдотель развернулся и зашагал вглубь ресторана. Я чуть сместилась в сторону, чтобы иметь возможность видеть происходящее. У самого дальнего — видимо, самого лучшего — столика, занятого Кильором Нажимом и его спутником, метрдотель остановился и, слегка наклонившись, что-то негромко проговорил. Я не видела лица Кильора Нажима, потому что он сидел ко мне спиной, и не могла даже понять, ответил ли он что-то, но по крайней мере, записку он принял. Развернул её и некоторое время смотрел на мои каракули. Гораздо дольше, чем требовалось на чтение. Затем он сказал метрдотелю пару слов и тот сразу выпрямился и заспешил прочь.

Кильор Нажим даже не оглянулся, хотя наверняка догадывался, что я маячу в дверях.

Спешно вернувшись ко мне, метрдотель улыбнулся — гораздо более заискивающим образом, чем прежде.

— Могу я взять вашу парку и сумку? — поинтересовался он. — Господин Нажим ожидает, что вы присоединитесь к нему за обедом.

Глава вторая, «Говори правду и называй цену»

Изнутри ресторан «Ветер и ваниль» оказался ещё более впечатляющим, чем снаружи. Во-первых, он был действительно огромным — и это на островах, где каждый квадратный метр земли был наперечёт. Во-вторых, на его интерьере и украшениях явно не экономили, приложив усилия к созданию чего-то действительно эффектного — хоть на мой вкус и слегка аляповатого. Впрочем, не мне было кривить носом, ведь я в таком месте никогда прежде не бывала. Пока метрдотель вёл меня к столику Кильора Нажима, я изо всех сил старалась делать вид, что обедаю в таких местах если не каждый день, то уж через день точно…

…и с особой отчётливостью понимала, насколько я не вписываюсь в окружающую обстановку. Моя одежда была старой и заношенной и выглядела паршиво, даже если бы я не провела несколько ночей на земле. Мне однозначно стоило принять душ и помыть голову. Я хромала, даже несмотря на трость, и это отнюдь не прибавляло мне элегантности. Для всех, я уверена, для каждого, кто видел меня в этот момент, было совершенно очевидно, что я не должна здесь находиться.

Но всё же я сделала так, что Кильор Нажим пригласил меня с ним отобедать.

Ни он сам, ни его спутник не шелохнулись, пока официант отодвигал мой стул и помогал мне устроиться. Я не знала, куда деть трость, так что неловко прислонила её к последнему оставшемуся пустым стулу, едва не уронив — руки вспотели. Во что я влезла?

— Чего-то желаете? — поинтересовался официант. — Или мне подойти позже?

Я чудовищно хотела есть, но определённо не была способна сделать выбор. Но во рту пересохло, так что у меня хватило ума попросить:

— Стакан воды, пожалуйста.

Мне показалось, что тонкий стеклянный стакан возник передо мной спустя буквально одно мгновение. Я сразу сделала несколько глотков и постаралась унять ураган эмоций, бушующий внутри. Мне нужна была светлая голова.

Кильор Нажим и его спутник молчали и полностью игнорировали моё присутствие, пока официант не удалился, и лишь после этого обратили на меня свои взоры.

— Вы хотели побеседовать, — не столько спросил, сколько констатировал Кильор Нажим и уточнил: — Вы собираетесь меня шантажировать?

Его вопрос звучал совершенно спокойно. Если бы это действительно входило в мои планы, он бы ничуть не удивился. Пожалуй, даже готов был выслушать условия, прежде чем раз и навсегда устранить досадную проблему.

— Нет, — поспешила ответить я. — И в мыслях не было. Я просто хотела побеседовать, и это был лишь способ заинтересовать вас.

Есть мнение, что правду говорить легко и приятно, но это не так. Схема не работает, если правда может разрушить твои планы. Но всё же в этот раз я решила её придерживаться.

— Откуда у вас, — он поднял со стола мою записку, — эта информация?

На столе горела свеча, и Кильор Нажим сунул записку в огонь. Он не нервничал и держал бумажку, пока она не прогорела до самых пальцев — я бы точно бросила раньше. А затем просто отпустил её, позволив догореть в полёте. На белоснежную скатерть упал чёрно-серый пепел.

Наступил поворотный момент. Мне надо было раскрыть карты и поставить себя в уязвимое положение, но я не видела другого способа реализовать свою затею.

— Я Одарённая, — призналась я. — Мне достаточно лишь на мгновение коснуться человека, чтобы прочитать его мысли.

Кильор Нажим едва заметно вздёрнул бровь. Вблизи он оказался моложе, чем мне представлялось — может, лет тридцати с небольшим. Лицом не столько красивый, сколько благородный. Бледная кожа, чёрные волосы и синие глаза выдавали в нём уроженца северных провинций или даже пришельца из-за границы Империи; впрочем, акцента я не услышала. А если подумать, какое значение имели границы здесь, в Небесье?

— Ты споткнулась, когда проходила мимо по улице, — подал голос спутник Кильора, — и ухватилась за его руку.

— Верно, — не стала спорить я.

Кильор Нажим снова едва ощутимо выразил какую-то эмоцию — не то удивление, не то признание уважения. Только я не поняла, к чему это относилось: к моей нехитрой уловке или к тому, что этот человек её заметил и запомнил.

В первый момент в порту мне показалось, что огромный громила — телохранитель Кильора Нажима, очень уж характерно он держался на полшага позади и оглядывался по сторонам. Но сейчас они сидели за одним столом, и общался «телохранитель» не слишком формально. На делового партнёра он тоже не особо смахивал: слишком простой и незатейливый на вид, не чета элегантному и источающему чувство собственного достоинства Кильору. Грубая кожаная куртка вместо модного пальто, бритый череп, а не аккуратная стрижка, мрачный взгляд… Да и, честно сказать, для делового партнёра он показался мне слишком молодым, вблизи это тоже стало заметно: его черты лица, пусть и довольно грубые, всё ещё хранили какую-то свежесть юности, что ли. Я бы сказала, что он был моим ровесником, вряд ли больше двадцати пяти.

Впрочем, всё перечисленное никак не отменяло того факта, что он мог свернуть мне шею одним лёгким движением руки. Я отчётливо ощущала это рядом с ним.

— Итак, — снова перехватил инициативу в разговоре Кильор Нажим. — Чего же вы хотели?

Наступил момент истины. Я сделала ставку на все деньги, и сейчас или сорву крупный куш — или останусь ни с чем.

— Я бы хотела заключить с вами союз, — я смотрела прямо ему в глаза, надеясь, что в моих не очень явно плещется ужас. — Вы видели, на что я способна. Это может быть полезным для вас.

Вот я и сказала это. Пути назад нет.

— Пока я ещё только слышал о ваших способностях, — не стал спешить Кильор Нажим и скомандовал своему спутнику: — Дэм, дай ей руку.

Тот подчинился без капли сомнений, хотя я отчётливо видела, что ему не хотелось бы.

Ладонь, протянутая мне через стол, была размером с добрую тарелку. Я чувствовала себя совсем крошечной, прикасаясь к ней.

Короткая вспышка — и я увидела картинку, достаточно яркую и сочную, чтобы ощутить тепло и даже почувствовать аромат. Дэм держал в руках чайник и лил тёмный отвар в кружку. Его предвкушение наполнило меня с головой, пришлось сглотнуть внезапно скопившуюся слюну.

— Вы любите чай, — проговорила я. — Пьёте его при каждой возможности. У вас есть специальная кружка с зелёным ободком, из неё чай пить вкуснее, чем из любой другой. Вы с детства мечтали пить чай в любой момент, когда пожелаете.

На мрачном лице Дэма отразилась растерянность.

— Всё так, — он на мгновение замолчал. — Но я думал совсем не об этом.

Я прикрыла глаза и медленно выдохнула. Придётся раскрыть ещё больше правды.

— Под «прочитать мысли» я не имею в виду «сказать, о чём человек думает именно в этот момент», — пояснила я. — Скорее, я считываю какую-то его часть. Иногда это действительно мысль, иногда эмоции или намерения, иногда воспоминания. Я не выбираю, что именно, просто получаю картинку.

— Дэм, ещё раз руку, — скомандовать Кильор Нажим.

Я снова прикоснулась к лопатообразной ладони. И снова картинка — яркая до степени галлюциногенности.

Красивое слово, вычитала его в монастырской библиотеке. К слову, о чтении.

— У вас не получается читать, — я смотрела на Дэма. — Дело не в том, что вы не умеете, просто буквы перед вами расползаются и изменяются, вы не можете на них сосредоточиться.

— Да, — за него ответил Кильор Нажим. — Всё верно. Я верю в вашу способность.

— Выглядит не слишком полезной, — заметил Дэм. — Что толку от этого знания.

— Любую информацию можно использовать, — пожала плечами я. — Например, подсунуть вам контракт, который вы не будете в состоянии прочитать. Или смазать ободок вашей любимой кружки снотворным, чтобы избавиться от вас на пару часов. Да, придётся ориентироваться по ситуации, но простор для идей открывается вполне достаточный…

— Ядом, — поправил меня Кильор Нажим. — Лучше смазать кружку ядом.

Он слегка улыбался, но я не поняла, было ли сказанное шуткой, а если да — в чём её соль. Так что вежливо улыбнулась в ответ, надеясь, что получилось не слишком вымученно.

— Допустим, я нахожу ваше умение полезным, — теперь Кильор Нажим даже слегка развернулся ко мне, выстраивая более доверительное общение, — но в чём ваша выгода от работы со мной?

А вот теперь настало время полуправды. И я надеялась, что произнесу её так же легко, как и всё до того.

— Одна я не справлюсь, — призналась я, — и не смогу себя защитить. Мне хотелось бы многого достичь, но у меня нет ничего кроме моей способности и амбиций. Мне нужен достаточно сильный союзник, который возьмёт на себя всё остальное.

Только произнеся эти слова вслух, я почувствовала, как жалко они звучат. В моей голове это выглядело получше. Да уж, шикарное предложение. Желающие заключить со мной сделку в очередь выстраиваются!

— Амбиций… — задумчиво повторил Кильор Нажим.

Дэм едва слышно хмыкнул — мне показалось, как-то даже горько или с сожалением.

— И почему я? — продолжил допрос Кильор Нажим.

— Слышала о вас, — я подумала достать газету, но вовремя себя одёрнула. — Мне показалось, что предложение будет в вашем вкусе.

Кильор Нажим быстро посмотрел на Дэма. Тот явно старался выглядеть максимально равнодушным. Я окончательно перестала понимать, что происходит.

— Какая уже разница, да? — с неожиданным весельем обратился к Дэму Кильор Нажим.

— Выглядит как судьба, — бесстрастно ответил тот.

Я постаралась незаметно под столом вытереть ладони о штаны.

— И вы не боитесь таких людей, как мы? — любезно поинтересовался у меня Кильор Нажим.

— Боюсь, разумеется, — честно призналась я, вызвав сдержанные улыбки моих собеседников. — А значит, если вы будете на моей стороне, боятся будут все остальные. Меня это устраивает.

Ах, я само остроумие.

— Последний вопрос, — Кильор Нажим снова повернулся ко мне, — какое вознаграждение вы хотите за свою службу?

Он застал меня врасплох. Прокручивая в голове свой план, я вообще не думала о деньгах! Мне необходима была сама возможность заключить союз с кем-то вроде Кильора Нажима, это было главной целью. Но конечно, если мы заключаем бизнес-партнёрство, я должна иметь с этого финансовую выгоду!

— Полагаю, достойное, — выдавила я, вцепившись руками в скатерть.

Пусть это прозвучит так, словно я деловой человек и не трачу слова на мелочи, взмолилась я. Пусть он сам назовёт сумму!

Быстро и гулко колотилось сердце, мне казалось, что все услышат стук и поймут, насколько я волнуюсь, насколько я не уверена в себе, какую ерунду я предлагаю и какую глупость я затеяла…

— Дэм Лигнин, — неожиданно решил представить своего спутника Кильор Нажим, махнув в его сторону рукой.

Тот сдержанно кивнул.

— Мой помощник широкого профиля, так сказать, — продолжил Кильор Нажим. — Без чётких обязанностей, но готовый всегда безропотно поучаствовать в любой моей деятельности. И имеет за это достойное вознаграждение. Я предлагаю вам стать моим вторым помощником на аналогичных условиях. Устраивает вас такое предложение?

Если мы говорим о правде, то она в тот момент была такова: я и мечтать не могла о лучшем предложении. В моих самых смелых фантазиях, в моих непродуманных планах всё не складывалось таким образом. Такой вариант развития событий стоял под грифом «несбыточно».

— Я уверена, наш союз будет плодотворным, — я салютанула Кильору Нажиму своим стаканом воды и залпом её допила.

Глава третья, «Начинай новую жизнь и тепло одевайся»

Первым делом Кильор Нажим подозвал официанта и всё-таки заказал для меня обед — похоже, я производила впечатление, что он мне действительно нужен. Самую малость обидно, но я не стала изображать, что меня оскорбили в лучших чувствах: возможность поесть сытной горячей еды сейчас вчистую перебивала все душевные терзания.

— Разумеется, это не все условия, — обратился ко мне Кильор Нажим, дождавшись ухода официанта, и я вновь напряглась.