Наш любимый Пуззи. Большое путешествие

Где все лучшие йогурты

От лавины звуков и огромной толпы, которая на земле выглядела ещё внушительнее, маленькие свины даже растерялись. Настолько, что сами крепко вцепились в своих взрослых опекунов, друзей Сидала и Яси: кто за руки, кто за штанины, кто, если его так и несли на руках, за шею.

«Да нас тут затопчут…» — взволнованно прошептал Чуня.

«Не затопчут, — хихикнул Верес. — Вон Кукки завизжит, всех распугает, мы и проскочим».

«Не буду я визжать!» — пропищала Кукки.

«Будем доставать Кукки или айда уже объедаться?» — Сета, которая держалась за руку Яйи, топнула ножкой.

«Девчушка дело говорит!» — пробасил крупный щекастый свин, у которого под мышкой болтал ногами Блинчик, и первым вклинился в толпу под теми самыми разноцветными зонтиками, которые оказались большими шёлковыми шатрами.

Через несколько секунд они оба пропали из виду. Следом без лишних разговоров устремились Яйя с Сетой и Джаз с Кукки. Минуты не прошло, как на стоянке куласов остались только Сидал, Яся, Тисса и Пуззи.

«А как мы их потом найдём, если…» — перепугалась Яся и сжала ручку Пуззи так, что тот ойкнул.

«По пульсерам, Ясь. Ну что ты?» — Тисса кивнула на руку Сидала, где красовался массивный серебристый браслет-пульсер, который, как уже сообразил Пуззи, вовсе не был украшением.

«С ребятами им ничего не угрожает, поверь мне! — мягко сказал Сидал. — Вечером получишь всех спиногрызов назад. В целости и сохранности».

«Я просто волнуюсь за малышей!» — голос сестрёнки дрогнул.

«Ты лучше волнуйся, что пока мы тут стоим, Кукки и остальные уже лопают лучшие йогурты Центраны», — напомнил Пуззи, пристально глядя на Ясю снизу вверх и для убедительности корябая ей ладошку, в которой она сжимала его пальчики.

«Ой, ну ладно! — Яся улыбнулась до ямочек на щёчках и кивком показала на шатры. — Идём!»

В первом шатре, куда они заглянули, семейная пара — свин и свинка в розовых фартучках и накрахмаленных колпачках — угощала всех желающих йогуртом с мелко нарезанными тушёными кабачками и зелёным горошком. Фермеры напряжённо вглядывались в лицо каждого нового дегустатора. Как успел заметить Пуззи, все в основном улыбались, пробуя их йогурты.

А некоторые даже показывали большой палец в знак одобрения.

Когда очередь дошла до Пуззи, Яси, Сидала и Тиссы, свин и свинка, пересчитав их, протянули четыре мини-баночки с торчащими в них ложечками.

Пуззи тут же схватил одну из них и ложкой зачерпнул чуть ли не весь йогурт с колыхающейся, как желе, белой горкой с коричнево-зелёными крапинками, поспешив ухватить её губками, пока она не соскользнула на пол.

Маленький свин на секунду прикрыл глазки, смакуя вкус, а когда открыл, обнаружил, что вопросительно смотрят на него не только фермеры, но и Яся с подругой и Сидалом.

«Понравилось?» — спросила Тисса.

Пуззи зажмурился, тряхнул головой и громко чихнул, постаравшись вместе с чихом не выплеснуть ещё не проглоченную часть йогурта.

«Не понравилось?» — грустно прошептала фермерша.

Вместо ответа Пуззи протянул ручку, взял нетронутый йогурт у Сидала и проделал тот же трюк с выгребанием содержимого баночки ложечкой и быстрым глотанием.

«Ещё хочешь, пусечка?» — радостно всплеснула руками фермерша.

«Я хочу! Я тоже пусечка!» — усмехнулся Сидал, в то время как Пуззи усиленно закивал, причмокивая.

Он тут же получил новую баночку от разулыбавшейся свинки, которая настолько умилилась видом чавкающего малыша, что на большого свина даже внимания не обратила.

«Так ты примерно на третьем шатре застрянешь!» — сказала Яся, аккуратно поддевая йогурт из своей баночки.

Скушав одну ложечку, она наполнила вторую и протянула её Сидалу.

«А меня ты с ложечки не кормишь!» — возмутился Пуззи.

«Ты сам прекрасно справляешься! — сказав это, Тисса доела свою порцию. — Но Яся права. Мы же хотим попробовать разное? — она улыбнулась свинке-фермерше. — Действительно, очень вкусно. И необычно. Спасибо».

«Спасибо!» — прочамкал Пуззи, взяв из рук свинки третью баночку, которую доел, уже сидя на руках у Сидала.

В следующий час они побывали в десятке шатров, наевшись йогуртов с творогом и капустой, синесладицей и яблоками, перцем и тремя видами шоколада, яйцом и несколькими сортами грибов, баклажанами и любимым всеми свинами картофелем и ещё много-много с чем…

Пуззи выслушал множество комплиментов по поводу своей кепочки, получил в подарок четыре значка с фермерскими эмблемами и косыночку на шею в фирменной расцветке фестиваля — сливочно-вишнёвой.

Он сосредоточенно набивал животик в каждом шатре, ни разу не отказавшись от добавки, хотя уже чувствовал, что наелся и даже переел, а потому не против остановиться и поспать. Но где?

И что потом? Сейчас остановиться, завалиться дремать, а потом целый год ждать нового фестиваля, жалея, что столько всего вкусного не попробовал? Подумав об этом, Пуззи жмякнулся пятачком о плечо державшего его на руках Сидала и понял, что почти заснул. Он встрепенулся, сообразив, что Яся, если что, будить его не станет. И Тиссе с Сидалом не даст.

«Знаю я её, — подумал Пуззи и решил настоять на том, чтобы дальше идти самому.

«Поставь меня на землю!» — скомандовал он Сидалу.

Большой свин удивился, но послушался.

Пуззи закачался, икнул. А Яся спросила: «Так, может, всё, Пуззи? У тебя уже вот-вот пояс на штанишках лопнет!»

Пуззи вжал животик и подтянул те самые штанишки, которые и правда, когда он снова расслабил пузико, издали звук собирающейся разорваться ткани. Но он упрямо сжал зубки и покачал головой, а затем уверенно двинулся к следующему прилавку с йогуртами, недоумевая, почему они ходили-ходили, ели-ели, делая это быстро, но ещё не догнали никого из друзей.

«Насколько же они быстрее нас лопают?» — размышлял Пуззи.

Спустя ещё час при непрекращающейся уже икоте после старательного поедания бессчётного количества йогуртов, которые ему нравились абсолютно все, даже чесночный, Пуззи остановился отдышаться в переходе между шатрами. Яся, Сидал и Тисса терпеливо ждали, пока он закончит пыхтеть.

«Ну что? Может, хватит?» — подняла бровки Яся, присев перед Пуззи на корточки.

«Иккк!» маленького свина прозвучал уверенным «нет».

Яся, поднимаясь, вздохнула: «Ну нет, так нет».

А затем Пуззи зачем-то посмотрел наверх и увидел высоко-высоко гигантскую гроздь разноцветных воздушных шариков. Их не было, когда он смотрел на Питарру сверху, из куласа. Только что надули?

«А там что?» — снова икнув, спросил он, указывая пальчиком на шарики.

Яся, Сидал и Тисса не успели ответить. Проходивший мимо большой рыжий кот, держа за ручки двух таких же рыженьких малышек в одинаковых зелёных юбочках, бросил: «Чемпионат стихоплётов. Пытаются выиграть большую бочку орехового йогурта».

Пуззи выразительно посмотрел на Ясю.

«О, нет!» — проговорила она, судя по интонации, заранее сдаваясь.

Посмотрела на Сидала и Тиссу, те только руками развели.

«Остановить его мы не сможем», — пожал плечами Сидал.

«Не смогут», — мысленно согласился с ним маленький свин и, несмотря на отяжелевший животик, так припустил в сторону, где над шатрами висели шарики, что Яся крикнула: «Давай потише, скороход!»

Но Пуззи не хотел потише. Бочку йогурта же выиграть могут, пока он тут ползти будет! Поэтому он продолжил бежать, слизывая капельки пота с пятачка, пока Сидал не поймал его, от неожиданности задрыгавшего ногами, и не посадил себе на плечи со словами: «Верхом поедешь! Успеем, обещаю!»

«А он меня понимает», — мысленно обрадовался Пуззи, гордо глянув на Ясю сверху.

До места они добрались за десять минут.

Как стать поэтом?

Чемпионат, о котором сказал кот, проходил на открытой полянке, где в центре стоял широкий круглый каменный блин — сцена. На неё выходили маленькие участники и поочерёдно — на фоне колоритного белого бочонка с ручками с двух сторон — читали стихи, а ведущий, седой пухленький свин в галстуке и полосатых брюках на подтяжках, одним известным ему методом замерял уровень поддержки участников зрителями.

Когда группка свинов пробралась в первые ряды зрителей, Сидал поднял Пуззи над головой, а затем аккуратно поставил на землю. Подбежавшая следом Яся на всякий случай ухватила братишку за воротничок рубашки.

Гроздья тех самых шариков, привязанных к столбам, вкопанным по краям полянки, на близком расстоянии выглядели гигантскими. Пуззи никогда не видел такого количества воздушных шариков в одном месте. Вот бы их потыкать какой-нибудь острой палкой! То-то шуму будет!

Но на самом деле маленького свина волновали совсем не шарики.

«Я его хочу!» — объявил Пуззи, ткнув пальцем в бочонок и икнув.

«Все хотят!» — раздался ехидный голос сзади.

Ещё до того, как Пуззи оглянулся, он понял, что этот свин ему категорически не нравится. Он крутанулся на своих ботиночках и…

«Да ты даже не свин!» — возмущённо выкрикнул малыш.

«Ну и что?!» — задиристо выкрикнул тот самый — противный! — енот с парада.

Который чуть не полинял от зависти, когда увидел, как маленький свин едет в колонне зелян на плечах огромного волка.

«Все хотят, а будет мой!» — сузив глазки, объявил Пуззи.

«Размечтался, брехопятак!»

«Как ты разговариваешь, Паппи?! О чём мы договаривались? Будь вежливым!»

Крупный енот в футболке и — чего уж там! — очень красивой кепочке подошёл к вредному енотику, положил руки ему на плечи и приветливо поклонился Ясе, Тиссе, Сидалу и даже Пуззи.

«Он первый начал!» — заявил енотик, и Пуззи чуть не подавился от возмущения, раздумывая, не пихнуть ли ему в пузо этого вруна.

Но тут ведущий прокричал: «Есть желающие? Главный приз всё ещё ждёт победителя! Бочонок чудесного, густого и жирного орехового йогурта!»

«Я-а-а-а-а!» — одновременно во всё горло проорали Пуззи и енотик.

Паппи, как выяснилось.

«Что за дурацкое имя?» — успел подумать маленький свин, вырвавшись из ручек Яси и со всех ног рванув к сцене.

Но Паппи оказался не менее проворным. Так что у бочонка они оказались вместе, бок о бок.

Ведущий даже растерялся от их прыти и от того, как они друг на друга смотрели, громко пыхтя над главным призом.

«Так, а кто из вас начнёт?» — спросил пожилой свин.

«Я-а-а-а-а!» — дуэтом завопили Пуззи и Паппи, столкнувшись носами над бочонком и дружно ойкнув.

«Давайте жребий…» — предложил ведущий.

Но тут Паппи заорал: «Лучше йогурты наверняка бывают. Но о них нигде не знают».

«Ах ты подлый мелкий вредитель», — подумал Пуззи.

И тут же выкрикнул: «Все начинки хороши! Я наелся от души!»

Ведущий хлопнул в ладоши, прерывая начавшийся было ропот и свист зрителей, и пробормотал: «Вы оба такие молодцы…»

Он явно хотел сказать что-то ещё, но Пуззи перебил его радостным воплем: «Тут такой прекрасный вкус, что в восторге даже скунс».

Енотик сжал ручками край бочонка и взвизгнул:

«Прикуси свой язычок! Злой, противный кабачок!»

Так они ругались стихами ещё несколько минут под свист зрителей, дойдя в итоге до стадии обычной ссоры:

«Ах ты…»

«Да ты сам…»

«Да я тебе…»

«Ты кому это сказал?»

«Стоп-стоп-стоп! — ведущий наконец хлопнул в ладоши так сильно, что у малышей в ушах зазвенело. — Вы оба хороши. Очень. Но хватит».

«Я выиграл!» — объявил Пуззи.

«Ещё чего!» — Паппи сузил глазки и показал, что готов снова треснуться носом о нос.

«Сто-о-о-оп! — ведущий снова хлопнул в ладоши и вздохнул. — Вы оба проявили удивительную волю к победе. Поэтому давайте просто поделим приз между вами. Договорились?»

«Ни за что!» — брызнул слюнями Паппи.

«Не дам ему ни капли!» — проверещал Пуззи.

«Пуззи! — попыталась унять соперников подошедшая к постаменту Яся. — Дался вам этот приз! Тут столько новинок, что вы за месяц всё не перепробуете. Ну, мальчики!»

«Паппи, давай-ка ты успокоишься! — поддержал Ясю взрослый енот, отец Паппи, как догадался Пуззи. — Ты ведь даже не любишь йогурты!»

Но малыши твёрдо решили не сдаваться. Они вцепились в ручки бочонка с обеих сторон так крепко, как только смогли, и изо всех сил стали тянуть его каждый на себя, упираясь пяточками, смачно пыхтя, кряхтя и пуская слюнки от усердия.

«Да прекратите вы, два сведенца!» — крикнула Яся.

«Сведенцы», конечно, не прекратили. Наоборот, налегли посильнее.

Тем временем бочонок из мягкого материала растягивался то в одну, то в другую сторону, но и только. Силы и упрямство соперников определённо были равны. Зрители даже начали делать пари, кто кого перетянет, и свистом поддерживать спорщиков.

«Бой года», — пробормотала Яся.

«Может, мы с вами их как-то растащим? — предложил енот. — Я оттяну своего, а вы своего».

Ясе идея понравилась. Они поднялись на постамент и стали медленно заходить за спинки сосредоточенно перетягивающих бочонок малышей. Яся за Пуззи, енот за своего Паппи. Но только они приготовились ухватить спорщиков за плечики и отцепить от ручек бочонка, как случилось то, чего не ожидал никто. Более того, все даже не сразу поняли, что произошло и что это за фейерверк из белой слизи, которой окатило и тех, кто был на постаменте, и зрителей в первых рядах. Бочонок разорвало на части!

И в то время, как Тисса — и не только она — хохотала так, словно её щекотали, Сидал закрывал лицо руками, пряча улыбку, Яся бормотала: «Поверить не могу», пытаясь смахнуть с головы йогуртовую пену, а взрослый енот беспомощно оглядывал свою слипшуюся от йогурта шкурку, Пуззи и Паппи как шлёпнулись, так и сидели, по уши в йогурте, ошарашенно глядя на ручки от бочонка в своих ладошках. Единственное, что осталось от главного приза конкурса юных поэтов на фестивале в Питарре.

Пуззи сердито облизал пятачок и щёчки, докуда сумел дотянуться языком. А вкусный был приз!

Паппи тем временем шмыгнул носом и слизал сгусток йогурта со своего плеча.

«Никогда тебе этого не прощу!» — сглотнув, громко объявил енотик.

«Я тебя не слушаю! Посолю и скушаю!» — причмокнув, выкрикнул ему Пуззи и по-боевому тряхнул ручкой, нечаянно брызнув белой слизью на Ясю, которая никак не могла решить: плакать ей или смеяться.

«Мыть вас кто теперь будет, сведенцы пузатые?»

«Я разберусь!» — Сидал уверенно отодвинул Ясю в сторону и взял сразу обоих малышей за загривки — больше на них не было чистого места.

А они так разволновались, что даже не стали сопротивляться.

«Ждите здесь», — сказал Сидал и, слегка отставив обе руки от себя, чтобы не испачкаться, понёс обоих толстячков прочь с полянки.

Они же болтались в такт его шагам, как два мокрых мешочка, и не издавали ни звука.

«А мне интересно, кто теперь вымоет нас», — скорбно произнёс отец Паппи, глядя им вслед и стряхивая с ушей сгустки йогурта.

Как Паппи с Пуззи в роднике искупались

Малыши пытались понять, куда это Сидал так долго их несёт, и, когда могли, растерянно переглядывались. Пуззи в эти моменты даже казалось, что енот не так уж ему и не нравится. А может, они даже подружиться сумеют?

«Ну нет, нет, нет! Что это я!»

Пуззи зажмурился и встряхнулся, чтобы отогнать странную мысль.

Но Сидал его дёрганье истолковал иначе: «Не вырвешься! Не старайся!»

«Мы ушли с ярмарки», — нервно объявил Паппи.

«Действительно», — мысленно согласился с ним Пуззи.

Болтаясь в руке Сидала, он видел только ноги друга сестры, землю и… растения на ней! Когда шатры, шарики, нарядные свины, коты с их гвалтом и раздающимся со всех сторон чавканьем сменились на… лес, Пуззи вдруг стало страшно.

«А мы куда?» — пискнул он.

«Унесу вас куда подальше и оставлю под кустом. Там и будете спорить», — невозмутимо сказал Сидал и прибавил шаг.

Пуззи коротко глянул на Паппи, Паппи на Пуззи. Они с полувзгляда поняли друг друга и синхронно завопили, будто их ущипнули.

«Стоп-стоп-стоп! Я уже оглох от ваших визгов! — Сидал остановился. — Мы идём к роднику. Мыть ваши шкурки. Ясно?»

«Я не люблю мыться!» — панически выкрикнул енотик.

И Пуззи не удержался: «Да я сразу понял, что ты вонючка!»

В ответ Паппи, видимо, не придумал, что можно сказать такого же обидного, поэтому исхитрился плюнуть в сторону Пуззи. Но недоплюнул и попал на штанину Сидала, который лишь покачал головой и прибавил шаг.

«Ну вот мы и пришли!» — наконец объявил друг Яси спустя несколько минут.

Он опустил малышей на землю, где они первым делом решили осмотреться, а сам принялся оттирать оплёванную енотом брючину сорванным листом лопуха.

Они действительно были в лесу, у края маленькой полянки с крохотным озером вытянутой формы, в центре которого бил живописный — будто пляшущий — фонтанчик.

«Родник очень чистый. Вода холодная, но больше я ничего не придумал. Общественных моек в Питарре нет, а вы через час-другой начнёте пахнуть кислым молоком, если вас не прополоскать как следует. И тогда мой кулас провоняет так, что его придётся выбросить».

Выбросить? Пуззи, услышав это, очень удивился.

Тем временем Паппи пробубнил: «Нужен мне ваш кулас… У меня знаете сколько куласов?»

А потом медленно пошёл к озеру… Он сунул в воду пальчик и тут же вытащил его с воплем: «Уйха-а-а-а, уа-а-а пфрррр!»

«Так, я не полезу в холодную воду», — заявил Сидалу Пуззи и попятился прочь от озера.

«Оба полезете!»

«Нет! — упёрся Пуззи. — Не полезем!»

«Не полезем! — согласился с ним енот, но тут словно спохватился. — А кто тогда вонючка?»

«Ты, конечно», — объявил маленький свин и, наклонившись, фыркнул на воду.

А в следующую секунду полетел прямо в озеро от тычка Паппи. Сидал остановить его не успел.

Прямо перед нырком Пуззи издал такой вопль, что у него самого уши заложило. От накатившей на него злости он даже не сразу почувствовал, насколько ледяная в озере вода. А когда вынырнул, обеими ладонями зачерпнул воду и прицельно пульнул её прямо в лицо хохочущему на берегу Паппи, который от неожиданности бултыхнулся следом за Пуззи.

«Ты похож на мокррррую трррряпку!» — выкрикнул маленький свин, стуча зубами от холода.

«А ты на ссссиний лыссссый кабачок!» — не задержался с ответом енотик.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.