Ведро с крабом

Глава 1

Моя жизнь — это череда сокрушительных разочарований. Холодный ветерок проникал через открытое окошко и тревожил мои локоны, залитые липким лаком с чёртовыми блёстками. Я, Элис из дома Грустной Луны, страдала всю ночь, пытаясь уснуть на бигудях, дабы выглядеть умопомрачительно красиво, а господин Рококо, владеющий лавкой сладостей, смущённо улыбался и рассказывал о том, как сделал предложение цветочнице. Большего унижения и представить себе трудно! Я была растоптана! Три месяца перемигиваний, тайных встреч в парке беснующихся клёнов, скромные подарки и трепетные письма — всему пришёл конец. Я взяла чашку с остывшим чаем и хлебнула от всей души, мысленно проклиная и господина Рококо, на которого положила глаз, и распутницу-цветочницу, посмевшую лишить меня удачного шанса на замужество.

— Ах, Элис! — прошептал мой бывший жених. — Вы же не будете по мне скучать?

— Буду, — со злостью ответила я, дабы господин Рококо проникся ко мне состраданием, но он был слишком счастлив и одарил меня жалостливой улыбочкой. — Прощайте!

Я с гордо поднятой головой поднялась со стула и направилась к выходу, чувствуя, как полыхают щёки и щиплет в глазах от едких слёз. Меня обошла какая-то цветочница! И поскольку моя жизнь повисла на волоске, я решила вытянуть ещё один заговорённый билетик на удачу, поэтому сразу же двинулась к мясной лавке господина Джелибо. Но, кажется, боги решили надо мной жестоко подшутить.

— Ах, Элис! — господин Джелибо всунул мне в руки бумажный свёрток с тонко нарезанными полосками бекона. — Я должен сделать признание!

— Скорее же, — с душевным трепетом в груди поторопила я мясника.

— Я влюбился! И благодаря вашим беседам по вечерам, смог сделать предложение госпоже Рунни из соседнего дома. Ах, Элис, она ответила согласием!

Они, что ли, сговорились против меня с господином Рококо?! Я была слишком учтива с этими болванами. Какое нескончаемое унижение!

— Прощайте! — процедила я сквозь зубы и поторопилась покинуть ненавистную лавку мясника, видимо, придётся питаться одними овощами всю весну.

Моё сердце было разбито! Я одним махом проворонила двух видных женихов с весьма приличным достатком и хорошим положением в обществе. И что мне теперь делать? Мысль о женском монастыре я отмела сразу. Ещё слишком молода и красива, дабы хоронить себя заживо в расписных хоромах богини смерти. Я нервно поёжилась и быстро отвернулась от высоких, серых стен, возвышающихся около причала. Монастырь скрывался за ними, храня свои тайны даже от горожан. И дабы не привлекать к себе взгляд ревнивой богини смерти, я поторопилась по кривой дорожке в Магическую Академию. Из двух зол я выбрала самое меньшее.

Худой мужчина с крючковатым носом смерил меня пронзительно-презрительным взором ледяных глаз и выдал, зажав двумя пальцами, желтоватый листок с требованиями к студентам. У меня аж колючие мурашки по спине пробежали от его взгляды. Он громко кашлянул, прикрыв рот кулаком, а потом промолвил, давясь тяжестью непоколебимого самомнения:

— В Магическую Академию семи сфер абы кого не берут. Ясно?

— А то как же, — огрызнулась я, вчитываясь в мелкие,чёрные буковки.

Пропитание и крыша над головой любезно предоставлялась Академией, а вот всё остальное необходимо было притащить с собой после вступительных экзаменов. Моих скромных сбережений вполне хватало на покрытие мелких расходов будь то перья, пергамент и чернила. Загвоздка образовалась на пункте, где студенту требовалось предъявить фамильяра. Чёрт, где они продаются? Я оторвалась от чтения листочка и посмотрела на худого мужчину, тот ядовито улыбнулся, словно бы смог прочитать мои мысли. Возможно, в это странное мгновение мне стоило отступиться и вернуться в комнату, которую я снимала у сварливой тётки, переплачивая за горячую воду. Но я прекрасно понимала, что за мной уже шлейфом потянулась слава брошенной невесты аж двумя женихами. И мне тогда придётся либо вернуться домой в глухую деревню, либо всё же постучаться в ворота монастыря и отдаться тайным знаниям богини смерти.

— Когда начнётся вступительный экзамен? — поинтересовалась я.

— А чего тянуть, — усмехнулся мужчина и жестом пригласил меня пройти в зал со сводчатым потолком, где скучали трое преподавателей, лениво обмахиваясь павлиньими перьями. — Идите и узнайте свою судьбу.

Он толкнул меня в спину, и я выбежала на середину зала, обратив на себя внимание преподавателей. Они без лишних слов указали на мутный шар, стоящий на подставке около их стола. Я нервно сглотнула и осторожно приблизилась к магическому предмету. Что же, меня ожидал третий позор за сегодня. Я слышала об этой унизительной процедуре, когда надо показать свои магические способности, которых отродясь не водилось в моей семье. И всё же мне стало боязно перечить магам, поэтому подняла руки и, кривясь от омерзения, прижала ладони к шару.

Огромный, чёрный ворон влетел в открытое окно и с оглушительным карканьем пролетел над головами преподавателей, вызвав переполох. Кто-то успел огреть павлиньим пером негодяя, а взамен получил царапину поперёк лба. Я вздрогнула от неожиданности, подставка пошатнулась, и шар опасно накренился.

— Осторожнее! — прикрикнул на меня один из преподавателей и поправил магический предмет.

Шар окрасился красноватыми бликами, маг, коснувшийся его, побледнел и поспешно отдёрнул руку.

Глава 2

Гробовое молчание воцарилось в зале. Чёрный ворон устроился на перекладине под потолком и уставился на меня глазками-бусинками, чуть приоткрыв клюв. Преподаватели молча переглядывались и тянули с ответом, хотя по их же правилам я успешно сдала вступительный экзамен. Я сидела напротив них и ждала окончательного вердикта, но никто не хотел брать на себя ответственность.

— Наверное, как бы это сказать...

— Возможно, но не точно...

— Я бы возразил, но...

Все взгляды устремились на меня, явно преподаватели хотели получить хоть какой-нибудь ответ, а лучше всего моё постыдное бегство и отказ от экзамена. Но они не на ту девушку нарвались!

— Спасибо! — широко улыбнулась я. — Всегда мечтала учиться в Академии. Буду самой лучшей ученицей!

— Студенткой, — поправил меня один из них, но получив тычок от соседа, затараторил: — Всё-таки произошло недоразумение!

— Да? — злобно прошипела я, потеряв всякое терпение. — А ничего, что ваш магический шар с трещиной?!

Преподаватели даже без переглядываний вмиг побледнели и осунулись, явно кто-то здесь уже побывал до меня.

— Хорошо! — вдруг оживился один из них и приосанился, его губы тронула зловещая улыбка. — Завтра вы должны привести с собой фамильяра, и если он пройдёт магический контроль, то вы будете допущены к учёбе в Академии.

Кто бы сомневался, что эти злодеи пропустят меня без дополнительного испытания! Как я, без магических способностей, смогу найти фамильяра?! Они ведь на дороге не валяются! Я аж побагровела от переизбытка нервных эмоций. Только птица удачи хлопнула меня по ладони хвостом, как судьба мгновенно отвесила пинок. Так и хотелось воскликнуть во весь голос, заломив руки на груди: «За что»?! Но я сдержала порыв слабости своей истерзанной души, гордо поднялась со стула и бросила в лицо преподавателям:

— До завтра!

Они, нисколько не стесняясь, облегчённо выдохнули, а один даже помахал мне рукой вслед. Ворон сорвался со своего насеста и вылетел в окно, нагадив на магический шар. Я вышла за ворота Академии и приуныла, мысленно проклиная всех на свете. И вот в таком ужасном состоянии дошла до причала, где рыбаки распродавали свой улов. Солнце стояло высоко и рыба воняла. Я шла вдоль ряда и почти не замечала отвратительного запах, пока не зацепилась подолом платья за ведро. Солёная вода выплеснулась на мои туфельки, заставив скривиться. Я посмотрела на рыбака, выглядел он ужасно: правый глаз перетянут грязной повязкой, на щеке глубокий шрам, а единственный глаз — пронзительно-синий. Пират!

— Эй, девка! — окликнул он меня и криво ухмыльнулся. — Купи!

Я скосила глаза вниз и чуть не вскрикнула от ужаса, два голубых глаза на тоненьких ножках-усиках с неизбывной печалью смотрели на меня из мутной водицы, в которой едва угадывались силуэты розовой клешни.

— Я этого гада у Чёрной бездны выловил, — похвастался пират.

Где-то вдали послышалось воронье карканье, я напустила на себя вид монашки, словно бы побрезговала крабом. Чёрная бездна имела дурную славу, туда по доброй воле никто из рыбаков не ходил. А ещё там бывали вспышки дикой магии, и это могло мне пригодится. Чёртов шар точно отреагирует на морского гада, выловленного у Чёрной бездны.

— И что мне с ним делать? — спросила я и зевнула якобы от скуки, хотя сама загорелась от дикого нетерпения.

Мне до чёртиков был нужен этот вонючий краб! Но и переплачивать за гада я не собиралась. Всё-таки впереди пока передо мной расстилалась дремучая неизвестность. А вдруг краб окажется не из Чёрной бездны? Я ведь тогда даже не смогу разыскать этого коварного пирата и плюнуть ему в наглую рожу.

— Ну, солью присыпешь и в печь, — захохотал он.

Ножки, на которых держались голубые глазки, задрожали и опали в мутную воду, а через миг на поверхности забулькали пузыри.

— Он сдох, что ли? — удивилась я.

— Да нет, — пират пнул ведро, и оттуда послышалось щёлканье клешни. — Притворяется. Ну что, девка, берёшь гада?

— И сколько в нём мяса будет? — я ещё разок зевнула, и пират злобно кашлянул.

— Мясо у него нежное и сочное, — проникновенно заулыбался он. — Две монеты, красавица! Всего две монеты, и этот гад твой навеки вечные!

Я ответила улыбкой, склонилась к ведру и шумно принюхалась. Две монеты — дороговато для морского гада.

— А чего он воняет?

— Девка, ты стервь, каких свет не видывал! — взъярился пират. — Ещё торгуешься?!

— Знаешь, золото на меня с неба не падает! — я упёрла руки в бока, с яростью глядя в один синий глаз пирата. — Мне приходится пахать от зари до зари. А ты хочешь меня ограбить посреди белого дня?! Люди добрые, посмотрите на этого злодея!

Пират ошеломлённо смотрел на меня, а вокруг нас начали собираться зеваки. Я же вошла в раж, запрокинула руки и завопила почище белуги:

— Две монеты за вонючего, полудохлого краба! Да где это видано-то? Да что за грабёж-то?!

Пират почесал повязку, кашлянул и хрипло выдавил:

— Две серебрушки.

Это было вдвое меньше заявленной цены, и у меня как раз в кармане болтались две мелких монетки. Я тут же перестала завывать, строго зыркнула на зевак, и те поспешили разойтись, пока и им не досталось на орехи. Я со скорбным лицом рассталась с двумя серебрушками, подхватила ведро и поспешила прочь, пока пират не опомнился. Краб вытащил клешню и попытался меня цапнуть, за что и получил по своей плоской башке кулаком. Гад со свистом ушёл на дно ведра, выпустив пузырьки воздуха.

Глава 3

Ночь выдалась душной и тёмной, тени в углах комнаты роились и шептались, краб булькал в ведре, а у мне на сердце будто тяжёлый камень положили. Я никак не могла заснуть и всё думала об Академии, магах и новой жизни. Мне хотелось верить, что в этот раз судьба смилостивится надо мной и выдаст охапку счастья. А уже если совсем она расщедрится, то и жениха приличного отвалит. Бульк!

— Да заткнись ты! — гневно прошептала я, приподнявшись на локтях. — Что ты, чучело глазастое, понимаешь в жизни? Ничего!

Краб поскрёбся клешнёй, я тяжко вздохнула и опустила голову на подушку. Камень как лежал на сердце, так и продолжал придавливать меня сверху, невидимый, но невероятно тяжёлый. Бульк!

— Я имею право на счастье! — вымолвила я упрямо. — Почему другим всё, а мне ничего? Это же несправедливо. Если завтра поможешь мне, то получишь на обед кильку.

Бульк! Бульк!

Я закрыла глаза и попыталась оседлать волну того самого счастья, о котором страстно мечтала. Тени в углу комнаты тревожно зашептались, прогоняя мой сон. Я приоткрыла правый глаз и чуть с постели на пол не рухнула: тощая, кривая женщина в чёрном саване парила в воздухе, свесив вдоль тела руки, похожие на плети. Глаза незваной гостьи горели жёлтым огнём, а губы кривились в страшной ухмылке.

— Нет! Нет! — зашептала я, позабыв все молитвы и оговоры, дабы прогнать прислужницу богини смерти. — Мне ещё рано! Сгинь, пожалуйста! Я почти что магичка!

Прислужница богини смерти вытянула руки и полетела прямо ко мне. Я выпучила глаза от ужаса, позабыв все слова на свете, и тут из ведра высунулся краб, щёлкнул клешнёй, и ведьма с воплем растворилась в ночи. Вот тебе и бульк! Я натянула одеяло на голову и крепко заснула.

Утром я распрощалась с жадной хозяйкой, засунула вещи в дорожную сумку, прихватила ведро с крабом и потопала в Магическую Академию, где меня, кажется, заждались. Привратник аж рот открыл, когда я важно прошествовала мимо него с гордо поднятой головой. Преподаватели нахмурились при моём появлении в зале, и тут надо мной повисла тень богини смерти. Ох, не зря же она ко мне свою прислужницу ночью засылала!

— Надо бы проверить фамильяра на магию, — потребовал преподаватель с царапиной на лбу.

Я с ехидной улыбкой поднесла ведро к магическому шару, и он мгновенно окрасился в чёрно-пурпурные тона. И в наступившей тишине стало слышно, как преподаватели скрежещут зубами от злости.

— Надо бы проверить, — засуетился тот, кто был моложе остальных преподавателей; он вскочил со стула, метнулся к столику с магическим шаром и сунул руку в ведро. — Вдруг вы какой-нибудь артефакт положили на дно. А-а-а!

— Убедились? — проворковала я и потрясала ведром.

Мужчина вынул оттуда руку и прижал её к груди, жалобно всхлипнул и отошёл к столу. Правда была на моей стороне, но и богиня смерти не дремала.

— Квалификационный экзамен, — выдал самый старший преподаватель, важно поправив очки на носу.

— Но разве я не должна сперва поучиться? — насторожилась я, почувствовав в словах мужчины подвох.

— Ну, э... Э... Так бывает! Мы имеем полное право назначить второй тур испытаний.

— Зачем? — моё терпение натянулось до предела, того гляди, выпущу своего бешеного краба на свободу.

— Ну, э... Э... Э... Надо и всё!

— Ладно, — пожала я плечами, присаживаясь на стул и ставя ведро подле своих ног.

Молодой преподаватель куда-то побежал, а вскоре вернулся с деревянной шкатулкой, на крышке которой было вырезано два круга и стрела, пронзающая их. Мне от одного вида стало не по себе. Что затеяли преподаватели? Я же уже и комнаты лишилась. Где мне теперь жить? На улице? Я вдруг ощутила кожей злорадное дыхание богини смерти и нервно поёжилась. Бульк — поддержал меня краб из ведра.

— Вы должны просунуть руку внутрь, — пояснил преподаватель, приподнимая крышечку шкатулки.

— Туда?! — испугалась я, увидев, как изнутри полился густой, серый туман.

— Туда! — заулыбался он. — Но если не хотите, то...

И все преподаватели дружно кивнули на дверь, указывая путь на улицу. Я поджала губы и сунула правую руку в шкатулку. Напряжение достигло пика, у меня спина взмокла, а сердце чуть биться в груди не перестало.

— А-а-а! — шумно выдохнула я, чтобы не упасть в обморок.

Преподаватели заорали в ответ, кто за сердце схватился, а кто и глаза закатил. Я ощупала дно шкатулки, ничего не нашла и высунула руку.

— Что там? — с придыханием спросил молодой преподаватель.

— Ничего, — недоумённо пожала я плечами.

Преподаватели многозначительно переглянулись, выждали мгновение и выдали свой вердикт:

— Тёмный путь!

Я поёрзала на стуле и спросила:

— И что дальше?

— Можете заселиться в общежитие, — хитро сощурился старый преподаватель. — Занятия начнутся завтра, помимо общих лекций, у вас будет иное обучение у опытного наставника. Если вы провалите экзамены в конце года, то будете отчислены!

Я взяла сумку и ведро, а затем поторопилась к выходу, пока преподаватели не передумали. Моя радость не знала границ! Я скоро стану настоящей магичкой! Бульк, бульк, бульк.

— Ах, да, килька, — вспомнила я про обещание, данное крабу. — Погоди чуток.

Я остановилась около раскидистого дуба и насыпала в ведро сушёной кильки. Краб довольно забулькал и набросился на еду. И вдруг мимо меня прошли три красивые девушки с золотистыми волосами.

— Небось на боевой факультет собралась, да? — весело полюбопытствовала одна из них.

— О, нет! — замотала я головой. — Тёмный...

Лица девушек вытянулись от ужаса и они побежали от меня прочь. И тогда я поняла, что всё-таки богиня смерти меня сглазила.

Глава 4

Общежитие для студентов выглядело весьма прилично: узкие коридоры с вычищенными до блеска полами, аккуратные дверцы и милые картины на стенах. Я уже мысленно представляла, как займу одну из уютных комнат, развалюсь на мягкой постели и предамся сладким мечтам. Зря, всё было зря!

— Вам сюда! — строго указал в окно комендант на соседнее здание, находящиеся в тени клёнов. — И не трясите ведром, я недавно полы вымыл!

— Простите, — я вышла на улицу и потопала туда, теряя по капле не только воду, но и своё счастье.

Старая башня с покосившейся крышей одиноко возвышалась за красивым общежитием, вгоняя в смертную тоску одним своим видом. Зеленовато-бурый лишайник обвил её низ, вплотную подобравшись к окошкам на первом этаже. Дубовая дверь распухла от дождей и норовила соскочить с проржавевших петель. Я робко постучалась, но никто не вышел меня встречать. Крабы вытянул на тонких ножках свои глаза, глянул на башню и выдал недовольное бульканье. Ну а что я могла сделать? В Магической Академии ведь всё просто: не нравится — шагай на улицу.

— Чёрт! — выругалась я и пнула дверь.

— Эй, чего шумишь? — окошко приоткрылось, оттуда высунулся весьма упитанный старичок с тощей бородкой.

— Меня к вам послали, — пробурчала я.

— Зачем? — тут же насторожился он.

— Учиться! — заорала я, потеряв терпение. — Долго мне ещё на улице торчать?!

— А бумажка с распределением есть?

— Может, мне приёмную комиссию в полном составе пригласить?

— Ой, чего сразу шуметь-то? — замахал на меня руками старичок. — Заходи!

— Но дверь заперта.

— Правда? Ну, если тебя распределили ко мне не по ошибке, то ты легко с ней справишься. А если уж ошиблись, то все вопросы не ко мне. Ха!

И злодей захлопнул окошко, да ещё и задёрнул его синей занавеской. Вот тебе и приплыли! Да что же это за безобразие?! У меня разжались пальцы, ручка ведра выскользнула из пальцев, и оно шмякнулось на траву, опасно накренившись. Краб не растерялся, высунул огромную клешню и придержал свой домик, не давая пролиться воде.

— Да я!.. — я сжала кулаки и высоко подняла руки вверх, собираясь обрушить на чёртову башню и её хозяина отборные ругательства, как вдруг услышала в листве клёнов перешёптывание ветра, богиня смерти пристально следила за моими страданиями и ждала своего часа. — Ладно, я войду и никто меня не остановит.

Сказано — но не сделано. Неприступная дверь равнодушно взирала на мои бесчисленные попытки взять её штурмом. Краб притомился в ведре и перестал булькать, лишь ворон с рыжеватым оперением любопытно взирал на меня, изредка подбадривая карканьем. Навряд ли чёртова дверь была заколдована, скорее всего, заперта на железный засов с той стороны. Я перестала бросаться на непреодолимое препятствие и, как истинная героиня бульварного романчика, двинулась вдоль стены, ища иной проход в башню. Мне повезло наткнуться через несколько шагов на открытое окно, оставалось только допрыгнуть до него. И чем больше я старалась, тем выше оно поднималось непостижимым для меня образом.

— Чёрт! — я прислонилась взмокшим лбом к каменной стене и закрыла глаза, Магическая Академия всеми силами сопротивлялась мне. — Неужели я так много прошу? Крышу над головой, еду и хорошую учёбу — это разве много?

И вся моя жизнь неспешно покатилась перед затуманенным, внутренним взором: нелюбимая деревня с отчим домом, неприветливый городок и жестокое разочарование из-за двух женихов, выбравших не меня. Сесть бы и расплакаться от нахлынувшей тоски, но вместо этого я задрала голову, плотно сжала губы и начала карабкаться по стене. Наверное, со стороны я смотрелась глупо и смешно, но сиё действие привело к желаемой цели. Я вцепилась в хлипкий карниз, пыхтя от дикой усталости, подтянулась на руках и грациозно перевалилась внутрь через подоконник, взметнув подол платья и оголив голени и бёдра. Ну, тут уже не до красоты!

Я шлёпнулась на пол, зацепив коленом плетёную корзинку, облачко пыли бросилось мне в глаза и заставило громко чихнуть. А тем временем из корзинки высыпались поеденные молью кружева. Едва я поднялась на ноги, как они опутали меня и попытались скрутить. Вот уж эта чёртова магия! Я побежала к двери, насколько позволяли связанные кружевами ноги, выскочила в коридор, споткнулась и душераздирающе закричала. Старичок с тощей бородкой выглянул из комнаты, мгновение недоумённо пялился на меня, а потом спохватился и кинулся выручать из беды.

— Где они тебя нашли? — ворчал он, усмиряя обезумевшие от живой плоти кружева. — Опять, наверное, по недобору! Я же просил, ко мне отправлять только искушённых в ремесле студентов, а не девиц с улицы. Какой кошмар!

— А нельзя меня было просто впустить?!

— А ты не могла сказать волшебное слово? — презрительно фыркнул старичок, стащил с меня кружева и хорошенько постучал ими об стену.

— Какое? — пролепетала я, ощупывая свои ноги, кажется, меня можно было смело внести в списки искусанных девиц.

— Пожалуйста! — надрывно вымолвил старичок. — Стоит сказать «пожалуйста», и дверь в тёмную башню открывается! Но нет, надо обязательно залезть через кладовку с опасными артефактами, устроить переполох и ещё обиженно на меня дуться. Я же поставил двойную охрану на дверь и окно, чтобы глупые студенты не поранились ненароком. Как ты сумела проникнуть в кладовку?!

— Тёмная магия, — я дёрнула плечиком, поправила платье и двинулась к двери за своими вещами.

— Ведьма, — крикнул мне в спину старичок и понёс кружеве в кладовку.

Я приблизилась к злополучной двери и жалобно просипела:

— Пожалуйста, откройся! Хватит с меня на сегодня испытаний.

Дверь послушно распахнулась передо мной, и я чуть не рухнула от ужаса прямо на пороге. Рыжий котяра размером с доброго поросёнка сунул наглую морду в моё ведро с фамильяром.

— Стой! — дурным голосом заорала я. — Стой, злодей!

Краб принял неравный бой и двумя щелчками клешни обрезал длинные усы котяре. Животное обиженно замяукало и попятилось от ведра. Ворон закаркал-захохотал, явно дразня котяру. Я подобрала сумку и ведро, а затем поспешила в башню, пока дверь не захлопнулась.

Глава 5

Радужные мечты превратились в пепел, горький, сырой пепел. Моя комната была похожа на склеп, ну или на гроб, обитый изнутри чёрным бархатом. Местами стены украшала паутина, толстый налёт пыли на полу и подоконнике кричали о том, что этой спальней не пользовались уже тысячу лет, если не больше. Покосившейся шкаф для одежды и книг напоминал обожравшегося навозного жука, ладно хоть не вонял, но вот дверцы жутко скрипели. Кровать — ещё один гроб под пышным балдахином. Чёрт побери, в каком веке обустраивали эту комнату? В каменном, что ли?! Я опустила ведро и сумку на пол и прошлась по спальне, чувствуя привкус горечи. Тёмный путь и вправду был очень тёмным.

Я распахнула окно и впустила свежий воздух в свой склеп, но и здесь меня поджидала очередная неприятность. Клён раскидистой кроной закрывал весь обзор, а на его толстой ветви расположился ворон с рыжеватым оперением. Скривившись от досады, я смахнула тряпкой пыль с подоконника и вспомнила о своей уютной комнатушке, от которой беспечно отказалась. Но кто же мог знать, что меня ждёт впереди? И какая разница между этим склепом и храмом богини смерти? Бульк!

— Да не ори ты! — прикрикнула я на краба, который опять захотел поесть.

Осмотр спальни завершился в ванной комнате, вызвавшей у меня желание закрыть сюда дверь и больше не открывать. За что мне достались такие суровые условия проживания? Я завистью припомнила красивых девушек, спешивших в общежитие. Бульк!

— Да в кого ты такой прожорливый?! — я вернулась к сумке, достала сушёную кильку и скормила её крабу.

Я несколько минут сидела на пыльной постели и страдала от несправедливости мира. Столько магии и красоты, а мне достаются лишь крошки с этого стола. Вой не вой, а жить дальше надо. Я засучила рукава и приступила к уборке, и когда солнце начало падать в море, то моя спальня приобрела благостный вид. Я даже осмелилась принять душ, правда вода была еле живой и едва текла из крана. Переодевшись в чистую одежду, сменила воду и крабу, дабы он не провонял, а затем спустилась к ужину, о котором возвестил громким голосом мой наставник.