- -
- 100%
- +
Часть 1
– Открывай, проклятый чародей! Я знаю, что ты задумал! – бесновался голос за дверью. – Я приказываю тебе, чёрт подери! – серьёзность намерений подкреплялась увесистыми ударами в хилую створку.
Долговязый человек в испачканном кровью и сажей белом халате нервно вздохнул и поправил круглые очки. В последний миг он успел закрыться в лаборатории. Если бы он хоть на секунду задержался то, скорее всего, оказался среди всех этих… несчастных!
Несколько секунд очкарик безучастно смотрел на вздрагивающую дверь, но затем спохватился и бросился к стоявшему в дальнем конце прямоугольной комнаты устройству. Его тонкие сухие пальцы принялись скользить по приборной панели, замигали огни, перед круглыми очками побежали стройные колонки текста.
Только бы успеть!
– Оставь артефакт в покое! Оставь его! Я призываю тебе от лица всей Академии и Отдела! – истерил голос.
Ну да, как же!
Очкарик вытер окровавленной рукой пот со лба и продолжил работу. Успеть, необходимо успеть!
Дверь в конце концов поддалась, и разъярённый человек ворвался в комнату. Однако очкарик встретил его победоносной ухмылкой.
– Что… что ты сделал? – прошептал ошарашенный голос. Спокойствие оппонента сбило его с толку.
– Я запустил обратный отсчёт, – последовал зловещий ответ, и артефакт за спиной чародея вспыхнул ярким лиловым светом.
***
На вершине высокой скалы, под сенью тёмных облаков, горел костёр. В объятиях иссиня-чёрной ночи его непокорное и смелое пламя разрывало тьму, озаряя ближайшие камни. Налетавшие порывы ветра пытались затушить дерзкий и строптивый огонь, но тот сопротивлялся и разгорался заново, не уступая и не сдаваясь.
Тонкая тёмная фигура, затянутая в тугую кожаную одежду с накинутым на голову капюшоном, некоторое время недвижно стояла у костра и с интересом наблюдала за игрой пламени. Затем, словно насытившись, она подняла руку и плавно провела ладонью над огнём: из рыжего пламя вмиг превратилось в чёрное. Свет померк.
– Я получил послание от Феникса, – нарушил тишину появившийся из воздуха гость. Он стоял в шаге позади от первой фигуры. – Началось…
– Кто посеет ветер, тот пожнёт бурю, – проговорил первый. Его голос звенел металлом.
– Готовы ли мы укрыться от неё?
– А мы и не будем, – фигура повернулась к стоявшему сзади человеку. – Мы вольём в себя всё неистовство силы, и станем ураганом, который сотрёт неугодных в порошок.
– Всегда поражался твоей уверенности, – ответил второй человек, и его горящие пламенем глаза азартно сверкнули.
– Игра началась. Отступать теперь некуда.
***
Ещё одно тёплое утро в этом поистине странном мире было наполнено лёгкой дымкой и запахом морской свежести.
Робко поднимались лепестки молодых побегов, звучали голоса очнувшихся птиц… Сонный рёв голодных зверей возвещал о начале новой охоты. В такие минуты просыпавшаяся природа представлялась единым актом откровения природных и божественных сил, слившихся в порыве естественной свободы.
Ну кто бы мог устоять перед этой силой?
Расчувствовавшийся молодой маг по имени Мерлон остановился на опушке, и, закрыв глаза, вдохнул ароматы утра.
Лёгкий ветерок нежно коснулся его лица, скользнув по щекам. Захотелось расслабиться, и… закурить.
С глубоким вздохом юноша присел на небольшой камень, так кстати подвернувшийся рядом, и достал из поясного мешочка старенькую обшарпанную трубочку.
Раскурив табак, Мерлон закинул ногу на ногу, и впервые за несколько дней позволил себе забыть о бдительности.
Выпуская густые клубы дыма изо рта, он отстранённо наблюдал за колышущимися на ветре листьями деревьев, игрой солнца на верхушках пушистых крон. Видят боги, он мог бы сидеть так вечно, если б отчаянная нужда не гнала его вперёд. Не знавшие покоя процентщики наседали на пятки, а желудок урчал от голода…
Говорят, бедность – не порок.
Юноша хмыкнул..
Очень даже может быть. Впрочем, всё познаётся в сравнении. Иногда кажется, что это чуть ли не предназначение.
Но на сей раз удача должна улыбнуться ему. Обязательно. Главное – не сдаваться!
Докурив незатейливый табачок, Мерлон закинул трубочку в мешочек и уверенно двинулся в путь.
Он шагал где-то к югу от Шипстоуна, пробираясь сквозь заросли низкорослых елей и осин. Сочные ветви нещадно хлестали его по лицу, но он упрямо двигался вперёд, предвкушая невероятный успех.
По дороге Мерлон не раз натыкался на сгоревшие останки старых домов, руины бывших укреплений, и даже фрагменты древних памятников – призраков истории, забытых жертв и свидетелей. Прошло не более двух с лишним сотен лет, как люди появились в этом мире, но жизнь пронеслась таким бешеным потоком, что судьбы смертных и бессмертных, племён и кланов, успели несколько раз столкнуться, перемешаться и осесть пылью на страницах томов и останков замков и поселений.
Как предки попали в этот загадочный мир, никто точно не знал. Первопришедших осталось мало, и они почти все ушли за грани видимой реальности, а достоверность иных источников вызывала справедливые сомнения.
Многие труды исследователей сгорели в огне усобиц, а потомкам в наследство достались лишь домыслы и слухи, которые в большинстве своём сходились к одному: историческая родина рода человеческого располагалась где-то в ином мире. Совсем другом, отличном от этого.
Однако Мерлону подобные истории казались скучными и незаслуживающими внимания. С тёмных времён Пришествия и последовавшими за ними бесконечными войнам за выживание и власть утекло слишком много воды, и поколению, к которому принадлежал Мерлон, уже не было дела до какого-то неизвестного мира, родины людей. Человечество и в этом мирке неплохо устроилось, захватив земли у здешних обитателей и отстроив мощные города-крепости. Здесь было чем заняться, здесь было где найти богатство, власть, славу – всё, чего так жаждет каждый человек – Мерлон усмехнулся – правда, не все хотят в этом признаваться.
Раздался пронзительный свист, и… .
Мерлон в последний миг успел слегка сместиться в сторону, прежде чем белая стрела пролетела мимо и вонзилась в ствол ближайшего дерева. На её оперении болтался пучок кроличьей шерсти – вне всяких сомнений, стрела была пущена лесной менадой.
Пригнувшись, Мерлон схоронился в густом кустарнике и стал внимательно вслушиваться в тишину. Все его молодые мышцы напряглись до предела. Биение взволнованного сердца гулом отдавалось в ушах: одна стрела, и он мёртв. По совершенно непростительно глупости, он забыл окружить себя магическими чарами. А глупость наказуема. Всегда.
Тихо. Ни шороха, ни хруста. Менады – отличные лесные охотницы, хотя и похожие на людей, но одарённые пластикой и грацией эльфов, умели бесшумно передвигаться среди зарослей. В магии да ближнем бою они не соперники, но умения бить в спину из засады им не занимать.
Мерлон медленно потянулся к магическому порошку. Зачерпнув небольшую пригоршню розоватой субстанции, он поднёс руку к груди и остался сидеть на корточках, выслушивая врага.
Менада, затаившись в гуще зелени, не производила ни единого звука и не предпринимала никаких действий, но Мерлон отлично знал, что её стрела наложена на тетиву, и понадобится всего секунда, чтобы оборвать его жизнь.
Пауза затягивалась. Менады жутко терпеливы и могут ждать в засаде много часов, Мерлон же знал, что не выдержит и пяти минут.
Вдруг сухая палочка хрустнула за спиной Мерлона, и маг, недолго думая, со всей возможной ловкостью бросил тело в сторону. Развернувшись в полёте, он послал в сторону хруста убийственную магию.
– Вендера! – выкрикнул Мерлон активизирующее заклятье, и розоватый порошок, вылетевший из его рук, принял облик огненного шара и рванул с невероятной скоростью к врагу.
Наконечник стрелы лишь чиркнул по щеке мага, а сам он повалился на спину, не сумев устоять после прыжка.
Громыхнул взрыв, и ему вторил чей-то душераздирающий вопль. Затем наступила тишина.
Мерлон поспешно встал и приготовился к продолжению боя. Но враг бездействовал.
Всё вокруг заволокло дымом. Пахло гарью. Кусты в районе взрыва опалило огнём, а чуть подальше зияла выжженная поляна: на ней же лежало обгорелое тело менады. Мерлон послал в её сторону ещё один пульсар и под прикрытием взрыва побежал прочь от места поединка. Подружки неудачливой охотницы могли находиться неподалёку, и тогда лишних проблем не избежать.
Пробежав с километр, Мерлон решил передохнуть, схоронившись в чаще потемнее.
Залечив магией рану на лице и подкрепив тело настойкой из корня целуфатоса, молодой маг решил продолжить путь. Всё-таки удача ждать не любит.
Однако на этот раз юноша заранее наложил на себя защитные чары. Конечно, сдержать зачарованное оружие и грамотную волшбу такая магия не сможет, но стрелы рядовых менад точно пробить её неспособны. К тому же конечная цель путешествия была очень близко.
Боги должны были услышать его молитвы!
***
– Я не понимаю, Бладмур, какого чёрта мы оторвались от войска и держим путь совершенно в другом направлении? Что такого мы забыли в этих проклятых горах? – пробасил массивный боец в искрящемся на солнце доспехе. На его груди чернел огромный крест.
– Лин-Лей, ты слишком много говоришь, – недовольно проговорил другой воин, чуть меньших размеров, облачённый в вороной доспех и длинный роскошный плащ, развевающийся на ветру.
Оба бойца шли без шлемов – солнце стояло в зените и сильно пекло.
– Я много говорю? – изумился крестоносец. – За каким дьяволом, чёрт подери, я вынужден бросить своих ребят и тащиться к дьяволу на рога с таким занудой, как ты?
Бладмур усмехнулся и сказал:
– Нам нужно найти… кое-что по приказу гроссмастера Иридана.
Лин-Лей с интересом поглядел на Бладмура.
– И кого он хочет найти в горах? Ушастых гоблинов?
– Скорее что, а не кого, – поправил Бладмур.
Лин-Лей лишь злобно хмыкнул, но не ответил.
Два путника шли по идеально гладкой равнине, изредка пересекаемой маленькими холмами и редкими зарослями кустов. Эти места к юго-востоку от гор Ар-Умрада (что к северу от Умрадского леса) в прошлом часто становились полями славных сражений, когда могущественная Святая Инквизиция своими стальными полками била и молчаливых Хранителей, и пресловутых богатеев из Ренессанса, и даже легионы Республики и Сюреала. Но все эти события давно канули в Лету. Святая Инквизиция ослабла, и нынче ей уготована совсем иная судьба.
Воины шли в полном молчании. Вокруг не было ни одной души, и никто не мог преградить путь двум грозным бойцам, чей вид внушал невольный трепет. Их грубые квадратные лица были словно выточены из камня, а черные, как смоль, волосы, казались сотканными из истинной тьмы.
Весь путь до гор Ар-Умрада эти два странных человека проделали без лишних проблем или препятствий. Никто из людей им так и не встретился, а нелюди здешних мест, издалека подметив незнакомцев и почувствовав исходившую от них силу, сочли за благо не попадаться на глаза.
Вход в пещеры был уже недалеко.
***
Наконец-то Мерлон достиг подножий гор Ар-Умрада. Судьба благоволила ему, и по дороге больше никто не стрелял в спину и не пытался сунуть кинжал под рёбра. Правда, расслабляться не стоило, ведь высокие скалы, вздымающиеся над головой, хранили множество лазеек и нор, где мог затаиться враг. С ослаблением Святой Инквизиции, в пограничных землях царило беззаконие диких племён, а также всевозможной неразумной живости. Что ж! Хочешь выгоды? Будь готов сражаться!
Цель Мерлона располагалась чуть восточнее того участка гор, к которому он добрался.
Перед окончательной фазой пути юноша применил все известные ему заклинания защиты, не брезгуя даже изощрённой магией рун и древних мантр. По идее, такие чары не должны пропускать ничего, кроме воздуха и пыли… Но это по идее.
Покончив с магическими приготовлениями, Мерлон без лишних колебаний стал пробираться вдоль каменных стен гор Ар-Умрада, прячась за каждой складкой и холмиком, дабы не попасть неприятелям на глаза.
К счастью, никакая тварь не бродила вдоль отвесных склонов, и Мерлон почти без хлопот добрался до нужного места.
Неожиданно до слуха юноши долетели обрывки чьего-то разговора. Мерлон резко остановился, присел, опустившись на одно колено, и внимательно огляделся. Сердце забилось чаще, а в мозг хлынули освежающие волны азарта. Сознание сосредоточилось. Где-то внутри себя Мерлон ощутил, как потоки Вечного Эфира забурлили непостижимой силой. Юноша приготовился к бою.
Вокруг – никого, однако чьи-то грубые голоса всё равно доносились до Мерлона. Очень знакомый говор, скорее всего, принадлежал пещерным карликам.
Низко наклонившись, маг стал пробираться вперёд, и выглянул из-за поворота скалы. Буквально в десяти шагах сидели два карлика, облачённые в лёгкие кожанки и рогатые шлемы. Рядом с ними горел костёр, а над огнём висел котелок с едой. Позади карликов виднелся чёрный проход в пещеру. Туда-то и надо было Мерлону.
Карлики увлечённо беседовали, хрипло посмеиваясь, и, видимо, совсем не ждали незваных гостей, отложив боевые молоты и щиты в сторону.
Мерлон рассудил вполне здраво: пока ситуация благоприятствовала неожиданному нападению, надо действовать без лишних раздумий.
Меньше секунды понадобилось магу, чтобы выскочить из укрытия и резко выбросить руку с магическим порошком.
– Вендера Лимос! – в следующий миг порошок принял облик пламенной стрелы и угодил прямо в лицо изумлённому карлику.
Товарищ погибшего поспешил к оружию, но успел сделать всего несколько шагов, прежде чем вторая магическая стрела ударила его в спину. Пролетев пару метров, карлик врезался лбом в скалу и упал замертво.
Быстро, чётко и без лишнего шума.
У несчастных оборванцев взять было нечего, и юноша, не тратя времени на бесполезные поиски, поспешил войти в тёмную пещеру.
Внутри – мрачно и сыро. Затхлость вперемешку с запахом гнили неприятно раздражали нос. Захотелось чихнуть, но маг насилу сдержался. Ещё чего не хватало.
– Фетра Линесса – Лей! – проговорил Мерлон, вкладывая силы в заклятье.
Через секунду пещеру осветило ярким светом, зримым только Мерлону. Магия позволяла видеть окружающий мир в подсветке волшебного фонаря, и темнота больше не служила помехой.
Молодой маг стал осторожно пробираться по скалистому коридору пещеры. Проход вёл вглубь скалы, чуть понижаясь, и слегка заворачивая вправо. Воняло гниющим мясом и протухшими фруктами, кое-где валялись кости, не исключено, что человеческие.
Мерлон шёл медленно, сжимая в руке магический порошок. Сейчас его сознание работало на пределе возможностей, обрабатывая любой посторонний звук или движение в пещере. Здесь была территория врага, и он может появиться отовсюду совершено неожиданно. Тогда доли секунды промедления могут обойтись слишком дорого, особенно если среди неприятелей объявится чародей.
Проход продолжал ползти всё дальше, извиваясь, словно змея, и тем самым раздражая Мерлона. В конечном итоге туннель преподнёс сюрприз ещё "приятнее" и разделился на два ответвления. Маг закусил губу. Выбрать неправильное направление означало блуждать в темноте сутки, а то и двое или вообще никогда не выбраться наружу.
А вокруг жуть мерзкая. Везде голые холодные камни. Такие безжизненные и такие величавые. Невольно ощущалась незначительность человеческого существа. Громада породы над головой, под ногами…
В какой же пойти туннель?
Немного потоптавшись на развилке, Мерлон постарался уловить хоть какие-нибудь звуки, может, голоса, которые помогли бы выбрать правильное направление. Однако тщетно. Не услышав и не увидев ничего, маг решился и пошёл в правое ответвление, откуда шёл более затхлый запах – скорее всего, именно там расположились далёкие от чистоплотности хозяева. А где хозяева, там и хабар.
Не прошёл молодой человек и тридцати шагов по вилявшему в разные стороны каменному коридору, как из-за ближайшего поворота показался свет факела, и донеслись обрывки неразборчивых фраз. Что ж… Вот и враги. Пробраться незаметно? Нет, слишком тесно. У этих тварей очень хороший слух, а Мерлон не обладает искусством бесшумного и незаметного передвижения всяких мастеров убийств. Скрываться бесполезно – пора идти в открытый бой, надеясь на свои силы и госпожу удачу. Иного пути не было.
Мерлон вытер выступивший на лице пот.
Последние мгновения перед битвой самые напряжённые. Они полны разных мыслей. Приятных и не очень. Они полны страха, обычного людского страха. Буря эмоций гуляет по всему сознанию, руки слегка дрожат. Кожа на лице напрягается, мышцы под одеждой наливаются. Пара секунд на проверку заклинаний защиты. Они ещё держатся. Хорошо. Заклинания атаки готовы. Напиток целуфатоса. Глоток, второй глоток. Горло слегка жжёт, язык сушит. Вздох, ещё один вздох. Рука медленно извлекает горсть боевого порошка из маленького мешочка на поясе.
«Ты сможешь, Мерлон! – вертелось в голове. – Ты сможешь!»
«А если нет? Их ведь много!» – послышалось робкое возражение в глубине сознания.
«Ты сможешь!!!! Не верь своему страху! Иди и смело бей! Быть может, ты понравишься госпоже-удаче, и она сохранит тебе жизнь! Иди! Удача любит смелых!» – прогремело в сознании, и Мерлон рванул навстречу судьбе.
Шаг, второй шаг, третий шаг, кованые сапоги громко стучат по камню, и эхо раздаётся по всей пещере. Суетившиеся за поворотом карлики перестали переговариваться, занервничали, решили проверить.
Мерлон не успел сообразить что происходит, прежде чем его руки, опережая сознание, кинули магический порошок, а с губ сорвались слова заклинания. Первый из незадачливых карликов получил сплетённый из чистого алхимического огня шар в плечо. Раздался взрыв.
Маг выскочил из-за укрытия. На обожжённых камнях лежало три тела, бьющихся в конвульсиях – взрывная волна сделала своё дело.
Доселе хранившая молчание пещера вдруг ожила множеством звуков: отовсюду неслись хрипловатые крики, топот ног и лязганье железа – подгорные жители спешили на выручку своим. Это было как раз на руку Мерлону: огненные шары уложат взрывными волнами большую часть врагов.
В этой части пещеры туннель был широким и разветвлявшимся во все стороны, словно звезда со множеством лучей. Скорее всего, здесь сходились все коридоры, и именно сюда должно подойти остервеневшее воинство карликов. Что ж, прекрасное место для битвы: более менее освещённое и не лишённое укрытий – кучи щебня и старые повозки предоставят первичную маскировку.
Не мудрствуя лукаво, Мерлон спрятался за самой массивной телегой, пристроенной в наиболее тёмном углу залы.
Судорожно сжимая магический порошок, юноша вслушивался в целый каскад звуков, доносившихся из проходов. Сердце бешено колотилось в груди. Все мысли исчезли, сознание очистилось – только сила Вечного Эфира наполняла всё его существо. Ещё чуть-чуть – и он взорвётся потоком испепеляющей магии.
Несколько карликов вынырнули из темноты туннелей и бросились к телам убитых товарищей. Они не успели оценить ситуацию, как огненный шар, на краткий миг озарив ярким светом полумрак пещеры, угодил одному из них в спину, а ударная волна добила остальных. Громкий взрыв, дым, и кровь вперемешку с обрывками одежды, частями тела и осколками камня полетели в разные стороны. Мерлон усмехнулся: это было крайне легко. Но через секунду он пожалел об этой мысли.
Не успел он уничтожить первую партию супостатов, как из всех проходов хлынул поток вооружённых до зубов карликов. Позабыв об осторожности, Мерлон ринулся в безрассудную атаку, бросая огненные шары и стрелы в опешивших противников.
Не обладая магией, карлики толком ничего не могли противопоставить наглому пришельцу, кроме корявой, грубо сработанной стали молотов и топоров, не пробивавших магические щиты мага. Проклиная весь мир, загнанные в глубины гор существа падали замертво, поражённые ужасной волшбой. За ними не было вины… Они всего лишь жертвы чужих нужд. Их смерть – капля в океане всемирной жестокости. В Мире, где царит сила!
Но долго так не могло продолжаться. Ничего не бывает так просто.
Кинув пару огненных стрел, маг еле уклонился от летевшего в него ледяного шара: в суматохе боя Мерлон не заметил чародея. И это могло стать фатальной ошибкой.
Сложилась крайне щекотливая ситуация. Карлики, не будучи совсем безмозглыми тварями, предприняли неплохой манёвр и взяли дерзкого мага в кольцо. Они сражались, словно заговорённые, не долго раздумывая над опасностью, бросались в бой, пытаясь напором задавить проклятого магика.
Раскидываясь во все стороны боевыми заклятьями, Мерлон судорожно пытался обдумать дальнейшие действия. Проклятых карликов скопилось в зале до трёх десятков, и на всю ораву юноше могло просто не хватить сил.
В последний миг Мерлон успел увернуться от рассекавшего воздух ледяного шара, с грохотом врезавшегося в стену. Голубой пар, брызнувший в стороны от разбившегося заклинания, покрыл двух ошеломлённых карликов. В одну секунду они превратились в ледяные статуи и буквально тут же рассыпались в мелкую пыль. Судя по всему, их чародеи не особенно отличались расчётливостью.
Мерлон крутился как бешеный, уворачиваясь от взмахов топоров да молотов. Конечно, его магическая броня могла защитить от ударов, но если вдруг у кого-нибудь из врагов порасторопнее окажется зачарованное оружие, то риск остаться под горой сильно увеличится. В данной ситуации испытывать себя на прочность не хотелось. Но…
Юноша не успел углядеть, как чей-то метательный топорик с визгом ударился о невидимую преграду. Что ж, повезло. Затем молот отскочил от магического щита, следом топор, а через миг – ледяной шар карлика-чародея достиг цели, но тоже разбился о невидимую преграду, заморозив ещё двух карликов, не успевших сообразить, что им настал конец.
Защита устояла. Но Мерлон стал уставать. Было необходимо вырваться и передохнуть.
Круто развернувшись и дав пинка в лицо какому-то рыжебородому карлику, маг швырнул наугад огненный шар. Видимо, от безысходности Мерлон вложил чересчур много сил в это заклятье, и его согнуло пополам от жуткой боли в груди.
В следующее мгновение послышался страшный грохот, стены пещеры содрогнулись, и юношу швырнуло на пол. К счастью магические щиты сгладили падение, и Мерлон ничего себе не сломал. Хотя мог бы. Сила взрыва была столь мощной, что разбросала в разные стороны всю воинственно завывающую рать карликов и завалила пару проходов. Заклинание вышло на славу, но Мерлон почти лишился сил.
Пока низкорослые воители приходили в себя, маг скрылся в одном из проходов.
Через некоторое время позади отступавшего мага послышались крики очнувшихся от шока разъярённых карликов, старавшихся отыскать путь, по которому сбежал незваный гость. Что ж, они скоро нападут на след, но к тому времени Мерлон будет готов принять бой.
Преодолев ещё один виток туннеля, Мерлон опустился на корточки, и, достав глиняную бутылку, сделал несколько больших глотков. Через пару секунд магическое зелье подействовало, вернув силы и бодрость, но в куда меньшем размере, чем перед началом сражения в пещерах. Для настоящего возвращения сил нужен был здоровый сон.
– Проте ’Сатерас! – произнёс Мерлон, и магической щит, обвив мага зеленоватым сиянием, поставил ещё одну невидимую броню. Так надёжнее.
Крики и топот ног стали звучать гораздо ближе. Значит, воители вынюхали, куда скрылся маг.
В этой части прохода было крайне узко, и сражаться с противником невысокого роста не представлялось возможным, поэтому Мерлон предпочёл двигаться дальше, надеясь найти более удобное место для драки.
Убегая по освещённому магическим светом проходу, юноша думал только об одном: как бы не забрести в местечко похуже, где встречать его будут не сердитые низкорослые ребята с дубинами, а большие клыкастые твари.
Проход шёл, не разветвляясь.
Мерлона стали глодать сомнения. Казалось, проклятая лента туннеля не закончится, а если и закончится, то не добром. И стоило об этом подумать, как треклятый проход за следующим поворотом вывел его в просторное, слегка освещённое помещение.
Здесь царил густой, тягучий полумрак, который, словно болотная трясина, сковывал движения. Уж точно не обошлось без магии. Да ещё бы! Здесь ужасно пахло разложениями и свежей кровью. Жертвоприношения. Как банально! А вот и горы костяков. Женские платья. Вот лежит детский тапочек. Чуть дальше, в углу, сколочена деревянная ванна. Мерлона аж перекосило: там в крови плавают чьи-то части тела.
Церемониальный зал. Это ясно. А вот, собственно, и вытесанный из камня идол с характерными женскими чертами – грудью и мощными бёдрами. Вот только рога на безликой голове были совсем не к месту.