Ещё пара оттенков любви

В Артёме медленно просыпался самец, и постепенно его взгляд соскользнул с открытых частей тела девушки на одеяло, которое уютно облегало её. Неожиданно на лице молодого самца появилась довольная улыбка…

Но тут девушка резко открыла глаза. Она открыла их в одно мгновение, как это делают отрицательные герои в фильмах ужасов. В одну миллисекунду оба глаза сразу открылись и уставились на Артёма. Они оба долго смотрели друг другу в глаза. Но взгляд девушки медленно менялся. По её взгляду было чётко видно, какие процессы и мысли происходили в её голове. Сначала она проснулась и не понимала, где она, почему перед ней стоит Синицын и что происходит. Взгляд смягчился, видимо, стала осознавать происходящее. Но тут же стали появляться нотки ужаса, значит, пытается вспомнить вчерашнее. Ужас во взгляде нарастает – она вспомнила сегодняшнюю ночь. Зрачки резко расширились и брови приподнялись – значит, вспомнила всё, что она делала с Синицыным. Резко нырнула с головой под одеяло – осознала, что это всё не сон.

В комнате повисла тишина. А как начать разговор в подобной ситуации?

Артём понимал, что фраза «Твою мать! Как же так?» по кругу крутится теперь в голове Алисы. Он опять улыбнулся, как он её понимал. Он уже проходил через это.

А Алиса неподвижно лежала комочком под одеялом. Она не понимала, что одеяло, облегая её тело, полностью выдавало её испуг. И это ещё больше вселяло уверенность в молодого мужчину, который, кстати, тоже не знал, что сейчас сказать. Никто из них не был в такой ситуации. Как себя вести? Что сказать? Как себя поведёт твой оппонент?

Первым делом нужно заговорить и пойти на контакт – это осознавали оба. Но как? Как на зло, Артём не мог подобрать ни одной фразы. Нужно срочно что-то сказать, но не было ни одной идеи. Его взгляд упал на раковину с грязной посудой, а язык сам по себе выпалил:

– Может, кофе, Алиса? Ой, извините, то есть Алиса Игоревна. Хотя, может, уже просто Алиса, после того, что было?

Лицо Артёма покраснело, какая-то часть его подсознания кричала через внутренний голос: «Заткнись! Что ты несёшь?» Но другая часть продолжала упорно нести ахинею:

– Если хочешь… то есть хотите… в общем, давайте просто начнём с кофе?

Не вылезая из-под одеяла, девушка села и теперь напоминала светло-голубую гору.

– Мне нужно в ванну, – тихо и очень сухо сказала Алиса.

Артём слегка улыбнулся, он понимал шоковое состояние девушки, которая проснулась голой в постели подчинённого, которого не очень любила.

– Я понимаю, что вам не видно, но она там, – и он поднял руку, указывая в сторону двери в коридор.

В идеальной горе показалась щель. Девушка посмотрела, куда показывала рука, но не спешила снимать одеяло и двинуться в ванную. Ей было безумно стыдно. Во-первых, она была абсолютно голой. Во-вторых, почему Синицын? Из полумиллиона мужчин города сейчас перед ней стоял Синицын! Она – сильная, самодостаточная, успешная и твердохарактерная женщина, профессионал своего дела – сидела сейчас под одеялом, голая, с размазанным макияжем и растрёпанными волосами. Во рту кошмар, словно несколько кошек сдохли. На душе было гораздо хуже.

Как истинная девушка, Алиса решила начать с того, что нужно было привести себя в порядок.

Через щелку в одеяле она осмотрела Артёма и посмотрела по направлению его руки. Увидела дверь. И, стараясь как можно меньше оголять любой сантиметр своего тела, встала с кровати и, не снимая одеяло с головы, поспешила в сторону ванной.

Звук закрывающейся двери в ванную. Щеколда. И в следующую секунду дешёвая китайская межкомнатная дверь предательски передала то, как Алиса в сердцах ругнулась, употребив слово «блин» через буквы «ядь». Оно было произнесено не громко, но чётко и очень эмоционально.

– Очень интеллигентно, – как бы про себя и с улыбкой произнёс Артём. Повернулся к кухне и стал доставать всё необходимое для завтрака и, главное, всё для приготовления кофе.

Улыбка не сходила с его лица. На самом деле очень забавно наблюдать за реакцией девушки в подобной ситуации. Но ещё забавнее было то, что это была Алиса Игоревна и её реакции на происходящее были абсолютно непредсказуемы.

Шум воды из ванной доносился долго, Артём успел полностью накрыть стол. К завтраку он приготовил бутерброды с сыром и колбасой, пару варёных яиц, какие-то сладости и, конечно же, ароматный кофе. Надо отметить, что Артём хотел произвести впечатление на Алису, поэтому с сервировкой он решил заморочиться. Бутерброды аккуратно лежали на листьях салата, яйца он очистил и положил также на листьях салата. Так же он украсил тарелку разрезанными помидорками черри и парой веточек базилика.

И всё это время Артёма мучила одна мысль. Ну ладно, он не узнал Алису. Такое может быть. Но ведь Алиса узнала Артема – это сто процентов! Почему она сразу не раскрыла себя? Почему флиртовала с ним, поехала к нему, почему она знала, что он Синицын Артём, и оставалась с ним?

– Вот ты, дура! – очень тихо ругала себя Алиса, не переставая.

Конечно же, у Артёма не было всего набора бытовой химии для снятия макияжа, поэтому пришлось обходиться мылом и горячей водой. Косметики действительно было много, и пришлось приложить усилия, чтобы смыть её всю. Потом она включила душ и залезла под горячую струю. Она тщательно намывала себя и отчаянно тёрла, словно пыталась смыть себя последние двенадцать часов жизни.

– Какая же ты дура! – повторяла по кругу Алиса.

Вчера она с подругами решили устроить вечеринку в стиле 90-х. Подруга Лера смогла уговорить Алису на яркий макияж, рыжий парик и короткое платье, но от ярких лосин Алиса наотрез отказалась. В клубе Алиса отошла от подруг, которые быстро набрались так, что пара девочек стали названивать своим бывшим. И тут на неё налетел, танцуя, Синицын. Конечно, она сразу узнала этого дурачка. Ну, он так мило извинялся, и к тому же Алиса сразу поняла, что Артём её не узнал. Дама была навеселе, даме было скучно, дама оставалась неузнанной – как не воспользоваться такой возможностью.

А Артём, к удивлению, оказался очень милым. Он так отчаянно старался произвести впечатление на рыжеволосую девушку. Он был таким внимательным, не грубил и не пошлил, несмотря на откровенный наряд девушки. Когда Алиса решила, что пора идти домой, Артём напросился проводить её, и пока он её провожал, он всё больше и больше очаровывал девушку. Оказалось, что Артём был вполне эрудирован и много читал. Знал названия созвездий и даже на память смог прочитать 2 сонета Шекспира. Оказалось, что он не такой уж тупой. Немного неловкий, стеснительный, но не тупой. Она чётко помнила момент, когда захотела, чтобы он её поцеловал. Но знала, что он сам на это не решится. И поэтому первая развернула его к себе и крепко поцеловала. И этот поцелуй, словно ураган, разнёс оставшиеся преграды между двумя молодыми, чуть пьяными и слегка влюблёнными людьми.

Алиса понимала, что всё время, которое они были вместе, было достаточно темно. Ни в клубе, ни на улице не было достаточно света, чтобы Артём смог рассмотреть сквозь толстый слой штукатурки, что это Алиса. Поэтому она, будучи хозяйкой своей жизни и контролируя всё вокруг себя, решила: «А сделаю-ка я парня абсолютно счастливым! Подарю ему самую незабываемую ночь и тут же уйду в рассвет неузнанной.» В пьяной женской голове с бушующими гормонами и страстным желанием близости этот план звучал адекватным и абсолютно реальным.

И «хозяйка жизни» предложила поехать именно к нему. А приехав, набросилась на парня, не дав включить свет в квартире. Потом после реализации плана по использованию мужчины по назначению, попутно удивившись, что и парень-то тоже хорош, Алиса допустила роковую ошибку – она расслабилась и уснула, поддавшись неге и удовольствию. Из-за этой ошибки маски оказались сброшенными, и одна пьяная ночь теперь внесла свои коррективы в настоящую трезвую реальность.

Надо было как-то исправлять ситуацию. Синицын не был эталоном мужчины для Алисы. Не о таком простофиле среднего звена мечтала девушка. Явно речи не было о постоянных отношениях с ним. Успешной, молодой девушке нужен был мужчина, твёрдо стоящий на ногах, уверенный, с деньгами, с характером сильнее Алисы. Артём не соответствовал ни по одному параметру. Ну как ему объяснить, что они птицы разного полёта? А вдруг обиженный жизнью, а теперь и Алисой, простофиля начнёт рассказывать всем в офисе, что этой ночью вытворяла с ним начальница, а потом что вытворял с ней он. Он ещё и приврёт что-нибудь, как любой мужик.

Ситуация вышла из-под контроля. Артём, конечно, простачок, но даже он должен понимать, что он поймал свою маленькую золотую рыбку и держит её за жабры. Интересно, сколько будет стоить его молчание? Явно не дёшево. Может, просто выйти и наехать на него? Он обделается и заткнётся. Алиса сразу заметила, что после разговора с ней Артёму нужно было вызывать «скорую помощь». Забавно было наблюдать за ним, когда она в маске начальницы давила на него. Иногда она перегибала палку, Алиса это понимала. Но не могла сдержаться. Были даже случаи, когда она просто выставляла его козлом отпущения, просто чтобы скинуть с себя нервное напряжение или для развлечения.

А теперь молодая руководительница молила Бога, чтобы Синицын не решил ей мстить.

Точно, нужно быть очень милой. Выпорхнуть из ванной на крыльях любви, милоты и, как там её, добродушия. Подбежать к Артёму, поцеловать в щёчку, позавтракать. Мило побеседовать, на что-нибудь обидеться, закатить скандал, быстро одеться и, хлопнув дверью, уехать домой. План гениальный! А главное, всегда работает на мужиков.

Так какую же стратегию выбрать? Агрессивную начальницу или мимимишку-оборотня? Эти стратегии друг друга взаимоисключали, а выбрать нужно срочно.

Первый вариант – проверенный, привычный, но Артём может его ожидать.

Второй – менее ожидаемый Артёмом, обезоруживающий, расслабляющий внимание мужчины. Но менее привычный для Алисы.

Вот если бы сейчас тут была её подруга Лера. Та владела искусством выноса мозга в совершенстве и оттачивала его постоянно на своих многочисленных поклонниках. Итак, решено, и Алиса выбрала вторую стратегию поведения. Сейчас она выскочит из ванной и бросится на шею Артёма… ну а дальше по обстоятельствам.

Артём в это время закончил сервировку стола, и все его мысли вертелись вокруг одной под названием «а что дальше?». Шум воды в ванной можно было сравнить с тиканьем часов на бомбе с часовым механизмом в каком-нибудь фильме. Точно так же шум воды может резко прекратиться, и настанет момент, когда Алиса выйдет из ванной и нужно будет решать, а что дальше.

Какая-то часть Артёма желала, чтобы Алиса, вышла из ванной, позавтракала и тихо-мирно вышла бы из жизни Артёма через входную дверь квартиры, забыв всё, что между ними было.

Но другая часть упрямо ожидала совсем иного. Она не хотела отпускать Алису, эта часть Артёма понимала, что он влюблён в молодую, сильную и красивую женщину – это было кардинальное отличие её от первой части Артёма, которая Алису боялась.

Чувство первой влюблённости – самое необыкновенное чувство в жизни человека. Именно это чувство описывают писатели и поэты. Это чувство, которое закрывает глаза мужчины на окружающую реальность. Тебе кажется, что это чувство навсегда. Будучи окрылённым этим чувством, ты думаешь, что можешь всё. Свернуть горы, подчинить мир, убивать драконов, умирать и воскресать. Зрелую любовь в книгах описывают не часто. Любовь, которую два человека проносят через годы своей жизни, оступаясь, делая ошибки, ссорясь, но оставаясь вместе. Эта любовь творческим людям мало интересна, а вот первая влюблённость – это огонь, поток эмоций, взрыв чувств, крик счастья в монотонном гуле обыденной жизни – именно это чувство так любят все люди, не затронутые болезнью цинизма.

Влюблённость окутала жарким одеялом Артёма. Он получал удовольствие от этого чувства, которое давным-давно не ощущал.

Сознание кричало: «Пусть уходит, и всё будет по-старому.»

Сердце вопило: «Не отпускай её!»

Гормоны галдели… (ну это личное, и оно касается физических достоинств Алисы, поэтому «галдёж гормонов» мы тактично описывать не будем).

Шум воды из ванной неумолимо приближал момент, когда двум молодым людям нужно было ставить точки над «и» в их изменившихся отношениях. Артём подошёл к кровати убрать постель и на полу, около кровати, увидел вещи Алисы. Он поднял с пола её нижнее бельё, платье в пайетках и рыжий парик. В его голове мелькнул план. Оставив вещи Алисы на кровати, он подошёл к шкафу и достал оттуда чистое банное полотенце, длинную белую футболку с каким-то модным принтом (а главное, глаженную). Аккуратно сложил в стопочку, словно в каком-нибудь отеле, и пошёл к двери в ванную.

В ванной не было чистых полотенец, а тут он предложит чистое полотенце и свою футболку. Если Алиса попросит платье, то она настроена уйти. Если же наденет его футболку, то есть шансы её оставить.

План в голове Артёма прозвучал, как гениально-логичный и вполне научный. Так он может узнать, чего хочет сама Алиса.

Дождавшись у двери, пока выключится вода, он сделал глубокий вдох и аккуратно постучал в дверь:

– Алиса Игоревна, я чистое полотенце принёс.

Слышно было, как шторка отодвинулась. Потом пауза, видимо, ищет, чем прикрыть мокрое тело на всякий случай. Щеколда отодвинулась, и появилась маленькая щель в дверном проёме. Артём неуклюже впихнул вещи в эту маленькую щель, где их тут же подхватила мокрая ручка Алисы. Щеколда вновь закрылась.

Артём подождал несколько секунд у двери. Реакции на вещи не было никакой. Ни спасибо, ни где моё платье. Осталось ждать, наденет ли она футболку, и Артём пошёл ждать на кухню.

«Он что, решил меня пометить, как свою девушку?» – возмущённо подумала Алиса, держа футболку на вытянутых руках и осматривая её.

Она вытерлась огромным банным полотенцем. Надела футболку, которая была очень длинной и доходила до середины бёдер. Она понимала, что под футболкой на ней ничего нет. Поэтому покрутилась около зеркала и убедилась, что не просвечивает или не слишком облегает её в районе груди и таза. Все было в порядке. Несмотря на футболку, Алиса чувствовала себя неловко и беззащитно, поэтому для пущей надёжности обмотала огромное полотенце вокруг талии наподобие юбки. Она подошла к двери. Сделала пару глубоких вдохов, решаясь выйти в комнату. Напомнила себе, что она теперь милашка, открыла щеколду и медленно толкнула дверь.

Артём услышал, как щеколда открылась. Повернулся в сторону коридора. Сердце бешено застучало, руки вмиг вспотели. Он схватил кофейник и встал перед столом, делая вид, что наливает кофе, а не ждёт Алису.

Алиса медленным шагом шла из коридора в комнату. И Артём невольно залюбовался ею, вот сейчас она была по истине прекрасна. Ещё мокрые волосы, которые сегодня не видели фена и расчёски, свободно свисали почти до плеч. Ни грамма косметики не прикрывало настоящую красоту девушки. Мешковатая футболка на красивом стройном теле. Даже большое полотенце бежевой махровой юбкой прекрасно смотрелось на ней. Алиса выглядела такой милой, домашней и такой красивой. Артём всей своей душой захотел быть с ней.

Теперь он был абсолютно уверен, что он хочет видеть её такой каждый день своей жизни. И что он может всё: писать стихи, сворачивать горы, убивать драконов…

Но тут заговорила Алиса:

– Доброе утро, Синицын, – ни с того, ни с сего в Алисе проснулась начальница. Это было так неожиданно. В первую очередь для самой Алисы. Внутри своего сознания Алиса даже услышала чёткий вопрос самой себе: «Что? Что ты творишь?»

Но личность начальницы продолжала владеть телом и языком:

– Я вообще не завтракаю. Но за старание спасибо. Я понимаю, что я позволила себе некую слабость и у вас могли появиться некие иллюзии по поводу наших отношений. Но мы с вами взрослые люди…

Артём спокойно поставил кофейник на стол. Скрестил руки на груди. И абсолютно безэмоционально смотрел Алисе Игоревне в глаза. Прямо в глаза. Он не отводил свой взгляд от неё. Не боялся её взгляда, её интонаций, её обращения с собой. Он перестал её бояться.

– …Я думаю, мы сможем договориться с вами, Синицын, чтобы мы забыли с вами эту историю…

И тут Артём невольно улыбнулся. Неожиданно он осознал, что это просто маска молодой женщины. И по-другому она не умеет скрыть своего неловкого состояния, она умеет только нападать.

– Синицын, вы должны понимать, что я так же дорожу своим местом, как и вы… – Алиса увидела улыбку Артёма и немного запаниковала. Она подумала, что Артём определился с ценой за молчание, и пора было сделать что-то, чтобы цену сбить, – но вы должны понимать, что я начальник небольшого ранга и возможности мои ограничены…

Артём смотрел на Алису, как на школьницу средних классов, играющую строгую тётю в школьном театральном кружке. Это было так забавно и так мило.

–… За ваше молчание я готова выписывать вам периодически премии и написать хорошую характеристику на повышение. Но не более того…

– Я увольняюсь, Алиса Игоревна, – абсолютно спокойно и с лёгкой улыбкой сказал молодой мужчина.

Алиса замолчала и непонимающе смотрела на Артёма. Она секунду подумала и переспросила:

– Простите, я не поняла вас.

– Я увольняюсь, Алиса Игоревна, – более членораздельно произнёс Артём. – В понедельник я приду в офис, чтобы уволиться, и всё. И, конечно, ничего никому я не скажу о наших с вами… ну, вот об этом… о приключении. Поэтому давайте позавтракаем?

Алиса хотела повторить, что не завтракает, но Артём её опередил:

– Я знаю, что вы плотно завтракаете, но из-за работы, почти не обедаете. Я-то не первый год вас знаю, – и Артём широко улыбнулся на этих словах.

Это был шах и мат.

Начальница Алиса Игоревна потерпела поражение, забилась в глубины сознания, и вместо неё осталась обычная девушка Алиса с мокрыми волосами и полотенцем вокруг талии.

– А причина увольнения? – довольно сконфуженно спросила она.

– Причина существенная. Моя начальница заставляет забыть самое прекрасное в моей жизни. – Артём спокойно взял в руки кофейник и стал разливать кофе по чашкам, – видите ли, вчера я встретил самую прекрасную, весёлую, самую лучшую рыжеволосую девушку в своей жизни. Я влюбился. И это правда. А начальница (скажу вам, та ещё стерва) Алиса Игоревна заставляет меня забыть всё то, что связано с этой девушкой. Нет. Я лучше уволюсь! – и он поставил кофейник на стол и отодвинул стул, жестом приглашая Алису сесть.

Алиса, скрестив руки на груди, с лёгкой улыбкой внимательно смотрела на «поклонника», и на предложение сесть она не отреагировала. Чуть краснея, ждала продолжения монолога Артёма. И Артём продолжал:

– Я отказываюсь забывать хоть об одной секунде своей жизни, проведённой с этой девушкой, – говорил он рассудительно, мягко и очень решительно, – это самое прекрасное, что было в моей жизни. Благодаря ей я нашёл цель жизни – я хочу быть с ней. Но если… Но если она вдруг не захочет быть со мной, то я… То я навсегда запомню, как выглядит, смеётся и целуется мой идеал. А так как моя начальница, та, которая «стерва», против того, чтобы я помнил о моём идеале, то лучше я уволюсь, и всё.

Он обошёл стол и сел на стул с противоположной стороны.

– Давайте завтракать, – с дружеским упрёком сказал он, – кофе стынет.

Раскрасневшаяся девушка Алиса, молча, подошла к столу. Молча, присела на стул. Молча, посмотрела в глаза жующего бутерброд Артёма.

Её взгляд вдруг стал игривым, и широкая улыбка засияла на лице. Она взяла со стола помидорку черри. Поднесла к губам. Но вдруг спросила голосом девчушки, задумавшей какую-то проказу или, дай Бог, пошлость:

– Так значит, начальница ваша стерва?

– Ещё какая! – жуя, с улыбкой ответил Артём.

– То есть вы её недолюбливаете? – ещё более игриво спросила девушка, и глаза её блестели.

По ним чётко было видно, что задумана шалость, а может быть, и не одна.

– Ну а чего мне её любить? Она же начальница! – наигранно удивлённо спросил Артем.

Алиса, наконец, положила в рот черри и, стараясь максимально эротично жевать, вдруг произнесла:

– А если я прикажу?

Глаза Алисы горели, а щёки были красными. Было видно, что крепость под названием «Алиса» пала, и теперь крепость сама идёт в наступление, чтобы уложить на лопатки своего победителя.

– Это против трудового кодекса Российской Федерации, – сказал Артём.

Алиса встала из-за стола и медленным шагом пошла вокруг него в сторону Артёма. Она максимально плохо играла строгую начальницу, и Артёму это нравилось.

– Вы, вообще-то, мой подчинённый. И если я сказала «любить начальство», вы обязаны это выполнять.

Артём не отступал.

– Ну не знаю. Вообще-то, у меня есть девушка.

Алиса перестала играть и, недоумевая, сказала:

– Вообще-то, она ещё ничего не ответила.

Артём улыбнулся и голосом, полным любви и нежности, спросил:

– А надо?

Алиса вернулась домой только воскресным вечером. Девушка была ненакрашенной, но яркой, сияющей и счастливой.

А в понедельник в офисе появился первый сотрудник в коллективе, который не боялся начальницы. А когда в конце рабочего дня она вызвала его к себе на «ковёр», он с наигранной обречённостью, но со счастливыми глазами быстрым шагом пошёл к ней в кабинет.

Через шесть месяцев Артём шокировал весь офис на новогоднем корпоративе, предложив Алисе Игоревне выйти за него замуж.

Но Алиса его переплюнула. И просто «убила всех» – с радостью согласившись.