Волшебная мечта

Глава 1

Было прекрасное раннее утро. Птицы звонко щебетали за окном. Прохладная роса еще не успела высохнуть с ночи, и капли ее свисали с каждой травинки, намереваясь упасть на землю и обогатить ее своей энергией. Первые солнечные лучи пробивались сквозь занавешенные окна и приятно пригревали лицо. Свежий ветерок легким дуновением пробирался вслед за солнцем и наполнял комнату чудесным ароматом прекрасного утра. Было так здорово ощущать все это, лежа в кровати, сладко зевая, и потягиваясь, и знать, что можно еще вдоволь выспаться, ведь сегодня никуда не нужно идти. Но вдруг, все эти замечательные мысли прервал противный звон будильника, доносящийся прямо над головой.

– Мам, а что мне сегодня надо, куда-то идти? – Недовольно прокричал Кевин из своей комнаты, выключая эту ужасную штуку и, пытаясь открыть глаза, щуря их от яркого солнца.

– Да, сегодня же первое сентября, тебе нужно идти в школу, помнишь?

Кевин ошарашенно посмотрел на календарь, висевший на стене с изображениями его любимых мультяшных героев. Он не мог поверить, что уже настало первое сентября, что лето закончилось так быстро и внезапно, и он даже не успел этого заметить. Грусть охватила его полностью. Хотелось немного даже заплакать, но он, проглотив ком в горле, встал с кровати и направился в ванную. Пока он чистил зубы, то чуть не уснул раза три. Затем он оделся и спустился вниз на кухню, откуда исходил потрясающий аромат сладких булочек с шоколадной начинкой, которые пекла его мама почти каждое утро. Он очень любил их и мог съесть за один раз штук пять этого лакомства. Мама никогда не ругала его за это, а лишь с улыбкой наблюдала за тем, как ее старания не проходят зря.

Габриела Кларенс, она была очень доброй, очаровательной и милой женщиной. А для Кевина она была самой лучшей мамой на свете. Когда он был совсем маленьким, ему казалось, что она волшебная фея, самая добрая и заботливая, какой только могут быть феи в сказках, и очень ею гордился. Но затем он узнал, что феи существуют только в сказках, но он не перестал любить ее также сильно и восхищаться ею как раньше. Пожалуй, на свете не было ни одного такого человека подобного ей. За всю свою жизнь Кевин ни разу не услышал того, как ругается или кричит мама. Потому что она никогда не ругалась и не кричала. У нее по истине был настоящий талант. Она могла отругать его за какой-то поступок таким ласковым тоном, что Кевину немедленно хотелось извиниться за это и больше никогда не совершать ничего подобного. Но самым запоминающимся случаем для него было, когда они со своим другим Джеком ехали на велосипедах по улице, а их мамы шли потихоньку позади них и беседовали между собой. После сильного ливня дорога была еще мокрой, и на ней были большие лужи. Конечно же, Кевин и Джек не упускали возможности проехаться по ним, рассекая воду колесами велосипеда, разбрызгивая ее во все стороны. Они веселились и смеялись. Но вот очередная лужа была прямо у них по курсу. В отличие от остальных луж, эта казалось для них целым озером. Воды в ней было очень много и, вероятно, она была довольно глубокой. Но это лишь придало больший интерес для мальчиков, и они с восторгом кинулись покорять водные просторы. Они сильно разогнались, а перед самой лужей отпустили педали, задрали ноги в разные стороны и с веселыми криками проехали по этой луже. Восторг был просто неописуем. Они ехали и просто купались в этой грязной воде. Они были полностью промокшими, с головы до ног. Ни одного сухого места на них не осталось. Футболки обоих, которые были еще недавно белыми, стали коричнево-серого цвета, шорты и кроссовки тоже нуждались в тщательной стирке. Но это нисколько не омрачило их настроение, они громко смеялись и восторженно кричали от радости. Но их веселье было недолгим. Как только все это увидела мама Джека, ее гневу не было предела. Она подбежала к Джеку и начала так сильно на него кричать, что у Кевина перехватило дыхание, он так испугался, что и его ждет такая же участь и ему хотелось провалиться сквозь землю. Но Габриела даже и не собиралась кричать на своего сына. Напротив, она с задорной улыбкой подошла к Кевину и потрепала его мокрые грязные волосы и от души засмеялась, когда услышала, как мама Джека ругает его за их невинную шалость.

– Лола, да успокойся ты, они же просто проехались по луже, зачем ты так сильно кричишь на него, тебя же вся округа слышит.

– Просто проехались по луже? Габриела, я не понимаю тебя, неужели тебе хочется стирать, штопать и гладить каждый раз одежду, которую твой сын портит во время каждой своей прогулки? Я что для этого ему ее покупаю? Джек не должен совершать такие глупые выходки, это же так… по-детски…

Тут Габриела и Кевин снова засмеялись и даже Джек немного улыбнулся, но так, чтобы мама этого не заметила.

– Они и есть дети, Лола. Успокойся. Когда-то и мы с тобой были такими.

После этого случая Кевин еще сильнее стал гордиться своей мамой. Джек ему как-то признался, что тоже хотел бы иметь такую маму.

– Такой мамы больше нет, она одна такая на всем белом свете! – Гордо заявлял Кевин и показательно задирал нос к верху.

Ну, вернемся в то утро, когда аромат булочек с шоколадной начинкой привлек не только Кевина на кухню, но и его отца Криса. Крис Кларенс был замечательным мужем и отцом. Кевин его тоже очень сильно любил, вероятно так же сильно, как и маму. Волшебной феей, конечно, он его никогда не считал, но вот каким-нибудь героем спасителем всей планеты, вполне возможно. Он считал его настоящим храбрецом, который может кинуться на помощь нуждающемуся. Он мог починить все на свете, все, что дома ломалось, чинилось за считанные секунды в умелых руках этого мастера. Он также, как и мама никогда не кричал на Кевина, он был немного строже нее, но все же умел донести свои серьезные мысли и поучения спокойным тоном и размеренной речью. Кевин никогда не нуждался в ком-то еще, кроме своих родителей. У него были двоюродные братья, сестры, бабушки и дедушки, друзья и одноклассники. Но никто не был ему так близок и так дорог, как его мама и папа. Они всегда выслушивали его, всегда давали дельный совет, никогда не смеялись над его глупостями и дурацкими вопросами, всегда разговаривали как со взрослым, никогда не унижали, не оскорбляли и не наказывали его. Они уважали его мнение и всегда советовались с ним, будь то вопрос о покупке нового дивана в гостиную или поездке на семейный отдых. Все дети во дворе по-доброму завидовали Кевину. А Кевин был самым счастливым мальчиком на всем белом свете.

– Доброе утро, Кевин. – Сказал ему отец с улыбкой.

Но назвать это утро добрым у Кевина не поворачивался язык. Оно совсем не было похожим на те дни, когда он вставал по своему желанию и никуда не торопился, разве, что поскорее вытащить свой велосипед и начать путешествие по окрестностям своего района. Даже солнце для него светило сегодня как-то тусклее, чем обычно. И в недавнем теплом ветерке уже ощущалась та легкая осенняя прохлада, которая заставляет задуматься о скором приближении зимы. А еще с этого дня начиналось то долгое-долгое ожидание наступления следующего лета. Когда голова каждый день будет забита уроками, а на игру с друзьями и прогулки останется совсем немного времени. Когда мама и папа будут заставлять ложиться спать раньше, чем летом и не будет времени на просмотр любимых фильмов, с попкорном, на диване всей семьей. Все это было как-то грустно и уныло. Но все же одно его радовало точно, это его любимые булочки с шоколадной начинкой. Они всегда поднимали ему настроение. Они были настолько вкусными и неповторимыми, что ничего другого на столе уже было не нужно.

– Кевин, не грусти. Сегодня ты встретишься со своими одноклассниками. На перемене сможете поиграть с ними, поделиться рассказами о проведенном лете. – Габриела пыталась хоть как-то развеять грусть Кевина и настроить его на то, что в школе не так уж и плохо.

– Я не хочу видеть своих одноклассников, мам, ты же знаешь, что я не дружу с ними со всеми.

– А со всеми дружить и не нужно, ты можешь дружить только с тем, с кем хочешь. Но ты ведь встретишь сегодня Милану и Джейсона?

– Да, они должны прийти, я несколько дней назад общался с ними по телефону.

Милана и Джейсон были единственными в классе среди девятнадцати человек, с которыми Кевин дружил. Милана была очень симпатичной, милой и озорной девчонкой. Она всегда собирала волосы в косичку и закрепляла их шелковым розовым бантиком, который очень ей подходил. Она была очень доброй и отзывчивой, и у нее было отличное чувство юмора. За это все она и нравилась Кевину. Джейсон был отличным другом. Он мог выручить в любой ситуации, нужно ли было одолжить ручку на урок, или же заступиться за друга во время разборок с мальчишками. Он казался Кевину иногда слишком уж взрослым и серьезным, и они с Миланой частенько подшучивали над ним за это. Джейсон делал вид, что обижался на это, но долго этого делать не мог и вскоре они все трое начинали дружно смеяться и веселиться.

Воспоминания о весело проведенных днях в школе немного привели в чувство Кевина, и он с улыбкой уселся за стол уплетать сытный и вкуснейший завтрак.

Вскоре после того как мамины шедевры были съедены, Кевин и его отец вышли на улицу и сели в машину. Крис всегда отвозил сына в школу, а затем ехал на работу. Дорога до школы занимала всего пятнадцать минут. Частенько после уроков Кевин добирался домой пешком, не спеша прогулочным шагом, болтая с Джейсоном и Миланой. Но вот утром он все же предпочитал, чтобы папа отвозил его на машине. По дороге в школу они очень часто говорили о том, какие уроки сегодня будут в школе, о погоде на улице, о планах на выходные. Кевин был очень любопытным и все время задавал папе вопросы. Вот проезжая улицу, он заметил на тротуаре женщину, гуляющую с двумя большими собаками и спросил какой породы эти собаки. Отец Кевина кажется знал все, он с уверенностью и без колебания тут же ответил, что одна из них португальская горная овчарка, а вторая большой швейцарский зенненхуд. Затем мимо них проехала пожарная машина. Кевин тут же начал спрашивать куда они едут, откуда, как во время тушения пожара в шланги попадает вода и почему их машина красного цвета. Крис всегда отвечал на вопросы своего сына. Они никогда от них не уставал. Он мог подолгу разговаривать с ним и объяснять что-то. Казалось его терпению нет предела. Возможно так оно и было, но Кевин все же иногда замолкал на секунду, но тут же придумывал очередной вопрос и снова слушал ответ своего отца.

Добравшись благополучно до школы, Крис пожелал своему сыну удачного дня и хороших оценок и поехал на работу.

Глава 2

«Снова школа», – подумал про себя Кевин и с недовольным лицом начал подниматься по ступенькам. Дети вокруг него бегали, восторженно кричали. Кто-то уже начал драться, кто-то доедал свой завтрак, сидя на скамейке возле входа, девочки беспрестанно щебетали, хвастаясь своими новыми платьями, а мальчики соревновались в том, у кого на телефоне лучше звучит новая песня. До звонка еще оставалось пять минут и Кевин решил найти Милану и Джейсона, чтобы успеть перекинуться с ними парой слов. Не увидев их на улице и в коридоре, он направился в класс. Оказалось, что они уже сидят там и выкладывают из портфелей на парту учебники и тетради.

– Привет, Кевин! Ну что, как отдохнул? – Джейсон протянул ему руку, а Милана мило улыбнулась и помахала ему.

– Здорово было отдыхать, я бы хотел, чтобы лето было бесконечным. – Закрыв глаза мечтательно произнес Кевин. – Ну а как у вас?

Тут Джейсон начал бурно рассказывать, как они с отцом ездили ловить стрекоз на поле, как вдруг, самый противный мальчик из их класса начал издевательским голосом смеяться над ним. Это был Дэвид. Все терпеть его не могли в классе, и дети, и учителя. Однако, если учителя могли сказать ему слово против, то одноклассники немного побаивались его, ведь был он на голову выше, на два года старше и на несколько десятков килограммов крупнее остальных. Оставался он два раза на второй год, в голове его не задержалось ни одно стихотворение, не решился ни один пример, не прочиталась ни одна книга. Он был самым глупым в классе, но признаваться в этом он, конечно же, не собирался. А всем, кто пытался намекнуть ему на его глупость, изрядно доставалось, поэтому одноклассники просто решили не замечать его и не обращать внимания на его издевательства. Но были и те, кто хотел дружить с ним, чтобы все их боялись в классе, так сказать, быть под его защитой. Их было трое, Дони, Марк и Том. Они всегда смеялись над глупыми шутками Дэвида и всегда издевались над теми, над кем издевался Дэвид. Однако, они были намного умнее него, но рядом с ним, старались этого не показывать. Их компания то и дело обижала девчонок, дергая их за косички и кидаясь в них кусочками бумаги во время урока. А с мальчишками они всегда начинали затевать драку, а тех, кто отказывался с ними драться, они на всю школу высмеивали, называя трусами и сопливыми девчонками. В общем, назревала уже серьезная разборка. А ведь они были еще всего лишь во втором классе. Весь первый класс Кевин как и остальные дети в их классе старался не замечать его, но он никогда не подвергался издевательству со стороны Дэвида, так как он в свою очередь никогда не вызывал его на бой. Но сегодня в Кевине проснулось чувство, которое раньше он никогда не испытывал, это было чувство ярости и обиды одновременно. Ему стало очень обидно за своего друга, и он тут же заступился за него. Сам того не заметив, он подошел к Дэвиду и сказал:

– Тебе что заняться больше нечем, как подслушивать чужие разговоры, здоровила?

Все, кто присутствовал в классе, а присутствовали практически все, кроме двух девчонок, раскрыв рты стояли в изумлении. В классе воцарилась тишина, и казалось, дети уже начали потихоньку залезать под парты, чтобы и им не досталось от разгневанного Дэвида. Джейсон, честь которого защищать полез Кевин, нервно начал поглядывать в сторону выхода из класса, но он знал, что не имеет права бросить в беде друга, который рискуя своим здоровьем заступился за него. Спустя пару секунд, тишину прервал грубый голос Дэвида.

– Что ты сказал, малявка?

– Что слышал. И я не малявка, а развитый по годам юноша, а вот ты у нас переросток, небось всю жизнь так и просидишь во втором классе. – Кевин сам не до конца понимал, откуда же столько смелости сегодня взялось в нем и, что же делать, если Дэвид начнет размахивать кулаками, ведь силы их были явно неравны.

Все в классе уже присели и прикрылись своими портфелями. Кто-то даже закрыл уши ладонями, чтобы не слышать разгневанного голоса Дэвида. Джейсон в ужасе смотрел то на Дэвида, то на Кевина и был так горд тому, что у него есть такой смелый и храбрый друг. Одному лишь Кевину было известно, как у него начали дрожать коленки, при виде угрюмого взгляда Дэвида, однако, он старался всеми силами не показывать этого. Он проглотил ком, застрявший в горле и гордо продолжал стоять с важным видом.

Дэвид, не ожидавший такого поворота событий даже не нашел грубых и оскорбительных слов, чтобы ответить Кевину и просто промычал что-то невнятное, вроде:

– Да я не подслушивал. Как-то само услышалось.

Все были в недоумении от услышанного. А Кевин почувствовал, как коленки его перестали дрожать, а внутри его переполняла гордость за самого себя.

– Допустим, а что же такого смешного было в услышанном? Или может быть тебя рассмешило слово «стрекоза»? Вероятно, ты даже не знаешь кто это. Советую тебе полистать учебник биологии. – Храбрость Кевина уже перешла все возможные границы его сознания и продолжала расти с огромной скоростью. В этот момент он почувствовал, что ничего и никого не боится и, что он единственный, кто может противостоять Дэвиду в этом классе.

У Дэвида просто глаза на лоб полезли от услышанного, и он даже не мог придумать, что же оскорбительного ответить Кевину, а лишь открыв рот, смотрел на него.

– Что, тебе даже сказать нечего? То-то же, в следующий раз будешь помалкивать. – Кевин гордо закончил свою речь, повернулся спиной к Дэвиду и уже было собирался вернуться на свое место, как Дэвид замахнулся на него и уже хотел ударить Кевина книжкой по голове, как на него накинулся Джейсон. Кевин от неожиданности отскочил в сторону. Джейсон в это время висел на спине у Дэвида, а тот пытался смахнуть его с себя. Все в классе начали кричать, кто-то бегал с телефоном и снимал их на видео, кто-то кому-то начал звонить, девочки визжали от страха и прятались под парты. Одним словом, в классе стоял настоящий хаос, как вдруг прозвенел звонок и вошла учительница. Все застыли в том положении, в котором были секунду назад. Кто-то с телефоном в руке, кто-то под партой, кто-то на парте, а Джейсон продолжал висеть на спине у Дэвида, в то время как Кевин с Миланой пытались его оттуда стащить. Учительница остолбенев постояла несколько секунд, затем спокойным тоном спросила:

– Что здесь происходит?

Все резко сели на свои места. Джейсон наконец слез со спины Дэвида и тоже уселся за свою парту. Через мгновение, все уже прилежно сидели на своих стульях, положив культурно руки на парту.

– Я повторю вопрос, что здесь происходило до моего прихода? – Вновь, ничуть не повысив голоса, произнесла учительница. Звали ее Роза Кингсли. Она была очень умной, сдержанной и воспитанной женщиной, с огромным терпением и холодным рассудком. Она очень редко улыбалась, всегда держала себя в руках и никогда не показывала своей злости. В школе ее так и прозвали «холодная леди». Но был в этом и свой плюс, она никогда не кричала на детей, а спокойным голосом могла отругать и даже поставить ребенка в угол. Все ее уважали и слушались, и старались везти себя при ней хорошо.

– Мы уже все выяснили миссис Роза. Извините, что шумели. – Сказал Кевин, заступившись за весь класс.

– Вас что, снова обижал Дэвид? – Никак не хотела отступать от своего расследования миссис Роза.

– Нет, мы просто играли. – Кевин никогда не был ябедой. Он хотел сам решить этот конфликт с Дэвидом, не привлекая к этому взрослых.

– Ну что ж, тогда давайте начнем урок. Хочу вас всех поздравить с началом нового учебного года и пожелать вам полезных знаний и хороших оценок. – Она даже немного улыбнулась, а дети хором ей сказали «спасибо».

Сегодня по расписанию было четыре урока. Первым была математика, затем биология, рисование, а последней была литература. На этом уроке, как и полагается во всех школах, дети писали о том, как они провели лето, что успели прочитать из заданного и с каким настроением они вернулись в школу. Кевину никогда не нравилось писать сочинения, и он, отложив ручку, принялся наблюдать за своими одноклассниками. Все с большим интересом принялись за это задание. Особенно Милана любила писать сочинения. Она с блеском в глазах и улыбкой на лице красивым почерком быстро-быстро излагала свои мысли на белом листе своей тетрадки. Тут первая страничка закончилась, она перевернула ее и тут же без малейшей паузы продолжила писать дальше. Джейсон тоже упорно выводил букву за буквой, иногда останавливался на секунду, приподнимал бровь, будто вспоминая что-то, затем снова продолжал писать. Все остальные тоже сидели, не поднимая головы, и заполняли предложениями свои тетрадки. Одному Кевину не хотелось ничего делать. Он все еще будто не верил в то, что лето закончилось, и что сейчас он сидит в классе, что это вовсе не сон, и ему придется теперь каждый день ходить в школу и выполнять все эти унылые задания. Он был очень умным мальчиком и хорошо учился. Но иногда ему было очень трудно бороться со своей ленью, которая частенько его настигала.

– Кевин, почему ты не пишешь свое сочинение? – Мысли его прервала миссис Роза, которая с удивленным видом смотрела на него.

– Простите, сейчас я все напишу. Не знаю просто с чего начать. – Оправдывался Кевин.

– Начни с самого первого летнего дня, вспомни, что ты делал в этот день и напиши об этом. Сочинение не обязательно должно быть очень длинным. Достаточно описать лишь один день из ваших летних каникул, всех касается, слышали, дети? – Миссис Роза привстала с места и обвела взглядом весь класс.

– Да, миссис Роза. – Хором ответили ребята, не поднимая головы от своих тетрадок.

«Ну что ж, подумал Кевин, напишу про тот день, когда мы все вместе отправились на пикник в горы.

Стоял теплый солнечный день. Мама, папа и я встали рано утром. Мама испекла нам шоколадные булочки и налила какао. Мы позавтракали. Затем стали собирать все нужные вещи для пикника. Мама была ответственная за еду. Она приготовила несколько сэндвичей с ветчиной, сыром, помидором и листьями салата, взяла мясо, чтобы мы могли пожарить его на костре, а также овощи и фрукты. Из напитков у нас был яблочный сок и минеральная вода. Папа был ответственен за то, чтобы нам было уютно на пикнике. Он взял небольшую палатку, где в случае дождя, мы могли бы укрыться, плед, спички и ножик. А я был ответственен за развлекательную часть нашего пикника. Я взял с собой фотоаппарат, запасные батарейки к нему, плеер, а также вертолет на радиоуправлении. Когда все было собрано, мы погрузили это все в машину и поехали далеко за город. Ехали мы примерно два часа. Час пути мы с родителями напевали веселые песенки, а во второй час я задремал. Когда мы прибыли на место, мама разбудила меня, я вышел из машины и увидел очень красивый вид перед собой. Над огромным зеленым полем возвышалась гора, усыпанная разнообразными цветами. Мы взяли все необходимое из машины и начали взбираться в гору. Она была не крутой, поэтому это оказалось довольно легко. Когда мы добрались до самой вершины, мы расстелили плед и принялись раскладывать еду. Папа развел костер, и мы начали жарить мясо. Оно получилось очень вкусным, с хрустящей корочкой. Затем мы много фотографировались и запускали в небо вертолет. Было очень весело. Мы уехали оттуда, когда уже начало темнеть. Вечером мы вернулись домой уставшие, но очень довольные. Это был один из лучших летних дней в моей жизни.»

Кевин очень быстро написал сочинение и, в итоге, первым сдал его учительнице. Она похвалила его и попросила остальных тоже скорее заканчивать, чтобы успеть до конца урока. Когда все сдали сочинения, у них еще оставалось несколько минут до звонка, и учительница попросила детей поделиться с ней немного сокровенным.

– Скажите мне, о чем вы мечтаете больше всего на свете?

Этот вопрос сразу заинтересовал всех детей, все мечтательно стали улыбаться, задумываться, а затем начали поднимать руки, чтобы дать ответ. Как оказалось, практически у всех мечты были разные, кто-то хотел стать президентом, кто-то космонавтом, кто-то хотел быть очень умным и с легкостью делать все упражнения по математике, Милана же хотела, чтобы родители разрешили купить ей собаку, Джейсон мечтал стать боксером, а Дэвид хотел мотоцикл. Когда же очередь дошла до Кевина, он был единственным, кто сильно удивил учительницу. Он не хотел никаких вещей и подарков, не хотел стать ученым или спортсменом, он всегда мечтал об одном, с самого раннего детства и каждый день был в ожидании исполнения своей мечты, но он никогда раньше не рассказывал о ней никому, даже родителям. Он бы и дальше держал свою мечту в секрете, если бы только миссис Роза не спросила его. Но он не хотел врать и ему пришлось сказать правду.

– А я… хочу научиться летать… и облететь весь земной шар в поисках приключений.

Миссис Роза не сразу смогла найти слова, чтобы ответить Кевину, но вскоре сказала:

– Может быть ты хочешь стать путешественником? Правильно мы тебя с классом поняли?

– Да, путешественником, но, чтобы я путешествовал, летая сам, не на самолете, не на вертолете, а сам, словно птица, взмахивая руками, как птица взмахивает крыльями. – И он демонстративно начал махать руками.

Миссис Роза в удивлении смотрела на него, и вдруг прозвенел звонок, который спас ее от обязанности комментировать его высказывание, чему она была очень рада. Она дала детям домашнее задание и отпустила всех, кроме Кевина. Она подождала, когда все выйдут из класса и сказала ему, что хотела бы видеть завтра его родителей в школе.

– Я что-то натворил миссис Роза? – В недоумении спросил Кевин.

– Нет, все нормально, просто мне нужно с ними поговорить об учебниках. – Начала придумывать отговорки на ходу миссис Роза.

– Хорошо, я скажу им. – Сказал Кевин, попрощался с ней и весело выбежал на улицу.

Милана с Джейсоном ждали его у выхода и спросили, о чем они говорили с миссис Розой. Когда Кевин сказал, что она вызывает его родителей в школу, ребята удивились, ведь учебный год только начался, а Кевин уже что-то натворил. Он же успокоил своих друзей, сказав, что она хочет поговорить с ними об учебниках. Тогда все трое успокоились и весело обсуждая летние деньки отправились в сторону дома. Но тут перед ними откуда не возьмись появились Дэвид и три его подчиненных.

«Ну вот и все» – подумал Кевин, «настал черед расплаты за мою утреннюю храбрость».