Поиск: начало. Китеж

Через десять минут, отмыв руки, мы уселись за стол. Девушки болтали о чём-то на кухне вполголоса, изредка бросая взгляды в нашу сторону. Мы с Даней, открыв ещё по бутылке, обсуждали маршрут до Старой Ладоги.

А за ужином нас с Ольгой ждал сюрприз.

Алиса с Даней, хитро переглядываясь, в какой-то момент попросили тишины и внимания. Алиса залезла в сумочку, которая висела рядом на спинке стула, и достала небольшую картонную коробочку. А затем выложила из неё на стол небольшой кусок пластика, издали напоминавший термометр.

Ольга то ли взвизгнула, то ли пискнула что-то, отдалённо напоминающее протяжное «уи-и-и», вскочила со стула и бросилась обнимать по очереди то Алису, то Даню. Я же, привстав, увидел на пластике два окошка с розовыми полосками.

Алиса пихнула Ольгу в бок:

– А Слава у тебя сегодня прям блещет сообразительностью!

– Ага, и красноречием тоже, – подключился Даня.

Я посмотрел на ребят. На Даню, на Алису, снова на Даню. Затем молча встал и по очереди обнял обоих.

– И какой срок?

– Недель пять примерно.

А дальше был праздник. Много шутили, пили пиво, сметая со стола всё приготовленное, смеялись, снова ели, снова шутили, попутно болтая обо всём и ни о чём. В какой-то момент разговор снова зашёл о найденной табличке, и я повторил свой рассказ уже для Алисы. Та уставилась на Даню умоляющим взглядом.

– Да-а-ань?

– Ау?

– А поехали с ребятами?

– Куда?

– В Ладогу.

Даня чуть не поперхнулся.

– За каким, прости?

– Ну ведь интересно же! Сам подумай: затерянный город, Древняя Русь, Старая Ладога, монастыри, храмы, крепости. Нам всё равно почти по пути!

Теперь уже я вмешался.

– Алиса, ты в положении вообще-то, не забыла? Мы туда не развлекаться едем, а с высокой долей вероятности нарушать закон.

– А мы по Ладоге погуляем, пока вы с Москалёвым будете по катакомбам шариться!

Мы с Ольгой переглянулись.

– Нет, ну если так… – начал я осторожно.

– Мы только за! – выпалила Ольга. – И если мне станет скучно в компании этих двоих зануд, я смогу пересесть к вам в машину.

– Муж! – Алиса повернулась к Дане. –Ты почему молчишь? Ты что, не хочешь с ребятами поехать?

– Да я-то что, я только за. Но ты же хотела в Устюг, разве нет?

– Хотела. Но разве затерянный город чем-то хуже Деда Мороза?

В общем, ближе к одиннадцати вечера мы решили, что поедем вчетвером. Вернее, впятером, я забыл про доцента. О, точно, надо еще Москалёва предупредить. Я достал телефон и набрал номер, который успел за эти дни выучить наизусть.

– Профессор? Вечер добрый!

– Слава, здравствуйте! Что случилось?

– Пал Георгич! Пал Георгич, у нас пополнение в отряде!

– Какое пополнение? О чём Вы?

– С нами идут… едут ещё двое наших товарищей. Даня и Алиса. А, и Алиса беременна, можете нас поздравить! То есть трое товарищей!

– Кто?

Кажется, Даня даже слышал отдельные фразы недовольного доцента. А я следующие десять минут убеждал Москалёва в правильности принятого решения и необходимости присутствия в нашей мини-экспедиции тех, без кого каменная табличка так и не была бы найдена. В конце концов Павел Георгиевич сдался, я убрал телефон и повернулся к Дане.

– Но раз вы теперь такие бре… беременные, номер в гостинице бронируйте сами. Чтоб нас не сочли одной компанией, случись что. Понял?

– А что за гостиница?

– А и правда. Погоди, щас узнаем.

Я снова вытащил сотовый и принялся повторно звонить Москалёву. Тот был не в восторге, незаслуженно обвинив меня в безответственности и ещё каких-то грехах, возможно даже смертных, но я настойчиво задавал один и тот же вопрос несколько раз подряд – мне это показалось остроумным и вполне уместным.

Как бы то ни было, ответ мы всё-таки получили, после чего Павел Александрович раздражённо бросил трубку. Прямо странно, что это на него нашло?

Солнце давным-давно село, часы стремились к полуночи, а мы всё болтали, обсуждая детали предстоящей экспедиции. В какой-то момент мы пришли к логичному выводу, что дверь в подземелье может быть просто заварена. Тогда чем нам поможет болторез? Нам непременно нужен газовый резак, о чём я незамедлительно уведомил Даню, но тот, подумав, замотал головой и заявил, что такого у них нет. И что вещь это в хозяйстве нужная, и обязательно подлежит приобретению и постановке на учёт в домовой книге. Я взглянул на девушек. Алиса сидела, обхватив голову руками и подняв брови смотрела то на Даню, то на меня. Ольга, сдерживая смех, тоже не отрывала от нас взгляд.

– Что?

– А вы умеете резаком пользоваться?

Мы с Даней переглянулись.

– Нет, а что? Если надо будет, то разберёмся как-нибудь. К чему вопрос?

– А вдруг Москалёв умеет? – Ольга почему-то издала смешок.

– Точно! – Даня хлопнул себя по ноге. – А вдруг? Давай, звони, спрашивай!

Ближе к часу ночи ребята всё-таки уехали, а мы пошли спать. Правда, какой-то шутник догадался сузить холл и увеличить стоявший там комод раза примерно в два, из-за чего я больно налетел на него ногой. Не желая позориться перед женой, которая и так хихикала весь вечер, я мужественно стерпел боль и не подал виду. Оставшийся путь до кровати прошёл без происшествий, не считая того, что саму кровать кто-то передвинул, отчего я повторно ударился той же самой ногой и потерял равновесие, завалившись на подушку.

Вячеслав Седов. 25 июля, вечер. Псков

Сборы прервал звонок Москалёва.

– Слава, табличку украли!

– Ещё раз, – я замер с баллоном туристического газа в руке.

– Украли, понимаете? Забрали с собой, увезли куда-то!

Так. Табличка подлинная, сомнений нет.

– Павел Георгиевич, Вы сейчас где?

– Я в университете, здесь полиция, скорая. Меня уже допросили, но сейчас, видимо, будут допрашивать ещё раз. Попросили никуда не уезжать.

– Скорая?

Ольга отреагировав на слово «скорая», подняла голову от рюкзака и вопросительно посмотрела на меня.

– Сторожа… Охранника вырубили чем-то, кажется, шокером. С ним всё в порядке, но…

– Вы говорили, откуда у Вас табличка?

– Нет, ещё не успел, они не спрашивали пока.

– Значит, спросят. Не вздумайте сказать правду, соврите что-нибудь. И почистите журнал вызовов сразу же!

– Да, хорошо. Как думаете, что это всё значит?

– Думаю, что Ваш одноклассник Вам не друг. И что табличка настоящая. Что-то ещё пропало?

– В том-то и дело, что нет!

Зашибись. Всё, сомнений нет. Осталось понять, как они это сделали.

– Всё, отключайтесь. Перезвоните мне, когда закончите и будете один. Постарайтесь запоминать всё, о чём вас спросят и что скажут. И удалите вызовы!

– Да-да, сейчас.

Москалёв отключился, а я в двух словах обрисовал Ольге ситуацию.

– Слава, ты же понимаешь, что это что-то серьёзное?

– Да. А ты понимаешь, что на ровном месте охрану не вырубают? И не воруют только один кусок камня?

– Может, доедем до университета?

– Если только мимо проехать, посмотреть масштабы шухера.

Минут через десять мы уже мчались к городу. Дане с Алисой я решил пока не звонить, слишком мало информации.

Ещё через десять минут мы были уже в центре города. Я торопился, как мог, да и пятничным вечером машин было очень мало, половина светофоров тоже уже не работала. Мы подъехали на стоянку возле соседнего с университетом здания, я заглушил мотор и мы пошли изображать прогуливающуюся пару.

Скорой мы не увидели, но зато перед входом в университет стояли две полицейские машины и Рено Логан с рекламой какого-то охранного агентства. Наверняка ЧОПовцы по тревоге приехали. На ступеньках дежурил полицейский, несколько человек курили прямо возле входных дверей, а в сквере несколько молодых пар и компания подростков увлечённо наблюдали за происходящим.

Не меняя темп, мы свернули к компании, я негромко поприветствовал их.

– Салют, банда! Что, практикант какой психанул?

– Та не, – протянул один из подростков. – Вроде сп… спёрли что-то. И охранника отмудохали.

– Ага, тетрадки с контрольными, – я старательно заржал.

– Не знаю, менты говорили, что что-то вынесли.

– Они потом в Транспортёр сели и уехали, – подключился другой пацан.

– А вы прям всё видели, что ли?

– Ну видели, как из универа трое выбежали, в тэху залезли и съе… – пацан покосился на Ольгу. – Уехали, короче.

– Охранник хоть живой?

– Аслан? Да что ему будет?

– А, так вы местные?

– Ага.

– Ладно, развлекайтесь, – снова хохотнул я, подхватывая Ольгу под руку.

Мы пошли дальше по дорожке через сквер, я хотел взглянуть на окна того самого кабинета, расположенные на правом торце здания. Миновав угол, я задрал голову, но не увидел ничего, кроме того что в кабинете и смежном с ним помещении горел свет.

Мы сделали круг, постояв немного в дальнем конце сквера, а затем пошли обратно к машине.

– Поехали, поедим где-нибудь? – предложила Ольга.

– С удовольствием. Может, заодно и Москалёв пока освободится.

– А если они на нас выйдут?

– Не выйдут, не переживай. А если и выйдут, причём тут мы? – я старался говорить уверенно, хотя, на самом деле, понятия не имел, что будет в этом случае. И что дальше делать. И вообще, эта ситуация мне резко перестала нравиться. Что, если бы табличка оставалась у нас дома?

Мы дошли до машины, я вырулил на проспект и поехал в сторону гриль-бара. Мы миновали парк в центре, длинный ряд исторических пятиэтажек в стиле сталинского ампира, остатки средневековой стены, опоясывавшей некогда город. Ещё парк, ещё пятиэтажки. А затем мы выбрались из города.

По бокам мелькали фонари, я рулил и думал.

Табличку я привёз Москалёву в воскресенье. В этот же день он связался с одноклассником. На следующий день он доставил камень в университет. Во вторник вечером был готов перевод, вечером среды я рассказал всю эту историю Дане с Алисой. А вечером пятницы табличку крадут. Или похищают? Как правильно?

Может это быть хитрая игра Москалёва? Может. Зачем? Пустить нас по ложному следу? Так он мог сказать, что табличка поддельная. Или придумать ещё какой-то железный аргумент. Нет, этот вариант отпадает.

Впереди справа был поворот к аэропорту, прямо на светофоре дежурил патруль ДПС со включенными маячками. Узкая и тёмная улица упиралась в терминал. Видимо, что-то случилось на дороге – я разглядел машину скорой и ещё один экипаж ДПС, все с маячками. Ольга молчала, тоже погрузившись в раздумья.

Могут это быть Даня с Алисой? Теоретически. Я представил беременную Алису, вырубающую охранника. Пожалуй, даже слишком теоретически.

Мы выехали на Е95, ту самую, некогда воспетую Кинчевым, и покатили на юг.

А вот версия с одноклассником Москалёва мне казалась наиболее правдоподобной. Или с кем-то из состава ПсковГУ. Могли коллеги доцента устроить подобное? В принципе, да. А одноклассник? Мог он дотянуться из Москвы? В принципе, тоже да.

Я свернул с трассы к ярко светящемуся стеклянному павильону, внутри обставленному под лофт. Посетителей, как ни странно, было немного. Ольга заняла столик, а я прошёл к стойке, не желая тратить время, и сходу заказал нам по порции шашлыка с жареной картошкой и запечёнными грибами. И минералку.

Ждали мы буквально пару минут, пока нам принесли две большие, исходящие паром деревянные доски, от которых шёл такой аромат, что мой желудок издал протяжный рык. Следующие несколько минут я молча поглощал кулинарный шедевр, а затем сотовый завибрировал, высветив на экране надпись «Доцент». Я уже говорил, что пора ему кличку присвоить?

Интересно, он сам звонит? Или с его номера со мной сейчас свяжется кто-то из органов? Проглотив предпоследний кусок картофеля, я взял трубку.

– Слава, они закончили, – к счастью, это был Москалёв.

– Вы один сейчас?

– Да, я уже уехал из университета.

– Мы сейчас за городом, давайте встретимся где-нибудь в центре минут через пятнадцать?

– Давайте. Я подожду Вас… а в конце Профсоюзной, возле спуска к реке, хорошо?

Самый центр. И много народа. То, что нужно сейчас.

– Давайте, мы едем.

Ольга уже покончила со своей порцией, я не стал дожидаться официантку, прошёл к бару, расплатился, и мы вышли обратно на стоянку.

Тепло. Удивительно тепло даже по меркам июля, обычно погода не радует такими градусами. Мы быстро пересекли освещённую парковку, сели в машину и покатили обратно в центр.

Машину доцента мы увидели издалека. Москалёв стоял, оперевшись на переднее крыло, и издалека помахал нам рукой. А неплохое у него зрение, и темнота не помеха…

Андрей Бирюков. 25 июля, вечер. Псков

Шмелёв платил. Платил всегда, хорошо, исправно. Настолько, что Андрею удалось всего за пару мероприятий, скажем так, и оплатить ряд терапий для четырёхлетнего сына, незаслуженно страдавшего от лейкоза, и приобрести для него и его матери, с которой Бирюков уже пару лет находился в разводе, двушку в одной из новостроек Краснодара.

Вот и в этот раз, едва от Шмелёва поступил звонок, Андрей, не теряя времени, взялся за работу. Именно эту работу на Шмелёва он считал своей основной, а охранную деятельность в «СГБ Консалтинг» воспринимал как подработку. Нет, конечно, по любым меркам выходило, что его труд в качестве так называемого «инструктора» оплачивался очень хорошо, но это не шло ни в какое сравнение с деньгами, получаемыми от замминистра.

Контора, как бойцы называли между собой «СГБ», выделила ещё троих «инструкторов». И, судя по всему, дело для Шмелёва было чрезвычайно важным, раз тот не поскупился на суперджет для них из Шереметьево прямиком до Пскова.

Поэтому спустя всего три с половиной часа после приземления африканского рейса в Москве Бирюков уже вновь спускался по короткому трапу в аэропорту провинциального городка, гордо заявившего на всю страну, что «Россия начинается здесь».

Сейчас они вчетвером сидели в абсолютно неприметном белом фургоне Фольксваген Транспортёр напротив здания ПсковГУ. Задание было для Бирюкова необычным – в этот раз оно не предполагало никакого откровенного криминала, проходящего обычно по статьям, содержащим термины «убийство», «группа лиц» и «предварительный сговор». Хотя на законность тех или иных мероприятий Андрею было давным-давно наплевать. Его задача – сделать так, чтобы Дима выжил, победил страшную болезнь, невесть за какие грехи обрушившуюся на детский организм, не успевший познать всех уготованных ему ужасов жизни.

Аналитики времени не теряли, доразведка, считай, и не требовалась. План был прост, как угол дома, и группе оставался примерно час до расчётного времени, когда сотрудники университета должны будут покинуть здание.

Андрей погрузился в свои мысли, попутно сверяясь с картой-схемой города. Маршрут отхода был продуман, второй автомобиль ожидал их в одном из дворов на другом берегу реки, разделившей город на историческую и спальную части. Они сейчас находились в части восточной, исторической.

Непривычно было то, что группа была в гражданском. Без средств защиты, без аппаратуры – без десятков привычных мелочей, облегчавших любое задание до сегодняшнего дня. Вся экипировка была сведена к джинсам, тёмным толстовкам с капюшоном, удобным кроссовкам и перчаткам. На всякий случай на шее у каждого болтался бафф совершенно гражданского вида, даром, что от греческого «Пентагона». Джинсы, кстати, тоже предпочитали именно от греков. А вот толстовки и обувь – кто во что горазд. Один из сидящих в машине бойцов был в «5.11», ещё двое – в чём-то вроде «Демикса».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.