Тёмная Коронация

Глава 1

Я никогда не думала, что выберу смерть взамен жизни.

Но что произошло – то произошло. И пожалуй стоит рассказать эту историю.

Все началось в тот памятный день, в первый день осени, когда листья ещё не тронуло мёртвое золото, не принёс ещё северный ветер на своих крыльях колыбельную природы. Я бежала не видя дороги, спотыкаясь и падая, хватая ртом воздух, но все равно не в силах была отсрочить неминуемый конец. Босые ноги не чувствовали боли от впивающихся камней и сухих веток, устилавших землю под сенью молчаливого леса. Позади набатом звучало дыхание зверя, вторя моим судорожным вдохам. Бежать.

Когда на деревенскую площадь шагнули монстры из старых сказок, смертоносные огромные волки, мы даже не поверили своим глазам. Первый душераздирающий вопль вырвал всех из оцепенения. Началась паника: люди сталкивались и кричали, хватали детей, пытаясь укрыться в домах. Но все было тщетно. Деревянные двери не могли их защитить.

Улицы окрасились кровью, запах сырой плоти ударил в нос, и я сорвалась на бег, но, к несчастью, уже была выбрана в кандидаты на чей-то ужин. Сердце билось в горле, перекрывая воздух, а перед глазами плясали всполохи света; я не была уверенна, что в моем стремлении выжить есть смысл. Преследователь настигал. Я уже могла ощутить зловоние его пасти, запах смерти.

Глухое рычание настигло неожиданно, спину и бедра обожгло огнём. Зверь зацепил меня лапой, сбивая с ног, кубарем пролетев с пригорка несколько метров, я кристально ясно осознала свой конец. Очередной кувырок, удар о землю, что выбил остатки воздуха из лёгких, и неожиданный оглушающий хруст. Мысль, что это хрустят мои ребра, испарилась, когда я поняла, что продолжаю падение, только уже в непроглядную тьму.

Очередной удар. Вот, это точно были ребра. Я тяжело дышала, совершенно потерявшись в пространстве. Вокруг темнота, а над головой зияла дыра, в которой можно разглядеть кусочек ясного голубого неба, трепещущую на ветре листву.

Я попыталась пошевелиться, но тело не слушалось, его вообще не существовало. Над головой раздалось рычание, отразившееся вокруг меня гулким эхом, словно в пещере. Свет померк, вырисовывая контур осклабившейся пасти, что перекрыла почти весь пролом в земле. Зверь был не доволен упущенной добычей, он рыл лапами землю, углубляя проход, жадно втягивал воздух, наслаждаясь моим неприкрытым страхом и текущей из ран кровью. Лучше бы я и дальше ничего не чувствовала.

Первые сорвавшиеся вниз комья земли, ударившие по лицу, пробудили онемевшее тело и боль затопила каждый его сантиметр. Я не пыталась сдерживать крик, но из горла вырывались жалкие хрипы. Кровь густым потоком сочилась из ран на спине, на ногах, лёгкие горели, не в силах питать тело воздухом, голова раскалывалась от жёсткого столкновения с земляным полом. Но пошевелиться я так и не могла, только бессильно наблюдать за тем, как зверь почти окончил работу и уже готов прыгнуть за мной.

– Кто-нибудь.... пожалуйста....

Обжигающие слезы потекли из зажмуренных глаз. Я не хотела видеть, не хотела смотреть, как зверь готовится к прыжку.

В первые секунды, я даже не расслышала тихий шорох, раздавшийся в темноте этой подземной пещеры, но, когда земля прекратила сыпаться сверху и повисла неожиданная тишина еле слышный звук шагов стал отчётливее.

Шур-шур-шур.

Так, подволакивая и с трудом переставляя ноги, ходят тяжело больные или очень старые люди. Мои глаза, прикованные к отверстию в земле уловили, как зверь немного попятился, как шерсть вздыбилась ещё сильнее. Утробное, слабое рычание наполнило тёмную пещеру, отзываясь внутри меня табуном мурашек и липким страхом. Сила, притаившаяся здесь пугала не только меня.

Зверь, огромный и смертоносный, прижал уши, отступая, позволяя сильному забрать свою добычу. Меня. По лесу прокатился далёкий крик, заставляя птиц срываться с насиженных мест. Зверь отступил ещё на шаг и исчез, выбрав более лёгкий путь. Я осталась один на один с демоном из темноты.

Освободившись от одного монстра, попала в лапы другого.

Я даже не разглядела рывок из тьмы, только когда острые зубы впились в окровавленное бедро, увидела искорёженное временем тело. Боль жаркой волной прокатилась внутри, даря блаженное беспамятство.

Вот и всё.

***

Очень не хотелось открывать глаза, но навязчивый солнечный лучик щекотал веки, и, сладко потянувшись, я решила проснуться. В первую секунду понимание, где я нахожусь, не приходило, но память услужливо сбросила водопадом все воспоминания о прошедшем дне.

Рывком вскочив на ноги я тут же присела обратно. Тошнота и головокружение были против таких необдуманных телодвижений. Я ожидала боли, но ничего не происходило, прислушивалась, находя лишь ломоту в мышцах и неприятно стянутую кожу. Нестерпимо хотелось смыть корку грязи, пота и крови, застывшую на лице и, кажется, чешуёй покрывавшую все тело.

Место вокруг не изменилось, к окутавшему меня столбу света тянулась тьма из закоулков подземной пещеры. Мороз пробежал по коже вслед за воспоминаниями.

– Здесь кто-то есть? – спросила, тут же обругав себя.

Здесь точно кто-то есть, и я не горю желанием столкнуться с этим. Нет, я жива и очень этому рада, но неизвестное всегда пугает. Кто или что прогнало зверя, спасло меня, но и напало после. Множество вопросов вертелось в голове, не находя ответа.

Попытки выбраться из места заточения не увенчались успехом. Допрыгнуть не получалось, а осмотр пещеры показал лишь голые стены и грязный пол. Сколько прошло прошло времени? Сколько я уже здесь? Солнце скрылось за кронами деревьев, оставляя лишь неуверенный бледный свет.

Я грустно присела, стараясь не задевать, да и не задумываться о больших тёмных пятнах под ногами. В лесу было спокойно, чирикали птицы, ветер играл в кронах ещё полных зеленью деревьев. Природа молчала о страшных событиях, о криках и мольбах, о звуках рвущейся плоти и хрусте пережёванных костей. Выжил ли кто-то там, на верху? Ищут ли меня вообще?

Плотнее обхватив колени руками, всплакнула. Я всегда была сильной, стараясь не обращать внимания на издевательства деревенских мальчишек. Бедная сирота, которую пригрела на своей печи тётка, вот и вся моя история. А сейчас, обижаться не было смысла, ведь все мои обидчики скорее всего мертвы.

– Эй! Очнулся наконец?

Ворвавшийся в мои печальные мысли, голос заставил вздрогнуть. Я подняла голову и столкнулась взглядом с незнакомцем. Свет слепил, лишь очерчивая контур фигуры, не позволяя разобрать черты. Стоило прислушаться к словам, прежде чем считать незнакомца спасителем.

– Помогите пожалуйста! – я подскочила на ноги. – Я провалилась сюда спасаясь от зверя, а потом на меня кто-то напал!

– Да ты, смотрю, нарасхват, – ироничный тон, и незнакомец исчез из поля зрения.

Мысль, что меня нагло бросили ещё не успела сформироваться, а в яму уже спускалась толстая сучковата палка. За ней появился силуэт.

– Хватайся, вытащу тебя.

Я не долго думая вцепилась в дерево и, как могла, карабкалась наверх. Рывок, и меня уже вышвырнуло на поверхность рядом с мужчиной. Мы оба лежали раскинув руки, утопая в мягкой траве подлеска и переводили дух. Я осторожно скосила взгляд, стараясь рассмотреть спасителя.

Сухая, словно старый пергамент, кожа, свалявшиеся колтунами чёрные волосы, острый, чёткий профиль и неимоверно старая, драная одежда. Тоненький звоночек прозвенел в голове, но я была слишком разбита, чтобы обращать на это внимания. Мужчина повернул ко мне голову и открыл глаза.

Как я не взлетела до самой макушки дерева – не знаю. Наверное, не хватило сил. На меня в упор смотрело два непроглядных чёрных омута: ни зрачков, ни белков, одна только тьма. Я слышала сказок достаточно, чтобы понять – прямо на против меня вампир. Вот он самый главный зверь этого леса, вот кто сидел там, в темноте пещеры под землёй, вот кто напал на меня....

– Ты…ты....

– Не многословно, однако, – мужчина лениво потянулся и прилёг поудобнее, подперев голову рукой. Как пресытившийся хищник, что ленится и играет с куском мяса, а я – мясо.

– От… отойди от меня! – память лихорадочно перерывала закрома, в поисках хоть крупицы информации, что поможет выйти из этого противостояния живой. Одна за другой всплывали истории, что мужики в деревне травили для впечатлительных детишек.

– Где твои манеры, парень. Я, между прочим, тебя спас, – от этой хищной улыбки, что разрезала морщинками сухое лицо, заломило зубы. Слова плохо усваивались и я не сразу поняла их смысл.

– Парень? Спас? – я опешила от такого заявления.

Я точно не мальчишка и никогда им не была, а вот на счёт спас.... Здесь, покривя душой, вампир прав.

– Ты меня пытался убить, – я отлепилась от ствола дерева, что до этого использовала как щит, и ,скрестив руки на груди, зло посмотрела на собеседника. Как есть, самоубийца.

– Ну я же не убил, – усмехнулся ещё шире вампир. – Да, каюсь, набросился не хуже горного волка, но на то были свои причины. Знаешь ли, сидеть на вынужденной голодовке почти двадцать лет – это не самое счастливое занятие из всех.

Вампир сел на земле, зеркально повторяя моё движение. Теперь мы сверлили друг друга взглядами, и я в какой-то момент осознала, как глупо все выглядит со стороны. Терять мне было совершенно нечего, кроме собственной жизни, но и она зависит от благосклонности собеседника. И правда, хотел бы убить – я бы не проснулась. А почему у меня ничего не болит. Я рванулась проверять спину, стараясь нащупать края рваной раны, но наткнулась только на разодранную рубашку и корку крови, что намертво пристала к коже. Вампир продолжал с усмешкой наблюдать за тем, как я верчусь вокруг своей оси, без комментариев.

– Я не питаюсь людьми, расслабься.

– Что с моей спиной? Там была рана, но сейчас её нет! Что ты со мной сделал?

– Если так хочешь, могу вернуть, дело пяти секунд, – съязвил мужчина смотря на слегка заострившиеся когти. Я тоже на них взглянула, миг и пальцы стали вновь обычными, совершенно человеческими. Нервно сглотнула и тут же скривилась – в горле пересохло.

– Спасибо не надо, но все же....

– Считай, это плата за услугу. Ты вскрыла мою темницу, я сделал так, чтобы ты не умер.

– Умер.... – он явно считает, что я парень.

Не удивительно. Драные дядины штаны и широкая подпоясанная рубаха, девушки в нашем королевстве так не ходят. А с длинными волосами я распрощалась ещё в начале лета, когда младшие дети лесника залепили косу смолой. Ой и слез я тогда пролила: сейчас же это кажется сущим пустяком. Мальчик, так мальчик – безопаснее буду. Оказаться перед оголодавшим за годы заточения вампиром в роли юной девственной девы не лучшая перспектива, судя по историям, что рассказывали – это для них деликатес. Пусть мой собеседник и сказал, что не питается людьми, но ещё вчера это его не остановило.

– Велдриг, приятно познакомиться. За последние годы, я не так чтобы много с кем знакомился, – протянутая рука вызвала внутреннюю дрожь, но призадумавшись я решила, что такой друг лучше, чем умереть в лесу в одиночестве.

– Сола.... Сол, меня зовут Сол.

Наши руки соприкоснулись, а сердце пропустило удар. Перед глазами поплыли цветные круги, размывая бледное лицо Велдрига, толкая сознание обратно в темноту.

–Эй! Приди в себя!

Ледяная вода окатила лицо, затекая за шиворот и я с криком недовольства вернулась в сознание. Первые несколько секунд я пыталась понять что из этого реальность, а что странное видение, почти поглотившее меня целиком.

Грот с коваными решётками ворот и тяжёлой цепью, завывающий ветер, тоненькая корочка заледеневших листьев под ногами.... Все было до ужаса реально. Слепящие лучи солнца отрезвляли, прогоняя пугающее наваждение.

Вампир сидел на корточках рядом и внимательно смотрел. Не было издевательской ухмылки и интонации, отчего я неожиданно даже прониклась к этому незнакомцу.

– Спасибо. Я наверное все ещё немного не в себе.

– Как девица в обмороки падаешь, – бросил Велдриг и поднялся, с удовольствием потянувшись.

Я смотрела на него и не могла понять, где же правда во всех тех страшных историях. Сейчас, передо мной, был обычный мужчина, изрядно потрепанного вида, ни тебе клыков на пол лица, ни безумной жажды. Даже как-то смущает.

– Идём: покажешь где живёшь. Я уже слишком долго мечтаю о том, чтобы поспать не на ледяной земле.

– Там… там опасно, – тихо ответила я, отгоняя непрошенные видения, стараясь не видеть перед глазами разорванных в клочья соседей и залитые кровью улицы.

– Не опаснее чем здесь. Вставай.

Возражения не принимались, и, вздёрнув меня за шиворот, как нашкодившую собаку, потащил в сторону деревни. Вампир передвигался бесшумно и легко, преодолевая без лишних проблем густой подлесок, когда я спотыкалась и хрустела ветками. Не сказать, что я такая уж не поворотливая, все же с рождения живу в лесной глуши, но силы оставили меня и не желали возвращаться, а мысль о том, чтобы вновь оказаться дома пугала, оседая липким страхом на коже.

Велдриг вёл безошибочно, принюхиваясь, двигаясь по запаху смерти как ищейка. Солнце начало клониться к закату, окрашивая алыми всполохами кроны деревьев, когда впереди показалась Лига – место, что было моим домом все эти девятнадцать лет.

– Сейчас здесь безопаснее всего. Звери насытились и ушли, пару дней будет тихо.

Я шла, стараясь не поднимать глаз и замерший на пригорке вампир стал неожиданностью. Врезавшись в напряжённую спину, чертыхнулась, потирая лоб, а мужчина даже не обернулся, погруженный в собственные мысли.

Деревенька была не большая, две улицы, что пересекались у дома старосты, пара десятков домов, даже забора, что бы мог оградить жителей от незваных гостей и то, не было. Тишина повисшая вокруг угнетала, ни пения птиц, ни стройного ржания из конюшни, ни звонкого смеха носящейся вокруг детворы. Интересно, хоть кто-то спасся? Сухой ком оцарапал горло и я закашлялась, утирая брызнувшие слезы. Нужно было напиться из того ручейка, а не разглядывать нового знакомца. Да и ладно, уже пришли.

Стараясь не особо поднимать глаз, побежала за удаляющимся вампиром. Хоть и монстр из сказки, а все надёжнее, чем оказаться опять в одиночестве. Велдриг завернул в ближайший уцелевший дом, а я, не разбирая дороги, проскользнула следом.

Замерла на пороге, прирастая к полу, рассматривая поломанные лавки, опрокинутый стол, кровавый развод на белом боку печи. Я знала этот дом, не раз забегала к Агафье с мужем на угощенье и поводиться с их малышней, а сейчас здесь пусто и тихо. Слез уже не осталось, так что я поплелась в дальний угол, к стоящему бочонку с ключевой водой, желая поскорее смыть с лица эту уродливую кровавую маску.

Вампир беззастенчиво переворачивал дом вверх дном, выуживая из хозяйских закромов одежду и кухонную утварь, поднимая лавку и возвращая стол на прежнее место. Его совершенно не волновало кто жил здесь до этого, кому принадлежали все эти вещи. Заметив мой взгляд, он лишь коротко ответил:

– Это все равно больше никому не пригодится, – и вышел за дверь, оставляя меня в одиночестве.

По началу я ждала, когда мужчина вернётся, но время бежало вперёд, за окном сгустились сумерки, и наконец более или менее отмывшись, прекратив самобичевание, я полезла в кладовую. Живот немилосердно урчал, пытаясь донести, что ключевая водица – это не еда.

За скрипучей деревянной крышкой, ведущей в маленькое подполье, обнаружилась вяленая дичь и соленья, в тёмном жерле печи – горшочек с остывшим варёным картофелем. Кожа под мокрой рубахой покрылась мурашками от холода и решив, что тёплый бок печки в эту тяжёлую ночь будет как нельзя лучше, пошла за дровами.

В котелке уже закипела вода, когда я расставляла наш не богатый ужин на столе. Все лучше, чем лежать где-нибудь в лесу. Мысленно я поблагодарила хозяев дома, извинившись за такое своевольное поведение; приступила к еде. Неожиданный голос заставил вздрогнуть и подавиться сухой картошкой.

– Я думал мы теперь друзья, как не культурно начинать ужинать в одиночестве!..

Обернувшись, чуть повторно не подавилась, если такое возможно. Где-то за околицей гулко ухнула сова. От того полумертвого вампира в рваной одежде, с облезшей кожей и скатанными волосами не осталось и следа; подпирая косяк, на меня смотрел высокий молодой мужчина, с длинными волосами цвета ночи, с такими же чёрными глазами, крепкий и здоровый; разве что немного уставший.

– Не плохо, да? – Велдриг усмехнулся, довольный произведённым эффектом. Его болезненно острое лицо не потеряло своей угловатости, но словно смягчилось, став хищным. Кажется, я начала понимать часть тех историй о прекрасных и смертоносных....

– Угощайся, – только смогла выдавить, указывая на свободную скамью с другой стороны стола.

Вампир принял приглашение и, с по истине зверским аппетитом, набросился на еду. Я только успела положить на свою тарелку всего и понемногу, чтоб не ложиться спать с пустым животом. Ели молча. Когда аромат травяного чая наполнил комнату, а мы, сытые и довольные, наконец-то расслабились, я не выдержала.

– Ты ешь? В смысле нормальную еду?

– А ты думал, вампиры питаются только кровью невинных младенцев? – прыснул от смеха мужчина, расплескав горячий чай.

– Ну, о вас много рассказывают.... – я смутилась.

– Очень интересно послушать, – Велдриг уставился на меня, подперев голову руками. – Лично я знаю только о том, что мы, якобы, питаемся девственницами, оборачиваемся летучими мышами, и боимся чеснока, хотя он просто невкусный, если его сырой в рот кому-то пихать. Но тут, думаю, даже ты согласишься, что невкусно.

– Да, это было бы невкусно, – я с трудом сдержала улыбку, живо представляя, как кто-то пытается накормить вампира чесноком.

– Ну вот и я о чём.

– Оборачиваться и правда не умеешь?

– И святых знаков не боюсь, – он махнул головой, указывая на лик богини, вырезанный из дерева, что притаился в углу.

Мы переглянулись, и совершенно неожиданно рассмеялись. Это было странно, не уместно и без причины, но видимо очень нужно, как мне, так и ему. Кто мы? Девчонка, чудом ускользнувшая от смерти, навечно обречённая быть одной, терять близких и вампир, что почти двадцать лет провёл в заточении, тем же чудом выбравшись из него. Смех рвался наружу, грозясь превратиться в истерику, а я все никак не могла остановиться.

Угли в печи почти потухли, а ночь была уже глубока, когда мы наконец-то разошлись спать. Юркнув на печь и закутавшись в одеяло, я думала о том, что на удивление не испытываю страха, засыпая рядом с таким опасным существом, что-то внутри меня доверяло ему, а я буду доверять самой себе. На лавке внизу послышался шорох, но спустя мгновение все затихло: лишь размеренное дыхание говорило о присутствии вампира. Веки тяжелели, и, отдавшись в объятия сна, я мгновенно растворилась в нём.

***

Я опять бежала, продираясь сквозь чащу леса. Позади, словно играя, мчались звери. Они то приближались, заставляя сердце сжаться от страха, то отступали на шаг, позволяя почувствовать мнимую безопасность. Деревья слились в одно зелёное марево, но закрыть глаза – отдаться на верную смерть. Нет ни единого шанса выжить, если я споткнусь.

Как загнанный оленёнок, я вырвалась на огромную, залитую лунным светом поляну. Осознание, что это – ловушка пришло слишком поздно. Игры закончились. Со всех сторон окружая, из под сени деревьев на свет выступали огромные, пепельно-серые волки. Они скалили пасти, источая слюну по своей скорой трапезе; угрожающее рычание сливалось в унисон, заставляя вибрировать все внутри.

Ветер не ласкал разгорячённые щеки, не шелестел зелёной листвой. Свет полной луны был пронизывающим и мёртвым, выхватывая силуэты из темноты. Вдруг, позади, раздался оглушающий вой. Я, как и звери, по инерции обернулась к источнику звука, но увидеть его было не суждено. Земля под ногами хрустнула, и поглотила меня с головой.

С трудом оторвав тело от ледяного пола, я огляделась. Не было больше ни леса, ни погони, вокруг вырос коридор, уводящий в неизвестность. Холод пробирал до костей и обхватив себя руками, обнаружила, что одета лишь в тонкую ночную сорочку, что белесым пятном выделялась на фоне каменной кладки. Порыв ветра заставил ещё сильнее съёжиться.

Недалеко виднелся выход, но путь преградила кованая решётка. Между прутьев виднелся странный пейзаж: опавшие коричневые листья, прихваченные первым инеем, голые мрачные деревья; морозный запах щекотал нос.

Идти по коридору, вглубь, отчего-то совершенно не хотелось. От одной только мысли начинало сосать под ложечкой, и я попыталась открыть дверь. Пальцы немилосердно жгло, кожа липла к ледяному железу, но это казалось единственно верным решением.

Как вдруг, пробравшись под ночную рубашку, меня окликнул шёпот:

«иди ко мне»

Я крутанулась на месте, но никого не обнаружила. Голос не отпускал, множился в арочном потолке, рассыпался на части, стараясь проникнуть в голову. Я упала на пол, обнимая себя руками, вжимаясь спиной в решётку.

«я так давно жду тебя»

Я закричала, стараясь заглушить пугающий голос.

Кто-то резко дёрнул меня за плечо, вырывая из оцепенения и открыв глаза, я увидела перед собой помятое лицо вампира. Рефлексы сработали раньше, чем я успела подумать, но отбиваться от серьёзно настроенного мужчины оказалось не просто. Постепенно разум возвращался, и руки безвольно легли вдоль тела.

– С тобой все нормально? – Велдриг напряжённо всматривался в моё лицо, продолжая крепко удерживать на месте.

– Д-да.... Прости, дурной сон, – я попыталась освободиться, но не тут то было. – Отпустишь наконец?

Вампир ещё раз внимательно осмотрел меня, но, видимо, не найдя больше признаков потери рассудка – отпустил. За окном все ещё была темнота, хоть глаз выколи.

– Давай спать? – наивно уточнила я, кутаясь по горло в одеяло.

Вампир лишь что-то буркнул себе под нос, и исчез из поля зрения. Внизу вновь заскрипели лавки, оповещая, что он согласен с моим предложением. Сны больше не приходили.

***

Утро встретило серостью неба, остывшей печью и хмурым вампиром. Я и сама была не в лучшем расположении духа. Все произошедшие события легли тяжёлым грузом на плечи, голова раскалывалась от ночного пробуждения, а сил в уставшем теле не было ни физических, ни моральных. Завтрак проходил в молчании. Велдриг даже не смотрел в мою сторону, а на любые попытки заговорить отвечал невпопад. Да, честно сказать, я и сама не особо настаивала.

Пока я искала во что бы переодеться, борясь с подступающей тошнотой, от вида одежды, что ещё недавно принадлежала моим друзьям, вампир выскользнул на улицу и больше не показывался на глаза. Штаны и рубаха висели на мне, как мешок на палке, но выбирать не приходится – легенда есть легенда. Я – мальчик, пора бы к этому привыкнуть. Волосы за лето немного отрасли и теперь щекотали шею; я долго смотрелась в мутное оловянное зеркало: русые пряди, неровно торчали и вились, делая меня похожей на мелкого домового; раздумывала, стоит ли обрезать их ещё короче, но рука дрогнула и убрав нож подальше, я вышла на улицу.

Велдриг нашёлся довольно быстро. Он стоял у покосившегося забора и пытался совладать с норовистым жеребцом по кличке Искра. Очень подходящее имечко.

– Куда-то собрался? – я скрестила руки на груди, рассматривая как с третьей попытки вампир закрепляет седло.

– Поеду в столицу, нужно решить несколько вопросов, – мужчина даже не поднял глаз в мою сторону. Что за нахал! Он решил бросить меня одну в опустевшей деревне.

Злость подняла голову, но тут же опустила обратно. Я же совсем не думала, что делать дальше. Да и когда мне было думать? Может быть между пробежкой через лес, и попытками меня сожрать? Да и мы не друзья вовсе, с чего это я решила ,что Велдриг будет нянчиться со мной. Так, соберись!..

– Можно, я с тобой? – неуверенно спросила я.

Вот теперь он на меня посмотрел, да так, что я проверила, не выскочила, ли на улицу голышом.

– Со мной?

– Ну да, – я подошла ближе, перехватывая вожжи у вампира и мягко поглаживая морду вмиг присмиревшего жеребца. К каждому зверю подход свой знать нужно. Искра замер, наслаждаясь почёсыванием, и легонько толкнул крупом вампира. – Я всегда в одиночестве. Родителей не знаю, а теперь и последнего дома тоже нет. В столице смогу пристроиться.

– Я предпочитаю путешествовать один, – нахмурился вампир, скрещивая руки на груди.

– Я хорошо лажу с животными! – тут же доказав это, угомонив фыркающего коня. – Знаю дорогу до ближайшего города, ведь наша деревня находится в самом сердце чащи, много троп, дорог, давно ведущих в никуда.... – попыталась выкинуть несколько козырей, чтобы задобрить Велдрига.

– И ты готов ехать с вампиром? Вдвоём? – уточнил он, ехидно изогнув бровь. Я лишь энергично закивала в ответ. – Ну.... у нас не плохо получается друг друга спасать. Ты меня не раздражаешь и можешь быть полезен за ужином.