Реверс

Глава 2. Точка невозврата

Серый рассвет пробивался сквозь плотные шторы старого охотничьего домика, когда Артём впервые за долгие часы позволил себе выдохнуть. Он сидел на продавленном диване, спиной ощущая жесткие пружины, и смотрел на свои руки. Пальцы всё ещё дрожали мелкой дрожью, хотя прошло уже больше часа с тех пор, как они покинули деревню Сосновка. Полковник Тарасов привёз их сюда — в заброшенный лесной кордон, километрах в сорока от города. Место глухое: ни дорог нормальных, ни связи, только высоченные ели да серый мох, покрывающий землю.

Прокурор Сергей Викторович лежал на старой кровати в соседней комнате. Артём слышал его тяжелое дыхание — тот наконец-то уснул, впервые за двое суток. На его лице уже не было того животного ужаса, что преследовал его в багажнике, но появилась глубокая усталость, которая въелась в каждую морщину.

Артём встал и подошёл к окну. За мутным стеклом простирался лес, окутанный предрассветной мглой. Ни звука, ни движения. Только ветер шевелил верхушки сосен, и где-то далеко, на самой границе слышимости, ухал филин. Тишина. Слишком тихая, слишком спокойная для той бури, которая должна была вот-вот разразиться.

Он взглянул на часы. Пять сорок утра. За окном начинался новый день, но для него этот день не сулил ничего хорошего. Он мысленно перебирал события этой ночи — от парковки на Ильинке до бегства через лес. Его эвакуатор стоял в каких-то трёх километрах отсюда, спрятанный в густых зарослях, куда он загнал его перед тем, как войти в дом. Он не хотел бросать машину. Это была его работа, его жизнь, его второй дом. Но сейчас это было единственное его оружие.

Полковник Тарасов вышел из кухни, держа в руках две кружки с крепким чаем. Он был одет в спортивную куртку и джинсы — на вид обычный человек, но в его движениях чувствовалась выправка, привычка к порядку и дисциплине. Он поставил одну кружку на стол перед Артёмом и сел напротив.

— Выпей, — сказал он ровным голосом. — Тебе нужно восстановить силы.

Артём взял кружку, обхватил её ладонями, чувствуя тепло. Чай был сладкий, с чабрецом — такой он любил пить по утрам, когда выезжал на смену. Эта привычка показалась ему сейчас нелепой, почти издевательской.

— Спасибо, — сказал он, делая глоток. — Что дальше?

Тарасов откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. Его лицо было непроницаемым, как каменная стена.

— Я уже отправил запрос в Москву, — начал он. — Там есть люди, которым я доверяю. Через час-полтора они подготовят документы. Ты получишь новые имя, биографию, а Сергей Викторович будет переправлен в столицу под охраной. Тебя же я перевезу в другой регион, где ты сможешь спокойно жить, пока всё это не уляжется.

— А моя жена? — резко спросил Артём, вскинув голову. — Они сказали, что знают, где она живёт. Я не оставлю её одну.

Тарасов поморщился, будто ожидал этого вопроса.

— Я уже отправил туда группу прикрытия. Она под наблюдением. Твоя жена в безопасности. Но тебе нельзя с ней связываться — это будет ошибкой. Они могут отследить любой контакт.

Артём почувствовал, как в груди сжимается тугой комок. Он представил Лену, спящую в их маленькой квартире, её тёплое плечо, её тихий смех, когда она шутила над его вечной усталостью после смены. Она не знала, что этой ночью её жизнь висит на волоске. И он ничего не мог сделать, чтобы защитить её, кроме как исчезнуть.

— Я не хочу просто бежать, — сказал он, сжимая кружку так, что побелели пальцы. — Я не сделал ничего плохого. Я просто забрал неправильно припаркованную машину. А теперь меня считают похитителем.

Тарасов тяжело вздохнул и медленно поставил свою кружку на стол.

— Ты понимаешь, что сейчас в полиции уже есть ориентировка на тебя? — спросил он. — Твои номер машины, твоё имя. Они объявили тебя в розыск за похищение должностного лица. Мафия, в свою очередь, тоже ищет тебя, потому что ты увёз их «груз». У тебя нет выбора, кроме как исчезнуть.

— Но у меня есть доказательства! — возразил Артём. — Я могу показать, что прокурор жив и что я его спас. Это снимает с меня все обвинения.

— Какие доказательства? — усмехнулся Тарасов. — Слова? Сергей Викторович — официальное лицо, но кто поверит простому водителю, что он не похищал, а спасал? Мафия уже вбросила в СМИ информацию о том, что ты якобы связан с ними и действовал по их заказу. Ты — пешка, которую они использовали, чтобы убрать прокурора. Если ты сейчас выйдешь к полиции, тебя просто посадят, а Сергея Викторовича «найдут» мёртвым. И тогда ты станешь козлом отпущения.

Артём замолчал. В словах Тарасова была своя горькая правда. Он вспомнил, как в «БМВ» лежал прокурор, как он молил его о помощи. Он не видел тех, кто его похитил, не знал их лиц. Он был просто случайным свидетелем, попавшим в жернова большой игры.

— Значит, мне нужно самому найти этих людей, — медленно проговорил Артём, глядя в окно. — Найти того, кто всё это организовал, и заставить его ответить. Тогда я смогу очистить своё имя.

Тарасов удивлённо приподнял бровь.

— Ты понимаешь, о чём говоришь? Это не простая банда. Это целая сеть с коррумпированными чиновниками, с связями на самом верху. У них есть оружие, деньги, люди. У тебя — нет ничего, кроме старого эвакуатора.

— Но у меня есть ты, — ответил Артём, глядя прямо в глаза полковнику. — Ты дашь мне информацию, где их искать, кто их главарь. А я сделаю всё остальное.

Тарасов долго молчал, рассматривая Артёма, как будто видел его впервые. Затем он медленно покачал головой.

— Это безумие. Ты погибнешь.

— Я уже погиб, — тихо ответил Артём. — В ту ночь, когда я поднял этот «БМВ» на платформу. Вся моя жизнь, моя работа, моя репутация — всё это уже уничтожено. У меня осталась только возможность всё исправить.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Слышно было, как в соседней комнате зашевелился прокурор, как заскрипели старые половицы. Через минуту в дверном проёме показался Сергей Викторович — он выглядел лучше, хотя на его лице всё ещё были следы синяков.

— Я услышал ваш разговор, — сказал он хрипло. — Артём прав. Если он просто исчезнет, это ничего не изменит. Карамазов и его люди продолжат своё дело, а я останусь для них мишенью. Мы должны дать им бой.

Тарасов посмотрел на прокурора, и в его глазах мелькнула тень сомнения.

— Вы понимаете, что это смертельный риск? — спросил он.

— Я уже был на волоске от смерти, — ответил прокурор, садясь на стул рядом с Артёмом. — Я видел лицо этого человека, когда они запихивали меня в багажник. Я слышал их планы. Я могу дать тебе всё, что нужно, чтобы их остановить.

Артём ощутил, как в его груди разгорается холодная решимость. Он больше не был просто водителем эвакуатора. Он стал охотником.

— Хорошо, — сказал Тарасов, помолчав. — Тогда я дам вам все данные, которые у меня есть. Но есть одно условие: вы не будете действовать в одиночку. Я подключу своих людей, но они будут только прикрывать вас. Атаковать вы будете сами.

— Мне больше ничего не надо, — ответил Артём. — Только один вопрос: где найти Карамазова?

Тарасов встал и подошёл к сейфу, стоявшему в углу комнаты. Он открыл его, достал тонкую папку и положил её на стол.

— Вот всё, что я смог собрать за последние годы. Адрес его особняка под Москвой, его офисы, банковские счета, имена его ближайших подручных. Но есть одна проблема. Он не приходит туда, где его могут поймать. Он живёт в постоянном движении, и его охраняют как президента. Единственный способ добраться до него — заставить его выйти на вас. И для этого у вас есть только одно средство — его «груз», который вы уже увели.

Артём открыл папку и пролистал страницы. Там были фотографии людей в дорогих костюмах, сметы, распечатки телефонных разговоров. На одном из снимков он увидел мужчину с массивным лицом и холодными глазами — это был Карамазов. Артём представил, как этот человек отдавал приказ засунуть прокурора в багажник, как он спокойно рассуждал о судьбе человека, который стоял у него на пути. Злость кольнула его в грудь.

— Как мне его выманить? — спросил Артём.

— Ты должен дать ему знать, что груз у тебя, что ты готов его вернуть, но только лично в руки, — ответил Тарасов. — Он купится, если он уверен, что прокурор ещё жив. Он не захочет оставлять следов. Он будет искать встречу, чтобы лично убедиться, что ты не передал его в чужие руки.

— Но у меня нет оружия, — напомнил Артём. — Я могу использовать только эвакуатор.

Тарасов ухмыльнулся, впервые за это утро.

— Ты недооцениваешь свой эвакуатор. У него есть лебёдка, которая выдерживает три тонны. Манипулятор, который может поднять «БМВ» в воздух. Гидравлика, способная раздавить металл. В умелых руках это — смертельное оружие. Мне рассказывали, как ты сбил «Ауди» на набережной. Это говорит о том, что ты мыслишь нестандартно.

— Это было случайно, — честно признался Артём.

— Тогда тебе придётся перестать быть случайным. Ты должен думать на опережение, использовать окружающую среду, использовать всё, что у тебя есть. У тебя есть не только машина, но и умение понимать дороги, город, улицы. Это твоё преимущество.

Прокурор, внимательно слушавший разговор, вдруг перебил:

— Я могу помочь тебе со связью. В моём служебном телефоне, который остался в багажнике, есть контакты людей, которые могут выйти на Карамазова напрямую. Но этот телефон мы должны забрать.

— Он остался в машине, — сказал Артём. — В багажнике, на дне.

— Тогда надо вернуться, — твёрдо сказал прокурор. — Это единственный способ.

Тарасов посмотрел на часы, нахмурив брови.

— У вас есть максимум час, пока мои люди не начнут искать вас, чтобы вывезти из региона. Через час мне придётся доложить, что вы исчезли. После этого у вас будет свобода действий, но и никакой поддержки от меня.

— Этого достаточно, — сказал Артём, вставая.

Он прошёл к двери, натянул свою куртку, взял ключи от эвакуатора. Сергей Викторович также поднялся, готовясь идти с ним.

— Ты останешься здесь, — остановил его Артём. — Я пойду один. Мне нужно быстро, а ты ещё не восстановился.

Прокурор хотел возразить, но Артём уже вышел на крыльцо. Утренний воздух был свежим и холодным, пахло хвоей и влажной травой. Он быстро пошёл по узкой тропинке, которая вела в лес, к тому месту, где был спрятан его эвакуатор.

Он шёл около десяти минут, пока не увидел впереди знакомые очертания синей платформы, присыпанной ветками и опавшими листьями. Машина стояла в зарослях, почти невидимая со стороны. Артём откинул ветки, забрался в кабину, сел на привычное водительское место. Внутри пахло его собственным потом и бензином. Он провёл ладонью по рулю, как будто здороваясь со старым другом.

Завёл двигатель. Дизель ожил с полуоборота, заурчал низко и мощно. Артём включил передачу, аккуратно вывел машину из зарослей, проезжая между елей, и выбрался на грунтовую дорогу. Он ехал не спеша, обдумывая план. Ему нужно было добраться до того места, где стоял «БМВ» — оно осталось в лесу, в трёх километрах отсюда. Он оставил его там, чтобы не тащить с собой. Теперь он решил забрать его вместе с телефоном прокурора.

Через пятнадцать минут он подъехал к старому дому. Увидел свой эвакуатор, стоящий в том же положении, в котором он его оставил. На платформе всё ещё лежал «БМВ». Никто не тронул его, что было удивительно — за это время мог нагрянуть кто угодно.

Артём вышел, подошёл к багажнику, открыл его. На дне, среди смятых бумаг и бутылки с водой, лежал чёрный смартфон. Он вытащил его, проверил — экран был разбит, но телефон работал. Он включил его, и на экране появилась заставка. Он открыл контакты, пролистал их. Среди десятков имён он нашёл нужное — «Тарасов». Значит, прокурор не соврал.

Он собирался уже захлопнуть багажник, как вдруг услышал шум моторов. Несколько машин приближались со стороны трассы. Артём замер, прижавшись к борту «БМВ». Сквозь ветки деревьев он увидел, как из-за поворота выехали три чёрных внедорожника. Они шли прямо сюда, к дому.

— Они нашли это место, — прошептал он.

Он быстро сел в кабину эвакуатора, завёл двигатель и начал маневрировать, чтобы выехать на дорогу. Но внедорожники уже были близко. Из первого выскочили люди в чёрных куртках, в руках у них были автоматы.

— Выходи! — закричал один из них. — Медленно, руки на капот!

Артём не собирался сдаваться. Он взглянул на манипулятор, на лебёдку. У него была только секунда на решение. Он дёрнул рычаг, и гидравлическая платформа с «БМВ» начала опускаться. Он довёл её до минимальной высоты, а затем резко нажал на газ.

Эвакуатор, взревев, понёсся прямо на группу людей. Они отпрянули, но одна из машин, стоявшая впереди, осталась на пути. Артём не сворачивал. Он ударил её передним бампером, отбрасывая в сторону. Раздался грохот, лязг металла. Внедорожник перевернулся на бок, высекая искры о землю.

— Они стреляют! — крикнул кто-то, и в воздухе засвистели пули.

Артём пригнулся, но продолжал вести машину. Он направился не в сторону леса, а к грунтовой дороге, которая вела к шоссе. За ним гнались два оставшихся внедорожника. Из окон высовывались стволы автоматов, пули стучали по металлу кабины, как град. Артём чувствовал, как пули пробивают обшивку, как что-то горячо царапает ему плечо. Он не обращал внимания — всё его внимание было на дороге, на руле, на зеркалах.

Он выехал на шоссе и вдавил педаль газа в пол. Эвакуатор разгонялся медленно, но тяжесть и мощь давали ему преимущество в таране. Он увидел, что впереди, на встречной полосе, стоит грузовик с прицепом, преграждающий путь. Он понял, что это ещё одна ловушка — они окружили его с двух сторон.

Внедорожники приближались сзади. Артём стиснул зубы, посмотрел на манипулятор. Он поднял его, развернул и нажал на кнопку лебёдки. Трос со свистом вылетел, вытянулся на десятки метров и зацепился за передний бампер одного из внедорожников. Артём дёрнул рычаг — и лебёдка начала тянуть. Внедорожник, потеряв управление, потащило за эвакуатором, как на буксире. Он врезался в дерево на обочине и остановился, но Артём не остановился. Он продолжал тянуть, и машина преследователя перевернулась, разлетаясь на куски.

Второй внедорожник попытался обогнать его справа. Артём вывернул руль в ту сторону, прижимая преследователя к отбойнику. Манипулятор, всё ещё поднятый, зацепил крышу внедорожника, и Артём, не сбавляя скорости, стал поднимать его на воздух. Машина висела на крюке, вращаясь, как игрушка. Артём сжал тормоз, и внедорожник с грохотом рухнул на асфальт, разбившись вдребезги.

Передний грузовик всё ещё преграждал путь. Артём понял, что если он продолжит ехать прямо, он врежется в него. Но он знал, что грузовик стоит на узком месте, где нет объезда. Однако у него было преимущество — вес и гидравлика. Он опустил платформу с «БМВ» до уровня грузовика и, разогнавшись, ударил прицеп платформой. Металл заскрежетал, грузовик сдвинулся с места, сошёл с полосы и опрокинулся на обочину.

Путь был открыт. Артём проскочил мимо перевёрнутого грузовика, не сбавляя скорости. За ним, в зеркале заднего вида, остались обломки и дым. Он мчался по шоссе, удаляясь от места боя, пока не увидел указатель на город. Тогда он съехал на второстепенную дорогу, сбавил ход и остановился на тихой лесной поляне.

Он вылез из кабины, осмотрел эвакуатор. Пулевые отверстия, смятая обшивка, но машина была на ходу. Его плечо болело — он проверил рукой, нащупал кровь, но царапина была неглубокой. Он достал аптечку из бардачка, обработал рану.

В его руках был телефон прокурора. Он открыл контакты, нашёл Тарасова. Но он не собирался звонить ему. Вместо этого он набрал номер, который запомнил из папки Тарасова — номер доверенного лица Карамазова. Он хотел перехватить инициативу.

Трубку взяли не сразу. После трёх долгих гудков раздался мужской голос, холодный и безразличный:

— Слушаю.

— Это я, тот, кто увез ваш груз, — сказал Артём, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Прокурор живой. Я хочу вернуть его вам, но только лично. Передайте Карамазову: я готов встретиться. В полдень на заброшенном заводе у старого порта. Если он не приедет, я отправлю запись с его показаниями в все каналы.

На том конце повисла тишина. Затем голос ответил:

— Вы пожалеете об этом.

Раздался щелчок — связь прервалась.

Артём убрал телефон в карман и посмотрел на небо. Солнце поднялось уже высоко. Он знал, что у него есть несколько часов, чтобы подготовиться к встрече. Но он также знал, что теперь он перешёл точку невозврата. Его жизнь больше не будет прежней. Он был охотником, который идёт на ловлю зверя в его собственной норе. И его единственным оружием был старый, верный эвакуатор, который теперь был весь в пулевых отверстиях, но всё ещё мог выдержать любой удар судьбы.

Он снова сел за руль, включил передачу, и двинулся в сторону города, где его уже ждала встреча с главарём мафии. Впереди был полдень, позади — уничтоженная ночь. Он не знал, чем закончится эта игра, но он был готов поставить всё на карту, чтобы очистить своё имя и защитить того, кто доверился ему. Он сжал руль, и в его глазах загорелся огонь, который не погаснет до самого конца.…Он сжал руль, и в его глазах загорелся огонь, который не погаснет до самого конца.

Дорога до города заняла около часа. Артём ехал не спеша, выбирая второстепенные трассы, избегая постов ДПС и камер наблюдения. Он знал, что каждая минута промедления может стоить ему свободы, но торопиться тоже было нельзя — слишком многое зависело от того, как он подготовится к встрече. Эвакуатор, изрешечённый пулями, выглядел как участник войны, но двигатель работал ровно, гидравлика слушалась безотказно. Артём мысленно поблагодарил себя за то, что всегда следил за состоянием машины. Она была его единственным другом в этой смертельной игре.

Когда он въехал в городские кварталы, солнце уже поднялось высоко, и утренний город начал просыпаться. Люди выходили из домов, спешили на работу, уличные торговцы разворачивали свои лотки. Артём чувствовал себя чужим среди этого обыденного мира. Он словно находился в другом измерении, где всё было пропитано опасностью, смертью и предательством.

Он не поехал сразу к порту. Сначала он заехал в гаражный кооператив на окраине, где у него был старый бокс, который он иногда снимал для хранения инструментов. Там он мог спокойно осмотреть эвакуатор, проверить лебёдку и манипулятор. Он открыл ворота, загнал машину внутрь, перекрыл въезд. В боксе пахло маслом и резиной. Артём проверил трос лебёдки — он был цел, хотя местами имел зазубрины. Гидравлические шланги нигде не потрескались. Он заменил перегоревшую лампу в фаре, подтянул крепления платформы. Работа отвлекала его от тревожных мыслей, давала ощущение контроля.

Он достал телефон прокурора, снова проверил контакты. Там было ещё несколько номеров, помеченных просто буквами. Один из них, «К», он решил не трогать, а вот другой — «Д» — показался ему знакомым. Он вспомнил, что в папке Тарасова мелькала фамилия Дробышев — один из ближайших помощников Карамазова. Артём не стал звонить. Он хотел использовать этот номер позже, если что-то пойдёт не так.

Часы показывали десять тридцать. У него оставалось полтора часа. Он решил выехать на место встречи заранее, чтобы осмотреть территорию и выбрать выгодные позиции. Заброшенный завод у старого порта — это огромная территория: ржавые цеха, недостроенные корпуса, бетонные заборы, кучи металлолома. Идеальное место для засады, но и для того, чтобы самому устроить ловушку.

Он выехал из гаража, проехал через несколько дворов, затем вырулил на набережную. Вдали, за ржавыми трубами и кранами, виднелись серые здания старого порта. Он остановился в трёхстах метрах от въезда, заглушил двигатель. Вышел из кабины, огляделся. Мимо проехала пара грузовиков, но никого подозрительного не было. Он прошёл пешком по периметру, осматривая окрестности. Завод был огорожен бетонным забором с колючей проволокой, но в нескольких местах проволока была порвана, а в заборе имелись проломы. Через один из таких проломов Артём проник внутрь территории.

Внутри было пусто и тихо. Только ветер гонял обрывки полиэтилена по бетонному полу. Он обошёл центральный цех, изучил расположение колонн, пролётов, узких проходов между станками, которые давно вывезли, оставив только ржавые фундаменты. Здесь он мог развернуться с эвакуатором, но не везде — в некоторых местах проезд был слишком узким. Он выбрал себе позицию за штабелем бетонных плит — оттуда он мог выехать сразу в трёх направлениях.

Он вернулся к эвакуатору, сел в кабину, включил рацию, но она молчала. Он достал телефон прокурора, набрал номер Карамазова. Трубку снова взял тот же холодный голос.