Никто не в стороне

Глава седьмая

Они уселись за барной стойкой и пили кофе со сливками, приготовленного кофе-машиной из объемистых запасов Андриса. Рута, задумавшись, потерла лоб.

– Ума не приложу, зачем он это сделал? – призналась она. – Как-то странно все это. Вы ведь знаете, он же был жутким сибаритом, ему требовались кучи совершенно разных вещей. Гостиная, к примеру, была просто набита мягкой мебелью, на стенах висели фотографии, постеры. И теперь ничего нет. А у вас, Станислав, есть мнение на этот счет?

– Рута, прошу вас, зовите меня просто Стас. Мнение же мое таково: во-первых, он почему-то переделал интерьер под мои вкусы. Это я минималист. А во-вторых, думаю, он хотел облегчить жизнь тем, кто собирался заняться здесь поисками «сокровищ».

– Каких сокровищ?

– Не имею понятия.

– Стас, вы говорите загадками.

– Хорошо, поясню свою мысль. Я здесь недолго, мало что знаю о жизни своего брата, потому что ей не интересовался. А вот кто-то интересуется мной и тем, что я делаю. Слишком активно, я бы сказал. Это неспроста. У Андриса было нечто, что хотят заполучить.

– Вы думаете, что… – она не договорила, закрыв рот рукой.

– Ведь за что-то его убили, – жестко сказал Стас. – И возможно, за компромат. Раз он есть, то его будут искать. У всех, кто может быть причастен. Даже у вас, Рута.

– Я ничего не знаю, это правда!

– Не сомневаюсь. Меня вам убеждать не надо. Просто старайтесь оставаться в стороне. В тени, так сказать. И не говорите никому про того незаметного человека. И это может быть опасно.

– А где, по-вашему, я нахожусь, Стас? Я и есть в стороне. Мне нечего скрывать, я просто ничего не знаю.

– От меня вам тоже следует держаться подальше.

– Серьезно? – она засмеялась, будто зазвенели колокольчики. – Насколько дальше?

Настолько, чтобы мне не хотелось тебя поцеловать, подумал Стас, но вслух произнес:

– Шучу, конечно. Ладно, давайте собираться?

– Нет, так не пойдет, – решительно сказала Рута, поднимаясь с места. – Андрис любил чистоту. Будет неуважением, оставить грязные чашки. Я сейчас все уберу, и мы поедем.

– Я вам помогу, – с готовностью согласился Стас.

Уборка не заняла много времени, причем он больше путался под ногами у Руты, чем действительно помогал. Когда он ставил чашки на полку, раздался звонок в дверь. Он вышел резким и долгим. Стас недоуменно переглянулся с Рутой.

– Интересно, кто это?

– Может, соседи?

– Сейчас увидим, – пообещал Стас и пошел открывать дверь.

В прихожей он посмотрел в видеофон. На площадке стоял незнакомый человек.

– Кто? – спросил Стас.

– Полиция, – раздался лаконичный ответ.

– Покажите свои документы.

Человек достал из внутреннего кармана удостоверение, продемонстрировал в глазок его в течение нескольких секунд, и сразу же убрал.

– Я – инспектор Кристианс из уголовной полиции. Ну, впустите меня или нет?

– Впущу, – сказал Стас и снял защелку с двери.

Когда полицейский прошел в гостиную, он прежде всего по-хозяйски осмотрелся вокруг, затем улыбнулся Руте.

– Добрый вечер, госпожа Миларуне. Не ожидал вас здесь увидеть.

Рута сдержанно кивнула ему в ответ.

А вот и нет, инспектор, – возразил ему Стас. – Вы следили за нами и даже особенно не скрывались.

Он встал у стены и демонстративно скрестил руки на груди.

– Признаюсь, следил, – засмеялся Кристианс и шутливо поднял ладони вверх.

– Но и вы меня удивили, решив посетить квартиру брата, причем не в одиночестве. Нет, не смотрите на меня с укором, госпожа Рута. Просто я рассчитывал поговорить с господином Суховым тет-а-тет. Впрочем, так даже лучше. Вы позволите?

Инспектор снял плащ и небрежно бросил его на диван, а сам уселся на табурет, показывая тем самым, что настроен на длительную беседу. Пришлось к нему присоединиться.

– Хотите кофе? – спросила его Рута.

– Не откажусь, – тут же откликнулся он.

– Слушаем вас, инспектор, – вернул разговор в деловое русло Стас.

– Я хочу спросить вас вот о чем. Я знаю, что на вас было совершено нападение в отеле. Нет, мне не нужно повторять ваши показания, данные полиции. Я их читал. Лучше скажите мне, о чем вы промолчали.

– А я о чем-то промолчал? По-моему, я рассказал все.

– Хорошо, я вижу, что вы собираетесь толочь воду в ступе. Тогда позвольте мне начать с самого начала. Итак, ваш брат погибает в автокатастрофе. Примите мои запоздалые соболезнования, и все же это установленный факт. Далее, экспертиза установила, что тормоза на его автомобиле были неисправны, что и привело к аварии. Это другой установленный факт. Налицо убийство. И что я, по-вашему, должен думать, узнав о происшествии в отеле «Золотая лань»? Что это просто совпадение? И грабители, не найдя у вас больших денег, устроили в вашем номере настоящий обыск, потому что сильно расстроились? И теперь скажите мне, было у вас что-то по-настоящему ценное. То, что касается вашего брата или досталось вам от него?

Внутренняя борьба, говорить или промолчать, у Стаса если и была, то внешне никак не проявилась.

– Флешка, которую мне передал адвокат Цирус, – сказал он, доброжелательно улыбаясь инспектору.

– И ее у вас забрали?

– Нет, я положил ее в банковскую ячейку брата. Оказывается, он заранее оформил мне доступ к ней. Флешка до сих пор там.

– Вы смотрели, что в ней?

– Краем глаза. Там множество файлов, сразу и не разберешься.

– Вам придется передать ее нам, в полицию. Не возражаете?

– Почему же? С какой стати мне отказывать полиции? Вы ведь ведете дело об убийстве Андриса, и я хочу всецело этому содействовать.

Кристианс внимательно посмотрел на Сухова, ему показалась, что в словах Стаса прозвучала скрытая насмешка. Но тот спокойно смотрел ему в глаза с самым открытым видом. Ладно, подумал инспектор, посмотрим, что ты за фрукт. Вслух он сказал:

– Я хотел бы получить флешку, как можно скорее.

– Когда вам будет угодно.

– Тогда завтра, часов в десять. Вас устроит такое время?

– Безусловно.

– Как называется банк?

– Luminor. Я подъеду туда к десяти часам.

– Нет, уж. Где вы собираетесь ночевать?

– В отеле.

– Я сам за вами заеду и отвезу в банк. Так будет лучше.

– Лучше для кого?

– Не цепляйтесь к моим словам. Для всех. Я бы и в отель вас сопроводил, на всякий случай. Разумеется, госпожу Миларуне завезли бы домой.

– Вынужден отклонить ваше любезное предложение, – не согласился Стас. – Флешка в безопасности. Утром я буду вас ждать в отеле. А сегодня – извините. Привык сам распоряжаться собой.

– А как же армия? Там ведь все обязаны слушаться приказов. Однако не смею настаивать. Тогда до завтра, – усмехнулся Кристианс, бросив быстрый взгляд на Руту. Инспектор надел плащ, делавший его похожим на известного в прошлом французского актера, и направился к выходу.

– Еще раз прошу прощения за свой визит.

Выпроводив назойливого гостя из квартиры, Стас вернулся в гостиную.

– Рута, вы знаете этого инспектора? – спросил он.

– Да, конечно. Его зовут Алекс. Алекс Кристианс. Он приходил к нам на фирму. И позже допрашивал меня в полицейском управлении. Инспектор довольно известен в узких кругах. Я имею в виду, что про него ходят разные слухи.

– Например?

– Ну, что в полиции он на хорошем счету, зато большой донжуан и многих девушек сбил с пути истинного. Он и за мной пытался ухаживать.

– Ого! Еще один Андрис! Не много ли на ваш маленький городок?

– А вот и нет. Андрис-то не был донжуаном. Он был магнитом. Женским магнитом. Притягивал к себе, ничего при этом не делая. Это за ним всегда шла охота юных и кровожадных хищниц. Кстати, нам не пора уходить?

– Пожалуй. И знаете, я хочу сюда завтра переехать. Буду жить здесь вплоть до своего отъезда.

– Как скоро вы нас покинете?

– Пока не знаю точно. Неделю, скорее всего, пробуду.

Стас настоял, что сначала отвезет ее домой, а уж потом поедет в отель. У дома Руты он попросил таксиста подождать и прошелся с ней до самого подъезда. На ступеньках Стас споткнулся сам и толкнул Руту. Пытаясь сохранить равновесие, они взялись друг за друга и их лица непроизвольно сблизились. Неожиданно для самого себя он наклонился и поцеловал ее в мягкие губы. Поцелуй вышел каким-то детским. Так он целовался еще подростком. В тридцать два года это выходило смешным.

– Простите! – выпалил он, отпрянув от девушки. – Не знаю, что на меня нашло.

Тут он бросил на Руту виноватый взгляд и увидел ее улыбку. Он снова склонился к ней и был остановлен ладошкой, упершийся в его рот.

– До свидания, господин Сухов, – сказала она весьма твердым тоном. – Мы с вами взрослые люди. Нам должно быть стыдно!

Он вновь потупился и услышал, как за закрывающейся подъездной дверью прозвенели хрустальные колокольчики.

Тени и отражения

Чем светлее город, тем темнее у него тень…

Токо Аудзаки

Глава восьмая

В пятницу Стас понял, что с похоронами его брата ничего не закончилось, а наоборот, все только начинается. Хотя начало дня прошло так, как и было запланировано. Он проснулся по обыкновению рано, совершил небольшую пробежку, позавтракал и облачился в свою любимую и удобную одежду: вязаный кардиган и джинсы. Его уже начинало мутить от официальных костюмов. Поездка в банк прошла без происшествий. Инспектор Кристианс заехал за ним вместе с напарником, бритоголовым молодым человеком в бронежилете под курткой. Видимо обычная поездка по городу представлялась господам полицейским важной и опасной операцией. Этот инспектор оказался отличным водителем и добрался до представительства банка в рекордно короткий срок. Заполучив флешку, он не скрывал удовлетворения и желания как можно скорее перейти к ее изучению. После банка они отправились в управление уголовной полиции, чтобы документально удостоверить факт передачи флешки, становящейся уликой по делу об убийстве Андриса. Затем Стасу было предложено возвращение в отель на полицейском автомобиле, от чего тот наотрез отказался и был, наконец, предоставлен самому себе. На деле это означало продолжение его активного участия в улаживании чужих проблем.

Он не успел далеко отойти от управления, когда снова оказался объектом внимания со стороны двух типов в обычной повседневной одежде, представляющей собой куртки с капюшоном, которые так любят жители дождливой Балтики. По возрасту и комплекции они совсем не походили на напавших на него в отеле. Это были крупные мужчины под сорок, один даже с пивным животиком. Однако выражения их лиц говорили сами за себя. Они внимательно наблюдали именно за Стасом. Он понял это, когда топтался на перекрестке, раздумывая куда пойти. Их слежку подобным термином можно было назвать только условно. Они, не скрываясь, двигались за ним в толпе на расстоянии двадцати шагов. Немудрено, что Стас заметил их почти сразу, а вот как действовать дальше ему стоило подумать. Нет, его учили в свое время уходить от преследования, и, превосходно зная центральные улицы, совершить отрыв не составляло большого труда. Короче, он мог сбежать от преследователей, вставал только вопрос. Зачем? Не лучше ли будет подождать, что будет дальше? Чувствуя себя героем детектива, Стас, на всякий случай, приготовился к противодействию и драке, насколько к последней можно вообще быть готовым. Хотя, учитывая то, что он находился в оживленном месте, трудно предположить, что на него собираются нападать. С другой стороны, в прошлый раз был использован электрошокер. Что помешает этим типам также применить его? Так рассуждая, Стас решил пойти быстрее и посмотреть, что из этого выйдет. Он ускорил шаг и с целеустремленным видом устремился вниз по улице. Она была просто забита бутиками и магазинчиками для туристов и, как знал Стас, имела пару сквозных переулков с выходом на параллельную улицу. Ими можно было воспользоваться в крайнем случае. Он не оглядывался назад, не смотрелся в витрины и поэтому был несколько удивлен, увидев совершенно случайно их отражение в постере под стеклом на своем пути. Они шли совсем рядом, буквально отставая от него всего на пару шагов. Один двигался слева, а другой с правой стороны. Это уже походило на попытку захвата. Стас резко остановился и обернулся. Женщина, шедшая позади и собравшаяся его обогнать, ткнулась ему в грудь.

– Простите, пожалуйста! – сказала она, отстраняясь.

– И вы меня простите, – улыбнулся Стас.

Пока они обменивались извинениями, преследователи оказались рядом и остановились в шаге от Стаса. Мужчина с животом сказал:

– Послушай, друг, один человек хочет с тобой поговорить.

– Кто вы? Полиция? – Стас прикинул свои шансы и вынужден был признать их минимальными. Один раз ударить он успеет, больше ему не дадут. Правда, поднимется шум. Можно будет ускользнуть или попасть в полицию. А что он теряет, если встретится с человеком, у которого на работе вот такие гориллы? Если только жизнь – самую разменную монету в истории.

– Нет, мы не из полиции. Тебя приглашают частным образом. Это будет приватная беседа.

– И я могу отказаться? – с видимым простодушием поинтересовался Стас.

– Отказаться? – переспросил человек с животом и переглянулся с приятелем.

– Уж поверь, парень, от предложений нашего шефа не отказываются.

– Без уважительных причин, типа безвременной кончины – добавил другой, ухмыляясь.

– Встретитесь на людях, если ты боишься.

– Не то, чтобы я боялся, но обычно, согласитесь, приглашают несколько по-иному. Ну, ладно, я согласен. Куда идти?

– У нас машина, довезем быстро и в лучшем виде, – сказал тот, что похудее и показал на припарковавшийся тут же белый БМВ. – Поехали!

Весь разговор проходил на русском. Стаса посадили на заднее сиденье, с ним сел тот, что с животом. Худощавый устроился рядом с водителем, который носил берет и усы, подковой, доходившие аж до подбородка.

– Привет, – сказал Стас шоферу. Водитель обернулся и через плечо посмотрел на Стаса, а потом на худощавого.

– Юморист, – констатировал тот.

– Понятно, – кивнул водитель. – И тебе привет, шутник.

Действительно, долго ехать не пришлось, через полчаса, когда они въехали в район, полный блочных пятиэтажек и старых частных домов, машина остановилась перед невзрачным кафе под вывеской «Балтийский пирог».

– Приехали, – сказал водитель и снова кинул взгляд на Стаса.

– Спасибо, что довезли, – сказал ему Стас, выбираясь из автомобиля.

– Скажешь, когда назад поедешь, – оставил водитель за собой последнее слово

В компании громил Стас вошел в кафе. С виду оно было вполне обычным, только не многолюдным. В самом дальнем углу за столиком скучал в одиночестве мужчина в темном костюме и белой рубашке без галстука. От остального зала его прикрывали двое молодых людей с индифферентным видом потягивавших капучино из больших чашек. Стас был препровождён к человеку без галстука. Очевидно, тот и был работодателем спутников Стаса, а также тем, кто пригласил его на разговор и не принимал отказа. Стас подошел поближе и встал рядом, ожидая, что будет дальше. Он не стремился брать на себя инициативу. Сидящему за столом было лет сорок-пятьдесят. Сухощавый, с густой шевелюрой с проседью и крепким подбородком. Мужчина посмотрел на Стаса с интересом и очень внимательно. Глаза у него были серые, глубоко сидящие. Затем он молча кивнул своим людям, они отошли от Стаса и уселись за пустой столик у дверей.

– Садись, молодой человек, – сказал мужчина по-русски, сделав знак рукой. – Разговор у нас будет неспешный, предлагаю тебе заодно и пообедать, благо, время обеденное.

Он посмотрел на циферблат золотых часов на руке.

– Точно так. Уже полдень. Будешь выбирать или положишься на мой вкус?

– Положусь.

– Здорово, тогда я распоряжусь, – он повернул голову к официантке. – Милочка, еще один комплексный, пожалуйста. В этом кафе прекрасно готовят. И совсем недорого, кстати. Ты, наверное, подумал, ему ли считать деньги. Ведь так? Мне и правда все равно сколько будет стоить обед. Мне нравится, когда люди хорошо делают дело, за которое берутся. Так, как твой брат. Удивлен, что я это говорю?

Мужчина замолчал, пригубив из бокала и ожидая реакции Стаса.

– Я даже не знаю, кто вы, – невозмутимо заметил Стас. – И вы не оригинальны. Вчера все, с кем я общался, в один голос заявляли о высоких профессиональных качествах Андриса.

Его собеседник в ответ засмеялся. Однако смех не вызвал удивления окружающих. Видимо, в кафе привыкли к его причудам. Отсмеявшись, он вытер носовым платком выступившие на глаза слезы и сказал:

– Браво, молодой человек. Мне говорили, что ты служишь в иностранном легионе и, что там учат есть стекло на завтрак. Каюсь, не поверил. Тебя не собьешь с толку. Что же, пора нам с тобой познакомиться. Зови меня Артур. А фамилии своей я называть не буду, она ни к чему. О тебе же я знаю, все что мне нужно, включая, естественно, паспортные данные. Но хочется общаться не формально. Как прикажешь к тебе обращаться? По имени? Станислав или Слава?

– Зовите меня Стас.

– Так вот, Стас. Я – частный предприниматель. Работаю в основном в торгово-закупочной сфере. И еще занимаюсь инвестированием. Вкладываю деньги в разные проекты, в основном в строительство. Заметь, башня, в которой жил Андрис, построена и на мои деньги тоже.

– А весь антураж, гориллы ваши, так, для солидности и придания веса?

– А вот грубить не надо. И обзывать моих ребят не надо. Скажешь тоже. Гориллы. Дзинтар, между прочим, с двумя высшими образованиями. Нехорошо, невежливо получается. Но я тебя извиняю, ведь к обеду со мной тебя в какой-то степени принудили. Однако, отказаться ты мог. И мои ребята ничего бы не сделали, вот так.

– А потом повстречали бы меня ваши самаритяне и разъяснили бы, что к чему, чтобы не заставлял ждать попусту хорошего человека.

– Помилуй, насилие не мой конек. Пусть прибегать к нему приходится. И снова ты прав. Так и пришлось бы поступить. Но ты здесь. И хорошо. Смотри-ка, обед принесли. Прошу попробовать грибной суп, вкуснотища неописуемая.

Артур прервал беседу и стал есть суп, смакуя каждую ложку. Хоть в рекламе снимай. Стас тоже отведал супа и признал его высокие вкусовые качества. Артур отложил ложку, промокнул губы салфеткой и снова заговорил:

– Ну, продолжим. В прессе таких как я часто называют криминальными авторитетами. Глупо. Что я преступниками руковожу? Нет, я работаю, и хорошо работаю, налоги плачу по всей форме, потому что деятельность моя законная. Я не какой-нибудь дон Корлеоне, к преступному бизнесу отношения не имею. Вот начинал я как правонарушитель, это так. Первый и последний раз попал на зону еще при СССР. Молод был, да и дураком тоже. Сел я в конце 80-х, а вышел уже в начале 90-х. Другая страна, независимая республика. Совсем другое время, иные возможности. Я все перепробовал, от банального рэкета до торговли.

Ты можешь меня спросить, все ли я делал тогда по закону? И я тебе отвечу. Нет. Потому что в нашей тогдашней, еще лишь строящей демократию стране, заниматься бизнесом только по закону было нельзя. Не получалось при всем желании.

– А сейчас, получается? – с иронией спросил Стас.

– Сейчас получается, – серьезно ответил Артур. – Жаль, что прошлое напоминает о себе чаще, чем хотелось бы.

Им принесли вторые блюда, мясо со сложным гарниром. Вкусно.

Вижу, что не понимаешь. Объяснить?

– Объясните.

– Мы живем в демократической стране. Якобы. Я скажу так, страна наша чиновничье-демократическая. Уж больно всяких правил и установлений. Напрягают они сильно. А стоит попытаться их обойти, пожалуйста, штраф. Ты, Стас, налегай на мясо, налегай. На меня не смотри, я желудок еще в колонии испортил, ем мало совсем. Как граф Монте-Кристо.

Увидев удивленный взгляд Стаса, пояснил:

– И роман читал, и фильм с Жаном Марэ смотрел. Так вот, чтобы дело сделать и штрафы не платить, надо многое утаивать от государственных органов. Вижу, что не согласен.

– Не проще ли переделать правила? Законом остановить чиновничью коррупцию.

– Золотые слова! Прямо завтра и начну. Выдвину себя в политики. Стоп. Забыл совсем, я же не имею права избираться во власть. Судимость у меня. Нет, я могу, конечно, за взятку, сделать так, что про мою судимость все забудут. Но тогда все пойдет по новой. Коррупция, сэр! Не я ее придумал. Нам политики говорят: потерпите, демократия окрепнет, закон все определять будет. Согласен. А ждать-то сколько? Год, двадцать? Так у меня двадцати годиков в запасе нет. Помру, не ровен час, не успев насладиться прелестями честной жизни. Ну, а если серьезно, то прямо тебе скажу: к наркотикам, проституции или там киднеппингу отношения не имел, и не имею. Вот взятки даю и конкурентам зубы вышибить могу, чтобы антимонопольные законы не нарушали. О совести и морали говорить не станем. Вижу, что опять не согласен. И с чем на этот раз?

– Да вы мне сейчас, что угодно скажете, ни подтвердить, ни опровергнуть ваши слова я не смогу.

– Ну, друг, клясться на крови я перед тобой не буду. Хочешь – верь, хочешь – не верь. Это дело твое. Я вообще перед тобой исповедоваться не должен. Сам так захотел. Рассказать о своих делах, именно потому, что ты – человек сторонний, совсем как попутчик в поезде. Вышли на перрон и разошлись навсегда. Но слушай дальше. Итак, выяснили, все-таки кое-чем незаконным я занимаюсь. И в таких делах мне часто нужно бывает прикрытие. Антураж. Специальные люди им занимаются, ставят дымовую завесу. Уяснил?

– Вроде бы да. Только не понял, зачем вы мне об этом рассказываете?

– А затем, Стас, что брат твой одним из таких людей был. А ты, что, считал, что квартиры, машины, ремонты дорогостоящие и прочие радости жизни честной журналистикой оплачиваются? Что притих? Прикидываешь, правду ли я сказал? Правду. Голую правду. Ты, Стас, вина-то пригуби, не брезгуй. Хорошее вино, букет богатый. Уж я-то в нем разбираюсь. Кроме вина ничего алкогольного не пью, здоровье не позволяет. Ну, как? Понравилось? Хорошо. Так, о чем я? О делах наших с Андрисом, значит. Стакнулись мы с ним лет этак шесть назад. Парень он был умный, в газетных делах настоящий дока. Да ты и так это знаешь. Попросил я как-то его подсветить мне в одной безделице. Он сделал лучше некуда. Ну и пошло, поехало. Дружба не дружба, а взаимовыгодный союз у нас был. Без шантажа и угроз, заметь. Обманывать тебя мне не зачем. Со временем стал Андрис мне помогать барыши тайные прятать. Для того и фирму свою завел. Я ему заказы, а он мою прибыль через фирму свою переводил на нужные счета. Так, что я ему доверял, это учти. К смерти Андриса я отношения не имею. Наоборот, убытки понес. В полиции любят убийства в заказные определять. Тем свое неумение оправдывать. А я говорю прямо – твоего брата не заказывал. Нет на мне этого греха. А в последний путь его провожать не стал, это верно. Светиться мне без надобности. И вот, после такого длинного нашего разговора перехожу к главному, зачем и позвал. Слушай внимательно и на ус мотай. Должок за ним остался. Серьезный должок.

– Деньги? Брат остался вам должен крупную сумму?

– А что, позволь спросить, в твоем понимании является крупной суммой? Не те ли четыреста тысяч, что ты обнаружил в банке? Видишь, угадал! – Артур снова довольно и весело рассмеялся. –Хочу тебя разочаровать, Стас. Эти деньги я сам ему дал именно за выполнение его последней работы. Конечно, я не альтруист, и в качестве компенсации за ущерб могу забрать их обратно. Ты же не станешь возражать? Нет? Правильно. Но есть другой вариант развития событий, и мне он больше по сердцу. Однако, для его исполнения требуется твое согласие. Вот деньги эти я мог бы и без тебя получить. Надавил бы на Цируса, получил доверенность от Андриса, оформленную задним числом. Так бы ты их и видел.