Исправление

Часть первая:

Дождь стучал по крыше ночного клуба, смешиваясь с грохотом басов. Стеклянные стены вибрировали от музыки, толпа кричала, смеялась, сталкиваясь бокалами с чем-то крепким и золотистым. В центре этого хаоса – он. Артём Гущин

Двадцать пять лет, модная стрижка, дорогие часы на запястье, улыбка – беспечная, глупая, счастливая. Он поднимал рюмку, кричал что-то про "вечную молодость", и все вокруг вторили ему, потому что он был душой этой тусовки, этим вечным мальчишкой, для которого жизнь – один бесконечный праздник.

– Тёма, да ты вообще огонь! – кричала ему в ухо рыжая девчонка с накладными ресницами.

Он хохотал, обнимал её за плечи, чувствуя, как мир вокруг плывёт в приятном дурмане.

Он не думал о завтра.

Завтра – это снова работа в отцовской фирме (ну, "работа" – сидеть в офисе, делать вид, что чем-то занят), потом вечеринка, потом ещё одна, потом…

Потом что?

Иногда, в редкие моменты трезвости, он ловил себя на мысли: *а дальше-то что?* Но тут же гнал её прочь. Зачем думать? Жизнь и так прекрасна.

Всё изменилось в один день.

Он проснулся с дикой головной болью, в чужой квартире, среди пустых бутылок и чужих вещей. Телефон разрывался от звонков.

– Ты где, блин?! – орал в трубку отец. – Ты вообще в курсе, что творится?!

Артём промычал что-то невнятное.

– Включи новости, дебил!

Он нажал кнопку на пульте.

Экран ожил.

Размытые кадры. Дым, крики, люди в касках. Диктор говорил что-то про "обстрелы", "Донбасс", "добровольцев".

– Ну? – спросил отец. – Ты вообще понимаешь, что происходит?

Артём молчал.

– Твой двоюродный брат Сашка уже неделю как там. Добровольцем поехал. А ты… – голос отца дрогнул. – Ты даже не знал.

Щелчок. Отец бросил трубку.

Артём сидел, уставившись в экран.

Сашка?

Тот самый Сашка, с которым они в детстве лазили по стройкам, гоняли мяч во дворе? Который всегда был тихим, спокойным?

Он – на войне?

Артём впервые за долгое время почувствовал стыд.

Он приехал к отцу. Тот сидел за столом, ссутулившись, старый пистолет лежал перед ним.

– Я еду, – сказал Артём.

Отец поднял на него глаза.

– Куда?

– Туда.

– Ты даже не умеешь стрелять.

– Научусь.

Отец долго смотрел на него, потом кивнул.

– Ладно.

Через три дня Артём был в Ростове. Через неделю – в Дебальцево.

Он ещё не знал, что мир, который он знал, уже не существует

Часть вторая Пепел

Дебальцево встретило его воем ветра и запахом гари.

Артём стоял на разбитой дороге, сжимая в руках сумку с вещами, которые теперь казались ему смешными: дорогие кроссовки, наушники, бутылка дорогого виски «на первый день». Ветер рвал куртку, пробираясь под кожу, и он впервые почувствовал холод не как дискомфорт, а как нечто настоящее, острое, живое.

– Гущин? – хриплый голос позвал его.

Из полуразрушенного здания вышел мужчина лет сорока, лицо в глубоких морщинах, глаза – два узких уголька.

– Да, – ответил Артём, пытаясь не смотреть на руины за его спиной.

– Меня зовут Костя. Будешь у меня в группе.

Он не протянул руку, не улыбнулся. Просто развернулся и пошёл, не проверяя, идёт ли Артём за ним.

Первая ночь.

Подвал. Стены, обложенные мешками с песком. Гул артиллерии где-то далеко, но достаточно близко, чтобы земля дрожала. Артём сидел на ящике из-под патронов, дрожащими пальцами пытаясь разобрать автомат.

– Ты хоть знаешь, с какой стороны за него браться? – кто-то засмеялся.

Рыжий парень с татуировкой волка на шее присел рядом, выхватил у него оружие и за несколько секунд провёл сборку-разборку.

– Вот так, пацан. Учись.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.