Прожить одну жизнь, спасти тысячи других. 103 как образ жизни

Я расскажу Вам о народе,

Который, видно, за версту,

Который при любой погоде

В любое время на своем посту.

О тех, кто сам, по воле доброй

Из всех возможных в мире доль

Однажды выбрал эту долю

И день за днём её несёт

ПРЕДИСЛОВИЕ

«Между разумом и сердцем: путешествие фельдшера и клинического психолога»

Сквозь пелену дождя мелькали огни ночного города. Сирена скорой прорезала тишину, заставляя прохожих вздрогнуть и обернуться. Внутри старого разваливающегося на ходу рафика скорой, подпрыгивая на ухабах, я лихорадочно готовил оборудование. «ДТП на перекрёстке, двое пострадавших,» – прозвучал голос диспетчера в рации.

Мы прибыли на место аварии. Искорёженный металл, осколки стекла, запах бензина и крики очевидцев. В центре этого хаоса – две фигуры, неподвижно лежащие на асфальте. Молодой парень и девушка. Счёт шёл на секунды.

Я бросился к ним, оценивая состояние. Парень без сознания, пульс слабый, дыхание поверхностное. Девушка в шоке, истерика, кровь на лице. Остановив кровотечение, я начал оказывать медицинскую помощь, борясь за их жизни.

В тот момент я был не просто фельдшером скорой помощи. Я был связующим звеном между жизнью и смертью, надеждой и отчаянием. Каждое моё действие, каждое решение могло определить их судьбу.

Спустя несколько часов, уже в больнице, я узнал, что оба выжили. Парень пришёл в сознание, девушка успокоилась. В их глазах читалась благодарность, смешанная с ужасом от пережитого.

Этот случай, как и многие другие, заставил меня задуматься о хрупкости жизни, о том, как быстро всё может измениться. Но он также показал мне, насколько важна моя работа, как много я могу сделать для других. Именно тогда я понял, что хочу не только спасать жизни, но и помогать людям и коллегам справляться с психологическими травмами, которые неизбежно следуют за такими событиями.

Так начался мой путь от фельдшера скорой помощи до психолога. Путь, полный вызовов, открытий и глубокого удовлетворения от того, что я могу помогать людям не только физически, но и душевно.

Неожиданное тепло перемен, 1991 год

Ноябрь 1991 года в Алма-Ате выдался на удивление тёплым. Солнце ещё щедро лило свое золото на город, окрашивая оставшиеся листья в тёплые оттенки жёлтого и оранжевого. Воздух был пропитан ароматом поздней осени, смешанным с запахом дыма от печей, которыми горожане уже начинали отапливать свои дома.

Город жил в ожидании перемен. Распад Советского Союза и обретение Казахстаном независимости принесли с собой не только надежды на лучшее будущее, но и множество трудностей. В магазинах ощущалась нехватка продуктов, люди стояли в очередях, обсуждая политические новости и строя планы на будущее.

На Зелёном базаре (крупный продовольственный рынок), который был сердцем города, всегда кипела жизнь. Горы фруктов и овощей, ароматные специи, свежее мясо и рыба, разноцветные ткани и ковры – все это создавало неповторимую атмосферу восточного базара. Здесь можно было не только купить все необходимое, но и услышать последние новости, обсудить политику или просто поболтать с друзьями.

Вечерами алматинцы любили прогуливаться по тенистым аллеям парка имени Горького, кататься на лодках по озеру или просто сидеть на скамейках, наблюдая за жизнью города. В кинотеатрах шли фильмы, в театрах – спектакли, а в домах культуры проводились концерты и выставки.

В этот тёплый ноябрьский день я, вчерашний именинник и выпускник средней школы, спешил на работу. Мне только вчера исполнилось 18 лет, и сегодня был мой первый рабочий день на должности санитара приёмного покоя терапии и реанимации в Больнице скорой медицинской помощи (включающую в себя и станцию и восемь подстанций Скорой медицинской помощи).

Я всегда мечтал о медицинской карьере, и вот, наконец, моя мечта осуществилась. Я готовился к поступлению в городское медицинское училище и устроился на подработку в эту больницу. Я знал, что работа будет нелёгкой, но я был готов к любым трудностям.

Я шёл по улице, наслаждаясь тёплыми лучами солнца. Вокруг меня спешили люди, каждый со своими заботами и проблемами. Кто-то шёл на работу, кто-то в магазин, кто-то просто гулял. Город жил своей обычной жизнью, несмотря на все трудности и невзгоды.

Я подошёл к больнице и остановился на минуту, чтобы перевести дух. Больница была старым зданием, построенным ещё в 1896 году в городе Алматы Обществом Красного Креста. Тогда в нем было только 15 кушеток, и он был единственным медицинским местом в городе. Первым главным врачом был выпускник Петербургского военно-медицинского колледжа Иероним Иванович Соболевский. Больница несколько раз меняла свое название. Она выглядела немного обветшалой, но все ещё внушала уважение своей солидностью и надёжностью.

_____________________________________________________________________

Коротко из истории: «Рождение неотложной помощи в Алма-Ате: от двух карет до современной службы».

Февраль 1928 года ознаменовался важным событием в истории здравоохранения Алма-Аты. По приказу Джетысуйского Губернского отдела здравоохранения было создано первое в республике учреждение скорой медицинской помощи – пункт при городской больнице. В распоряжении медиков имелось две кареты, запряжённые лошадьми, что для того времени было значительным прорывом.

Первые годы служба скорой помощи функционировала при центральной амбулатории. Штат был невелик: четыре медицинских работника, кучер, одна лошадь и повозка. Несмотря на скромные ресурсы, это был первый шаг к созданию полноценной системы экстренной медицинской помощи в городе.

В 1937 году произошло знаковое событие – станция скорой помощи была выделена в самостоятельное медицинское учреждение, территориально и административно отделившись от городской больницы. Так появилась отдельная организация – станция скорой помощи Алма-Атинского горздравотдела.

Неотложка быстро завоевала авторитет и стала гордостью Алма-Аты. Ее существование свидетельствовало о развитии городской системы здравоохранения, о заботе властей о здоровье горожан.

В 1930-е годы, когда город стремительно рос и развивался, потребность в скорой медицинской помощи возрастала. Редакция газеты «Социалистическая Алма-Ата» получала множество писем с просьбами рассказать о работе врачей неотложки. Журналисты откликнулись на эти просьбы, организовав первое в истории издания дежурство с бригадой скорой помощи. Результатом стал материал под названием «По звонку», который не только рассказывал о работе медиков, но и воспитывал в алмаатинцах ответственное отношение к этой жизненно важной службе.

29 марта 1938 года Алма-Атинский городской совет принял постановление о порядке вызова скорой медицинской помощи. Городская газета активно разъяснила новые правила, используя яркие примеры из практики.

Один из таких примеров, описанных в статье, касался ложного вызова. Бригада скорой помощи, прибыв по адресу, обнаружила весёлую компанию и человека, который, находясь в состоянии алкогольного опьянения, вызвал врачей ради развлечения. «Вы совершенно напрасно вызываете врача, а между тем меня ждут больные, жизнь которых действительно находится на волоске», – цитировала газета слова доктора.

В то же время, в 18 километрах от этого места, студентка медицинского института, испытывая сильные боли, отказывалась вызвать скорую помощь, пока не убедится в серьёзности своего состояния. «Папа, – говорила она, – следует вызывать карету скорой помощи только в самых серьёзных случаях, это очень ответственно».

Эти контрастные истории наглядно демонстрировали, как важно правильно понимать и использовать службу скорой помощи.

Сутки в дежурной комнате скорой помощи были наполнены напряженной работой: вызовы к раненым, роженицам, больным с острыми состояниями. «Помните об этом, товарищи!» – призывала газета, подчёркивая, что ложный вызов может стоить кому-то жизни.

Первый пункт постановления 1938 года гласил, что скорая помощь выезжает только в случаях, требующих немедленной медицинской помощи. Этот принцип остаётся неизменным на протяжении почти 100 лет.

Служба скорой помощи Алматы прошла долгий путь от двух карет до высокотехнологичной службы, готовой в любую минуту прийти на помощь.

____________________________________________________________________

Короткое замыкание в мозгу, знаете ли… Ну, бывает. Отвлёкся на минутку, пока мои мысли пытались организовать восстание против скуки. В общем, как я уже говорил, моя жизнь – это такой сериал, где судьба играет главную роль, а я, ну, я вроде как незадачливый статист, который постоянно попадает в нелепые ситуации. Но не волнуйтесь, друзья, я не собираюсь вас утомлять скучными подробностями. Все самое интересное – впереди, по ходу моих уморительных (надеюсь) рассказов.

И так продолжим. Я вошёл внутрь больницы и направился в приёмный покой. В приёмном покое было шумно и суетливо. Медсестры бегали туда-сюда, врачи осматривали пациентов, санитары перевозили больных на каталках. Я сразу же почувствовал себя частью этого большого и сложного механизма, который назывался больницей.

Меня встретила старшая медсестра, которая провела краткий инструктаж и познакомила с моими обязанностями. Я узнал, что мне предстоит помогать врачам и медсёстрам, перевозить больных, проводить санитарную обработку больных, снимать ЭКГ и выполнять другие поручения.

Я приступил к работе с энтузиазмом. Я хотел быть полезным, хотел помочь людям. Я знал, что моя работа важна и нужна.

В тот день я познакомился с многими людьми – с пациентами, врачами, медсёстрами, санитарами. Я узнал много нового и интересного о медицине, о жизни, о людях.

Я был рад, что выбрал эту профессию. Я знал, что это моё призвание. Я хотел посвятить свою жизнь помощи людям, и я был готов к любым трудностям, которые встретятся на моем пути.

Эволюция скорой помощи в Алма-Ате: от телеги до турбо-карет

1926 год. Алма-Ата, утопающая в зелени садов, только начинала обретать черты большого города. В Центральной городской амбулатории, среди запаха лекарств и тихих разговоров больных, рождалась служба, которой предстояло сыграть ключевую роль в спасении жизней. Первый отряд «скорой» – четыре самоотверженных медика, кучер Иван, его верная кобыла Зорька и видавшая виды повозка. Представьте себе: ночной вызов, Зорька, цокая копытами по мощёным улицам, мчит к больному, а Иван, сжимая вожжи, молится, чтобы успеть.

Итак, друзья мои, давайте окунёмся в историю самой быстрой (ну, относительно быстрой) службы Алма-Аты – скорой помощи. Представьте себе 1926 год. Вместо сирен – ржание лошади, вместо GPS – чутье кучера Ивана, а вместо кардиографа – удивлённый взгляд доктора на бледного пациента.

Четыре героя в белых халатах, Иван с его верной кобылой Зорькой и повозка, которая, кажется, видела ещё динозавров. Это был первый отряд «скорой». Вызовы? О, это было целое приключение! То у бабки зуб разболелся, то у соседа живот прихватило от переедания кумыса. И Зорька, бедная, мчала по ухабам, как болид «Формулы-1».

Но прогресс не стоял на месте. В 1928 году, как по волшебству, появились две «кареты»! Ну, ладно, те же повозки, но зато целых две! Говорят, однажды доктор перепутал вызовы и вместо роженицы попал на свадьбу. Но, знаете, после его «скорой помощи» все гости чувствовали себя прекрасно!

1934 год. Станция скорой помощи – звучит солидно, правда? Теперь они не только спасали от внезапных болезней, но и лечили от хронической тоски. А в 1937 году они вообще отделились от больницы скорой помощи! Представляете, какая свобода!

С 1951 по 1974 годы Алма-Ата росла, как на дрожжах, и скорая помощь за ней не отставала. Девять подстанций, как грибы после дождя, появились в разных районах. И тут началось самое интересное – специализированные бригады! Кардиологи, которые могли починить сердце, как старый патефон, реаниматологи, возвращающие к жизни даже кактус, и педиатры, которые знали, как успокоить самого капризного малыша.

До 1986 года существовала подстанция специализированных бригад, где работали настоящие волшебники в белых халатах (психиатр, токсиколог, неонатолог, акушер). Но в 1988 году, видимо, кто-то решил, что слишком много волшебства – это нехорошо, и подстанцию закрыли.

Но не унывайте! В 1990 году скорая помощь снова воспрянула духом. Появились бригады интенсивной терапии (так называемые кардиологические бригады), которые могли вернуть к жизни даже того, кто уже видел свет в конце туннеля. А психиатрические бригады переехали в Центр психического здоровья – видимо, чтобы там было веселее.

Вот так, друзья, скорая помощь Алма-Аты прошла путь от телеги до турбо-карет. И кто знает, может, скоро они будут летать на реактивных ранцах?

_____________________________________________________________________

Итак, минуточку передохнем, позвольте представиться: ваш покорный слуга, сейчас дипломированный мозгоправ, или, если угодно, практикующий психолог. Да-да, тот самый, кто копается в ваших тараканах и помогает им организовать танцевальный кружок. Моя страсть к этому увлекательному занятию зародилась ещё в те далёкие времена, когда я, юный и наивный, протирал штаны в медицинском училище (нынче гордо именуемом колледжем). И знаете что? На распределении меня чуть не утащили в психиатрическую бригаду! Представляете, я, вчерашний студент, и толпа людей, чьи тараканы явно выиграли в лотерею на право устроить бунт? Но это, как говорится, совсем другая история, которую я обязательно вам поведаю… если, конечно, вы будете вести себя хорошо. Я планирую чередования глав, где в каждой главе история из определённого отрезка моей жизни, будь то я фельдшер скорой помощи или психолог, а то и просто как обычный человек.

_____________________________________________________________________

Итак, друзья мои, где мы остановились? Ах да, скорая помощь Алма-Аты! Ну, знаете, вся эта история с лошадьми и телегами – это, конечно, мило, но давайте начистоту: я немного отвлёкся. Видите ли, моя жизнь – это не просто набор фактов, это целый сериал, где каждая серия – это отдельная история. И, поверьте, некоторые из них покруче любого блокбастера.

Вот, например, вы знаете, что в 1928 году, когда появились первые «кареты», один доктор умудрился перепутать вызовы и вместо роженицы попал… к гадалке? Да-да, вы не ослышались! И знаете что? Гадалка ему такого нагадала, что он потом всю жизнь боялся переходить дорогу на красный свет.

Или взять, к примеру, 1934 год, когда станция скорой помощи стала ещё и неотложной. Тогда-то и начались настоящие приключения! Однажды, помню, вызвали доктора к пациенту, который жаловался на «странные ощущения». Приезжает доктор, а там… обезьянка, которая наелась таблеток от давления! Представляете? Обезьянка!

А уж про 1960-е годы я вообще молчу. Это было время настоящих героев в белых халатах! Они не просто спасали жизни, они творили чудеса! Говорят, один кардиолог мог починить сердце, как старый патефон, а реаниматолог – вернуть к жизни даже кактус.

Но, знаете, все это – лишь верхушка айсберга. Моя жизнь, как я уже говорил, тесно переплетена с историей скорой помощи. И поверьте, у меня есть что рассказать. Истории, которые заставят вас смеяться, плакать и, возможно, даже немного испугаться.

Так что, друзья мои, пристегните ремни, потому что мы отправляемся в увлекательное путешествие по страницам истории скорой помощи Алма-Аты. И, поверьте, это будет незабываемо!

Первый летальный исход

Ноябрь 1991 года. Мой первый день в Больнице Скорой Медицинской Помощи. Я, молодой и неопытный санитар, с трепетом переступил порог приёмного покоя. Ещё не зная, что этот день навсегда врежется в мою память.

Около полудня скорая помощь привезла пациента. Молодой мужчина, лет тридцати пяти, с признаками достатка и самоуверенности. На нем был малиновый пиджак, ставший символом эпохи, а на шее сверкала массивная золотая цепь. Его полное лицо выражало неподдельный страх.

«Дамы и господа, умоляю, помогите! Сердце разрывается от боли! Я не хочу умирать!» – его голос, обычно властный и уверенный, дрожал от отчаяния.

Врач скорой помощи, пожимая плечами, передал пациента дежурному врачу приёмного покоя. «Странный тип, – пробормотал он. – Жалуется на сердце, но ЭКГ чистая. Мы вкололи морфий, а он все кричит».

Мужчина метался на каталке, словно зверь в клетке, его крики эхом отдавались в коридоре. Ксения Сергеевна, опытный врач приёмного покоя, внимательно изучила плёнку ЭКГ.

«Действительно, ничего не видно, – сказала она медсестре Асе. – Ася, сделай ещё кубик морфия и нитроглицерин под язык».

Затем она обратилась к медбрату Андрею: «Андрей, вызови кардиореанимацию. Пусть посмотрят».

Через несколько минут появился реаниматолог – солидный мужчина с густой бородой. Он осмотрел пациента, послушал сердце.

«Никаких признаков патологии, – заключил он. – Но боли, говорите, сильные? Ладно, поднимем его в четвёртое кардиологическое отделение, под наблюдение».

«Но мест нет!» – воскликнула Ксения Сергеевна.

«В коридор, значит, – ответил реаниматолог. – Хотя бы на сутки».

Ася оформила историю болезни, а врач Ксения Сергеевна, вклеила в него лист осмотра врача, и мы с Андреем повезли пациента на третий этаж. В коридоре кардиологического отделения было тесно от каталок.

«Куда его?» – спросил Андрей у постовой медсестры Лизы.

«В конец коридора, к окну», – ответила она.

Мы доставили пациента на место.

«Спасибо, что поверили, – прошептал он. – Мне действительно плохо».

Вдруг его тело содрогнулось в судорогах, лицо посерело.

«Врачи! Срочно!» – закричал Андрей.

Дежурный врач подбежала к каталке. «Остановка сердца! Лиза, адреналин, атропин! Ребята, помогайте!»

Началась отчаянная борьба за жизнь. Андрей делал массаж сердца, врач проводила искусственное дыхание, я подавал лекарства. Через пять минут приехала реанимационная бригада.

«В реанимацию! Быстрее!» – скомандовал реаниматолог.

Мы неслись по коридорам, как на пожар, а врачи продолжали реанимацию. В реанимационном зале пациента окружили приборы и мониторы. Полчаса борьбы не принесли результата.

«Все, заканчиваем», – объявил заведующий.

Надежда, медсестра, начала отключать аппаратуру.

«Переложите тело на каталку, – сказала она нам. – И соберите одежду».

Мы с Андреем перенесли тело в коридор, за ширму.

«Теперь опиши одежду, – сказал Андрей. – Я помогу».

Мы сложили вещи в мешок.

«Ну что, как ты?» – спросил Андрей. – Видел раньше трупы?»

«Нет», – ответил я, чувствуя, как холодок пробегает по спине.

«Привыкай, – сказал он. – Не всех удаётся спасти».

«Что дальше?»

«Полежит здесь до ночи, потом труповозка заберёт в морг».

Мы молча вернулись в приёмный покой. Ночь обещала быть долгой.

«От абитуриента до… почти врача: как я попал в медицинскую мясорубку»

Итак, моя медицинская карьера началась с истории. Нет, не с истории болезни, хотя и их было предостаточно. С истории здания, в котором мне предстояло грызть гранит науки, а точнее, постигать азы сестринского дела. И, как вы уже догадались, здание это было не простое, а с богатым историческим прошлым.

Представьте себе: старинный особняк, словно сошедший со страниц учебника архитектуры, с резными деревянными украшениями и аурой вековой мудрости. Когда-то, в далеком 1887 году, после разрушительного землетрясения в городе Верном (ныне Алматы), этот дом был построен на благотворительные средства для детей-сирот и неимущих горожан. Представляете, сколько поколений будущих медиков прошло через эти стены? Неудивительно, что здесь витал дух Гиппократа, смешанный с ароматом пыльных книг и, чего греха таить, хлорки.