- -
- 100%
- +
Фотограф Ольга Геннадьевна Карагодина
© Ольга Карагодина, 2018
© Ольга Геннадьевна Карагодина, фотографии, 2018
ISBN 978-5-4474-9028-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Куклы
Жила-была одна добрая женщина, и была у неё большая коллекция кукол.
Все они были из разных мест. Казак с шашкой за поясом и казачка в цветочном венке – из Ростова на Дону; толстый глиняный бай в пестром халате, белой чалме с двумя гибкими танцовщицами в полупрозрачных платьях – из Узбекистана; маленькая стройная японочка в шёлковом розовом кимоно, украшенном крошечными голубыми птичками, держала в руках тончайший, словно сотканный из паутины, зонтик; индийская танцовщица в ярком украшенном разноцветными бусинками сари; скромная русская барышня в розовом платье и таком же чепчике из волжского города Мышкина; две боярыни в старинных кокошниках расшитых яркими нитками мулине, – из Нижнего Новгорода; стрелец с большой секирой в руках времён царя Петра; две куклы из Китая, изображающие актёров китайского театра драмы, с чёрными косичками, висящими ниже пояса, в длинных кимоно, расшитых золотыми драконами… При первом взгляде на них все думали: женщины в диковинных нарядах, а хозяйка знала, что эти куклы – мужчины.
Все куклы стояли в большом шкафу с стеклянными дверцами на трёх высоких полках.
Женщина их очень любила, часто глядела на них, переставляла с места на место, пока не стали происходить странные вещи. Куклы то упадут с полки, то друг на друга повалятся. Бывает, день два стоят, всё хорошо, а потом она их переставит – и начинается: то одна кукла завалится, то другая. Хозяйка-то не знала, что куклы были живыми. Днём они стояли тихо, наблюдали за ней, а когда она выходила из дома, начинали шепотом разговаривать.
Больше всего они любили ночь. Женщина крепко засыпала после трудового дня, и вот тогда куклы тихонько сходили со своих мест, и начиналось настоящее веселье. Они спорили, кто из них лучше и красивее. Рассказывали друг другу о краях, из которых они родом. Показывали, кто и что умеет делать. Китайские актёры читали стихи – хокку, состоящие из четырёх строк. С ними в своём умении стихоплетения соревновалась маленькая японка. Она складывала свой прозрачный зонтик, садилась перед актерами и задавала тему. Это могли быть стихи о горах, о солнышке, о цветущей сакуре или журавлях. Она была большая мастерица по части историй. В Японии и Китае люди с давних времён любят кукол. Почитают их, уважают и даже могут сотворить недоброе дело с помощью куклы. В Японии и Китае куклы передаются по наследству, по женской линии, и являют собой защиту от злых духов, и всяких бытовых неприятностей. Их преподносятся как оригинальный подарок ко дню свадьбы. А если кукла сделана в единственном экземпляре, у неё, верят, душа сделавшего её мастера.
Индийская танцовщица показывала свои танцы двум узбечкам. Она знала огромное количество историй о танцах. Ведь индийский танец не просто танец. Он насчитывает более пяти тысяч лет, его покровителем является сам великий Шива. Он – средство общения.
В каждом танце танцовщица рассказывает какую-нибудь новую историю.
Узбекские танцовщицы слушали её и обижались. Ведь их танцы были не менее древними. Дошли до наших времён из старинных городов – Самарканда, Бухары, Хорезма.
Они показывали и рассказывали индианке о танцах из разных регионов своего края. Сначала танцевали ферганские танцы – мягкие, плавные, с выразительными движениями, лёгкими скользящими шагами, оригинальными движениями на месте и по кругу. В другую ночь показывали танцы из Хорезма и Бухары с кайраками – кастаньетами.
Больше других любил танцы бай.
Он садился на расшитые золотыми нитками подушки, брал в одну руку, расписанную причудливыми узорами, пиалу с чаем, устраивался поудобнее и просил девушек показывать ему своё искусство снова и снова, взирая грозным оком из-под белой чалмы.
Сам он был неповоротлив и ленив. Девушки услаждали его взор.
Ростовский казак частенько вызывал помериться силой нижегородского стрельца. У него была шашка, а у стрельца – большая секира. Каждую ночь они устраивали игрушечные бои. Победителем выходили то один, то другой.
Ночь была самым лучшим временем. Куклы не хотели пугать бедную женщину, ведь они знали, что по-настоящему общаться могут только с детишками, а взрослых можно напугать. Взрослые со временем теряют способность слышать их, они слишком заняты своими делами, чтобы слушать удивительные истории.
Довольно долго куклы жили мирно, но однажды случилась ссора.
А произошла она так. Зимней долгой ночью, когда за окном мела метель и дул сильный ветер, женщина крепко спала, стрелец и казак затеяли новую битву. Сшиблись в бою насмерть, а всё из-за того, что женщина, в очередной раз переставила кукол и поставила их рядом. Когда она закрывала дверцу шкафчика, стрелец случайно качнулся и задел плечом казака. Да разве же он мог смолчать? Еле дождался ночи. Целый день они стояли и буравили друг друга глазами, но ничего не могли сказать друг другу. Как ни старалась подруга казака утихомирить его, ничего не получалось. Боярыни стали хватать за руки стрельца и умолять его прекратить бой, и лишь молчаливые китайцы держались стороны. Оба стояли, как изваяния и не вмешивались. Больше всех испугался толстый бай. Он спрятался за спины девушек – танцовщиц, которые встали кучкой, тесно прижавшись друг к другу, как стайка воробушков. Казак замахнулся шашкой и ударил так сильно стрельца, что тот закачался, как подрубленное дерево и с грохотом упал.
Женщина от стука проснулась, а куклы замерли, словно ничего не произошло. Покачала головой, зажгла свет, открыла шкафчик и снова поставила стрельца рядом с казаком.
Легла. Через некоторое время стук повторился. Женщина снова проснулась. Стрелец и казак лежали ничком, а сверху на них упала барышня в розовом костюме.
На следующий день женщина, словно заподозрив неладное, взяла стрельца и поставила его к китайцам. Ночью ей совсем не удалось поспать. Только она проваливалась в сладкую дрёму, как в шкафчике начинали падать куклы. Она не знала, что неугомонный стрелец решил вызвать на бой китайцев. Он наговорил им много обидных слов и смеялся над тем, что они одеты в женские платья, за которыми не видно мужской сущности. На этот раз стрелец упал на самую нижнюю полку, где обитал узбекский бай, и чуть не расколол тому глиняную голову.
Стала она думать, гадать, что же происходит?
Утром достала всех кукол и поставила перед собой. Казака – с казачкой, двух китайцев, двух боярынь и с ними девушку в розовом, японочку, индианку, а впереди всех посадила толстого бая с его танцовщицами. А потом открыла сумку и достала ещё две куклы. Это были индианки – близнецы, плотно сшитые друг с другом боками. У них были необыкновенно выразительные тёмно-карие глаза. Словно они заглядывали в самую душу тому, кто на них смотрит. В руках у них были свечи, в ушах большие золотые кольца, на лбу каждой красовалось красное пятнышко, на шее – золотые бусы, в носу – кольцо, от которого тянулась маленькая цепочка к уху, а рядом с ними стояли два тёмных слона из эбенового дерева.
Женщина поставила их прямо перед собой и начала внимательно разглядывать, она знала, что эти куклы приехали из отдалённого уголка Индии из старинного храма от мудрых монахов. От них исходил тончайший еле уловимый запах далёкой страны.
Неожиданно ей показалось, что гостьи слегка шевельнули губами. Она пригляделась, но нет, куклы стояли неподвижно. Поняла только одно – индианки говорят с ней. Нет, не словами, она видела, что они молчат, мысленно. Ей словно кто-то тихо нашептывал в ухо: «Знаем твою беду. Поможем. Слушай внимательно. Нельзя ставить рядом воина с воином, обязательно рано или поздно будут меряться силою. Нельзя танцовщиц оставлять вместе – поссорятся, доказывая у кого выше мастерство танца. Философов – надолго, ни в коем случае – уйдут далеко от реальности, некому будет их остановить. Помешай кукол: поставь казака с узбекскими девушками, пусть остужают его пыл своими затейливыми танцами. Трусливого бая отправь к китайским актёрам, они – люди мудрые, заодно научат бая за себя постоять. Стрельца с японкой посади. Она знает много чудесных историй. Барышень – казачку, индианку, нижегородских боярынь, девушку в розовом из славного города Мышкина, в хоровод собери. Индийская девушка научит их разговаривать языком тела. Все народы должны дружить между собой, уважать друг друга и делиться своими знаниями. Пусть так весь день стоят.»
Подивилась женщина, так и сделала.
С тех пор куклы больше не падали. На полках в шкафчике воцарились мир и спокойствие.
Ночью, когда куклы собирались вместе, каждая из них рассказывала, чему научилась за день, что нового узнала. А мудрые индианки из храма со слонами поселились жить на нижней полке, где раньше обитал бай и куклы частенько стали приходить к ним в гости, потому что они очень много знали и рассказывали удивительные истории, а ещё они разрешали другим куклам кататься на черных эбеновых слонах. Только бай не любил слонов, он с них всё время падал и боялся разлететься на тысячу мелких осколков, он ведь был глиняным.
Женщина каждый день любовалась на своих кукол, и ей казалось, что они хорошеют день ото дня.
Сказка про паучка Пал Палыча
Пал Палыч – домашний паучок. Маленький c серо-коричневым упитанным брюшком. Живет Пал Палыч на кухне под самым потолком. Там висит подвесной горшок с большими листьями папоротника. Паучок любит свой дом. Тихие тенеты паутины мерно покачиваются в такт открывающейся кухонной двери. Еды вокруг полно. В листьях папоротника ночуют полусонные мухи, которые изредка тяжело перепархивают с листа на лист, дожидаясь весеннего солнышка.
Пал Палыч всегда краем глаза следит за передвижениями мух. Как только заметит потревоженную муху, не спеша выпускает тонкую паутинку, и свесившись пониже наблюдает дислокацию продовольственного склада.
Как и все домашние пауки Пал Палыч домосед. Он смел, азартен и немного ленив. Зато он аккуратный гражданин и его паутина сродни произведению искусства. Он не какой-нибудь бомж, у которого рваная паутина. Есть, такие поналепят-поналепят… Паутина Пал Палыча всегда на своем месте. Этакий гамак, в котором часами покачивается хозяин.
Есть правда вещи, которых Пал Палыч не любит и боится. Это мокрая тряпка, которая постоянно задевает его гамак и частично рушит его. Ему приходится часами восстанавливать квартиру, заделывая огромные дыры.
Или сквозняки, которые иногда случайным образом сдувают охотящегося за мухами Пал Палыча на пол, где ходят огромные тапки, норовящие на него наступить. Но хуже всего, когда ветер из форточки сдувает охотника в раковину. Почти смертельный вариант. Ведь, если, открыт кран с водой, Пал Палычу уже не выбраться, он будет смыт водой из этой жизни – навсегда.
Вообще, в его размеренном существовании всё продумано до мелочей. Охота, пеленание добычи, здоровый сон, крепкий ужин, переваривание оного, снова охота. А еще у Пал Палыча – есть зазноба.
Марфа живет в противоположном углу кухни под цветком с названием хлорофитум хохлатый, родиной которого считается Южная Африка. Под его большими пониклыми стеблями находится дворец Марфушеньки. Как все паучихи Марфа норовистая и сильная. У пауков самки гораздо крупнее самцов. Нужно быть ловким и хитрым, чтобы играть в любовные игры и самому не стать жертвой своей избранницы. Игры пауков опасны и страстны. Паук отдаёт своей избраннице всего себя без остатка. К даме надо подходить осторожно, с презентом в виде сушеной мухи и пока она будет рассматривать подарок, успеть ее обворожить. Затем, не только доставить ей несказанное удовольствие, но и вовремя удрать, пока не доела муху. Ведь, только, некоторым удаётся бежать, но такое поведение, пауками не приветствуется. Обычно жених все же бывает съеден вместе с подарком.
Самцы некоторых видов пауков, упелёнывают даму, чтобы она не сопротивлялась, пока идёт свадебная церемония, но таких меньшинство. Оставшийся в живых, паук напоминает о себе после свадьбы лишь хитиновым каркасом.
Зато какие прелестные паучата получаются! Тот, кто когда-нибудь видел шар из паутины, который разбегается сотнями паучков, если на него дунуть, навсегда остаётся заворожён этим трогательным зрелищем. Немногие из этих разбежавшихся врассыпную сорванцов останутся в живых. Десятки из них будут съедены, и найдут новое воплощение в иных материях.
Всю зиму Пал Палыч мирно качался в своём гамаке, пока яркие лучи солнца не возвестили о приходе весны, а потом и лета. Пал Палыч собрался жениться. Почистил брюшко, протер лапками глаза, проверил закатанных в саван мух, до последнего оттягивая момент знакомства с Марфой.
Но природа для всех одинакова. Марфа манила и звала. Крупная, с крепкими ножками, ярко выраженным брюшком и ясными всевидящими оками. Глаз у пауков столько же, сколько ног – восемь. А у Марфы восемь красивейших на всем белом свете глазок.
И однажды Пал Палыч все же решился отправиться к хлорофитуму. Он старался не думать о плохом. О том, что Марфа рассматривает его, лишь как источник питательных веществ для будущего потомства. Он думал о любви – большой и чистой. О том, какие красивые у них родятся дети.
Пал Палыч ползал по паутине, трогая лапками нити и определял на вес мух. Нужна была самая жирная и красивая свадебная муха. Наконец подарок был выбран. Жених аккуратно примерился к леске, поддерживающей двухметровые листья папоротника и медленно пополз жениться.
Марфа почуяла его не скоро, а когда обнаружила вторжение, напряглась и затихла в своей сетке, надеясь на отличное пополнение своих продуктовых запасов.
Пал Палыч отважно нарушил территорию.
Был тихий вечер, форточки плотно закрыты, леска блестела, как лунная дорожка. Огонь любви сжигал паука изнутри. Марфа буравила жениха восемью глазами. Жадно буравила. К ней приближалась еда.
Первым делом Пал Палыч сунул Марфе муху. Она пришлась ей по вкусу. Дама подтянула к себе саван и увлеклась исследованием подарка. Пал Палыч был счастлив. Он так, старался, так старался. Он был на вершине блаженства, но… как только Марфа доела муху, следующим, оказался сам Пал Палыч. Погиб в разгар любовных страстей, так не узнав, какие прекрасные дети у него родились.
Прошло время у Марфы родились паучата и сразу же разбежались в разные стороны. Паучихи трогательно заботятся о своих детишках. Носят на себе коконы с яйцами и даже только что вылупившихся паучков, оберегая их от опасностей. Правда так происходит не у всех. Есть такие виды пауков, где детки съедают выполнившую свой долг мамашу. Но это редкость. У большинства видов паучата быстро становятся самостоятельными и поскорей расселяются, пока их не съели взрослые пауки. Так печально, закончилась эта любовная история. Теперь, о ней напоминает, только маленький кусок паутины под разросшимся папоротником.
И по сей день в наших домах живут пауки. Круглый год они тихо сидят, не докучая хозяевам: и в роскошных апартаментах с «евроремонтом», и в лачугах бедняков; у них свое представление об уюте: лишь бы было тепло, влажно и достаточно еды. Поэтому если вы случайно обнаружите утром в ванной беспомощного мохнатого восьминожку, аккуратно высадите его куда-нибудь в укромный уголок вместо того, чтобы брезгливо хлопнуть пленника мокрой тряпкой.
Существует древняя легенда. Она гласит: некая лидийская девушка, по имени Арахна, возгордилась настолько, что вызвала на соревнование Афину Палладу: дело в том, что среди смертных Арахне не было равных в искусстве ткачества – она пряла из нитей, подобных туману, ткани, прозрачные, как воздух. Сами понимаете, чем кончаются соревнования с богами: они редко обращаются со смертными no-справедливости, особенно если проигрывают. Афина Паллада обратила Арахну в паука, обреченного вечно ткать свою паутину.
Сказка о пушистом эльфе Чинчилья
Эта история произошла давным-давно. Тысячу лет назад, а может и больше, на далеком острове Чинча, причудливо сложенном из гранита, с обрывистыми берегами, где на прибрежных утёсах во множестве гнездятся морские птицы. Этот остров находится неподалеку от загадочной южноамериканской страны у юго-западного побережья Перу. Назван он был в честь населявших его индейцев чинча. Индейцы пришли на остров издалека и почитали великого бога Чинчакамака, от которого и вели свое название.
Богов в то время было много. Они были разными: добрыми, злыми, жадными, щедрыми, слабыми и сильными. Один из них был самым могущественным, его боялся даже Чинчакамак. Звали его Пачакамак. Но ещё задолго до прихода индейцев, коренными жителями острова были маленькие эльфы. Загадочные и удивительные существа. Очень добрые и веселые. Они охраняли несметные богатства острова: золото и серебро. Кроме того, эльфы, умели излечивать разные болезни, и были настоящими волшебниками.
Пачакамак был злым и жадным. Люто ненавидел эльфов. Хотел один владеть богатствами острова, но маленький народец ревностно охранял сокровища. Пачакамак знал, что с помощью золота и серебра можно править миром, управлять людьми, а значит быть «Всемогущим». И тогда, чтобы избавиться от маленького гордого народа, он приказал своему помощнику Чинчакамаку показать эльфов индейцам.
Когда индейцы поселились на острове, они не знали о том, что в скалах живут эльфы, ведь волшебники старались не показываться людям. Выходили на поверхность только после захода солнца, когда над островом сгущались сумерки. Они жили большими колониями дружно и весело. И был у них свой король по имени Чинчилья, который долго и мудро правил своим многочисленным племенем. У него было несколько жен и многочисленное потомство. Эльфы любили работать. Весь день охраняли под землей сокровища, лишь к вечеру, собирались вместе и выходили на поверхность, чтобы поиграть, собрать еду и поколдовать в свое удовольствие. Жили не тужили, но случилась беда.
Однажды вечером, когда сумерки только-только стали опускаться на остров, король Чинчилья попал в плен к индейцам. Его поймал рыбак, который случайно увидел прекрасного эльфа и накинул на него рыбацкую сетку. Разглядев маленького волшебника, рыбак сразу понял, что это не простое совпадение. У него в руках подарок богов. Однажды ему приснился сон, голос Великого бога Чинчакамака приказывал поймать эльфа. Сон сбылся. В его сетке барахтался маленький колдун в мягкой серой шубке.
Так бедный Чинчилья попал к людям.
Когда рыбак принес его домой, дети изумились при виде удивительного создания большие глаза, крупные розовые уши, мягчайший бежевый мех, длинные усы, пушистый хвост.
– Папа! Кто это? – спросил сынишка рыбака.
– Это маленький волшебник! С его помощью мы обретём богатство и удачу, так сказал Великий бог Чинчакамак. Он явился мне во сне и рассказал, что под землей живут маленькие волшебники, и я должен поймать одного из них. Тогда чтобы освободиться, эльф укажет мне место, где лежат несметные богатства.
Короля эльфов посадили в большую клетку. Чинчилья сидел грустный и несчастный, но, когда наступила ночь, и рыбак заснул, маленький чародей принялся за колдовство, ведь именно ночью к нему приходила вся его волшебная сила. Чинчилья сел на задние, длинные лапы, сжал передние лапки в кулачки, сосредоточился. Дух его отправился к спящему рыбаку.
Рыбаку приснился странный сон. Он плыл в своей лодке по морю, в его сети попалось много рыбы. Его обуяла радость. Теперь его семья не будет голодать, он сможет накормить детей и пригласить в гости друзей. Рыбак начал перекладывать рыбу из сетки в лодку и в этот миг на корме появилось маленькое дымчатое облачко, которое постепенно превратилось в короля эльфов.
– Отпусти меня добрый человек! За это я дам тебе нечто удивительное!
Рыбак ещё больше обрадовался, думая, что Чинчилья скажет ему о том месте, где лежит золото.
– Я отпущу тебя король, но прежде ты мне покажешь место, где спрятаны сокровища!
– Что ты хочешь знать? – спросил Чинчилья.
– Где лежит золото и серебро!
– Этого я тебе сказать не могу. Наш народ является хранителем сокровищ, которые находятся в земле с незапамятных времен. Нам велено никому не показывать и не отдавать их. Так мой прадед говорил, и дед, и отец. Не слушай злого бога Чинчакамака, его заставляет действовать еще более могущественный властелин зла Пачакамак. Он давний враг нашего племени, но мы не боимся его, так как наделены волшебной силой. Взамен, предлагаю тебе сокровище, которое никто не может обрести для себя сам. Я дам тебе и твоей семье здоровье, красоту, силу, долгую жизнь. Этого не купить за всё золото мира! Соглашайся или беды падут на твою голову и на всё твое племя.
Неожиданно налетел сильный ветер, закачал лодку рыбака, захлестнул волной корму, где сидел эльф и смыл его за борт в море. Это злой Пачакамак разрушил чары Чинчильи, так как ненавидел его всей душой.
Рыбак проснулся. В клетке сидел, прикрыв большие глаза маленький эльф. В какой-то миг индеец захотел его отпустить, но жажда наживы взяла вверх, да и детишкам он нравился. Они вынимали его из клетки, тискали и смеялись.
А племя эльфийцев страшно испугалось исчезновения своего короля. Малыши-эльфы всю ночь колдовали, пытаясь узнать, что с их любимым предводителем. Они жевали особые травинки, которые помогали видеть им на расстоянии не глазами, а сердцем. И скоро поняли, где их король. Он находился в заточении. Когда сгустились сумерки, они собрали большое собрание на скалах и решили освободить своего короля.
Ночью в индейскую деревню ворвались тысячи маленьких, бесшумных эльфов-воинов. Они проникали в жилища индейцев, обследовали каждый уголок и выбегали назад к своим собратьям, чтобы сообщить о том, что Чинчильи нигде нет. Люди стали просыпаться и, видя маленьких эльфов в пушистых серых плащиках, стали ловить их, а то и просто убивать палками. Так продолжалось всю ночь. Много маленьких волшебников полегло в неравной битве. Однако, она была не напрасна. В суматохе Чинчилье удалось выбраться из клетки и бежать, но рыбак заметил его и побежал вслед за ним. Чинчилья же ничего не видел, он так спешил поскорее убежать в родное племя, что привел рыбака прямо к своему жилищу в скалах.
Индеец был хитрым, он спрятался и решил дождаться, когда Чинчилья снова появится на поверхность. Целый день прождал. Вечером веселые эльфы выбрались на скалы и отправились в долину поверять свои сокровища. Рыбак незаметно пошел за ними. Проследил все ходы в земле, куда запрыгивали эльфы, набросал камушков, чтобы запомнить место, а утром взял кирку и отправился копать норки.
Человеку трудно спрятаться от внимательных глаз других людей, стали индейцы замечать, что рыбак каждый день куда-то исчезает, интересно им стало, куда это он ходит? Проследили за ним и увидели, как тот каждый день выкапывал желтые и белые крупинки, да складывал их в тряпицу. Крупинки блестящие, твердые, необычные.
Вскоре и другие индейцы пришли днем в долину с кривыми ножами, кирками и палками, ведь в долине находились богатые месторождения – золота и серебра. Стали люди собирать дорогие крупицы. Хвастаться друг перед другом у кого больше. Начались между ними раздоры. Золото и серебро не принесли людям мира.
Прошло время. Индейцы научились плавить золотую и серебряную крупу в огне, заливать жидкое серебро в различные формы. Стали делать украшения для своих девушек. Это были налобные пластины, обкладки для деревянных серег, продевавшихся в мочки ушей. Мужчины отливали серебряные кубки с выдавленным изображением человеческого лица и изготавливали «туми» ритуальные ножи с лезвием полулунной формы. Индейцы племени чинча стали богачами. Ослепило золото людей, чтобы задобрить богов, стали отливать из золота и серебра большие статуи с их изображением, которым поклонялись.
Эльфы проклинали злых Чинчакамака и Пачакамака, но ничего поделать не могли. Боги принесли им страдания. Индейцы приносили жертвоприношения и охотились за эльфами, зная, что маленькие волшебники излечивают различные болезни. Из шкурок убитых эльфов люди стали делать меховые накидки, а тельца маленьких волшебников поедали, считая, что вбирают в себя их силу и знание. Они свято верили, что мясо эльфа излечивает от туберкулеза и других страшных болезней.
Бог Чинчакамак радовался. Люди полностью были в его власти. Они приносили жертвы, много жертв, они отливали его изображение из золота, они ложились спать с его именем на устах.