Утро деловых крестьян

Серия NON-fiction медали-премии им. Ивана Грозного

© Салахутдин Карамов, 2022

© Интернациональный Союз писателей, 2022

Карамов С. К. родился в дер. Старокарагушево Республики Башкортостан 1 августа 1933 года. В годы войны подростком вместе с отцом-инвалидом пас колхозный скот. Служил в Советской армии. Окончил Свердловский юридический институт. Долгие годы работал в правоохранительных органах сельских районов Челябинской области, Ставропольского края, Республики Башкортостан.

Одновременно занимался литературным творчеством. Написал около двух десятков брошюр и книг. Важнейшие из них: повести «Есть в жизни удача», «Сельская баллада», «Земная Денница», «По следам преступлений», эссе «Homo Sapiens: на выход (без вещей)», сборник очерков «Герои новых времен». Брошюры «Земля – наша судьба», «Бураевские знаменитости». Монографии «Суды Республики Башкортостан» (в соавторстве), «Карагыш» – по истории родной деревни и другие.

Лауреат премии по литературе журналов «Социалистическая законность» (Москва) и «Агидель» (Уфа). Член Союза журналистов РБ и РФ. Ветеран Великой Отечественной войны.

Глава 1

Племя молодое – сельское

Алексей Субботин, выпускник аграрного университета, руководитель и мозговой центр студенческого «Клуба любителей аграрных дел» опаздывал на запланированную встречу с доцентом Николаем Ворониным. «Вероятно, есть причина», – думал Воронин и особо не беспокоился. Еще не было случая, чтобы Субботин подвел или сорвал намеченное мероприятие.

Идейные студенты-аграрники по инициативе молодого преподавателя организовали «Клуб любителей аграрных дел» при университете и в течение двух лет очень горячо, заинтересованно обсуждали аграрные проблемы, пытались вникнуть в тайны крестьянского труда и определить перспективы будущей профессии. У организатора клуба Воронина была и потаенная цель: привить любовь к аграрному делу и внушить мысль, что выбор этой профессии – не случайность, а порыв души. Николай Воронин цели достиг. Он разгадал потенциальные возможности студента Субботина, определил его руководителем клуба. Именно он, Субботин, сделав клуб центром дискуссий, добивался содержательности споров и обсуждений. Об этом свидетельствовали вдохновленность участников клуба и уверенность их в том, что аграрное дело – истинно человеческое, и оно имеет неисчерпаемые возможности для творчества. Субботин был душой клуба, всегда задавал дискуссионный тон на заседаниях, а их было очень много.

Наконец пришел Алексей Субботин, да еще не один: с собой привел Ильдара Шарапова, тоже активного члена клуба.

– Нам нужно обсудить два очень важных вопроса, – начал разговор Воронин, как только все присели. – Первое. Вы помните, мы определили круг выступающих и предложили подготовить тексты выступлений? Предлагаю отказаться от такой практики и объявить всем: выступать безо всяких текстов и шпаргалок.

– Вот это правильно, – поддержал Субботин. – Я всегда был за такой порядок дискуссий. Не только, как говорил император Петр Первый, чтобы «дурь каждого всякому видна была», а более потому, что мы – современные просвещенные люди, выпускники российского вуза, просто обязаны владеть устной речью как никто другой.

– Я тоже полностью согласен с такой постановкой вопроса, – поддержал Воронина Шарапов.

– Будем считать, что этот вопрос мы решили, – подытожил Воронин. – Теперь второй вопрос. Нужно пригласить на нашу дискуссию легендарного аграрника Петра Ивановича Голубева, первого заместителя министра сельского хозяйства области. Пусть послушает наши острые суждения, наше видение будущности сельского хозяйства страны. Может, что-то новое скажет…

– А что, это идея, – согласился Субботин. – Это будет то что надо. Я о нем слышал много такого, что не укладывается в нормальное воображение.

– Согласится ли? Уж больно чин высокий, – усомнился Шарапов.

– Почему бы нет. Мне известно, что он часто выступает в молодежных аудиториях и все в восторге, – добавил Субботин.

Он не мог предвидеть, что встреча с Голубевым станет для него судьбоносной.

– Голубев никогда, как мне известно, не отказывается от общения с крестьянами, а с молодежью – тем более не откажется. Этот человек рожден для земли, судьба его – аграрная деятельность.

– А вдруг он скажет, что мы несем небылицы и не имеем никаких реальных идей? – Шарапов все гнул свое.

– Такого он никогда не скажет, – уверял Субботин.

– Если он почувствует, что мы несем пургу, то вынужден будет поправить нас и сказать точно, что и как делать. Ведь нам нужно узнать методы работы на земле, тонкости аграрных дел, чтобы стать мастерами своего дела, – объяснил Воронин и продолжил: – В любом случае нам нужно послушать его. Сожалею, что раньше не приглашали Голубева на наши дискуссии. В этом плане мы много потеряли.

– Еще не поздно послушать его! Итак, приглашаем!

– Приглашаем! – твердо заявил Воронин. – Я сам направлю официальное приглашение от имени ректората.

Ни Воронин, ни Субботин не знали о том, что Петр Голубев давно интересовался работой «Клуба любителей аграрных дел», через ректора университета получал информацию о работе клуба и знал многих его активных членов. Петр Голубев, как аграрный деятель до мозга костей, возлагал большие надежды на молодых аграрных специалистов и намеревался нацелить их на радикальные преобразования аграрных хозяйств вообще по всей России с тем, чтобы эти хозяйства стали лидерами по производству продовольственной продукции в мировом масштабе…

Вопреки опасениям, Голубев прибыл в университет в точно назначенное время. Зал уже был полон. Здесь собрались не только члены «Клуба любителей аграрных дел», но и все желающие студенты. Пришли и преподаватели. Некоторые просто хотели увидеть Петра Голубева, личность которого обросла невероятными легендами.

К удивлению собравшихся, на дискуссию вместе с Ворониным и Голубевым пришел и ректор университета Прохор Герасимов. Это придавало значимость заседанию клуба. Слово взял Николай Воронин – как представитель университета, организатор и духовный наставник «Клуба любителей аграрных дел».

– Наш клуб был организован с одобрения ректора университета Прохора Вадимовича и функционировал в нынешнем составе два года, – так начал говорить о задачах клуба и о тех проблемах, которые разрешались на заседаниях, Николай Воронин. – Перед клубом была поставлена задача: дать студентам, будущим аграрным работникам, такие знания, которые они не могли получить в рамках университетского образования, и возможность познать сакральные тайны крестьянского труда, попытаться разрешить спорные проблемы нашего аграрного производства, а их немало в сельскохозяйственной отрасли народного хозяйства страны. Наш клуб в текущем составе завершает работу. Особую благодарность я хочу выразить руководителю клуба Алексею Субботину. Он был душой клуба. Основной костяк членов клуба завершил учебу, ребятам осталось получить дипломы и выехать в хозяйства для работы. Сегодня заключительное заседание нашего клуба. И мы сейчас увидим и услышим тех, кого мы воспитали, узнаем, чему научили…

– Так круто не ставьте вопрос, – вмешался в разговор ректор Герасимов, – а то отобьете охоту у выпускников говорить искренне и от души.

– Возможно, будут колеблющиеся, но здесь у нас есть такие бойцы, что в рот палец не клади. Робких ребят у нас не было и нет, – сказал Воронин, отвечая на реплику ректора. – Я не случайно во вступительном слове не поднял острые аграрные вопросы, а они сегодня прозвучат…

– Дай-то бог, так и должно быть. Наша жизнь не такая вялая, как кажется, в ней присутствует яростная, бескомпромиссная борьба за достижения. Более того, мы пытаемся совершить рывок в будущее, и именно вам, молодые специалисты, его предстоит совершить, – напутствовал ректор Герасимов.

– Вы правы, Прохор Вадимович, но я перед началом дискуссии хочу вот что отметить, – сказал доцент Воронин. – Аграрное производство – одно из самых интересных, в то же время загадочных, содержащих много тайн, никак не разгаданных пока крестьянами. Вы, молодые специалисты, получившие современное образование, обязаны разгадать эту бездонную таинственность, более того, понять крестьянскую психологию, и вот тогда можно будет рассчитывать на успех в делах сельского хозяйства. Должен особо подчеркнуть, – продолжал говорить Воронин, – что у нас в России так и не решена задача развития современного аграрного производства, не найдена оптимальная российская модель, соответствующая нашим природным, климатическим условиям. Уже вошло в практику, что продовольственные товары и сельхозпродукция завозятся из-за рубежа, и в большом количестве. Вам, дорогие друзья, предстоит решить эти проблемы, но цивилизованным путем. Думаю, что это вам под силу. Дерзайте!

Петр Голубев с любопытством слушал Воронина. Ему понравилось, как он заинтересованно и со знанием дела ставит задачи уже в самом начале заседания клуба и настраивает участников на острую дискуссию.

Ведущий заседания клуба Воронин обратился к аудитории:

– Записалось очень много ораторов, которые хотят выразить свое мнение. Так вот, я спрашиваю: нет ли желающих выступить вне записей?

– Есть! – довольно бойко заявил из зала молодой человек, выпускник университета.

– Прошу к трибуне, – пригласил Воронин.

Пока этот первый оратор шел к трибуне, Воронин пояснил всем:

– Это Геннадий Попов, нынешний выпускник, член нашего клуба. По секрету скажу аудитории, что Попов ни разу не участвовал в дискуссионных спорах, хотя каждый раз присутствовал на заседаниях. Возможно, сохранил «порох» для сегодняшнего выступления. Вот это мы сейчас узнаем.

– Это вовсе не так! – с такими словами начал выступление Попов. – Я сторонник тех, кто меньше говорит, а занимается в основном делами. Какой прок от того, что мы постоянно говорим об одном и том же?

– Вот спасибо, открыл нам Америку! – съязвил Воронин.

– Нет, не Америку, а Россию, – парировал Попов спокойно и продолжил говорить как ни в чем не бывало: – Сколько лет прошло со времен разрушения специальным указом президента Ельцина несчастных наших колхозов? И что мы имеем в аграрном производстве? Заросшие бурьяном и мелколесьем земли бывших колхозов – во многих местах просто пустырь, утративший плодородие пахотных земель, сиротливо маячащие здания бывших ферм без окон и дверей, где ранее полно было животных. А все говорим и говорим, нас захлестнула говорильня, фактически – пустая болтовня. Почему нет деловитости, стремления к высоким идеалам, в будущность? Скажите мне, где деловые крестьяне? Молчите… То-то и оно!

Теперь вы призываете нас, не понюхавших «пороха» аграрных проблем, брать этот бастион. Возможно, вы правы, ведь всем ясно, что сельское хозяйство страны доведено до уровня плинтуса, и поднять его смогут, на мой взгляд, только будущие поколения, то есть мы с вами, освобожденные от указаний всяких «гениальных» вождей и президентов. Проблемы села должны быть решены непосредственно на земле, а не на высоких трибунах.

Да, я не участвовал в дискуссиях клуба по аграрным делам, но всё, что я слышал и видел, – впитал и усвоил. Эти уроки не прошли для меня бесследно. Я знаю теперь, что делать, как работать. В моей родной деревне Георгиевского района есть фермер Александр Фирсов. Крутится ежедневно как белка в колесе, а толку никакого. Не может ни организовать работу своего хозяйства, ни сколотить коллектив, и никто у него не работает потому, что Фирсов не в состоянии оплатить труд работников. Субсидии государства тратит на текущие нужды. Чтобы купить для хозяйства технику, скажем, трактор, – об этом он не может даже и мечтать. Скажу откровенно: если кто-то думает, что разрешит аграрные проблемы России и поднимет экономику сельского хозяйства фермер-бедолага, который работает пока на себя, то тот – далекий от аграрных дел человек, если вообще у него «крыша» не покосилась…

Я уверен, мы достучимся до корня крестьянского дела, познаем главный секрет – соль земли и крестьянства, организуем действительно полезное для народа аграрное производство. О своих задумках я здесь не хочу говорить…

– А почему? – спросил Воронин. – Ведь для этого же мы собрались.

– Мои задумки нуждаются еще в проверке и подтверждении на практике…

– Вот вам и молчаливый член нашего клуба! – констатировал Воронин. – Славно и неожиданно резкие вещи высказал. Молодец, Геннадий! Поаплодируем ему.

Зал взорвался аплодисментами, одобряя выступление Попова. Похоже, подумал Голубев, собрались ребята боевые, подготовленные. За словами в карман не лезут. Он взглянул на рядом сидящего Герасимова. Лицо его в лукавой улыбке выражало удовлетворение. Возможно, оттого, что выпускник университета Попов высказал сейчас зрелые и самостоятельные мысли по острым проблемам аграрного дела. Ректор, конечно же, сознает, что Попов – воспитанник его университета. Чем не повод для гордости?

В зале воцарилась непонятная тишина. В этой ситуации Воронин проявил находчивость и оптимизм, пошутив:

– Громче молчите!

Зал оживился. Кто-то тихо засмеялся, некоторые участники стали переговариваться между собой.

– Мы продолжаем работу, – заявил Воронин, не призывая зашумевший зал к тишине. – Приглашаю к трибуне Бориса Говорова, активного члена нашего клуба.

Говоров шел к трибуне вялой и неуверенной походкой. Сутуловат, с редеющими уже волосами, с лицом угнетенного человека. Но голос его оказался довольно громким и подчеркнуто четким, вовсе не соответствующим его внешнему виду.

– Не надо ходить вокруг да около. «Зри в корень», – советовал известный литературный персонаж Козьма Прутков. Россия родная давно утратила статус аграрной державы. Дело дошло до того, что, имея бескрайние плантации плодоносных земельных угодий, наша любимая либеральная власть на сумму более чем сорок миллиардов долларов завозит в страну генетически модифицированную продовольственную продукцию из западных стран. Толково, да! А земля? Гори она синим пламенем! В России ни один правитель профессионально не занимался аграрными проблемами, хотя все, начиная с Ивана Грозного, пытались как-то их решить. Ныне многие ностальгируют по сталинским колхозам. Эти колхозы – пародия на аграрные предприятия – являлись лишь механизмом изъятия произведенной продукции этими предприятиями, а колхозникам оставались только трудодни. Так говорил мой отец. Был правитель Хрущев – интриган и малограмотный экстремист, позиционировал себя знатоком сельского хозяйства. Десять лет ломал страну, пытался проводить реформы, в результате чего оставил страну без хлеба. Теперь вспоминают Брежнева: хорошо, мол, жили при его правлении. Не нужно обманывать себя. Ничего хорошего не было. Не было даже туалетной бумаги. Именно в период сонного правления Брежнева были созданы условия для развала Советского Союза. В партию коммунистов принимали всех подряд, без разбора и проверки. Тогда были приняты в партию дети репрессированных сталинским режимом лиц. Яркие примеры – Горбачев и Ельцин, которые интригами, разного рода комбинациями пробрались до высших постов. В результате их антисоветской деятельности мы имеем то, что имеем.

– Так, Говоров, вы забыли о теме нашего совещания, – прервал его Воронин.

– По-вашему, я говорю не то, что нужно? – спросил Говоров и попросил: – Позвольте завершить свое выступление. Я вот вам всё скажу. Вы хоть и недовольны, но мы должны сказать сегодня правду. Только правду по аграрным вопросам и ничего лишнего.

Коммунистический правитель России Иосиф Сталин провел индустриализацию страны, принеся в жертву благосостояние народа. Вся аграрная отрасль народного хозяйства работала на индустриализацию.

Хотя индустриализация позволила разгромить фашистские орды Европы, ее итог печален. Доморощенные предатели с помощью американских спецслужб разрушили СССР и всю созданную народом собственность раздали частным лицам…

Скажите честно, что досталось от индустриализации народу? Не знаете? А я знаю: воспоминания о великом полководце Сталине, который, ни дня не служив в армии, стал генералиссимусом… О господи, дай возможность России жить своим умом…

Зал подозрительно молчал. Говоров оставался на трибуне. Не растерялся лишь один Воронин:

– Вы начали характеризовать правителей России, – сказал Воронин как-то робко, нерешительно. – К чему это? Это же не тема совещания и не наше дело. Скажите лучше, как нам наладить работу аграрных предприятий, поднять их на современный уровень?

– А я знаю? Если б я знал, то давно сидел бы в Кремле…

Зал наконец-то зашумел. Послышались жидкие аплодисменты. Ректор Герасимов явно был недоволен расплывчатым, довольно-таки неделовым выступлением Говорова. Непроницаемым оставалось только лицо Голубева: ведь каждый говорит свое, выражает себя.

– Слово предоставляется Алексею Субботину, – объявил Воронин. – Он руководитель клуба, самый активный участник дискуссий и заводила. Кстати, получает красный диплом.

– Моя позиция несколько иная, чем у нашего сокурсника Говорова, – сказал Субботин. – Мы возьмемся, засучив рукава, за дело. Ненужными рассуждениями заниматься не будем. Для меня, по крайней мере, приоритетно работать так, как говаривал испанский король: мы, ничего не отвергая, никого не исключая, никому не мстя, уважая нашу нелегкую историю, следуя традициям предков и беря весь позитив и опыт прошлых поколений, будем строить новые современные аграрные предприятия. Над нами и властями в том числе все еще витают искусственно созданные негативы советской эпохи и даже традиции прошлых поколений, которые мы очень робко преодолеваем. Одно из таких явлений в том, что многие ныне действующие специалисты на селе не только не хотят перенять очевидные позитивы советских аграриев, но и признать их. Мы пойдем, как говорил очень нам известный человек, другим путем – путем творческих поисков и продуктивной работы непосредственно на земле.

На поверку у всех благие намерения по проблемам сельского хозяйства, а конкретных радикальных дел – кот наплакал. Почему такое происходит? Потому что не хотят признать того факта, что мы живем в другое время, в быстро меняющемся мире, когда изменяются технологии, средства производства, организационные структуры, даже сам человек ныне другой – смышленый хитрец, любит жить богато, работать не очень хочет.

А земля-кормилица наша та же – что при помещиках, что при колхозном строе, что при нынешних либеральных порядках. Отсюда наша задача: нужен новый подход и к крестьянину – как к главному производителю аграрной продукции. Надо заинтересовать его материально и духовно по высшему классу, чтобы он ни в чем не испытывал нужды и затруднений.

Теперь скажу о том, какой организационной формы аграрные предприятия мы хотели бы создать. Это не фермерское хозяйство и не сталинские колхозы, которые оказались малоэффективными. Просто крестьянское аграрное хозяйство, где трудится коллектив крестьян, объединенный общей идеей и занятый общим трудом. Мы решим три крупные аграрные проблемы.

Первое – это вопрос о собственности в сельскохозяйственной отрасли, самый острый, судьбоносный. Здесь собственность не должна быть ни частной, ни общественной.

Второе – земля должна быть закреплена за крестьянским хозяйством и никак, ни при каких обстоятельствах не может отчуждаться. Пахотные земли имеют золотое содержание: она крестьянская, потому священная.

Третье – это создание условий жизни крестьянам, сохранение и укрепление устоявшегося сельского уклада жизни. Всеми мерами нужно освоить современные технологии, внедрить передовые методы организации производства. При разрешении этих задач дела быстро пойдут в гору – и хозяйства будут давать продовольственную продукцию.

Субботин сделал паузу, полистал лежащие перед ним бумаги, в которые ни разу не заглянул, когда выступал, и сказал:

– Вот, пожалуй, всё.

– Позвольте задать вопрос выступающему, – обратился к Воронину Голубев.

– Пожалуйста, задавайте, – был ответ.

– Вопрос касается собственности. Вы четко все изложили. Не могли бы сейчас сказать, какую форму собственности вы бы предложили крестьянам там, где будете работать?

– Скажу откровенно, этот вопрос я долго обдумывал, но пока не пришел к окончательному решению. Очень привлекателен такой вариант: закрепить за крестьянами всю собственность, но это нужно согласовать с самими крестьянами.

– Ну что ж, весьма похвально, молодой человек. Думаю, что вы на правильном пути, – заключил Голубев.

Сильно обрадованный Субботин сел на свое место. Шутка ли, сам первый замминистра сельского хозяйства области одобрил его позицию…

Между тем на трибуне уже стоял очередной оратор – Ильдар Шарапов.

– Я сторонник коллективных хозяйств, – заявил Шарапов. – То есть тех же колхозов, оболганных и обруганных, можно сказать, почти всеми. Крестьянский труд – это коллективный труд, и только такой труд может дать хорошие результаты. Почему сталинские колхозы плохо работали, не производили изобилия продукции? Потому что колхозники были превращены почти в крепостных, рабов. У колхозников не было никакой материальной заинтересованности. За труд начисляли так называемые трудодни, которые отоваривались осенью, после сбора урожая. А если плохой урожай или вообще неурожайный год, то крестьяне оставались без оплаты своего труда.

– Ратуя за коллективные крестьянские хозяйства, – продолжал выступление Шарапов, – я думаю, что работу крестьян нужно организовать совсем по-другому. В этом вопросе я солидарен с позицией Субботина. Как факт сообщу, что в России до сих пор есть колхозы, работающие успешно. У них остались только названия, а умные руководители коренным образом перестроили экономические отношения крестьян и хозяйства, отрегулировали соответственно оплату труда, и это привело к изменению психологии крестьянина, который стал тем, кем быть определила судьба и сам Господь Бог.

– Как вы относитесь к фермерскому хозяйству? – последовал вопрос Голубева.

– Отрицательно! Это мое убеждение, и я высказывался об этом неоднократно, – ответил Шарапов.

– Почему? – заинтересовался Голубев.

– Фермер же – это частник, аграрный хищник. И он никогда не будет делиться с крестьянами, работающими в его хозяйстве, произведенной продукцией, а будет только выдавать зарплату и то не всегда. Зачем нам нужен такой мини-помещик?

Реакции на ответ Шарапова не последовало. А ректор Герасимов вообще молчал. Вид его выражал удовлетворение. Возможно, ему выступления выпускников понравились. Он, конечно же, был доволен квалифицированными суждениями воспитанников руководимого им университета. Пусть министерство знает, каких классных специалистов они выпускают.

Воронин предоставил слово Ивану Морозову, сказав, что он тоже один из активных членов клуба.

– Честно скажу, что обсуждение насущных проблем идет скованно, – сказал Морозов как-то неуверенно. – Возможно, мешает присутствие высоких гостей. Выступают наши ребята без былого задора, тщательно подбирают слова…

– А мне так не показалось, – вмешался Голубев. – Ребята говорили свободно, без напряжения. Поймите нас правильно, мы же пришли сюда не судить о том, как вы ораторствуете. Мне лично хотелось узнать мнение будущих работников сельского хозяйства. Мнение и позиция будущих аграрных деятелей помогут нам выработать политику министерства при составлении планов дальнейшего развития аграрных предприятий области.

– Возможно, мне это только показалось, – продолжил выступление Морозов. – Со своей стороны я тоже хотел высказать мнение о том, как мне видится развитие нашего аграрного производства в современных условиях. Я за агрохолдинги. Они сосредотачивают огромные материально-технические силы, высококлассные кадры – специалистов аграрного профиля и потому имеют великолепные перспективы не только для развития, но и для резкого рывка в производстве продовольственной продукции, тем самым обеспечивая жителей области экологически чистой продукцией народного потребления. Преимущества агрохолдингов очевидны.

Во-первых, материальные ресурсы, финансовые в том числе, сосредотачиваются в одном месте и в одних руках.

Во-вторых, посевные площади объединенных предприятий позволяют в широкомасштабном формате применять технику при вспашке земли или уборке урожая, что экономит время и средства как по срокам работы, так и по горюче-смазочным материалам.