Лучник. Лабиринт. Книга вторая

– На, примерь, пожалуйста. Уже стало тепло, а ты все ходишь в своей зимней одежде.

Урт поспешно схватил одежду и убежал в палатку Са Тала.

– Что, все же, происходит, Арель.

– Видать, кому-то ты сильно заступил дорогу. – Ответила она настолько печально, что Са Тала всего передернуло.

– Морок?

– Нет, это не морок. Это намного хуже. Я не уверена, смогу ли справиться одна, но помощи ждать неоткуда.

В это время из палатки вышел Урт. Лицо его сияло от удовольствия.

– Ну, вот! – Арель повертела его туда-сюда, – и осталась очень довольной. – Теперь на тебя любо-дорого посмотреть.

Тушкан уже был готов, а девушки не заставили себя долго ждать. Первой обратила внимание на изменения в Урте, конечно же, Ола.

– Ух, ты! Вы только посмотрите! Нет, Юлона, этого жениха я тебе не уступлю.

Урт уже готов был задать стрекача, но Арель удержала.

– Ола! Сколько же можно? Не все понимают твои шутки.

Это урезонило Олу, и она присела перед Уртом:

– Извини, Урт. Я больше так не буду. Мир?

Урт радостно пожал ей руку, и потом с не меньшей радостью демонстрировал свою обновку.

Урт уже давно спал, а Арель так и не пришла. Са Тал вышел из палатки и увидел на краю Лабиринта одинокую фигуру.

Са Тал подошел и сел рядом с ней.

– Арель, что происходит?

– Все время думаю, но не могу понять, Са Тал. – Вздохнула Арель. – Пока могу лишь сказать, что с нашим миром, с нашим временем, – (поправилась она), – связь окончательно утеряна. Ни вернуться, ни помощи ждать мы не можем. – Она обеими руками охватила руку Са Тала, и порывисто прижалась к ней.

– Что ж, придется жить здесь. – Он бережно погладил ее руки. – Живут же люди.

– Люди живут, но нам, похоже, не дадут. – И снова последовал глубокий вздох.

– Арель, о ком ты все время говоришь, но не называешь их. – Са Тал слегка отстранился.

Но Арель притянула его к себе. – Я не такой уж сильный маг, Са, – и мне пока не дано узнать их. Скажу только, что у нас не простой враг. Свою ли, чужую ли Силу он использует, мне тоже не удалось понять. Но против нас использована Древняя магия, и не примитивный морок, а что-то гораздо более сильное.

– И что теперь делать? Уходить к людям Клара?

– У меня нет на этот счет иллюзий. У Клара много беглых людей, и не все с «чистым» прошлым. В степи жизнь женщины не слишком дорога. Надо думать и о девушках.

– Так что же делать? – У Са Тала неприкаянно заныло сердце.

– Надо строить жилье здесь, на острове.

– Мы сами вряд ли сможем это сделать. – Отчаянье Са Тала начало стремительно расти.

– Вот, здесь и надо обратиться к людям Клара. Я уверена, они помогут и в этом. И еще, Са, думаю, придется тебе перешагнуть через себя. – При этих словах Арель тревожно напряглась.

– Как это? – Не понял Са Тал.

– Они хотят твоей… любви. – Сказала Арель и снова вздохнула.

– Я и так их люблю. – Не сразу понял Са Тал, но потом до него дошло. – И это говоришь мне ты? – Не поверил ее словам Са Тал.

– Да. – Она теперь, наверное, будет весь вечер вздыхать. – Сердце говорит совсем другое, но голова. – Она не досказала, и, показалось Са Талу, заплакала.

– Арель?

– Подожди, Са. Я понимаю, что тебе тяжело принять такое решение. Ты – не степняк, для которых многоженство – в порядке вещей. Но это надо сделать.

– И это говоришь мне ты? – Повторил Са Тал.

– И это говорю тебе я. Говорю, потому что люблю. – Она встала. – И тебя, и их.

– Арель, как ты это себе представляешь? – Са Тал схватил ее за руку.

– Не знаю. Но сейчас я скажу им о нашем решении.

– Не надо, Арель.

– Ох, Са Тал. – Еще раз вздохнула она и пошла в сторону палаток. На полпути она оглянулась. – У нас будет ребенок, Са. – И ушла в палатку. А Са Тал не успел ничего сказать.

Этой ночью пришла Арель. Она тихонько легла рядом.

– Извини, но я им уже сказала. Завтра Урт перейдет в юрту. Ее я уже «очистила».

– Почему ты не сказала о ребенке раньше? – Са Тал не скрывал ни радости по этому поводу ни тревоги.

– Я и сама узнала об этом в Лабиринте.

– Что ж, получается, что, действительно, надо строить дом. Завтра же поеду к Клару.

– Клар завтра будет здесь сам.

Са Тал начал привыкать ничему не удивляться.

Утром, действительно, приехал Клар. И приехал с плохой вестью.

– Дня три, точно, три, был у нас подозрительный человечек. Вертлявый такой, глаза постоянно бегают туда-сюда, – взгляда не поймаешь. Вопросов задавал много, но все сводил к тебе. Людей-то своих я от любопытных глаз отправил. А сам, вот, подумал, что надо тебя предупредить. Как живете-то? Лес-то прижился?

– Прижился. Сам увидишь. Я сам сегодня к тебе собирался. Помощи просить.

– Завсегда поможем. Какова помощь-то?

– Дом решили здесь ставить, а ни умения, ни сил нет.

– Дом? – Клар задумчиво почесал себе бороду. – А почему здесь? Давай к нам, – сподручнее будет.

– Думали и об этом. Хвост за нами тянется. Как бы вам беды не принести? Да и лес пока охранять надо.

– Понял тебя, Са Тал. – Клар снова почесал свою бороду. – Лес на дом у меня заготовлен. Соберу людей, – за один день и поставим.

– Тогда, называй цену. Деньги у нас есть.

– Что, деньги? Меняю на твои большие юрты. Тебе они, стало быть, будут ни к чему, а нам зараз и сгодятся.

– Не равен же обмен. Мало просишь.

– Нормальный обмен. По рукам?

– Если обмен нормальный, по рукам.

– Ну, тогда, пошли смотреть лес. – Клар решительно направился к выходу из палатки.

– Далеко лес-то?

Клар уже стоял в проеме выхода, поэтому, резко разворачиваясь, едва не упал.

– Не понял.

Они непонимающе посмотрели друг на друга, потом сообразили, что к чему, и непринужденно рассмеялись.

Клар с широко раскрытыми глазами ходил по Лабиринту и не узнавал его.

– Это точно те самые деревья?

– Конечно, нет. – Пошутил Са Тал. – После вашего ухода мы всю ночь пересаживали их.

Клар сначала посмотрел на Са Тала, как на сумасшедшего, потом понял шутку и облегченно вздохнул.

– Знаешь, как наши люди назвали эти растения?

– Как? – Заинтересовался Са Тал.

– Саталово дерево. А кто, и просто сатал. Приедешь к нам, – удивишься: у каждого дома растут одно – два деревца, конечно, не такие красавцы. Неужели, они, и в самом деле, такие особенные?

– Скажу по правде, для меня тут тоже не все ясно. Точнее, ничего не ясно. А, вот, Арель, кажется, знает о нем, наверное, все.

– Не преувеличивай, Са Тал. – Арель, подобно бабочке, выпорхнула из-за дерева. – Здравствуй, Клар.

– Здравствуй, красавица. – Гость приветствовал ее, низко раскланявшись.

– Клар обещает поставить нам дом. – Не замедлил сообщить ей Са Тал благую весть.

– Ой! Спасибо тебе, Клар. Ты столько для нас делаешь. – Обрадовалась Арель.

– Мы все друг для друга много значим и много делаем. – При этих словах, Клар слегка стушевался, и заторопился с отъездом.

***

Са Тал слыхивал, что и в его времени в сельских поселениях дома часто строятся всем обществом. Но здесь он увидел это наяву. Если при создании Лабиринта общая работа, как-то, ускользнула от его взгляда, то здесь это стало настоящим откровением. Са Тала все время не отпускало ощущение, что строительство ведет профессиональная бригада. Когда Са Тал сунулся со своей помощью, его мягко, но настойчиво отстранили. Поэтому ему осталось лишь учиться, да готовить пир. Тушканов подстрелили накануне, за рыбой Урт ушел еще до рассвета, а вино снова привез Клар.

Са Тал, конечно же, сомневался, что дом будет готов в течение суток, но его возвели в течение светового дня. И не просто поставили сруб, – дом был практически готов к заселению. Не было лишь печки и некоторых мелочей. Но до зимы еще столько времени, что уже такая проблема, как печка, казалась сущим пустяком.

Конечно, для людей, когда-то живших во дворце, деревянный рубленый дом – не, бог весть, какая диковина, но после юрты и палаток – это уже дворец. Уже одно то, что не стало надоевшего запаха шкур, обещало весьма радужное будущее. Девушек нисколько не волновала и проблема с окнами и освещением.

Никто и не предполагал, что неудобства начнутся уже на следующий день. А пока был пир. Са Тал знал, что трудности с добычей мяса у людей Клара наблюдаются до сих пор, и потому тушканы жарились сразу на нескольких кострах. А еще была рыба, что для людей Клара – вообще, казалось, несбыточная мечта. Все – детям. Они и сейчас были готовы припрятать для них самые лакомые кусочки. Но Са Тал сказал Клару, что и для тех, кто остался в селении, припасены и мясо, и рыба. После какого-то знака Клара его люди «отвели душу».

А после пира была экскурсия по Лабиринту. Конечно, никто не мог поверить, что деревья смогли так вырасти за короткое время. А Клар внезапно помрачнел, стал задумчив и немногословен. Са Тал долго терпел, а потом не выдержал и спросил:

– Что-то случилось?

Ответ Клара был настолько неожиданным, что Са Тал на некоторое время лишился речи.

– Са Тал, мне показалось, что у вас с Арель нет ничего общего. А мне она нравится. Отдай ее мне в жены.

Оторопь Са Тала прошла не скоро.

– Слушай, Клар, дело даже не в том, что ты ошибаешься. Мы, – (как бы тебе толковее сказать?), – из другого мира. У нас принято спрашивать у женщин согласия на такой шаг. Если кто-то из девушек изъявит желание стать твоей женой, я буду рад за ее решение. А по поводу Арель ты ошибся. У нас скоро будет ребенок.

– Извини, Са Тал. – Клар, переменившись в лице, направился к броду.

– Подожди, Клар. – Са Тал бросился вдогонку. – Я не хочу, чтобы мы расстались врагами. Приезжай чаще, познакомься с другими девушками. Думаю, ты сможешь встретить ответное чувство.

– Ты не прав, Са Тал. Мы никогда не станем врагами. А твой совет я с удовольствием приму. У нас не принято поздравлять заранее, но ты прими мое поздравление. – Клар был растерян, но не враждебен.

– У нас тоже как бы не принято. – Улыбнулся Са Тал.

2

Неприятности начались на следующее утро. Еще ночью небо затянуло тучами, а ранним утром пошел нудный бесконечный дождь. И сразу резко похолодало. Вот, и дало о себе знать отсутствие печей. Девушки были не веселы, и только по великой надобности вылезали из своих спальных мешков, но ни одна не согласилась перейти в юрту, из которой струился дымок.

Прошел один день, за ним второй, один в один похожий на первый. На третий день дождь прекратился, но теплее не стало. Мясо закончилось, рыба подошла к концу, не стало и дров. Са Тал зашел в юрту к Урту, но его там не оказалось. Тревожно кольнуло сердце, и Са Тал выбежал из юрты. В пределах видимости Урта не было, не было и Уртова скакуна.

Са Тал позвал Арель и сообщил о пропаже. Но Арель сразу же отвергла вероятность новой магической атаки.

– Может, уехал к отцу? – Предположила она.

– Не предупредив?

– Он – степняк. – Всего одним словом Арель ответила и на этот и возможные иные вопросы. Ответить-то, ответила, но сама тоже перестала находить себе место.

Урт вернулся к концу дня, усталый, но радостный.

– К отцу ездил? – Спрашивая, Са Тал, как мог, загасил огонек тревоги. А уж об укоре и речи и быть не могло.

– Печку смотрел.

– Ну и как, нашел? – Спросил Са Тал, но сияющее лицо мальчика было самым красноречивым ответом.

– А чего их искать? Обе – на месте. Там, у леса. Дом давно сгорел, а печки остались. Одна – железная. Ее сегодня успеем привезти. Вторая – из камня, ее разбирать надо.

И Са Тал, про себя, удивился обстоятельности мышления мальчика. Теперь-то он вспомнил останки сгоревшего дома. Вот, что значит – степняк. Са Талу и на ум не пришло, искать печку таким вот образом.

А Урт, заметил, что в сени выглядывают любопытные носы, деловито спросил:

– Так, как? Поедем? А, то, некоторые померзнуть могут.

– Ну, что ж, поехали. Заодно, возможно, и тушкана добудем.

– А я трех привез.

– Вот, так молодец! – Восхитился Са Тал. – Везде успел.

– А чего успевать-то. Сами под стрелу лезут.

***

А с печкой пришлось повозиться. Она оказалась тяжеленной, из толстого чугуна, а от ручек, за которые ее перевозили в походах, остались одни воспоминания. И, все же, ее удалось привязать к носилкам, а скакуны покорно опустились на колени и позволили закрепить носилки к седлам. Конечно, им потом пришлось терпеливо дожидаться, пока отыщутся дымоходы, и на других скакунов погрузят обнаруженный в ящиках уголь.

И, все же, печка вечером заняла свое место. А это уже – и тепло, и свет. Девушки кинулись обнимать и целовать Урта. Он слегка отбивался от навязчивого внимания, но, видел Са Тал, был горд и доволен.

А, когда Йала и Сью испекли на печке блины, былого уныния словно бы и не бывало. Более того, обрадованные девушки устроили пляс под собственные песни.

Са Тал незаметно ушел на свою половину. Его уже волновало, как доставить сюда и вторую печь, но еще больше волновало, как ее сложить. И, конечно, о чем он прежде и не задумывался, заготовка дров, корма для скакунов на зиму. Кто знает, какие здесь зимы? Наверное, дала о себе знать и усталость, – он, незаметно для себя, задремал. Проснулся он от осторожного прикосновения.

– Арель?

– Она сегодня не придет. – Горячо зашептала Ола. – Сегодня тебя буду согревать я. – Она неуверенно, или, скорее, неестественно, рассмеялась.

Са Тал содрогнулся, что не ускользнуло от внимания Олы. Она испуганно отдернула руку, начавшую поглаживать Са Тала, и вся инстинктивно сжалась. И он, опасаясь нового взрыва, не позволил себе ее прогнать.

Когда он утром проснулся, Олы рядом с ним не было. Начиналось еще одно мучительное в его нынешней жизни утро. Девушки бросали лукавые взгляды и томно вздыхали, но его больше всего встревожило отчуждение Арель.

Он улучил момент, когда они остались наедине, взял ее за руку:

– Арель, ты сама этого хотела. Хочешь, я откажусь?

Арель не дала ему договорить:

– Не хочу. Придется нам это вытерпеть. Придется. А так? Не забывай, что я такая же женщина и собственница. – Она слабо улыбнулась, но на глазах блестели слезы.

Увы, ее слова не принесли желанного успокоения. И потому после завтрака он окунулся в работу по перевозке второй печки. И снова он ощутил свою неготовность к такой жизни. А заботы начали скатываться словно снежный ком с высокой горы. Как бы то ни было, нужен возок. Он был нужен уже в самом начале, но он, как ни прискорбно, об этом даже не подумал. Урт, и то, оказался намного практичнее и внимательнее. Когда после второго рейса, Са Тал посетовал на то, что не хватает возка, Урт удивился:

– Я думал, ты его видел.

– Кого?

– Возок. За сараем стоит.

– А ты чего о нем не сказал? – По инерции спросил Са Тал, и устыдился своего вопроса прежде, чем ответил Урт:

– Я думал, ты видел, но тебе он не нужен.

И Са Тал снова поразился сноровке Урта. Давно ли они не могли переброситься парой понятных друг другу слов, теперь же его речь мало отличалась от их речи.

Возок требовал небольшого ремонта, но и сейчас был пригоден к работе. Груженый, он подозрительно поскрипывал, но позволил доставить значительное количество самодельных камней. Урт едва не валился с ног, и, заметив это, на замену вызвались Ола и Сью. Урт заупрямился, но они нашли свой аргумент.

– Урт, мы уже соскучились по рыбе. – В один голос жалобно и убедительно пристали они к юноше. – Кто лучше тебя умеет это? Наловишь?

Урт согласился, и они отправились втроем. Сью оказалась не только хохотушкой, но и весьма общительной. Она управляла возком, Са Тал и Ола ехали рядом верхом на других скакунах. Оказалось, что Сью все детство провела в деревне, и знает о сельской жизни столько любопытного, что Са Тал слушал ее, раскрыв рот. Олу это мало интересовало, поэтому она больше скучала, нежели слушала. Са Тал первое время боялся, что она начнет приставать со своими претензиями, но пока этого не произошло. Разумеется, несколько раз она пыталась привлечь к себе внимание. Но Сью разговорилась, и Ола оставила свои попытки.

– Я всегда мечтала ездить на возке. – Трогательно вздохнув, призналась Сью.

– Тоже мне, предел мечтаний. – Вскинула нос Ола.

– Не предел, конечно. – Спокойно парировала Сью. – Тебе, городской, наверно, этого не понять. – Ола пыталась чем-то возразить, но Сью с непривычной для нее серьезностью продолжила. – Удачно выйти замуж – это ведь тоже не предел?

Удивительно, но Ола промолчала.

– А я часто мечтаю снова зажить деревенской жизнью, где хоть и трудно, но легко и празднично.

Ола усмехнулась, но снова промолчала.

– Детишек хочу. Много детишек. Я в семье была единственным ребенком, и всегда завидовала подругам, у которых были братья и сестры. Родители погибли, и теперь я осталась совсем одна.

– Теперь мы все стали совсем одни. И муж на всех один. – Ола отвернулась, но Са Тал услышал в ее голосе отголоски обиды. Что-то все-таки произошло ночью?

***

Обе девушки работали сноровисто, – и возок был заполнен очень быстро.

– А кто здесь жил? – Спросила Сью, оглядывая окрестности дома.