Ворон. Путь героини
- -
- 100%
- +
На этот раз право выбора места было за Ильей, и мне кажется, он намеренно предложил ночной клуб. Возможно, он хотел сыграть на контрасте или посмотреть на мою реакцию. Встреча с миром мажоров была назначена на субботний вечер. Не могу сказать, что у меня бедный гардероб, но я совершенно не представляла, что нынче носят при посещении такого рода заведений. Поэтому я надела то, в чем чувствовала себя комфортно, – черный деловой костюм и черные туфли на высоком каблуке. Пиджак на голом теле кокетливо обнажал кромку черного кружевного лифа. Левую руку украшал кожаный браслет с филином. А венчала сей прикид сумка-бомбочка, которая в зависимости от цели превращалась в маленький женский рюкзак или ридикюль. На голове (благо, длина волос позволяла эксперименты) я лихо закрутила хаер в стиле Милен Фармер. Рыжая копна волос была дополнена вызывающей красной помадой и красным лаком для ногтей. Все это было сдобрено облаком терпких имбирных духов.
Когда я предстала перед Ильей в образе, он, кажется, обалдел. Гамма эмоций промчалась по лицу – восхищение, шок, смех, испуг – и трансформировалась в реплику:
– Ого. Даже не знаю, как тебя представить моим друзьям. Наверное, лучше всего подойдет Паулина – повелительница тьмы. Или нет. Наверное, так бы выглядела булгаковская Маргарита.
– Ты еще скажи, что мне не хватает метлы. На Воланда ты не тянешь, для Мастера – слишком борзый. Надеюсь, в ночном клубе не будут отрезать головы и пить кровь из черепов?
– Кто знает, кто знает. Разве что ты сама обнаружишь в себе демоническое начало и выберешь сакральную жертву. А так – просто вечеринка.
От Ильи вкусно пахло ментоловыми конфетами, и я заметила, как он украдкой покосился на разрез на пиджаке.
«Все мужчины одинаковы, – подумала я и тут же осеклась. – Да, но я ведь тоже сделала это намеренно. Все женщины одинаковы. Куда катится мир…»
Если честно, я терпеть не могу ночные клубы. Причем со студенческих лет. Этот шум, громыхание музыки, мутные персонажи, уверенные в том, что раз ты сюда пришла, то однозначно с целью поиска приключений на пятую точку. Кроме головной боли, постоянного напряжения и желания свалить я никогда ничего не испытывала. Переступив порог ночного клуба образца XXI века, я поняла, что с моих студенческих лет особо ничего не изменилось. Ну разве что было слишком много гламура, силикона, жеманства, показухи и, судя по всему, запретных финтов, позволяющих представителям золотой молодежи улететь в параллельную реальность, чтобы отдохнуть от однообразной переполненной благами жизни.
Илью встретили с радостью, и казалось, нет ни одного человека, который не знает его лично.
«Прям герой дня», – подумала я.
Мужчины с интересом и без стеснения оценивали спутницу Ильи, то есть меня. И, судя по взглядам, остались довольны, но пребывали в замешательстве относительно моего статуса и наших отношений.
А силиконовые бейбы смотрели придирчиво, боясь явно выказывать презрение. Видимо, опасались переступить грань дозволенного, ведь я могла оказаться дочкой или женой статусной особы.
От сигаретного дыма и бьющей по мозгам музыки разболелась голова. Но деваться было некуда, мы только пришли.
Илья пригласил меня за столик. С наших мест открывался вид на цену, где извивался диджей. Также в поле моего зрения попали стриптизерши. Возможно, я так очумела от нездорового воздуха, что у меня затуманился индикатор объективности, но мне казалось, что все сидящие за соседними столиками так или иначе бросают в нашу сторону взгляды и сегодня мы – топ-пара вечера.
Илья вел себя абсолютно спокойно, без позерства. И это не давало мне покоя на фоне происходящего.
– Ну, что будем заказывать? Выбери, что хочешь.
– Выбор прост: тирамису, кофе по-восточному и коньяк.
– Коньяк? – Илья даже развернулся в мою сторону.
– А что такого? Девочки не пьют коньяк? Или он тут недостаточно звездочный?
– Нет, тут все по высшему разряду, – улыбнулся Илья. – Это так, для храбрости? Я понял.
– Это для стойкости духа. Иногда я жалею, что не пью. Некоторые вещи на трезвую воспринимать тяжело.
Официант принес заказ, и с ним принесло нежелательных (по крайней мере для меня) гостей – высокого светловолосого парня в кожаной куртке и двух девиц, словно сшитых из винила, которые изо всех сил вешались на него, желая доказать свою заинтересованность.
Они обменялись с Ильей рукопожатием, и парень переключился на меня.
– Илья, представь меня прекрасной незнакомке. Вот так дружишь, ничего не скрываешь, а потом узнаешь, что у твоего кореша есть тайны.
Илья усмехнулся. Мне показалось, ему не очень понравилась манера беседы.
– Незнакомка может представиться сама. Если захочет.
Илья бросил на меня взгляд, приглашая продолжить разговор.
– Прекрасная незнакомка Паулина, – представилась я.
– Сергей. Друг Ильи. А в обычной жизни банкир. А вы чем занимаетесь?
В это время неизвестно откуда появилась еще одна девица и взгромоздилась на руки Илье:
– Где ты так долго пропадал? Мы все скучали. А ты бука. Никаких новостей.
Я опрокинула в себя рюмку коньяка и почувствовала что-то похожее на релакс. Скованность прошла, потянуло на поступки. С учетом того, что пью я крайне редко, а сейчас к тому же голодна, такая доза спиртного оказалась убойной.
– Я, можно сказать, учитель и наставник для Ильи. Он хочет попробовать себя на писательском поприще и рассказать о том, что богатые тоже плачут.
– Надо же… – с неподдельным интересом протянул Сергей и придвинул стул ближе к столу. – И где вы познакомились? Я так понимаю, что вы писатель и преподаете писательское мастерство. А Илья, насколько я его знаю (если я не заблуждаюсь, конечно, что знаю его), не посещает мест, где обитают писатели.
– Ну что вы. Он на самом деле чистая добрая душа. Как-то он был с визитом в нашей колонии.
На этих словах Илья, пивший воду и пытавшийся избавиться от назойливой девицы, поперхнулся.
– Привозил продукты и канцелярию… Ну и так, по мелочи… В рамках благотворительной программы. Там мы и познакомились. Он ускорил мое освобождение, а я в качестве благодарности за свое спасение теперь помогаю ему.
Пока Сергей переваривал услышанное, поочередно глядя то на меня, то на Илью, я попросила у проходящего мимо официанта еще коньяка.
– Простите за нескромный вопрос: а что вы делали в колонии?
В этот момент официант принес вторую рюмку коньяка, и я так же залпом опрокинула ее в себя.
– Сидела за убийство. Писала биографию известного бизнесмена и так прониклась историей его восхождения к вершинам, что решила, ему лучше упокоиться. Элементы профессиональной деформации, знаете ли…
Девицы, висевшие на Сергее, под предлогом, что им надо отлучиться, испарились. А я попросила у официанта третью рюмку коньяка. Но Илья резким движением запретил приносить заказ. А затем, наклонившись к моему уху, прошептал: «Может, хватит? Не переигрывай».
Сергей внимательно посмотрел на нас обоих и изрек:
– Да, вижу, Илья, у твоей спутницы прекрасное чувство юмора. И острый ум. Рад, что и в наших кругах можно встретить людей своего уровня.
«Какого такого уровня? – подумала я. – У вас другие уровни, а у нас – другая шкала измерения».
Очередная девица с визгом повисла на Илье, и у меня сложилось впечатление, что его знает и обожает весь женский состав ночного клуба. Но просто так вешаться никто не будет. Значит, или он бабник, или… Ну не сможет женщина так запросто общаться с мужчиной, если он сам того не пожелает.
На этом моему терпению пришел конец. Чтобы немного привести себя в порядок, я решила кинуть что-то в желудок, который от голода моментально впитал весь выпитый коньяк, спровоцировав дикое головокружение. Пришлось заставить себя съесть тирамису и выпить кофе.
Лицезреть Илью с девицей я не желала. И непонятно, чего тут было больше – отвращения или ревности. Сергей смотрел на меня с готовностью что-то предпринять. Я решила сбежать из-за столика.
– Сергей, а давайте потанцуем. А то я так много сижу на работе, что не мешало бы размяться. Да и мы вроде пришли отдыхать.
– С удовольствием.
Сергей галантно подал мне руку, осторожно провел сквозь толпу к сцене. Как раз заиграла медленная песня. Мой партнер, не дав мне опомниться, закружил в танце, и я на несколько минут отдалась ощущению легкости и счастья. Жаль, что мы пренебрегаем простыми вещами. Танцевать так же прекрасно, как ездить на большой скорости под музыку ATB.
Диджей решил сделать перерыв, и я словно вернулась к реальности. Несмотря на то, что танец закончился, Сергей продолжал держать меня в объятиях. В это время появился Илья, выдернул меня из рук своего друга и потащил к выходу. Я пыталась остановиться, но недаром Илья имел накачанный торс и сильные руки. Он, не оглядываясь, стремительно тянул меня к выходу, а я болталась сзади, словно маленькая декоративная болонка на поводке.
Дотащив меня до машины и с силой усадив на сиденье, Илья захлопнул за мной дверцу, а затем сел сам. Поставил на блок двери, чтобы я не могла выйти, повернулся ко мне и серьезным тоном сказал:
– Если тебе не понравился ночной клуб, ты могла бы просто сказать и мы бы ушли. Может быть, они не те, кого ты хотела видеть, но они тоже люди и заслуживают уважения. Общество всегда делится на касты. И в любых слоях есть отморозки и достойные личности. А ты вела себя как ревнивый тинейджер.
– Как кто?.. Тинейджер… Ревнивый?! Что за чушь?
– Ты уже пришла с предвзятым отношением и сложившейся картинкой. Ну да ладно. Но потом все эти бабы… Они всегда вешаются… Они так метят территорию и пытаются обратить на себя внимание. В отличие от «вашего мира», они не ждут принцев – они создают антураж и идут на живца. А тут любой способ хорош, чтобы пристроиться, пока ты в цене и хорошей форме. Неужели ты думаешь, что я бы пригласил тебя в ночной клуб, чтобы таким дешевым способом показать, каким бешеным спросом пользуюсь? До такого не додумался бы даже имбецил.
– Да с чего ты взял, что мне есть дело до твоих телок? И что меня это как-то задевает? И… и что мне важно… Вообще что-то важно…
– Да признайся, что ты просто ревнуешь! – прокричал Илья. – Это очевидно! Это факт!
– Я – тебя?! Ревную? С какого перепуга? И вообще, выпусти меня. Открой двери!
– Ну уж нет, – с показным спокойствием сказал Илья. – Я мужчина ответственный. Я привез – я отвезу. А дальше не мои проблемы.
Мы тронулись с места и в гробовой тишине доехали до моего дома. Машина остановилась, а мы продолжали сидеть. Я сделала попытку открыть дверь, но она по-прежнему была заблокирована.
– Выпусти меня!
– Я сейчас тебя выпущу, пройдет несколько дней, и ты будешь мучительно думать: «Ах, зачем я это сделала? Ах, как теперь навести мосты?». И придется наступать на хвост собственной гордости и назначать примирительные свидания.
– Да я лучше ноги себе поломаю, чем приду на какие-то примирительные свидания.
– Значит, ты не отрицаешь, что ревнуешь, что будешь сожалеть, признаешь и готова поломать себе ноги ради мнимой никому не нужной правоты?
– Да иди ты знаешь куда! Выпусти меня немедленно!
Я была вне себя от бешенства и невозможности взять ситуацию под контроль.
Илья пристально на меня посмотрел, а потом я почувствовала прикосновение его губ к своим. Впору было растаять и, положив руки на плечи, начать увлекательное путешествие в мир чувственных удовольствий, но поцелуй был нежным, стремительным и коротким. Отодвинувшись от меня, Илья так же стремительно снял с блока двери и сказал:
– А теперь лети на все четыре стороны.
Я с силой хлопнула дверями и забежала в подъезд, пообещав себе, что больше никогда, ни под каким предлогом не встречусь и не перекинусь даже словом с этим человеком.
ГЛАВА 4. КЕЙС
Никогда не говори «никогда». Если это судьба – два человека обязательно встретятся. Даже если будут делать все для того, чтобы этого не произошло.
После похода в ночной клуб с Ильей я долго не могла прийти в себя. Я поочередно злилась то на него, то на себя. На себя – за дурацкое поведение в клубе, за то, что связалась с человеком, которому я не ровня. За то, что он меня моложе и эти отношения обречены на провал. Потом я злилась на то, что муссирую в голове весь этот бред и все это лишь жалкие оправдания и боязнь потерпеть фиаско.
На Илью я злилась за его несоответствие образу мажора и что нельзя просто так презреть его и забыть. За то, что слова о предвзятом отношении к людям его класса – правда. За то, что я ревную, и за то, что он явно дал понять, что пригласил меня как понравившуюся женщину, а не как объект для времяпровождения, а я играла в какую-то свою игру, упустив главное.
Но в одном он был точно не прав: ни звонить, ни искать его я не собиралась. Отношения еще не дошли до стадии «общаться равно жить, любить, дышать». Было и было. Номер из телефона я стирать не стала из принципа, хотя очень хотелось. Но самое обидное было то, что и Илья не делал никаких попыток навести мосты.
Что поделать. У каждого жанра свои законы. Мажор, наверное, утешился в объятиях красивой длинноногой бейбы, а у меня своя жизнь. Не вешаться же, в самом деле.
Дел было невпроворот, на носу важный экзамен, практика, плюс масса курсов. Я загрузила себя по полной. Так, чтобы даже думать о чем-то не оставалось сил.
Было начало трудовой недели, я как раз собиралась структурировать свои задачи, и тут ворвался начальник, вручил мне папку с кейсом, бросив на ходу: «Очень важный клиент. На изучение – два часа времени. В обед встреча у клиента в офисе. Берешь на помощь руководителя финансового отдела и вперед. И попробуйте мне только завалить сделку. Уволю к чертовой матери, несмотря на все заслуги».
Надо отдать должное: наш босс Дмитрий Алексеевич Парфенов был строг, но справедлив. Мы многому у него научились и многим были обязаны. Поэтому искренне боялись его подвести.
– Дмитрий Алек… сеееич… – только и успела крикнуть я вдогонку.
– Ну что тебе еще непонятно? – сквозь уже закрытые было двери протиснулась голова босса.
– А что за клиент-то такой важный? Мы ему нужны или он нам?
– Он должен удостовериться в том, что мы ему так нужны, как он сам себе не нужен. Понимаешь? Если мы оформим сделку и возьмем его компанию на юридический аутсорсинг, то будем в шоколаде на несколько лет вперед. Это очень статусный клиент. И выбрал он нас по рекомендации одного из (тут шеф многозначительно потыкал указательным пальцем в потолок, видимо, желая пробить в нем дыру масштабом с сам кейс) шишек… Они ждут от нас нестандартных решений. В общем, не забивай мне голову. Читай давай… И без этих твоих штучек… с нелюбовью к мажорам.
На слове «мажор» мой задор погас, словно в разгоравшийся костер вылили ведро воды. Да, мажоров я не любила, и у меня почти всегда это было написано на лице. Но профессионализм и работа не позволяли проявлять эмоции, и я хорошо маскировала свое отношение, повторяя, словно мантру, что «мажоры тоже хорошие бывают». А тут еще разом всплыли все связанные с Ильей воспоминания.
Превозмогая себя, я открыла папку с кейсом и вникла в суть задания и цифры. Еще бы наш босс не захотел получить такую рыбку в свои сети. Мы хоть и были международной юридической компанией, причем топовой, но обычно такие клиенты обслуживались за границей. До фамилий я дойти не успела, так как на цифры прибежала моя коллега по финансовой части, вырвала папку и, несколько раз многозначительно угукнув, потребовала составить примерный план действий.
План действий из офиса перенесся в машину, в которой мы с коллегой, рискуя опоздать на встречу из-за пробок, мчались, нарушая все мыслимые и немыслимые правила. Я водить не умела, и каждый раз при поездке с коллегой сначала вспоминала все молитвы, потом посылала проклятия, а затем, смирившись, просто закрывала лицо руками и ждала развязки. А потом в тысячный раз давала обещание сдать на права. Но как только опасность исчезала, о курсах вождения я забывала.
Когда мы добрались до места назначения, опоздание на встречу уже измерялось десятью минутами, что, принимая во внимание статус клиента, было верхом непрофессионализма. Дорогу нам преградил охранник, который задержал нас еще минут на пять или больше, сверяя данные и выясняя, куда мы идем, после чего сообщил, что офис находится на третьем этаже. Коллега подорвалась, как конь, уколотый саблей в круп, и помчалась по лестнице, напрочь забыв о лифте. Мне пришлось бежать за ней вслед. В итоге две представительницы крупной юридической компании вместо того, чтобы приехать пораньше, вальяжно войти в офис, продемонстрировав профессионализм и пунктуальность, стояли у кабинета, словно две загнанные лошади, пытаясь привести себя в надлежащий вид и угомонить непослушное дыхание.
Коллега, которую, к слову сказать, звали Катерина, решительно дернула на себя дверь, и мы оказались в огромном просторном кабинете с прямоугольным столом из дорогого дерева. За ним сидели двое мужчин – один во главе, второй по правую руку. Тот, что во главе, явно был боссом, справа от него – помощник.
– Точность – вежливость королей. Надеюсь, наше сотрудничество будет не таким «успешным», как первая встреча.
От прозвучавшего голоса я мгновенно пришла в сознание, дыхание выровнялось, а рука самопроизвольно потянулась за стулом: присесть надо было не столько для того, чтобы вступить в переговоры, сколько для того, чтобы не подвели ноги. Человек, сидевший во главе стола, оказался не кем иным, как Ильей. Мне хотелось, чтобы это был мираж, бред воспаленного воображения. Но картинка перед глазами говорила об обратном. Я перевела дыхание, и только тут до меня дошло, что это и есть компания отца Ильи, о которой он несколько раз упоминал. Более того, у меня была его визитка. Изучая документы, я даже не обратила на это внимания. Мы не виделись и не общались всего три недели, а казалось, что расстались только вчера.
Я посмотрела, как мы с Катей расположились за столом, – а расположились мы как раз напротив Ильи, – и подумала с иронией, что даже форма и протяженность этого оппозиционно настроенного стола подчеркивает разницу наших статусов. Да что там статусов – миров. Прежде чем Илья продолжил разговор, Катя успела впихнуть мне в ухо информацию о том, что этот молодой босс – сын того самого олигарха, у которого 16 лет назад убили беременную вторым ребенком жену. Что отец до сих пор не женат, славится жестким нравом, не терпит возражений и находится с сыном в перманентном конфликте. Но так как Илья единственный наследник, то им удается сохранить шаткое перемирие на им одним известных условиях. И все это было об Илье. «Неплохо, неплохо. А с виду такой гламурный мальчик…»
– Партнеры, простите, если прерву вашу милую беседу, но с учетом вашего опоздания у нас осталось всего 40 минут времени, и вам еще необходимо изложить анализ кейса и предложить пути его решения. Изо всех сил внемлю.
Илья, как и при первой встрече в кафе, положил подбородок на сложенные домиком руки и начал сверлить меня взглядом синих глаз. В его облике не было ни высокомерия, ни насмешки. Но поддержки и намека на знакомство тоже не было. Деловые люди всегда остаются деловыми людьми.
Забыв о том, кто передо мной, и сосредоточившись на поставленной задаче, я изложила свое видение ситуации. Меня дополнила коллега. А после мы предложили возможные пути решения.
В конце презентации мы передали Илье и его помощнику, которого он почему-то не представил, папку с изложенной устно информацией.
Илья внимательно полистал бумаги.
– Ну что ж, дерзко.
Я еле сдержалась, чтобы не поддеть его и не попросить перевести, что это замечание означает. Но положение обязывало молчать.
– Хорошо, – Илья встал, давая понять, что встреча окончена. – Мне надо подумать. О своем решении я сообщу вашему руководству. Спасибо за уделенное время.
Затем молодой босс с помощником направились к выходу, и Илья лично подошел к каждой из нас, чтобы пожать руку. Только ни его помощник, ни моя коллега не увидели, что мне предназначалось жесткое рукопожатие с пристальным до боли в глазах взглядом. Всю обратную дорогу до офиса я автоматически пыталась растереть руку, встречая недоуменные взгляды коллеги.
После встречи я думала не о сделке, а об Илье. И меня заполнило чувство страха. Страха, что он может отказаться от работы с нашей компанией, и тогда мы точно никогда не увидимся. Страха, что теперь мы поменялись местами: не я доминирую в роли умудренной жизнью творческой дивы над мальчиком-мажором, а статусный персонаж нанимает на работу юриста одной из ведущих компаний. И рукопожатие было чересчур «дружественным». Катя говорила, что он хорошо разбирается в людях. Так может, он и меня записал в какую-то группу, с которой надо разобраться в свое время?..
В конце рабочего дня сияющий босс Дмитрий Алексеевич Парфенов сообщил, что компания приняла наше предложение и представлять интересы нашей стороны буду… я. А посему клиент ждет меня лично в своем офисе для обсуждения деталей и подробностей в четверг текущей недели в девять утра.
Уже был конец понедельника, и у меня оставалось два дня до казни. По крайней мере, именно так я представляла себе грядущую деловую встречу с Ильей. Но я не ожидала, что мои опасения были лишь преддверием ада.
ГЛАВА 5. ПАПА
В ночь на четверг мне снились кошмары. Я просыпалась каждый час и обдумывала способ избежать назначенной с Ильей встречи. Сначала я придумала, что заболею. Но чем?.. Справку никто здоровому человеку не даст. Да и работа… Потом я решила сослаться на сложные семейные обстоятельства и заменить себя кем-то другим. Но это было бы еще большим абсурдом, чем заболеть, поскольку я была и. о. начальника юридического отдела корпоративного и международного права и заменить меня было некем. Вдобавок клиент выбрал меня как ключевое лицо для работы.
Оставив всякую надежду уснуть, я включила ноутбук и запустила один из любимых фильмов – «Леон-киллер». Как раз на той самой сцене, когда главный герой передает последний привет и взрывает все к чертовой матери. Сюжет взбодрил и успокоил, и я решила еще раз просмотреть кейс, где тут же нашла несколько недоработок и новых идей.
За работой время бежит незаметно. Сделав напоследок безукоризненный макияж и запихнув в себя силой несколько ложек овсянки, я, держа в уме картинку из фильма, дерзкой походкой отправилась на встречу. Приехала раньше, но заходить не спешила и двери открыла ровно без пяти девять.
Илья и на этот раз был не один, но теперь сидел на месте помощника. А вот место босса занимал импозантный мужчина лет 50‒54 со светлыми волосами и такими же красивыми синими глазами, как у Ильи. Одет он был безупречно: черный деловой костюм и белоснежная рубашка, от которой слепило глаза. На правой руке красовались дорогие часы. И никаких украшений, которые в последнее время так часто любят носить статусные мужчины.
«Роскошь минимализма. Если часы стоят целое состояние, зачем другие побрякушки?» – подытожила я про себя.
– Доброе утро, – произнесла я. Официоз – значит, официоз.
– Доброе?..
Мужчина за столом то ли забыл продолжить фразу, то ли хотел что-то подчеркнуть. Я решила, что раз мужчину я не знаю, то с Ильей манеры поведения менять не стоит.
– Как вам будет угодно.
Я уже мысленно похвалила себя за стойкость и мудрость, и вдруг ни с того ни с сего выпалила:
– Пусть будет злое.
Мужчина изменился в лице и уставился на меня немигающим взглядом. Затем откинулся на спинку кресла, смерил уничижительным взглядом и попросил рассказать о себе.
– Простите. Но вас мне не представляли, и всю необходимую информацию наша компания дала на стадии переговоров. Я нанята на работу и пришла выполнять свои профессиональные обязанности, а не рассказывать о себе.
– Значит, мало того, что какая-то шалава морочит голову моему сыну, он ко всему прочему за мои деньги без моего разрешения нанимает ее в мою компанию решать задачи, которые он со мной не согласовал. Прекрасно.
Мужчина повернулся к Илье и жестом пригласил прокомментировать происходящее.
В голове четко обозначились две мысли: мужчина за столом – отец Ильи, а шалава, по всей видимости, – я. Потому что больше никого в комнате не было.
И тут меня понесло… Я плохого не хотела, видит Бог. Со спокойным вызовом и дерзким тоном я обратилась прямо к отцу Ильи и выдала сходу всю обойму вопросов и умозаключений. И о том, что я на работу не нанимаюсь и резюме вторично транслировать вслух не собираюсь. И о том, что Илья, вроде, не в люльке лежит и способен сам решать вопросы, относящиеся к сфере его личной жизни. А потом коротко и по делу сообщила, что ламборгини у меня нет. Есть только боргини перед родными и отчизной. Прав тоже нет. Только конституционные. И то, они постоянно нарушаются такими вот… за столом сидящими в том числе. Два высших образования. MBA не имею. Языки знаю плохо, зато понимаю человеческий, который тем, что за столом, явно недоступен.