Кружева от Госпожи Феи

Глава 4

Ночью Титании приснился кошмар, в котором лорд Мертен схватил ее и перенес в магический мир, где она, как животное, была заключена в клетку. Вокруг нее толпились незнакомые люди – они визгливо смеялись, пронзая слух своими голосами. В нее тыкали острыми палками, в их взглядах плескались ненависть и жажда крови.

Рядом с ней встали принц Ириан и лорд Мертен. Один из них схватил ее за мерцающие крылья, а другой дернул за волосы, и от боли девушка вскрикнула, проснувшись в собственной кровати. Ее волосы тянул Ричард, растопырив лапу с когтями и довольно урча. Часы показывали начало восьмого утра.

В наступающем за окном рассвете Титания жадно хватала ртом воздух, радуясь, что это был всего лишь сон и она не маленькая слабая девочка, которая не может себя защитить. Она – сильная фея, и злить ее – опасно.

– Я слишком много работаю, вот и снится всякая чушь, – хрипло произнесла она, стараясь не потревожить спящего в ногах Пака.

Сэр Томас лежал в своей корзинке у батареи, а Ричард недовольно мяукнул, стоило Титании отодвинуть его от себя. Свесив ноги с кровати, фея поплелась в ванную.

«Почему бы не собрать весь материал и не уехать в бабушкин дом, в Плес? – Будучи ребенком, она проводила там каждое лето и отмечала Новый год. – Смогла бы отдохнуть и поработать. Интересно, что у меня получится из тканей. Отличная практика по оттачиванию швейно-фейских способностей. Заодно нужно найти старый прабабушкин справочник с рецептами и узнать, что необходимо для заклинания кружев». Прополоскав горло и поставив зубную щетку в стакан, девушка взглянула на свое отражение в зеркале и кивнула самой себе:

– Так и сделаю, а то засиделась в этой загазованной Москве.

Сборы заняли чуть больше часа. Чтобы перенести все вещи в машину, Титании пришлось немного побегать: не применять же магию, ведь в коридоре может объявиться какая-нибудь любопытная и глазастая соседка.

Так оно и произошло, когда рядом открылась дверь и в коридор с пакетом мусора, шаркая тапочками, вышла Надежда Казимировна.

Старушка жила здесь еще до того, как Титания купила квартиру и въехала в нее.

– Доброе утро, Тита. Куда собралась в такую рань? —Она прошла мимо девушки к мусоропроводу.

– Доброе! Да вот к бабушке в Плес, а то засиделась в Москве – пора бы и самой отдохнуть от работы. Рождество, как-никак! – весело ответила Титания, вынося корзинку-переноску с котами и радуясь, что ей не пришлось брать с собой портреты участниц: хватило нескольких фото на телефон.

– Это дело хорошее! Ну, удачи, аккуратнее там, на дороге, – пожелала старушка, кутаясь в длинную шаль, из-под которой торчала ночная рубашка.

– Спасибо, и вам не хворать! – Со спокойной душой фея закрыла квартиру и осторожно спустилась к машине.

На Ричарда и Томаса она набросила заклинание сна – эти двое плохо переносили дорогу, – а вот Пак выбрался из переноски и устроился на переднем сиденье, восседая как король.

– Ну что, старина, поехали. – Титания повернула ключ зажигания, и машина приветливо заурчала.

Порыв магии смахнул с крыши и бампера снег, стекла засверкали чистотой, а в салоне быстро потеплело. Маленький «Опель» двинулся в путь в сторону Ивановской области.

На стекле витрины свадебного салона Титания оставила объявление о временном закрытии: «Хозяйка салона в отпуске. Все заказы принимаются онлайн. По срочному пошиву обращайтесь по номеру телефона».

«Я наработала хорошую базу и могу позволить себе короткий отпуск, – подумала фея, ведя машину. – Представляю выражение лица Мертена, когда он узнает, что я уехала. Пусть снова сыграет на дудке или обзаведется мобильным телефоном». За сохранность салона она не переживала: он был под надежной магической защитой, и если Мертен вздумает навредить, то ему не поздоровится.

Пять часов в пути пролетели незаметно, будучи разбавленными остановками на заправке, горячим кофе со сладким сиропом, сытными хот-догами и выгулом Пака, который бесстрашно бегал в кустики и возвращался обратно, запрыгивая на сиденье и оставляя на обивке снежные следы.

Только при въезде в Плес колесо машины неудачно увязло в снегу, и та забуксовала на месте, издавая натужное гудение.

Недовольно хлопнув по рулю, Титания надела куртку и вышла на улицу. Без магии здесь было не обойтись, иначе куковать ей на холоде, ожидая проезжающего мимо водителя. Осмотревшись по сторонам и убедившись, что рядом никого нет, фея провела по воздуху руками, и снег под машиной растворился, оставив кусок чистого сухого асфальта.

– Так-то лучше, – шепнула она и спокойно продолжила путь.

Проезжая через город, Титания наслаждалась поистине волшебными видами сказочного места. Между белых холмов ютились бревенчатые домики, освещенные теплыми светлячками фонарей и рождественскими гирляндами. Здесь в каждом заборе, узорчатых ставнях и пестрых крышах чувствовалось нечто родное, заставляющее глаза увлажниться, а сердце – забиться чаще. Заснеженный уголок природы и уюта на берегу Волги, широкую полосу которой покрывали медленно ползущие льдины. Летом к причалам подплывали речные кораблики, чьи пестрые флаги развевались на ветру, а поток туристов растекался по старинному городу. Люди заполняли гостиницы, чтобы прикоснуться к достопримечательностям Золотого Кольца России-матушки.

Сейчас же, в зимнюю пору, Плес словно погрузился в ежегодную спячку. Люди сидели в теплых домах, вдыхая хвойный аромат праздничных елок и наслаждаясь тишиной и спокойствием.

Титания предпочитала бывать здесь осенью, в ее любимое время года.

С холма от их дома открывался невероятной красоты вид, и ни за что на свете Титания не променяла бы родные сердцу холмы Плеса на горы той же Австрии или озера Италии, которые ей рекомендовали вернувшиеся из свадебных путешествий невесты.

Фея заехала в небольшой продуктовый магазинчик и купила все необходимое на первое время. Сколько она пробудет в Плесе, Титания не знала.

Одинокий дом бабушки стоял на Петропавловском холме, неподалеку от местного кладбища и вдали от жителей, укрытый высокими соснами и пушистыми ветками елей. Отсюда к Волге вел спуск из вырубленных в земле ступеней.

После смерти прабабушки (девочке тогда исполнилось восемь лет) дом по наследству перешел к Титании, и, если бы у нее появились собственные дети, она тоже смогла бы привезти их сюда на лето. Живя со Славой, девушка задумывалась о таком будущем, но после измены жениха ее отношения с мужчинами превратились в череду коротких романов. Обжегшись один раз, фея больше не задумывалась о браке, четко решив остаться холостячкой.

К дому бабушки вела давно не чищеная дорога, но здесь Титания могла смело колдовать, помня, что на территорию участка бабушка наложила такое же защитное заклинание, какое Титания установила на стекла свадебного салона.

Окно машины поползло вниз и, высунув руку, фея взмахнула ею, как если бы держала дирижерскую палочку. Ветер зашумел, превратившись в маленький смерч, пронесшийся перед машиной и расчистив путь. В воздухе запахло свежестью с легким намеком на весну, до которой было еще очень далеко.

Одна из снежинок залетела в машину, опустившись на нос Пака – кот чихнул, а Титания засмеялась:

– Будьте здоровы, ваше благородие!

С хрустом машина проехала по дорожке к приветливо распахнувшимся воротам. Испуганными светлячками золотые искорки метнулись к неработающим лампочкам фонарей, и те зажглись, осветив вход в двухэтажный дом.

Когда-то здесь не было даже элементарных удобств, но как только бабушка и мама стали хорошо зарабатывать, то прилично вложились в его обустройство.

Мама жила в Москве и не могла подолгу оставаться в Плесе, чтобы ухаживать за прабабушкой, а бабушка настолько хорошо владела бытовой магией, что ее ничуть не смущало нахождение туалета на улице и использование «летнего душа» только в теплое время года.

Но с взрослением Титании дом претерпел некоторые изменения: его как следует утеплили, провели электричество, подключили газ и – самое приятное – разобрались с канализацией. С тех пор на первом этаже находились полноценный душ и «клозет», как его любила называть бабушка, обмахиваясь веером, а в кладовке трещал пузатый котел.

Также освежили давно облезшую краску на фасаде дома, установили прочный деревянный заборчик, вдоль которого высадили живую изгородь из шиповника и жасмина.

Летом на участке все расцветало так, словно за этим местом ухаживали самые лучшие садовники. Никогда у них не было неурожая, и Роза всегда увозила полный багажник домашней консервации и мешочки засушенных целебных трав.

Прабабушка говорила маленькой Титании: «К природе нужно относиться с заботой и трепетом, помогать ей: осенью избавляться от груза созревших плодов, готовить к зимним холодам, а весной очищать от всего старого и ненужного. Лечить деревья от вредителей, удобрять землю – и она отблагодарит тебя новыми дарами. Природа – наша главная сила. Как феи, живущие не в магическом мире, мы лишены иного источника, из которого могли бы черпать магию, но здесь, в Плесе, он есть».

Разбудив котов, Титания вытащила из кармана ключи от дома и поманила за собой сложенные вещи. В отличие от ничего не боящегося Пака, Ричард и сэр Томас начали пугливо озираться по сторонам, пытаясь понять, где находятся. Куда это их хозяйка-затейница привезла?

Пока вещи перемещались на крыльцо, Титания возилась с замком. Когда она убрала заслонку с кошачьего входа, питомцы неторопливо выбрались из переноски и потрусили за бродящим под окнами Паком. Троица принюхивалась к новой местности, шевеля белесыми усами и оставляя на нетронутом снегу следы лап.

Внутри дома царила темнота, пахло сушеной мятой.

Прежде чем войти в гостиную, Титания запустила магический ветерок – тот прошелся по всем комнатам и унес с собой на улицу пыль, скопившуюся за время отсутствия бабушки.

– Апчхи! – Фея закрыла за собой дверь и включила в электрощитке рубильник, а затем и отопительный котел.

В небольшой уютной гостиной зажглась лампа, осветив белоснежную занавеску на окне и стоящий у подоконника круглый столик. Расшитая бело-розовыми выпуклыми узорами скатерть напомнила Титании о временах, когда, собираясь вместе, женщины их семейства любили здесь чаевничать, наслаждаясь видом из распахнутого настежь окна. Ветерок колыхал занавески, и сквозь крохотные дырочки в вышивке на малышку Титанию, сидящую на полу с альбомом для рисования, падали солнечные лучи.

У стены, накрытый истончившимся от многочисленных стирок покрывалом с бахромой, стоял продавленный зеленый диван. Именно здесь когда-то спала прабабушка: в то время старушке уже стало тяжело подниматься наверх, и мама с бабушкой купили у соседей диван. Титания помнила, как прабабушка тихонько вставала с него и, кряхтя, шла к плите, чтобы не потревожить своих девочек ранним подъемом и готовкой завтрака. На нем она и умерла – тихо и спокойно, во сне.

Деревянный пол едва слышно поскрипывал под мягким ворсистым ковром, пока Титания ходила, раскладывая вещи и продукты по кухоньке. Небольшой белый холодильник мирно гудел, а разноцветные огоньки над вытяжкой отбрасывали на застекленный буфет радугу.

Чуть погодя через кошачью дверцу в дом просочились питомцы и с не меньшим любопытством, чем двор, обнюхали новое место жительства, пока их хозяйка ставила на огонек плиты турку с кофе.

Через несколько минут в доме стало совсем тепло.

Подхваченный магией багаж переместился в гостиную: яркие ткани и блеск украшений придали комнате рабочую обстановку.

– Стоит приступить к наряду леди Сюзи, или как там ее полное имя… – Титания щелкнула пальцами, и дверь чулана со скрипом открылась. Из него выехал старинный манекен, которым в свое время пользовалась прабабушка. Она была швеей, но в отличие от Титании создавала русскую народную одежду и предметы текстиля: скатерти, салфетки, полотенца, платки и постельное белье. Все, что хорошо продавалось в сувенирных лавках и стопками увозилось туристами домой.

В прабабушкиной спальне осталась магическая прялка, за которой та работала, сколько девушка себя помнила. В детстве Титания постоянно крутила колесо прялки своей маленькой ладошкой, слушая мирный стрекот, и наблюдала, как старые морщинистые руки перебирают магические нити, сплетающиеся в готовые наряды. Прабабушка была истинной мастерицей.

Манекен Титания облачила в золотое парчовое платье, начатое еще в Москве.

Лиф и длинные рукава она расшила россыпью жемчуга. Ворот должен был слегка приоткрыть плечи леди, а чтобы ткань на спине не собиралась складками, Титания вплела корсажную ленту в мягкий корсет.

– Это платье подчеркнет природную красоту и формы участницы, а не сплюснет их.

Из-под подола виднелся полупрозрачный шифон медового цвета. К платью фея добавила длинную шелковую комбинацию.

– Надеюсь, они не вздумают поддеть нижнюю сорочку. – Наряд вышел невычурным и не слишком помпезным. – Именно такое, какое и должна носить истинная леди с отменным вкусом. Даже та, которая питает слабость к роскоши.

Титания настолько увлеклась работой, что едва не упустила начинающий выкипать кофе. С шипением она сняла турку с плиты и перелила в чашку, расписанную хохломой. На черном фоне красные ягоды и цветы смотрелись как настоящие. «Бабушка привезла сервиз из Нижнего Новгорода. Он и сейчас стоит в серванте рядом с вазочкой, где когда-то хранились леденцы с малиновым вкусом. Любимое лакомство прабабушки Камелии…»

Титания перенесла платье с манекена на заранее приготовленную вешалку и укрыла в шкафу под полупрозрачным магическим саваном, защищающим от пыли и запахов.

Попивая кофе и слушая звуки оживающего с ее присутствием дома, фея с облегчением вздохнула и посмотрела в окно, из которого виднелись крохотные домики в низине: в окошках горел свет, и, приглядевшись, можно было разглядеть мелькающих внутри жителей.

«Если не усну, то сделаю еще несколько платьев. Нужно поискать среди бабушкиных книг информацию о кружевах». По пути в Плес она четко решила, что не станет звонить родным с расспросами: «Меньше знают – крепче спят. Еще не хватало, чтобы начали волноваться из-за моей деятельности на благо королевства, из которого сбежала прабабушка».

– Надеюсь, это испытание поможет мне повысить уровень швейного мастерства. Сколько прекрасных нарядов я смогу сотворить для людей!

Титания бродила по дому, вдыхая ароматы мяты, кофе и дерева. Гладила шероховатые поверхности стен, касалась пальцами рамок картин с пейзажами. Не хватало только прабабушки с ее вечной усмешкой на мудром лице, бабушкиных вареников с вишней и домашним медком, маминого легкого смеха и босых ног, которыми она шевелила, сидя на высоком табурете, и маленькой Титании посреди этого цветника.

Камелия, Шанна и Роза – все цветочные имена.

Титания стала приятным исключением: именно прабабушка выбрала для нее это имя, как только впервые познакомилась со «Сном в летнюю ночь»5. С детства она говорила правнучке: «Я чувствую, что когда-нибудь ты сделаешь нечто великое. То, что многим запомнится».

Как наяву Титания увидела прошлое: старый граммофон, играющая пластинка и давно забытая мелодия. Скрип кресла-качалки и щелканье спиц в руках прабабушки Камелии, похлопывание ладоней по тесту – это Шанна раскатывает его скалкой, подготавливая для вареников. На цветастой скатерти стоит белоснежная мисочка с яркой, блестящей от солнечных лучей вишней. Мама… Роза сидит на стуле, покачивая босыми ногами, на ней легкое платье в ромашку, вьющиеся светлые волосы заколоты спицей. Она разгадывает кроссворд и беседует с Шанной и Камелией, а маленькая Титания играет с рыжим котенком на террасе. В ее руках прутик с ленточкой, и она задорно смеется, бегая вокруг стола и ловя на себе насмешливый взгляд Камелии. И как же без волшебства, когда рядом четыре феи?

Вишни сами начиняли тесто, превращаясь в аккуратные варенички, летящие прямо в булькающий кипяток кастрюльки. Моток нитей распутывался, вертясь на месте и переплетаясь в замысловатые узоры вяжущегося свитера. Яркая синяя ручка вписывает одно слово за другим, пока Роза мечтательно смотрит на синюю ленту Волги.

Пальцы прикоснулись к полке с книгами, и Титания остановила взгляд на старинном справочнике прабабушки.

«Именно по нему меня учили тому, что должна знать каждая подрастающая фея».

Вытянув увесистый том, Титания присела на ступеньках, ведущих на второй этаж, и стала медленно переворачивать пожелтевшие страницы, рассматривая яркие иллюстрации и длинные инструкции к заклинаниям.

Нужное обнаружилось в середине, и Титания принялась читать вслух:

– «Кружева чистоты». Заклинание применяется для нанесения на предмет одежды. Носящий платье или костюм с «кружевами» не почувствует никаких изменений: заклинание безболезненное. Оно раскроет так называемый «свет души», и в человеке проявятся отрицательные и положительные качества. Заклинание позволит выявить среди окружающих людей друзей и недругов. Является простым в использовании, но требует кропотливой подготовки. Хм, а вот это то, что мне нужно… – Титания задумчиво свела брови и продолжила вчитываться в пункты: – Для создания кружев понадобится: первое – волос и кровь человека, на которого вы хотите нанести заклинание. Второе – предмет одежды, который наденет непосредственно носитель (при соприкосновении с телом заклинание активируется, и процесс действия кружев может быть остановлен по желанию феи в любой момент). Третье (для усиления эффекта) – личная вещь, к которой носитель питает чувство привязанности (может быть все что угодно, вплоть до засушенного цветка или клубка из волос). Ну просто миссия невыполнима! – гневно отметила Титания.

Пометки в скобках были написаны прабабушкиным почерком.

– Видать, она в свое время тоже использовала это заклинание. Хм, кого же ты хотела вывести на чистую воду? – Фея задумчиво погладила прописные буквы. – И четвертым условием является проведение ритуала в полнолуние (см. по календарю в гостиной). Ха! Спасибо за подсказку, прабабушка! Еще и ограничение по времени! – Смахнула челку с глаз. – Зато лорд с принцем поторопятся. Это их проблема, как и что доставать у девушек, пусть хоть вены им вскроют во сне. – Она захлопнула книгу, выпустив из-под страниц пыль, и еще раз чихнула, чем перепугала ступивших на лестницу Ричарда и Томаса. Коты сбежали в гостиную, а Титания рассмеялась:

– Ну вы и трусишки! Эх, сейчас бы в баньку да косточки погреть! – Она пошла следом за питомцами, оставив книгу на столике.

«А что? Почему бы и не в баньку…» Помещение той отстроили вместе с домом, и в зимнюю пору там мылась вся семья.

В предбаннике в старом сундуке, прихваченном прабабушкой из магического мира, лежала горка наколотых дров; над низким потолком подвешены душистые березовые венички и несколько старых простыней с прорехами.

Дверь из бани на улицу вела к круглому бассейну. Летом Роза купала в нем маленькую дочь, но с ее взрослением в бассейне стало не так просторно, а расширять его не захотели. Выглянув на улицу, Титания сделала пару шагов и потыкала носком ботинка лед. Тот захрустел, утонув в бирюзовой воде, но стоило прикоснуться к ней ладонью, как пошел пар.

– Ну я прямо ходячий кипятильник! – Девушка шикнула на вышедших за ней котов, и испуганные питомцы, вздернув хвосты, убежали обратно в дом. – Экая я злыдня! Котов, понимаешь ли, распугиваю. – Посмеиваясь, она вернулась обратно и стала топить печь.

Через два часа, обернувшись в простыню, Титания вошла в разогретую парилку. Ее ждал вечер релакса, масок для лица, травяного чая и – в конце – крепкий, здоровый, а главное, спокойный сон без кошмаров.

После встречи с феей Мертен впервые спал как человек, на чьих плечах не лежит груз проклятья. Утром следующего дня он покинул свои апартаменты и принялся за заказ феи. Чем быстрее он принесет ей оставшиеся материалы, тем скорее они увидятся вновь.

В портняжной мастерской он раздал приказы. Версар послушно принес рулоны с тканями, описав их расцветки и фасон, чтобы Мертен ничего не упустил. Клотильда в свою очередь вручила обновленный список с мерками участниц.

– Могу я еще быть вам чем-нибудь полезной, лорд Мертен? – участливо спросила швея.

– Можете, Клотильда. – Он указал на горку рулонов, которые Версар аккуратно сворачивал. – Распорядитесь, чтобы все это как следует упаковали для транспортировки, подвесьте защитные амулеты, чтобы ничего не развалилось и не потерялось, – пояснил лорд, не заметив мелькнувшего в глазах швеи волнения вперемешку с удивлением.

– Прощу прощения, но вы не расскажете нам, что задумали? Тогда будет проще понять, как вам помочь, – с улыбкой добавила женщина.

– Клотильда, благодарю вас заботу, но я не вправе разглашать планы Его Величества, – строго ответил он, помня, что в первую очередь защищает тайну феи. – И не забудьте про украшения: пуговицы, ленты и прочие аксессуары. Все это также должно быть упаковано в коробки.

Клотильда склонила голову:

– Будет исполнено. – И, развернувшись, зашелестела подолом черного платья, удалившись к своим подчиненным.

– Вот и ты! – В мастерскую влетел принц Ириан. – Так и знал, что найду тебя здесь. – Он похлопал Мертена по плечу и заглянул в каталог: – Что это за перечеркивания?

– Необходимый для работы материал, что еще это может быть? – далеким от радости голосом ответил Мертен и наградил принца таким ледяным взглядом, что тот передернул плечами.

– Да брось ты! Я ведь ни о чем запрещенном не спросил, – шепнул он, удостоверившись, что их никто не подслушивает.

– Лучше вообще не задавай мне никаких вопросов, – процедил Мертен, захлопнув каталог. – Из нас двоих только я, судя по всему, выполняю приказы Арнкела. Не желает ли принц тоже поработать?

Ириан устало закатил глаза и, махнув рукой, ответил:

– Я и работал! Вспомни хотя бы музыкальный конкурс несколько дней назад: да я как никто другой вложил в него остатки своего бесценного терпения. Не говоря уже о поврежденном слухе от игры на тромбоне леди Палии и пения леди Гаути. – Он покачал головой: – Печально, что у таких привлекательных на вид бедняжек напрочь отсутствует слух и голос. Как раз по этой причине последняя и выбыла из конкурса. Нашему королю не чужда любовь к прекрасному, особенно со страстной и чувственной партнершей в постели. Никого не возбудит, когда его имя произносят таким голосом, которым разве что всех зайцев в округе можно распугать, – он хитро подмигнул другу. – Итак, что у нас на сегодня? Быть может, нам стоит лично отправиться в спальни участниц и снять с них мерки, а заодно и корсеты? – Последнее он шепнул Мертену на ухо, разглядывая проходящую мимо хорошенькую швею. – Хотя я бы и здесь задержался…