Дикая Схватка за Любовь

Глава 6. Мария

Сергей и Иван смотрели друг на друга, словно озлобленные звери.

Холод пробежал по телу, хотя обстановка накалилась до предела…Ещё секунда и произойдёт смертельный взрыв.

Между этими взбесившимися парнями даже страшно было стоять, из глаз летели невидимые смертельные пули. Даже воздух заискрил.

Что же делать? Что же делать?

Паника охватывала меня. Обычно я участвую в драке, а тут приходится, наоборот, разводить горячих мальчиков разные углы ринга.

Действительно, испугалась, что они в любую секунду вцепятся друг другу в глотку как волки.

Драки допускать нельзя.

– Хочешь драться? Тебе нужен бой и спарринг, так найди себе равного по силе противника, – озлобленно прорычал Сергей, явно давая понять, что в обиду меня не даст. – Легко ударить, когда на сто процентов уверен, что ответа не последует. Легко почувствовать превосходство над слабым, над беззащитным. Легко потом подойти и попросить прощения, сказав, что это было в последний раз. Но очень трудно быть мужчиной, который в любой ситуации им и останется, – с ужасом смотрела на своего защитника и ощущала огромную, неконтролируемую тревогу. – Зверев, тебе нужен достойный соперник. Не будь слабаком. Не трогай девушку.

Медленно перевела встревоженный взгляд на Ивана, он молча стоял на месте и яростно сжимал пальцы в кулаки.

– Трудно быть достойным человеком, а не чудаком с начальной буквой «м», который не уподобится той грязи и низости, а просто трезво взглянет на проблему и постарается её решить по-другому.

В глазах Ивана засиял убийственный огонь злости.

Клянусь богом, что безумное, сияющие пекло опаляло мою кожу.

– Кончай болтать, адвокат. Хочешь поговорить. Давай, говори. Внимательно тебя слушаю, – хладнокровно прорычал Зверев. – Кончай, истереть.

Сергей смело взмахнул головой, в его глазах не было ни капли страха, а я вот с ума сходила от дикого ужаса.

– Что бы не произошло, как бы не провинилась девушка: предала, обманула, изменила, разлюбила, да мало ли что могло случиться, так нужно просто понять, что это не твой человек и исчезнуть из его жизни, – хлёстко отчеканил Сергей. – Это будет гораздо больнее для неё, чем какой-то удар по лицу, а для тебя просто жизненный опыт и урок, который дал повод задуматься, но при этом не потерять уважения к себе.

Что несёт Невский? Он что меня выставляет виноватой?

– Прекратите, – что было сил прокричала, подавляя страх. – Вы что, петухи. Взрослые мужики, а ведёте себя хуже детей в песочнице. Прекратите, немедленно.

Многие бы девушки мечтали, чтобы за них сражались мужчины…

И я не исключение, но ест одно, но…

Женщины все разные и на этот вопрос нет единого ответа. Одной барышне льстит борьба за её расположение, другой это не нужно.

Я отношусь ко второй категории и даже более радикально. Я признаю драку только тогда, когда угроза и человек встаёт на защиту другого. В остальных случаях драчун добьётся противоположного, для меня он перестанет существовать.

Если мужчина не может обратить на себя внимание женщины своим умом, своими душевными качествами и даже своей внешностью, то никогда здравомыслящая женщина не увлечётся тем, кто распускает руки, кто готов ради своих интересов унизить и обидеть другого.

И где гарантия того, что когда-нибудь, ради своих интересов, он так же не унизит и эту женщину.

Я им совершенно безразлична, богатые мальчики лишь развлекаются, борются за трофей. Им плевать на меня, они, таким образом, тешат своё пресловутое тщеславие.

Ну хорошо, завоевал он вас и что дальше? Теперь вы вся такая красивая просто служите ему напоминанием о том, какой же он крутой мачо, что смог заполучить такой дорогой и красивый "трофей" как вы. И что же тут хорошего? А ничего.

Часто случается ещё и так, что мужчина, который вас уже воспринимает, как свою собственность начинает и обращаться с вами соответствующим образом, то есть не слишком-то прислушивается к вам, а в худшем случае - вы вообще уже не имеете права голоса.

Если вы просто трофей для вашего мужчины, тогда он не особо будет считаться с вашими потребностями и желаниями. Он уже вас завоевал, все. Точка. Поэтому, честно говоря, я не очень понимаю, когда женщины иногда так любят и хотят, чтобы их постоянно завоёвывали мужчины.

Больно осознавать, что ты лишь кукла. Девочка для удовлетворений, похотливых, развратных желаний. Не видят во мне человека, у которого есть сердце, и его так легко ранить, отвергают существование души, в которую нельзя плевать.

– Сергей, иди. Я поговорю с Иваном Антоновичем и вернусь. Хорошо? Пожалуйста. – буквально взмолилась, мягко водя пальцами по плечу Невского.

Страшно злилась на высокомерного и несносного Зверева, но драки допускать нельзя…

– Всё будет хорошо. Не беспокойся. Иди. Я скоро приду.

Зверев надменно усмехнулся. Он заметил, как я обращаюсь к Невскому, и по его недовольной физиономии стало понятно, что ему это очень и очень неприятно.

Повернула голову и пронзительно заглянула в полыхающие лютой злобой, бездонные голубые глаза.

Что это? Ревность или ему претит моё фамильярное поведение с гостями дома?

Боль сковала сердце. Должна помнить, что я лишь трофей. Нет никакой ревности. Ревновать можно лишь того человека, которого любишь. О какой любви со стороны холодного Зверева с каменным сердцем можно говорить. Я слишком наивная и доверчивая…Дура. Он прямо сказал, что я девочка на одну ночь, но продолжаю на что-то надеяться. И когда я уже повзрослею? Вытравлю наивность и романтизм из души. Чего жду? Когда он разобьёт моё сердце и грязными ногами пройдётся по нему.

Глупая, наивная девчонка! Верила, что богатый парень реально сможет полюбить простую девушку.

Пора признаться самой себе, что лишь в сказках принцы влюбляются в простолюдинку. В реальной жизни богатые мальчики влюбляются и жениться на обеспеченных девушках, а такие как я лишь игрушка. Мимолётное увлечение.

Как часто нам показывают в фильмах сказку о том, как миллионер влюбляется в доярку, официантку или девушку древней профессии? Каждый второй мелодраматический сюжет построен именно на этом.

Ну и правда, богатые мужчины, как правило, предпочитают жениться на женщинах своего круга. Деньги к деньгам, как говорится. И это неудивительно. Им что, прям нужно подбирать себе в жёны девушку, которая всю жизнь с трудом сводила концы с концами? Зачем? Ради чего? У богатого мужчины свои запросы и свои стандарты жизни. И часто даже внешность – не главный фактор для женитьбы.

Сейчас время меркантильных мужчин! Мужчины тоже ищут выгоду. И вот парадокс: даже если ты красавица с обложки, это не гарантия, что богатый мужчина выберет тебя, если ты не имеешь стабильности и денег. Они сами ищут, к кому бы присесть. Это давно уже не секрет.

Так что эта старая сказка про «Золушку» — это всё только для кино. В реальной жизни каждая должна сама зарабатывать, сама становиться успешной, самой достигать статуса и уровня, чтобы потом не мечтать о каком-то мифическом принце. Потому что принцев в этом мире — по пальцам пересчитать, а вот женщин, мечтающих о богатом мужчине, — миллионы.

И для женщин, и для мужчин логично искать спутника в своем окружении, одинаковым уровнем образования, интересов и взглядов.

Иначе романтический флёр пропадёт и влечение исчезнет как дым.

– Маша, ты уверена? – Пробормотал Сергей, вырывая меня из угнетающих размышлений.

Тяжело вздохнула.

– Ты оглох, – зарычал Зверев, не позволяя мне ответить на вопрос, крепче сжимая мою руку, опасаясь, что я попытаюсь вырваться.

Сейчас мужчина, как никогда ранее, оправдывал свою жестокую и опасную фамилию. Вцепился своими когтями, как тигр в добычу. Это не борьба за любимую девушку, это бой за жертву. Они сражаются за моё тело…Я кусок мяса и ничего более…

Но куском мяса отказываюсь быть. И пусть у меня нет денег, но честь и достоинство всегда при мне!

– Я не тебя спрашиваю, – не менее яростно рыкнул Невский. – Хоть минуту подержи свой рот закрытым. И не провоцируй меня, Иван. Запомни, Зверев, что Мария больше не одна. Я никому не позволю обижать эту девушку.

Воздух накалился до такого предела, что, казалось, поднеси спичку — и всё вспыхнет.

– Да. Всё нормально. Я справлюсь, – бойко потвердела свою просьбу. – Мне нужно всего пять минут. Прошу тебя, Сергей, не подавайся на провокации. Мы лишь поговорим с Иваном Антоновичем.

Сергей нахмурился, стало понятно, что уходить он не собирается.

– Иди. Всё хорошо, – как можно более мягче проговорила. – Если что, то моментально тебя позову. Даже не сомневайся.

Невский утруждённое помотал головой.

– Хорошо. Но я ухожу только потому, что ты попросила. Иван, – громко провозгласил он имя Зверева, – я очень надеюсь, что ты не перейдёшь рамки приличия. И не посмеешь обидеть девушку. В противном случае будешь иметь дело со мной.

Звериный оскал отразился на губах Ивана.

– Не забывайся. Ты к Маше не имеешь никакого отношения. Я сам разберусь, что делать с прислугой в этом доме, – внук Ларисы Ивановны не говорил, он резал по живому, медленно уничтожая мою гордость. – И сейчас её рабочее время. И вместо того, чтобы исполнять свои обязанности, за которые получает неплохие деньги, она около тебя трётся, – озлобленный взгляд Зверева упал на меня, прижимая к земле.

Зверев, в очередной раз, унизил меня. Нет, не стеснялась своей работы, трудилась честно, только вот для Ивана моя работа – это стыд и позор!

Мужчина не обязательно должен быть богатым. Но он не должен быть дешёвым.

Зверев - дешёвка. Он с лёгкостью унижает и оскорбляет простых людей, такой как он никогда бы так себя не повёл, будь я дочерью богатых людей.

– Сергей, иди. Пожалуйста, – злобно сверкнула глазами, глядя на ненавистного Ивана. – Обещаю, что этот человек не сможет меня обидеть. Я на него не обижаюсь, лишь делаю выводы. Тем более что обидеть могут лишь те люди, которых мы любим и уважаем. Иван Антонович к числу таких людей не относится. Его мнение меня мало волнует.

Невский звонко рассмеялся, откровенно оценив мой ответ на хамскую реплику хозяйского отпрыска.

– Я буду рядом. Только позови, и я приду.

Сергей медленно развернулся и непринуждённо пошагал в сторону дома. Иван пару секунд прожигал его спину пламенным взглядом, а затем стремительно перевёл озлобленный взор на меня.

Нисколько не смущалась и не робела перед нахалом. Кем бы он был без своих родителей? Чего добился в этой жизни самостоятельно? Зверев лишь сын обеспеченных родителей, и ничего более…

Я не должна перед ним пресмыкаться. Всю свою сознательную жизнь боролась, трудилась, никогда не отказывалась ни от одной работы, а он тем временем беспечно прожигал свою жизнь, волочась за очередной девицей.

Самое трудное для человека — быть каждый день Человеком. Зверев с этой задачей не справляется.

– А ты молодец. Время зря не теряешь. Смотрю, уже успела очаровать наивного Сергея.

Зверев с отвращением поморщил свою надменную, самодовольную, наглую рожу, которая страшно просилась кирпича.

– И этот тоже хорош, – подлец надменно кивнул в сторону недавно покинувшего нас Невского. – Распетушился. Идиот.

Ехидно усмехнулась.

– Как у тебя это получается? Что в тебе такого, что мужики буквально башку теряют? Он же даже говорить нормально не мог. Его всего трясло. Каждое ёб…е слово вибрировало. Перевозбудился парень. Надеется на благодарность.

Упрямо молчала, смело глядя прямо в его беспощадные, безжалостные глаза.

Какой же он пошлый. Все мысли крутится только вокруг секса. Вся его жизнь пропитана грязью и похотью.

– Ничего сказать не хочешь? Ты случайно понятия не перепутала. Приличный дом и публичный, – он высокомерно усмехнулся. – Это совершенно разные вещи. Тебя наняли в качестве горничной, а вовсе не в качестве низкопробной шлюхи. Ясное дело, что ты спишь и видишь, чтобы в постель затащить богатого дурочка, – он брезгливо поморщился, словно стыдясь собственных слов.

Зверев оскорблял меня, но вместо этого лишь глубже увязал в грязи.

Понимала, что он пытается вывести меня на эмоции, но это у него не получится. И так уже с горяча, столько дров наломала. Неизвестно ещё, как Лариса Ивановна отреагирует на «кляузу» надменной мамочки Зверева. Я не хотела терять работу, но больше всего меня угнетал тот факт, что я расстанусь со своей старушкой. Невольно прикипела к ней душой.

Боже! Дай мне силы. Яростно впивалась ногтями в свою кожу, страстно желая вцепится когтями в его рожу и как следует подпортить ему фейс.

– Руку отпусти, – лаконично и твёрдо потребовала. – Немедленно. И это не просьба, Иван. Не усугубляй ситуацию. Хорошо?

Зверев гневно свёл брови, но пальцы разжал.

Болезненно поморщилась, аккуратно проводя горячими пальцами по нежному запястью, которое словно побывало в раскалённых тисках. Как этот грубиян мне ещё руку не сломал?

– Какая же ты бесстыжая девица, – жилки заиграли на его заострённом лице. – С одним не получилось. Не беда. На другого богатого мужика переключилась. А если и с ним не выйдет. – он яростно несколько раз взмахнул подбородком, – на кого переключишься? На моего отца. А может, ещё ниже падёшь. Фёдора Михайловича попытаешься закадрить.

Лицемер брезгливо хохотнул.

– А что? Фёдор Михайлович – человек не молодой. Через непродолжительное время станешь богатой вдовой. Но потерпишь немного старческих ласк, зато потом будешь жить в шоколаде.

Не смогла сдержать эмоции, импульсивность и обида взяла вверх над хладнокровием, которым я никогда не отличалась. Свирепо взмахнула рукой, но дать хорошую, справедливую оплеуху мерзавцу не получилось. Он лихо перехватил моё запястье.

– Не смей поднимать на меня руку. Я тебе не твой горе-адвокат. Поняла? Терпеть не стану. Ответ последует незамедлительно. И последствия тебе не понравится.

– Поняла, – сильно сжала пальцы. – И Сергей не мой. Он такой же, как и ты. Циничный ублюдок, который лишь хочет со мной проиграть, а потом выкинет. Только вот, Зверев, я вовсе не игрушка. И тебе, и Сергею, стоит это осознать. Я живой человек. Живой человек, – более громко проговорила. – У меня нет денег, но…, – резко замолчала, ощущая, как медленно и мучительно разбивается моё сердце.

Внезапно ярость и ненависть схлынула с физиономии высокомерного блондина. Он плавно опустил мою руку, которая находилась в опасной близости от его щеки.

– Что он тебе сделал? – Волнение и злость звучали в его грозном вопросе. – Маша, он тебя обидел?

Миг…И Зверев мгновенно стал более мягким и покладистым, забота и тревога за мою судьбу отразилась в его голосе.

Угнетённо вздохнула.

Вот к чему вся эта жестокая игра в заботу.

– А тебе не плевать? Что здесь такого странного, – нервно передёрнула плечами. – Все богатые мальчики одинаковые. Вы же живёте по принципу, что бедные девушки — это не люди, – на секунду замолчала, подавляя слёзы, старалась держаться спокойно и уверенно, хотя душа рыдала на разрыв. – Он и ты. Ты и он! Оба лишь хотите затащить меня в постель. И ничего более. Вам нужно лишь моё тело. Вы же меня за человека не считаете, – опечаленно усмехнулась. – И не стоит изображать волнение за меня. Тебе же по сути плевать. Я совершенно ничего для тебя не значу. И только что это наглядно продемонстрировал во всех красках.

Судорожно облизала пересохшие губы.

– Иван, я служанка, но это не значит, что у меня нет сердца. У меня есть гордость и самоуважение. Почему каждый раз при встрече ты или твои родственники пытаются унизить меня? В чём моя вина? – Дёрнулась и вырвала руку из обмякших мужских пальцев. – Разве бедность – это такой порок. По вашему мнению все бедные девушки мечтают лишь ободном. Обаять богатого мальчика и всё. Они лишены мечты. У них нет никаких принципов и морали. Но ты ошибаешься, – звонко и твёрдо прокричала. – Хотя о чём я говорю. Зачем тебе вся эта информация? Мои чувства последнее, что тебя волнует.

– Маша, – виновато и огорчённо проговорил он.

– Всё хватит. Ничего не желаю слушать.

Решительно провела ладонями по нежно-розовому фартуку.

– Моя вина в том, что вместо дорогого наряда и украшений, я ношу униформу. Так? – Сама объявила его мысли. – если у меня нет денег, значит я проститутка. Так ты думаешь? Но это не так. Я уважаю себя. И пусть я романтическая дурочка, но мечтаю о настоящей любви. И деньги меня мало волнуют. Они нужны мне лишь для удовлетворения естественных нужд. У меня всё есть. Еда. Кров. И более мне ничего не надо.

Что это? Показалось или действительно смогла достучаться до его души, затронула нежные струны. Вина заполыхала в глазах, Иван несмело помотал головой.

– Моя мать иногда бывает очень жёсткой, но и ты неправа. Не следовало ей грубить. Могла бы выполнить её указание и тогда бы вопросов не возникло, но, – опять ярость засияла в его ревностном взгляде, – ты решила свой характер показать. Перед этим, – он презрительно махнул головой в сторону двери особняка, за которой пару минут назад скрылся Невский, – адвокатом. Для него весь этот цирк устроила. Хотела показать, какая ты дерзкая. Перед ним красовалась? Могла же смолчать. Пропустить мимо ушей колкий выпад матери.

Выпрямила спину.

– Я ничего хамского ей не сказала, – защищалась, хотя понимала, что доля правды в словах Ивана присутствует. – А мою дерзость спровоцировала твоя мать. И вообще, это не дерзость, а защита. Я никому не позволю себя оскорблять, – свирепо прорычала. – И пусть твоя мать благодарит бога, что она постарше меня, иначе бы дала ей пару хороших оплеух. И донья бы меня полностью поддержала, – слегка покривила душой.

Лариса Ивановна явно недолюбливала свою сварливую, невыносимую невестку и сама бы надавала ей подзатыльников, но всё-таки моя старушка самая настоящая пожилая леди и до такой низости не опустится. Да и мне не позволит колотить Лидию Леонидовну. А так хотелось…

Он ошибся в субъекте. Меня меньше всего волновало мнение Сергея. Взбесилась оттого, что эта дамочка целовала Зверева своими накаченными, старческими губами и как мне ошибочно показалось, флиртовала именно с ним. Чёрт! Ревновала Зверева. Знала, что не имею никакого права на ревность. Он вправе хоть целую толпу баб приводить, а я обязана молчать. Не моё это дело. Но как объяснить это наивному сердцу, которое желает любви и ласки?

– Ты правда подумала, что мама – это моя новая женщина?

Изобразила равнодушие.

– Ничего я не подумала. Мне всё равно. Ты на ровном месте всякие глупости выдумываешь, – щёлкнула пальцами возле его носа. – Очнись, Ванечка. Ты меня совершенно не интересуешь.

Мужчина недоверчиво прищурился и самодовольно улыбнулся, словно выиграв огромную сумму в лотерею.

– Маша, ты меня ревнуешь? Ревнуешь. И злишься, что я об этом знаю. Малышка, – он игриво и непринуждённо наклонил голову, – ты такая врунишка. Я тебя хорошо изучил. Ты, когда обманываешь заливаешься краской, как переспелый помидор.

Щёки заполыхали. Реально загорелись, как факел в ночи или звезды в тёмном небе.

– Глупости не говори. Мне плевать на тебя и всю твою семейку, – не сдержалась и рьяно ударила ладонями по его мужественной груди. – И вообще, – а вот теперь самодовольная ухмылка заиграла на моих губах, – ты меня с собой не путай. Может, это ты меня приревновал к Сергею? Никак иначе твою агрессию объяснить не могу.

При упоминании имени Невского физиономия Зверева исказилась.

– Что он тебе сделал? Почему ты о нём такого плохого мнения? – Протрубил он, проигнорировав мои слова.

Снисходительно хохотнула.

– А то что я о тебе плохого мнения, тебя не волнует? Иван Антонович, вы лезете не в своё дело. Идите лучше к матери и помогите ей опорочить моё имя перед доньей, – требовательно возразила. – Я с Сергеем и без сопливых решу все вопросы. Моя жизнь тебя не касается. А если интересует жизнь Невского, тогда беги в дом. Он там с нетерпением тебя ожидает, – тявкнула я. – Уверена, вы с ним неплохо обо всё договоритесь.

Зверев выдохнул.

– Я не хочу, чтобы тебя увольняли.

Непроизвольно поморщилась.

– Вы же так хотели, чтобы меня уволили. Вам выпал грандиозный шанс избавиться от меня раз и навсегда. Не упустите момент и выльете на меня, ушан грязи.

Никакой радости на лице Зверева я не обнаружила, сколько бы ни всматривалась, наоборот, мои слова его огорчали. Или опять всё это дьявольская игра? Он комедиант. Как вода принимает любую форму.