Истинная Любовь

Светлана лукаво усмехнулась и, изящно взмахнув белокурой головкой, сосредоточенно осмотрела меня, в её голубых глазах засияли дьявольские искорки, такие же, как в первую ночь нашей встречи…

Чёрт! Голубоглазая ведьма целенаправленно околдовывала меня, вынуждая терять выдержку и самообладание.

Но больше не подамся на её похотливые, сладострастные провакации…

В ту ночь, я был совершенно свободным мужчиной, но теперь у нас с Эммой всё серьёзно. Не имел никакого права рисковать нашими отношениями.

– Значит, вы хотите, чтобы я стала вашей помощницей? И что же будет входить в мои обязанности? – Её пленительный голос, будоражил меня, противился девичьим чарам, но по всем фронтам трепел отчаянное поражение.

Равнодушно кивнул, ощущая невероятный, возбуждающий прилив. Эта девица, против моей воли, зарождала во мне дикие, безумные, запретные желания. Перед глазами вновь и вновь возникал её развратный образ.

Проклятие! Сколько же в ней страсти. Обжигающей страсти. Это же самое настоящее безумие. Чёрт меня дёрнул пригласить её своей помощницей. Страшно желал видеть Светлану в своей кровати, больше всего хотел маленькую, дикую ведьмочку.

Светлана приглушённо хихикнула и, поддавшись вперёд, немного сократив между нами расстояние, едва шевеля сладкими губами, вкус которых до сих пор помнил, томно проговорила, – Хорошо, Алексей Владимирович. Я готова стать вашей, – внезапно она замолчала и хитро усмехнулась, словно вспомнив, кто я такой.

Замер, внимательно наблюдая за хитрой, горячей девчонкой…

– Буду вашей помощницей, – более серьёзно проговорила она, вновь выпрямившись. – Мне очень приятно, что такой влиятельный и уважаемый бизнесмен пригласил меня стать помощницей.

Облегчённо выдохнул. Не вспомнила. Ничего она не вспомнила. Ложная тревога.

– А теперь. С вашего разрешения я пойду. У меня скоро пара начнётся, – девушка встала с кресла и дружелюбно протянула мне руку.

Заворожённо смотрел на неё, теперь уже считал очень плохой идеей приглашать её к себе. Такое манящее искушение! Тягучее желание охватывало мою душу.

– Да. Конечно, – осипшим голосом проговорил и плавно поднявшись, пожал её мягкую, очень нежную руку.

Сам не знаю, что на меня нашло, невольно приподнял её руку и поцеловал.

– Очень рад нашему знакомству, Светлана Александровна.

Девушка язвительно покривила уголки губ.

– Алексей Владимирович, а вы уверены, что это наша первая встреча?

Светлана лукаво усмехнулась и, изящно взмахнув белокурой головкой, сосредоточенно осмотрела меня, в её голубых глазах засияли дьявольские искорки, такие же, как в первую ночь нашей встречи…

– Значит, вы хотите, чтобы я стала вашей помощницей?

Равнодушно кивнул, ощущая невероятный, возбуждающий прилив. Эта девица, против моей воли, зарождала во мне дикие, безумные, запретные желания. Перед глазами вновь и вновь возникал её развратный образ.

Светлана приглушённо хихикнула и, поддавшись вперёд, немного сократив между нами расстояние, едва шевеля сладкими губами, вкус которых до сих пор помнил, томно проговорила, – Хорошо, Алексей Владимирович. Я готова стать вашей, – внезапно она замолчала и хитро усмехнулась, словно вспомнив, кто я такой.

Замер, внимательно наблюдая за хитрой, горячей девчонкой…

– Не совсем первая. Мы же с вами познакомились на территории университета.

Светлана усмехнулась.

– Точно. Вы правы. И как я могла позабыть. Обычно память меня редко подводит. А вас?

Хищно прищурился.

– И у меня с память всё прекрасно.

Светлана лукаво растянула свои губы.

– А вот я сомневаюсь в вашей памяти. Но ничего будем исправлять.

Строптивая красотка, вскочила с дивана и кокетливо покачивая упругими, стройными бёдрами, направилась на выход.

– До скрой встречи, Алексей Владимирович, – простонала она, покидая кабинет, совершенно забывая закрыть за собой дверь.

Куколка ушла, а вот её аромат до сих пор царил в помещение…

Нельзя подаваться искушению. Запрещаю смотреть на девочку, как на сексуальный объект.

Чёрт! Давал себе строгие и неукоснительные указания, но вот моё тело сопротивлялось. Чувствовал, как в штанах становилось несказанно тесно, эта миленькая девочка вознамерилась поиграть со мной. Теперь уже сомнений не осталось, она меня вспомнила.

Эмма залилась краской страха и невероятного стыда, но не было никого возмущения.

Всё-таки следователь был прав и фотографии, на которых она страстно и похотливо целовалась с ненавистным Луговым правда. Чувствовала, - она фальшивая, но даже представить не могла, что Эмма решится погубить моего отца.

Боже! И ради чего Эмма совершила страшный, непростительный грех? Ради грёбанных денег.

– Света, о чём ты говоришь? – Приобретая дар речи, отходя от состояния стопора, прошептала женщина. – Это же ужасно. Почему подозреваешь в предательстве? Неужели веришь, что я бы смогла изменить твоему отцу. Я его любила и уважала.

Её лживые глазки пристально зафиксировались на мне…

Лицемерная, фальшивая женщина надеялась, что сможет переубедить меня пламенными речами, взывала к моей совести, которой совершенно не обладала.

– Я не говорю. И ничего не утверждаю. Лишь спрашиваю, – ядовито прошипела, ощущая огромную, глубокую боль. – Почему так реагируешь? Откуда страх в твоих глазах?

Эмма заменила мне мать, я её любила, тянулась к ней, верила, а она жестоко и вероломно предала всю нашу семью.

– Это бред. Кто тебе такие глупости наговорил? – Более смело прокричала подлая дамочка. – Ты же умная девушка, должна понимать, что за всей этой клеветой стоит Луговой. Он вознамерился разделить нашу семью. Посеять раздор.

Приподняла голову и разочарованно усмехнулась. О какой семье она вещает? У нас никогда не было семьи. Эмма вошла в нашу семью с одной целью. Эта плутовка желала лишь денег и власти. Правы бабушка и дедушка. Эмма – коварное существо, недостойная никакой жалости и сочувствия.

– Я видела фотографии. И на них ты и Луговой в очень приватной, интимной обстановке, обнимаетесь и жарко целуетесь, – наблюдала за тем, как уверенность окончательно покидает прекрасную актрису, который сложно было что-либо возразить.

Её поймали с поличным. Не знаю откуда у следователя оказались данные фотографии, особо и не спрашивала, но тайно надеясь, что это подделка….

Надеялась, но все надежды разбились, жестоко пробивая осколками моё сердце.

Удар следовал за ударом. Жизнь испытывала меня.

Эмма, словно потеряв опору под ногами, устало упала на кровать и, суетливо прикрыв голову ладонями, тяжело задышала.

Мерзкая, отвратительная предательница.

– Скажи, папа узнал правду и поэтому ты решила его убить? – Говорила отстранённо, я словно смотрела на ситуацию со стороны, полностью абстрагировалась, опустошённо глядя на женщину, которая получила от нас любовь и нежность, а взамен отплатила жестокостью и коварством.

Эмма сжала губы, затем приглушённо хохотнула и, неспешно встав на ноги, подошла ко мне максимально близко, она пристально смотрела в мои глаза, даже на секунду не отводила глаз, не испытывая никаких мук совести.

Господи! О какой совести я говорю? У дьявола нет ни души, ни совести…

– Хорошо. Я всё тебе расскажу.

Токсично ухмыльнулась. Лицемерка. Она мне ещё одолжение решила сделать.

– За несколько месяцев до смерти Саши.

– До его убийства, – озлобленно прервала женщину. – Эмма, моего отца убили. Он не в автомобильной катастрофе погиб. Не от болезни. Его поразила пуля.

Эмма кивнула.

– Да. Ты полностью права, – виновато констатировала она. – Так вот. За несколько месяцев до убийства твоего отца, Луговой пригласил меня к себе домой.

Недоверчиво замахала ресницами и ехидно усмехнулась.

– И ты просто так поехала в дом Лугового? В дом одинокого мужчины?

Эмма утвердительно замотала головой.

– Да. Поехала. Он сказал, что у него срочный разговор, – решительно проговорила Эмма, игнорируя мои колкие вопросы, с откровенным подвохом. – Света, Пётр был другом нашей семьи. Я ничего плохого от него никогда не ожидала. Более того, я Сашу предупредила.

Крепко сжала пальцы в кулаки и прикусила язык до крови, не верила ни единому лживому слову, но должна была её выслушать. Даже интересно какую она мне сказку расскажет.

Женщина покривила лицо, глаза заполнились болью. Она из последних сил, отчаянно изображала из себя невинному барашку, который Злой Серый волк заманил в своё логово. Ещё минутку и она заявит, что её чистую, светлую девочку изнасиловали, принудили.

– Слишком поздно узнала, что этот подлец осмелится поцеловать меня.

Ненавистно обвела её взором, чувствуя, что кровь закипает. Врёт. Нагло врёт…

Эмма обхватила меня за плечи.

– Света, я говорю правду, – истерично затараторила Эмма, яростно сжимая моё тело. – Я ударила его по лицу. И сказала, что обо всё расскажу Саше. Я так и поступила…, – и вдруг вся её спесь спала, она вяло опустила руки и почти с безжизненным выражением лица, побледнев как полотно, плюхнулась вновь на кровать.

Истерика охватила её, слёзы градом посыпались из глаз. В этом момент стало ужасно жалко её. А вдруг она говорит правду. Возможно, что я к ней несправедлива. Так, легко доверилась какому-то следователю, собственно ничего о нём не зная.

– Что здесь происходит? – За спиной раздался ошарашенный голос Эльвиры Платоновны.

Только её и не хватало…

Мать Эммы вихрем ворвалась в мою комнату и, увидев истерику Эммы, мгновенно уселась рядом с ней и, обхватив её руками, прижала к груди.

– Всё хорошо, милая. Всё хорошо, – прошептала женщина, крепче прижимая к себе дочь, а потом, переведя на меня озлобленный взгляд, с дикой ненавистью засияла яркими искрами. – Когда же ты уже успокоишься? Что мы тебе такого сделали?

Эмма тихонько всхлипнула и, активно замотав головой, взмолилась, – мама, не надо. Я плачу вовсе не из-за Светы.

Надменно усмехнулась. Аттракцион невиданной щедрости. Нельзя попадаться на её крокодиловые слёзы. Эмма устраивает весь этот спектакль, чтобы разжалобить меня. Оснований, чтобы погубить моего отца, у неё было предостаточно, а вот у следователя нет никаких оснований обманывать меня.

– Уходи, Света. Уходи, – разгневанно скомандовала Эльвира Платоновна. – Убирайся. Не доводи до греха.

Смело и надменно наклонилась.

– Даже не надейтесь, что так легко сможете избавиться от меня, – демонстративно поводила пальцем, сначала указав на мать, а затем и на дочь. – Вы мне за всё ответите. Не исключаю, что именно вы подговорили Эмму убить моего отца.

Эльвира Платоновна замерла, ошарашенно распахнув рот, она учащённо задышала.

– Эмма, я тебе говорила, что у этой девчонки проблемы с головой, – более не обращая на меня никакого внимания, проговорила старая дрянь. – С этим нужно что-то делать? Её лечить нужно.

Озлобленно взмахнула руками.

– Ненавижу вас. Ненавижу, – свирепо прокричав, выбежала из спальни.

Эти сучки одержали победу, смогли выгнать меня из комнаты, но это лишь небольшая победа. Ради памяти отца «выведу их на чистую воду».

Остановившись в гостиной, потеряв всю жизненную энергию, которые назойливый тётки высосали из меня, как вампиры.

Обречённо опустила голову и, накрыв голову ладонями, позволила своим чувствам вырваться наружу и огорчённо расплакалась.

– Боже мой, девочка моя, – сверху раздался встревоженный голос Алевтины Ивановны.

Медленно оторвала руки от головы и, приподняв заплаканные глаза, угнетённо усмехнулась.

– Я их ненавижу. Безумно ненавижу.

Добродушная женщина присела рядом со мной.

– Милая, но что с тобой происходит? Почему ты так резко возненавидела Эмму? Она же тебя вырастила.

Вырастила, чтобы уничтожить. Эмма взращивала меня как тупоголовую скотину, чтобы заколотить более жирного и сочного кабанчика.

– Эмма виновата в смерти моего отца.

Алевтина Ивановна перепугано прикрыла рот ладонью.

– Да, Аля. Я говорю правду. И она призналась мне.

Женщина затрясла головой.

– Я не сумасшедшая.

– Знаю, дорогая. Всё знаю, – трепетно проговорила старушка. – Но всё что ты говоришь, просто ужасно. Зачем Эмма так поступила? Она любила твоего отца.

Любила!? Эмма – первоклассная актриса, достойная высших наград и почестей.

– Ради своего любовника.

– Что? Какого любовника?

Маленькая, горькая слезинка вновь скользнула по моей щеке.

– Луговой. Её любовником является Луговой Пётр Иванович.

Алевтина Ивановна нисколько не удивилась, я словно ей ничего тайного не сообщила.

– Аля, ты знала?

Женщина робко пожала плечами.

– Не знала, но догадывалась.

Разгневанно свела брови к переносице.

– И ты молчала?

Алевтина Ивановна виновато закивала, из последних сил сдерживая слёзы.

– А что я могла сказать? У меня не было ни единого доказательства. Лишь досужие домыслы, – мрачно проговорила она. – Замечала, как они переглядывались, но всё списывала на банальное дружелюбие.

Старушка глубоко вздохнула.

– Ты уверена, милая, у тебя есть доказательства того, что именно Эмма заказала твоего отца.

– Нет. Только косвенные улики. И достоверный мотив.

***

После пар сидела со Снежаной на лавке недалеко от университета и опустошённо наблюдала за мимо проходящими людьми.

Удивительно. На улице по календарю лето.

Светло. Тепло. Яркие солнечные лучики щедро одаривали нас, но ничего меня не радовало. На душе было тоскливо. Невероятно тоскливо.

Если ранее сомневалась, то теперь почти убеждена, что Эмма и Луговой были любовниками…

И Алевтина Ивановна укрепила мои убеждения.

– Света, ты не торопись. Не делай преждевременных выводов. Эмма Эдуардовна – прекрасная женщина. Я не могу поверить, что она причастна к смерти твоего отца, – провозгласила Снежана. – Я не могу в это поверить. Словно попала в какой то ужасный триллер.

Боже!

– Снежана, мы же не в церкви, – рыкнула я. – Причём здесь верю или не верю. Есть неопровержимые факты. Она целовалась с Луговым. Да и Алевтина Ивановна укрепила мои убеждения. Эмма – вероломная сучка, которая обязана оказаться за решёткой.

Подруга хитро прищурилась.

– А может, она говорит правду. Он её просто подставил. Вот сама подумай, зачем Луговому были передавать эти фотографии следствию. Нормальный мужик о своих любовницах не рассказывает. И уж тем более без ведома не фотографирует в пикантный момент.

Медленно приходя в себя, стала понемногу остывать.

– Снежана, голова идёт кругом. Страшно запуталась.

Моя светловолосая подруга раздражённо усмехнулась.

– Света, у тебя с головой проблемы. Ты же специально хочешь выйти замуж за Мишку, чтобы быть ближе к его дяде?

– Да. И выйду. Тем более, что я всё равно никому не нужна.

Печаль отразилась на лице Снежаны.

– Глупостей не говори, – она стремительно схватила меня за руки и ободряюще сжала, доказывая, что в этом мире у меня есть она, моя верная, настоящая подруга.

С огромной благодарностью улыбнулась Снежане, девушка ответила мне такой же нежной, тёплой, позитивной улыбкой.

– Улыбайся не потому, что хочется, а потому что надо! Надо, чтобы видели, что у тебя все замечательно и не задавали лишних вопросов лишние люди. А не лишние и сквозь улыбку все увидят, – ободряющими нотками в голосе, провозгласила девушка, а после непроизвольно отвела глаза в сторону и замерла.

– Снежана, ты чего? Кого там увидела, – любопытство взыграло во мне, машинально попыталась повернуть голову, как вдруг Снежана вскочила и потянула меня вперёд.

– Да подожди ты, сумасшедшая, – простонала я и потянулась за рюкзаком.

– Бери, быстрее, – требовательно пробурчала Снежана. – Там по алле ректор идёт. Сейчас опять нотации мне будет читать из-за неуспеваемости. Станет угрожать, что отцу всё расскажет. Задолбал. Видеть его не могу.

Подруга сильнее сжала мою руку, вынуждая интенсивнее перебирать ногами.

– И угораздило же так попасть. Ректор - старым добрым другом моего отца. Ещё со времён армии.

Снежана гневалась, а мне почему-то стало так смешно…Мне бы её проблемы.

– Светлана, подожди, – внезапно за спиной раздался голос ректора.

Улизнуть незамеченными нам не удалось.

– Он к тебе обратился.

Озадаченно кивнула. Что ему от меня понадобилось.

Почти синхронно развернулись и увидели быстро приближающего к нам Льва Аркадьевича, рядом с ним шёл статный мужчина в элегантном костюме. Маленький, толстоватый ректор выглядел очень комично на фоне обворожительного мужчины.

Момент…Вспышка. По мере того как ко мне грациозно приближался очаровательный незнакомец, стала рассматривать его лицо и к своему ужасу, улавливала слишком знакомые черты. Инстинктивно шагнула назад и буквально врезала впереди стоящую Снежану.

– Ты чего?

– Ничего, Снежана. Ничего, – лихорадочно забубнила.

– Добрый день, – поприветствовал нас Лев Аркадьевич, слегка запыхавшимся голосом. – Едва вас догнали. Вы чего убегали, что ли?

Вместе с подругой замотали головой. Робко косилась на незнакомца, который пристально, непростительно пристально смотрел на меня. Он словно насмехался надо мной…

Той ночью я была настоящей дикой, прелестной, экзотической бабочкой, которая в первую минуту знакомства отдалась ему, лишившись невинности. А на деле оказалась обыкновенной серой мышкой….

Боже. О чём я думаю?

Узнал. Точно узнал. Боже! Так хотелось провалиться сквозь землю.

Стоп! У меня тогда такой боевой раскрас, что даже Альбина Ивановна меня не сразу узнала. Так, может, и сейчас этот мужчина меня не признаёт. На душе стало неприятно…

– Светлана, вот прошу тебя, познакомься, – проговорил Лев Аркадьевич. Вынуждая перевести глаза на таинственного мужчину. – Это Власов Алексей Владимирович. Он известный бизнесмен в нашем городе.

– Здравствуйте, – пропищала я, протягиваю руку.

– Здравствуйте, Светлана, – с лёгкой хрипотцой, приправленной страстью и восхищением, проговорил он, нежно касаясь моей руки. – Очень приятно с вами познакомится.

Поплыла, погружаясь в огромный чёрный океан его очей…

Плавно убрала руку, ощущая, что лишилась тепла.

– Светлана Александровна, у меня к вам предложение.

Озадаченно приподняла.

– Какое предложение?

– Мне нужна помощница. Обещаю, что сильно напрягать вас не стану. Лишь временами буду привлекать. Вы же прекрасно знаете английский язык.

Усмехнулась.

– Это правда. Но я на первом курсе учись. Думаю, что вам лучше найти более профессионального специалиста.

Власов многозначительно улыбнулся, прожигая слишком проникновенным взглядом.

– А я не хочу профессионала. Я вас хочу, – его фраза прозвучала слишком двусмысленно, заставляя покраснеть меня до корней волос.

Глава 2. Светлана

Воздух накалился до предела…

Нервно сглотнула и, находясь под пристальным, мужским взглядом, инстинктивно кивнула.

Непроизвольно в голове, словно яркие вспышки, образовывалась картинки страстной, горячей, грязной ночи, в которой я отдалась таинственному мужчине, позабыв о стыде и совести.

Тело машинально вздрогнуло…Проклятие! Что этот человек здесь делает? Зачем явился?

Как бы ни пыталась, но не могла вычеркнуть своё прошлое.

Слишком свежи были воспоминания. Сладкая, опьяняя боль вновь, дала о себе знать. Горячие мужские губы. Страстные прикосновения, которые были наполнены грубой нежностью.

– Так вы согласны, Светлана Александровна? – Поинтересовался Лев Аркадьевич, вытаскивая меня из воспоминаний, напоминая, что сейчас нахожусь в реальности согласно, которой впервые вижу Власова. – Не хочу на вас, каким-то образом влиять, но считаю, что это великолепное предложение. И вам стоит его принять.

Ректор шевелил губами, но я теряла связь с внешним миром, погружаясь в недавнее прошлое.

Чёрт! Да я даже имени его не знала…Просто так взяла и отдалась первому встречному. В тот роковой день в меня словно дьявол вселился. Не отдавала отчёта своим поступкам. Слабое оправдание, но по-другому не могла объяснить свой бесстыжий поступок.

Стыдливо покосилась на надменного, самоуверенного мужчину, который источал брутальную независимость, этот человек порабощал, подавлял, давил своей харизмой.

Обида сверкнула в моих глазах.

Я его запомнила на всю оставшуюся жизнь, для Власова я же оказалась транзитным пассажиром. Чёрт! А возможно, что он счастливо женат и воспитывает кучу детей. Ничего исключать нельзя. Тем более, что он далеко уже не мальчик. И что греха таить, очень лакомый кусочек для охотниц за богатыми мужиками. Красивый и богатый…

– Я, – суетливо замахала руками, плохо осознавая, что должна сказать, – я…я…я…

На помощь пришла Снежана, она мгновенно встала впереди меня.

Облегчённо выдохнула.

Хотя бы на время смогла скрыться от блуждающего, оценивающего взора брутального, всесильного и чертовский привлекательного мужчины. Таила перед ним, как льдинка, которую бросили в горячую, безумно горячую воду. Поплыла. Потекла. Онемела.

Убеждала себя, что должна собраться. Власов меня не узнал. Точно не узнал. Это лишь роковое совпадение.

Теперь ход за мной. Обязана деликатно отказаться, не вызывая никаких сомнений.

– Конечно, она согласна, – бесцеремонно провозгласила подруга, совершенно не интересуясь моим мнением, неосознанно толкая меня в объятия этого мужчины. – Это шикарное предложение. Как же моя подруга сможет от него отказаться?

Чёрт! Мысленно страшно ругала бесцеремонную подругу за её неимоверно длинный язык.

– Она согласна. Можете даже не сомневаться. И если, что я тоже могу быть вам полезна.

Лев Аркадьевич хохотнул.

– Снежана Арнольдовна, – с сарказмом проговорил он, – ну о чём вы говорите? Какая из вас помощница. Вы временами даже забываете свой родной язык. Что уж говорить про иностранные.

Нервно сглотнула и устало провела пальцами по волосам. С другой стороны, пусть болтает. Я так могу выиграть время. Нужно успокоиться. Паника мой главный враг.

Непроизвольно замотала головой. Обязана избавиться от проклятого наваждения. Действительно, находилась между мифом и реальностью. Несколько дней назад передо мной был порочный мужчина, который совершенно не думал о правилах и приличиях, просто взял девочку и, не задумываясь о последствиях, трахнул в автомобиле.

А сегодня стоит шикарный, добропорядочный, сдержанный человек в шикарном, дизайнерском костюме. Никто и подумать не может, каким этот Власов может быть грязным, порочным, необузданным…Никто кроме меня.

Это наш секрет. Правда, этот секрет известен только мне. Грязная тайна связывала нас с Власовым!

И что же мне теперь делать с этой тайной?

Но медаль имеет две стороны. То же самое, можно сказать, и обо мне. Днём приличная, воспитанная девочка из хорошей семьи. А ночью превращаюсь в похотливую суку, которая теряет невинность с неизвестным мужиком, причём в салоне дорогущего автомобиля.

Но в любом случае, в том, что произошло виноват именно этот порочный мужчина, который не смог устоять перед искушением и, потеряв контроль, забрал самое ценное, что каждая девушка хранит для любимого мужчины.

Мужчины чаще всего виновны в том, что позволяют страсти проявляться без ухаживаний; и даже там, где непредубеждённый наблюдатель считал бы женщину главной причиной волнений, рано или поздно вина тем не менее ложится на мужчину. Возможно, женщина простодушно явилась тем динамитом, который разрушил его самоконтроль.

Страсть затягивает всё сильнее, принося недолгую радость, но после – ещё мучительнее опустошая человека и требуя всё большего угождения себе.

– Я вас умоляю, Лев Аркадьевич, вы и сами не блещите хорошими знаниями иностранных языков. Тем не менее неплохо справляетесь со своими обязанностями, – Снежана не растерялась и едко ответила на колкие замечания мужчины.

– Снежана. Прекрати вести…, – прикрикнул ректор, но договорить не успел, его прервал сдержанный, но довольно властный и требовательный голос Власова.

– Минутку, Лев Аркадьевич, давайте позволим высказаться девушке. А затем спросим у Светланы Александровны, чего она хочет.

Немного нагнулась вправо и более сосредоточенно осмотрела Власова.

Властный, упрямый, решительный, нежный и обворожительный, красивый, высокого роста. Мужчина, порою чуть жёсткий…Возник в моей жизни случайно. Покрыт неизведанной тайной. Не дал ни минуты опомниться, и стала его я невольницей. Такое волшебное чувство. В нём счастье и капелька грусти. В нём радость и страсть, и желание. Наверное, он испытание, судьбой что послано свыше. Сердечко моё еле дышит. Но так не должно быть…