- -
- 100%
- +
"...Когда уходите на пять минут
Не забывайте оставлять тепло в ладонях
В ладонях тех, которые вас ждут,
В ладонях тех, которые вас помнят.
Не забывайте заглянуть в глаза,
С улыбкой робкой и покорною надеждой.
Они в пути заменят образа
Святых, даже неведомых вам прежде.
Когда уходите на пять минут
Не закрывайте за собою двери-
Оставьте это тем, которые поймут,
Которые сумеют в вас поверить.
Когда уходите на пять минут,
Не опоздайте вовремя вернуться,
Чтобы ладони тех, которые вас ждут,
За это время не успели разомкнуться..."
– Доброе утро, – внезапно раздался медовый женский голосок.
Выпрямился и, подплыв к бортику, удовлетворённо улыбнулся, жадно рассматривая малышку в сексуальном халатике, который безумно желал с неё сорвать.
– Хочешь воды? – Моя сексуальная девочка берёт с бортика бутылочку и протягивает мне, параллельно облизывая свои бархатные, манящие губы.
– Не откажусь. Спасибо, – громко выдыхаю и делаю небольшой глоток, не своя голодного взгляда с Марии. Несмотря на наш непринуждённый разговор, чувствую напряжение в воздухе, сама атмосфера пропитывается сексом.
– Ты у меня ранняя пташка, – ставлю бутылочку с водой на бортик и резко выпрыгиваю из бассейна. Сдохну, если сейчас к ней не прикоснусь.
– Похоже, ты сегодня переборщил с плаванием, бицепсы перенапряжены, – кокетливо улыбаясь, промурлыкала искусительница.
– Перенапряжены. Ты даже не представляешь, до какой степени, – хватаю Машку за талию и молниеносно сдираю с её огненного, желанного тела ненужную, лишнюю тряпку. – Но ты поможешь мне снять утреннее напряжение, – не позволяя более произнести ни единого слова, хватаю обнажённую девочку, и мы вместе с ней погружаемся в тёплую, приятную воду.
Мария громко рассмеялась.
И вновь невольно залюбовался очаровательной русалкой. Она так мило выглядит, когда улыбается. И я, как верный пёс не могу отвести взгляд от её выразительных, голубых, смеющихся глаз.
Да я жестокий, кровожадный волк, безжалостный со своими врагами. Никому не верю…Никого не люблю…Но только с ней превращаюсь в маленького, безвольного щенка. Чёрт! Она меня приручила. Обуздала дикого, жестокого зверя, которого годами воспитывал внутри себя. Сама жизнь взрастила дикого, безжалостного зверя.
– Что?
– Ничего, – простонал. – У меня-то всё превосходно, – без ложной скромности признался. – А вот тебе, кстати, ещё надо поработать над техникой. Слишком высоко держишь голову над водой, из-за этого перенапрягается пресс, – уверенно кладу руку ей на талию под водой.
Маша надменно усмехается.
– Да ты что! – Маша решительно и провокационно прижимает ладонью к моей груди. – Что? Желаешь стать моим персональным инструктором по плаванью?
Конфетка демонстративно блуждает бархатными пальчиками по коже, слегка дёргая за редкие волоски, усиливая моё возбуждение.
Маленькая сучка! Невинная дьяволица.
– Представь себе! – Опускаю обе руки под воду и за талию притягиваю её к себе. – Очень хочу стать твоим инструктором. Многому готов тебя обучить. В том числе и плаванью.
Вся дерзость Машки мгновенно улетучивается, она послушно следует моему движению, прикрывает глаза. Вижу, как девичьи полуприоткрытые полные губы тянутся ко мне. Сладострастно целую её, и это мгновение волшебно. Трудно передать ощущения, когда тебя окутывает прохладная вода бассейна, а к тебе в это время прижимается молодое, стройное, женское тело. И не просто тело…Я люблю Марию. Люблю до такой степени, что сам боюсь своих чувств.
Целуемся долго, страстно… Не могу сказать, минута прошла или десять. Ладонями чувствую, как по женской спине бегут мурашки. От лёгких поцелуев переходим к более чувственным, её язык играет с моим. Я как будто пьянею от этого, и Маша похоже чувствует то же самое. Опускаю руки на её упругую, аппетитную попку. Страсть охватывает нас обоих. Она моя…Только моя…Но как долго продлится это волшебство. Как завершится сказка, в которой я далеко не прекрасный принц, а скорее самый, настоящий злодей, который хитростью и вероломством присвоил себе принцессу.
Поцелуи наши становятся более страстными, отчётливо чувствую, как её возбуждённые соски трутся о мою грудь. Слегка большим пальцем массирую её сосок, чувствуя, как он твердеет под моими ласками. Маша всасывает мою нижнюю губу и аккуратно прикусывает её, отчего я тихо мычу.
– Я надеюсь, здесь нет камер, – оторвавшись от моих губ на мгновение встревоженно бормочет супруга.
– Есть, но они не видят, что происходит под водой, – шепчу малышке, которая слишком поздно вспомнила о стыде. – Никто нас не видит. Но с другой стороны, согласись, прилюдный секс тебя возбуждает.
Она смотрит на меня выжидающе, безмолвно подталкивая к более решительным действиям.
Плохая…Очень плохая девочка!
– Да, – утвердительно провозглашаю, сильнее притягивая её к себе, практически вжимая маленькую девочку в своё тело и яростно закрываю ей рот поцелуем. Шаловливая рука проникает под резинку моих плавок и начинает водить по головке стоящего колом члена. Опускаю руку под воду и стягиваю с себя плавки, освобождая ей путь, теперь её невероятно нежная рука ходит по всему стволу, сводя с ума, а головка упирается в девичий, плоский живот.
Всё, о чём могу думать в этот момент – это место между её длинных стройных ног. Машка словно читает мои мысли, потому что в следующее мгновение, изящно поднявшись в воде и упираясь в мои плечи, она обвивает меня ногами, а её лобок касается моего напряжённого ствола. Ощущаю, как моя головка упирается в её половые губы. Маша делает лёгкое движение тазом и, я чувствую, как я медленно вхожу в неё. Ощущение прохладной воды бассейна и контраста с жарким и мокрым, тесным влагалищем, охватывающим мой член, чуть не заставляет меня кончить впервые же несколько мгновений. Но я своевременно притормаживаю её движения.
– Подожди, не так быстро, – с придыханием шепчу.
Маша замедляет движения, и это позволяет мне сдержаться.
В воде стройное, девичье тело кажется почти невесомым. Одной рукой поддерживая её за талию, другой ласкаю женскую грудь, играя с затвердевшими сосками. От этого Мария начинает стонать, и я понимаю, что нашёл её «слабое место». Продолжая играть с сосками, я ускоряю фрикции, а она начинает быстрее скакать на мне. В какой-то момент Мария запрокидывает голову назад с протяжным стоном, и по пульсации мышц понимаю, что она кончает. Это осознание заставляет меня буквально взорваться. Чувствую, как моя сперма густым потоком наполняет её.
– Тебе было хорошо? – Робко спрашивает она, плавно приходя в себя.
– Да, ты меня чуть с ума не свела, – честно признался.
Машка смеётся, мы легко целуем друг друга в губы. И тут мне в голову приходит другая мысль. Она пронзает меня словно острый наконечник стрелы.
– Эмм, мы не предохранялись, – хмурюсь.
Совершенно не против завести малыша с Марией, но сейчас совершенно неподходящее время. Наше будущее очень туманно…Слишком туманно…Какие дети?!
– Не волнуйся, – поспешила меня успокоить супруга. – Принимаю противозачаточные. Ты думаешь, я бы стала скакать на тебе, если бы не предохранялась? Немного контроля я всё-таки сохраняю.
Мария отстраняется от меня и, выскочив из бассейна, спешно накидывает халатик на мокрое тело.
– Малышка, не переживай, здесь ведётся видеозапись, но её никто не увидит без моего разрешения.
Девушка снисходительно приподнимает бровь.
– Вот как! Значит, теперь у тебя на меня есть компромат.
Лукаво ухмыляюсь и, схватив плавки, выскакиваю из бассейна.
– Есть. И если ты вдруг вздумаешь от меня уйти, то твоя прекрасная пятая точка станет достоянием общественности.
Маша кокетливо поправила халатик, который успел намокнуть от её тела и уже почти не скрывал женские прелести.
– А ты страшный человек.
Хищно сузил глаза.
– Страшный. Очень страшный, – склонившись над её ухом, ощущая жар женского дыхания, твёрдо констатировал.
Машка смело подняла голову и пристально посмотрела в мои глаза.
– Не такой уж и страшный, если я вышла за тебя замуж, – девочка уверенно рассмеялась. – Лютов, ты можешь кому угодно угрожать, только не мне. Женщина всегда чувствует, от кого исходит опасность. Так вот от тебя никакой опасности не исходит.
Девочка поводила глазами.
– По крайней мере, для меня.
Конфетка даже не представляла, как она права…Моя…Только моя…Неустанно рычал мой внутренний зверь, который кому угодно бы глотку перегрызть, но только не ей. Она меня приручила. Хотел её приручить, а в результате сам превратился в ручного котёнка.
– Милая, может тебе ещё пару дней побыть в больнице. Ты уверена, что хорошо себя чувствуешь? – С неестественной нежностью, приятной заботой в голосе проговорил суровый мужчина, который отчаянно утверждал, что является моим законным мужем.
Безмолвно помотала головой и скользнула взглядом по красивому, рельефному телу…
Лютов излучал мощь, силу…
Каждая женщина мечтает о таком мужчине, за которым как за каменной стеной. Но блин! Почему я испытывала неоднозначные, трудно объяснимые чувства. Казалось, что мне навязывают чужую волю.
– Какая же ты упрямая, конфетка, – сладко промурлыкал Лютов и аккуратно, но довольно властно обвёл своей рукой мою талию, а затем широко улыбнувшись, безапелляционно прижал меня к своему сильному телу.
Бархатный, мужской голос успокаивал меня. Приятный аромат заволакивал. Я точно не испытывала к Лютову никакой ненависти, но при этом внутри меня колыхался огонёк недоверия, который постепенно разгорался и не позволял полностью довериться мужу.
И вновь невольно пробежалась взором по мужественному силуэту, лишний раз стремясь доказать себе, что рядом со мной настоящий, достойный мужчина.
Лютов очень стильный, уверенный, решительный человек. Мимо такого мужчины не сможет пройти ни одна женщина. Выйти за него замуж – это как выиграть в лотерею. И каким-то чудесным образом именно я вытащила этот счастливый билет. Только вот почему-то счастья не испытываю.
Нервно сглотнула, откровенно любуясь его накаченным телом, и неповторим элегантным стилем.
Минимум деталей. Цветовая гамма — все оттенки чёрного. Стильные принты. Дорогие аксессуары: тёмные очки, придающие загадочность, брендовые часы, подчёркивающие его высокий статус в обществе.
А Лютов умеет себя выгодно преподнести. Одевается со вкусом, по моде, позволяя себе некоторую небрежность, можно сказать даже экстравагантность.
Интенсивно задышала. Лихорадочно ловя губами воздух. Из последних сил пыталась разобраться в своих чувствах, но вместо того чтобы приобрести ясность мышления всё больше и больше блуждала тёмных уголках больной души. Запутывалась…
Мои чувства – это лед и пламя. Они совершенно противоположные и несовместимые. С одной стороны я ему не доверяю, даже немного опасаюсь, инстинктивно пытаясь держаться подальше, но вместе с тем каждый раз попадаюсь под влияние его мужского очарования и шарма.
– Что? – Поймав мой взгляд, обворожительно улыбаясь, проговорил Артур и крепче прижал меня к себе.
– Ничего, – стыдливо опустила пушистые ресницы.
– Малышка, так не пойдёт, – его длинные пальцы нежно прикоснулись к моему подбородку и, слегка приподняв моё лицо, пронзительно и пытливо посмотрел тёмно-шоколадными глазами на меня.
Мгновение…И его взгляд поменялся…Нежность испарилась.
– Маша, ты моя жена, и не должна вздрагивать от каждого невинного прикосновения.
И вновь не выдержав яростного зрительной дуэли, повержено опустила глаза.
– Маша! На меня посмотри.
Замерла! Неподвижно смотрела в одну точку.
Команда! Приказ! Лютов говорил мягко, но при этом осознавала, что ослушаться его смерти подобно.
Чёрт! Я же не безвольная кукла, которую поставили в музыкальную шкатулку и эта красивая деревяшка с металлическим стрежнем вращается под музыку, не в состоянии остановить ни движения, ни ритм и даже самую мелодию поменять не может.
Смело дёрнулась, попыталась отстраниться от мужчины и сбросить со своего тела его руки.
– Отпусти, – выдохнула. – Пожалуйста, отпусти меня, – молниеносно накрыла ладонью его руку и цепко царапнула ногтями мужскую кожу, но Лютов даже особо не ощутил моих слабых попыток вырваться.
Мужчина вальяжно рассмеялся, демонстрирую, что я лишь маленькая, беззащитная куколка, которая без его разрешения самостоятельно даже шаг не сделает и, свободной рукой обхватив меня за талию, создал, таким образом, плотное кольцо, из которого вырваться не было никаких шанцев.
– Малышка, ты должна привыкнуть ко мне. Я твой муж. И безумно соскучился по тебе. Ты не можешь каждый раз избегать меня. Понимаешь? – Трепетно прохрипел мужчина, непринуждённо царапая мою щеку своей щетиной.
Понимала…Ещё как понимала. Лютов здоровый, молодой мужик и ему необходима нормальная сексуальная жизнь. Я же более двух месяцев провалялась в больнице. И прямо скажем, особой сексуальной неотразимостью не отличалась, да и не горела… Не могла избавиться от чувства, что Артур для меня посторонний человек. Совершенно чужой…Неизвестный…
Снисходительно усмехнулась и плавно заправила волосы за уши.
Нет! Я отчётливо испытывала страх перед этим человеком. И вовсе это не растерянность или дезориентация. Мой страх никак не может быть вызван потерей памятью. Он зародился, горазда и горазда раньше. Интуитивно желаю держаться от мужа как можно дальше…Не могу объяснить свои чувства, но и махнуть рукой на свои инстинкты не получается.
Артур ласково проводит пальцами по моей щеке, а мне съёжится хочется. Спрятаться. Укрыться. Против моей воли создаётся впечатление, что в любую секунду его нежность схлынет, и он станет грубым, жестоким…
Боже! Голова идёт кругом! Нельзя забывать, что мой организм пережил серьёзное потрясение. Вероятнее всего, мои навязчивые мысли это всего - на всего последствия аварии. Точно! Необходимо дать время. Я обязательно всё вспомню. По крупицам восстановлю своё прошлое. Пока рано делать выводы.
– Прости, – слегка поддалась вперёд, разрывая телесный контакт между нами. – Мне трудно. Я не могу объяснить свои чувства. Эмоции, – взволнованно защебетала, оправдываясь за своё поведение, ощущая вину.
И вновь искры нежности и тепла заиграли в глазах супруга.
– Маша, женщина выздоравливает, «давая волю» своей сексуальности. Обещаю, что окружу тебя любовью и заботой.
Глядя на уверенного супруга, моментально замотала головой в такт его подрагивающему подбородку.
– Хорошо. Верю, – повертела головой. – Нет. Знаю, что обязательно со временем обо всё вспомню.
Лицо Лютова перекосилось. Он словно услышал свой приговор. Страх. Злость. Тревога. Вот коктейль эмоций, заигравший в его тёмных очах, который стали похожи на мглу. Его глаза перестали дарить солнечные лучи тепла, теперь они источали лишь боль и страх.
Почему Лютов боится прошлого? Что между нами произошло такого, что он, всегда такой сдержанный, тактичный и сто процентов выверенный, машинально теряет своё хладнокровие и неспособен справится с эмоциями, лишь только я начинаю говорить о том, что память ко мне вернётся.
Артур огорчённо улыбнулся, его лицо перестало источать страх, теперь появилась гримаса ироничной скорби.
– Маша, есть вероятность, что память к тебе никогда не вернётся. Обещаю, что сделаю всё, чтобы ты полностью поправилась, – мужчина неспешно сделал шаг вперёд.
Думала, что он вновь заключит меня в объятия, которые воспринимала как плен, но Лютов лишь приподнял руку вверх и не прикасаюсь ко мне, провёл пальцами в воздухе, очерчивая невидимую линию.
Глубоко вздохнула.
– Я очень хочу всё вспомнить. Стараюсь, но не получается. Ощущаю себя какой-то ущербной.
Лихорадочно обхватила свою пустую голову дрожащими пальцами.
– Маша, не смей так говорить, – вновь командным голосом обратился ко мне Лютов.
Моментально его ладони оказались на моих плечах.
– Самое главное, что ты жива и здорова. А всё остальное восстановится постепенно. Тем более, – саркастическая ухмылка на пару секунд блеснула на его тонких губах, – иногда прошлое лучше оставить в прошлом. Знаешь, девочка моя, может, у тебя появился новый шанс, – мужчина неторопливо перевёл пальцы на мои волосы и, продолжая улыбаться, резким движением вытащил локоны волос из-за ушей.
Не отводила глаз от мужчины. В глубине тёмных очей искрилось что-то дьявольское…
Дьявольская недосказанность вновь и вновь усиливала мою тревогу. Бежать. Спасаться. Я обязана уйти.
Лениво сделал шаг назад, но мгновенно, лёгким движением сильных, мощных рук Лютов вернул меня обратно, крепко прижимая моё маленькое, беззащитное тело к своей груди.
– Ты меня боишься?
Растерянно смотрела в прекрасное, но такое чужое мужское лицо. Из последних сил пыталась вспомнить его, принять, но не могла. Вся моя сущность противилась. Отказывалась принимать Лютова в качестве мужа.
Словно оттаяв от неожиданного вопроса, лихо отвернулась в сторону окна, не позволяя супругу прижаться губами к моим устам.
Лютов не был мне противен…Он был для меня опасным чужаком…
Немного зажмурилась от притягательного, но такого яркого весеннего солнца.
Зима отступила…На улице царила красавица-весна.
Весна — время возрождения и новых начал. Для некоторых шанс перевернуть новую страницу. Для других — удивление неожиданному.
– Маша, ты так и не ответила на мой вопрос.
Лютов максимально близко прижался губами к моему уху, обжигая кожу, безжалостно теребя моё сердце, провоцируя острые, огненные ощущения.
Внутри всё переворачивалось…Кипело и бурлило, но я продолжала стоять словно ледяная, непроницаемая снежная статуя и упорно глядела в окно.
... У любви нет золотой середины: она либо цветёт, либо увядает. Когда любовь подвергается испытаниям, она не увядает. Продолжает цвести, но утрачивает аромат. Его можно вернуть. Со временем. Я верну аромат нашей любви? От меня лишь требуется терпение. Дождаться возвращения аромата... Настанет время, когда всё вернётся. Когда судьба отойдёт в сторонку и скажет: «Вам достаточно испытаний. Живите спокойно...»Моя надежда походила на весну! На весну! Скоро она взойдёт на престол времени. Окончательно прогонит холода. И пусть память не вернётся, но оживут прикосновения, чувства, поцелуи.
– Ты для меня чужой человек, – решительно повернула голову и внимательно заглянула в глаза супруга. – Не боюсь. Скорее опасаюсь. Я тебя не знаю. Не помню.
Пальцы Лютова ещё сильнее сжали моё хрупкое тело.
– Ничего, конфетка. Придётся тебе напомнить о том, как ты трепетно и страстно дрожала от моих прикосновений, – едва –едва игриво касаясь мягкими губами моих губ, хрипловато простонал он.
– Артур, отпусти меня.
–Нет. Не отпущу, – Лютов звонко усмехнулся и провёл кончиком носа по моей полыхающей щеке. – Маша, я тебя больше никогда не отпущу. Ты моя. Только моя, – его шаловливая рука скользнула по моему телу и в считаные секунды оказались на филейной части. Цепкие, мощные пальцы крепко смяли интимную часть, вызывая моё смущение и одновременно разжигая непростительное возбуждение и неконтролируемое желание.
– Отпусти, Артур. Отпусти. Ты меня пугаешь.
Лютов пренебрежительно ухмыльнулся.
– Страх - это хорошо. Он позволяет нам избегать ошибок.
Вновь дёрнулась. И вновь моя попытка оказалась неудачной.
– Что ещё?
Озадачено приподняла брови.
– Еще какие чувства я у тебя вызываю? – Словно издевательство прозвучал его вопрос. Казалось, что он знает о моих чувствах гораздо больше, чем я.
Отчаянно пыталась разобраться в собственных эмоциях, пристально глядела на так называемого супруга и никак не могла смириться с происходящим.
Реальность пугала меня, не верила, что этот мужчина с необъяснимо пугающей аурой и внешностью настоящего Апполона, мой муж.
Тщетно копалась в подкорке головного мозга и ничего, кроме пустоты так и не обнаружила.
– Конфетка, так что же ты испытываешь ко мне?
Нервно сглотнула и робко пожала плечами.
– Ты для меня загадочный мужчина, которого совершенно не знаю. Прости, Артур.
Супруг непринуждённо усмехнулся и, игриво подмигнув, трепетно прошептал, – есть ли что-нибудь более привлекательное, чем загадочный мужчина? По какой-то причине отчуждённость или замкнутость притягивают женщин, а не отталкивают. Это заставляет поверить в то, что мужчина имеет какие-то секреты, которые необходимо раскрыть.
Интрига и недосказанность повисла в воздухе. Инстинктивно чувствовала угрозу, но его тёмная аура притягивала, он манил меня, завлекал, притягивал и одновременно отталкивал.
Глава 2.Мария
" ...Люблю, ты снова повторяешь
И шепчешь нежно, ты моя.
И тут же мне не доверяешь,
Так значит лживые слова?
Ты больно душу обжигаешь
Своим неверием порой,
Ты любишь и не доверяешь
Потом опять кричишь, что мой.
Но, как и мне теперь поверить,
Что, правда, любишь ты меня,
Как мне себя, тебе доверить,
Ведь, всё же я люблю тебя!
Ты то-огонь, то сразу лёд
Тебя понять мне очень сложно,
То горький яд, то сладкий мёд
Понять тебя мне не возможно.
Тебя люблю и ненавижу,
Тебя ищу, тебя я жду…
Но если долго не увижу,
То от тоски сума сойду! "
На пару секунд замерла.
Простой вопрос прозвучал от супруга, но я не знала, как ответить.
Сумбур царствовал в моей душе. Казалось, что я всё ещё прибываю в длительном сне…
– Артур, я боюсь. Боюсь. Мне страшно. Как же ты не можешь понять?
Мужчина озадаченно улыбнулся, искренне негодование зафиксировалось на его мрачном лице.
– Боишься, – с откровенной досадой прошептал он. – Ты меня боишься? Маша, ответь, я настолько ужасный? Чем же я тебя так пугаю? Что делаю неправильно?
Интенсивно замотала головой.
– Нет. Я полностью дезориентирована. Не понимаю, – судорожно задышала, отчаянно водя холодными пальцами по вискам. – Мне очень сложно. Страшно. Я не помню прошлого. И не знаю, что будет в будущем. Неизвестность пугает. Страшно осознавать, что ты никто. Не понимаю, кому могу верить.
Сердце словно застыло. Мир вокруг меня оказался чужим. Одна сплошная тьма. Кто я такая? Ужасно ничего не помнить, ощущала себя беспомощным человеком, который не знает, что делать дальше. Куда бежать? Кому доверять?
Кроме персонала медицинского учреждения и Лютова я ни с кем не общалась. Само собой, врачи и медсёстры были очень добры со мной, любезны, но они совершенно ничего не знали обо мне. Всё информацию приходилось собирать по крупицам.
И получила я её лишь от одного источника. От мужа. Не было никаких оснований не доверять Артуру.
Глупо полагать, что это солидный, обеспеченный мужчина будет меня обманывать. Но интуиция отказывалась принимать реальность, здравый смысл подсказывал, что супруг что-то от меня скрывает.
Я и Артур слишком разные люди. Рядом с ним должна быть роковая красотка, которой я бесспорно не являлась. Слишком обычная…Простая! Посредственная девочка, которая каким-то чудесным, необъяснимым образом умудрилась привлечь такого статного, богатого мужчину.
– Конфетка, просто доверься мне. Обещаю, что никогда не обижу тебя.
Лютов ласково опустил ладонь мне на затылок и бережно прижал к своей груди.