Страстные танцы на осколках любви

Не буду топать ногами от злости, а лучше отправлюсь в центр зала и отдамся во власть приятной, интенсивной музыки.

– Ты куда? – Почти одновременно прокричали подруги.

– Танцевать…Танцевать…Танцевать…

Непринуждённо двигалась в такт ритмичной музыке, а в голове так и крутилось стихотворение: «Танцы прелестью своей, полёте, в радостном порыве, красавиц делают красивей, дурнушек делают милей.».

Музыка опьяняла, атмосфера околдовывала. Забывала о реальности, танцевала и ни на секунду не останавливалась. Зачем танцую – не рассуждала. Смысла всё равно нет и не было никогда. Понимала, что задумаешься — остановятся ноги, прекратиться магия, завершится волшебство. Все твои контакты с миром вокруг оборвутся. Даже если всё вокруг кажется дурацким и бессмысленным — не обращала внимания. За ритмом следила — и продолжала танцевать.

Закружилась и неожиданно наткнулась на сильное, брутальное препятствие. Моментально подняла голову и увидела перед собой опасный, хищный, будоражащий душу ярко-огненный взгляд, пропитанный опасной, таинственной заинтересованностью. Тёмные глаза, сравнимые с кромешной, таинственной, непредсказуемой ночью, в глубине, которых, словно звёздочки мерцали искорки огненного желания, впивались в мою кожу. Они проникали в каждую клеточку обмякшего, порабощённого его сильными руками тела.

– Мы должны считать потерянным каждый день, в который мы не танцевали хотя бы раз.

Надменно усмехнулась.

– Молодой человек, – приподняла левую руку и продемонстрировала палец, на котором фиксировался символ моей любви и верности супругу. – Я замужем. Поэтому, прошу убрать от меня руки.

Незнакомец к моему удивлению, без лишних пререканий, спокойно выполнил мою требовательную просьбу и, сделав шаг назад, бесстыдно пробежался пожирающим взором по моему телу. Вот сейчас, впервые в жизни пожалела, что не прислушалась к совету, своей младшей сестрёнки и нацепила столь откровенное, провокационное платье.

– Вашему мужу несказанно повезло, – томно протрубил он, бессовестно любуясь моей грудью, – а вот про вас такого сказать не могу. Вашему мужу не следует отпускать столь привлекательную жену одну. Если бы у меня была такая женщина, то я бы ни наш шаг её от себя не отпускал, – секунда и он уже стоял максимально близко возле меня… Недопустимо близко… Слишком близко…

Надо было оттолкнуть его, прекратить столь провокационный, откровенный разговор, но я была словно под гипнозом.

Ритмичная музыка прекратила звучать и спустя минуту в зале раздались плавные, медленные звуки.

– Разрешите пригласить вас на танец, – и просил, и приказывал одновременно незнакомец.

– Нет. Не разрешаю, – придя в себя, словно очнувшись от дурмана, но всё же не слишком неубедительно, произнесла я.

Наглец самодовольно рассмеялся.

– Что смешного? – Разгневанно спросила я.

Мужчина прекратил смеяться и без особых эмоций, ответил, – чего вы боитесь? Это всего лишь танец. Он ни к чему вас не обязывает. Люди танцуют, потому что танец может все изменить: одно па может сблизить людей, одно па может заставить тебя поверить в себя, одно па может освободить целое поколение.

Он надменно, с заносчивой, высокомерной ухмылкой бросил мне вызов. И следовало бы не поддаваться на провокацию, но мне захотелось поиграть в его игру, только вот установить свои правила.

Сама не знаю почему, но каждое движение обаятельного мужчины волнуют душу, этот таинственный мужчина полностью контролирует моё подвластное тело, и я беспрекословно следую за ним. Изысканный и элегантный танец охватывает нас, вынуждая концентрироваться лишь друг на друге. Стиль нежно-плавный и приятно мелодичный заставляет меня расслабиться и на время довериться совершенно незнакомому мужчине.

– Спасибо, красавица, – так нежно и прекрасно прошептал он, как только музыка остановилась.

Улыбнулась и машинально покачала головой.

– Мне было очень приятно с вами танцевать.

На пару секунд застыла на месте, пронзительно вглядываясь в огромные томные мужские глаза. Интуиция подсказывала, что этот человек далеко не так прост, каким хочет показаться на первый взгляд.

– И вам спасибо. Прощайте.

Торопливо сорвалась с места и целенаправленно направилась к столику, за которым меня ожидали подруги.

– До скорой встречи, – громко и уверенно прозвучал за спиной голос мужчины, который ясно давал понять, что это лишь первый этап и нам предстоит ещё ближе познакомиться.

Отчаянно замахала головой. Вот же самодовольный наглец. И я тоже хороша. Не стоило с ним танцевать. Романтическая атмосфера неторопливо развеивалась, дурман пропадал, и я неторопливо возвращалась из сказки в реальность.

– Что? – Гневно осмотрела взволнованные лица подруг, которые словно сговорившись, не моргая, с лёгким испугом и тревогой таращили на меня глаза. Чёрт! Что случилось? Неужели невинный танец с мужчиной вызвал у моих подружек такое изумление и негодование. Не чувствовала особо никакой вины. Ничего запретного и постыдного себе не позволила. Что же их так взволновало?

– Рома, я так тебя люблю, – с придыханием, сладким голоском пролепетала Маша. – Даже не верится, что мы с тобой смогли провести выходные дни вдвоём. Вдали от лишних глаз. Без постоянных звонков. Только ты, – моя любимая девочка кокетливо растянула свои пухлые губки, – и я.

Нежно улыбнулся супруге, которая, как всегда, умело завуалировала в своей фразе упрёк.

Моя любимая, бесценная девочка с острым язычком и пленительными, сахарными губами.

Моя жизнь…Жизнь, которой не могу вдоволь насладиться.

Действительно, из-за своей службы я почти не провожу время с молодой женой.

В браке мы были почти пять лет и за всё это время по пальцам можно пересчитать, сколько раз нам удавалось куда-нибудь вырваться. И в этом была лишь моя вина. Обязан ценить свою драгоценную девочку, а вместо этого откровенно пренебрегаю ей. Сколько раз меня выдёргивали в знаменательные моменты нашей жизни. Чёрт! Слишком виноват перед ней…

Благодарность мелькнула в моих глазах. Чтобы не происходило Маша всегда рядом со мной. Ругается, бурчит, временами дуется, но…рядом. Всегда рядом даже, когда хмурится и дует губки.

Был безгранично ей благодарен, за ласку, нежность и понимание. Моя красавица могла выбрать себе любого кавалера, гораздо более перспективного и прожить с ним долгую, счастливую, а главное беззаботную жизнь, наполненную умиротворением и спокойствием.

Никой стрельбы, угроз…Никакой опасности.

– Солнышко, я тоже тебя люблю, – ласково прижал супругу к своему телу. – Ты даже не представляешь, как сильно тебя люблю. Не могу выразить словами. Сама же знаешь, что говорить романтические фразочки не умею. Но я отчаянно пытаюсь исправиться, – искренне признался.

Моя девочка усмехнулась и крепче прижалась ко мне.

– Знаю. Ты у меня совершенно в другом специалист.

Хитро ухмыльнулся.

– И в чём же я специалист?

– Морду бандитам бить, – молниеносно отреагировала Машка и самодовольно рассмеялась. – Преступников ловить. Вершить справедливость. Наказывать негодяев и спасать невинных людей. В этом ты настоящий специалист, которому совершенно нет равных. Мой супергерой.

Затем она замолчала и глубоко вздохнула…

Наслаждался спокойствием и, тишиной сидя на берегу озера.

Вечер был такой тихий, как говорится, лист не шелохнётся. Течения практически не было. Тучи растворялись, поднималась красавица луна.

– Пошли, – встал и потянул за собой удивлённую Марию, которая недовольно поморщилась.

– Куда? Давай ещё посидим.

– Малышка, – обхватил своё недовольную куколку за талию и немного приподняв над землёй, весело закружил.

Мария звонко рассмеялась.

– Прекрати. Сейчас голова закружится. И я грохнусь.

Замер и внимательно посмотрел в её очаровательные, бездонные голубые глаза.

– Родная, если голова закружится, то я понесу тебя на руках. Запомни, пока я рядом ты никогда не упадёшь, – бережно поставил девушку обратно на землю, при этом аккуратно продолжая придерживать за талию. – Я всегда буду рядом с тобой. Всегда. Чтобы не произошло. Ты моя судьба. И я безгранично тебя люблю.

– Знаю, – с откровенным сожалением простонала супруга и суетливо поправила расхулиганившиеся локоны рыжих волос, которые изрядно потрепались, пока Мария парила в воздухе. – Но ключевым остаётся «пока ты рядом».

Маша угрюмо усмехнулась и опустила глаза.

Понимал, что моя милая, нежная и искренне любящая меня супруга желает более размеренной жизни, которую я просто-напросто не способен ей дать.

Будучи начальником убойного отдела центрального главка столицы постоянно живу как на пороховой бочке, существую по принципу: «…спокойствие нам только снится…», но Мария выходя за меня замуж прекрасно была осведомлено о моём образе жизни.

Ну не могу я всё бросить и жить жизнью обычного человека! Слишком привык к своей опасной, суетливой жизни…По-другому не могу! Кто кроме меня.

– Солнышко, пошли, – не стал более развивать наш печальный разговор, тем более что по приезду в город мне ещё придётся рассказать ей об очередной командировке.

И пусть я уезжаю всего на пару недель за город, Маши от этого легче не будет. Мысленно готовился к скандалу. Или она просто замолчит. Проклятие! Иной раз её убийственное молчание тревожит гораздо больше чем истерический крик. Сколько раз ловил себя на мысли, что после того, как вернусь из командировки обнаружу пустой шкаф и клочок бумаги, с надписью: «Всё достало. Я ухожу. Прощай.».

– Куда мы идём? – недовольно пробурчала малышка.

Игриво подмигнул любопытной девушке, подталкивая её к арендованному катеру.

Нежно взял её за руку и провёл на борт катера.

– О, я смотрю, ты подготовился! – Жена обратила внимание на плед и подушки, – Кроме меня, будут ещё гости?

Супруга игриво облизала свои спелые, сочные губки.

– Это очень-очень приватная вечеринка, я бы даже сказал интимная, – соблазнительно, с уловимой сексуальной хрипотцой, прошептал.

Наслаждался любимой женщиной…

Жена посмотрела мне в глаза, в которых играли похотливые искорки.

Её страстные очи так и вопрошающе кричали: «Ты поцелуешь меня?».

– Люблю тебя, Машка, – решительно заявил и жадно прижался к столь желанным губам, буквально растворяясь в своей божественной женщине.

Говорят, любовь живёт пять лет…Врут, настоящая любовь живёт вечно, и страсть никуда не уходит, с каждым днём я любил Машу всё сильнее и сильнее…

– Малышка, знаю, что ты мечтаешь о совершенно другом отдыхе, но пока я не могу уехать из страны, – виновато прошептал и провёл рукой по её щеке, коснувшись пряди мягких волос, упавших из причёски. – Вот как только выйду на пенсию, то мы обязательно отправимся в кругосветное путешествие. Будем только ты и я.

Моя рука потянулась дальше, коснувшись её наполовину обнажённой груди, которая слегка была прикрыта блузкой с глубоким декольте. Погрузил руку глубоко в вырез блузки и сжал её аппетитную, упругую грудь без лифчика.

Маша тихонько удовлетворённо воскликнула и грациозно выгнулась назад, а потом прижалась грудью к моей руке, позволяя продолжить мои шалости. В полузакрытых девичьих глазах светилось желание.

– Всё понимаю. Рома, я знала, что буду офицерской женой и готова нести вместе с тобой все тягости и невзгоды. Только, пожалуйста, будь аккуратнее. Не хочу и не могу тебя потерять, – и вновь мольба зазвучала в её голосе. – Ромка, я очень за тебя боюсь. Иной раз сердце замирает. Дышать не могу. Ощущаю такую обречённость.

Господи! Опять посетила мысль послать всё к чёртовой матери! Ничего не имеет значения, только она.

Улыбнулся и, быстро стянув с супруги блузку, прижался губами к лебединой женской шейки, поднявшейся мне навстречу.

Моя рука в это время продолжала ласкать её грудь. Ласкал её шею, опускаясь всё ниже, пока не достиг мягкого бугорка груди. Мне нравится ласкать и целовать девичью грудь, сознательно не касаясь соска.

Играл с малышкой.

Специально дразнил, усиливая желание Марии, провоцируя страстную реакцию, никуда не спешил, ласкал и гладил её идеальные полушария, чтобы она чувствовала жар моего языка, но тщательно избегал касаться соска, хотя жена и подталкивала меня к этому, придвигая ко мне сосок.

Зная уже мои такие мучительные, сладострастные игры, жена выразила протест, издав недовольный стон.

Лениво усмехнулся и медленно расстегнул, и снял с неё шорты, бросив их на палубу. Теперь моя красавица-жена осталась в одних кружевных трусиках. Стоило мне взглянуть на неё, как я почувствовал, как предательская капелька замочила мои трусы.

– Нравится? – Жена кокетливо повела плечиками.

Вот же сучка. Она была равным соперником, прекрасно могла провоцировать и возбуждать, вот теперь уже не известно, кто с кем играет, как кошка с мышкой. Машка сводила с ума. Ни на секунду не мог оторвать от неё восторженного, сладострастного взора.
Богиня. Невероятная королева. Эта женщина раз и навсегда покорила моё сердце. Никогда не был романтиком, слишком грубый, возможно, временами брутальный, но рядом с ней перевоплощался. Становился мягким, покладистым. Моя девочка – самая настоящая дрессировщица. Укротительница диких животных.

– Ты прекрасна, – слегка отодвинулся, чтобы рассмотреть её идеальное тело. – Машка, ты даже не представляешь какой властью надо мной обладаешь. Ты моя волшебница. Коварная соблазнительница. И как можно перед тобой устоять?

Я был первым мужчиной Марии и очень надеялся, что останусь последним.

Она досталась мне такой чистой, невинной и абсолютно неопытной, стеснялась, забавно смущалась, не осознавая, какой властью обладает, но со временем моя жена раскрепостилась и превратилась в самую настоящую огненную фурию, от былой робости не осталось и следа.

Дикая, необузданная и полностью моя. Только моя…

Она моя жизнь. Судьба. Мария мой кислород, без неё не смогу жить…

Эта хрупкая девочка с независимым характером принесла счастье и радость в мою безумную жизнь. А что дал ей я? Временами Машка просыпается по ночам и плачет. Ей частенько стали снится кошмары, в которых я постоянно выступаю в качестве мертвеца. Твою мать!

Понимал, что рано или поздно придётся делать выбор. Мария не может постоянно жить в тревоге. Она заслуживает мирной жизни.

Лёгкий ветерок на озеро слегка развевал её волосы. Мария радостно рассмеялась и интенсивно замахала длинными локонами.

– Красавица, – придвинулся языком к её животику и стал страстно целовать его, одновременно сжал двумя руками ягодицы, с силой схватил её и притянул к себе, на минутку утратив контроль. – Ты просто сводишь меня с ума. Напрочь от тебя голову теряю. Моя сладкая конфетка.

Хотел наброситься на сексуальную жену со всей силой страсти, но остановился, продлевая удовольствие.

Скоро Мария не выдержала, потянула меня к себе и стала снимать с меня одежду. Пока она снимала футболку, я уже скинул шорты вместе с трусами.

– Хочу тебя. Люблю тебя! – Протрубила девушка.

Мои трепетные игры не прошли зря, завёл её так сильно, что она была похожа на страстную тигрицу и буквально готова была растерзать меня.

– Люблю, – вновь повторила она и, опустившись на колени, аккуратно прижалась мягкими губами к половому члену, который воинственно восстал. Мария, в отличие от меня, быстро перешла к более активным действиям, её восхитительные губы торопливо набирали тем.

Смотрел на свою невероятную женщину и получал самое сладкое, незабываемое наслаждение.

Луна освещала озеро и с упоением наблюдала за нашей ночной шалостью.

В этот момент хотелось послать всё к чёртовой матери, включая мою службу. Отдал системе десять лет своей жизни. Переловил хренову кучу бандитов. Может уже пора подумать о себе и о своей семье.

Маша – идеальная девушка, мечта любого, одним словом, она дана мне в качестве подарка.

Иной раз, казалось, что я не заслужил такого счастья. Она идёт на жертвы, смиренно принимает меня, а что даю я ей взамен? Бессонные ночи. Вечные тревоги.

Внезапно удовольствие накрыло меня, невольно опустил глаза и громко застонал, машинально отгоняя все угнетающие мысли, полностью утопия в медовом удовольствии, которое безжалостно захватило тело, вызывая безумную дрожь, вынуждая интенсивно хватать воздух.

– Ты меня с ума сведёшь, девочка, – пробормотал я, желая лишь одного, чтобы наши тела слились в порывы огненной страсти.

Быстро сорвав с неё трусики, бережно уложил на плед и мгновенно вошёл в её жаждущее, изнывающее от желания плоть.

Почувствовал лёгкую дрожь всем телом, настолько это было волшебно – заниматься сексом под луной на палубе катера.

Врывался с бешеной страстью, чувствуя, что вот-вот потеряю контроль, и смотрел в жаждущие глаза Марии. Она ничего не говорила, только громко стонала, сжав одной рукой спинку лавочки. Погрузился в настоящий рай…

Наконец, утратил контроль и, обезумев от страсти, полностью потерял связь с реальностью. Маша стала дрожать, кричала и стонала в экстазе, пока не упала на спину без сил.

Обессиленно упал рядом с любимой и немного отдышавшись, проговорил, – милая, я не предохранялся.

Супруга покачала головой.

– Ничего страшного. Ты же знаешь, что я принимаю противозачаточные.

Уныло посмотрел на ярко-оранжевую луну.

– Что? – Трепетно уточнила Маша и, положив голову на моё плечо, пробежала двумя пальчиками по моему животу.

– Слушай. Может, мы всё-таки подумаем о детях. Мне уже скоро тридцать, тебе двадцать пять. Мы взрослые, состоявшиеся люди. Хватит уже откладывать. Чего ждать?

Не видел её лица, но чувствовал, как напряглось её тело.

– Мне страшно. Рома, тебя боятся преступники и уважают коллеги, но ты как кость в горле и у тех и у других, – девушка положила ладони мне на грудь и, склонив головы на свои скрещённые руки, пристально взглянула в мои глаза. – Сильный. Мужественны. Опасный. Ты прекрасный мужчина. Любящий муж, но вот как семьянин, прости, – она нервно облизала губы, – полный ноль. Ребёнку нужен отец. Ему требуется внимание и забота. А ты целыми днями пропадаешь на работе. Извини, но я готова пожертвовать своей жизнью, но своим ребёнком рисковать не собираюсь.

Непроизвольно поморщился и виновато посмотрел на свою смелую девочку. Никогда не боялся за свою жизнь, но рисковать жизнью ребёнка или своей жены точно не собирался. Хотя однажды проявил беспечность, слишком уверовал в свои силы, в результате чего Мария стала свидетельницей перестрелки. Тогда супруга не пострадала, успел её прикрыть, но она стала свидетельницей моего ранения и чудом не пострадала. Безусловно, нашёл и наказал отморозков, которые осмелились подвергнуть опасности жизнь моей жены, но на Марию эта ситуация наложила отпечаток.

– Милая, это был форс-мажор.

Маша гневно хохотнула.

– Форс-мажор – это когда с крыши на голову падает кирпич, который сам и укладывал, – перестав резко смеяться, грозно заявила она. – Повторяю, что готова быть рядом с тобой. Но рисковать жизнью ребёнка не позволю.

Тяжело вздохнул.

– Маша, родная, согласись, что от всего застраховаться невозможно. Ты что предлагаешь, заводить детей только, когда я на пенсию выйду? – Огрызнулся и, поднявшись на ноги, принялся собирать одежду. – Хотя и когда я выйду на пенсию ничего гарантировать будет невозможно. К этому времени выйдут отморозки, которых, когда я посадил. Что предлагаешь? – Моментально одел нижнее белью и переключился на лёгкие брюки.

Супруга фыркнула.

– Предлагаю остановиться. Пойдём ко мне в адвокатскую контору. Тебя же с руками и ногами заберут.

С таким –то опытом как у тебя.

Несколько секунд не моргая смотрел на свою супругу, которая говорила абсолютно серьёзно, а потом не выдержав её невинного взгляда, звонко рассмеялся. Представляю, как я буду выглядеть в качестве адвоката, как слон в посудной лавке. Нет, хуже, обезьяна в костюме, причём такая огромная, мускулистая горилла. Всю свою сознательную жизнь проработал опером, привык к совершенно иному роду деятельности, нет мне места среди интеллигентных, воспитанных очкариков, у меня иные приоритеты. Я преступников привык ловить и в тюрьму сажать, а адвокат обязан защищать при любимых обстоятельствах.

Мария приняла полусидящее положение и, прижав колени к груди, капризно надула пухлые губки, повернула голову в противоположную от меня сторону.

– Девочка моя, – ласково прошептал я и присел возле обиженной девушки, – я смогу защитить свою семью. Не стоит сомневаться во мне.

Маша неспешно повернула голову и пронзительно заглянула в мои глаза.

– Я тебя очень-очень люблю. Но от шальной пули никто не застрахован. Особенно когда ты то и дело играешь с судьбой в русскую рулетку.

Сложно было ей возразить…

– Так понимаю, что ты ставишь мне ультиматум. Пока не уйду со службы, про детей даже заикаться нельзя.

Маша с грустью улыбнулась и плавно опустила длинные, пушистые ресницы.

– Я мечтаю о детях. Но не хочу, чтобы они превратились в твою слабость. Ты же знаешь, что у тебя огромное количество врагом, – она молниеносно подняла тяжёлый взгляд, глаза наполнились болью и сожалением. – Я тебе уже говорила. Но готова повторить, что рисковать жизнью детей не позволю. И да! – Утвердительно воскликнула. – Воспринимай это как ультиматум. Делай выбор.

Женские желания часто переходят в запросы, потом в требования, затем в ультиматумы, и наконец, в… разбитое корыто!

– Машка, ты же понимаешь, что так вопросы не решаются.

Девушка грозно приподняла брови и снисходительно хохотнула.

– Рома, а как решать с тобой вопросы? Ты же никогда не уйдёшь с этой работы. Знаю, что ты любишь свою службу, но обо мне то ты подумал?

Мария тяжело задышала…

– Дети – это огромная ответственность. К которой ты пока не готов.

– Милая, согласен, – поменял тактику и смягчился, осознавая, что правда присутствует в её словах, нельзя подвергать жизнь детей опасности. – Обещаю, что подумаю. Просто сейчас время такое не спокойное. Не могу просто так уйти. Ребята меня не поймут.

Мария ещё сильнее опечалилась.

– Ребята. Да, Ромка, ты неисправим. Я тебе про нашу семью говорю, а ты мне про своих ребят твердишь.

Невольно передёрнул плечами. Машка моя семья, любимая супруга, но и мои ребята для меня важны…

– Милая, прошу тебя, не говорила в таком пренебрежительном тоне про Старого и Стаса. Они тоже моя семья. Мы столько вместе прошли.

Девушка надменно усмехнулась.

– Рома, дружба дружбой, но всего должно быть в меру. Я заслуживаю нормальной жизни. Вся эта нервотрёпка надоела. Достала.

Напряжение неустанно нарастало, в горле образовался комок, должен был что-то сказать, сгладить острые углы, но я отстранённо стоял и просто смотрел на жену.

– Согласись, Рома, что у каждого человека есть предел.

– И твой предел настал, – невольно крамольная фраза сорвалась с моих губ.

Маша устало развела руками.

– А твой предел ещё не настал? – Сосредоточенно уточнила она. – Сколько ещё всё это будет продолжаться? Чего мне ждать? Ты успокоишься только после того, как пулю в лоб получишь?

Женщины…Боже мой! Машка ранее всегда умела сдерживать свои эмоции, но теперь в неё словно чёрт вселился, она прожигала меня разъярённым взглядом, проникая в самую душу.

– Хорошо. Я тебя услышал. Обещаю, что подумаю.

Машка немного смягчилась.

– Подумай, Ромка. Только не затягивай, – в её голосе читалась открытая угроза.