Вендетта

– Глеб Владеленович, я одержим лишь идеей мести. Я отомщу Архангельскому за смерть своей матери, и никакая женщина не сможет помешать мне. Эта девушка лишь безжизненное орудие в моих руках. Кроме ненависти, злобы, она больше не вызывает никаких чувств во мне.

Судорожно глотая воздух, сдерживая страх, медленно попятилась и в какой-то момент, непроизвольно ослабив крепкую хватку, выронила бокал с вином. Хрусталь звонко ударился об пол и мелкие кусочки разлетелись в разные стороны. В такой стрессовой и опасной ситуации, любой здравомыслящий человек побежал бы, но не я. Не осознавая своих действий, опустилась на колени и начала лихорадочно собирать осколки.

– Саша, что ты делаешь? – с ужасом приподняла голову и увидела лицо мужа, который требовательно разглядывал меня. Сильно сжала осколки в ладони и почувствовав резкую боль, которая отрезвила меня, вскочила на ноги. Нервно придумывала правдоподобную ложь, но так и не смогла справиться с ситуацией и проконтролировать свои эмоции. По моему виду Орлов безошибочно определил, что я слышала его разговор и теперь преждевременно стала свидетелем его коварного плана.

– Бежать! Бежать! Бежать!

Молниеносно развернулась, предварительно выплеснув содержимое второго уцелевшего бокала в моей руке в обескураженную физиономию Орлова, придерживая рукой пышную юбку, устремилась по коридору. Особо не разбирая дороги, подгоняемая яростными криками мужа, спустилась по лестнице и к своему великому ужасу оказалось в тёмном подвале. Сама себя загнала в ловушку, охваченная паникой, поняла, что это мрачное и сырое помещение, окажется моим последним пристанищем.

– Саша, – Орлов с хищным оскалом на губах и твёрдым шагом спускался по лестнице. – Ты же знаешь, что любопытство сгубило кошку. Ну зачем ты так поступаешь? Тебе ясно было сказано, чтобы ты молча исполняла мои веления и тогда никто не пострадает.

– Кто ты такой? – задыхаясь от страха, провожу раненой рукой по груди, оставляя красный след на белоснежном свадебном платье.

– Я твой муж, – холодно и равнодушно озвучивает Владислав и с дьявольской улыбкой на устах, медленно делает шаг в мою сторону. Инстинктивно отступаю и безнадёжно упираюсь в холодную каменную стену подвала.

– Хватит бегать. Теперь ты моя жена…Отчаянно вытягиваю руки, пытаясь оттолкнуть ненавистного мужа, но чем сильнее сопротивляюсь, тем крепче он сжимает меня в смертельных объятиях.

– Одумайся, мой отец уничтожит тебя.

Лицо Влада искажается в злобной ухмылке, – ты хочешь пожаловаться папочке. Могу устроить тебе с ним свидание. Я не против преждевременно овдоветь, – мужчина властно прижимает меня к своей каменной груди и начинает безжалостно терзать губы.

Собравшись с силами, охваченная ненавистью, остро впиваюсь зубами в нежную плоть Орлова. Мужчина резко отталкивает меня и, проводя пальцем по губе, ядовито шепчет, – с…а, крови захотела. Своенравная девочка, а если я так сделаю.

– Ты мерзкое животное. Подлый ублюдок, достойный смерти. Ненавижу тебя.

– А мне плевать. У тебя только два выхода из этого подвала, – мужчина торжественно разводит руками, – либо ты заткнёшься и будешь вести себя смирно, исполняя все мои пожелания, либо я прямо здесь сверну твою нежную шейку.

Орлов резко дёргает меня на себя, при этом одной рукой удерживая за талию, другой сжимая шею.

– Убей, – рука мужчины неминуемо сжимает мою шею, лишая воздуха, не позволяя дышать.

– Убью, милая, – плавно, наслаждаясь своей изощрённой пыткой, произносит садист-муж. – Даже не сомневайся. Когда придёт время моя рука не дрогнет, и я сверну твою шею.

Инстинктивно вцепилась обеими руками в его запястье, стараясь оторвать его руку от шеи и избавиться от мёртвой хватки.

– Но сначала, ты увидишь смерть своих родных, – внезапно мужчина убирает пальцы от моей шеи и отходит от меня.

Безвольно падаю на колени и начинаю жадно поглощать жизненно важный воздух.

– Ублюдок. Не смей трогать мою семью.

– А что я получу взамен? – Орлов опускается на одно колено и с пренебрежением осматривает меня. – Саша, на что ты готова ради спасения своей драгоценной семейки? На какие жертвы пойдёшь? Любимая, – последнее слово он особенно протяжно растянул, придав голосу наигранной нежности.

Аккуратно провела обессиленной рукой по шее и подняв глаза на ненавистного супруга, хрипло ответила, – что ты хочешь от меня? Ты уже всё получил. Браво, превосходно разыграл комбинацию, теперь я в полной твоей власти.

– Не совсем. Я хочу, чтобы ты, уважаемая Орлова Александра Алексеевна испытала все муки ада. Пережила те же самые страшные моменты, что и я когда-то. Ты меня зацепила.

– Что?

Орлов плотоядно оскалился, – что слышала, малышка? Ты для меня стала чем-то в вроде домашней забавной зверюшки, которая вызывает умиление. Ты моё особое развлечение, поэтому пока ты играешь отведённую тебе роль, я не трону твою семью.

– Я тебе не верю.

Орлов снисходительно хныкнул и, не отрывая своего пожирающего взгляда, от моих истерзанных губ, провёл пальцем по коже, – и правильно делаешь, только выбора у тебя другого нет. Если ты попытаешься ослушаться меня, я незамедлительно отдам распоряжение своим ребятам, и они в тот же час уничтожат и мамочку, и Вареньку и даже добродушную Тамару Львовну.

– Этот демон заранее всё продумал, – с ужасом подумала я, – он своевременно заполнил мой дом верными псами, которые в любую секунду могут причинить вред родственникам.

– Дима, – прошипела я. – Что ты сделал с Димой? Это же твоих рук дело. Ты подставил отца и разыграл этот спектакль. Ты режиссёр и сценарист кровавой драмы, которая развернулась вокруг моей семьи. Гореть тебе в аду. Дьявол. Чудовище.

Глаза Орлова засветились чёрным огнём, он схватил меня за затылок и прижав к своим губам, прошептал, – я уже горю в дьявольском огне, каждый день и каждую ночь, медленно сгораю, но теперь я буду не одинок, ты моя супруга и составишь мне компанию. Помнишь, что сказали нам в загсе: «Вместе и навсегда. Мы одна семья и разлучит нас только смерть…».

Находясь в модном и дорогом столичном ресторане, расположенном в роскошном пятизвёздочном отеле «Royal Garden Hotel», неторопливо рассматриваю фотографии на планшете, сосредоточенно всматриваясь в счастливые лица благополучного и уважаемого семейства Архангельских.

При взгляде на Архангельского моё лицо искажается в злобной, ненавистной гримасе, сердце наполняется боль, а душа требует возмездия.

Перевожу глаза на мило улыбающуюся девочку, которая волею судьбы, угораздило быть дочерью моего врага.

Совесть грызла изнутри…

Дети не должны отвечать за подлость родителей, но другого выхода у меня не было. До это чёрта возможно добраться только через его любимых девочек. Они его слабость. Александра его сердце. А как известно, чтобы уничтожить врага бить надо в самое сердце.

Крепко сжал планшет пристально вглядываясь в ангельское личико белокурой красавицы.

Ударю. Ударю в самое сердце. Никакой жалости и пощады для моего врага не будет. И если для этого необходимо разрушить жизнь его дочерей, то пусть так и будет. На войне без жертв обойтись нельзя!

– Прекрасные девочки, – громко заявляет Алиса, – и отрезает небольшой кусочек жареного мяса. Очаровательная жена и успешный муж. Кстати, редкостный семьянин, что в наше время большая удача. Наталье Михайловне удалось перевоспитать сердцееда Алексея Александровича.

Девушка восторженно заулыбалась.

– Они очень красивая пара. Гармонируют. И дети у них получились прекрасные.

Поднимаю глаза и злобно отвечаю, – он редкостная гнида. Вся его счастливая семейная жизнь построена на крови невинных людей. Уверяю тебя, что самая большая неудача постигла его жену, когда она повстречала на своём пути эту мразь.

В моей душе разгорался пожар, жажда мести долгие годы, почти двадцать лет мучила меня, неустанно терзая сердце и выворачивая душу.

Этот ублюдок отнял у меня семью, убил мать. Пришло время отвечать за свои злодеяния.

– План по устранению Алексея Архангельского уже запущен в действие, – равнодушно произносит Всеволод и преподносит к губам бокал вина ярко–красного цвета. – Его семья эта самая большая сила, но и она же его большая слабость. Подожди ещё пару месяцев и ты сможешь поквитаться с этим человеком. Его время пришло, он расплатится по счетам.

Безмолвно кивнул.

Алиса расплывается в широкой хищной улыбке.

– Это правда. Варвара Алексеевна, милая и утончённая девушка, которая в скором времени должна стать невесткой в доме не менее уважаемой семьи, чем Архангельские. Её избранник молодой и успешный предприниматель Дмитрий Соколовский.

– Только вот Варвара Алексеевна оказалась слишком легкодоступной особой, – Всеволод аккуратно ставит фужер на стол, – проходя практику в Страсбурге, познакомилась с очаровательным, талантливым и абсолютно нищим музыкантом. Он авантюрист. Строит из себя мачо, а на деле пустышка.

Крепко сжимаю руку в кулаки, предвкушая вкус скорой победы, осознавая, что в очень скором времени, я смогу воплотить в жизнь план мести и вдоволь насладиться муками самого ненавистного человека, который даже смерти недостоин.

Архангельский вдоволь помучается перед смертью. Пройдёт все круги ада, также, как и я проходил все эти годы. Его душа будет пылать, а сердце разрываться.

– Наевшись чёрной икры, на хлебушек потянуло, – съязвила Алиса, морща свой носик. – Реально, не понимаю эту Варвару, рядом с ней такой мужик, а она повелась на развод страсбургского музыканта. Что в голове у этой избалованной девушки? – Она закатила глаза. – Думаю, что просто вызов бросает родителям.

Сева приподнимает палец.

– Она его муза. Настоящее вдохновение. И к тому же в ней взыграл бунтарский дух, в отличие от младшей сестрёнки, она никогда не смела перечить родителям. А тут получила глоток свободы и сразу опьянела.

Алиса и Сева пристально поглядели друг на друга и одновременно, громко засмеялись.

– Надеюсь, ваш актёр не подведёт? – Не разделяя игривого настоя.

Сурово свожу брови, вопросительно рассматривая повеселевших и слегка опьяневших друзей.

– Будь спокоен. Человек проверенный. Он в достаточно короткие сроки очаровал наивную, но далеко не глупую девушку, – заверил меня Всеволод. – Мне его порекомендовали люди, с которыми он уже работал и должен признать, что справился он на отлично. Если честно, не думал, что он так быстро очарует искушённую Варвару.

Тяжело вздохнул, ясно осознавая, что любой неверный шаг и моему плану может прийти конец.

Я вступаю в схватку с опасным человеком, для которого человеческая жизнь словно песок, ровным счётом ничего не значит.

Архангел – это волк. Он за километр чувствует врага. Такого кровожадного и прожжённого врага просто так вокруг пальца не обвести.

– Бедный Дима, так тяжело переживает разрыв с любимой девочкой, – ехидно произносит Алиса, медленно пережёвывая кусочек мяса. – Даже боюсь представить, как отреагирует Роман Соколовский узнав, что помолвка расторгается. А уж какую истерику закатит его ошеломлённая жёнушка. До беды недалеко.

Алиса звонко хохотнула.

– В любом случае между Архангелом и Соколовским отношения станут более напряжёнными.

Резко поднимаю глаза и пронзительно смотрю на беспечно улыбающуюся Алису.

– Лиса, ты знаешь, что разрыв отношений детей Архангельского и Соколовского, конечно, неизбежно отразится на их дружбе, но это не приведёт к войне. А мне нужно, чтобы Соколовский раз и навсегда отвернулся от своего дружка.

Архангельский и в одиночку представляет огромную опасность, а уж вместе с Соколовским их просто невозможно свалить. Как говорит, разделяй и властвуй.

Прислоняюсь к спинке стула и откинув назад голову, продолжаю, – надеюсь, что вспыльчивый папенькин сынок, Димочка Соколовский, выместит свою злость на Варваре.

– Не сомневайся. На дне рождении Архангельского будет разыгран драматический спектакль.

Алиса наклоняется в мою сторону и взяв маленький нож, демонстративно провела острым кончиком по нежной руке.

– То, что сделает этот мальчишка никто и никогда не забудет. Шоу будет феерическим.

– Особенно Архангельский. За своих дочерей он любому глотку порвёт. Не пощадит даже сына Романа Соколовского, – твёрдо заявляет Сева. – если что-то и сможет нанести урон их дружбе, так это конфликт их детей.

Облокотившись на край стола, одобрительно качнул головой.

– Нам нужно устранить Соколовского. Пока Роман рядом с Архангельским, нам его не свалить. Сколько раз пытались возбудить уголовное дело против Архангельского и каждый раз он уходил от ответственности, благодаря коррумпированным связям его дружка-депутата Соколовского.

Соколовский – крыша Архангела. Он надёжно защищает тылы. Этого человека не обойти не объехать.

– Устраним. Главное — развязать войну, а там и старики, и дети, пострадают, – девушка приподнимает фужер и отпивает немного вина.

Вновь беру планшет в руки и под бурные обсуждения Алисы и Севы, игнорируя их фразы, плавными движениями, перелистываю фотографии.

Наконец, дохожу до личных снимков самого молодого и весьма привлекательного члена семьи.

Сосредоточенно изучаю изображение миловидной белокурой девушки, мне кажется, что по её изображению я могу понять её внутренний мир, раскрыть характер и привычки.

– Природа щедро одарила внешними данными эту юную особу, – молниеносно и невольно подумал я, продолжая заворожённо рассматривать фотографии Александры Архангельской.

Понятие красоты в разных странах и народах отличается, но есть некоторые типажи, которые привлекают внимание любого мужчины.

Удивительно! А эта девочка умеет привлекать мужское внимание.

Алиса ударяет кончиком ножа по бокалу и внезапный звук, вынуждает меня поднять глаза на лукаво улыбающуюся девушку, которая сужает глазки и внезапно заявляет, – что? Залюбовался дочерью Архангельского? Что, Влад, приглянулась тебе эта куколка?

– И немудрено, – подхватывает Сева. – Редкая красотка. Должен признаться, что подобные девушки непросто прекрасны – они излучают уверенность в себе и внутреннюю энергию.

Алиса плавно опускает голову на плечо друга, кокетливо покачивая в руке бокал вина.

– Изящное телосложение, хрупкий стан, – девушка игриво преподносит к губам фужер. – Тонкая талия, изящные руки с длинными пальцами, высокая грудь…, – Алиса замолкает, прижав к губам фужер, всеми силами пытаясь сдержать едкую улыбочку на лице.

– Обычная гламурная девица, – с невозмутимым видом, заявляю я, не разделяя восторженных откликов в адрес Александры. – Богатая девица. Надменная девчонка, которая привыкла жить лишь ради себя. У этого ублюдка не может родиться нормальный ребёнок.

Отчаянно пытался возненавидеть эту девчонку. Нельзя испытывать к ней ни капли нежности. Она пустышка.

– Влад, ты неправ, – Сева наклоняет корпус, пытаясь вступиться за Сашу. – Эта девушка не только внешне весьма привлекательна, она ещё очень добрый, честный и справедливый человек. Александра пошла в свою мать. Варвара более хитрая, наглая, высокомерная. Но вот Саша совершенно другая.

– Ну конечно, только жирует на деньги своего отца-убийцы, который нажил свои богатства рейдерскими захватами. У него руки по локоть в крови, – гневно опуская веки, продолжая пристально разглядывать девушку.

Машинально провожу пальцами по овальному лицу девушки, которое обрамлено натуральными светлыми прядями волос, они спускаются пышными волнами на плечи и спину. На её лице выделяются миндалевидные глаза насыщенного голубого цвета. Тонкий, слегка вздёрнутый носик придаёт лицу Саши игривое выражение. Машинально останавливаю взор и не специально засматриваюсь на полные, чётко очерченные губы нежно-розового цвета.

– Ну всё поплыл наш мальчик, – раздаётся голос Алисы, который в очередной раз вынуждает меня поднять глаза.

Девушка продолжает хитро ухмыляться, обнажая ровные жемчужно-белые зубы.

– О чём ты? – Удивлённо поинтересовался я, всем видом показывая, что у меня чисто профессиональный интерес.

Равнодушно смотрю в глаза подруги, которые лукаво прищурились, она мне не верила.

Алиса приподнимает тёмные, изящно изогнутые брови.

– Ты своё лицо видел? Я лично нечасто имею удовольствие наблюдать, как ты мило расплываешься в улыбке, а в твоих глазах искрится нежность и умиротворение.

– Согласен, – с озадаченным видом Сева проводит рукой по высоким скулам. – Влад, это девушка действует на тебя магическим образом. Из чудовища ты превращаешься в прекрасного принца. Давай поаккуратнее.

Злобно отшвыриваю планшет.

– Зае..ли своими подколами. Ваше остроумие оставляет желать лучшего. Цирк устраиваете на ровном месте.

Друзья переглянулись и, стиснув зубы, сдержали улыбку.

– Я завтра вылетаю в Россию. Эта девушка, лишь орудие моей мести. Именно она поможет мне поставить на колени Архангельского и разрушить его кровавую империю.

Убеждал себя, что как только разберусь со своим злейшим врагом, то мгновенно выкину капризную принцессу из своей жизни и больше никогда о ней не вспомню.

Алиса вздрагивает и, приподнимая заострённый подбородок, начинает лихорадочно проговаривать, – сума сошёл! Тебе нельзя уезжать из страны. Мы же договорились, что ты покинешь Лондон, только после того, как Архангельский окажется за решёткой.

– Планы поменялись, – спокойным тоном отвечаю я. – Не могу отсиживаться в безопасном месте, когда вы будете находиться в самом эпицентре. Архангельский слишком опасный человек, он кровожадное животное, если вы допустите оплошность и выдадите себя, пощады не ждите. Он убьёт вас и отправит мне ваши останки по частям.

Алиса резко взмахивает руками и бесцеремонно прерывает мой монолог, – сожрёт и не поморщиться. – Только вот друг мой, мы тоже не дети. Не стоит нас не дооценивать.

В зелёных глазах девушки забушевал огонь, она с обидой и недовольством перевела взгляд на Всеволода, который напряжённым взором смотрел в окно, обдумывая мои слова.

– Ты подумал, что может произойти если тебя кто-то узнает? – Мужчина поворачивает голову и решительно требует ответа. – Правильно оценил все риски?

Усмехаюсь.

Риски! Кто не рискует, тот не пьёт шампанского…А на кону гораздо больше. Плотоядно желаю выпить крови Архангельского.

– Я покинул страну, когда мне было десять лет, – напоминаю другу, снисходительно покачивая головой. – Прошло двадцать лет. Кто сможет распознать в мальчишке-оборванце, меня. Теперь я известный бизнесмен с английским гражданством. Сева, не наводи панику, – спокойно скомандовал я. – Всё будет хорошо. Меня никто не узнает. Это просто невозможно.

Алиса грациозно откидывает рыжую прядь волос.

– Дело не только в этом. Ты слишком эмоциональный и вспыльчивый. Вдруг ты не сможешь сдержаться и твоё хладнокровие подведёт тебя, когда ты встретишься лицом к лицу с убийцей своей матери, – решительно заявляет девушка. – Ты, когда говоришь об Архангеле у тебя глаза наливаются кровью. Страшно представить, что ты сделаешь, когда встретишься с ним лицом к лицу.

– Поверь, именно ради своей матери, я смогу проявить должное хладнокровие и продемонстрирую свою истинную натуру, только после того, как этот ублюдок окажется за решёткой.

К нашему столику подходит миловидная официантка, которая, приветливо улыбаясь, ставит передо мной тарелку с бифштексом, обжаренным снаружи и красным внутри.

Неторопливо вдыхаю аромат и отрезаю кусочек, который незамедлительно направляю в рот.

– Спасибо, – тщательно пережёвывая, наслаждаясь вкусом крови, благодарю услужливую девушку.

Официантка дружелюбно кивает в ответ и вежливо обращается к друзьям, – может, вы ещё что-то, желаете? Наш знаменитый Шеф-повар Фергюс Хендерсон считается виртуозом своего дела и с радостью приготовит для вас особенное блюдо.

– Нет, – грубо отвечает Алиса. – Сыты по горло.

Сева грозно косится на подругу, а затем переводит глаза на растерянную девушку.

– Спасибо, милая. Всё было очень вкусно. Можете быть свободны.

Алиса никогда не отличалась особой тактичностью, но сейчас перешла допустимые границы, нахамила невинной девушке. И эта дамочка будет рассуждать о моей импульсивности.

– И что это было? – Вытирая салфеткой губы, сурово интересуюсь я, когда опечаленная официантка, не привыкшая слышать грубости от английской интеллигенции, столкнулась с буйных нравов русской девушки.

Алиса с удручённым видом опускает голову.

– Извините, не сдержалась. Новость о том, что ты собираешься поехать в Россию приводит меня в дикий ужас.

– Что Лиса, теряешь сноровку? – Не смог упустить момент и не подколоть девушку. – А где же твоя пресловутая выдержка. Ты же у нас будешь непосредственно контактировать с семьёй Соколовского?

– Ты за меня не беспокойся, – уверенно заявила Алиса, – одно дело очаровать старого ловеласа и совсем другое находиться в постоянном стрессовом состоянии, переживая за твою безопасность. Не дай бог, если Архангел что-то пронюхает.

Протянул руку и бережно сжал пальчики заботливой подруги.

– Лиса, я тоже не могу отсиживаться в Лондоне, пока вы рискуете жизнью из-за меня. Обязан быть рядом с вами. К том же необходимо заставить Архангельского переписать свои активы на меня, – приподнимаю плечи и глубоко вздыхая, добавляю, – а как прикажешь это сделать, находясь в этой стране.

– А находясь в Москве, он прямо так с радостью на тебя всё перепишет, – прикрикнула девушка. – Ты для него посторонний, неизвестный человек. С какой стати он подпишет на тебя своё состояние. Может ты какими-то неведанными нам талантами обладаешь? Загипнотизируешь его.

Расплываюсь в опасной улыбке.

– Пока я для него чужой человек, но очень скоро стану его зятем. Именно я протяну ему руку помощи, когда он останется совершенно один. Одной рукой помогу, другой отоплю в собственной крови.

– Ты поменял стратегию. Так тебе мало будет, что Архангельского посадят, ты решил лишить его состояния, – спустя пару секунд приходит к правильному умозаключению Всеволод.

Иронично ухмыляюсь и неспешно отрезаю ещё один кусочек сочного кровавого стейка.

– Я лишу его всего самого дорогого. И когда Архангельский окажется на дне, глядя в его подлые и лицемерные глаза, собственными руками порву на мелкие кусочки.

– Ты фигурально выражаешься? – С опаской всматриваясь в моё лицо, спрашивает Алиса. – Изначально мы планировали лишь посадить Архангельского. А теперь ты собираешься его физически устранить. Ты его убить хочешь?

Аккуратно откладываю столовые приборы и приняв более удобное положение, скрещиваю руки на груди.

– Собираюсь, Алиса. Этот человек не имеет права ходить по земле. Его место на кладбище.

– А его семья? – Продолжает терроризировать меня расспросами подруга. – Наташу и девочек, ты тоже на кладбище отправишь?

Не отрывая глаз от раскрасневшегося лица Алисы, честно заявляю, – я никогда не воевал с женщинами и сейчас не собираюсь этого делать. Я заберу у них деньги и передам на благотворительность. А они пусть зарабатывают на жизнь тяжёлым трудом, как это делаю обычные смертные.

– Саша и так зарабатывает себе на жизнь тяжёлым трудом, как обычная смертная, – с упрёком в голосе, заявляет Сева. – Эта девочка вовсе не ведёт помпезный образ жизни, она снимает маленькую квартиру на окраине города и работает помощником ветеринара в столичном зоопарке. Ты несправедлив к ней.

– Немудрено, с учётом того в какой семье, угораздило родиться эту девчонку, – злобно подмечаю я.

Алиса опечаленно обводит меня взглядом.

– Она отказалась от денег отца и по достижению восемнадцатилетнего возраста съехала из шикарного особняка. Как бы там ни было, но её поступок достоин уважения.

– Тогда лишившись наследства, она сильно горевать не будет. И знаете, что, это не меня околдовала эта белокурая бестия, а вас.

– Влад, ты пойми, одно дело праведный гнев. Справедливое возмездие, и совсем другое вероломный удар в спину. Не понимаю, зачем проявлять такую жестокость? – негодует друг. – Архангельский совершил преступление. По его вине твоя мать попала в психиатрическую клинику, а затем он довёл её до самоубийства, вот за это он и понесёт наказание, но зачем…

Ненавистно сверкаю глазами и убийственным взглядом, жаждущего крови зверя, смотрю на друга, который, заметив яростную вспышку на моём лице, незамедлительно замолкает и опускает голову.

– Никто не пожалел мою мать. Её убили жестоко и беспощадно, – резко проговариваю каждое слово, – а вы предлагаете мне снисходительно и милосердно отнестись к семье моего кровного врага. – Я день и ночь, словно раб, вкалывал, чтобы заработать каждый цент, пока они безмятежно наслаждались жизнью и прожигали состояние, нажитое преступным путём.