- -
- 100%
- +
Секунда…Всего лишь на секунду на его морде не отражалось ни единой эмоции, мне даже показалось, что я смогла пробить его броню и поставила в тупик, но это была игра, он крепче сжал моё тело и, максимально прижав к себе, медленно опустил голову и сделал жадный вздох.
Монстр словно всасывал мою душу, пожирал, похищая жизненную силу, лишая возможности сопротивляться.
Внутри всё задрожало, боролась с собственным страхом, но ничего сделать не могла. Он намного сильнее меня и физически, и морально…
Твердила себе, что я больше не та наивная, маленькая, беззащитная девочка, которая семь лет назад не смогла дать достойный отпор насильнику, но жизнь доказала обратное…
Рядом с ним неотвратимо превращаюсь в куклу…
Но как прежде быть не может. Теперь за моей спиной стоит ребёнок.
– Куколка, ты сама всё знаешь, – словно в подтверждение моих угнетающих мыслей, жёстко и безапелляционно протрубил он. – Хватит строить из себя дурочку, – его твёрдые, холодные губы скользнули по моей щеке, вызывая неприятную дрожь, вынуждая вновь возвращаться в страшное прошлое. – Ты принадлежишь мне. Б…ь! Как же я тебя хочу. Твой запах сводит с ума. Я разрушил твою жизнь, я же её и восстановлю. Ты ни в чём не будешь знать лишений. У тебя всё будет. Только скажи, чего хочешь?
Прошлое, от которого бежала, но, так и не смогла убежать, с убийственной скоростью уничтожало моё будущее.
– Скажи. Прикажи. Одно слово и твоя жизнь превратиться в рай. Забудь о своём нищенском существовании. Ты достойна самого лучшего. И за наследника готов достойно отблагодарить.
Чего я хочу? Этот мерзавец был сказочно богат, почти всесилен, только вот дать мне чего больше всего желала он не мог…
– Верни мне моё прошлое. Верни мою невинность. Верни веру в будущее. Верни надежду.
Что!? Могущества поубавилось. Может он вернуть прошлое. Исправить свою неоправданную жестокость.
Мы должны помнить, что всякий человек, кого мы встретим в течение нашей жизни, даже случайно, даже находясь в метро, в автобусе, на улице, на кого мы посмотрели с сочувствием, с серьёзностью, с чистотой, даже не сказав ни слова, может в одно мгновение получить надежду и силу жить.
Есть люди, которые проходят через годы, никем не опознанные, проходят через годы, будто они ни для кого не существуют. И вдруг они оказались перед лицом неизвестного им человека, который на них посмотрел с глубиной, для которого этот человек, отверженный, забытый, несуществующий — существует. И это начало новой жизни. Об этом мы должны помнить.
А есть люди, которые приходят в нашу жизнь лишь с одной целью…Сломать! Превратить нас в забавных игрушек, которые будут выполнять приказы за лакомство.
Но только больше жить по-прежнему не собираюсь. По его вине прошла настоящий ад, но выжила и стала в тысячу раз сильнее и смелее…
«Ад пуст. Все демоны здесь.»
– Чёрт возьми, девочка, давай прекратим эту игру, – в его голосе прозвучали нотки мольбы, подонок болезненно покривил лицо. – Тебе от меня не убежать. Кирилл и ты принадлежите мне. Забудь про Мишку. Тебе нужен настоящий мужик. Хватит сопротивляться. Тебе совершенно нечего мне противопоставить, – самодовольно провозгласил мерзавец. – И Мишка тебя не защитит. Не стоит его настраивать против меня. Не хочу, чтобы мой племянник пострадал. Но если он встанет на моём пути, то даже не сомневайся, я его не пожалею.
Кровь забурлила в жилах. Подонок действительно полагал, что может распоряжаться моей жизнью. Лицемерно заявляет, что он настоящий мужик, хотя даже не знает, что означает быть настоящим мужчиной с большой буквы.
– Хватит изображать жертву. Тебя не трону. Но Мишка может пострадать. Он парень горячий. Способен и «дров наломать».
Мерзкое ничтожество, у которого нет сердца. Он осмелился угрожать не только мне, но и своему родному племяннику.
Чтобы стать настоящим мужчиной необязательно быть героем.
Необязательно себя показать в экстремальных случаях.
Необязательно заниматься спортом усиленно, показывать высокие результаты. Необязательно быть прославленным, знаменитым, богатым, иметь высокую карьеру. Настоящий мужчина имеет внутренний стержень, то есть, крепость духа, умеет держать слово, дисциплинирован, порядочен, честен, ответственен во всём, умеет постоять за себя и близких, защитник. Он будет проявлять мужество и смелость в обыденной жизни, ежедневно. Он никогда не будет принуждать. Никогда и ни при каких обстоятельствах! Вот кто для меня настоящий мужчина!
С лютой ненавистью заглянула в его бездушные глаза. Он не мужчина, он даже не человек. Дикое, похотливое животное. Прикусила язык. Не могла ещё сильнее провоцировать его…Силы не равны!
– Пусти меня. Пусти, – жёстко проговорила, безуспешно трепыхаясь в его лапах, была похожа на маленького воробушка в когтях опасного коршуна, который поймал добычу и более никто её забрать не сможет. – Отпусти, мерзавец, иначе я так закричу, что на другом конце города услышат. И все узнают, кто ты такой на самом деле.
Циничный ублюдок ловко скрывался под маской достойного бизнесмена. Его вероломную игру все принимали, но только не я. Однажды чудовище сломал меня, но у меня хватали сил продолжить жить. В ад больше не вернусь.
– Кричи, – провокационно и надменно ответил он, продолжая удерживаться меня в железных тисках, нагло лапая за выпирающие части тела, демонстрируя, что я лишь бесправная кукла в руках своего хозяина. – Я так соскучился по твоим крикам. Сладким стонам. Давай, кричи, – уверенно бросил мне вызов, который принять я пока не могла. – Покончит с этой игрой. Давай. Дай мне возможность прямо сейчас забрать тебя и своего сына.
Безжалостный ублюдок слегка прикоснулся к моей щеке и провёл кончиком влажного языка по коже, он буквально облизывал меня как мороженое. Моя воля таила под натиском горячего прикосновения.
Тяжело и угнетённо задышала, осознавая, что все мои угрозы тщетны. Это бессердечное чудовище говорит о вещах, о которых даже понятия не имеет. Он никогда не слышал и не мог слышать моих сладких стонов удовольствия и наслаждения. Настоящее наслаждение мне дарил лишь Михаил, именно в его объятиях поняла, что такое любовь. Этот же мерзавец лишь умеет подавлять, разрушать, но совершенно не имеет понятия о том, что такое созидание.
– Ты не получишь моего сына.
Подонок самоуверенно оскалился.
– А ты рискни меня проверить, – провокационно потребовал. – Ты знаешь, на что я способен.
– Варя, всё хорошо?
Молниеносно перевела взгляд с ненавистного мужчины в сторону и внезапно увидела маму, которая с обескураженным лицом стояла позади подонка.
– Всё хорошо, Ирина Юрьевна, – беспечно проговорил подонок и плавно убрал от меня свои загребущие руки.
Комедиант. Подонок насквозь пропитан обманом. У него огромное количество ликов. Этот ублюдок способен обаять и очаровать любого. И моя мать стала невинной жертвой этого мерзавца. Невольно она попала под его очарование, видела лишь перед собой статочного, обеспеченного и привлекательного мужчину, не подозревая, что его нутро гнилое, с откровенным запахом падали.
Чудовище неспешно развернулся к матери, и более его лицо не источала ни капли жестокости, злости, он нежно ей улыбнулся и, разведя руками, непринуждённо пожал плечами.
– Варвара, разволновалась. У неё выдался крайне сложный день. Лишь пытался её успокоить. Напряжённая работа. Ей бы отпуск взять.
Мама с откровенным недоверием пробежалась по нам глазами, явно уловив в его словах фальшь, но говорить ничего не стала. Деликатно промолчала.
– Варвара – девушка весьма импульсивная. Её работа до добра не доведёт. И про отпуск лучше не заикаться, – мама махнула рукой. – Она своей работой буквально живёт.
Гневно покосилась на чрезмерно болтливую мать, которая обычно с посторонними людьми ведёт себя более сдержанно.
– Варя, тебе уже все говорят про отпуск. Ну необходимо себя беречь.
– Это правда, – моментально вклинился в монолог чудовище, – Думаю, что ей пора отдохнуть. Съездить в отпуск на Новый год. Могу помочь выбрать страну и организую хороший отпуск.
Мама буквально на глазах расцвела, я же от услышанного едва не поперхнулась собственной слюной.
Он мог мне организовать лишь отдых в аду.
Как же легко он меняет маски? В любой ситуации умудряется выходить сухим из воды. Дура! Надо было на него заявить. Отправить на долгий срок за решётку. Твою мать! Испугалась. Не пожелала проходить унизительные процедуры. Ощущала безумный стыд! Совершила роковую ошибку, за которую я и мой сын вынуждены платить в настоящим.
Невидимые слёзы убивали меня. Сердце обливалось кровью.
– Молодые люди, пойдёмте к столу. Ужин остывает.
Нервно заводила ладонями по дрожащему телу, молилась, чтобы этот подонок ушёл и, хотя бы на несколько часов оставил меня. Нервы были на пределе, но вынуждена молчать. Истерика охватывала меня, из последних сил сдерживала её…Но на сколько ещё меня хватит? Судорожно повернула голову и с сожалением посмотрела на дверь, за которой мирно спал мой сын. Ради Кирилла обязана играть по его правилам.
– Ирина Юрьевна, благодарю вас, но вынужден отказаться. Время уже позднее. Домой пора.
Мама грустно улыбнулась.
– Очень жаль.
– Не стоит, – уверенно провозгласил мерзавец и с хитрым прищуром покосился на меня. – Я обязательно ещё раз приду к вам. Не могу отказать себе в удовольствие попробовать ваш шедевр.
Мама даже не уловила вульгарного намёка, она усмехнулась и, махнув рукой, робко проговорила, – Гордей Германович, вы переоцениваете мои кулинарные способности. Уверена, что вы пробовали блюда гораздо вкуснее, нежели моя обывательская стряпня.
Плотоядная усмешка отразилась на его губах, он резко повернулся ко мне и, глядя прямо в глаза, хищным взором, с неестественной мягкостью и нежностью, ответил, – Ирина Юрьевна, уверен, что ваше блюдо ни с чем сравниться не может. Оно для меня самое желанное и сладкое.
Мужская энергетика заполнила всё помещение, он давил своей силой и безграничной властью, стояла на месте и с обжигающим ужасом смотрела на него. Его взгляд придавливал к земле, становилась маленькой песчинкой, буквально физически ощущала, что этот человек не перед чем не остановится.
– А теперь я пойду. Не буду больше вас беспокоить.
Пристально следила за диким животным, которое нацепив маску самого милого и дружелюбного человека, подполз к матери и взяв её руку, словно истинный джентльмен поцеловал её и уважительно поклонившись, направился к двери.
– Ну что вы такое говорите, Гордей Германович. Вы всегда желанный гость в этом доме, – кокетливо хихикая, выдала мама безумные реплики.
Проклятый позёр!
Облегчённо сделала глубокий вдох. Радовалась, что получила, пусть и временную, но свободу, даже воздух стал более чистым…
– Варя, ты чего стоишь? Проводи гостя, – скомандовала одурманенная женщина, направляясь в комнату Кирилла. – А я пока нашего сорванца разбужу. Вам тоже уже домой пора. Иди, – подтолкнула она меня к чудовищу. – Иди. Иди. Чего стоишь как вкопанная? Где твоё гостеприимство!
– Мои двери всегда открыты для вас, – с напускным дружелюбием проговорила я, чтобы мама слышала и ничего не заподозрила.
И как только она скрылась в комнате Кирилла, молниеносно распахнула дверь.
– Выметайся.
Мерзавец самодовольно растянул губы и, медленно одев кожаные ботинки, схватил свою дублёнку, беспечно накинув её на плечи, вновь опалил меня чудовищно-спокойным взглядом.
– Даю тебе неделю. Ты должна расстаться с Михаилом и переехать ко мне.
До боли сжала дверную ручку.
– Нет.
– Да, куколка, – его рука опустилась и полностью накрыла мои пальцы. – Тебе не стоит со мной бороться. Ты проиграешь.
Я слабее его, но в слабости и есть моя сила!
– Гордей, – впервые произнесла его имя, ощущая неприятную горечь, – подумай о сыне. Ты собираешься принуждать его мать. Думаешь, он одобрит твоё поведение?
Мужчина ослабил хватку, но руку убирать от меня не стал.
– Кукла, хорошая попытка, но глупая, – он резко дёрнул меня на себя, принуждая вжаться в его окаменевшее тело. – Маленькая моя, даже не пытайся мной манипулировать. Я всегда получаю то, чего хочу. Смирись и покорись. Так будет лучше для всех, – его губы остановились в опасной близости от моих, испуганно зажмурилась…
Отвращение заполнило моё нутро.
– Очень скоро ты будешь молить меня о поцелуях. Куколка, я получу твоё тело. Клянусь, что с твоих сахарных губок сорвутся долгожданные страстные мольбы.
Мгновенно распахнула глаза, в которых разверзлись ненавистные, яркие молнии.
– Никогда.
– Посмотрим, куколка. Посмотрим.
Глава 3. Варвара
Физически находилась на кухне, но мысленно находилась страшно далеко, опустошённо глядела на маму, которая заботливо упаковывала свежеиспечённые пирожки.
Она даже не догадывалась, какой ужас мне пришлось пережить. И, слава богу, что не знала…
– Родная, я положу ещё пару пирожков с капустой. Знаю, что Кирюша их не любит, но ты съешь.
– И я их тоже не люблю, – автоматически проговорила, через силу поддерживала разговор, — нельзя показывать матери, что я безумно напугана.
Паника леденила мою душу. Перед глазами стояло ужасающее лицо моего персонального монстра. Смотрела в его тёмные глаза и осознавала, что погружаюсь в холодную, мрачную, убийственную бездну.
– Ничего, – хихикнула она, – на работе всё съедите. Михаила угостишь. Ты же совершенно не заботишься о мальчике. Целыми днями на работе пропадаешь, – мама суетливо и обречённо махнула рукой. – А так с мужчинами нельзя. О них нужно заботиться. Проявлять ласку и нежность.
Она игриво подмигнула мне.
– А ты чёрствая, как сухарь, – недовольно и грозно буркнула мама. – Лишь о своей работе печёшься. А так нельзя. Михаил – мужчина видный. Не заметишь как, какая-нибудь вертихвостка его уведет. А ты даже глазом не успеешь моргнуть.
При упоминании любимого на душе стало ещё мрачнее…Больно и тоскливо. Теперь уже мы с Михаилом быть вместе не сможем. Чёртов мерзавец! За что? Почему? Чем так сильно разгневала бога, что он вновь посылает мне такое страшное испытание. Была уверена, что полной ложкой выпила горя, но безумно ошибалась.
Осознавала, что долго скрывать ужасающую правду не смогу, должна принимать какое-то решение. Но что делать?
Как рассказать любимому, что его дядя – самое настоящее, дикое животное, которое подлежит кастрации.
Судорожно задышала. Даже не понимала, как начать разговор.
– Варя, – она бережно уложила ароматные пирожки в пакет и присела напротив меня, – что происходит? Ты сегодня необычайно молчаливая. Словно «воды в рот набрала», – недовольно буркнула женщина. Ты что, поругалась с Мишей.
Изобразила негодование, выжила из себя озадаченную улыбку и робко пожала плечами.
– Ничего не происходит. Просто на работе завал. Банальная усталость, – затараторила я, стремясь убедить родительницу, что в моей жизни всё по-прежнему. Хотя, как прежде, уже не будет. – И с Мишей у нас всё хорошо. Нет никаких проблем, – это всё ненадолго, очень скоро небо рухнет и моя жизнь превратиться в самый настоящий ад. – Правда. Всё хорошо. Не волнуйся. И продолжай активно критиковать свою несносную дочь, – попыталась свести всё на шутку, но от прозорливой матери моё угнетённое состояние не возможно было скрыть.
Сделала глубокий вдох и вновь ощутила страшный, опасный, терпкий запах дикого животного. Казалось, что его дикий аромат пропиталось всё вокруг, включая мою одежду. Чёрт побери! Зловещий запах проник под кожу, это чудовище словно заклеймило меня, пометило! Отвращение нарастало с каждым вздохом, к горлу подступал болезненный ком.
Мне от него не сбежать. И никто! Абсолютно никто не сможет меня спасти. Даже если Мишка примет мою сторону, но не сможет противостоять свирепому чудовищу, который ради своей прихоти всё уничтожит.
Подонок заживо сжёг меня, заставил долгое время прибывать в кромешной тьме и вот, когда лучик солнца промелькнул в моей темнице, эта тварь вновь вернулась.
Мама с откровенным сомнением усмехнулась.
– Варвара, не ври мне, – требовательно провозгласила она. – Я твоя мать. Дорогая, может, мне конечно показалась, но, когда я вас застала с Гордеем Германович…, – женщина внезапно замолчала и суетливо заводила глазами, ей было крайне неудобного говорить на подобные, интимные темы, но останавливаться не собиралась. – Вы были крайне взволнованы. У меня сложилось впечатление, что вы уже ранее были знакомы.
Против моей воли огненная краска заполнила моё лицо, предательски выдавая стыд и волнение.
Активно замотала головой, непроизвольно опровергая домыслы матери. Никто не должен узнать правду. Никто и никогда. Не могу, не имею права подвергать опасности своих родных и близких.
– Милая, повторяю, что, возможно, мне всё это показалось. Но было крайне странно наблюдать, как малознакомый мужчина так нежно обнимает совершенно незнакомую женщину, – она говорила довольно сдержанно, обходя острые углы, но укор отчётливо прослеживался в её фразах. – Вот и всё. Ты чего так разволновалась?
Чёрт! Надеялась, что она поверила в сказку этого мерзавца, не была готова давать матери пояснения. Всё слишком сложно и зыбко.
Словно оказалась в зыбучих песках. Каждый шаг опасен. Должна лишь стоять на месте и ожидать ужасного конца, тайно надеясь, что кто-то придёт и протянет мне руку помощи. Но никто не придёт и не спасёт меня.
Обречена. Абсолютно абречена.
Липкий стыд проник в мою душу, интенсивно задышала.
– Ты ошибаешься? Ничего подобного не было, – пыталась контролировать себя, но страх победил, голос дрогнул, интенсивно замахала ресницами и, суетливо вскочив на ноги, подбежала к окну и, распахнув форточку, плавно поглотила свежий, морозный воздух. – Этот мужчина лишь проявил заботу и внимание. Он же родной дядя Михаила. Самый близкий его человек, – огорчённо и вяло прошептала. – Родители Михаила очень рано умерли. Гордей Германович заменил ему родителей.
«Смелость может родиться только там, где есть страх».
Проклятие! Страха у меня в избытке, где же смелость!
– Варя, успокойся, – мама последовала моему примеру и, встав со стула, медленным шагом подошла ко мне. – Хватит. На улице не май месяц. Простудишься, – она неторопливо прикрыла форточку. – Посмотри на меня, – вынужденно повернула голову и посмотрела в пронзительные материнские глаза. – Что же с тобой происходит? Почему ты так реагируешь на этого человека?
Удручённо блуждала взором по матери и не могла вымолвить ни слова, все звуки застряли в горле. И что я должна была ей рассказать…Как могла открыть ей душу? Ради чего? Чего этим добьюсь? Сама сгорала в аду. Маму в этот котёл отправлять не собираюсь. Она ничем мне не поможет, а вот сама сгорит, её душа превратиться в пепел. Это только мой кошмар! Мой путь, который обязана пройти в одиночку.
–Прошу тебя, ни о чём меня не спрашивай. Скоро ты сама всё узнаешь.
Мама недовольно нахмурила брови, мой ответ ей явно не понравился, но настаивать не стала, хорошо знала, что её дочь слишком упряма. Если она продолжит на меня давить, то я замкнусь в себе или того хуже взорвусь и кроме скандала она более ничего не получит.
– Хорошо. Будь по-твоему, – миролюбиво провозгласила женщина. – Но позволь дать тебе совет, доченька.
Кивнула, давая понять, что готова выслушать её, именно выслушать, но это совершенно не означает, что прислушаюсь к её совету. Да и как мама могла дать мне дельный совет, совершенно не осознавая, что именно происходит в моей жизни.
– Варя, лучше «синица в руках, нежели, журавль в небе».
Ошарашенно поддалась вперёд.
– Мама, ты это к чему говоришь? – Искренне удивилась её высказыванию. Смысл пословице мне был очень хорошо понятен, то как её применить в моей ситуации.
– Журавль в поговорке— символ интересного, недосягаемого, высокого и более привлекательного. Поговорка нам говорит о том, что нужно радоваться тому, что имеешь, это та самая синица, а не гнаться за чем-то непостижимым журавлём, – нарочито проговорила мама, ловко используя таланты учителя русского языка и литературы. – Конечно, в жизни стоит стремиться быть лучше, но надёжнее держаться за синицу. Гнаться за журавлём неплохо, но так можно и не насладиться в жизни тем, что имеем.
Безмолвно стояла на месте, так до конца и не понимая, к чему она клонит, её витиеватые намёки окончательно завели в тупик.
– Дочка, Гордей Германович, действительно, шикарный мужчина, он способен вскружить голову любой. На его фоне Михаил меркнет, но…, – озлобленно сверкнула глазами и с такой яростностью опалила мать, что женщина невольно замолчала.
– Не продолжай, – сквозь плотно сжатые зубы, холодно процедила каждую букву, ощущая, что кровь начинает нагреваться до неимоверных градусов. – Этот Горовой даже мизинца Михаила не стоит. И предупреждаю тебя, что если ты ещё раз пустишь его в этот дом, то Кирюшу ты больше не увидишь.
Мама вздрогнула. Напряжение нарастало.
– Что ты от меня скрываешь? – Пресловутая выдержка подвела женщину, она всё-таки решила давить на меня. – Отвечай, Варвара.
Злобно покривила уголки губ и, развернувшись, попыталась ретироваться, но упрямая, распалённая мать грубо схватила меня за запястье, явно давая понять, что пока не получит ответы на вопросы, меня не отпустит.
– Мама, прошу тебя, давай не будет продолжать, – промолвила, глядя на спасительный выход.
Женщина надменно фыркнула и, стремительно встав напротив меня, яростно сияя негодующим взором, заглянула в моё поникшее лицо.
– Тебя, что-то связывает с Горовым? Только никак не могу понять, что?
– Мама, – за спиной женщины раздался звонкий голос моего сына. – Ты чего так долго? Я уже вспотел? Мне жарко.
Я и Ирина Юрьевна молниеносно перевели взор на Кирилла, малыш, пока мы с мамой выясняли отношения, полностью оделся и всё это время терпеливо ждал меня.
– Иду, сынок. Уже беру сумку и бегу, – демонстративно подскочила к пакету с пирогами и ласково улыбнулась малышу, который, махнув головой, побрёл в прихожую.
– До завтра, мама, – бесцветно буркнула и последовала за сыном.
– Я видела, как он на тебя смотрит, – гневно бросила она мне в спину жестокую фразу.
Остановилась, крепко сжимая пакет.
– Варя, ты ему небезразлична. Я его плохо знаю, но даже за столь непродолжительное время сделала вывод, что Гордей Германович от своего отступать не будет. Не давай ему шанс. Сразу же определи границы.
Угнетённо зажмурила глаза. Боже! Я никогда не давала ему никаких шансов, но маме не ведомо, что это чудовище не нуждается ни в чьём позволении. Он просто приходит и берёт! Я для него лишь кукла, он дёргает за ниточки, и я выполняю его указания.
– Прощай, мама.
Внутри может быть множество эмоций, которые человек просто не может осознать и выразить. Это может быть страх, гнев, обида или одиночество. Все эти эмоции могут быть сжаты в одной точке, создавая иллюзию пустоты, потому что с ними невозможно справиться в момент, когда они становятся слишком сильными и неконтролируемыми. Эта пустота становится защитой от этих чувств. Сначала человек не замечает, как его психика закрывает доступ к болезненным переживаниям, но со временем, без умения справляться с ними, он начинает ощущать этот вакуум внутри себя.
Вакуум…Огромный глубокий вакуум образовался в моей душе…
***
– Мамочка, я всё, – радостно прокричал малыш, явно гордясь своими успехами. – Помылся. Зубы почистил, – малыш, в нежно-голубой пижаме с изображением своего любимого мультипликационного героя Бэтмена, лихо забрался на кровать и укутавшись одеялом, игриво подмигнул мне.
Одобрительно взмахнула головой.
– Молодец, – заботливо поправила одеяло, укрывая его ноги. – А теперь спать. Завтра рано вставать.
Малыш лукаво прищурился и звонко рассмеялся. Очень хорошо знала такое поведение. Он что-то хочет мне сказать, но не знает, как подступиться. Малыш сначала звонко смеётся, потом строит невинное личико и хлопая огромными, чёрными глазками, начинает меня о чём-то просить. Безумно сложно устоять перед обаятельным сорванцом, который всегда умудряется растопить суровость, все методы воспитания летят в мусорное ведро.