- -
- 100%
- +
– А вот и хозяин подарка?
Неожиданно вдали показался картёж из трёх бронированных машин. Екатерина Павловна безошибочно определили гостя, который решил посетить её театр на ночь глядя.
Первый автомобиль проехала вперёд, а вот второй остановился прямо возле Екатерины Павловны и Гарика.
Из шикарного дорогостоящего автомобиля моментально выскочил водитель и открыл пассажирскую дверцу.
– Добрый вечер, – покидая салон автомобиля, проговорил незваный гость.
– Был добрым, пока ты не явился, – огрызнулась Екатерина Павловна, враждебно рассматривая высокомерного Котова, который, как всегда выглядел идеально во всех смыслах этого слова. Накрахмаленная белоснежная рубашка, дорогой, брендовый костюм тёмно-синего цвета, который превосходно подчёркивал статус его владельца. Да внешне он походил на самого настоящего короля, но вот внутри был бессердечным, жестоким мужланом и никакая одежда, и аксессуары этого не могли изменить. Да, к тому же, как оказалось, Котов оказался самым настоящим ловеласом, который особой разборчивостью не отличался. Катерина злилась на мужчину, она не могла простить ему интрижку с Вероникой.
– Так Гарик, всё, – сурово провозгласила Екатерина, машинально прижимая букет к груди. – Давай прощаться.
– Хорошо, Екатерина Павловна, – парень даже не стал сопротивляться, ощущая, что Екатерина Павловна находится на пределе и может в любую минуту взорваться.
– Нам надо поговорить.
– Не о чем нам говорить, – мгновенно возразила женщина. – Мне уже пора.
– А я говорю есть о чём! И мы поговорим.
Гарик обескураженно наблюдал за жарким выяснением отношений между своей своенравной начальницей и всесильным Котовым. Парень до конца не понимал, что именно происходит, но ощущал, что обстановка накаляется и очень скоро может произойти взрыв такой силы, что его волна просто снесёт ни в чём не повинного парня.
– Екатерина Павловна, может, вы поговорите с Игорем Ивановичем, несмело предложил парень, который к этому времени узнал главного героя Питерской прессы. Ой как не хотелось Гарику иметь такого врага, а если Катерина Павловна продолжит так себя вести, то театру несдобровать.
– Что? Гарик, не лезь.
– Всё правильно. Иди погуляй, Гарик, – скомандовал мужчина.
Гарик покачал головой и отправился по тропинке.
– Понравился, – глаза Котова опустились на грудь Катерины.
– Нет, – соврала женщина и яростно вручила букет Котову. – Забирай его и убирайся отсюда. Мне с тобой не о чем говорить. Страшно опаздываю. Уходи, Игорь. Хватит меня уже преследовать.
Мужчина взял букет из рук Екатерины, при этом как бы случайно задев её пальцы.
Нежное, лёгкое и такое невинное прикосновение вновь спровоцировало Екатерину.
– Забирай и убирайся, – прокричала Катерина и резко одёрнула руку.
– Люблю ли я тебя?! Как можно любить или не любить свою душу, свою судьбу, своё будущее и настоящее? Всё, что было в моей жизни до тебя, как будто было не со мной. Для меня важно лишь то время, которое я провожу с тобой или в ожидании нашей встречи. Будущее для меня имеет значение, если только рядом со мной будешь ты. Я хочу положить к твоим ногам Вселенную, мир и свою душу. Самые нежные слова неспособны выразить все то, что я ощущаю, что я хочу для тебя сделать. Я так хорошо знаю каждую чёрточку твоего лица, что достаточно на секунду взглянуть, чтоб понять твоё настроение и желания. Пусть так будет всегда. Твоя рука крепко держит мою, а твоё сердце бьётся в унисон с моим. Теперь ты понимаешь мои чувства, – мужчина без запинки процитировал всё то, что было написано в открытке.
Катерина снисходительно ухмыльнулась, – браво! Память у тебя отменная. Тебе бы в актёры пойти. А что? Притворяться и изображать из себя того, кем ты на самом деле не являешься, у тебя отлично получается.
Котов опустил руку, продолжая держать многострадальный букет в руке.
– Катя, давай не будет продолжать этот глупый спор. Я же тебе говорил, что Вероника моё прошлое, мимолётный роман, лёгкая интрижка. Тебе не следует ревновать. В моём сердце живёт лишь одна женщина.
Катерина сузила глаза и внимательно посмотрела в лицо лживому подлецу, обманщику, который без зазрения совести врал ей и даже не краснел.
– Конечно, такое прошлое, что в настоящем ты не забываешь с ней целоваться и чёрти ещё чем занимаешься, с этой…, – Катерина закипала, ещё секунда и она была готова перейти на оскорбления.
– Я не с ней не целовался, – мужчина понял, что болтливый муженёк Катерины всё ей рассказал. – Она меня поцеловала, а это большая разница.
Екатерина Павловна с недоверием посмотрела на Котова.
– Ладно. Пусть так. Делай что хочешь. Меня это не касается.
– Катя, послушай, – Котов резко замолчал, когда Екатерина Павловна гневно замахала головой, всем своим видом показывая, что разговор закончен и она его не будет слушать.
– И ещё, Котов, если ты думаешь, что сможешь купить меня, то сильно ошибаешься, – слегка успокоившись, проговорила женщина. – Я не продаюсь, понял?
Игорь яростно расстегнул пуговицы на своём элегантном деловом пиджаке бледно-серого цвета и, злобно кривя губы, безразлично откинул его на дизайнерское кресло треугольной формы со специальной, декоративной набивкой.
– Дурак! – громко воскликнул мужчина, наполняя просторную гостиную гневными звуками. – Конченый придурок.
Мужчина был раздражён, он злился на Екатерину…
Игорь делал для неё всё, ради этой женщины забыл обиды, простил предательство, успокоил самолюбие, а в ответ на свои благородные жесты, получил лишь хлёсткое «…нет…».
Мужчина тяжело и удручённо выдохнул. Нет! Отказываться от любимой женщины он точно не собирался. Они и так слишком долго прибывали в разлуке!
Котов задумчиво провёл пальцами по подбородку, он поражался упорству Екатерины, которая отчаянно бежала от него «сломя голову». Из последних сил пыталась сохранить брак, который трещал по швам.
Зачем? Ради чего? Кому будет лучше? Неужели Катерина верит, что сможет жить, как и прежде с нелюбимым мужчиной.
Котов непринуждённо повернул голову и быстрым шагом приблизился к барной стойке, которая располагалась в самом углу гостиной и особо не бросалась в глаза.
Игорь Иванович угнетённо усмехнулся. Надежда не покидала его сердце, этот мужчина привык добиваться своего…Надежда не покидала, но постепенно угасала!
Схватив бутылку с ликёром, Котов мгновенно достал низкий, широкий стакан с толстым дном и плеснул туда огненной жидкости. Залпом, осушив ёмкость, Игорь Иванович слегка поморщился, ощущая горькое послевкусие.
– Хватит строить из себя благородного принца! Не хочешь по-хорошему, Катенька, будет по плохому, – яростно рассуждая, Котов с горохом поставил стакан на деревянный столик. – Отлично, девочка моя! – Свирепо воскликнул он. – Ты выбрала путь войны. Теперь пощады от меня не жди.
Мужчина не привык бросать слов на ветер, он дал себе слово, а главное, заявил непокорной Екатерине, что рано или поздно она будет его. Конечно, уверенный и властный Игорь Иванович знал, что эта женщина с васильковыми глазами, в которых отражалась вся сила её враждебной любви, будет сопротивляться, но это лишь дело времени. Катя убеждала его, что её любовь давным-давно «завяла», но глаза громогласно и красноречиво утверждали обратное. Она его любит. Безумно любит, но не желает причинять боль супругу, которого уважает и страшно благодарна.
Котов разгневанно поморщился. Благодарна она Аркадию! За что? За то, что он воспитал Арину, которая для него неродная. А кто пожалеет Котова, который столько лет жил и даже не знал, что у него растёт дочь и её воспитывает совершенно посторонний человек.
– « И гордость и прямая честь. Я вас люблю (к чему лукавить?). Но я другому отдана. Я буду век ему верна».
Котов с выражением и в то же время с каким-то явно про слёживающимся пренебрежением зачитал стихи великого поэта.
– Мораль! Принципы, – с издёвкой в голосе прошептал мужчина, расстёгивая рубашку. – К чёртовой матери всё ваше напускное, показушное поведение.
Котов стянул с себя ботинки и, одев мягкие, домашние тапочки, направился на ванную комнату. Ему сейчас, как никогда, нужен был контрастный холодный душ. Игорь нуждался хотя бы в физическом облегчении, желал избавиться от навязчивой и сумасшедшей идеи поехать в дом Екатерины Павловны и просто забрать с собой любимую и желанную женщину. А главное, что она, также, как и Игорь, мечтает вырваться из плена, серых, рутинных дней рядом с мужем-слабаком.
И когда Игорь Иванович уже почти покинул помещение гостиной, буквально на выходе, он услышал робкий, можно даже сказать стеснительный и нерешительный стук в дверь гостиничного номера.
– Да нет, – нежная, можно сказать, даже наивно-радостная улыбка заиграла на губах Котова, суровое выражение лица сразу заиграло яркими красками восторга и удовлетворения.
Торопливо перебирая ногами, Котов подошёл к двери и, распахнув её увидел перед собой Екатерину Павловну.
Его надежды оправдались.
Женщина прижалась плечом к стене, и небрежно взмахнув рукой, попыталась убрать, волнистую прядь волос со своего лица, который не позволял Екатерине рассмотреть полуобнажённого мужчину.
Женщина стыдливо почувствовала глубокое, постыдное возбуждение. Внешний вид Котова её очаровал, обаял.
– Извини, – игриво промурлыкала женщина, справившись наконец-то с прядью волос, – я не вовремя. Кого-то ожидаешь? Я тебе помешала? – Любимая кокетливо и игриво облизала губы.
Екатерина Павловна откровенно рассматривала спортивное, накаченное мужское тело.
– А ты изменился, – её ярко-голубые глаза заинтересовано блеснули. Женщина продолжала бесстыдно блуждать взором по широкому туловищу мужчины, оценивая мощь мышечной массы, непроизвольно пробуждая в себе порочные чувства.
– А ты нет, – Игорь сделал шаг навстречу женщине, – всё такая же прекрасная и недоступная. Мой котёнок! Моя звезда, – Игорь провокационно прижался ладонями к стене, тем самым лишая Екатерину возможности сбежать.
Котов пронзительно вглядывался в полыхающее лицо своей родной девочки, ему казалось, что она действительно ведьма, которая околдовала его, опоила...
И все эти долгие двадцать лет он словно одержимый грезил лишь ей одной. Любимой…Неповторимой…Незабываемой…
Настоящие чувства никогда не проходят и не угасают!
– Ну, про недоступность, это ты зря. Как видишь, пала с пьедестала! Пришла к тебе.
– А тебе нужен такой пьедестал? – склонившись над пленённой женщиной, прошептал Котов прямо в полу распахнутые, медовые губы Кати. – Пошли, – пользуясь замешательством Екатерины, мужчина властно взял её руку и потянул в номер.
Екатерина Павловна до сих пор не могла сама себе признаться, чётко дать ответ, зачем же она благополучная, уважаемая и порядочная замужняя женщина пришла ночью в номер к чужому мужчине и не просто чужому мужчине, она явилась к Котову. К своей самой большой любви. К человеку, без которого когда-то не представляла смысл жизни. А, возможно, и сейчас её жизнь ничтожна и убога без Игоря.
Совесть терзала её душу, но только до того момента, пока она не увидела Игоря. Совесть теперь лишь пищала, робко издавая писк.
– Неожиданно, – мягко проговорил Котов, продолжая сверлить женщину своими страстными, чёрно-карими глазами.
– Врёшь! Ты обманываешь.
– Что? – Котов хитро прищурился.
– Врёшь! Знал ты, что я приду, – Катерина нервно откинула маленькую сумочку, с ярко-красными просветами на огромный кожаный диван. – Знал и не отрицай. В противном случае, девушка-администратор на ресепшене, в жизни бы к тебе меня не пустила. Да и твои верные стражники шагу бы не дали сделать.
Катерина лукаво усмехнулась.
– Всё ты знал, Игорь, – обречённо проговорила она. – Ты меня слишком хорошо знаешь. И иногда мне кажется, что ты меня знаешь лучше, чем я сама себя.
Котов шаловливо поводил глазами и, немного облизав губы, ответил, – я не знал, но надеялся. Катя, ты женщина и можешь позволить себе слабость, просто быть счастливой. Доверься мне. Я решу все твои проблемы.
Мужчина твёрдым шагом подошёл к Екатерине и, мягко касаясь её бархатной щеки, продолжил искушать её сердце пленительными речами, вынуждая смириться и принять неизбежность.
Екатерина Павловна неправильно рассчитала свои силы, самонадеянно уверяя себя, что смогла победить былые чувства и в эту ночь сможет сказать решительное «…нет…».
– Я лишь хочу, чтобы ты была счастлива, – нежно молвил Котов и ласково, но в то же время довольно властно прижался к губам Екатерины.
Страстный, чувственный поцелуй пробудил все самые тайные желания бывших любовников. Котов яростно целовал сочные губы любимой женщины, утопая в её пьянящем аромате, наслаждаясь теплом, он хотел её и больше не было смысла сопротивляться. Мужская плоть требовала большего, один пусть даже самый горячий и страстный поцелуй не мог удовлетворить мужчину…
Не только Котов терял рассудок и попадал в цепкие любовные сети, Екатерина также лишалась возможности сопротивляться, но в отличие от Котова не собиралась сжигать мосты и рушить свою прежнюю жизнь.
– Подожди, – женщина прижалась ладонями к его обнажённой груди, на миг она замерла, ощущая интенсивное биение его сердца. – Я так не могу.
Котов нервно покачал головой, судорожно восстанавливая сбившееся дыхание.
– Катя, не делай так. Я тебе не пацан. Поманила и бросила, – его могучие руки мгновенно переместились на её талию и довольно грубо сжали тело. Она оказалась зажата в тисках.
– Игорь, я хочу выпить, – действуя ситуативно, продолжая держать руки на его груди, не позволяя сократить расстояние, пробормотала женщина.
Руки Котова медленно опускались, его ладони эротично скользили по филейной части женского тела, провоцируя новый всплеск сексуального желания. Катя знала, что если сейчас не остановить это безумие, то неминуемо случиться непоправимое…
– Нет,– женщина из последних сил оттолкнула Котова. – Я не могу.
Котов гневно скривил губы, выражение лица мужчины поменялось моментально, вместо удовлетворения и блаженства, появились яростные черты ненавистного разочарования.
– Вот дверь, – хладнокровие и расчётливость вернулись к мужчине, он равнодушно указал женщине на выход.
Катерина растерянно посмотрела на входную дверь отеля.
– Я …мне.., – промямли Екатерина Павловна, она была похожа на невинную школьницу на первом свидании, которая смущалась и робела перед любимым мальчиком.
Котов грозно рассмеялся.
– Я…мне…Хватит, Катя, – и вновь мужчина указал рукой на дверь. – Я не собираюсь тебя уговаривать или принуждать. Ты сама должна решить, чего хочешь.
Котов безбожно врал, он собирался её, и уговаривать, и принуждать, и неволить…Он больше не мог отпустить ту единственную, которая навечно поселилась в его сердце.
– Отлично, – изобразив спокойствие, Екатерина непринуждённо взяла свою дамскую сумочку и в последний раз, осмотрев надменного мужлана, звонко щёлкая каблучками, направилась на выход.
Котов вальяжно поднял подбородок и, плавно произнося каждое слово, растягивая мучительную пытку, проговорил, – Катенька, ты только слишком поздно о своей репутации забеспокоилась.
Екатерина Павловна молниеносно развернулась и в тот же час столкнулась с огненно-прекрасным и безумно опасным взглядом Котова.
– Ты что говоришь? Один невинный поцелуй ещё не делает из меня шлюху. Ясно тебе, – непонятно кого пыталась убедить Екатерина Павловна, себя или его.
Игорь звонко рассмеялся, а затем, резко замолчав, холодно и цинично проговорил, – один невинный поцелуй в ресторане. Второй невинный поцелуй уже в номере гостиницы одинокого мужчины.
Котов бегло бросил взгляд на окно, за которым царила в полную силу хозяйка ночь.
– Я совершила ошибку. Но, слава богу, смогла вовремя остановиться. Это главное.
– Нет, – молниеносно возразил бывший любовник. – Это как раз пустяк. Ни сегодня так завтра ты окажешься в моей постели.
От циничного заявления Котова, Екатерина Павловна гневно заморгала своими огромными глазками.
– Главное, что ты сама этого хочешь.
Мужчина пристально осмотрел Екатерину Павловну, и уже теперь она почувствовала, что Котов точно так же как и она пять минут назад, оценивает её, внимательно изучая каждую частичку, фокусируя взгляд на каждом изгибе.
Катя яростно метнула взгляд в противоположную сторону и наткнулась на открытую одиноко стоящую бутылку.
– Отлично, – быстрым шагом Екатерина Павловна подошла к барной стойке и налив в стакан ликёр, молниеносно выпила горячительного напитка.
Внезапно женщина ощутила, как огненная лавина мелкими ручейками побежала по горлу, опаляя внутренности…
– Катька, – недовольно крикнул Котов и, подбежав к женщине, буквально вырвал из её рук полу выпитый стакан с ликёром. – Что решила облегчить душу? – его руки схватили Катерину за плечи.
– Иди к чёрту, – Екатерина чувствовала, что начинает немного хмелеть. Ранее в ресторане она позволила себе немного вина, а сейчас ликёром довела себя до определённой кондиции. А может это вовсе не алкоголь? Возможно, она пьяна от страстной, дурманящей любви.
Игорь демонстративно плавно опустил руки, едва уловимо прикасаясь к её плечам.
– Думаешь, алкоголем оправдать свой поступок. Сегодня проведёшь ночь любви с безумно желанным мужчиной, завтра утром, проснувшись в моей постели, изобразишь невинный вид и, округлив свои прекрасные глазки, обвинишь во всём проклятый алкоголь. Что с пьяной взять?
Екатерина надменно подняла глаза и вызывающе пафосно, процедила сквозь плотно стиснутые зубы, – а ты решил разрушить мой план? В рыцаря захотел поиграть? Не будешь пользоваться ситуацией?
Котов уверенно приподнял подбородок и, глядя на Екатерину, словно дикий зверь перед последним прыжком, молниеносно схватил ни о чём неподозревающую женщину за талию и буквально впечатав её тело в стену, без лишних слов накрыл своими жаждущими губами её полыхающие от последнего поцелуя губы.
– На х.й все эти рыцарские замашки, – его обжигающие, неутолимые губы прошлись по шее Екатерины, рука тем временем сползла по бедру, и остановившись на довольно откровенном разрезе, ловко юркнула под юбку.
– Игорь, не надо, – неуверенно прохрипела Катя, пытаясь остановить движение руки Котова, которая целенаправленно поднималась по бедру.
Котов игриво коснулся кончика носа Екатерины.
– Я был с тобой максимально сдержанным. Изображал хорошего мальчика, – Екатерина непроизвольно попыталась сжать ноги, но Игорь предугадал её действия и в один миг закинул её стройную ножку себе на бедро. Секунда и уже вторая нога была на теле мужчины.
Екатерина Павловна вынужденно вцепилась за его плечи.
– Я тебе даже больше скажу, милая, – хрипел мужчина, придерживая Екатерину за упругие ягодицы, – скоро тебе понадобиться деньги на новую постановку. А инвесторов, как известно, не так много.
В этот момент Екатерину Павловну будто бы из огненной бани вытащили на мороз и бросили в снег.
– Ты, что думаешь, я буду спать с тобой из-за денег?
– Можно совместить приятное и полезное. Чтобы совесть не мучила, говори себе, что изменяешь мужу ради дела. Во благо театра.
Екатерина Павловна неторопливо опустила ноги на пол и не получив никакого сопротивления, отстранилась от Котова.
– А говорил, что любишь?
– И ты мне говорила, что любишь, – спокойно ответил Котов на весьма эмоциональную реплику Екатерины. – А сейчас строишь из себя жертву. Заставляешь бегать за тобой.
Катерина опустила глаза.
– Я не верю в твою любовь. Я для тебя как не закрытой гештальт. Получишь своё, разрушишь мою семью… И всё! Твоё гнусное самолюбие, тщеславие будут удовлетворены.
– Меня предала ты. Я же тебе никогда не врал. Ты боишься, потому что судишь по себе.
Справедливый укор вызвал нервный смешок у женщины.
– Значит, решил мстить.
Котов разгневанно поднял глаза к потолку, – твою мать, Катя! Какая же ты, дура.
– Что? – гневно прокричала Катя. – А хотя, – она изобразила понимание и согласие с его обидным утверждением, – ты прав. Полная дура, если решила довериться тебе.
– Полная дура, – нежным, ласковым голоском пробормотал мужчина, – потому, что не видишь, как я тебя люблю. – Ты изменяла все эти двадцать лет мне, потому что только я имею права на тебя и твоё тело.
Переминаясь с ноги на ногу, Екатерина обескураженно замотала головой.
– Я не твоя собственность.
– Моя. Вся целиком и полностью. Всё, что ты больше всего в жизни любишь, также принадлежит и мне, – мужчина вытянул руку и начал медленно загибать пальцы. – Дочь и театр.
Екатерина обессиленно провела рукой по груди.
– И того и другого ты можешь лишиться лишь по щелчку пальцев. Катя, прими правильное решение. Не рискуй остаться в полном одиночестве, потеряв своё имя, репутацию, а главное, любовь дочери.
Катя холодно ухмыльнулась.
– Шантажируешь?
– Нет. Просто рисую твои перспективы без меня.
Екатерина тяжело вздохнула, – а с тобой?
– Счастье. Любовь. Я помогу осуществить твою давнюю мечту. Твой театр станет одним из самых известных в Европе. Для этого у меня есть и деньги, и связи.
Котов неспешно подошёл с безмолвно стоящей Кати, которая смотрела на мужчину потухшим взором.
– Я дам тебе то, что не может дать Аркадий. Настоящую, полноценную семью.
Екатерина удручённо усмехнулся.
– О чём ты говоришь, Игорь? – Обречённо спросила женщина. – Какую семью ты можешь мне дать. Ты же эгоист, который думает только о себе.
Котов озадаченно ухмыльнулся.
– Вот это заявление. Это ты мне говоришь про эгоизм?
Глава 2.
Арина стояла на балконе и под пристальным, пожирающим взглядом Панина смотрела на такое далёкое и одновременно, близкое звёздное небо. Манящее и притягательное до конца так и не изведанное, сколько всего оно скрывает от человеческого взора. Что для Вселенной проблема одной маленькой девочки. По сути, ничего. Наша жизнь бесценна лишь для наших родных и близких.
– Мама всегда была для меня примером для подражания, – с сожалением проговорила девушка и медленно опустила глаза. – Такая сильная, волевая, независимая, верная и справедливая. Я с гордостью и упоением смотрела на неё.
Панин усердно делал вид, что ему интересно, то что говорит Арина. Играл роль понимающего друга, который способен разделить её печали и готов подставить плечо в трудную минуту.
– Мне казалось, что она лишена всяких изъянов, – девушка слегка наклонила голову в сторону своего молчаливого собеседника. – Она добилась успехов, при этом никогда не совершая подлости и не используя связи своих родителей. Я хотела быть похожей на неё. Стать достойной наследницей Белозёровой Екатерины Павловны.
– Хотела? – моментально среагировал хитрый Панин, уцепившись за последнюю реплику девушки. – А сейчас? Ты уже не считаешь Екатерину Павловну такой безупречной?
Арина тяжело выдохнула, она не знала, как ответить на поставленный вопрос.
– Не знаю. Её обман слишком ранил меня.
– Арина, никто не идеален. Не стоит осуждать маму, – приторно слащаво, с наигранным великодушием простонал Семён.
Этот человек ненавидел Катерину Павловну, в отличие от её дочери, он считал, что всех своих творческих успехов эта выскочка заработала исключительно благодаря связям её высокопоставленных родителей. Зависть и злоба были верными спутниками подлеца, который умело маскировался под приличного человека. Он пользовался добродушием Кати стремясь достичь как можно больше пользы для самого себя любимого.