- -
- 100%
- +
Лучи восходящего солнца, большой красной вуалью обволакивали край земли. Вот они коснулись верхушки сухостойной травы на окраине болота САЗ, и как в замедленном кадре, жизнь стала пробуждаться. Сначала стрекот важных летунов – информаторов, потом писк комариков – разносчиков, затем жужжание жуков – исполнителей. И когда все это стрекотание, пищание, жужжание сливалось в одну единую великую какофонию звуков, пробуждался голодный квак.
Раннее предрассветное утро на болоте САЗ было удивительным, оно проходило в таинстве важности подготовки к яркому, шумному дню, переходящему к главному и кульминационному моменту – закату огненного шара.
Марж сидела, лениво вытягивая свои влажные ярко зеленые лапки, любуясь прозрачными с тонким узором перепонками лап. Ее нарочитая леность придавала еще большую томность, только пробудившимся ото сна, с усталой поволокой большим глазам. Она ждала. Ждала, когда усилится суета жужжаний, пищаний и стрекотаний, усыпляя бдительность снующего над головойживого завтрака. Своей тонкой, блестящей кожицей она чувствовала комфорт утренней прохлады, влажность болотного дуновения и, испустив легкий вздох наслаждения, широко раскрыв рот, выкинула вперед розовую нежность своего длинного липкого языка.
Светло зеленый атлас листа кувшинки, на котором наслаждалась свежим утром Марж, содрогнулся. Вскрикнув: «Ой!», она испуганно прикрыла глаза. В следующее мгновение на примыкающем к ее листу, листе кувшинки она увидела нарушившего ее уединение мужчину. Смущенная этим резким вторжением незнакомца, одним прыжком своих длинных стройных ног, Марж оказалась в тени белых нежных лепестков бутона. Из своего укромного убежища юная красавица любопытно следила за непрошеным гостем. Ее взгляд становился все более испытующим. Любопытство сменилось смущением, так как она не могла оторвать взгляд от этого ловкого, сильного квака. Он также внезапно исчез, как и появился. Намерение Марж позавтракать осталось в прошлом. Юное сердце потеряло покой. Перед ее взором стоял Он и только Он – невероятно красиво сложенный с ловкими и точными движениями, его мускулистый язык захватывал сразу по несколько бзик и стрекот. Она была очарована блеском медальона на его мускулистой груди.
Тонкий, испытующий ум Марж всецело захватили вопросы: «Кто ОН??? Откуда ОН??? И как его вновь увидеть???»
На горизонте показался ее ленивый братец. «То, что надо», – подумала сестрица. Она не смущалась своего прямолинейного простачка братца.
– Лу, ты не видел здесь чужого незнакомца с медальоном на груди. Он здесь охотился. И почему он бесцеремонно вторгается не на свою территорию? В следующий раз разберись с ним, понятно! – скомандовала младшая капризная сестра.
– Это наверно здоровяк Берк. Как же, с ним разберешься, – иронизировал трусливый брат.
– А почему я его раньше не встречала и не замечала?
– Потому что, сестрица, ты кроме себя любимой больше никого не замечаешь.
– Раз ты такой умный и все знаешь про меня, – разозлилась Марж, – Может, скажешь, где его встретить?
– Легко. Он часто, если только не спит, ошивается на празднике Проводов Огненного Шара и своим жирным языком набивает себе брюхо. Кстати, это его единственное и любимое занятие.
«Хм, неудачники всегда завидуют красивым и сильным», – оправдывала избранника молодая неопытность.
«Значит, праздник. Нужно к нему хорошенько подготовиться», – крутилось в умной голове Марж.
Ближе к вечеру чувствовалось живое возбуждение в предвкушении предстоящего праздника.
***
Никто уже и не знал, кем и когда был заведен праздник Проводов Огненного Шара. Этим всеобщим ликованием жители болота САЗ отдавали дань прожитому дню, ведь никто не был уверен в том, что он встретит следующий рассвет. А увидеть над тонкой полоской горизонта огромный горящий солнечный шар, который все вокруг преображает, который так близко, словно до него можно дотронуться рукой – это высшее счастье для жителей края САЗ.
В этом красном зареве заката все удивляло и восторгало. Марж в ритме звучавшей музыки начала, задуманные в своей голове, танцевальные па. Сначала несмело, скромно, ведь она впервые демонстрировала свой талант, затем всецело, подчиняясь чувствам и динамичным ритмам музыки, закружила в чувственных движениях, захватывая все внимание и взоры окружающих. Струящийся свет заката, отражаясь на глянцевом блеске изумрудного тела Марж, обволакивал магическим пурпуром красивое упругое молодое тело юной красавицы. Завороженный, происходящим действом, Берк на мгновение прекратил орудовать сильными челюстями, и его обмякшая от восторга и удивления нижняя челюсть прикрыла медальон. На последних движениях чарующего танца Марж бросила прямой, открытый взгляд в сторону своего избранника.
Когда их влажные взгляды встретились, Берку, как озарение пришло понимание того, что жизнь нечто безгранично большее, чем досыта набитое пищей чрево.
Под куполом красного огненного шара заката их, бьющие от новизны чувств, сердца соединились.
Ночь была прекрасна. Звезды светили ярче обычного, словно хотели лучше рассмотреть рождение новой жизни, новых чувств. Когда закончилось всеобщее ликование празднества с романтичным пением, с зажигательными танцами, Берк и Марж вернулись к месту своей первой встречи. Нежные объятия и страстные поцелуи волнами накатывали на них чувства, которым они дали имя ЛЮБОВЬ. Они не видели ничего, кроме счастливых влюбленных глаз своего избрания. Новый день, с его тонкой полоской зарева они встречали вместе, и каждый из них знал, что так будет вечно. Весь яркий, звонкий день они провели, не расставаясь, будто любовь соединила не только их сердца, но и влажные изумрудные тела. Маржи, так называл ее, теперь уже Берки, нежно ласкаясь к нему, с благодарностью принимала его заботу. Молодые, красивые, счастливые, купаясь в лучах своей любви, они наслаждались друг другом и той жизнью, которой судьба их щедро одарила.
***
Один из таких счастливых дней омрачился паникой и слухами о том, что на болоте САЗ появились большие серые тени, своими острыми, как штык клювами, пожирающие кваков. Но молодые были настолько увлечены заботами друг о друге, погружены в эйфорию счастья, что, не придав слухам никакого значения, продолжали наслаждаться каждым мгновением сладостного чувства.
Марж увлеченно рассматривала солнечные блики на ровной поверхности болотистой глади, Берк мягкими перепонками лап нежно гладил бороздки изумрудной спины своей возлюбленной. Вдруг все вокруг всколыхнулось, вода помутнела, тело Марж, сверкнув на солнце, унеслось ввысь. Высоко над головой Берк услышал голос подруги, своим криком ужаса разрезающий густой влажный воздух. Не раздумывая ни секунды, влюбленный мужчина, сделав упор на своих сильных упругих, как тугая пружина, задних лапках, взмыл ввысь, спасая ЛЮБОВЬ. Каким-то чудом, вцепившись маленькими шариками кончиков лап за маслянистый край гладкого пера, стал карабкаться вверх, подгоняемый отчаянным криком своей любимой. Найдя надежный упор для прыжка, Берк умело поднимался выше и выше, не думая об опасности и потеряв страх. И вот он совсем близко от своей возлюбленной, отчаянно крича, висящей вниз головой, с зажатой как в тисках остром клюве одноногой цапли. Острые, как лезвия ножа, края клюва больно впивались в нежную, сочную плоть красивого бедра. Берк, прочувствовав эту боль, продолжал свои действия. Балансируя на маленькой, круглой голове птицы, он наткнулся на блеск черного жемчуга зловещего, бездонного зрачка, окаймленного мертвым безразличием желтой радужки. Повернувшись лицом к своей Марж, которая придавала ему сил, стал плотно прижиматься грубыми буграми бородавок широкой спины к открытому глазу, пытаясь выдавить выпуклый блеск, иссушить глаз, заметивший ее красавицу подругу и теперь разлучающую его с ней. Пытаясь освободиться, ослепленная птица резко метнула головой в сторону, но сила вцепившихся растопыренных лап сильного самца, удержала его на месте, и он сильней стал отталкиваться, буравя шершавой спиной влажную пленку глаза. Голова птицы, хаотично двигаясь из стороны в сторону, метнула свою добычу, и Берк широко раскрытыми глазами, наблюдая свободный полет возлюбленной, восхищаясь красотой и стройностью ее стана, проводил своим взглядом. Теперь нужно спасаться самому, чтоб не попасть в разрезающее острие этого клюва. Берк перебирая мелкие перья, стал спускаться вниз, не давая возможности птице, схватить его. Обхватив сильными лапами длинную шею, перешел на сторону широкой бело серой спины. Птица на длинных тонких ногах, плеская мутную воду, уходила прочь, видимо разочарованная неудачным опытом. Берк, спасая себя, обеспокоенно думал, что все дальше и дальше его уносит птица от привычного места. Поборов страх, он разжал лапки, полетев вниз на скорости, отскочив от гладкой спины птицы, словно от батута, он окунулся в густую, грязную жижу болотной воды. Его сердце колотилось от радостного ликования «СПАСЕН». Проплыв на безопасное расстояние, и найдя укромное место, Берк стал изучать новое пристанище. Когда прошло радостное возбуждение от победы в неравной борьбе, Берк пришел в уныние от понимания того, что шанс найти любимую сводится к минимуму. Он стал бродить по местности, расширяя географию поиска, в надежде найти решение выхода из ситуации.
***
Марж очнулась с жутким чувством ощущения всепоглощающего жара, словно ее бросили в огонь. В ее пересохшем рту, раздуло язык, нежная зелень боков потемнела и истончилась, как будто вот-вот треснет по швам. Испуганная своим состоянием, превозмогая боль и слабость, она отползла от жаривших ее нещадных солнечных лучей, ища прохладу тени. Ее раненная задняя лапка беспомощно тянулась дряблой плетью вслед искалеченному телу. Сухая истрескавшаяся корка суши, по которой ползла бедная Марж, дикой болью впивалась в ее раздувшееся, истонченное брюшко. Наконец она забралась в заросль сухого камыша, который также жестко колол и тер ее бока. Но радуясь заветной тени, она решила переждать сухую жару и с закатом большого огненного шара, продолжить поиск живительной влаги, так ей необходимой. Наблюдая красный закат солнца, слушая шум шелеста сухого камыша, со сжимающей болью в сердце, она безропотно сидела в своем убежище, вспоминая праздник Проводов Огненного Шара на болоте САЗ. С последними лучами уже ласкающего солнца, Марж выбралась из заросли и побрела, интуитивно чувствуя близость воды. Ее генетическая память и потомственное сознание понимало, что на этой истрескавшейся сухой и грубой суше некогда благоухала райская водная жизнь с ее ласкающим слух стрекотанием, жужжанием, пищанием. Уродливое тело, постепенно восстанавливаясь, приобретало прежние очертания, только лапка упрямо не слушалась, тяжело волочась вслед. Слух уставшей и утомленной Марж уловил далекий звук, напоминающий мелодию песни, которую ее любимый Берк посвятил ей на празднике. Когда ветер унес в сторону аккорды знакомой мелодии, разочарование обмана больно сковало душу, отчаявшейся девушки. Через мгновение мелодия возобновилась с еще большей четкостью, она тихо прошептала нежное «Берки», вслушиваясь в пустоту перед собой. Так исчезая и вновь звуча, к ней приближался ее любимый звук, ласкающий теплотой знакомого тембра. «Моя ЛЮБОВЬ приди, красавица Маржи», – отчаянно пел Берк, идя навстречу своей судьбе. Их огромные влажные глаза встретились в долгом нежном влюбленном взгляде, в немом молчании они слушали стук сердец. Их слившиеся воедино объятием любви тела, наслаждались. Маленьким шариком на кончике лапки Берк смахнул слезу любимой:
– Сила нашей любви нас спасла, судьба вновь воссоединила. Это место наполнится живительной влагой, и ключ жизни забьет. Здесь мы будем жить долго и счастливо, как некогда, я уверен, жили наши предки. Здесь будут жить наши потомки, которым мы передадим пламенный огонь наших чувств и желаний, воспитаем в них жажду жизни и любви. Это наш дом. Это наш край СУ.
– Да, – тихо прошептала Марж.
На извитые в объятии тела упали первые легкие капли дождя…
Следующий праздник Проводов Огненного Шара
любящие сердца молодых встречали в своем доме СУ.