23 способа убить дракона

А потом в коридоре появилась Она сама, и можно подробно ее рассмотреть. Да, дитя Ваю. Очень привлекательная с любой точки зрения, вкусная. Даже кушать ее будет вкусно, хотя обычно Кай очень брезглив. Нет, химерой она не будет, сразу потеряет весь блеск. Зачем ему это напоминание и лишняя кровососка? Лучше пусть останется послевкусие.

Дракон прошел в кабинет, столкнулся с химерой и подавился от неприятия. Хотя именно эта нежить не столь нестерпима, ничего лишнего, от нее пахнет только Дженифер. Можно сдержаться, выпить чуть больше кофе и игнорировать ее присутствие. С химерой он еще разберется, не все сразу.

Вечером в гнезде разразился скандал. Дженифер вышла их встречать, очень заметная девочка. Его спутники на такие мелочи, как человечка, редко отвлекались, никто не придал тому значения. Но только не Камико. Она своего Ваю увидит даже в женском образе. Приметила, засуетилась, направилась к девушке и завязала знакомство. И поняла, что не ошиблась. Развитого нюха у химер нет, но сходство настолько очевидно, что дочь сразу сделала выводы и сразу правильные.

Кай надеялся, что в общей суматохе Камико растеряется и упустит важную деталь, но нет, та умеет оправдывать ожидания. Так соскучилась по Ваю, что буквально выхватила лицо из толпы. Беды нет, рано или поздно все узнают о Дженифер, путь будет рано. Младший попытался выставить все случайным совпадением, но заранее понимал, что дело это провальное. Ни один здравомыслящий член гнезда в случайное совпадение не поверит.

– Такой ставки на тотализаторе у нас не было, – задумчиво констатировала Генриетта, нервно прикуривая трубку. – Кай, самая плохая твоя затея. Полная дурь.

– Я забыл обсудить это с вами, – зло отмахивался он и спешил отдохнуть у себя на этаже, после долгого трудового дня и двух молоденьких девушек в машине, скрасивших его одиночество.

– Что ты собрался делать? Убить ее? Примитивно, я от тебя ожидала большего, – выдула та густое облако дыма.

– Примитивно было бы не делать этого. Я не столь благородный, и уж точно не благороднее одного мерзавца. Будем квиты.

– Я не собираюсь участвовать в этом балагане, и не жди от меня поддержки. Более того…

– Твоя поддержка мне нужна меньше всего, – огрызался Младший. – Очень не рекомендую открывать рот и противодействовать мне.

– Ты грозишься собственной матери?

Кай вошел в раж и выпучил глаза.

– У меня есть запасная! Тридцать семь штук. Эта тема вас не должна касаться никоим образом. Живите, как жили, и не лезьте в мои дела. Это способствует сохранению головы и доступа к крови. Генри, я сейчас на той стадии, когда меня нельзя остановить. Любого, кто встанет на пути, снесу.

– Ну-ну, – хмыкнула Генриетта и со знанием дела стрельнула глазами в трусливого Карла, готового угождать и несносному сыну, и разбалованному внуку.

– Кай, прекрати, пожалуйста. Что ты делаешь? – возмутилась Камико. – Мсти ему, не ей. Если ты не прекратишь, я сама позвоню Ваю.

– Звони! – рявкнул он и стукнул по столу. – Мне подходит. Приедет к занавесу. Ей осталось пару дней, меньше промучается! Карл, ты со мной?

– Николенька, я… – Карл встретился глазами с Генриеттой и Брунгильдой и осекся.

– Кристиан? – рявкнул Кай.

– Пф… – замялся дракон. – Тебя устроит, если я скажу, что сильно мешать не буду?

– Шарль?

– Так уж обязательно убивать? Есть масса иных способов получить с женщиной удовольствие…

– Сема?

– Таки я… сразу скажу, шо буду лгать и изворачиваться, чтобы угодить двум сторонам. Ибо пока не пойму, ты ее в гроб уложишь, или она тебя. Йошик, поверь старому мудрому дракону, второй вариант имеет гораздо больше шансов. Все, шо я знаю о женщинах склоняет чашу весов в ее сторону. Убить ты ее не сможешь.

– А я ее не сам, а в результате несчастного случая! Сильвестрычи?

Близнецы неуверенно пожимали плечами.

– Кайоши, мы согласны на все, но ровно до того момента, как ты…

– Сын мой, убийство грех, – согласился с братом Ульрих. – Все остальные грехи мы тебе отпустим.

– Женщин я не убивать, – ковырялся в зубах Самарканд. – Я их любить. Какой-такой мест? Посмотрит на меня, и усё, я влублон.

– Винсен?

Шестой Пра ещё глубже закутался в теплых халат.

– На этой метаморфозе я изображаю сумасшедшего, – качал он головой. – Не хочу убивать. Я в оппозиции.

– Не убивать, помогать?

– А я не хочу помогать. А я не хочу хотеть. А я не хочу…

– Я так и понял, – рычал Кай. – Мы с Сильвио справимся без вас. Не смейте нам мешать. И только попробуйте вызвать Лола, не посчитаюсь с родством, отправлю в каменное небытие веков так на десять. Обещаю носить цветы к вашим окаменевшим лапам. Искусственные.

– То есть, все это не ради честной добычи золота? – сделала вывод Камико. – Ты снова мне лгал!

Кай прикусил язык. Легенда с добрыми намерения рушилась на глазах. Вор, да ещё убийца, подобная репутация лишит его дочери окончательно. Хуже того, Камико может противостоять ему. Придется компенсировать за счет праведного бизнеса, приложить усилия, имитировать подготовку к экспедиции и горным разработкам.

– Я спонсирую Горный институт ровно для того. Если бы мне просто нужно было убить Дженифер, я бы не тратил силы и время на институт.

Поверила или нет, не разберешь. Разумеется, он лгал, но иначе он не выкрутится. Один неверный шаг, и Камико начнет свою игру.

Так и есть, на следующий день Кай ворвался в аудиторию и застал обеих девочек, Камико с Дженифер. Чем занимаются непонятно, в нос ударила волна афродизиака, почти пронзила его. Все же женщины-драконы отличаются от обычных женщин. Очень несущественно, но они бесспорно привлекают внимание. Например, он чувствует ее неповторимый привлекательный запах, а человеческие мужчины назовут это харизмой.

– Не смей к ней приближаться, дура! – рявкнул он на родном языке. – Ей будет только хуже от твоей помощи. Обещаю, для нее все пройдёт безболезненно, ей даже понравится. Я наказываю не ее, а Его.

– Кофе мне в кабинет, – рявкнул он на русском.

Дракоша что-то ответила, он даже не расслышал. Он чувствует ее на уровне кожи, гормонов, которые порой говорят красноречивее слов. Инстинктивно она привлекает его, в этом нет ничего странного. Ваю тоже не устоял перед Камико, почувствовал ее даже из воды и вышел из моря. Но с инстинктами вполне можно справиться, достаточно держать в уме тот факт, что она жертва, а не приз. Призом будет ее смерть.

Ему пора начинать думать об убийстве. Сильвио в Россию не приехал, отлучился по делам семьи на алмазные шахты. Авонако и Дев остались охранять схроны с золотом, Руфус ушел на перерождение. В любом случае без помощников он не обойдется, хотя бы в части поддержания легенды с институтом и добычей золота. В этом ему никто не отказал, остальное он организует сам.

Кай открыл ноутбук и поискал литературу на тему горного дела. Но по мере изучения страниц, он все больше впадал в уныние. Он практичный человек, дракон, у которого действие превыше слов. Нет ни времени, ни желания изучать теорию в нескольких томах. Ему нужен помощник, который… Дженифер! Она горный инженер, который потратил пять лет жизни на то, чтобы прочесть все эти книжки и запомнить главное, буквально выдержки из горного дела.

Гм… неожиданно, но очень к месту. Одно другому не мешает, она поможет ему имитировать бурную деятельность по части золотодобычи, и тем самым успокоить Камико. Элегантное решение, Кай был доволен собой. Из всего этого плана выпадала только одна деталь, лишний пазл. Откуда при Дженифер взялась химера?

Он даже не может определить хозяина, тварь пахнет нейтрально, чуть приправлена морской Дракошей. Определенно, она здесь неслучайно. Случайности в таком деле исключаются, он и сам такая же не случайность. Откуда она взялась и как давно? Наверняка она знает гораздо больше того, что хочет показать. Бесстрашно приближается к чужаку и подает ему кофе. И не просто подает, а всячески пытается вредить. Это у нее на уровне рефлексов, она может защищать только своего дракона.

Кай дернулся от желания прибить на месте, она пролила ему кофе на брюки. Одно движение и мерзкая тварь лишится головы, будет биться в конвульсиях, а он додавит ее ударом лапы. Останавливает только тот факт, что трудно будет предъявить упокоившуюся нежить Дженифер. Связка дракон-химера может оказаться прочной, он пока не разобрался, насколько запущенный случай ему попался. Тем более он не понимает, как это происходит у женщин-драконов. По какому принципу она ее терпит? Любовь? Умиление? Память?

Кай выскочил из кабинета в приемную, чтобы удержать себя в руках.

Дракоша здесь же, смеется. Очень заразительно, музыка для его ушей. Он вспомнил этот смех, Ваю смеялся также, когда унижал его на каждом серкшш. С танками тоже умыл, все недоумки проголосовали за его затею и большинством завалили старших. Никто не понимал, что на таком серкшш делать, но уже завели аккаунты в игре.

– Позвонок, капец, вырвали. Ой, Николай Николаевич, вижу, кофе понравился, – девушка оценила его мокрые брюки. – Много не пейте, вредно для сердца и… мочевого пузыря.

Химеры за столами сдавленно захихикали. Она им нравится?

– Рр… отродье Ваю. Я сожру твою химеру, – орал он на незнакомом языке.

Кай связался с Сильвио. У того криминальные связи по всему миру, он без труда найдет киллера в любой части света. Причем профессионалов, которые организуют идеальный несчастный случай даже для химеры. А ей… как там ее… нужен такой несчастный случай, чтобы отбросила голову и уже не нашла. И лучше, если не нашлась. Дженифер бросится на поиски, так кстати, он станет ее опорой в этом деле. Условие для устранения только одно, без свидетелей, рядом не должно быть подруги. Приступать к исполнению незамедлительно. Докладывать об успехах сразу.

Кофе принесли в тот момент, когда он обсуждал сделку и уже сбросил все данные на Самохвал киллерам. Кай оценил походку девушки, ассоциативно соотнес с гейшей и не нашел ничего общего с японскими женщинами. Дженифер словно с другой планеты, даже смотрит на него иначе, приценивается. Его ещё никогда не задевали подобным образом.

– Выйди вон.

И сразу пожалел о грубости. Все же она Дракоша, можно сделать скидку. Ей приходится жить в нулевом цикле неинициированным драконом, волей-неволей кровь отца дает о себе знать. Сегодня она молча стерпит от него грубое отношение, а уже завтра может показать клыки. Будь у нее хотя бы одна метаморфоза, он вел бы себя сдержанней. У него задача не отпугнуть, а привлечь ее на свою сторону и однажды прибить, чтобы даже не рыпнулась.

Теперь все органы чувств работают только на нее. Что у нее? В приемной объявились близнецы и Кристиан. Любопытство взяло верх, они заявились ровно для того, чтобы лично увидеть морскую Дракошу. Все хотят ее видеть, она маленькое чудо в их мире, сокровище, которое рождается реже мужчин. Ни одна не выжила. Причин масса, у этой будет месть.

Кай заволок Сильвестрычей в кабинет и швырнул на стулья. Старые драконы живут своей беззаботной жизнью и зарабатывают на личные нужды в меру своей испорченности. Эти двое – шарлатаны высшей пробы, всегда найдут проблемы на его голову. Заявились в приемную под таким предлогом, что даже ему страшно, что подумает об этом Дракоша. Он работал над легендой семьи из эмиграции, а не гнезде чудиков. И святые одежды ещё не самое худшее их проявление, обычно они шулерством промышляют, картежники и наперсточники уровня Дракон.

– Да! – рявкнул он в трубку на незнакомый номер.

– Баренцев Николай Николаевич? Добрый день, Вас беспокоит Отдел биологической безопасности. Мое имя Лебедев Егор Игоревич.

– Егор Игоревич, очень неприятно, пошел ты на…

Кай в ярости заблокировал номер. Ищейки уже сели на хвост, пронюхали. И он даже догадывается, отчего у них так быстро вышло. Местные гнезда не слишком жалуют черных. Причин тому масса, они друг друга едва терпят, а уж с черными совсем на ножах. Ящерки забеспокоились за сохранность своего уютного мирка и схронов золота. Они даже в голову не берут, что у него интерес может быть куда серьезней.

Младший дракон навис над Махатмой и Ульрихом и смерил их недобрым взглядом.

– За каким ладаном приперлись, одухотворенные вы мои? – зло прошипел он. – И сразу оговорюсь, если разговор начнется с имени Дженифер, я вырву вам ноги.

Близнецы переглянулись. Один перекрестился, второй сложил намасте.

– Клаус, как ты относишься к тому, чтобы благословить нас на…?

– Плохо, что бы то ни было, – нетерпеливо прервал он речь Ульриха. – Обычно после таких слов я плачу штраф и вытаскиваю вас из комнаты предварительного следствия за мошенничество. Как сейчас помню, вас уже дважды отлучали от всех известных мне церквей и храмов. Если этого мало, могу лично огреть вас анафемой.

– Реинкарнация лягушки! Как ты не можешь понять, что это гены? – брякнул Махатма и спрятался в притворной молитве, закатив глаза.

Ульрих задрал кардинальскую рясу и подтянул на волосатые коленки съехавшие чулки. Кай от одного этого зрелища мысленно схватился за сердце в недобром предчувствии. Что задумали?

– Клаус, язычник прав.

– Насчет лягушки?

– Насчет ген. Мы решили искать золото. Дай нам взаймы ту, которую нельзя называть по имени.

Кай медленно сполз в кресло.

– В смысле, дай? – опешил он.

– Мы быстренько обстряпаем дельце, найдем золото и вернем ее тебе, – подвывал Махатма. – Дхананджей, если она из гнезда, которое нельзя упоминать, то у нее может быть нюх на золото.

– Не понял.

– Морское гнездо помимо щупальцев эволюционировали нос, – принялся пояснять Ульрих. – Если коротко, то они находят золото под водой. По запаху.

– Бред какой-то. Что-то я не слышал о подобном… Золото не пахнет.

Ульрих подтянул второй чулок и положил ногу на ногу, проветривая подрясное пространство.

– А ты о них вообще не слышал, – нагло хмыкнул он. – Запретил даже упоминать, потому неудивительно, что врага своего знаешь только с точки зрения боевых качеств, самурай ты наш… наилюбимейший, – на всякий случай подобострастно добавил он.

– А эволюция не стоит на месте. Мы развили абсолютный слух и для того длинные уши, а они нюх на золото, – Махатма понюхал свою подмышку, чтобы наглядно показать недогадливым слушателям, как работает нос.

Кай непритворно зажал свой. Может они и родственники, а один из них его второй Пра, кто точно, не могут до сих пор определиться, но воняют они, как все драконы. Эти хотя бы привычно, что не означает терпимо.

– Шутите? – недоверчиво прищурился он.

– Упаси Брахма, – перекрестился Махатма. – Девчонка – кладезь уникальных ген. Ты думаешь, почему она учится и работает в Горном институте. Наверняка вынюхивает?

– Подводное золото?

– Вот мы и проверим, работают ли ее обаятельные сосочки на воздухе? – раскачивал ногой Ульрих.

– Какие сосочки?

– Ноздревые.

Кай медленно закипал. Обычно он делал это быстро, но покуда взял нервную систему под контроль и гасил выработку адреналина, чтобы прибить их не на глазах у Дженифер, а где-нибудь в темном подвале снятого для семьи коттеджного поселка. Будет странным, если она решится ещё раз принести ему кофе и застать его над хладными трупами двух рептилий.

– Все сказали? – угрожающе медленно привстал он с кресла. – А теперь осторожно подняли рясы и прикрыли за собой дверь института. И выбейте на скрижалях своего мозга следующие заповеди: не приблизься к Дженифер. Это первая и основная заповедь. Вторая: не добывай золота за спиной Младшего. Пошли вон.

Нужно взять себя в руки и, хотя бы начать планировать. Как убить дракона? Есть масса способов. Кай стекся в кресле, открыл ноутбук и написал название. Пункт первый. Удушение.

На смартфоне вибрировал вызов Карла. Всегда это плохо, потому что деда оставили на хозяйстве, и, если тот звонит, значит дома Кая ждёт неспокойный вечер.

– У меня срочное совещание. Коротко, – рявкнул он.

– Николенька, а коготко это как? Если я скажу одно непгиличное слово, это будет коготко?

– Ты сказал четырнадцать, это уже не коротко.

– Ага. В таком случае, если коготко, то я пытался все испгавить, но непгедвиденные обстоятельства мешали мне на каждом шагу. В связи с этим считаю важным подчегкнуть, что я ничем не заслужил каменное небытие и искусственных цветов.

В этот момент связь прервалась, смартфон вновь завибрировал от входящего видео звонка. На экране подергивались дедулины усы и ноздри в искаженном увеличении. В процессе разговора тот вспомнил о видеосвязи и сбросил аудио звонок.

– Коротко, это значит в одном предложении сообщить голые факты! – взревел потомок, от чего пращур поморщился и почесал ухо.

– Николенька, а ты уже в кугсе пго голые факты? – Дед заглянул в камеру своим пенсне и засветил сетчатку на весь экран.

– Не понял.

Карл до сих пор не соотносил аудио и видео вызов, поэтому пользовался всеми новинками, но при этом говорить предпочитал в дырочку камеры, так наверняка лучше слышно.

– Фактически голый он залез на кгышу коттеджа, чтобы свести концы с опостылевшей жизнью. Хозяин недвижимости так услужливо гасстелил под ним каменную плитку.

– Винсен? Снова за старое? А почему фактически голый? – заинтересовался внук.

– Ну, если считать петлю на шее одеждой, то я малость пгеувеличил. Согласен.

Карл рассмотрел себя в телефоне, как в зеркале, и выдрал из носа лишний волосок. И чихнул в камеру. Кай зло вздохнул и отвернулся от злодейского плана на мониторе.

– Свел? – нетерпеливо спросил он.

– Что?

– Счеты с опостылевшей жизнью?

– Ах, это? – легкомысленно отмахнулся дед, – Конечно, да. Мы по-годственному не мешались под лапами.

– Тогда в чем беда?

– Николенька, газумеется, не в этом. Но я случайно снял его последние минуты на видеокамегу. Исключительно чтобы похвалиться тебе вечегом.

– Карл, у меня совещание, – раздраженно напомнил Кай.

– А тепегь это видео совегшенно случайно попало в ютьюб. Я к этому не имею никакого отношения. Видео самопгоизвольно туда втянулось, я ничего не нажимал. Двести согок тги пгосмотга за один час, – триумфально сообщил дед.

Младший закатил глаза и прикинул последствия. Чепуха. Шок-контент для ютьюб, ничего более. Блогеры и не такое выделывают ради подписчиков.

– Это все?

– Нет, Николенька, не все. Я уже подыскиваю гекламодателей и договогился с Винсеном, чтобы он в следующий газ не забыл пгихватить на место самоубийства массажный ковгик Кузнецова3, – деловито сообщил тот.

– А каменное небытие и искусственные цветы за что?

– За вазы. Я газве тебе не сказал? По законам физики он спланиговал в окно, в твою комнату с любимыми вазами, – торжественно анонсировал дед нескучный вечер.

Кай нервно привстал с кресла и по неволе захлопнул крышку ноутбука.

– И?

– И вот тепегь коготко: в тгуху. Нет, можно что-то склеить, – утешил он Младшего, – я уже заказал когобку лучшего канцелягского клея…

– Что? – возопил дракон и сжал рот, чтобы его не услышали за дверью.

– Николенька, не все столь однозначно, – заюлил дед. – Он пгиземлился по левой стогоне. Агабские, немного китайских и самую малость египетские. Японские пгактически не постгадали.

– Что?! Да я вас…

– Николенька, мы все склеим, – затараторил Карл, – не нужно так негвничать. Я заказал мини-кузницу. Латунные вазы газдуем, глиняные склеим, фагфоговые… гм… заметем.

Кай схватился за сердце и почувствовал себя так скверно, что впору самому надеть петлю. Как знал, не нужно было брать их с собой в Россию. Но надолго расставаться со своими дорогими и любимыми девочками он не мог. По спине бегала изморось, сердце обливалось предчувствием невосполнимой потери. Его императорши, фараонши и султанши, королевы и царицы, любовь всей жизни…

– Убью! – приглушенно рычал он.

– Как новые будут, клянусь своей сто восемьдесят пегвой метамогфозой.

– Не смей прикасаться к ним, вандал. Они будут как новые, потому что вы склеите латунь с фарфором! Я сейчас приеду, и вы все окажитесь в ютьюбе. Голые! На коврике Кузнецова! И до сто восемьдесят первой метаморфозы ты не доживешь! Готовьтесь!

Кай гнал машину на предельно-допустимой скорости, обошел пробки по всем обочинам и подворотням, проклял все ограничения, касающиеся жизни драконов и невозможности добраться на своих крыльях за пять минут. И наконец ворвался в коттедж. Он занял второй этаж: спальня, огромная ванная, кабинет, комната доспехов и самое большое помещение отдано его принцессам.

Младший гнезда черных – страстный коллекционер. Годами, веками собирал по крупинкам свои сокровища, азартно искал каждую, похищал, при невозможности выкупал, прятал от посторонних глаз, лично ухаживал и защищал свой уникальный гарем, каждый день проведывал их, называл по именам и желал хорошего дня. Это его личное, интимное, никто не смеет заходить в комнату и даже прикасаться к ним. Но на беду в этот раз там оказалось окно.

Кай под замогильный шум в ушах ворвался в святую комнату и сдавленно завыл. Окно заклеено огромным пледом. На полу валялись осколки битого стекла. Первым делом проверить Ее. Фавориткой признала японская керамическая ваза периода Хэйан, предназначенная для нужд погребения. Изделие сделано в форме дракона, и этот шедевр хранился в отдельном стеклянном шкафу, пользовался эксклюзивной любовью хозяина и являлся святыней всей коллекции.

– Николенька, Асуко не постгадала, – осторожно заметил дед за его спиной. – Чиньхуа тоже цела, чудом.

Чиньхуа его первенец, китайская фарфоровая ваза эпохи династии Мин, его вторая фаворитка, которую он лично выкрал из дворца. Все остальные, шестьдесят одна ваза были столь же любимы, носили уникальные имена и имели свою историю, но не были первыми. Кай с ужасом взирал на погром, он потратил золото, время, силы, чтобы перевести их сюда, лично собрал стеклянные шкафы и бережно расставил их стройные и не очень ряды.

– Не все так ужасно, – пропел Карл.

Все ужасно, стекло делалось на заказ, ударопрочное, но Винсен подобно атомной бомбе, залетевшей в окно, снес витрину с арабскими красавицами, в пепел раздавил египетскую Танафрити и китайскую Синь Оэ.

– Где он? – выкатил покрасневшие глаза Младший.

– Николенька, – чуть отступил дед. – Это все же твой шестой Пга. К тому же он занят подготовкой следующего суицидального эпизода, стоит ли помогать ему в этом? Асуко и Чиньхуа живы и невгедимы. Всего лишь небольшой поггом, фагфоговым девочкам навегняка понгавилось, а то сидят здесь от скуки…

При виде выражения лица внука тот невольно замолчал, ойкнул, схватился за память, типа, вспомнил, что у него на кухне убежало молоко, и проворно скрылся вдали по коридору.

До ночи Кай собирал каждую крошку от своих крошек. В трех пошлых пластиковых ведрах оказались его погибшие красавицы, и ещё четыре арабских латунных стана потеряли свою прелесть, изменили не только форму, но и размер. Дракон выл и ронял слезы над каждой. А потом спустился вниз, чтобы устроить расправу всем причастным, но застал только Сару, которая с маленьким ноутбуком застыла за большим обеденным столом.

– Кайоши, – беспечно пропела еврейская мамочка, – таки наконец я тебя дождалась из фарфорового гарему.

Кай бросил нетерпеливый взгляд в даму и дернулся от деталей ее образа. Она сидела в распахнутом фланелевом халате самого потрепанного вида, но под распахнутыми полами видно кожаное белье с множественными шипами, а на шее сверкал соответствующий образу ошейник.

– Э…

– Шо то подсказывает мне, не иначе мой скромный сексуальный опыт, шо ты сделаешь мне ответы на весь тест без запинки, Джуниор ты наш. Как считаешь, прелюдию таки лучше начинать с флоггера или сразу не мелочиться, со стека?

– Чего? – опешил он.

Сара смерила его ещё раз таким взглядом, что он невольно попытался вспомнить пояснения к вышеупомянутым названиям.

– Стек, в смысле, хлыст для управления лошадью? – мотал он головой.

Женщина эротично почесала затылок, видимо, тем самым стеком и сделала пометку на экране монитора.

– «Дракон, ассоциативно ощущая себя вьючным животным, почувствовал нарождающийся жар в паху при виде стейка стека…».

– Чего? – хрипел он.

– «…и плотоядно облизнулся на Эмили», – не останавливаясь, печатала она.

– Какую…

– «Страсть таки поглотила его полностью, в глазах вспыхнул знакомый красный блеск, так он обычно делал вожделение только на золото, но сегодня у него иной голод, и это не про шашлык. Эмили застонала от предвкушения и на всякий случай тоже забыла про шашлык…»

– Вы что? Страх потеряли? – взревел Кай.

– «Ты потеряла страх!» – азартно печатала Сара, высунув в порыве эротического творчества язык. – Кайоши, шо там дальше, не останавливайся. На меня таки снизошло озарение. Пара вечеров с тобой, и я сделаю бомбу своим новым эротическим бестселлером.