23 способа убить дракона

Кай в третий раз выскочил в приемную комнату, осмотрелся по сторонам и не нашел Дженифер. Все на месте, даже химера Самохвал, она варит очень вкусный кофе. С утра сразу два неприятных открытия. Первое, нечисть вчера не прибили даже опытные киллеры. За ней неотступно следовала Дракоша, а потом ещё и наваляла исполнителю заказа пару профессиональных ударов в челюсть, когда тот в процессе воплощения плана завязал с химерой разговор за уютным ресторанным столиком.

И второе, сегодня Дженифер не пришла на работу. Он проверил геолокацию, она находится где-то в районе Измайлово на баскетбольной площадке. То есть, прогуливает работу, что абсолютно недопустимо. Она должна неотступно следовать за ним, должна быть рядом, под полным контролем и нигде не нарваться на случайную смерть. Смерть у нее запланирована неслучайная, обязательно от его личного вмешательства, никак иначе.

Но не это раздражает больше прочего. Запах неинициированного дракона быстро выветривается, без нее кругом несет несносным душком, словно забыли побрызгать освежителем воздуха. Вернуть немедленно злодейку, чтобы всегда была под рукой, хотя бы как освежитель воздуха. Пришло время радикальных средств. С чего начать? Так, план смерти пока отложить в сторону и составить план по ее укрощению. Привязать к себе и только потом думать о главном.

Кай раскрыл аспирантскую работу Смородиной Евгении Баюновны. «Нетрадиционные народные методы в горнодобывающей отрасли отечественного хозяйства». Черный дракон только поверхностно разобрался с традиционными методами, но ненаучными методами сразу заинтересовался. Поиск золота по запаху? К черту тот факт, что это еще одно подтверждение отцовства Ваю. Как? Они действительно улавливают запах золота?

Он подошел к сейфу, открыл кодовый замок и внюхался в небольшой самородок в форме собаки. Пахнет кофе от его пальцев. Это невозможно. А если в воде? Нет ничего, это чистой воды надувательство. В ее работе об этом тоже завуалированно изложено: существовали люди, которые чувствовали запахи ценных пород. Люди или драконы?

Почему он удивляется? Ему не нужно искать самородки, лишняя морока. Уже добытое золото удобно лежит в специальных хранилищах, откуда его отгружают за цифровые деньги. Вот его метод добычи. Но по-настоящему задевает, что родственники Ваю обладают такими свойствами и тихо гребут золото под океаном. А теперь у них Младшая с таким же удивительным даром. Нет, определенно ее нужно грохнуть.

– Шарль, ты мне нужен, – набрал он номер телефона на видео-звонок.

– Николя, я немного занят, – пыхтел тот.

– Интересно чем? Ты обещал мне помощь с Дженифер, не соскакивай с главной темы.

Шарль вытащил из зубов огромную булавку и воткнул ее куда-то так, что даже его собеседник невольно вздрогнул.

– Я обещал помощь только в части ухаживания за девушкой. Ухаживание, сближение, соблазнение. Сразу после у меня фантазия упирается только в БДСМ ласки, после которых умерщвление партнерши мне видится чем-то противоестественным.

– Я насчет соблазнения, – смирился пращур.

– Я как раз… – Шарль придирчиво рассмотрел нечто и воткнул ещё одну булавку, – … над этим работаю.

– Не понял. Ты что, на баскетбольной площадке? – опешил тот. – Что ты там делаешь? Не смей к ней прикасаться. Она только моя!

Шарль закатил глаза и перевёл камеру на предмет своего творчества.

– Боже мой, что это? – оторопел молодой дракон.

– Я работаю над новой коллекцией нижнего мужского белья. Это интимное боди. Подойдет для первой ночи головокружительной страсти. Все для тебя, мой влюблённый потомок.

Кай прикрыл глаза от ужаса ладонью.

– Я… как-то представлял себе эту ночь без рюшечек в моей… подмышке, – брезгливо прохрипел он. – Или по меньшей без пушистого хвостика на копчике. Почему влюбленный? У меня с Дженифер сугубо деловые отношения. Она жертва, я палач, какая к чертям влюбленность?

– А если наденешь мое боди…

– Шарль, ты издеваешься? Тоже взялся меня изводить? И не старайтесь, я не уступлю. Мне нужна девчонка для приема у Одина. Хладнокожий позвал меня на познакомиться в свой гольф-клуб. Может мы и встречались в серкшш, но от одной мысли, что придется видеть их с расстояния вытянутой руки, меня мутит. Она нужна мне перебивать тошнотворную вонь. Ты мне нужен, как стилист…

Шарль понимающе кивнул и перевел камеру на следующую модель.

– Скромненько, но для первого свиданья сойдет, – прокомментировал он корсет, плавно переходящий в стринги с яркими кристаллами в виде банана на самом интересном месте.

– Образ для нее, – рявкнул Кай. – Она должна почувствовать себя принцессой, оказаться в романтической обстановке рядом со мной и влюбиться, чары мне в помощь. Я не так много прошу. Убери от меня эту мерзость.

– То есть, моя коллекция мерзость? – глубокомысленно заметил старый дракон и пронзил его хищными янтарными глазами из-под черных очков.

– Я не это имел ввиду.

Шарль из тех предков, которые страдают творческим началом. Они все этим страдают, но у пятого Пра более тяжёлая форма заболевания. Хотя нет, они не страдают, они упиваются, а страдает он. С непризнанным гением не найти общего языка, и прием в гольф-клубе окажется под угрозой. Нужно с ним поделикатнее, иначе Дженифер не получит романтической обстановки.

– Совершенно нет. Это нечто потрясающее. Носить такое кощунственно, ещё испортится.

– В таком случае, в нем и пойдешь на первое свидание, – Шарль поставил условие, торговаться бессмысленно, Кай это знал наверняка. – Когда девочка поступает в мое распоряжение?

На экране высветился входящий аудио-звонок от Карла, Кай поспешил сбросить и одновременно поморщился от нехорошего предчувствия. Дома не дадут спокойно жить, каждый по-своему будет морочить ему голову, чтобы отвлечь от Дженифер. Не было никогда такого, и вот опять. Они будут строить козни, взрывать канализации, натягивать на него стринги со стразами, лишь бы он сбился с пути истинного. И предъявить им нечего, всё обставлено абсолютно невинно и никоим образом «не касается» его занятости по части Дженифер.

Не на того напали.

Кай набрал номер Кристина.

– Крис, мне нужно срочно достать дополнительный билет на прием в гольф-клуб.

На экране возникло нечто, чему трудно дать определение. Одно точно известно, Кай набрал номер Кристиана, а тот принял вызов. Все остальное подлинная головоломка, Младший крутил смартфон по часовой стрелке, но пазл так и не сложился. Части тела Кристиана отображались настолько хаотично, что трудно подобрать нужный ракурс. По меньшей мере хорошо определяется часть побагровевшего лица, локти и колени. Остальное всё, как в тумане.

– Клаус, я не могу говорить, у меня практика, – пыхтел старший дракон.

Кай ещё раз провернул экран уже против часовой стрелки и наклонил голову.

– Какая ещё практика? Перекинуться в дракона не получается?

– Адхо мукха шванасана не получается, – пояснил тот. – Собака лицом вниз.

– Чего? – опешил Кай.

На экране снова мельтешение частей тела, как в детском калейдоскопе. Впечатление такое, что Кристиан совершил само расчленение и теперь отчаянно пытается собрать воедино потерянное тело. Всякий раз безуспешно, рядом с лицом по всем законам подлости оказывается что угодно, только не шея. На этот раз на голове надеты ступни, щеки по законам странной гравитации скатились к пяткам.

– Уттанасана, – прохрипел тот.

– Что происходит?

– Практика хатха йоги, – стенал предок.

– Тебе зачем? – отпрянул Кай от экрана, невольно ощущая головокружение и эффект укачивания.

Первый Пра громко выдохнул от облегчения и закатил глаза, распределяя хлынувшую кровь от мозга к пяткам.

– Готовлюсь к проблемам, – свистел тот.

– Не понял.

– Ты собираешься грохнуть морского дракона. Поздравляю и предупреждаю, морские змеи очень гибкие. Влезут в любую щель. Если ты затеешь войну, я хотя бы успею куда-нибудь просочиться.

– Она ещё не морской дракон! – возмутился Младший.

– Так и я ещё не достиг гуттаперчивочти, – на экране снова замелькали куски головоломки. – Кай, места в группе ещё есть, присоединяйся. Мой тебе прадедушкин совет.

И сбросил трубку.

То есть, Крис со всеми заодно. Как он сказал? Я не буду сильно мешать. Не сильно он мешает, скручиваясь в такие иероглифы, что невольно хочется прилечь и отдохнуть. Хорошо, пусть Конджит достанет билеты для Самохвал. Химеру необходимо заманить на прием к Одину, вычислить хозяина и избавиться от тела сразу после.

На экране снова высветился вызов от Карла, Кай не готов ничего слушать. Окно в святую комнату с вазами заколочено досками, дверь закрыта на сигнализацию, фарфоровые девочки в безопасности, остальное может даже сгореть.

– Сема, ты где? Ты мне нужен срочно. Как юрист.

– А шо такое? – пропел в трубку знакомый голос. – Мине таки нельзя делать мой маленький бизнес в свой выходной день? Йошик, откуда такой зуд, шо ты не можешь подождать миня, как юриста, до завтра? Почему дорого? Мои вам искренние соболезнования, вы щас проходите мимо ложек, которые украсят вашу жизнь до конца дней и очень может быть, до конца дней вашей правнучки.

– Какие ложки?

– Йошик, это я не тебе, хотя, если тебе нужны ложки из нашего серванта, я так и быть продам. Лично для тебя со скидкой десять рублей на каждую.

– Не понял.

– Выгодное дельце. Это не ложки, это произведение искусства. Раритет, отлиты ещё при династии партийных работников, а тогда делали качественное. Дамы не проходим мимо. Я как раз начинаю лекцию на тему: Как не прожить без ложек ни дня. Только сегодня вы-таки сможете узнать, шо можно делать этими ложками, помимо переноски супа в ротовую полость. Поверьте мине, я вас заставлю удивиться и возжелать их всем сердцем. Йошик, ты ещё здесь?

– Ты где? – взревел Младший.

– Блошиный рынок, очень знаковое местечко. Йоша, ты коробки из-под Карла не выбрасывай, я все продам, ни одна женщина не уйдет без покупки, ты же мине знаешь. Кстати, тут такой ажиотаж делается, у тебя шо то срочное?

Кай схватился за голову и прикинул, достаточно ли надежна сигнализация в комнате с вазами. Симеон взялся за свое любимое дело, он обнесет все шкафы, чуланы и подвалы, а затем будет срывать свой будущий товар прямо с живых тел. Блошиный рынок его страсть, он азартно впихивает любую безделушку зазевавшимся покупательницам с помощью драконьих чар.

– Значит так, – выдохнул он через нос. – У нас экстренная ситуация, пропала Дженифер. Она прогуливает работу.

– Таки я не удивлен ни на копейку, – пропел торгаш. – Я бы на ее месте сделал тебе экстренную ситуацию с первого взгляда на твои намерения. Или ты имел осторожность не показывать их?

– Рр… Крайний срок – завтра утром, ты подпишешь с ней новый трудовой договор. И если этого не произойдет, я с уверенностью могу сказать, что ты больше не сможешь ничего продать до следующей метаморфозы! Потому что я выдавлю твои наглые чародейские глазные яблоки! А теперь сообщи мне, что не ясно в моих словах?

– Таки все предельно понятно. Шантаж, угрозы, давление. Кстати, Йошик, глазные яблоки очень хорошо выдавливаются моими лучшими ложками на земле. Помни про скидку, – и Симеон сбросил вызов.

Кай вернулся к плану: Как убить дракона. Есть масса способов, он набросал первые двадцать три и на том посчитал правильным остановиться. Итак, пункт первый. Удушение.

Камико задушили, сломали шейные позвонки. Она умерла быстро, это единственное, что утешает. Но картина, когда она стоит беспомощная, а мерзавец душит ее, примелькалась в памяти, будто он видел это собственными глазами.

Она жила в одиноком домике рядом с морем. Ее растила бездетная семейная пара стариков. Они радовались такой возможности и были обеспечены всем необходимым. Отец – военный, он часто отлучался по своим делам, редко проведывал дочь, но недостатка в золоте приемные родители не испытывали. Кормились морем и огородом, все остальное доставляли из ближайшего города, одежда, утварь, хлеб, дрова.

Девочка росла счастливым ребенком. У нее были свои краски, бумага, красивые материи и даже игрушки. Но однажды она осталась одна. Старики умерли, небезопасно оставаться в доме без поддержки, без помощи. Кай предложил переехать в город и обещал позаботиться об удачном замужестве. Она отказалась и попросила себе самурайский меч.

В тот день он пришел поздно. Тело уже остыло, а лицо посинело от нехватки воздуха. К тому моменту он знал, кем является, но не воспользовался своим положением ни разу. Это лукавство, сила не оставляла его даже в человеческом теле, а зуд от желания раскрыться в полную силу с каждым годом становился все нестерпимее. Он почти чувствовал, как распахнутся за спиной крылья, а кожа взорвется тысячами твердых, как сталь, чешуйчатых пластинок. И он взорвался, когда увидел свое разоренное гнездо.

Бесновался и кричал, сжег деревню, что находилась поблизости, вместе со всеми жителями. Без сожаления, без горечи, испытывая настоящее удовольствие от их страданий. Всех разбежавшихся догнал и проглотил, не взирая на возраст и пол. А потом вернулся к дочери и влил ей в потемневший рот свою кровь.

В этот момент Ваю вышел из моря. Огромный длинный змей морского цвета с перламутровой мягкой чешуей. Он свернулся кольцами и начал складываться в человека. Напрасно он делал это, Кай его уже ждал. Все, что произошло после, он не видел, только чувствовал бесконечную боль и ярость. Змея застал врасплох, тот успел хорошенько отдалится от моря, взобраться на каменный утес и направиться знакомой тропой к маленькому домику. Но дома на месте не оказалось, а из его обломков буквально возник черный дракон.

Начало схватки было неожиданным. Ваю заметался в человеческой ипостаси, пытаясь прорваться к дому или тому, что от него осталось. Причем делал это очень ловко, уворачивался от огненных плевков, совершал немыслимые кульбиты и упрямо лез в развалины. Пока не получил ожог. От боли его свалило, и тот начал обращение. Два дракона сцепились насмерть.

Кай ничего не знал и не хотел знать из жизни драконов. Он чувствовал свое превосходство и невероятную силу, этого хватало ровно до сего дня. Змей оказался проворнее. Он шипел и изворачивался от боли, но с каждым движением увлекал его в море. В какой-то момент он набросился в самоубийственной атаке, и оба, единым клубком свалились в воду. Чешуйки Кая зашипели, он до сих пор помнит эти ощущения. Ваю выпустил длинные ядовитые волоски и сетью набросил на его тело.

Камико ничего не смогла рассказать, даже придя в себя. Занималась домашними делами, пела, готовила рыбу. И ждала Его… Она ещё долго страдала и защищала своего возлюбленного, пока не осознала, кем, или точнее, чем стала. И вот тогда встал вопрос, кто виноват. Кай не собирался скрывать правду, он спасал дочь от вечного небытия. Но его утверждение неожиданно оспорил Лол, задавил аргументами и настаивал, что отец находился в состоянии аффекта, хотел спасти, но не успел, а девочку обратил дед.

Только спустя время Кай и Камико узнают, что она потеряла в тот день. Девочка, которая могла стать драконом, а стала химерой. С Дженифер он пока не решил, нужно ещё уточнить, что хуже. Быть может хуже стать мерзкой тварью и вечно смердеть, унижаясь перед ним за каплю крови.

– Карл, у меня селектор, – рявкнул он в трубку. – Если ничего не случилось с моими бесценными вазами, то не отнимай у меня время.

– Николенька, а что такое селектог? – дед с интересом засунул нос в камеру.

– Вазы на месте? – взревел он и приготовился сбросить звонок.

– Нет, – счастливо доложил дед. – Асуко пгопала, но если у тебя сам Селектог, то я могу пегезвонить.

– Что? Как? Я не понимаю…

– Похитили, – давал комментарии дед таким счастливым тоном, что очень напрашивался на взбучку. – Увели пгямо из-под носа. Николенька пгосто оггабление века, налетели, как стая вогонья, и схватили нашу бесценную угну для пгаха Асуко. Мы ничего не смогли поделать, гастегялись…

Кай уже не слушал и судорожно щелкал по клавиатуре. Он поставил видеонаблюдение в коридоре и комнате, виновника можно легко вычислить и призвать к ответу. Асуко его главная жемчужина. Может по цене она стоит дешевле прочих, но он любит ее, как родную дочь, которая так и не стала драконом.

– Ты смотгишь камегы наблюдения? Даже не стагайся, Камико их все посшибала.

Кай продолжал просматривать видео и не сразу вдумался в смысл последних слов.

– В смысле?

– Ничего стганного, внучек, – отмахнулся тот и полюбовался свежим маникюром. – Асуко укгала Камико. Или наобогот. Она взяла ее в заложницы и тгебует оставить Дженифег в покое.

– Что?

– Девочки запеглись в своей комнате и тгебуют пагламентега. Ты только не пегеживай, пусть побудут пока наедине. Даже если чего и случится, я уже заказал качественную подделку. Ой.

Кай в бешенстве зарычал. И снова рванул через пробки домой. На свете есть две вещи, которые он готов защищать ценою своего очередного перерождения, вазы и Камико. Противостояние этих двух столпов его жизни выходит за рамки шаблонного мышления. Ни одну он терять не хочет. Что делать?

– Что вы все в Нее вцепились! – орал он дома. – Генри, твоих рук дело? Ты всех сговорила?

– Николенька, я не понимаю, о чем ты говоришь, – невинно пропела дама, затянулась длинной сигариллой с мундштуком и посмотрела на него сквозь сизый дым проникновенным взглядом.

Кай зло шикнул и поймал на себе ещё несколько таких взглядов.

– Она дочь Ваю, нашего врага. С нашей Камико никто не церемонился. Неужели вы не можете понять, что это дело чести? Я не могу упустить такую возможность. Он должен понять, каково это, когда убивают твою дочь.

– Кайоши, откуда знать, что это делать больно Ваю? Э, – возмутилась Зюмруд. – Может он ее не так любить, как ты любить. Пахлава-фейхоа, заботливый отец у нее нэт. Сирота. Отправил в Россия, чтобы замерзла, не думать о ней.

– Что если это ловушка, Кайоши? Может Дженифер нужна ровно для того, чтобы снова поставить тебя в трудное положение?

– Плевать я хотел! – ревел дракон.

– Твои требования выполняются неукоснительно, – хмыкнула Генриетта. – Дженифер никто ничего не говорит, все соблюдают конфиденциальность и не мешают тебе. Злодействуй, сколько вздумается, мы тебе не мешаем. Но все же подумай…

Кай жалел только об одном, нельзя было брать с собой все гнездо. С самого начала нужно было отсечь их от себя, настаивать на своем и действовать в одиночку. В глубине души он надеялся, что все, подобно ему, воспылают праведным гневом и жаждой мщения, но этого не случилось. Напротив, и драконы, и химеры сошлись за его спиной в едином понимании проблемы. А именно, не вмешиваться в планы Ваю, не вредить Дженифер.

– Я не злодей, я имею право мстить. Он поступил бы на моем месте точно также.

– Как бы он поступил на твоем месте, мы не знаем. Но прежде, чем портить жизнь ещё одной Камико, тебе бы следовало обстоятельно с ним поговорить, – глубокомысленно заметила Паола.

– А я с ним говорил, – зло ощерился дракон. – Обычно между нами это плохо заканчивается. И он не отрицает своей вины.

– От недалеких Младших никто не застрахован, даже гнездо морских драконов.

– Ты подговорила Камико?

– Я? – театрально всплеснула руками Генриетта Францовна. – Да как ты мог так подумать про родную бабушку?

– Э, дарагой, а ты хотел-вертел и ваза цел, и дракон-девица кирдык, да? – ковырялась в зубах Зюмруд.

Кай в ярости ударил ногой в стол, и химеры отлетели вместе с мебелью в стену.

– Ваза будет целой, за остальных не ручаюсь. С этого дня за кормежкой не ко мне. Захотите выжить, принесете мне вазу. Я все сказал.

Бунт в гнезде гасить нужно сразу.

В случае войны иерархия в семье достаточно жесткая, а нынче именно война. Младший повелевает, старшие ему помогают. Они живут только для того, попутно пользуясь всеми благами. С каждой метаморфозой драконы слабеют. Чем больше метаморфоз, тем дальше они от человечества, тем ниже шансы принести потомство. В природном смысле этого слова они старики, от которых только разорение на золото. Будущее гнезда неизменно завязано на младших драконах, а старшие рядом с ними исключительно ради помощи в выживании.

Ни один Пра не станет ему противодействовать по меньшей мере так открыто. Химеры – существа иного рода. Они зависимы, но в них заложены иные инстинкты. Готовы противостоять младшему? Готовьтесь умереть. Он даже не будет разбираться, пока ему не вернут личную вещь.

Дракон проверил сохранность ваз, Чиньхуа, Ланьинг и арабскую Делару. Все живы, чувствуют себя хорошо и радуют его взгляд. Все кроме Асуко. Что можно сделать?

– Камико, открой дверь. Ты прекрасно знаешь, что я могу выломать ее одним ударом. Прекрати истерику, – орал он.

– А ты прекрасно знаешь, что я разобью твою чертову урну без удара, просто выкину ее в окно, – огрызалась дочь.

Кай нервно дернулся. Расставаться с Асуко он не готов. Урна сделана по его заказу и однажды должна была принять прах его дочери. Не так быстро, Камико предстояло прожить долгую, насыщенную жизнь, найти порядочного человека, родить детей и стать счастливой матерью. В положенный час она бы наполнила эту урну и осталась с ним навсегда легким воспоминанием и простой человеческой грустью. Но все пошло не по плану, урна осталась пуста, стала напоминанием о том, что когда-то девочка была живой, а рядом с ним ходит ее прах и сосет его кровь. Причем уже не только буквально.

– Ты знаешь, кто нарисовал эту вазу? Твоя мать, – рявкнул он.

– Даже не думай, что меня этим можно зацепить. Я нарисую лучше. И даже сама слеплю. Кай, твоя Асуко уродство. Я ее ненавижу и с большим удовольствием грохну, если ты не пообещаешь мне, что не тронешь Дженифер. Она мне нравится, – бесилась девушка.

Она похожа на отца. Чуть больше азиатской крови, но характером не уступит. Если ее разозлить, она грохнет не только Асуко, но и всех его девочек. Втопчет их в труху, и для надежности проедет трактором. С виду невинное дитя, а на деле маленькая японская волчица. Она и не такое грозилась ему сделать, и делала, но на вазы до сего дня руки не поднимала.

– Давай так, даже если с ней что-то случиться, это произойдет не по моей вине, – нехотя предложил он. – Так подойдет?

Все просто, не нужно даже лгать. Можно поправить план, зачеркнуть пункты, в которых он делает это своими руками. Способов и без того хватает, вина его доказана не будет, он останется безучастным. Пусть так, это нисколько не меняет его планы, все можно обставить идеально и при том не запачкать руки. Все складывается в пользу аварии?

– Нет! Ты явно ей угрожаешь, я же чувствую.

– Рр… мне что, следить за ней, охранять от необдуманных поступков?

– Нет, просто уехать из России и пообещать мне, что ты оставишь эту затею, – кричала из-за двери девушка.

– Клянусь своей седьмой метаморфозой. Я не заинтересован в ее смерти. Дженифер – морской дракон, у них нюх на золото. А мы приехали сюда добывать золото в шахтах. Разве нет? Не пойму, какие ещё аргументы тебе подойдут? Ты просила именно этого, просила честной добычи золота.

Он поклянется, чем угодно, не жалко. Все эти клятвы лишь человеческие уловки, которые никто не выполняет.

– И мы уедем навсегда из России? – Камико вышла и вернула Асуко в руки владельца.

– Я не могу этого сделать так просто, у меня обязательства перед горным институтом. Нужно соблюсти приличия, хотя бы ремонт доделать в здании, выезд горной экспедиции организовать. Это бизнес, детка, на кон поставлена репутация. Мы вошли сюда, вложив немалые деньги. Кристиан загрызет меня, если мы не покроем убытки.

– Это точно не ради Дженифер? – заглянула она в черные глаза.

– Все ради золота, – мотал головой отец.

– Тебе она понравилась?

– Безумно, – отвечал он, тщательно прощупывая Асуко на предмет скрытых повреждений и поглаживая глиняную девочку, чтобы та успокоилась и простила его за невнимание. – Любовь с первого взгляда. Она вкусная, не смог устоять.

– Мне тоже понравилась, – прыгала та и хлопала в ладоши. – Она похожа на…

Девушка поникла плечами. Она похожа на морского дракона, который однажды сразил ее сердце.

– … сакуру.

– Типа того, – кивнул он и отправился укладывать спать древнюю вазу.

– Но, если ты только попробуешь меня обмануть, и с Дженифер что-нибудь случится, я все твои вазы перемелю в глину и переплавлю в уродливые горшки, – стрельнула она вослед. – Даже Асуко.