Сборник прозы. Рассказы, мистика, сказки, фантастика

Колье

Дом на окраине городка горел всеми окнами. Отблески огней плясали на белом снегу, кружились в воздухе яркими снежинками. Внутри дома было жарко натоплено, а на улице протяжно выла метель.

В большой спальне на втором этаже, заставленной старинной мебелью, на широкой кровати, стоящей недалеко от камина, умирала больная женщина.

Рядом с кроватью умирающей, на стуле с высокой резной спинкой, наклонившись к женщине, сидел молодой мужчина. Мужчина держал руку женщины в своей руке. На его лице была гримаса скорби и боли, глаза неотрывно смотрели на лицо умирающей.

Женщина открыла глаза. Её грудь колыхнулась, сделав слабый вдох. Рука несильно сжала руку сына. Чуть слышно заговорила. Мужчина наклонился почти к самому лицу умирающей, чтобы расслышать слова.

– Не горюй, просто время моё пришло. Так уж получилось. Жаль мне только, что деток твоих не увижу. – Женщина тяжело вздохнула и стала резко бледнеть. – Хочу сказать тебе – Колье, которое осталось у меня от матери… – Она не закончила фразу, как – то странно посмотрела на сына и замолчала.

Мужчина сжал ещё тёплые ладони матери и заплакал. Почти до утра он просидел у постели ушедшей матери, затем спустился в гостиную, прилег на диван. Будить жену он не решился, да и помочь она ничем не могла. Был слишком ранний час, чтобы начинать заниматься приготовлениями к похоронам.

К вечеру дом был наполнен родственниками, приехавшими проститься с умершей. Помочь с похоронами Прохору вызвались его дядька Иван, племянница матушки Анна и брат Прохора Виктор. Женщины хлопотали на кухне. Одна только жена Прохора Марина, не принимала во всем этом участия. Она почти не выходила из спальни, целый день лежала на кровати, листала модные журналы. Утром, когда Прохор сказал ей, что матушка скончалась, она без тени сожаления, пожала плечами, ни проронив ни единого слова. Прохору на миг показалось, что по лицу Марины скользнула улыбка. Но он подумал о том, что Марина просто устала от длительной болезни матушки, её вымотало и то, что ей одной приходилось оставаться долгими днями с больной, а ему уже лезет в голову всякая ерунда от бессонной и тяжёлой ночи.

Прошло три месяца. Весна отвоёвывала свои права. Капели звонко стучали по тротуарам, барабанили по крышам и подоконникам, солнце, грея стылую землю, выкатывалось ярким шаром на самую середину голубого неба и подолгу не уходило к закату.

Марина сквозь стекло большого окна в зале смотрела на лужайку. Посреди лужайки стояла белая мраморная беседка с широкими скамейками внутри, по центру беседки красовался мраморный столик. Летом беседка была плотно увита плющом, дававшим густую тень.

Покойная свекровь Марины, Ольга Михайловна любила отдыхать в беседке летними жаркими днями. Она часто уединялась там наедине с книгой до самого вечера, уходя из душного дома.

В доме хозяйничала Нина, домработница, приезжавшая по утрам и уходящая после пяти часов вечера. Нина была спокойной женщиной, работу по дому делала легко и варила вкусные обеды. Ольга Михайловна Нину любила и часто приглашала её к себе в комнату, просто поболтать.

Марину же Ольга Михайловна не любила и старалась, как можно меньше пересекаться со своей невесткой. Марина в доме появилась как – то слишком уж быстро. Прохор много работал, из дома уезжал рано, часто оставался ночевать в своем кабинете в здании фирмы.

С Мариной он познакомился совершенно случайно. Возвращаясь домой далеко за полночь, он посадил в машину молодую женщину, голосовавшую на дороге. Ночь была морозной, и женщина сильно продрогла. Прохор довез Марину до самого подъезда, помог выйти из машины. Марина стояла прямо под фонарём, и Прохор сумел хорошо рассмотреть молодую женщину.

Два дня образ красивой женщины не покидал мысли Прохора. На третий день он решился. Купив большой букет роз, Прохор поехал знакомиться. Расспросив у бабушек, трещавших у подъезда о тяготах жизни, в какой квартире живет молодая женщина и, описав её внешность, Прохор поднялся на третий этаж. Позвонил в дверь квартиры.

Дверь открыла Марина. А уже через месяц Прохор привел в дом молодую жену, зарегистрировав брак в присутствии двух свидетелей. Свадьбу они гуляли через неделю на большой яхте, а затем уехали в свадебное путешествие. Ольга Михайловна спокойно отнеслась к выбору Прохора. Он взрослый, не глупый и должен сам решить, с кем будет жить и растить детей.

Марина скучала, без дела слонялась по дому, иногда целыми днями валялась в постели, листая яркие журналы. Прохор не хотел, чтобы Марина работала, уставала и пропадала на работе целыми днями. Спустя два месяца после свадьбы, у Марины появилась своя машина и она стала выезжать в город, когда Прохор был занят на работе. Она ездила к подругам, по магазинам и часто приезжала домой уже под вечер, перед возвращением мужа с работы.

Ольга Михайловна за покупками ездила на своей машине с Ниной. Сама Ольга Михайловна за руль не садилась, машину вела Нина. А Ольга Михайловна просто наслаждалась поездками. Ей нравилось, как Нина управляется с машиной.

В один из дней, когда они ехали на рынок, Ольга Михайловна увидела автомобиль Марины, припаркованный на стоянке у входа в парк. Марина сидела в машине с молодым мужчиной. Ольга Михайловна попросила Нину припарковать машину недалеко, так, чтобы было видно салон Марининой машины.

Прошло полчаса. И за это время Ольга Михайловна поняла, что собой представляет её невестка. Она попросила Нину молчать и ничего не говорить Прохору, решив сама разобраться с Мариной. Это может быть лёгким увлечением, которое спустя некоторое время пройдёт и Марина образумится.

Вернувшись домой, Ольга Михайловна ждала Марину, сидя на диване в зале. Марина появилась в десять часов вечера. Сухо поздоровавшись со свекровью, женщина хотела подняться в свою комнату. Но Ольга Михайловна попросила её задержаться. Марина удивленно вскинула вверх брови, с недоумением посмотрела на свекровь, но села на стул у стола и замерла с вопросом в глазах.

Ольга Михайловна подробно описала то, что они видели с Ниной днем. Пока свекровь говорила, Марина сидела бледная, испуганная. Затем она стала оправдываться и говорила, что встретила парня, с которым встречалась до того, как познакомилась с Прохором, и о том, что это было всего лишь прощание. Она клялась в том, что больше никогда с ним не станет встречаться. А Ольга Михайловна думала о том, что слишком уж бурным выглядело прощание. Разговор прервался с приходом Прохора. Марина быстро встала со стула, встретила мужа, помогла снять куртку, что до этого дня никогда не делала. Обычно Прохор её находил в спальне, занимающейся своими делами.

Сыну в этот вечер Ольга Михайловна ничего не сказала, решила подождать. Не сказала и на следующий день. Невестка никуда не отлучалась, сидела в своей комнате половину дня, и только к вечеру вышла в сад подышать воздухом.

Был понедельник, когда Ольга Михайловна и Нина ехали на машине в центр города. Дорога была мокрой от дождя, и Нина вела машину осторожно и на небольшой скорости. На перекрёстке они стали на светофоре, который горел красным светом. Дорога была пустая, пешеходов на переходе не было, редкие прохожие, спрятавшись под зонтами, спешили по своим делам. Из – за поворота, на большой скорости на перекрёсток вылетел грузовик, резко перестроился из своего ряда и пошел прямо на машину, в которой сидели женщины. Машину от удара отбросило на несколько метров назад, смятый капот и передняя часть машины оказалась под грузовиком. Затем грузовик сдал назад, развернулся и быстро уехал..

К месту страшной аварии спешили люди. Мужчина, который видел из окна кафе, стоящего недалеко от перекрёстка, как всё произошло, пытался рассмотреть номера грузовика, но номера были сильно заляпаны грязью, и ничего нельзя было разобрать. Кто – то пытался открыть двери смятой машины, девушка звонила по телефону, вызывая скорую и милицию, мужчина из кафе пытался вытащить стекло из дверцы.

Нина погибла сразу на месте аварии, а Ольгу Михайловну увезла скорая помощь в критическом состоянии в больницу. Женщины уехали из дома, не взяв с собой паспорта. В машине нашли только права Ольги Михайловны, и доверенность на машину, на имя Нины.

Прохор нашёл мать в больнице поздно вечером, обзвонив всех знакомых, затем больницы. Он сразу же нанял сиделку, да и сам старался, как можно чаще оставаться с матерью. Из комы Ольга Михайловна вышла через десять дней. Прогноз врачей был не утешительным. Женщина была парализована. Домой Прохор забрал Ольгу Михайловну умирать. Врачи уже ничего не могли сделать, а оставлять мать в больнице Прохор не хотел. Если ей осталось жить совсем мало, то пусть она проживет это время в родных стенах, решил мужчина.

Марина отошла от окна и, подойдя к платяному шкафу, открыла дверку. Она выбирала платье, которое можно будет надеть на вечеринку по случаю дня рождения её друга. Вечеринка будет за городом, и она поедет туда со своей подругой. Прохор уехал договариваться с партнёрами по бизнесу в другой город и вернётся только через три дня. А пока она предоставлена себе и своему другу. Марина позаботилась и о том, чтобы даже служанка не маячила перед глазами, пока Прохора нет дома, и дала ей выходные.

Платье было выбрано, оно шло к её яркой внешности и хорошо сочеталось с цветом глаз. Марина достала шкатулку с драгоценностями и стала надевать кольца на тонкие изнеженные пальцы. Затем она примерила тонкое ожерелье, покрутилась перед зеркалом, сняла ожерелье и положила его в шкатулку. Марина решила померить колье, которое Прохор не отдал ей после смерти матери, а спрятал его в сейфе. Он строго – настрого запретил Марине его брать. Но Марина узнала код сейфа, который Прохор занёс в записную книжку. Она частенько таскала денежные купюры из сейфа, когда Прохор был на работе. Брала так, чтобы не было заметно, маленькими суммами. Но колье не трогала, что – то её останавливало.

Но сегодня вечером Марина хотела блистать на вечеринке. А колье очень хорошо будет смотреться на её белой нежной шее. Сделанное искусным ювелиром, колье сверкало многоцветием дорогих камней в золотой огранке. Ольга Михайловна получила его от своей матери в качестве подарка на свадьбу. Изначально колье появилось в семье, когда знаменитая княжна вручила его в благодарность прабабке Ольги Михайловне за спасение своего малолетнего сына. Прабабка, будучи при дворе княжны, буквально выхватила ребёнка из – под ног взбесившейся лошади, которая понесла наездника не разбирая дороги.

Княжна просила, чтобы колье всегда оставалось в семье и никому не передавалось. Она рассказала, что колье оберегает членов семьи и не должно попадать в чужие руки. Но Марина не знала подробностей о появлении колье в семье.

Достав колье из сейфа, молодая женщина надела его и встала перед зеркалом. Ей понравилось своё отражение и довольная, она стала собирать мелочи в сумочку. Подруга заехала за Мариной минут через двадцать. Сигнал клаксона Марина услышала в прихожей. Она вышла из дома, закрыла дверь, включила сигнализацию и вышла за ворота.

За город женщины добрались без приключений. Всю дорогу трещали о пустяках. Марина хвасталась тем, что смогла попользоваться колье, которое муж от неё спрятал. Подруга смеялась и говорила о том, что Марине с мужем повезло. Она всегда при деньгах, имеет возможность проводить время с любовником и никто её уже не контролирует.

Вечеринка была в разгаре, когда Вадим, притянув Марину к себе, отвёл её в угол комнаты.

– Мариночка, ты сегодня блистаешь! А это колье, откуда оно у тебя? Я раньше его не видел. Ну, скажи мне, когда это всё уже закончится, и мы будем вместе? Мне надоело делить тебя с твоим мужем!

Марина вывернулась из цепких рук Вадима, успокоила – Да скоро уже, осталось всего несколько дней! Ты же хочешь большие деньги? Я могу уйти хоть сейчас, но ведь тебя это не устроит. Что мы будем делать без денег, жилья? Может, ты сможешь заработать на шикарную жизнь? Да и потом, как ты собираешься это сделать? Так же, как со свекровью? А если он не погибнет сразу, а останется инвалидом? Ладно, не дуйся, я ведь правду говорю. – Марина чмокнула Вадима в щеку. – Я на минутку в туалетную комнату, а ты иди в компанию и жди! – Марина улыбнулась, повернулась на каблучках и вышла из комнаты.

В туалетной комнате было пусто. Марина подошла к туалетному столику, посмотрела на своё отражение в зеркале. Она поправляла колье, когда в зеркале стало что – то происходить. Сначала Марина увидела нечёткий силуэт позади своего отражения. Марина обернулась, но в комнату никто не входил. Она снова посмотрела в зеркало. На неё, из зеркала, смотрела красивая высокая женщина, в пышном атласном платье зелёного цвета. На шее женщины было колье, которое было на Марине. Женщина в упор смотрела на Марину, а затем, скорчив на лице злую гримасу, погрозила Марине пальцем.

Марина, испугавшись, сделала шаг назад. И вдруг она почувствовала, что ей не хватает воздуха. Было ощущение, что колье начинает сжиматься и не дает дышать. Марина стала терять сознание. Она пыталась сорвать колье, но ей не удавалось зацепиться за колье пальцами, оно словно вросло в кожу. Уже падая на пол, она снова увидела в зеркале женщину. Женщина наблюдала.

Марину нашли через полчаса. Помочь ей уже никто не смог. Она была мертва. На зеркале осталось большое мутное пятно, похожее на силуэт женщины. Колье, которое было на Марине, исчезло.

Не отдать душу ведьме

Машина мчалась в сумерки по широкой трассе за окраину города. Вот уже и последний квартал остался позади. Огни города таяли в надвигающейся темноте, отодвигались всё дальше и дальше. А впереди черной полосой стоял холодный лес. Была пора глубокой осени, когда постоянные проливные дожди, несут с собой тоску низкого серого небосвода и пронизывающее отчаянье порывистых ветров.

Алина с Женькой ехали к друзьям, которые вот уже третью неделю сидели на своей загородной даче. Взяв отпуск, эта парочка не захотела заморских путешествий, отказавшись от предложенных путёвок, и просто удалились от своих родственничков и надоедливых знакомых в тихое и уютное местечко, где достать их было трудно. Отпуск им был положен продолжительный, домой возвращаться они пока не собирались, но по общению с Женькой и Алиной соскучились и, вызвонив их по телефону, пригласили на выходные. Ребята решили не отказываться и друзей уважить.

Да и Алина рада была случаю побыть рядом с любимым выходные дни. Не ладилось что – то у них в последнее время. Женька уже несколько недель раздражался по – всякому пустяку. То ластится, как мартовский кот, то рычит, как голодный лев. Потом опомнится, прощения просит, говорит, что и сам не понимает, что с ним происходит. Да и на усталость сильную стал жаловаться. Раньше почти каждый день виделись, да и дело вроде как к свадьбе шло, а в последнее время, домой приходит, да только сил и остаётся, что до дивана доползти. Звонит, извиняется, что прийти не может.

Алина настояла, чтобы Женька к врачам обратился. Всех врачей прошёл, анализами замучили. Ничего не нашли. Здоров, как молодой бычок. Алина натащила ему из аптеки всяких витаминных препаратов, пить заставила. Ничего не помогало. Врачи всё списали на хроническую усталость, мол, отдыхать больше надо, всех денег не заработаешь. Но дело явно было не в работе, да и работа у Женьки такая, на которой сильно не вспотеешь. Там в основном мозги хорошие нужны.

Программистом Женька работал. Единственно, что можно на такой работе заработать, так это мозоли на том месте, на котором сидишь, так за это ещё и деньги большие платили. Женьке работа его нравилась, да и раньше он никогда на усталость не жаловался. А сейчас даже лицом осунулся. Начальник его уже готов был ему отпуск предоставить, да Женька отказался.

А тут ещё в выходной день, побежала Алина на рынок, уж больно ей там курточка понравилась. Давно хотела её выкупить, да всё времени не было. Пробивается через толпу к палатке, чувствует, что её за рукав тянут. Остановилась, рядом женщина. Одета она прилично, аккуратно причёсана, очень красивая. Смотрит Алине в лицо своими огромными глазами, внимательно так смотрит. А глаза чёрные, как омут, так и затягивают. Да и говорит – «Ох, девка! Беда к тебе идёт, близко уже. Сумеешь одолеть, всю оставшуюся жизнь счастливой будешь, не сумеешь, любимого человека потеряешь», – сказала так и в толпе исчезла. Алина несколько минут столбом стояла, только когда в себя приходить стала, поняла, что женщина эта цыганка. Жутко стало. Цыганка ничего не попросила за предсказание, и от этого стало ещё страшнее. Алина палатку нашла, куртку выкупила, да бегом домой. Дома всё нормально, Женьке позвонила, тоже всё спокойно, да и чувствовал себя он хорошо. И Алина подумала, что цыганка могла напутать, увидев какие – то отрывки из прошлого, те волнения, когда Женьке плохо было. Но всё равно в памяти её слова держала, глубоко они в душе засели, как и взгляд глаз её чёрных.

В машине было тепло, уютно. Да и Женька был водителем отменным, машину вёл мягко, и её только слегка покачивало на трассе. Пока ехали по городу, всё время болтали. Вспоминали, как гуляли на свадьбе у друзей, как потом вместе поехали на юг и провели там целый месяц. Вспоминали и о том, как они там были счастливы. Они и сами хотели расписаться в июле и, в свадебное путешествие, снова поехать к Чёрному морю, да непременно на машине и дикарями, чтобы успеть посмотреть всё побережье.

Город удалялся, и Алина почувствовала, что навалилась усталость. День был суетливым, пока с работы прибежала, да потом ещё вещи надо было собрать, да из еды кое – что прихватить с собой.

Задремала. Женька приёмник прикрутил, не хотел мешать.

Впереди развилка показалась. Темно уже совсем стало. Ветер сильный поднялся, дождь накрапывает холодный. Ребята сказали, что на развилке два указателя, по ним и ориентир находить. Да указателей не видно. Женька машину остановил, фарами светит, а указатели то ли перевернулись, то ли ветром их просто сорвало. Хотел из машины выйти, но Алина его остановила, сказала, что сама посмотрит. Из машины выскочила, к развилке пошла. Только стала к столбику приближаться, а ей навстречу, прямо со стороны леса женщина вышла.

Алина стала присматриваться, дорогу хотела спросить. А женщина и сама к ней идёт. Высокая, волосы светлые почти до пояса, пальто чёрное длинное, сапожки. Подошла близко, Алина уже и лицо её чётко видит. Красивое лицо, вот только глаза жуткие, колючие глаза. Такие раз увидишь, надолго запомнишь. Остановилась напротив, смотрит на Алину. А Алину страх сковал от её взгляда, двинуться не может, что хотела, забыла. И вдруг под ногами женщины земля серой стала, как пепел, и этот пепел стал женщину обволакивать с головы до ног. И пропала она в этом пепле, растворилась. Закружился пепел столбом и стал на Алину надвигаться, да всё норовит набиться ей в рот, в глаза и уже в ней самой растворяться стал. Замутило Алину, уж и свет в глазах меркнуть стал. Напряглась из последних сил, опомнилась Алина, стала от мерзости отбиваться и стряхивать с себя. Всю одежду на себе порвала, как за нити мерзость из себя вытягивала и ногами топтала. Все волосы с головы выдернула, боялась, что гадость в волосах останется. Билась она насмерть, готова была плоть свою растерзать, но не дать этой нечисти душой её завладеть. И отступилась тёмная сила, пропала. Алине стало легче, только от усталости покачивало. Стоит она на перекрёстке, голову ощупывает, а на ней почти волос нет. Одежду в лохмотья разодранную, поправляет. Назад обернулась, а к ней Женька бежит. Обнял её и спрашивает – «Алина, что случилось. Ты остановилась, и, как заснула. Ветер такой сильный, ты же замёрзнешь. Пойдём в машину, всё нормально, я уже по карте определился, куда нам ехать». И Женька повёл её к машине. Алина снова голову свою трогает, и понимает, что все волосы на месте, да и одежда в полном порядке. Сели в машину, поехали.

Машину качнуло, Алина проснулась, сладко потянулась. Впереди была развилка. На указателях крупными буквами выписаны направления дорог. Женька повернул направо, и машина покатила через небольшой лесок. Ещё немного дороги и они приедут.

У Алины перед глазами стояло лицо женщины из сна. Она точно знала, что никогда в жизни она с ней не встречалась. Да и сон, какой – то жуткий. Во всяком случае, такой кошмар приснился ей впервые. И что он значил, понять она не могла.

Минут через двадцать подъехали к даче. Женька стал дурачиться и сигналил через каждую секунду. Первым за ворота выскочил Олег, он покрутил пальцем у виска, сказав, что Женька сёйчас перепугает всех дачников, и они сбегутся, да намылят ему шею. Поэтому все быстро эвакуировались из машины и забаррикадировались на территории дачи за высоким забором.

Наталья вышла из дома, на ходу надевая лёгкую курточку. Ребята прыгали от радости встречи и всё спрашивали, как там дела на воле в большом городе.

Алина с Натальей в дом пошли, на стол накрывать, Олег с Женькой появились, когда уже почти всё готово было. Олег всё домом хвастался, да участком, который он сам и деревьями засадил, и дорожками вымостил. На участке и баньку поставил.

Ужинали, болтали о планах на выходные, как проводить будут. Женьку как подменили, вроде и хандры никакой не было. Алина подумала, что ему просто до чёртиков надоела безвылазная жизнь в городе и надо бы почаще выезжать за город. Музыку включили, танцевать стали. Женька танцует, Алину к себе прижимает, да так на неё смотрит, как будто год не видел. Потом остановился, подошёл к плееру, сделал тише, повернулся к ребятам. Он сказал тихо, но услышали все – «Алина, давай больше тянуть не будем и завтра подадим заявление. Какая разница, когда свадьбу играть? Пожалуйста, не раздумывай, ведь я тебя очень – очень люблю. Ты же знаешь. Я и сам не понимаю, что со мной было. А сейчас, как пелена с глаз упала». Алина подошла к Женьке, чмокнула его в щёку, сказав, что ей без разницы, в какое время года играть свадьбу. Весь остаток вечера Женька дурачился, как ребёнок и таскал Алину на руках.

На следующий день, напарившись в бане, ребята растопили камин и, сидя за столом, пили ароматный мятный чай с лимоном. Олег откуда – то притащил альбом. Стали смотреть фотографии. Сначала все свадебные пересмотрели, смеялись испуганному выражению лица Олега, когда пару фотографировали в момент регистрации. Потом Олег стал показывать фотографии сотрудников своего офиса, где и Женька работал. Алина вертела фотографии, расспрашивая о сотрудниках, Женька рассказывал, кто и кем работает.

– А вот наш отдел, все сотрудники. Нет, на одну меньше стало. Вот эта женщина три дня назад уволилась, говорят, заболела. Жалко её, но в отделе её не любили. Говорили, что два раза замуж выходила, да мужья её через два года умирали. Магией занимается. В отделе она ни с кем не дружила, побаивались её. Уж слишком взгляд у неё тяжёлый, посмотрит, как ударит. Кстати, около меня увивалась, сядет рядом, да всё замаслить пытается. А мне она неприятна была, злиться начинал, что работать мешает.

Женька болтал, а у Алины сердце холодело. С фотографии на неё смотрело лицо женщины из её кошмарного сна. Она сама, не понимая, что делает, вырвала из рук Женьки фотографию и пошла к камину. На секунду задумалась и бросила её в огонь. Фотография оплавилась и превратилась в пепел. А Женька сидел за столом и растягивал в улыбке рот. Он то подумал, что Алина его просто приревновала. А Алина вспомнила слова цыганки, и была ей благодарна, ведь недаром говорят – «Предупреждён, значит вооружён».

Проклятие

Марья Степановна и Лидия Ивановна жили в одном доме, на одной лестничной площадке и были с давних пор хорошими приятельницами. Марья Степановна, маленькая сухонькая старушка, жила одна уже лет десять, после того, как похоронила мужа. Лидия Ивановна жила со своим внуком Геной. Родители Гены, спивающиеся и не работающие, жили в небольшой деревеньке под Курском. Лидия Ивановна, видя, как Гена после школы шатается по деревне без присмотра и голодный, забрала его к себе ещё мальцом. Тогда она ещё работала, но до пенсии было не так уж и далеко, а сил с каждым годом оставалось все меньше.

Гена ходил в школу, затем поступил в училище. В это время Лидия Ивановна была уже на пенсии, но продолжала работать. На жизнь хватало, конечно, не было излишеств, но в доме всегда была еда, да и одежду можно было купить подешевле на рынке. Гена окончил училище, устроился на работу. Работал в одной из частных строительных фирм, которых после перестройки, в городе было множество.