Джаггернаут. Книга первая. История демона

© Татьяна Карпенко, 2020

ISBN 978-5-4498-6902-9 (т. 1)

ISBN 978-5-4498-6903-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вступление. Мир Теней

Темное солнце светит так тускло, что не освещает объекты, а только отбрасывает тени на серый песок, заменяющий этому миру землю. Здешний воздух заряжен электричеством. Всюду стоит смрад. Кисло-горький привкус остается во рту, после каждого вдоха. Этот запах исходит от кислотной реки, что течет у окраины прогнившего мира. Молнии. Они бьют постоянно, словно режут мир на тысячи частей. И, каждый раз, когда молния прорезает воздух, можно увидеть, как силуэты теней скользят в пространстве этого пустого места.

Почему пустого, спросите вы?! Нет, не думайте, здесь также существуют сущности, помимо теней, и даже можно найти постройки, напоминающие человеческие дома. А центром всего, что здесь существует является замок господина, чье имя я упоминать не решусь в своей истории и назову его Сир. Замок расположен в центре воронки, которая затягивает внутрь все новые и новые заблудшие души. Как видите, мир теней не пуст в материальном плане, но это единственное место, где нет чувств. Ни боли. Ни любви. Ни сострадания. И хотя редко появляются сущности или тени, которые еще способны на чувства, этот мир своей тьмой выжигает их.

Мир Теней – это место не связанное ни с раем, ни с адом, ни даже с человеческим миром. Он отделен от всего сущего. И, хотя балом здесь правят демоны и Сир, мир этот способен впитывать только заблудшие души, чьи грехи не позволяют им попасть даже в преисподнюю. Демоны здесь не зарождаются, они здесь только обитают.

Одним из подобных злых сущностей является – Джаггернаут. Злобный, неприкаянный дух, разрушающий все к чему только способен прикоснуться. Сила его безгранична, но при этом абсолютно хаотична, отчего и не управляема. Если его выпустить на волю, то урон миру людей будет нанесен не поправимый, и это особенно понравилось бы Сиру, но к великому сожалению, для Джаггернаута нужен человеческий организм, который дух может выбрать только сам. Но долгие века, никто не мог сделаться его носителем, все сгорали в адовом огне под мощью этой сущности, пока однажды не появилась у ворот мира молодая девушка. Ее нашли без сознания, в бреду. И хотя никто не мог поверить, что именно ее организм выдержит такую силу, как Джаггернаут, решено было принести ее тело в жертву ему. Ее уложили на каменный жертвенный алтарь и прочитали несколько заклятий, после чего мир теней охватил огненный свет Джаггернаута. Мгновение и огонь вонзился в тело, а после растаял в ней.

Казалось, эксперимент не удался, пока глаза девушки не открылись. Она села на алтаре, и какое-то время глядела в пустоту. После перевела взгляд обжигающих янтарных глаз, на свои руки. В этот миг ее глаза сделались ярко-синими и весь огонь в них угас. Она вновь подняла глаза и начала вглядываться в пустоту.

Нельзя было не заметить, что девушка оказалась на редкость красива и только теперь ее облик сделался полностью осязаем, когда она огляделась вокруг и попыталась заговорить, но голос сорвался.

– Кто ты?! – спросил девушку один из демонов, проводивших эксперимент.

Она посмотрела на говорившего с удивлением и пожала плечами, не в силах заговорить. До сих пор, девушка никак не могла прийти в себя и осознать, что с ней говорит какой-то монстр с рогами. Но как ни странно ей не было страшно. Она в этот миг вовсе не испытывала страха или смятения от осознания того, что ее земная судьба подошла к концу. Ее пугало лишь одно: беспамятство.

– Запереть ее в темницу. Пока пусть сидит там. Привыкает к темноте… – прозвучал гулкий, с металлическими нотками голос. Девушка вздрогнула, когда кто-то схватил ее за руку и потянул во тьму. Она еще не пришла в себя, но уже ощущала, что там, в черноте темницы, ее ожидает боль и ужас. От охватившего ее страха, узница закрыла глаза и двинулась машинально, вглубь камеры. Сердце холодело с каждым новым шагом, и это ощущение было отнюдь не привычным. Как не привычным было и то, что в глубине его загорался огонь. Но это был не огонь чувств или тепла, это было адское пламя, которое пришло на смену леденящему холоду.

– Кто я? – наконец, произнесла девушка, когда ее оставили в каменной, серой темнице. Узница говорила безразличным голосом, словно бы ее эта информация вовсе не интересовала. Однако, лишь за спиной скрипнула тяжелая дверь камеры, она обернулась и устремила свой взгляд на демонов, что все это время ее сопровождали. Их изуродованные лица и кривые рога, вызвали у узницы приступ ужаса.

– Отныне ты – Джаггернаут, – гулко ответил один из демонов, и дверь плотно закрылась, оставив девушку во тьме.

1 глава

Мир людей.

Румыния. Жудец Дымбовица. Близ города Тырговиште.

Владимир Сергеевич Ершов уже пятый год прятался в карпатских лесах. Тишина, которая его встретила в этих местах, и чистота, помогали мужчине справиться со своим горем. Боль ежечасно наполняла его тело, сжимала сердце, но он был в некотором смысле рад этому. Нет, не подумайте, им не двигало ни самобичевание, ни любовь к боли. Отнюдь, он боялся моральной боли.… Владимир пытался подобным образом искупить свою вину перед той, кого потерял.

Уже прошло пять лет со дня, который сломал мужчине жизнь. Целых пять лет пряток от самого себя в глуши лесов. Обо всем, что с ним произошло, знала лишь молодая девушка – Натали Коваль. «Нас связало горе», – в самые сложные мгновения шептала она в ответ Владимиру, который пытаясь спасти ее от самопожертвования – прогонял.

– Это только мое горе, – с болью в покрасневших глазах, шептал он, вглядываясь в ясные голубые глаза девушки.

– Позвольте мне разделить его с вами, – умоляюще говорила она.

Натали влюбилась в него давно. В тот момент, когда впервые увидела. Она была интерном, проходившим практику в больнице, а он – знаменитым бизнесменом, как их повсюду называют. Его семья отдыхала в Италии, дети учились в Англии, а она – работала на двух работах, чтобы прокормиться и закончить обучение. И горе их объединило. Его горе….

Пять лет назад. Бухарест.

Ночь.

К клинике Колця подъехал черный Мустанг. Молодая медсестра стоящая у входа выбежала на улицу испугавшись, что машина на огромной скорости протаранит стену. Девушка застыла и во все глаза, стала вглядываться в водителя.

– Врача! – прокричал мужчина. Он практически упал на землю, когда побежал к пассажирской двери.

В автомобиле стонала девушка.

Медсестра растерялась.

– У нас только старшая медсестра, я и дежурный доктор… – дрожащим голосом ответила девушка.

– Мне все равно, кто у вас есть! Зовите всех! – сквозь зубы процедил мужчина.

Девушка кивнула и скрылась в больнице.

– Тихо… Сейчас тебе станет лучше, – ласково проговорил мужчина, помогая выйти пассажирке. Она не держалась на ногах. В ее груди зияла рана. Девушка была приятной наружности, богато одета. Синие глаза буквально впились в мужчину, когда он поднял ее на руки. Хриплые стоны вырывались из груди вместе с дыханием. Она страдала.

– Послушай, все будет хорошо, … – на глазах мужчины выступили слезы, когда девушка выдавила из груди слово: папа. – Тебе помогут, слышишь?! Тебе помогут…. Мы возьмем Алекса и Настеньку и уедем. Далеко, туда где можно отдохнуть ото всего этого шума.

Она порывисто сжала пальцами его куртку. Подошел врач. Девушку забрали.

– Ты спасешь меня?!… Папочка!… Ты спасешь…. – на прощание прошептала девушка.

– Владимир Сергеевич, расскажите мне, что произошло?! – обратился доктор к мужчине.

Владимир посмотрел на него пустым, печальным взглядом и, покачав головой, ответил:

– Я не знаю… Я не знаю…

– Я не смогу ей помочь, если не узнаю, что случилось…

– Я же сказал: не знаю! – крикнул мужчина. – Не стойте вы здесь!… Идите!… Она умирает!…

– Сейчас готовят операционную, я там пока не нужен. И мне хотелось бы осмотреть вас.

Владимир, не понимая, посмотрел на врача.

– Меня?! – переспросил он.

– У вас рана. – ответил врач.

Владимир Сергеевич посмотрел на свое плечо и действительно он истекал кровью. «Все-таки выстрелил…» мелькнуло в его голове. И только сейчас в теле появилась усталость и плечо пронзила острая боль.

– А я и не заметил, – проговорил Владимир.

– Рана серьезная. Вам нужна немедленная помощь, – быстро сказал врач и подозвал медсестру. – Натали, окажите Владимиру Сергеевичу помощь, а я займусь Дарьей Владимировной.

Врач ушел. Мужчина в недоумении смотрел на медсестру. Девушка была испугана и сжимала пальцами подол халата. Она с ужасом разглядывала рану на плече Владимира Сергеевича, но ее не страшила кровь, нет. Ее пугал тот факт, что рана была от огнестрельного ранения.

Настоящее время.

– Владимир Сергеевич, – Натали с досадой смотрела на мужчину, встретив его в Тырговиште. – Вы вновь идете в бар?

– У меня создается впечатление, что вы следите за мной, Натали, – сердито сверкнув глазами, ответил мужчина.

– Вы изводите меня… К чему это самоуничтожение? – прошептала девушка, сделав шаг навстречу к мужчине.

Владимир остановился и рассержено посмотрел на нее. В его глазах вспыхнул дикий огонь. Он понимал, что Натали бросила все в Бухаресте, ради него. Но разве он просил ее об этом?! Да, она любила его и до сих пор любит. Но есть ли у него право теперь портить ей жизнь?! Она молода, миловидна, умна. У нее есть будущее. В отличие от него. Он загнал себя в бездну безумия и ненависти к себе. Теперь – он пьет, чтобы заглушить боль потери и работает обычным лесником без будущего. Без жизни.

– Я не просил тебя ехать за мной! – как можно более грубо ответил он. Девушка вздрогнула. – Сама решилась на данный шаг. Сама отправилась сюда. Это был твой выбор!

– Я … – хотела было ответить девушка, но Владимир Сергеевич, более не замечая ее, пошел в бар.

Натали лишь посмотрела ему в след. По щекам уже текли слезы обиды и боли. Но она стояла. «Если бы я вас не любила… никогда бы не бросила свою прежнюю жизнь, работу медсестры, родной дом», – прошептала девушка и направилась вдогонку за мужчиной.

***

В темнице Джаггернаут провела всего несколько дней, но ей казалось, что пролетели годы.

– Я могу бороться, – повторяла себе девушка, в чьем теле отныне жил демон, – Я должна бороться.

В подземелье мира теней помимо Джерга обитали демоны-войны, которые сторожили опаснейшего демона. Узница смотрела на своих тюремщиков с испугом, до конца не осознавая, кто она и где. Единственное, что в этот период испытывал сосуд демона – страх.

Временами девушка забывалась сном. В эти мгновения Джаггернаут поглощал все ее существо, и она видела страшные сцены прошлого. Те события, которые привели их обоих в Мир Теней. Однако, в те мгновения спала лишь часть души, что представляла собой остатки человеческого существа. А демон овладевал не только снами узницы, но и телом. Тогда волосы, что обычно были почти белыми, обретали золотой оттенок. Сквозь тонкую кожу проступали вены, но не синие, отнюдь, они были алыми, как огонь. Демон рвался из цепей и в попытках добраться до тюремщиков, разрывал прутья клетки. Но лишь забытье оставляло сознание девушки, как облик ее становился прежним.

Было лишь одно, что заставляло Джерга бороться с безумием – мысль о друге. Цербере. Том, кто любил и принимал хозяина со всеми ужасами, которые вершил демон. Только Цер искренне любил Джаггернаута всегда….

Однажды в камеру к девушке пришел посетитель. Она забилась в угол и издала сдавленный хрип, более похожий на рычание. Незнакомец хромал на правую ногу. Девушка с опаской переводила взгляд со стражников на пришедшего мужчину и обратно. Все ее существо в этот миг дрожало толи от ярости, толи от страха. Вошедший долго смотрел на нее. «Не подходи», – читалось в ее глазах. В конце концов, мужчина что-то сказал стражникам. Узница напрягла слух, однако, уловила лишь отдельные звуки.

– Ладно… – после долгого разговора, громко заявил стражник и посмотрел на нее ехидным взглядом, – Господин в отъезде, «высшие» сюда не заходят… Бери ее…

Хромой мужчина подошел к Джергу и с любопытством посмотрел на девушку.

– Ты – Джаггернаут?! – почему-то удивленно проговорил он. Узница кивнула. – Тогда вставай. Ты идешь со мной.

Она отрицательно покачала головой. Мужчина протянул было руку к ней, но лишь услышал: «Не смей даже». Ее слова прозвучали, словно грудное рычание и посетитель отступил. Узница была непреклонна. В тот раз он ушел ни с чем. Девушка проводила его взглядом и, как только захлопнулась дверь, переползла назад на спальное место.

На следующий день он вновь явился.

– Лучше убейте меня сейчас и здесь, но я не пойду никуда, – сквозь стиснутые зубы, прошептала узница. Когда все повторилось. Теперь не было рычания и слова разобрать стало намного легче, но она до сих пор была непреклонна.

Гость выпрямился. Девушка испуганно, с агрессией во взгляде, следила за каждым его движением. «Запуганный зверь», – подумал он. Мужчина удалился, но пришел на следующий день. Все повторилось вновь. Девушка только зло шипела ему в лицо, что никуда не пойдет. Он приходил постоянно. Она забивалась в угол темницы и шипела одну лишь фразу: «Убивайте здесь, я никуда не пойду».

– С чего ты взяла, что я собрался тебя убить? – наконец, усмехнулся гость. Девушка стиснула зубы, но ничего не произнесла. – Я пришел, чтобы освободить тебя…

Узница сильнее вжалась в стену темницы и с яростью посмотрела на мужчину. По бледным щекам девушки потекли слезы. Она всхлипнула и осмотрелась вокруг. «Какая разница… убьет или спасет. Это должно прекратиться», – мелькнуло в ее мыслях. Она неуверенно протянула руку к гостю, он помог ей подняться на ноги. «Да будет так», – проговорила девушка.

– Я должен сделать из тебя воина. Ты наша надежда… – с хмурым выражением лица, проговорил спаситель, когда они с Джаггернаутом вышли за пределы тюрьмы.

– Я?! Надежда? – сквозь слезы усмехнулась девушка. В ее глазах отразилось ледяное отчаянье.

– Да, ты… ты тот, кого боятся и люди, и демоны… Ты – Джаггернаут… Воин мира Теней… Но, – мужчина с удивлением посмотрел на Джаггернаута, – я не знал, что ты женщина…

Девушка отвернулась и пожала плечами.

– Разве это надежда?… – проговорила она. – Я же демон, я – монстр…. А, если и есть в моем прошлом, что-то доброе и светлое, то я все равно ничего не помню.

Мужчина добро улыбнулся. «Я помогу тебе вспомнить…», – прошептал он и пошел дальше.

Когда они оказались в переходном мире, мужчина остановился и присел. Джаггернаут последовал его примеру.

Они сидели в открытом поле, где воздух не казался спертым. Джерг впервые очутился здесь и увидел красоту мира, где росли цветы и порхали бабочки. Близко что-то защебетало. Демон встрепенулся:

– Что это?! Птица? – удивилась девушка. Ее ужас постепенно отступил, давая место спокойствию.

– Да… – тихо ответил мужчина.

– Я раньше… только слышала о том, что… в Мире Теней есть птицы…

– Здесь долины не принадлежащие Миру Теней, поэтому здесь прятались те, кто не имел права называться тенью или демоном. – монотонно ответил мужчина, – И здесь живу я.

– Вы?! – спросил Джерг. – Но кто вы?

Мужчина тихо рассмеялся:

– Я тот, кого ты будешь звать – учитель… – ответил он и взглянул на белокурую собеседницу. – А теперь мы начнем первый урок…

Джаггернаут хладнокровно и безразлично выслушала слова, которые говорил мужчина. Повисло молчание. Демон поднялся на ноги и приготовился к обучению боевым искусствам.

– Первый урок: теория… Поэтому сядь…

Девушка снова села.

– Вдохни этот воздух… – произнес он. Демон лишь холодно посмотрел на мужчину, но решил повиноваться.

– Что ты чувствуешь?!

– Ответ: ничего не устроит? – с ухмылкой осведомился Джерг. Учитель даже бровью не повел.

– Что. Ты. Чувствуешь? – по словам повторил учитель. Девушка сдавшись выдохнула и посмотрела на мужчину. «Хорошо», – подумала она, соглашаясь сыграть в эту «игру».

– Я… – Джаггернаут безразлично посмотрела вдаль и пожала плечами, словно не зная, что ответить, – Я чувствую… – Она вновь глубоко вдохнула и удивленно ответила, – … свежесть…

Учитель улыбнулся. Но продолжил задавать странные вопросы.

– Посмотри вдаль… Что ты видишь?

Девушка поежилась, словно от холода и тем же неуверенным тоном ответила:

– Небо… – она вгляделась в синеву небес и вдруг, заулыбалась, будто понимая, что от нее требует мужчина, – Оно такое голубое… Я никогда не видела такого неба… Хотя, возможно и видела… – она опустила взгляд и горько вздохнула, – … когда была человеком…

– Прикоснись к траве… – проговорил он и присел на эту самую траву, к которой должна прикоснуться девушка, – что ты чувствуешь?

– Она мягкая… как перина… – ответила девушка, положив ладонь на траву.

– А теперь запомни… – глядя на нее, проговорил учитель, – мы должны сохранить все это в том же состоянии… Но ты должна научится всему, что я скажу.

Учитель стал обучать девушку воинскому искусству и прививать ей мудрость, называя это «познание мудрости предков». Днем она училась боевому искусству. Падала, разбивала руки в кровь. А вечерами, сидя у камина в его комнате, слушала рассказы о прошлом, настоящем и будущем. Вечерами, встречать хозяина приходил Цербер. Он ждал у окраины переходного мира, тихо поскуливая. «Есть хочет», – улыбалась девушка и бежала со всех ног к псу. Несколько раз, учитель ходил с Джергом и Цербером гулять по Миру Теней. «Не будем разлучать тебя и твоего друга», – говорил он. – «Да и этот пес влияет на тебя лучшим образом».

Постепенно, демон начал привязываться к учителю. И с этим чувством пришло и старание в тренировках. Казалось, что сердце человека, которым когда-то был Джаггернаут, начало вновь биться.

«Нельзя предвидеть будущее, но можно его создать», – говорил учитель и девушка восхищенно улыбалась. Она стала ему словно дочь. Он видел, как трудно ей дается изучение боевых искусств, но также он отмечал ее старание. «Однажды ты станешь великим воином… И тогда тебе понадобится мудрость. Ибо плох тот воин, кто вместо защиты способен лишь на убивать».

– Я хочу узнать кто я… – однажды, после тренировки, проговорила девушка. Ее глаза сияли огнем страдания. И учитель после желания отказать, все-таки согласился помочь ей.

Она сидела в окружение свечей. Цербер вошел в домик и сел у дверей. Он с любопытством глядел на хозяина. Ее белокурые волосы спадали по плечам. И она казалась обычным человеком, но именно сейчас ей суждено было узнать всю правду о том кто же она. Или он…

– Ты в темной-темной комнате с тремя дверями, – слушала она монотонный голос учителя, – Ты сидишь за столом и смотришь на каждую из дверей. Но тебе следует выбрать одну из них и зайти внутрь.

Девушка дышала быстро и обрывисто. Цербер напрягся всем телом.

– Я выбираю ту, что прямо перед моими глазами… – прошептал она и на мгновение ее дыхание оборвалось. Учитель сделал шаг по направлению к ней и опустился на пол. Сейчас он видел перед собой ее лицо, озаренное светом свечей.

– Иди и открой, – почему-то холодно проговорил учитель. Девушка улыбнулась и протянула руку вперед. – Коридор … – выдохнул Джерг.

– Пройди по нему, – прозвучал голос учителя.

Цербер заскулил. Его верные карие глаза были устремлены на хозяина. Все, шесть глаз. Он хотел подойти ближе, но мужчина жестом запретил. Пес присел обратно. Через пару минут, Джаггернаут открыла глаза.

– Ну что? – осведомился учитель.

Девушка огорченно покачала головой. «Ничего», – выдохнула она.

Позже, они повторили обряд. И вновь неудача. «Мы попробуем еще», – говорил ей учитель. Джерг улыбнулся и ушел. На следующий день попытка увенчалась успехом. Но… демоны уже знали про попытки Джаггернаута заглянут за грань разрешенного. А значит, судьба учителя была решена.

***

Девушка кричала в окружении сотни свечей. Огонь отражался на ее лице. Голос учителя рвал ей душу. «Иди и открой», – громко говорил он. Она дрожащей рукой потянулась в пустоту.

Мир Теней разорвал крик. Демоны встрепенулись. «Высшие» спустились в темницы и узнали правду: Джаггернаута освободили. А в этот момент, девушка оказалась в мире, где ее тело рвали. Сотни людей. Толпа. Они пронзали молодого юношу. «А-а-а», – кричал он в ее воспоминаниях, и этот же крик повторяла она, сидя в окружении свечей. «Бенни», – слышала она почти родной голос, – «Бенни».

Она ощущала каждое его ранение, как свое. Кровь заливала глаза. В мыслях все мешалось. Туман и тьма поглощали ее сознание. «Ты умрешь выродок ведьмы», – шептал кто-то на ухо и вновь боль пронзала тело. «А-а-а», – крик рвал грудь.

– Анна, – прокричала девушка, упав на спину, – Анна, я…

Юноша сопротивлялся. В его тело раз за разом вонзали острые пики. Он пытался оттолкнуть от себя убийц.

– Анна, … Энни, … – звал он кого-то, – Прости меня….

Наконец последний удар и все в глазах помутнело. Боль начала отступать. Тьма поглотила сознание юноши. Разъяренная толпа продолжала бить его, но боли больше не было. По лицу девушки струились слезы, смывая испарину. Она продолжала стонать и всхлипывать. Смерть и тьма поглощали девушку. И вновь вернули к жизни. Она открыла глаза. Память по крупицам начала возвращаться. «Бенни» – прошептала девушка, высохшими губами, – «Я – Бенни». Женское тело вдруг стало чужим. Она села и более осознано посмотрела на учителя. «Мое имя – Беннисио Марччери», – выдохнул Джерг.

– Теперь тебе пора отдохнуть… – помогая демону подняться на ноги, проговорит учитель.

– Я видел их… – шепчет она и теперь и голос ее изменился. – Я – Бени… Мое имя,… я знаю как меня зовут… Учитель, я знаю, кто я…

Тогда уходя на ночлег, Джаггернаут еще не догадывался, что их общение с учителем скоро прервется. Очень и очень скоро. Уже тогда «высшие» знали о дружбе демона с человеком и видели в этом нечто ужасное. А после, и вовсе решили, что следует предотвращать опасность до ее появления, а не расхлебывать потом плоды. Но, как говорится, выбрав путь, чтобы уйти от судьбы, мы именно там ее и встречаем.

Позже Джерга вновь упрячут в темницу. Признав его предателем. А к учителю подошлют убийц. Тех, кто не знает, что есть сострадание и милосердие.

«Милосердие»… было ли это чувство знакомо демону? Вообще, может ли подобное падшее существо испытывать такие эмоции, как «привязаноть», «любовь», «сочувствие»? Я не знаю. Не знаю. Но Джерг испытывал некоторые из них. Может ли это быть оправданием его действий? Вряд ли. Каждый несет наказание за содеянное. Но согласитесь: подобное мироощущение должно учитываться, когда мы говорим и осуждаем чудовище.

2 глава

1601 год. Румыния.

Серджиу разглядывал лес, стоя у окна своей опочивальни. Мысли о том, что в ближайшем будущем в его жизни появится кузина, вызывали у молодого человека сильнейшее негодование. Флорика возмущенно замолчала, когда сын за ужином нелестно высказался о ее племяннице. Женщина понимала гнев сына, он никогда раньше не слышал о существовании Анны, и вдруг должен был раскрыть свои «братские объятия» для кузины? Подобного добродушия от Серджиу ожидать было просто глупо.

– Я хочу, чтобы ты отнесся к нашей гостье с уважением… – произнесла Флорика, переступив порог покоев сына, – Пойми, девочка потеряла всю семью. Родителей убили на ее глазах. Она достойна сочувствия, Серджиу.

Молодой человек усмехнулся словам матери, но не проронил ни слова.

– Анна – единственная дочь моего теперь покойного брата, – умоляюще прошептала женщина, чем вызвала возмущение во взгляде сына, – Я обязана почтить его память, приняв бедняжку в нашу семью.

– Маменька, – Серджиу обернулся к женщине и выдержал долгую паузу, – Я не против ваших родственных чувств к ней, – он вновь отвернулся к окну, – Но не заставляйте меня испытывать к ней то же самое.

***

Анна весь путь от Дакии смотрела в окно. Слезы уже давно не застилали ее взгляд. Боль отступила. Смерть ее семьи оказалась непоправимой утратой, но со временем память стерла воспоминания о той страшной ночи. Анна судорожно сжимала ладонь своей служанки и молчала, слушая лишь мерный скрип колес повозки. Кони шли поступью. И девушка очень устала от постоянных лесов. Пару раз ее укачивало и это сильно задержало их поездку. Хотя Анна не волновалась о том, что ей следует ехать быстрее – семья де Буритару была для нее столь же неинтересна, как и любая другая семья Валахии. Родственных чувств девушка не испытывала к опекунам и с той же прохладой ожидала знакомство с новыми родственниками, с которой и Серджиу предвкушал приезд кузины.