Персональный рай

Глава 1

Стергиос Антониу в одиночестве стоял на балконе роскошного особняка в поместье своего двоюродного брата. Его не интересовал красивый пейзаж. Нахмурившись, он наблюдал за светловолосой женщиной, появившейся на приеме, который был устроен в саду.

Джоди Литтл. Его сводная сестра. Его самый темный секрет.

Стергиос пылал от гнева. Его бесило, что Джоди уверенно держится в толпе гостей, принадлежащих к высшему афинскому обществу. Она изменилась. Ей удалось усмирить копну кудрявых волос. Теперь светлые волосы мягкими волнами спускались к ее острому подбородку. Желтое струящееся платье Джоди выглядело достаточно скромным, но подчеркивало стройную фигуру. Привлекающая внимание ярко-красная помада на губах противоречила созданному ею образу хрупкой женщины.

Стергиос прекрасно знал, что внешность Джоди способна любого ввести в заблуждение. Это всего лишь маска. Прошло несколько лет с тех пор, когда они в последний раз виделись, но он был уверен, что время не смогло изменить ее истинную сущность.

– Вот ты где, – сказала его мать, выйдя на балкон. – Пойдем к гостям.

Стергиос не сводил глаз с Джоди.

– Как давно она вернулась в Грецию? – спросил он. Маири Антониу тяжело вздохнула и посмотрела на свою падчерицу, которая умело очаровывала ничего не подозревающую богатую наследницу транспортной империи.

– Два дня назад она сообщила своему отцу, что живет в отеле неподалеку. Если она рассчитывает, что мы примем ее с распростертыми объятиями, ее ждет горькое разочарование.

– Почему она приехала?

– Сказала, что скучает по своему папе.

Стергиос продолжал напряженно наблюдать за Джоди. Коварная соблазнительница не виделась с отцом четыре года, а теперь внезапно решила вернуться?

– Как ты думаешь, в чем кроется истинная причина ее появления?

– Не знаю, – ответила Маири. – У Грегори нет собственных денег.

– А Джоди недавно унаследовала неплохое состояние, – пробормотал Стергиос.

Он наконец отвел взгляд от Джоди, принялся искать в толпе элегантно одетых гостей ее отца и обнаружил его в другом конце цветущего сада. У Грегори Литтла был талант жениться на богатых женщинах. Смысл его жизни заключался в том, чтобы делать счастливой состоятельную жену и наслаждаться роскошью и богатством, которые она ему предоставляет. Стергиос понимал, что отчим никоим образом не может навредить его семье – в отличие от собственной дочери.

– Грегори не знал, что она собирается приехать, – объяснила Маири. – Они начали общаться год назад, когда умерла ее мать, но он не приглашал Джоди.

Отчим Стергиоса каждый месяц получал довольно щедрую сумму и прекрасно знал, как надо себя вести, чтобы на его счет продолжали поступать деньги. Но теперь его дочь стала богатой наследницей, и он также мог получить выгоду.

– Ты ему веришь?

– Конечно. Джоди доставляла ему сплошные неприятности, даже опозорила его, – раздраженно бросила Маири. – Эта девчонка чуть было не разрушила нашу семью, а все потому, что не могла удержаться, чтобы не раздвинуть ноги.

Кровь закипела в жилах Стергиоса, когда он вспомнил то время. Джоди обладала даром создавать проблемы. Она могла сказать что-то неуместное на официальном обеде или устроить скандал в популярном афинском ночном клубе. Но все эти выходки затмила ее попытка соблазнить Димоса, его двоюродного брата. Если бы ей это удалось, она расстроила бы все планы семьи Антониу.

– Ей здесь не место, – сухо произнес Стергиос. Почему она решила вернуться именно на этой неделе? Димос знает, что она приехала?

Маири опустила глаза.

– Я попросила его включить Джоди в список гостей, – призналась она.

Стергиос тихо выругался. Он попытался отыскать среди гостей кузена, но не нашел. Это уже можно было считать тревожным сигналом. Димоса всегда тянуло к Джоди.

– То, что между ними произошло, осталось в прошлом, – уверяла его Маири. – Тогда в Димосе взыграл бунтарский дух, и его было легко водить за нос. Он просто не смог устоять перед коварной распутницей.

Джоди моментально поймала Димоса в свои сети, но не следует считать его наивной жертвой. Однако мать Стергиоса предпочитала считать, что у всех мужчин семьи Антониу высокие стандарты, когда дело касается женщин.

– Мы слишком поздно поняли, что она обманщица и интриганка, – вздохнула Маири. – Когда она рассказала, что ты в ту ночь последовал за ней в винный погреб… что ж, никто ей не поверил.

Стергиос на мгновение закрыл глаза. Всем Антониу была хорошо известна его боязнь темноты и замкнутых пространств. Но тогда он преодолел свои страхи, чтобы быть с Джоди. Потому что она так же сильно притягивала и его.

– Конечно, она не смогла очаровать тебя, а Димос в то время был слаб, – продолжала его мать. – Стоит мне вспомнить об этом, как я…

– Это не может быть простым совпадением. Джоди приехала именно сейчас, когда мы наконец в шаге от того, чтобы породниться с семьей Волакис. Она собирается отомстить.

Маири пренебрежительно фыркнула, сочтя эту мысль нелепой.

– Она не из тех, кто следит за новостями в мире бизнеса, к тому же не способна разгадать долговременные планы по развитию нашей семейной компании. Джоди не так уж умна. Боже мой, она даже школу еле окончила!

– Джоди исключали из разных школ не потому, что она не справлялась с программой, – напомнил Стергиос.

– У нее нет причин вредить нам, – пожала плечами Маири, – она просто хочет стать одной из нас.

– Иногда враг может затаиться внутри семьи.

Воцарилась тишина. Стергиос резко выдохнул, пытаясь избавиться от дурных воспоминаний. Почувствовав на себе взгляд матери, он постарался придать лицу нейтральное выражение.

– Не нужно защищать нас от Джоди. – В голосе Маири слышалось беспокойство.

Она не права. Ему всегда приходится быть настороже. Необходимо иметь достаточно сил и влияния, чтобы с его семьей не случилось ничего плохого. Стергиос не хотел, чтобы кто-то из его родных столкнулся с жестокостью этого мира, как он когда-то.

– Она может стать проблемой, но мы и с худшим справлялись. По правде говоря, нам вообще ничего не нужно делать, – заявила Маири. – Джоди не сможет долго притворяться милой и невинной. Очень скоро ее истинная натура покажет себя. Как это было раньше.

– А пока мы будем выжидать, она опять соблазнит Димоса и расстроит свадьбу, – заметил Стергиос.

– Нет, Димос не может нас предать.

– Димос прыгнет в постель к Джоди, как только у него появится такая возможность, – отрезал он.

Его двоюродный брат будет стремиться получить то, что когда-то упустил.

– Этого не произойдет, – настаивала мать. – Он знает, насколько важен этот брак для нашей семьи.

«Четыре года назад это его не остановило», – мрачно подумал Стергиос. Более того, желание Димоса быть с Джоди может усилиться. Мать этого не понимает. Он же обязан замечать любую угрозу и нейтрализовать ее.

– Джоди тоже знает, насколько это важно, – сказал он. – Она вернулась, потому что здесь остались незаконченные дела, и теперь у нее достаточно денег, чтобы их завершить. Она способна разрушить союз семей Антониу и Волакис. Я не могу позволить Джоди Литтл все испортить.

«Кое-что остается неизменным», – отметила про себя Джоди. Она дружелюбно улыбнулась пожилой даме из семьи Антониу. Матрона в черном непримечательном платье не ответила на ее улыбку и постаралась увести милую богатую наследницу в другую часть сада. Судя по всему, семья Антониу считала, что Джоди одним своим присутствием может развратить юную девушку.

Джоди прогуливалась по саду с бокалом воды в руке. Она притворялась, что не замечает на себе взгляды собравшихся. Когда она жила в Афинах, многие члены семьи Антониу относились к ней спокойно, если не равнодушно. Однако сейчас, казалось, никто не рад ее возвращению.

Джоди ощущала, что воздух как будто пронизан электричеством. Люди вокруг нее были уверены, что она вот-вот допустит ошибку или устроит скандал. Антониу чувствовали приближение бури и готовились к ней. Что ж, им придется долго ждать. Джоди растянула губы в радостной улыбке. Бунтарство осталось в прошлом. Она стала мудрее, научилась держать эмоции под контролем. Больше всего на свете ей хотелось стать частью семьи.

Джоди выпрямилась, расправила плечи, сделала глубокий вдох. На этот раз она не будет лишней.

– Джоди?

Она вздрогнула, повернулась и увидела своего сводного двоюродного брата, Димоса Антониу. Она инстинктивно сделала шаг назад и сразу же пожалела, что продемонстрировала свою слабость. Чтобы исправить ситуацию, Джоди приветливо ему улыбнулась. Димос заключил ее в довольно крепкие объятия.

– Как много времени прошло, – сказал он, расцеловав Джоди в обе щеки.

– Действительно, – согласилась она, отстраняясь. – Спасибо, что пригласил меня в свой новый дом. Здесь красиво.

– Это свадебный подарок семьи Зоуи.

– Думаю, ты и твоя будущая жена будете очень счастливы.

Димос засунул руки в карманы и покачался на пятках.

– Ты можешь поверить, что скоро я женюсь? – спросил он.

Джоди покачала головой. Димос был на три года старше ее, но она всегда считала его инфантильным.

– Ты теперь вице-президент семейной компании. Он склонил голову.

– Назначение станет официальным только после окончания нашего медового месяца.

– Твоя семья гордится тобой и хочет, чтобы у тебя было все самое лучшее. Ты этого заслуживаешь. – Слова словно застревали у нее в горле.

Димос очень рано понял и принял правила, заведенные в семье, и, что самое главное, следовал им. В ответ он был щедро вознагражден. Джоди не могла себе представить, каково быть любимцем. Она мечтала сблизиться со своими родителями, но ожидала, что первый шаг сделают они. Как же она пожалела о том, что бездействовала, когда несколько месяцев назад от сердечного приступа внезапно скончалась ее мать. Джоди поняла: нужно что-то предпринять, если она хочет восстановить отношения с отцом. Ей придется первой попросить у него прощения и изменить свою жизнь. Но на какие жертвы ей еще придется пойти, чтобы отец ее простил и полюбил?

Улыбка Димоса померкла.

– Ты всегда была добра ко мне, Джоди. Даже после того, что между нами произошло.

Шокированная, Джоди попыталась придать своему лицу выражение спокойной заинтересованности. Она не была готова к тому, что Димос… или кто-то другой из семьи Антониу… вспомнит о той ночи. Она не могла сдвинуться с места. Единственное, что она ощущала, – это давление собственных пальцев на прохладное стекло бокала.

Димос снова засунул руки в карманы и отвел глаза.

– Мне не удалось справиться с той ситуацией, – тихо признался он.

Джоди еле сдерживалась, чтобы не убежать.

– Никому из нас не удалось, – пробормотала она.

Ее объявили гадкой искусительницей, стремящейся заполучить в мужья одного из мужчин Антониу и расстроить планы по заключению выгодных браков с другими богатыми семьями.

– Я не знал, что одна из горничных нас увидела.

Джоди удивленно моргнула. Он сожалеет только об этом? Что их застукали? Что смогли остановить? Она сжала губы. Ей хотелось сказать что-нибудь резкое в ответ, но она должна была вести себя прилично.

– Она донесла на нас Стергиосу. – В голосе Димоса послышалась горечь.

Джоди опасалась, что откусит себе язык, если и дальше будет сдерживаться. Горничная быстро поняла, что задумал Димос. Джоди жалела, что сама не сообразила немного раньше. Она всегда относилась к Димосу как к родственнику, который помогает ей войти в большую семью, а не как к потенциальному любовнику.

– Я должен был еще тогда рассказать правду. – Он помолчал. – Я не думал, что тебя накажут.

Он так и остался чрезмерно инфантильным. У Джоди от напряжения начала болеть челюсть. Она отпила воды из бокала. Ей хотелось сказать, что она никогда не давала ему повода, никогда с ним не флиртовала и никогда не поздно исправить свои ошибки. Димос мог в любой момент рассказать правду. Но это ему было невыгодно. А она убедилась в одном: мужчины не знают, что такое честь, уважение и смелость. Они преследуют тебя, берут то, чего добиваются, а потом быстро исчезают.

– Как долго ты собираешься оставаться в Греции?

На лице Димоса появилось растерянное выражение, когда Джоди ничего не ответила. Она бросила взгляд на отца, стоящего в кругу пожилых представителей клана Антониу. Главной ее задачей было попросить у него прощения за свое поведение в прошлом. Но выпадет ли ей такой шанс?

– У меня пока нет четких планов.

– Тогда тебе нужно прийти на нашу свадьбу, – сказал Димос.

– Я не хотела бы вам мешать.

– Мешать? – рассмеялся он. – Это невозможно. Ведь ты член семьи.

Как же ей хотелось, чтобы это было так. Джоди всегда чувствовала себя чужой. Всего лишь обузой. Она к этому привыкла и порой даже носила это звание с гордостью, но все изменилось с тех пор, как умерла мать.

– Ты должна согласиться, – настаивал Димос.

– На что Джоди должна согласиться?

Она замерла, услышав низкий бархатистый голос. К ним присоединился Стергиос Антониу и встал рядом с ней. Ее сердце забилось быстрее, а живот неприятно скрутило. Внезапно Джоди стало жарко, потом холодно, но она отказывалась смотреть на него.

– Я пригласил ее на свадьбу, – как будто бы оправдываясь, сказал Димос.

– Сомневаюсь, что найдется свободное место, – ответил Стергиос.

– Я найду, – пообещал Димос. – Свадьба состоится на острове, который принадлежит семье Зоуи. Он небольшой, но не настолько же.

Джоди нервно провела языком по губам. Тревога усиливалась. Все инстинкты требовали, чтобы она бежала, но она не могла сдвинуться с места.

– Я бы не хотела причинять неудобства тебе и твоей невесте, – тихо произнесла она.

– Ты и не причиняешь, – улыбнулся Димос. – Я поговорю с Зоуи прямо сейчас.

Джоди беспомощно наблюдала за тем, как он направился к невесте. Сейчас ей необходимо быть храброй или по крайней мере сделать вид, что она ничего не боится. Заставив себя повернуться, Джоди подняла глаза и посмотрела на светло-голубую рубашку Стергиоса. Под тканью были хорошо различимы его мощная мускулистая грудь и широкие плечи. У нее перехватило дыхание, а сердцебиение, казалось, гремело в ушах. Темная щетина почти скрывала белую полоску шрама на верхней губе. Он выглядел совсем не так, как тот Стергиос, которого она знала. Джоди взволнованно заморгала, отметив резкие черты его высоких скул, прямого носа, чувственных губ, теплый оттенок смуглой кожи. Казалось, он не в силах сдерживать дикую энергию, бушующую у него внутри.

Стергиос внимательно посмотрел на нее и, судя по холодному взгляду, счел ее неинтересной.

– Я не знаю, чего ты пытаешься добиться…

– Я не напрашивалась на приглашение, – выпалила Джоди. – Димос не желал принять отказ.

– Возможно, это потому, что он неправильно тебя понял. – Его взгляд упал на ее пухлые алые губы. – Ты не умеешь говорить мужчинам «нет».

Она захлебнулась от возмущения, ей безумно хотелось выплеснуть содержимое своего бокала ему в лицо. Джоди никогда не удавалось сдерживать эмоции в присутствии сводного брата. Нужно как можно быстрее уйти от него, если она не хочет устроить сцену на глазах у всех. Это не поможет ей наладить отношения с отцом.

– Не путай меня с женщинами, с которыми ты обычно общаешься, – парировала она и развернулась, готовясь отойти.

– Снова бежишь?

Джоди быстро повернулась к Стергиосу и уставилась на него. Он выглядел спокойным, даже скучающим, в то время как она кипела от гнева.

– Я не убегаю. Ведь это твой конек, дорогой сводный братишка.

Скула мужчины чуть дернулась. Это был единственный признак того, что ее слова его задели.

– Ты умеешь устроить ураган, а затем незаметно скрыться, тогда как остальным приходится справляться с последствиями. Планы по сближению наших семей рухнули после той ночи, потому что Димос внезапно отказался жениться. Мне потребовалось несколько лет, чтобы добиться восстановления отношений между Антониу и Волакисами.

– Меня изгнали. – Джоди хотелось возмущенно топнуть ногой.

– Изгнали? – со скептицизмом повторил Стергиос. – Тебе всегда была присуща некоторая театральность.

«А ты всегда был холодным и ненавидящим».

Нет, это не так. Стергиос отнесся к ней с пониманием, когда она стала жить в семье Антониу. Он вел себя дружелюбно, но постепенно начал отдаляться. Пропасть между ними росла, и наконец он перестал выносить ее.

– Если тебя выгнали, почему ты стремишься вернуться в лоно семьи? – Говорил он спокойно, но в его глазах сверкало подозрение. – Ты не из тех, кто способен прощать.

Стергиос очень хорошо ее изучил.

– Я приехала, – Джоди говорила медленно, подчеркивая каждое слово, – чтобы наладить отношения со своим отцом.

– И это все?

Нет, она также хотела заслужить любовь и заботу Грегори Литтла. Она хотела быть у отца на первом месте. Джоди всегда об этом мечтала, но раньше пыталась добиться своего недопустимыми методами.

До нее наконец дошел смысл вопроса Стергиоса.

– Ох… ты думаешь, я вернулась отомстить или устроить скандал? Чтобы предотвратить сближение семей, которого ты долго добивался? Не хочется тебя разочаровывать, но я не собираюсь тратить свое время на семью Антониу.

Стергиос высокомерно приподнял бровь, как будто не мог поверить в то, что его семья кого-то может не интересовать.

– Ты вернулась именно тогда, когда Димос и Зоуи должны пожениться.

– Прошу прощения, я не получаю еженедельные новости от семьи, – притворно-сладко проговорила она. – В противном случае я выбрала бы другое время.

Джоди собралась ретироваться, но Стергиос предвидел это. Он схватил молодую женщину за руку, его пальцы впились в ее бледную кожу. Внутри у Джоди вспыхнул пожар. Она вспомнила, как он в последний раз дотронулся до нее. Она знала, что сейчас ей не стоит поднимать глаз, чтобы Стергиос не заметил, какие чувства охватили ее.

– Я тебе не доверяю, – прошептал он ей на ухо.

Она задрожала оттого, что их тела соприкоснулись.

– Меня это не волнует.

Стергиос сильнее сжал ее руку.

– Держись подальше от Димоса.

– С удовольствием, – прошипела Джоди. – А теперь отпусти меня.

На мгновение на его лице отразились сильные эмоции, затем он внезапно разжал пальцы.

– Димос мне не нужен, – продолжала Джоди. – Я не пыталась соблазнить его тогда, да и теперь не гоняюсь за ним.

– Почему я должен тебе верить? Ты обманщица.

Джоди охватила жгучая злость. Да, она врала, когда по глупости пыталась защитить Стергиоса той ночью. Она пошла на эту жертву ради него, но он видел ситуацию по-другому и явно не был ей за это благодарен. Джоди стало больно от несправедливости.

– К тому же, если бы я хотела соблазнить Димоса, ты ничего не смог бы поделать, – бросила она.

– Я предупреждаю тебя… – Его голос звучал грозно.

Джоди поджала губы. Зачем провоцировать Стергиоса? Она понимала, что совершает ошибку, но остановиться не могла.

– Я могла бы сделать так, – она звонко щелкнула пальцами, – и он тут же оказался бы в моей постели. И я не стала бы использовать для секса стену винного погреба.

Они уставились друга на друга, охваченные общими воспоминаниями. Джоди вспомнила, какой холодной и твердой была бетонная стена, к которой она была прижата в ту ночь. Вспомнила и то, как она водила языком по теплой коже Стергиоса. Ее щеки покраснели, когда в голове послышались отголоски стонов и почти неразличимых слов, произнесенных в ту ночь.

Лучше об этом не думать. Не сейчас, не здесь, никогда.

– Я могла связаться с Димосом когда угодно, – быстро добавила она. – И он бросил бы все дела, чтобы переспать со мной.

Стергиос поморщился:

– Так значит, тебе хорошо известно, какую власть ты имеешь над ним.

Сейчас она об этом знала, но в восемнадцать лет – нет.

– Я обладаю властью над всеми мужчинами, – уточнила она. – Просто Димос реагирует острее других.

– Почему ты так считаешь?

Нет сомнений, он уверен, что во всем была виновата только она.

– Я не давала ему ни малейшего повода, но, если ты еще раз поднимешь эту тему, – предостерегла его Джоди, пронизывая взглядом, – я могу передумать.

– Ты смеешь мне угрожать?

– На этом свете мало вещей, на которые я не способна, – смело ответила она, хотя ее ноги начали дрожать. – Я приехала, чтобы провести время со своим отцом. Если ты будешь мне мешать, я приложу все силы, чтобы свадьба не состоялась.

На лице Стергиоса появилось каменное выражение. Он словно надел маску, которая беспокоила Джоди гораздо сильнее, чем его гнев. Ей бы замолчать, но она игриво улыбнулась.

– Мне достаточно поманить пальцем, и Димос…

– Ты всегда разрушала все, – тихо произнес Стергиос, – но я не позволю тебе погубить мою семью.

– Меня не волнуют Антониу.

Достаточно просто вести себя прилично в их присутствии, если она хочет помириться с отцом. Стергиос подбоченился:

– Уезжай отсюда и никогда больше не возвращайся.

Джоди уже пожалела о том, что выложила все Стергиосу. Он способен помешать ей. Она корила себя за то, что не продумала план сближения с отцом. Она действовала слишком эмоционально, нетерпеливо, потому что очень боялась снова быть отвергнутой. Но не стоит демонстрировать свою неуверенность, потому что Стергиос использует это против нее. Джоди гордо вздернула подбородок и снова посмотрела ему прямо в глаза.

– Это не в твоей власти.

Ее кровь похолодела от улыбки, растянувшей его губы.

– Глупо.

Джоди охватил страх. Действительно, глупо бросать вызов Стергиосу. Он похож на дикое животное, которое немедленно бросается в атаку, почувствовав опасность.

– Я имею право находиться здесь, – заявила она.

– А я обязан защищать свою семью, чего бы это ни стоило.

Джоди об этом было хорошо известно. Этой его чертой она всегда восхищалась, и раньше ей было невыносимо больно оттого, что его защита не распространяется на нее.

– Если верить словам Димоса, я тоже член семьи. Стергиос нахмурился.

– Я никогда не считал тебя таковой.

Когда ей было пятнадцать, эти слова стали бы для нее жестоким ударом, но сейчас они ее не тронули.

– Тебе, наверное, так легче. – Джоди наклонилась к нему, стараясь не показать, насколько его близость ее будоражит. – И ты крепче спишь по ночам.

Маска исчезла, и на лице Стергиоса появилось выражение гнева. Смуглые скулы залила краска. Глаза заблестели, широкие плечи напряглись, словно он готовился к атаке. Джоди сдавило грудь, когда она заметила, как искривилась его верхняя губа с едва заметным шрамом.

– В конце концов… – ее голос начал дрожать, – великий праведник Стергиос Антониу – надежный человек, которому можно доверять, потому что он всегда все делает правильно. Он во всем совершенен и контролирует себя. Он никогда не занялся бы сексом с девственницей до свадьбы.

Стергиос сжал челюсти, и Джоди поняла, что он держится из последних сил. Она разозлила своего самого опасного врага. Надо убежать и спрятаться. Нет, молить о пощаде. Но остановиться она не могла.

– Он никогда не переспал бы со своей восемнадцатилетней сводной сестрой, не так ли? А потом ушел не оглядываясь. – В ту ночь боль оттого, что ее отвергли, была невыносимой. – Оставил ее на съедение волкам.

В глазах Стергиоса плескалась ненависть. Неужели оттого, что она напоминает о минутах его слабости? Или дело в чем-то другом?

– Я увидела твою истинную натуру той ночью, – призналась Джоди. – Ты ничем не отличаешься от остальных мужчин. Можешь угрожать мне сколько угодно, дорогой сводный братишка, но я добьюсь своего.

Глава 2

– Джоди, не хочешь еще чашечку кофе? – спросила Маири Антониу.

– Нет, спасибо, – ответила она, посмотрев на своего отца и мачеху, сидящих на другом конце стола.

Семейный завтрак превратился в самый настоящий допрос. Но Джоди была к этому готова. Она надеялась провести какое-то время наедине с отцом, однако сделать это оказалось не так-то просто. Все же кое-чего она добилась. Джоди не могла поверить, что снова оказалась в фамильном поместье Антониу. Через два дня после приема по случаю новоселья Димоса она завтракала с отцом и мачехой, а горничная распаковывала ее чемоданы.

Ей стоило бы ликовать: сближение с отцом проходило достаточно быстро и легко. Но ее инстинкты твердили, что не стоит всему этому доверять.

Она снова задумалась о том, каково это: жить в любящей семье, которая чтит традиции? Некоторые представители молодого поколения находили эти традиции устаревшими и ограничивающими свободу, но Джоди считала, что поддержание традиций является своего рода привилегией.

– Надеюсь, тебе понравится комната, – сказала Маири.